Tag Archives: цензура

В добрый путь, Марина!

В Глубоком уволилась идеолог райисполкома. Она рассказала, как местная власть работала на выборах

 


Татьяна Матвеева / TUT.BY

 

В Глубоком 21 августа уволилась с работы заместитель начальника отдела идеологической работы, культуры и по делам молодежи райисполкома — 28-летняя Марина Соколовская. Девушка рассказала TUT.BY, что подала заявление 10 августа, на следующий день после выборов. Начальство отправило ее в отпуск за свой счет на 10 дней — в надежде, что молодой специалист «одумается». Но Марина «одуматься» не смогла и ушла: «Сделала это по велению совести. Не смогла бы работать там, где от меня ожидали, что я буду обманывать людей». Пока она домохозяйка, но верит, что найдет новую работу по душе — в сфере культуры.

Фото: соцсети Марины Соколовской
Марина Соколовская. Фото из фейсбука

 

В районной идеологии Марина Соколовская отработала 5 месяцев:

— Занималась в основном культурой, подготовкой фестивалей, праздников. До прихода в райисполком я тоже работала в сфере культуры — три года. По образованию я — теолог-религиовед, преподаватель этики, эстетики и культурологии.

Марина говорит, что никогда не скрывала своих взглядов:

— Еще до выборов высказывала руководству некоторые свои позиции и жизненные принципы. В том числе и по поводу действующей власти. Но на это не обращали внимания. Думали, наверное: ай, она молодая, пусть себе занимается культурой — и все. В идеологические вопросы меня почти не посвящали.

Как в Глубоком собирали подписи за Лукашенко: «В райисполкоме творилась истерия»

По словам Марины, «интересное» в избирательной кампании в Глубоком началось уже на этапе сбора подписей за выдвижение кандидатов в президенты.

— В райисполкоме творилась самая настоящая истерия. Все время собирали совещания, там были начальники отделов, заместители. На одном из них присутствовала и я. Сообщили, что собрали мало подписей за выдвижение кандидатом действующего президента. Всем велели активнее подключаться, чтобы собрать как можно больше подписей. И я точно знаю, что были люди — не члены инициативной группы Александра Лукашенко, — которые ходили по трудовым коллективам, в том числе учреждениям культуры, и собирали подписи за него. Некоторых шантажировали увольнением, непродлением контракта.

Как власти реагировали на митинг Тихановской: «Смеялись, а потом уменьшили количество пришедших»

24 июля на митинг в Глубокое приехала кандидат в президенты Светлана Тихановская. Он собрал тысячу человек — и это в 18-тысячном райцентре. Кстати, Глубокое всегда был протестным городом. Именно здесь, напомним, родился создатель бело-красно-белого флага Клавдий Дуж-Душевский.

— На митинг Тихановской действительно пришло очень много людей. Что творилось в отделе идеологии, не передать! Тогда как раз готовились еще и к «Вишневому фестивалю». И я занималась этим, не вникала, что происходит на митинге. Потом, вижу, сбежалось много чиновников: и заместители председателя райисполкома, и начальник отдела организационно-кадровой работы, и руководители других отделов, и председатель районного объединения профсоюзов… И все истерически смеются!

— Над чем?

— Над словами Светланы на митинге. Туда отправили «своего» человека. Он слушал и смотрел, что происходит на площадке возле магазина «Белмаркет», где шел митинг, звонил в исполком и все передавал. Это и вызывало смех у моих бывших коллег. Хотя горожане потом делились своими впечатлениями от митинга, и они у них были положительными. У людей появилось больше веры в то, за что мы болели.

Фото: t.me/viktarbabarykaofficial
Митинг Светланы Тихановской в Глубоком 24 июля. Фото: t.me/viktarbabarykaofficial

 

Еще не успела Тихановская уехать из Глубокого, как в интернете появились репортажи с митинга, где были фото и видео, подтверждающие, что он был многолюдным. Однако местные идеологи решили это опровергнуть.

— Специалисты отдела, члены БРСМ начали регистрироваться на этих ресурсах и писать комментарии, что, мол, на митинг пришло мало людей, да и то они были приезжие из других городов. Меня тоже просили писать подобные комментарии. Но я сказала: «Нет». Все были заняты другими делами, от меня отстали, тем более, что нашлось достаточно других людей, чтобы заниматься этим.

Газета «Веснік Глыбоччыны» сообщила, что митинг собрал около 300 человек.

Как в райцентре голосовали досрочно и в день выборов: разбирались со «свядомымі» наблюдателями и «массированно „отрабатывали“ контент телеграм-канала»

Во время последнего дня досрочного голосования, 8 августа, бывший замначальника отдела идеологической работы находилась дома, но ее все равно беспокоили с работы по вопросам выборов:

— Мне позвонила специалист отдела и сообщила: в одном из учреждений культуры, где находится участок для голосования, происходит «беспорядок». «Там в фойе набилось „свядомых“, разберитесь с этим!» — велели мне. Я позвонила заведующему этого учреждения культуры, спросила, как обстановка. Мне ответили: «Все хорошо, у нас в фойе сидит молодой человек, независимый наблюдатель. Работе комиссии не препятствует». Перезвонила своей коллеге и сообщила, что на участке все в порядке, независимый наблюдатель никому не мешает. На что услышала: «Речь не идет о том, препятствует он работе комиссии или нет. Просто убирай его оттуда». Я сказала, что никого ниоткуда «убирать» не буду. «А кто будет?» — возмутилась коллега. И разговор на этом завершился. Знаю, что на многих участках в Глубокском районе не вывесили итоговые протоколы и любыми способами старались не пустить независимых наблюдателей.

Вечером 8 августа Марине сообщили, что она должна быть на работе 9 августа.

— На вопрос: «Что я там буду делать?» — мне ответили: «Работать!»

Фото: соцсети Марины Соколовской
Марина мечтает работать в сфере культуры, которую очень любит. Фото: соцсети

 

Марина Соколовская говорит, что день 9 августа запомнит надолго:

— Утром села за компьютер, ждала поручений. И оно поступило — из главного управления по идеологической работе облисполкома пришло письмо примерно такого содержания: «На ютуб-канале НЕХТА размещен такой-то фильм. Просьба массировано его отработать: дизлайки, отрицательные комментарии, жалобы на пост. Отчет о проделанной работе предоставить до такого-то времени». И все взялись за «работу». Даже не посмотрели фильм. Я была в шоке! Тут у меня спрашивают, почему я не «работаю» по этому «заданию». Я сказала, что отказываюсь выполнять это дурацкое поручение. Тогда я услышала о себе много интересного и нового. Мол, ты госслужащая, и пока ты здесь, должна это делать, ты «подставляешь» начальника и всех.

После этого коллеги уже не доверяли Марине:

— Все дальнейшие разговоры в день выборов происходили за стеной, за закрытой дверью. Меня уже ни во что не посвящали. В начале одиннадцатого мне сказали: «Спасибо, Марина Павловна, за работу». И отпустили домой. Другие работники еще остались в райисполкоме.

— Предлагали отвезти меня домой. Но я отказалась: я честный человек, чего мне бояться? Вышла из исполкома через парадную дверь — и решила: все, увольняюсь. Пришла домой, очень хотелось плакать. Но меня поддержал муж и вся семья.

Фото: фейсбук Кастуся Шыталя
В Глубоком девушки в белом выходили с цветами на площадь — в знак протеста против жестокости силовиков на разгонах протестующих против итогов выборов. Марина Соколовская тоже участвовала в этих акциях. Фото: фейсбук Кастуся Шыталя

Увольнение: «Мне говорили: это удар в спину, ты нас «подставила»

10 августа Марина Соколовская написала заявление на увольнение:

— Начальник отдела заявила мне: «Я не знаю, что теперь сказать председателю райисполкома, не знаю, что сказать области». В итоге я отработала еще день 10 августа, но дала себе установку: уйду по-любому, если вынудят, то даже по статье — за прогул. В райисполкоме у меня спрашивали: «Ну уволишься ты — и что? Где будешь работать?» Я отвечала: «Неважно, лишь бы не заниматься нечестными делами».

11 августа начальство попросило Марину написать заявление на 10-дневный отпуск за свой счет.

— Думали, что я одумаюсь. Но нет, 21 августа я уволилась.

Марина говорит, что после того, как она заявила об уходе, угроз в ее адрес не было. Но бывшие коллеги ее критиковали:

— Мне говорили: мол, это удар в спину, ты нас «подставила», а мы тебе доверяли, как себе.

Девушка пока не нашла работу:

— Чем буду заниматься дальше, сложно сказать. Пока побуду домохозяйкой. Не скрою, мне было сложно принять это решение. Конечно, терять работу страшно. Это деньги, это занятость. Мой муж тоже работает в бюджетной сфере, детей у нас пока нет. Моя бабушка переживает и просит: «Марина, иди просись обратно. Как ты будешь жить?». Но я понимаю: мне 28 лет — и все еще впереди. Написала в инициативу «Честные люди», подала заявку на обучение и переквалификацию. Может, подумаем с мужем открыть свое дело, хотя это сейчас рискованно. Но больше всего я бы хотела работать в сфере культуры, мне это очень нравится.

Фото: фейсбук Кастуся Шыталя
14 августа на флагштоке перед райисполкомом жители Глубокого подняли бело-красно-белый флаг. Фото: фейсбук Кастуся Шыталя

 

Марина Соколовская гордится тем, что живет в Глубоком.

— У нас действительно необычный город. И позиция многих людей такая, что они против действующей власти, не согласны с итогами выборов. Я хочу быть честной перед своими земляками и другими белорусами. Поэтому и ушла из райисполкома. Ушла по велению совести.

 

Оригинал

От ред. belisrael.info. Сегодня статью о Марине Соколовской перепечатала и газета «Народная воля». Из-за того, что руководство типографии «Белорусский дом печати» взяло на себя цензорские функции, с прошлой недели многие неправительственные газеты в Беларуси выходят с запозданием или вообще не попадают к читателям. Вот и номер «Народной воли» за 25.08.2020 не был своевременно опубликован в бумажном виде, но он доступен в электронном по ссылке (формат pdf).

См. также поучительную историю об увольнении Александра Балберова, замдиректора художественного музея в Могилёве.

Опубликовано 25.08.2020  14:46

СТРАННОСТИ В БОБРУЙСКЕ

Бобруйская медсестра: «Даже медики не знают числа заболевших в городе»

24 мая 2020

Как работается в период пандемии медсёстрам, сколько им платят за контакты с пациентами с ковид-19, как часто делают тесты, насколько они обеспечены средствами защиты и как мы с вами можем им помочь? На все эти вопросы ответила одна из медсестёр больницы имени Морзона, на условиях анонимности.

Вам приходится контактировать с пациентами с ковид-19?

– В первое время к нам привозили контактных, а сейчас всех отправляют в центральную больницу – даже людей с температурами.

Ваши пациенты ответственно относятся к вопросу защиты от вируса?

– В нашей больнице некоторые отделения закрыты, но люди всё равно приходят туда без масок! Поражает, когда некоторые приходят с масками на подбородке. Делаешь замечание: “Надевайте правильно”. Отвечают: “Я в них не верю”, или: “Мне так дышать неудобно”. Отвечаем, что сами сутками в них находимся, нам тоже неудобно, но терпим.

А есть и такие, кто понимает серьёзность ситуации, сами просят не класть их в больницу, чтобы не рисковать. Но безалаберных хватает.

Однажды в нашей больнице был прямой контакт в приёмном отделении. Медики закрыли дверь и ждали “скорую”, чтобы контактного пациента госпитализировали в инфекционку. Ждали часа два. И всё это время люди рвались туда, стучали, чтобы их приняли. Им объяснили: “Здесь контактник”. Они: “Нам всё равно. Сколько мы можем ждать? Вы не работаете!”. А когда “скорая” забрала человека, туда, естественно, сразу никого не пускали, потому что кварцевались. Ожидающим предложили перейти в другой кабинет, и снова сопротивление: “А нам в этом удобно!”.

С чем связана такая беспечность?

– Тяжело сказать. У нас много что скрывается, видимо поэтому люди не верят в опасность болезни. Если бы вся информация была открыта и люди всё знали, они в тех же магазинах не ходили бы без масок.

Советуете ходить в магазин в маске?

– Да. Можно заразиться и в магазинах, и в общественном транспорте, и в аптеках. На улице можно ходить без масок. Но когда заходите в помещение, где большое скопление людей, лучше надеть.

Как у медиков со средствами защиты, всего хватает?

– Нам выдают маски. Одну, одноразовую, на смену. На 12 часов рабочего времени. А они должны меняться через каждые два-три часа.

А если был подтверждённый контактник, нужно с себя полностью всё снимать!

Также нам выдают щитки и шапочки, и одноразовые костюмы – они для нас стали многоразовыми. Носим, пока не порвутся: стираем, гладим, вешаем под кварцлампу. Ещё нам выдали большие противочумные костюмы, по размеру они подходят не всем. И тем, у кого маленький рост, приходится их подшивать, подлаживать. Та же история с перчатками: они есть, но если у медсестёр маленькие руки, им приходится самим покупать их по размеру. Респираторы дают не всем.

Вам страшно?

– Да, конечно. Страшно принести вирус домой, заразить детей и близких людей.

В Бобруйске есть медики с ковид-19?

– Да, есть. Их довольно много, но точную цифру нам не говорят.

То есть даже вы, медики, не знаете реальную ситуацию по Бобруйску?

– Да. Нам ничего не говорят. Но некоторые отделения в нашей больнице закрыли. На карантине 2-я кардиология, и 1-я на подходе, нефрологическое отделение, пульмонологическое по второму кругу, хирургия, детская хирургия, ЛОР-отделение. И там тоже болеют врачи, медсёстры и санитарки.

Конечно, это естественный процесс – если в больницу попадает пациент с ковид-19, от него может заразиться и медперсонал.

Примечание: На сайте УЗ “Бобруйская городская больница скорой медицинской помощи имени В.О. Морзона” сообщается, что “…с целью профилактики распространения COVID-19 введены карантинные мероприятия. Временно прекращены плановая госпитализация, плановые консультации узких специалистов, в т.ч. врача-оториноларинголога, врача-офтальмолога, главных специалистов города, а также оказание платных медицинских услуг. Введен временный запрет на посещение пациентов, передачи принимаются в приемном отделении учреждения с 11.00 до 15.00, с 17.00 до 19.00. При обращении в учреждение необходимо соблюдать масочный режим”.

Как у вас с зарплатой, есть доплаты “за вредность”?

– Пока доплат нет. Даже несмотря на то, что приходилось контактировать с заражёнными. Ничего не добавили, ни копейки. Скажу больше, даже девочкам в рентген-кабинете, которые делают снимки лёгких, ещё меньше зарплату дали.

Медиков всё чаще обвиняют в том, что не могут и слова сказать, терпят, боятся потерять работу. Вы с этим согласны?

– Я не боюсь потерять работу. С этой ситуацией… Нас не ценят. Даже обычные люди. Иногда выходишь в этой защите с ног до головы, чтобы обслужить пациентов, которых привозят на “скорой” – а мы их должны принять в первую очередь. И плановые пациенты, зная, что их всё равно положат, начинают выступать, возмущаться.

В “Морзоновке” сейчас работают отделения от БЦБ, детской больницы – очень большая нагрузка! К нам свозят и судорожных больных, и детей, и жертв ДТП с черепно-мозговыми травмами или сотрясениями. Очень много людей, и многие не осознают весь объём нашей работы.

Нам говорят: “Вы тут ничего не делаете, зарабатываете много денег, вам выдали!”. Верят в то, что нас засыпали деньгами во время пандемии. От некоторых слышала такое: “Вы себе уже квартиры новые все купили!”. Какие квартиры? Зарплата медсестры 400 рублей. Как прожить на эти деньги?

И это зарплата с учётом того, что медсёстрам приходится выходить не только в свои смены. Потому что кто-то на больничном, нужно заменять. Иногда приходится из других отделений привлекать медсестёр, рук не хватает… И всё равно люди говорят, что мы ничего не делаем.

Вам делают тесты на ковид-19?

– Совсем недавно нам сделали тесты первый раз, и то пришлось их с криками выбивать. Результаты ещё не готовы.

То есть, теоретически медики могут болеть бессимптомно и ходить на работу?

– Да. Есть такая вероятность.

Как бобруйчане могут помочь медикам и себе?

– Носить маски, соблюдать личную гигиену. И если чувствуете себя плохо, вызывайте врача на дом, не идите в поликлинику, чтобы случайно не заразить других. Тем более, фельдшеры сейчас делают мазки на дому.

Также, если у вас проблема, которая терпит, или хроническое заболевание – лучше посидеть дома. Потому что вы можете прийти к нам с небольшой проблемой, а уйти с ковид-19, заразившись в больнице.

Автор новости: А. Л.

Источник: гугл-кэш страницы частного бобруйского интернет-портала

Кому пандемия, а кому и хайп. В интернете появились фейковые новости о работе СМП им. В.О. Морзона

25 мая 2020 в 16:28

В выходные на одном из бобруйских новостных интернет-порталов появилось интервью с медсестрой-анонимом, которая, если верить изданию, работает в УЗ «Бобруйская городская больница скорой медицинской помощи имени В.О. Морзона». В интервью она высказала свое недовольство нехваткой средств индивидуальной защиты, начислением заработной платы, и тем, что в медицинское учреждение, не профилированное под лечение COVID-19, поступают инфицированные пациенты…

Публикация получила отклики, причем, весьма неоднозначные. Комментарии под материалом оставляли, к слову, другие медики Бобруйска, причем, они явно противоречили интервью медсестры-анонима. Вот отрывок одного из комментариев: «… А про оснащение… У нас выдали каждому по 2 комбинезона, халаты из гуманитарки, одноразовых масок – завались. Марлевых по 4 шт. каждому. Шапочек хватает, перчаток хватает. Щитки на смену каждому есть… …Все зависит, кто как смотрит на происходящее. Надо уметь не только требовать и жаловаться, но и понимать и принимать сложившуюся ситуацию…»

Мнения, как видно, разделились. Чья правда? Пролить свет на положение дел помог главный врач УЗ «Бобруйская городская больница скорой медицинской помощи имени В.О. Морзона» Владимир Белогуров.

– Владимир Валентинович, это правда, что у вас лечатся инфицированные коронавирусом пациенты?

– Информация, размещенная на интернет-портале и в мессенджерах, не соответствует действительности. Наше учреждение не оказывает медицинскую помощь пациентам с COVID-19. Нужно понимать, что мы оказываем экстренную помощь, и с учетом пандемии, безусловно, мы работаем со всеми поступившими пациентами, как с потенциально инфицированными. Поэтому соблюдаем все меры предосторожности и защиты.

– А что насчет карантина?

– У нас введены временные карантинные мероприятия: прекращены плановые госпитализация и консультация. Сейчас мы оказываем экстренную медицинскую помощь. Тем не менее, информация, которая была размещена на интернет-ресурсах, не соответствует действительности: ни хирургическое отделение, ни детская хирургия, ни ЛОР никогда не были на карантине. Пишут, что и пульмонология, якобы, тоже на карантине. Это не правда.

– Хватает ли в учреждении средств индивидуальной защиты для медперсонала?

– Они есть и в достаточном количестве, запасы постоянно пополняются. Ими обеспечены все медицинские работники. Как минимум два раза в неделю мы посылаем санитарный транспорт на РУП «Медтехника» и РУП «Белфармация» для доставки средств индивидуальной защиты. На данном этапе у нас 74 тысячи масок. А это месячный запас для нашего учреждения. Дефицита уж точно нет.

– А что касается выплат, предусмотренных Указом Президента №131?

– В нашем учреждении создана и работает комиссия по установлению стимулирующих выплат. У нас есть специалисты, которые ездят на консультацию в инфекционный госпиталь, который расположен сейчас на базе Бобруйской центральной больницы. Там они могут контактировать с инфицированными COVID-19 или с контактами 1-го уровня. Соответственно, всем, кто оказывает такую медицинскую помощь, безоговорочно производится оплата по 131 Указу. Что касается средней заработной платы, у средних медработников она составила 1009 рублей за апрель, и никак не может составлять 400 рублей, как указали интернет-ресурсы. И хотелось бы добавить: во время этой пандемии медицинским работникам, я считаю, необходимо говорить слова благодарности, а не вбрасывать такую информацию, которая не является действительностью.

Источник: газета «Бабруйскае жыццё»

Бобруйский сайт вынудили удалить интервью с медсестрой, которая рассказала о работе с COVID-19

27.05.2020

Материал под названием «Бобруйская медсестра: Даже медики не знают числа заболевших в городе» вышел на портале bobr.by. В нём женщина из местной больницы на условиях анонимности рассказала, как изменилась её работа из-за эпидемии. Бобруйские власти и главный врач больницы заявили, что всё это ложь, и угрожали порталу судом, если интервью не удалят.

Судиться редакция не захотела, поэтому материал исчез с сайта. Прокомментировать ситуацию для службы мониторинга ОО «Белорусская ассоциация журналистов» руководство портала bobr.by отказалось.

Источник: baj.by; перевод с бел.

От belisrael. Мы – за свободу слова, поэтому публикуем здесь высказывания разных заинтересованных сторон. Безусловно, коллективы больниц во главе с главврачами заслуживают благодарности за напряжённую работу в трудное время. Вместе с тем мы не заметили в интервью «медсестры-анонима» ни «хайпа», ни «фейковых новостей»; полагаем, что газете Бобруйского горисполкома следовало бы осторожней употреблять новомодные словечки.

Вероятно, собеседница bobr.by назвала «карантином» ограничительные меры в отделениях больницы, которые формально карантином могли и не являться. Но это не причина для угроз и удаления статьи из общего доступа… Рассказ о «средней зарплате по больнице» звучит неубедительно, т. к. не представлено доказательств, что ни одна медсестра не была обижена при начислении надбавок (распределения cредств индивидуальной защиты это тоже касается). Ну и заявление «Наше учреждение не оказывает медицинскую помощь пациентам с COVID-19» никак не противоречит опубликованному на bobr.by: «В первое время к нам привозили контактных, а сейчас всех отправляют в центральную больницу».

Хотелось бы знать, что наши читатели думают обо всём этом.

Опубликовано 27.05.2020  17:27

В. Рубінчык. Выбары-выбары…

Прадоўжу аглядаць «перадвыбарную кумпанію» у краіне Тутэйшыі са сваёй званіцы, нізэнькай-нізэнькай. Потым будзе жменя прабачэнняў, ідэй і кур’ёзаў.

Забаўная выйшла дыскусія паміж двума дыпламаванымі гісторыкамі: гомельскім Пятром Кузняцовым і мінскім Аляксандрам Кур’яновічам. Вялося пра палітычную вагу фінансіста Віктара Бабарыкі. Калі коратка: Пётр, паслухаўшы прэс-канферэнцыю В. Б., заяўляе, што прэтэндэнт «рызыкуе і свядома адсякае ад сябе пратэстны электарат, але, у той жа час, спрабуе гуляць на куды большым і шырокім электаральным полі… Аперуе не каштоўнаснымі і ідэйнымі рэчамі, а цалкам практычнымі і зразумелымі простаму абывацелю», г. зн. мае шансы ў жніўні 2020 г. Аляксандр – кандыдат навук, даследчык парламентарызму ў Беларусі – упарта пярэчыць: «Палітычныя лідары, здольныя захапіць уладу, не з’яўляюцца на палітычнай сцэне за два-тры месяцы да гэтага “захопу”. Бальшавікі і нацысты ішлі да ўлады пятнаццаць-дваццаць гадоў, лідары аксамітавых рэвалюцый Вацлаў Гавел і Лех Валенса з’явіліся не за адзін дзень. А што Бабарыка? Ён запомніўся хіба што некалькімі крытычнымі інтэрв’ю ды прыватнымі пастамі ў сацыяльных сеткахКалі дапусціць фантастычны варыянт, што дзясяткі тысячаў прыхільнікаў Віктара Бабарыкі выйдуць на пратэсты, каб абараніць свой выбар, то Бабарыку на чале іх уявіць проста немагчыма. Ён не вулічны палітык».

Папраўдзе, пакуль што гэткія дыскусіі нагадваюць дыялог гогалеўскіх персанажаў з «Мёртвых душ»: «Даедзе тое кола ў Маскву або не даедзе?» Працэдура выбараў у класічным іх разуменні даўно пахаваная ў/на нашых землях, і тыя маніпуляцыі для напаўнення «парламента» або перапрызначэння «прэзідэнта», што ладзяцца ў РБ два дзясяткі гадоў, выбарамі па сутнасці не з’яўляюцца. Тым не менш яны залежаць ад стану «эліт», і вось тут крыецца «фортка магчымасцей», пра якую даводзілася пісаць летась. Эліты ў Беларусі не гамагенныя, ужо даволі чотка вымалёўваюцца «партыя Мао» і «партыя Лінь Бяо» 🙂 Далёка не ўсе ключавыя чыноўнікі палюбляюць клан Лукашэнак. На фоне каранакрызісу – ролю якога сп. Кур’яновіч, падобна, недаацэньвае – галасы дзе-нідзе ў нас парой могуць падлічыць без фальсіфікацый, як тое было ў 1994 г… А каб тады не спрацаваў «эфект даміно»?

Так, на сёння Бабарыка – малавядомая ў грамадстве асоба, дарма што ў яго ініцыятыўную групу запісалася каля 10 тыс. чалавек (болей толькі ў Лукашэнкі). Але цяпер зусім не тая эпоха, калі папулярнасць набывалася цягам 10-15 гадоў. У «грамадстве спектаклю» умелы PR важыць болей за паступовае карасканне «угору па лесвіцы, што ідзе ўніз». Гісторыя ператварэння масажыста ў губернатара хораша паказана ў расійскім фільме «Дзень выбараў» (2007).

Сінема – фабрыка кроз, але хуткія ўзлёты магчымыя наяве, што не далей як у 2019 г. даказаў прыклад нашых паўднёвых суседзяў. Калі комік за тры месяцы здолеў раскруціцца да прэзідэнта, чаму шматвопытны банкір не здольны паўтарыць яго шлях? (Дадам, што з В. Бабарыкам я не знаёмы, дый не дужа цягне; разважаю абстрактна.) Да таго ж уклад чэла ў самараскрутку, як ужо адзначалася, не зводзіцца да «некалькіх крытычных інтэрв’ю ды прыватных пастоў у сацыяльных сетках». Падобна, што да выбараў В. Б. пачаў рыхтавацца загадзя, у тым ліку з дапамогай вядомай краўдфандынгавай платформы, дзе рэй вядзе яго сын Эдуард (ён жа – «правая рука» ў палітычнай кумпаніі). Не «вулічны палітык»? Але ці мог нехта дапусціць увосень 2003 г., што Аляксандр Казулін, які-ніякі доктар навук, рэктар універсітэта і без пяці хвіляў пасол Беларусі ў ААН, праз два з паловай гады паспрабуе сілай прабіцца на «Усебеларускі сход», а потым павядзе пратэстны марш на фалангі АМАПаўцаў?

Карацей, краіна ўступае ў перыяд палітычнай непрадвызначанасці; многае будзе залежаць ад паводзін вышэйшых дзяржчыноўнікаў у барацьбе з COVID-19 (колькасць ахвяр у РБ пераваліла за 200). І ад чынавенскай рэакцыі на сусветны эканамічны крызіс, выкліканы як самім вірусам, так і няўмелым з ім змаганнем… Пра «кавіданоміку» ў Беларусі можна пачытаць тут. Наказ ад самі-ведаеце-каго «давайце пасадзім больш бульбы, яна нас уратуе» у 2020 г. усё ж выглядае праставата, як і прапанова былога дырэктара Парка высокіх тэхналогій бясплатна раздаць усім грамадзянам Беларусі зямельныя надзелы (калі б у канцы 1980-х БНФ выступіў з такой праграмай, апанентаў «рэжыму» на руках бы насілі, а цяпер позна).

Валерый Вільямавіч спасылаецца на досвед Фінляндыі, дзе працаваў у 1991 г.; маўляў, дзякуючы валоданню надзеламі «фіны так адчайна змагаліся за сваю зямлю ў перыяд Зімовай вайны 1938–1939 года, супрацьстоячы агромністаму Савецкаму Саюзу». Чарговы раз дэманструючы, што мінуўшчына для яго – поле маніпуляцый; хто-хто, а спецыяліст па міжнародных адносінах з кандыдацкай ступенню мусіў бы ведаць, што вайну з СССР Фінляндыя вяла ў канцы 1939 – пачатку 1940 гг.

Людзям уласціва памыляцца. Во даў я маху з песняй «Шпілт а фрэйлэхс», якую выконвае Тамара Гвердцытэлі; следам за амерыканскім ідышыстам Юрыем Ведзяняпіным прыпісаў словы той песні Ізі Харыку, а музыку – Мотлу Палянскаму. Насамрэч гэта песня Самуіла Палонскага на верш паэта з Украіны Іцыка Фефера (прыяцеля Ізі Харыка).

Раней я падаваў прозвішча прэтэндэнта як «Цапкала»; цяпер аказваецца, што паводле пашпарту ён Цэпкала. Прыняў да ведама… каб яшчэ ўсяведная газета «Звязда» прыняла (у 2015–2017 гг. не менш за 10 разоў друкавала прозвішча дзяржаўнага дзеяча з трыма «а»).

Мог бы і пан Цэпкала прызнаць свoй ляпсус, але не прызнаў, і мой камент пра час Зімовай вайны чамусь не з’явіўся на яго старонцы. Якая, будзьма шчырымі, больш нагадвае аматарскі блог, чым сайт кандыдата ў прэзідэнты. Штопраўда… ці не паліттэхналагічны гэта ход з боку В. Ц. – спроба падлабуніцца да «звычайных блогераў», выглядаючы як адзін з іх?

Яшчэ адна інцярэсная навіна з тутэйшага сайта… Аказваецца, Кім Чэн Ын захапіў уладу ў Кітаі! Крочыць на Мінск 🙂

Існуе меркаванне, што партал tut.by, дзецішча нядаўна спачылага Юрыя Зісера, не такі, што ён – «сярод лідараў медыйнай прасторы Беларусі не толькі ў статыстычных паказчыках, але і ў якасці журналісцкага прадукту» («Радыё Свабода», 21.05.2020). Густы розняцца, і я не хацеў бы прыніжаць «партал № 1», вышукваючы ў яго «блохі» – пагатове ў 2008 г. і 2010 г. tut.by перадрукоўваў гутаркі са мною. Разам з тым не адмаўляюся ад таго, што пісаў пра гэты камерцыйны праект у «Катлетах & мухах» (2016–2019), і дадам яшчэ пару абзацаў.

Курс на самацэнзуру, узяты на партале пасля снежаньскіх падзей 2010 г., не быў мне блізкі. Асабліва прыкра было даведацца пра адзін эпізод: у кастрычніку 2011 г. рэдакцыя перапыніла трансляцыю сустрэчы з Лявонам Вольскім, калі той заспяваў сатырычную песню пра выбарчую кампанію… Лявон не пакрыўдзіўся, і праз нейкі час песня ўсё ж зрабілася даступная слухачам, але «асадачак астаўся». Тады ж выявілася, што Ю. З. такі мяшаўся ў бягучыя рэдакцыйныя справы: «У нас былі падставы прыпыніць трансляцыю, калі Лявон пачаў непрыхавана здзеквацца з дзяржаўных асоб». Заснавальнік дадаў: «Песня стане хітом, бо ўсім будзе цікава, што ж мы не прапусцілі ў эфір. Лявон павінен быць нам удзячны за паспяховую правакацыю…». Потым (у cакавіку 2018 г.) дзіўна было чытаць словы Зісера: «Многія ўвогуле не ведаюць, што я праграміст, а не журналіст, і ніколі не меў адносінаў да працы рэдакцыі».

Зміцер Дзядзенка ў гутарцы са мной падкрэсліў: «Зісер, безумоўна, значная фігура на нашым полі і за ім шмат заслуг». Але нагадаў, што партал tut.by дапамог міліцыянтам «вылічыць» карыстальніка ў 2013 г., г. зн. задоўга да таго, як дзяржава ўвяла ідэнтыфікацыю каментатараў (справа Андрэя Карэліна). Улічваючы эпізоды з Вольскім і Карэліным (падобных «прагінаў», на жаль, было больш), я скептычна стаўлюся да ідэі з «вуліцай Зісера» ў Мінску. І прэзентую urbi et orbi больш перспектыўную ідэю…

Як ужо выпадала пісаць, медыяменеджары – заснавальнікі і рэдактары СМІ – у Беларусі XXI ст. з’яўляюцца групай рызыкі. Нярэдка яны дачасна пакідалі гэты свет, «згарэўшы на працы». Пералічу некаторых (зразумела, спіс можа быць даўжэйшы):

Юрый Базан (заснавальнік і галоўны рэдактар «Аўтарадыё») – пражыў 53 гады.

Віктар Валадашчук (заснавальнік і галоўны рэдактар «Газеты Слонімскай») – 61.

Ігар Гермянчук (рэдактар газет «Свабода» і «Навіны», заснавальнік і рэдактар часопіса «Кур’ер») – 41.

Юрый Зісер (заснавальнік tut.by) – 59.

Аляксей Кароль (галоўны рэдактар газеты «Новы час») – 70.

Алесь Ліпай (сузаснавальнік і дырэктар інфармагенцтва БелАПАН) – 52.

Юрый Шырокі (намдырэктара агенцтва БелАПАН) – 36.

Кожны з іх зрабіў унёсак у развіццё неказённай сістэмы распаўсюду інфармацыі. Думаю, не варта высвятляць, хто з гэтых людзей большы герой, хто меншы: можна проста паставіць ім агульны помнік і назваць яго, да прыкладу, «Бой з ценем». Дэ-юрэ няхай бы гэта быў нават не «помнік» (каб абысці бюракратычныя працэдуры – узгадненні ва ўрадзе і пад.), а скульптура, якую варта было б усталяваць на прыватнай – але бачнай гараджанам – тэрыторыі. Такіх пляцовак цяпер нямала ў сталіцы Беларусі.

Файна зрабіла кіраўніцтва фірмы «Амкадор»: не чакаючы, пакуль дзяржава адшкадуе для мінчукоў помнік Уладзіміру Караткевічу, у 2017 г. паставіла перад цэнтрам «Спамаш» скульптуру…

Хтосьці лічыць, што гэта малады Караткевіч (балазе падабенства ёсць, дый радок з твора У. К. ля ног змешчаны), афіцыйна ж тут паказаны «збіральны вобраз маладога паэта». Скульптар Уладзімір Слабодчыкаў будзе казаць: «Калі людзі пазнаюць у ім Караткевіча – слава богу».

І новыя кур’ёзы. Няможна не бачыць прыкметаў таго, што жыццё імітуе краснае пісьменства… Пэўная частка інтэрнэт-аўдыторыі распалілася праз тое, што ў сеціва трапіў здымак медсястры ў паўпразрыстым ахоўным касцюме, пад якім… было няшмат адзення. Успомнілася кніга «Так, пане міністр!» з калекцыяй бюракратычных пісулек…

No comment.

Калі ж чытаеш «Ужо ў гэтым годзе гарадскія газоны ў Мінску плануюць апрацаваць хімікатам, які прыгнятае рост і развіццё дзьмухаўца», то мазгі апаноўвае апавяданне Паўла Касцюкевіча «Вайна з дзьмухаўцамі» (2011; увайшло ў зборнічак, уганараваны прэміяй Гедройца). Што характэрна, гарадскія ўлады апалчыліся на дзьмухаўцы менавіта сёлета, пасля таго як апавяданне было перакладзена на рускую і апублікавана на belisrael.info (!) Супадзенне? 🙂

I вось яшчэ ўскосны доказ папулярнасці ізраільскага сайта ў Мінску. Мой леташні артыкул змяшчаў шэраг фотак, дзе вулічныя назовы былі пададзены толькі па-руску… У верасні 2019 г. я заўважыў, што такое афармленне шыльдаў супярэчыць закону пра найменні геаграфічных аб’ектаў (2010). Выпадкова ці не, адна таблічка ўжо беларусізавалася (трымціце, рэгнумаўскія клікушы :))

Было ў жніўні 2019 г. і стала ў траўні 2020 г.

Шчасце прыходзіць гамеапатычнымі дозамі, але дзякуй і за тое.

Вольф Рубінчык, г. Мінск

wrubinchyk[at]gmail.com

25.05.2020

Апублiкавана 25.05.2020  22:55

Водгук
Пасмяяўся, калі прачытаў, што таварыш Кім з Паўночнай Карэі кіруе Кітаем.
Дзьмухаўцы песцяць вока. Кепска толькі тое, што яны экспансіўныя і ў сваёй экспансіі не даюць жыцця іншым раслінам. Вось тут і патрэбны граматны чалавек-рэгулятар.
Важна, каб, змагаючыся з дзьмухаўцамі, мы не паўтарылі кітайскую вайну з вераб’ямі, што вялася ў канцы 1950-х гадоў. Але думаю, што дзьмухаўцам доля кітайскіх вераб’ёў не пагражае. (Анатоль Сідарэвіч, г. Мінск)
29.05.2020  12:26

ТРИ ЖЕНЩИНЫ, ТРИ МНЕНИЯ

На плато?

Беларусь выходит на плато по коронавирусной инфекции. Об этом, как передаёт агентство «Минск-Новости», заявила в эфире телеканала СТВ заместитель министра здравоохранения Елена Богдан.

Она подчеркнула, что в последние дни в республике выявляется примерно одинаковое количество заразившихся СOVID-19 – в среднем от 8,7 до 9,7% от числа проведённых в сутки тестов.

Также замминистра озвучила общее число заболевших и выздоровевших: с первого выявленного пациента на 14 мая общее число людей с подтверждённым коронавирусом составило 26772 человек. Из них выздоровели и выписаны из учреждений здравоохранения или закончили медицинское наблюдение 8168 пациентов.

Е. Богдан отметила, что на данный момент лекарства от коронавирусной инфекции не существует, однако для лечения пациентов с выявленным СOVID-19 используется комплекс разных препаратов, которые так или иначе подтвердили свою результативность в борьбе с новым вирусом. Это могут быть и лекарства против малярии, и средства для лечения ВИЧ-инфекции, и даже против артрита.

«Но неудачи есть. Мы анализируем каждую неудачу. И позвольте выразить слова соболезнования родственникам, родным ушедших пациентов, тех, кому мы искренне старались, но не смогли помочь… Мы начали использовать иммунную плазму. Мы благодарны людям, которые сами перенесли инфекцию, возможно, сами еще не восстановились после этой инфекции, но пришли и сдают плазму для того, чтобы она помогала пациентам, которые находятся в тяжелом состоянии», – сказала Е. Богдан.

(источники: сайты СТВ и газеты «Звязда»)

«Ждём лета в старых квартирах…»

Говорит Ирина Глинская, заместитель главного врача по эпидемиологии Республиканского центра гигиены, эпидемиологии и общественного здоровья (Беларусь):

Проблема дать точный прогноз всё-таки есть во всем мире… По нашему прогнозу, в целом, по республике мы полагаем, что к концу месяца, а в июне уже точно, мы выйдем на устойчивое снижение количества новых случаев.

Всё-таки большинство ученых мира полагают, что этот вирус будет вести себя как обычный респираторный вирус. Несмотря на то, что он впервые вышел в популяцию, то есть большинство из нас с ним ещё не сталкивались, но тем не менее мы полагаем, что определённые черты от респираторного вируса у него есть.

Второй момент. Как бы там ни было, летом уменьшаются те факторы, которые влияют на более высокую заболеваемость. То есть мы менее часто общаемся в тесных помещениях. Мы выходим на улицы. Если это кафе, то это всё-таки улица. Кто-то у нас уезжает на дачи, на открытый воздух. То есть те факторы риска, которые имеются для заболевания в холодный период времени, летом они сходят. Поэтому летом, несомненно, уровень заболеваемости будет снижаться.

(источник: сайт СТВ, 14.05.2020)

Шанс на свободу

Пишет Ирина Халип (15.05.2020, 7:36)

Не стоит обсуждать Шлёпкина и Пронькина

Граблями, как можно заметить, балуются не только белорусские чиновники, но и многие сограждане. Вот только вчера, казалось бы, говорили о том, как спасать родных и себя, волонтёрствовали, развозили по больницам средства индивидуальной защиты, и вдруг – хоп! – забыв про всё, сели за компьютеры и радостно забарабанили по клавишам, загомонили и заголосили, всерьёз обсуждая шансы кандидата Пронькина против кандидата Шлёпкина.

Опомнитесь, сограждане. Не поддавайтесь на очередную провокацию власти. Она того и хочет – чтобы все забыли про эпидемию и начали ломать копья на предмет обсуждения Шлёпкина и Пронькина. Не стоит этого делать. И не потому, что Шлёпкин и Пронькин чем-то плохи. Возможно, они вполне милые и умные люди. И если бы в Беларуси были честные выборы – сегодня у Лукашенко не было бы шансов. Его уничтожили бы в первом же туре и тракторист, и фермер, и блогер, и фитоняшка, и Кашпировский, и даже лошадиная задница. Если бы да кабы. А в реальности Лукашенко с Ермошиной уже радостно потирают руки и открывают шампанское. Праздновать им помогают и те, кто решил в этом участвовать, и те, кто тратит время на обсуждение личностей решивших. Только давайте уже обходиться без эзопова языка.

Мы все видим, что творит Лукашенко. Видим, как на глазах у всего мира он уничтожает собственный народ. Как создает очаги заражения своими извращёнными приказами. Как называет умерших «этими». И участвовать в выполнении очередного извращённого приказа, пусть даже с самыми что ни на есть благими намерениями, – это значит стать той самой старушкой («O sancta simplicitas!»), что из усердия подбрасывала хворост в костер, на котором сжигали Яна Гуса. Старушка эта так и не поняла, что была соучастницей убийства, но мы-то с вами в двадцать первом веке живем, образованными стали, интернетом пользуемся. Неужто весь этот научно-технический прогресс был напрасен, и те старушки с хворостом ещё не перевелись?

Именно они будут участвовать в аутодафе белорусского народа, бродя по квартирам в поисках подписей, заражаясь и заражая других. Вернее, «соучаствовать». Никто ведь уже не спорит с тем, что Лукашенко совершает преступление? Значит, все, кто согласился, – соучастники. Принцип прост: те, кто за людей, в продолжении парада и субботника участвовать не будут. На этом тему «президентских выборов» можно закрывать.

Впрочем, еще кое-что. Я уже слышала вопросы: «Так что, бойкот? Игнор? Это ведь ни к чему не приведет в нашей ситуации. «Выборы», конечно, тоже ни к чему не приведут. Но как же Площадь?!» Так вот, давайте наконец разорвем этот порочный круг «президентские выборы-Площадь», в который мы сами себя загнали. Мы ведём себя так, будто портал в свободный мир открывается лишь раз в пять лет, как окно в Париж в старом фильме. Там, правда, раз в сто лет открывался, зато получается, что у белорусов шанс на свободу появляется даже реже, чем Олимпийские игры.

А почему, собственно? Почему даже день протеста назначает нам Лукашенко? А в остальные дни у нас, что ли, отсутствует жажда свободы? Она к нам приходит раз в пятилетку? Конечно, нет. Просто нужно выйти наконец из этого круга и признать, что это очень удобно, когда Лукашенко придумывает дату выхода на Площадь, а вовсе не мы сами. Принимать решения всегда гораздо труднее, чем выполнять чьи-то чужие. Счастье – это отсутствие вариантов.

Но без принятия самостоятельных решений ничего и не получится. Лукашенко с Ермошиной думают, что они уже всех перехитрили. Назначили «выборы» в блокадном Ленинграде, отказались от наблюдателей, пообещали спойлерам самолично пририсовать недостающие подписи. Знают, что эпидемия не закончится к августу, а пока она не закончится, уличные акции могут стать очагом заражения похлеще парада, так что ни один нормальный человек к этому не призовет. Они надеются, что круглосуточно вопящие сирены «Скорых» на улицах наших городов заглушат и прикроют их преступления. Пора с этим заканчивать.

Настоящий день выборов – сегодня, сейчас, сию минуту. Точнее, день выбора. Стать соучастником преступления – или хорошо подготовиться к наказанию преступника. Распылиться – или сохранить себя. Увязнуть в бессмысленных размышлениях на тему, идти или не идти на площадь 9 августа, – или самим назначить дату Площади. Признать поражение – или победить. Решайте скорее. День выбора – уже сегодня.

Ирина Халип (Charter97.org)

В Беларуси, где с января 2018 г. действует блокировка «Хартии», статья доступна по адресу: https://amp-charter97-org.cdn.ampproject.org/c/s/amp.charter97.org/ru/news/2020/5/15/376487/

Cлева направо: Е. Богдан, И. Глинская, И. Халип

От belisrael.info. Наш сайт всегда открыт для разных (но корректно выраженных!) мнений. Есть и такое, от руководителя ассоциации медицинских центров Израиля МЕDES Романа Гольдмана: «Экономика восстановится – медленно, может, не сразу. А мёртвых не оживишь. Много спорят про модели. Так вот, единственная сработавшая модель – жёсткий карантин, маски, дистанция, тотальный запрет на передвижение. Шведская модель, увы, не сработала – у них погибших больше, чем выздоровевших (на сегодня в Швеции 3529 умерших с COVID-19, а выздоровевших 4971 – belisrael). Про белорусскую модель даже писать не хочется, нет цензурных словТе, кто опоздал – Россия, США – сейчас только проходят пик… Может быть, будет вторая волна, может, повезет и проскочим. Врачи говорят: опасность сохраняется до тех пор, пока не выработается массовый иммунитет или не придумают вакцину. Но массовый иммунитет – это не менее 60% переболевших. Представьте, что, если взять из этого количества 5% тяжелых, никакая система здравоохранения их не переварит. Это не считая смертности от обычных инфарктов, инсультов и т.д., которая сразу подскочит на порядок из-за отсутствия помощи и боязни людей обращаться в больницы. Такие случаи тоже были. В “Ихилов” привезли мужчину с тяжелейшим инфарктом, кое-как вытащили с того света. Оказалось, неделю ходил с болями в груди, но обращаться в приемный покой не хотел. Поэтому и нужен карантин, дистанция, маски и закрытые границы. Друзья мои, мы столкнулись с тем, с чем не сталкивались уже 100 лет. В планетарном масштабе мы еще в эпицентре урагана. Как справедливо заметил доктор, с которым я беседовал: это середина начала» (выделено нами).

Хотелось бы доверять прогнозам «утешительниц», но, как уже справедливо отмечали, предыдущие предсказания от милых дам из белорусского минздрава (не говоря уже о «главном вирусологе» из Дроздов) не очень-то сбывались: «14 апреля замминистра заявила: Ситуация по регистрации от 300 до 400 случаев COVID-19 в сутки продлится еще две-три недели. Имелось в виду, что роста от этого уровня не будет, а на стыке апреля и мая начнется спад. Однако уже 15 апреля было +447, 17-го – +575, а спустя две недели – +919». 18 апреля начальница г-жи Глинской, главный санитарный врач Беларуси Наталья Жукова рассуждала: «Есть предпосылки предполагать, что заболеваемость должна снижаться в ближайшие три-четыре недели». Но заканчивается четвёртая неделя с момента её рассуждений, а число выявленных случаев COVID-19 за день колеблется между 900 и 1000 (сегодня было объявлено о 958 новых случаях). Да и то, что выздоровела и выписана лишь неполная треть от заразившихся, вряд ли внушает оптимизм (в частности, хватит ли той иммунной плазмы, о которой упоминала г-жа Богдан?) Известное дело, в России, Украине и в той же Швеции доля поправившихся сейчас ещё меньшая, но…

В Беларуси и Израиле эпидемия COVID-19 стартовала примерно в одно время, т. е. в конце февраля. В обеих странах давно имеются немалые проблемы в сфере здравоохранения (особенно массового), и далеко не все медучреждения были готовы к приёму инфицированных, тем не менее доля выздоровевших в Израиле на сегодня – три четверти (12587 из 16589). Может быть, руководству белорусского минздрава следовало бы меньше «слушать батьку» и кивать на недостатки в других странах, а присмотреться к израильскому опыту в части лечения?

Мы не намерены называть кого-либо преступником до приговора суда, вступившего в законную силу. Всё же мнение И. Халип довольно характерно, и мы посчитали нужным познакомить с ним читателей. Будем надеяться, что «преступник» – это метафора или гипербола, как и «блокадный Ленинград», на который Беларусь, по нашим сведениям, не очень похожа.

Опубликовано 15.05.2020  18:18

В. Рубінчык. Яшчэ 2½ падзеі…

Я пра тое, што назіралася ў канцы тыдня – абвяшчэнне даты «прэзідэнцкіх выбараў» і парад, ён жа «выбар, ад якога няможна адмовіцца» (ясна, успомніўся аналагічны выраз «Хроснага бацькі»). Палова падзеі – гэта канцэрт увечары 9 мая на сталічнай плошчы Перамогі, ён жа чарговае масавае мерапрыемства, праведзенае ўладамі РБ насуперак рэкамендацыям Сусветнай аховы здароўя.

Пачну з думак пра парад і канцэрт. Бадай, лішне казаць, што логіка «людзі на фронце не баяліся, а вы…» у мірны час вельмі хісткая і непрымальная ў 99,9…% выпадкаў. Гэта нават і не логіка часцей за ўсё, а дэмагогія. Дальбог, мой дзед Вульф Залманавіч ваяваў не за тое, каб гледачы – многія з якіх учора не датрымлівалі і не маглі датрымліваць санітарнай дыстанцыі – падстаўляліся пад небяспеку захварэць на COVID-19.

Фота адсюль

Павел Севярынец заранёў – яшчэ 3 мая – ахрысціў учорашнюю імпрэзу «парадам смерці». Ён палітык і мусіць «завастраць», а калі ўключыць менш эмацыйны рэгістр, то варта ўдакладніць, што з удзельнікаў і гледачоў у бліжэйшы час памруць не ўсе – і дай Б-г, каб ніхто не памёр. Аднак рызыка таго, што мноства людзей у тлуме падхапіла кантагіёзны вірус – вялікая, а наступствы хваробы, выкліканай каранавірусам, які мутыруе, непрадказальныя. Ну, калі маем «высачайшае» стаўленне да жыхароў Беларусі як да «народца», а нават часам як да «пагалоўя» (прымаўка пра «карову, якая ідзе да сена» ў 2016 г., агаворкі ці «шутки юмора» пра «чыстку капытоў» у 2017 г. і «напыснікі» ў 2020 г.), то насамрэч няма розніцы, колькі «галоваў» захварэе: на тысячу болей, на тысячу меней… Вонкавым назіральнікам гэткі пафігізм часам, як ні дзіўна, здаецца лібералізмам (як жа, «гаспадар» не зачыняе быдла народ у тухлых стойлах кватэрах!)

Паўмесяца таму я пісаў, што «Нават калі б памірала на аднаго чалавека меней за кожны патрачаны або недаатрыманы мільён долараў – няўжо яно не было б таго вартае?» Гаворка ішла пра некалькі дзясяткаў мільёнаў замест аднаго (!) няпоўнага мільёна, вылучанага пастановай урада 21.03.2020. На той час у краіне яшчэ не было памерлых ад COVID-19, i я дапускаю, што колькасць іх можна было б скараціць мінімум удвая, хоць бы абавязаўшы рэзідэнтаў РБ на працягу чатырох-пяці тыдняў насіць маскі ў публічных месцах. І загадаўшы TV устрымацца ад «растопчынскіх афішак» тыпу «Беларусь – не істэрычная дзяўчына-падлетак, якая хавае свой твар пад маскай, а гордая рэспубліка-партызанка» (СТВ, 10.04.2020; у 1986-м, прыпамінаю, гэтак жа «бадзёра» змагаліся з наступствамі аварыі на Чарнобыльскай АЭС).

Натуральна, маскі мусілі б распаўсюджвацца бясплатна або за сімвалічную суму, i хай бы на тое пайшло не 50, а 100 мільёнаў USD – пры васьмі мільярдах золатавалютных рэзерваў сума пад’ёмная. Нагадаю, на «Еўрапейскія» гулі 2019 г. было выдаткавана мінімум чвэрць мільярда.

Нашэнне масак не дае поўнай гарантыі ад заражэння, аднак істотна зніжае верагоднасць апошняга. Калі ж яно непамыснае, то чаму, цікава, нацыянальная авіякампанія 8 мая запатрабавала, каб «з 11.05.2020 усе пасажыры, уключаючы дзяцей, старэйшых за 6 гадоў, пры афармленні ў аэрапорце… павінны пастаянна быць у ахоўных масках у час рэгістрацыі, пры надглядзе на бяспеку, у аўтобусах або на тэлетрапе, а таксама на борце паветранага судна цягам усяго палёту (за выняткам часу прыёму ежы)»? Патрабаванне слушнае, вось толькі выстаўленае са спазненнем на паўтара-два месяцы. Многія авіярэйсы ў маі проста давялося адмяніць

Дадатковыя дзясяткі мільёнаў «зялёных» з рэзерваў Нацбанка (я ўжо не кажу пра прэзідэнцкі фонд) маглі б пайсці таксама на лекі, своечасовае заахвочванне медперсаналу і г. д.

Здаецца, нічога крамольнага ў агучаным не было й няма. Абгрунтаваныя надзвычайныя захады ў надзвычайнай сітуацыі не маюць нічога супольнага з «таталітарызмам». Ды нездарма кажуць: «Калі нешта можа быць зразумета няправільна, гэта будзе зразумета няправільна». Адна цікавая асоба перакруціла мае словы так, быццам я прапаную 8 мільярдаў рэзерваў «узяць і падзяліць» – г. зн. кожнаму з 9,4 млн жыхароў выдаць па 800 з нечым USD. Значыць, або звышсквапнасць, або транжырства – трэцяга не дадзена ¯\_(ツ)_/¯

Агулам, усё часцей назіраю тут у некаторых «стакгольмскі сіндром». Гэтыя «некаторыя» разважаюць: улада кепская, мафіёзная, але «можа, так і трэба», бо «кожны народ заслугоўвае свой урад», а калі торгацца, будзе яшчэ горай. Інтэлектуалы 🙁

Выклікае павагу пазіцыя прэзідэнта Украіны, якім бы пан Зяленскі ні быў: «Памятаючы ўсе жахі таго перыяду, мы не робім з вайны культу. І гэты важны дзень — не рэкламная кампанія, не спаборніцтва лозунгаў, не пампезны конкурс танцаў на касцях. Таму што для ўшанавання подзвігу кожнага, хто набліжаў перамогу, галоўнае не гучнасць, а шчырасць». Помнікаў павінна быць нямала, а ўсё-ткі няма чаго ператвараць цэлую краіну (будзь то Украіна, Беларусь, Ізраіль…) у «помнік вайне». Традыцыя пышных вайсковых парадаў у нас насамрэч замацавалася, тым не менш парад i святочны канцэрт мажліва было перанесці на 03.07.2020 – гадавіну вызвалення Мінска, пагатоў паводле шэрагу прагнозаў к таму часу пандэмія COVID-19 крыху суцішыцца… Як не суцішыцца, то пачакалі б і да Дня горада (12.09.2020).

Сам «галоўны» 8 мая заявіў, што «калі будзем ісці гэтым (цяперашнім – В. Р.) шляхам, мы абавязкова праз месяц забудзем пра гэты каранавірус». Не, не забудзем; што праўда, ёсць шанс, што вірус «аслабне» ў нашым клімаце; тады праз колькі тыдняў будзе больш людзей ачуньваць, чым трапляць у бальніцы, і медыкі, многія з якіх цяперака працуюць за траіх, уздыхнуць з палёгкай.

Пакуль што лічбы не цешаць: па стане на 08.05.2020 захварэла на 516 чалавек болей, чым паправілася. На наступны дзень розніца была меншай, але таксама істотнай: 385. 10.05.2020 паведамілі, што за суткі дадаўся 921 хворы, а паправіліся 356 (розніца 565!) Ці ад харошага жыцця, напрыклад, Пінская цэнтральная бальніца з 8 мая працуе ў рэжыме інфекцыйнага шпіталя? Карацей, аніяк не было ўчора падстаў для гучных святкаванняў, калі ў краіне мелася 16 тыс. нявылекаваных хворых на COVID-19, г. зн. цэлы райцэнтр.

Белчынавенства пазірае на канцэрт. Мінск, 09.05.2020. Фота адсюль

Зміцер Дзядзенка напісаў 06.05.2020 у fb: «САЎДЗЕЛЬНІКІ ЗЛАЧЫНСТВА. Менавіта гэтая фармулёўка прыходзіць на розум, калі думаеш пра тых артыстаў, якія пагадзіліся ўдзельнічаць у канцэрце 9 траўня. Бо як іначай можна назваць людзей, якія дапамагаюць стварыць умовы для заражэння небяспечнай інфекцыяй?» Я б не «сёк з пляча» (паслухаць бы меркаванні саміх «саўдзельнікаў»), але, у прынцыпе, абурэнне Змітра падзяляю. Эх, міністэрства культуры і «рэжысёрска-пастановачная група на чале з лаўрэатам спецыяльнай прэміі Прэзідэнта Беларусі дзеячам культуры і мастацтва Аляксандрам Вавілавым»…

*

Восьмага мая квазіпарламент абвясціў пра квазівыбары квазіпрэзідэнта (09.08.2020). Адразу заявілі пра сябе… ну няхай «кандыдаты ў кандыдаты»: Гайдукевіч-малодшы, Дзмітрыеў, Цапкала, Ціханоўскі, Чэрачань. Адноснай нечаканасцю стала толькі (пакуль што віртуальнае) вылучэнне Валерыя Цапкалы, якога, зрэшты, яшчэ ў 2006 г. уключыў у «Спіс беларускіх палітыкаў», падрыхтаваны для кнігі «Палітычная гісторыя незалежнай Беларусі». Тады пан Цапкала кіраваў новаствораным «паркам высокіх тэхналогій»; я прадчуваў, што на гэтым ён не спыніцца. 🙂

У сярэдзіне 1990-х малады Валер чытаў лекцыю нам, студэнтам ЕГУ. Мае – цяпер ужо даволі цьмяныя – уражанні ад лектара: хітры, чэпкі, адукаваны (менавіта ў такім парадку). Па заканчэнні крыху паспрачаўся з ім тэт-а-тэт… Калі б 55-гадовы дыпламат і дасведчаны топ-менеджэр рэальна паставіў на кон усе свае рэсурсы, то мог бы стаць не абы-якім супернікам для 65-гадовага Лукашэнкі.

Цяпер чытаю праграмную заяву Цапкалы, пад якой – тысячы лайкаў. I перакладаю фрагменты на беларускую:

Звыш чвэрці стагоддзя… у краіне ўсталёўваліся сямейныя, неафеадальныя адносіны з магчымасцю праяўлення розных форм капрызнасці, бесцырымоннасці і грубасці ў дачыненні да тых, хто стаіць ніжэй у сацыяльнай лесвіцы.

Адбывалася паслядоўная ізаляцыя энергічных асоб альбо іх выцісканне з краіны. Прадпрымальнік быў крыміналізаваны, а грамадзянін «стэрылізаваны». У выніку сфармавалася грамадства, пазбаўленае іскраў творчасці, смеласці, адвагі. Вынікі гэтага мы добра бачым. Эканоміка страціла канкурэнтаздольнасць, а грамадства – здольнасць да развіцця…

Моладзь з’язджае за мяжу сем’ямі. Бо лічаць, што там больш перспектыў, ведаў, свабоды, грошай і… надзеі. Надзеі на тое, што заўтрашні дзень можа быць лепшы за сённяшні… Беларускае Адраджэнне, магчымасць якога яшчэ адчувалася ў сярэдзіне 90-х гадоў мінулага стагоддзя, не адбылося. Яно змянілася ліхалеццем («безвременьем»), перыядам застою, стагнацыі, грамадскай апатыі і абыякавасці…

Сёння Беларусь стаіць перад гістарычным выбарам! Або працягваць траціць час і энергію на развязанне праблем учорашняга дня. Або і далей выдаткоўваць грошы падаткаплатнікаў на дарагія спартыўныя мерапрыемствы, бутафорскія парады, палацы і рэзідэнцыі.

Або рухацца ўперад, у будучыню!

І г. д.

Амаль з усім я б згадзіўся (у нечым аўтар аж занадта радыкальны), але… у палітыцы важна не толькі тое, што сказана, але і тое, кім сказана. Не абавязкова быць палітолагам, каб заўважыць, што пан Цапкала ў канцы 1990-х – пачатку 2000-х актыўна будаваў тую самую сістэму, якую цяпер лупцуе. Першы намеснік міністра замежных спраў РБ (1994–1997), без сумневу, ухваліў вынікі «рэферэндуму» 24.11.1996, іначай не стаў бы паслом Беларусі ў ЗША (1997–2002). У 2002–2005 гг. В. Ц. служыў памочнікам прэзідэнта, быў прадстаўніком Лукашэнкі ў Нацыянальным сходзе. Пра яго пратэсты супраць чарговага квазірэферэндумy восенню 2004 г. – які, зняўшы канстытуцыйныя абмежаванні на колькасць прэзідэнцкіх тэрмінаў, даў зялёнае святло тым самым «сямейным, неафеадальным адносінам» – мне, на жаль, не вядома.

Ніхто не ідэальны, і людзі з часам мяняюцца… Можа, дыпламат раптоўна зрабіўся відушчым, як на выступе прапаведніка-харызмата? Можа быць, але ў такім разе закон жанру вымагае пакаяння за «жыццё без веры»… У нашым выпадку мінімальная вымога – тлумачэнне патэнцыяльным кандыдатам сваіх ранейшых паводзін.

Ёсць і яшчэ адна аксіёма палітыкі: важна не толькі тое, што сказана, але і тое, што не сказана. Насцярожвае цэнзураваны варыянт біяграфіі «кандыдата» на яго сайце:

Зрэшты, і ў фэйсбуку В. Ц. сарамліва памоўчвае пра тры гады на пасадзе памочніка Лукашэнкі:

Так сабе пачатак. Хаця… якія выбары, такія і прэтэндэнты (правацэнтрысты вунь увогуле пастанавілі не вызначаць «адзінага» кандыдата, згамаваўшы свае «праймерыз»). Не выключаю, што кандыдат Ц. зойме 2-е месца, і гэта з’явіцца «суцяшальным прызам» для айцішнікаў усяе Беларусі. Міністэрства лічбавай эканомікі, пра якое шмат гаварылася ў 2018–2019 гг., ім не адшкадавалі, дык хоць такую сімвалічную «моркаўку» перад носам павесяць.

Вольф Рубінчык, г. Мiнск

wrubinchyk[at]gmail.com

10.05.2020

Апублiкавана 10.05.2020 21:00

“Я хочу жить!” К 75-летию освобождения концлагеря Маутхаузен

___________________________________________________________________________________________________
Освобождение Маутхаузена

Маутхаузен был создан в 1938 году: сначала как место заключения уголовных преступников, затем – особо опасных оппонентов политического режима. Он состоял из центрального лагеря и 49 филиалов, разбросанных по всей территории Австрии. Историк Павел Полян оценивает Маутхаузен как один из самых страшных концлагерей нацистской Германии.

Павел Полян
Павел Полян

– Маутхаузен не был лагерем смерти, где конвейерным способом уничтожали людей. Это классический концлагерь, управлявшийся системой СС и РСХА (Главное управление имперской безопасности. – РС). Но то трудовое использование, которое являлось там основой медленного убийства, было, пожалуй, самым тяжелым во всей системе немецких концлагерей. Это каменоломни, непосильный, тяжелейший физический труд, да еще в сочетании с тем обхождением, которому подвергались узники: жизнь человека там ничего не стоила, причем это не зависело от чинов и званий – именно там погиб знаменитый генерал Карбышев, облитый на морозе ледяной водой. Да, в Маутхаузене не расстреливали специально, как в Дахау или Бухенвальде, но убить могли кого угодно и как угодно. И то, что этот лагерь освободили так поздно, буквально за несколько дней до окончания войны, одним из последних, тоже стоило жизни многим узникам.

Историк Ирина Щербакова, сотрудник “Мемориала”, член ученого совета мемориального комплекса “Бухенвальд”, записавшая множество интервью с бывшими узниками, также склонна считать Маутхаузен одним из наиболее страшных нацистских концлагерей. “Там были крайне трудные природные условия. Лагерь находился довольно высоко в горах: ночи холодные, климат очень резкий”, – говорит она.

С началом Второй мировой войны лагерь интернационализировался. Там оказались люди из оккупированных Германией стран, в том числе и советские заключенные. В Маутхаузене содержались около 200 тысяч человек, из которых почти половина погибли от болезней, непосильного труда, слабости, голода или были убиты эсэсовцами, – рассказывает Ирина Щербакова.

Молодой советский летчик Юрий Цуркан оказался в Маутхаузене в июне 1944 года, после пребывания в двух немецких лагерях для военнопленных, откуда бежал вместе с товарищами, а затем в концлагере Штуттгоф. Когда он попал в плен, ему было всего 23 года. Четыре года провел в лагерях. В Маутхаузене его сразу отправили в штрафную роту (Strafkompanie), которая выполняла самую тяжелую работу – таскала наверх камни из каменоломни по так называемой “лестнице смерти” (Todesstiege). Эта лестница состояла из 186 выбитых в граните неровных ступеней, высотой до полуметра каждая, и уходила вверх под углом 60 градусов.

Лестница смерти в Маутхаузене
Лестница смерти в Маутхаузене

Вот как описывает эту работу Юрий Цуркан в своей книге “Последний круг ада”: “Район, где работают команды, обнесен колючей проволокой. Каждые сто метров стоят вышки: по два постовых с пулеметами, а между ними курсируют автоматчики. Метрах в сорока от лестницы, под обрывом каменоломни, стояла вышка, а напротив в проволочном заграждении прорезана дырка размером, чтобы мог пролезть человек.
Тому, кто не в силах нести камень, предлагают полезть в дыру. Новички, полагая, что капо хочет развлечься, идут к отверстию. Только нагнется человек, как его прошивает очередь из автомата. Труп застывает на фоне бреши. Его фотографируют как “убитого при попытке к бегству”. Многие знали эту уловку и сопротивлялись идти на проволоку; тогда вступали в действие фюреры с дубинками и били до тех пор, пока человек не терял рассудок и с выключенным соображением не шел к отверстию”.

Дочь Юрия Ванда Цуркан много лет занимается наследием отца, умершего в 1978 году, изучает документы, связанные с его пребыванием в плену.

Это преступление нацизма против человечности, не имеющее срока давности

– Об этой “лестнице смерти” написано много книг, это “бренд” Маутхаузена, но нигде нет информации о том, что костяком штрафной роты, созданной по приказу Гиммлера, были советские военнопленные. Считалось, что все они погибли, но я точно знаю: погиб только один из них, все остальные вернулись живыми, и я со многими встречалась! На этой лестнице происходили массовые убийства. Это преступление нацизма против человечности, не имеющее срока давности.

Учетная карта Юрия Цуркана в концлагере Маутхаузен
Учетная карта Юрия Цуркана в концлагере Маутхаузен

Был очень страшный случай. В лагерь привезли австрийских антифашистов, которые участвовали в покушении на Гитлера. Их поставили на лестницу таскать тяжелые камни. Сначала они носили, но многие не выдерживали, шли в эту дырку, и их расстреливали. Наконец остался самый последний, его звали Генрих Обермайер (я потом нашла его учетную карту): очень высокий, красивый блондин. Он шесть раз поднимал камни, потом понял, что больше не может, и сел на лестнице. Охранник дал ему сигарет, он покурил и просто сам пошел на проволоку. Его последние слова перед тем, как его расстреляли: “Я хочу жить! У меня трое детей!”

– Как долго ваш отец находился в этой штрафной роте?

Ванда Цуркан
Ванда Цуркан

– Почти год, с 11 июня 1944 года до 3 мая 1945-го. Они работали не только на лестнице, выполняли и другие тяжелые работы. Например, когда в феврале 1945-го из лагеря совершили побег несколько сотен узников, штрафники копали огромную могилу для тех, кого поймали и уничтожили. Уровень садизма по отношению к ним был неописуемый: избивали кнутами, издевались. Один из охранников ездил на велосипеде и тех, кто не успевал увернуться, убивал ударом ножа. Папа до конца жизни шаркал ногами из-за того, что в лагере вместо обуви носил деревянные колодки.

По свидетельству историка Ирины Щербаковой, последние недели и месяцы перед освобождением для всех немецких концлагерей были особенно тяжелыми, потому что заключенных гнали так называемыми “маршами смерти” от наступающих войск союзников в более дальние лагеря.

– Люди были истощены, умирали. Когда в лагерь вошли американцы, картина, которую они застали, была ужасной. Один из стилизованных мифов о лагерях – это картинка: заключенные радостно приветствуют освободителей. На самом деле выглядело все это очень жестоко. Сразу начиналась месть, суды Линча над охранниками и теми, кто сотрудничал с лагерным начальством. Это есть в воспоминаниях разных людей. А в Дахау, например, американские солдаты, которые были совершенно не готовы к тому, что увидели, тоже принимали участие в таких судилищах, за что были сурово наказаны своим командованием.

Американские военные сразу все записывали и документировали. Кроме того, они приводили в лагеря местное население, считая, что оно должно своими глазами увидеть, что у них тут происходило.

Очень многие узники погибли сразу после освобождения. Пока не начали грамотно лечить людей, просто раздавали еду, и многие умирали, не выдерживая калорийного питания после долгого голода.

Ванда Цуркан отмечает: в советской и мировой истории в послевоенные годы бытовали различные мифы об освобождении Маутхаузена.

Обложка книги Юрия Цуркана
Обложка книги Юрия Цуркана

– Была история о восстании: якобы узники сами себя освободили и даже поехали на грузовике в сторону Чехии, чтобы позвать на помощь американцев. А какое там могло случиться восстание? Там же был очень жесткий режим, огромное количество охранников, одни только проверки четыре раза в день!

И таких фальсификаций было достаточно много, поэтому в 1965 году товарищи по заключению попросили папу написать книгу о лагере. Он потом признавался другу в письме, что плакал, когда ее писал. Но только наедине с самим собой. Рассказывая об этом нам, он всегда был очень сдержан. Папа хотел, чтобы люди узнали о жестокости эсэсовцев и капо, о стойкости узников, взаимовыручке пленных из разных стран, о долге сохранения человеческого достоинства перед лицом неминуемой гибели. Сохранение внутренней целостности, несмотря ни на что, выживание на пределе человеческих возможностей в нечеловеческих условиях, надежда, когда надежды нет, – это главное в истории моего отца.

Сохранение внутренней целостности, выживание на пределе человеческих возможностей в нечеловеческих условиях, надежда, когда надежды нет, – главное в истории моего отца

Когда книга уже готовилась к изданию, ее выходу в свет пытались помешать. Якобы Юрий Цуркан идеализировал плен, писал о своих товарищах по лагерю как о героях! Говорили: а если во время следующей войны каждый теперь будет думать, что в плену можно выжить, и захочет сидеть в лагере? В Одессу, где должна была выйти книга, из Москвы специально приехал редактор военного отдела “Известий” Валентин Гольцев. Он настаивал на том, чтобы книгу вообще не издавали. Папа дал ему мощный отпор, долго с ним спорил, написал жалобу в ЦК КПСС. Потом оттуда звонил начальник отдела, извинялся перед папой, сказал, что Гольцеву сделали внушение. Книгу выпустили, но издатели все-таки испугались и вдвое ее сократили, а вместо 50 тысяч планировавшегося тиража выпустили только 5 тысяч. И весь этот тираж за три дня выкупили в одесских магазинах! А в полном виде я переиздала эту книгу только в 2017 году.

– Что происходило с Юрием Цурканом после освобождения?

– Папа не стал ждать полного освобождения лагеря. После первого прихода американцев они с другом взяли на складе два пистолета, переоделись и пошли в сторону Вены, где находились советские войска: скорей бы добраться до своих, а потом домой! Он же не знал, что его еще пять месяцев будут проверять свои. Полного освобождения он дождался только в октябре 1945 года: восстановили в звании и уволили в запас. До этого момента мама даже не знала, что он жив.

Найдя в 2017 году его фильтровочное дело, я с удивлением прочла, что он находился в лагере НКВД под Веной, а потом и в других советских пересыльных лагерях. Те же, кто не мог доказать, что не сотрудничал с немцами, сидели еще год, а некоторых и просто судили за “предательство”. Так относились к бывшим пленным: были ведь всякие указы Сталина, считалось, что лучше застрелиться, чем сдаться в плен.

Юрий Цуркан. 1941год
Юрий Цуркан. 1941год

Позже в письме другу папа писал: он очень жалеет, что вернулся с войны живым, смерть была бы лучше, чем те унижения, которые ему пришлось пережить после освобождения из Маутхаузена. Он же был летчик от бога, в самые первые дни войны сбил немецкий бомбардировщик, получил за это орден Красной Звезды! А из-за того, что был в плену, он больше никогда не мог летать, и даже с инструкторской работы, если удавалось устроиться, его вскоре увольняли. Он всю жизнь работал на самых тяжелых физических работах, куда брали, невзирая на анкету: ковал цепи на заводе, был дубильщиком кожи, ездил на Камчатку, два года работал проходчиком в шахте на Донбассе. Вот это самое страшное: мало того, что он прошел концлагерь, так еще и любимым делом больше никогда заниматься не мог. Правда, папа был мужественным человеком и никогда не жаловался, – рассказывает Ванда Цуркан.

По свидетельству историка Павла Поляна, при репатриации избыточно недоверчивое отношение со стороны советских спецслужб было именно к узникам нацистских концлагерей.

– Им приходилось преодолевать более сильное недоверие, чем заключенным из лагерей для военнопленных или остарбайтеров. Идея была проста: если ты выжил в таком страшном месте, значит, наверняка был предателем, сотрудничал с немцами. Особенно жесткой была такая позиция по отношению к евреям: как же ты выжил-то – не могло этого быть, немцы этого не допускали!

Но, кстати, внутри лагерей между узниками действительно шла очень жестокая борьба, с предательствами и провокациями, за те места, которые могли что-то определять в лагерной жизни. От того, кто будет писарем или капо, зависели жизни. Есть воспоминания Дмитрия Левинского: когда он попал в Маутхаузен и был уже фактически доходягой, при смерти, его спасли вот такие люди, подменив ему документы, и благодаря этому он уцелел.

Историк Ирина Щербакова подчеркивает: для того чтобы управлять десятками тысяч людей, в лагерях создавались специальные структуры из самих же заключенных: старосты лагеря, внутренняя лагерная полиция, капо, старосты бараков.

Ирина Щербакова
Ирина Щербакова

– Эсэсовцы всегда использовали принцип “разделяй и властвуй”. Таким образом, среди заключенных возникала иерархия. В Маутхаузене наверху этой иерархии находились посаженные по разным причинам австрийцы и немцы, а в самом низу – евреи; с небольшой разницей, но тоже лагерными париями были советские граждане, кроме тех, кто откровенно сотрудничал с начальством. Этнические группы натравливали друг на друга. В этом смысле мифом являются представления об однородности лагерного сообщества, героическом сопротивлении, международной солидарности: та глянцевая картина, которую так рьяно создавали советская история и культура.

Замалчивалось происходившее с людьми после освобождения: проверки, фильтрация, СМЕРШевские допросы, пятно на биографии

Вокруг немецких концлагерей вообще много мифов, как и много было умолчаний по этому поводу, особенно в советской традиции. Замалчивалось, например, то, что происходило с людьми после освобождения: все эти проверки, фильтрация, часто очень жесткая, СМЕРШевские допросы, лагерь как пятно на биографии. В Бухенвальде, например, после его освобождения располагался советский спецлагерь НКВД, и, выйдя из немецкого концлагеря, люди попадали туда. Фильтрация делила бывших узников на разные категории, и труднее всего были судьбы советских офицеров. Возникали вопросы о том, когда и как они сдались в плен. И многие старались говорить, что попали в плен ранеными, в бессознательном состоянии, даже когда это было не так. Военнослужащий фактически не имел права сдаться в плен: он автоматически становился предателем родины. И часть этих людей оказывалась в СССР на каких-то принудительных работах, а часть – в ГУЛАГе. В период хрущевской “оттепели” началась их частичная реабилитация.

В начале 2000-х годов мы, сотрудники “Мемориала”, участвовали в международном проекте по записи устных свидетельств выживших людей, успели взять несколько сотен интервью. Некоторые из них стали частью новой экспозиции в мемориале Маутхаузена. Это рассказы заключенных о том, что они там пережили. Так что мы знаем, какой сложной, противоречивой и трагической бывает эта память, и плакатная солидарность в таких местах – достаточно редкое явление, – утверждает Ирина Щербакова.

Впрочем, солидарность в лагерях все-таки существовала, пусть и не плакатная. Ванда Цуркан уверена: если бы не взаимопомощь узников, ее отцу не удалось бы выжить в Маутхаузене.

– Штрафникам на “лестнице смерти” запрещалось пить воду, ведь для этого надо было отойти к источнику, а это рассматривалось как попытка побега. Но им на помощь пришли команды, работавшие в каменоломне и окрестностях: оставляли для них воду в консервных банках в траве у обочин.

Каменоломня в Маутхаузене, лето 1944. Юрий Цуркан на переденем плане
Каменоломня в Маутхаузене, лето 1944. Юрий Цуркан на переденем плане

Испанцы, работавшие в каменоломне, сообщили папе и его товарищам, чтобы те не боялись брать самые большие камни: в них они выдалбливали полости, чтобы уменьшить вес.

А еще другие узники делились с ними едой: не лагерным пайком, нет. Просто многие (но не евреи и не русские) имели право получать посылки из дома, и от Красного Креста бывали посылки. Без дополнительного питания никто из штрафников не выжил бы. Штрафники были героями этого многотысячного лагеря, и все, кто как мог, старались им помочь.

А вообще, вы знаете, ведь там, в лагере, была своя жизнь, невероятно тяжелая, но все-таки жизнь! У них там был оркестр, по праздникам проходили концерты, а иногда даже шахматные турниры и состязания боксеров. Это невозможно себе представить, но все это было!

“В основном первый концерт удался на славу, – пишет Юрий Цуркан в своей книге. – Мест не хватало, многие влезли на шкафчики для посуды, словом, примостились. Трио: скрипка, виолончель и баян, – исполнили много советских песен. Вокруг родные лица, доносится любимая музыка, и мы на время забыли, где находимся, забыли о наведенных на лагерь пулеметах, забыли, что, возможно, через час нас выгонят на поверку и придется стоять под холодным ветром, пока блокфюреру не заблагорассудится скомандовать отбой. Казалось, исчез запах горелого мяса, постоянно проникавший в блок и отравляющий наше сознание”.

Первые судебные процессы над служащими Маутхаузена прошли весной 1946 года: 58 смертных приговоров (9 затем заменены пожизненными сроками), 3 пожизненных заключения. Суды по персональным делам продолжались вплоть до 70-х годов ХХ века. На месте бывшего лагеря сразу после войны создан мемориальный музей. В Австрии посетить это место обязан каждый школьник.

Оригинал

Опубликовано 07.05.2020  13:13

Прощайте, Зорин, Баух, Кабаков…

Всё чаще покидают нас творческие люди, прославившиеся в ХХ веке. Постараемся их помнить – перечитывать их книги, пересматривать фильмы.

* * *

31 марта ушёл Леонид Зорин (1924, Баку – 2020, Москва).

«Был слишком брезглив, чтобы быть терпимым»

«Напишите комедию в стихах, как Грибоедов!» — предлагает Костик Соеву в «Покровских воротах». «Он плохо кончил!» — парирует автор сатирических куплетов.

Леонид Генрихович Зорин (настоящая фамилия Зальцман – belisrael) писал стихи, пьесы и прозу. К его детской стихотворной пробе пера благосклонно отнесся Максим Горький. Театральный дебют Зорина состоялся в Малом театре, а впоследствии спектакли по его пьесам не только регулярно ставились, но и запрещались: в последний момент цензура могла снять со сцены уже готовую постановку. Причина понятна — отменное чувство иронии и острое слово радовали читателей и зрителей и раздражали власти.

Дело в том, что Зорин был не просто писателем, а еще и писателем-литературоведом. Он с отличием окончил филологический факультет Азербайджанского государственного университета имени Кирова (сейчас — Бакинский государственный университет), а после — в 1947 году — Литературный институт имени Горького. Он не просто иронизировал и высмеивал или серьезно говорил о любви и смерти. Он делал это с оглядкой на традицию. Так стоит ли удивляться, что публика обожала его тексты, цитаты из них тут же становились пословицами. Читатели и зрители могли не распознать литературной игры, но подсознательно чувствовали вес зоринских слов и фраз. Они любили его пьесы «По московскому времени», «Друзья и годы», «Энциклопедисты», «Варшавская мелодия», «Карнавал», романы «Старая рукопись», «Странник», «Злоба дня».

Как бы ни шутил Леонид Зорин про Грибоедова, фильм «Покровские ворота», снятый Михаилом Казаковым в 1982 году по одноименной пьесе драматурга, абсолютно точно стал «Горем от ума» ХХ века. Он буквально весь до последней реплики эпизодического персонажа вошел в язык, рассыпавшись на мемы. «Афоризм примиряет нас с правдой, даже делает ее живописной», — сказал как-то Леонид Зорин.

«Лента.ру» собрала лишь некоторые из ставших афоризмами высказывания Леонида Зорина.

* * *

Скромный автор стремится не солгать. Большой — ставит целью сказать правду.

Всякий роман поэта с властью кончается плохо, и в особенности когда он кончается хорошо.

Профессия публична, а чувство интимно. Лишь у безумцев, пошедших в политику, их профессиональные чувства требуют публики и подмостков.

Мы ценим правила, а любим исключения.

Дурной человек с хорошим характером предпочтительнее, чем хороший — с дурным.

Бойтесь убежденных людей, бегите от аскетов и праведников — они никогда вас не пожалеют.

Счастье то, что не выясняют. Его чувствуют…

Драматург Леонид Зорин (у микрофона) и шахматист Михаил Ботвинник. Фото: Михаил Пазий / PhotoXPress

Ваши беды не трогают никого? Это не худшее. Они могли радовать.

Мало кто слышит крик, но все ловят шепот.

Был слишком брезглив, чтобы быть терпимым.

Нетерпимость придает мысли законченность.

Любая идея дешевле жизни. Даже идея о ценности жизни.

Для примитивных организмов трупный яд сладок.

Жизнь — это маленькие победы и окончательное поражение.

Источник

* * *

13 апреля не стало Эфраима (Ефрема) Бауха (1934, Бендеры – 2020, Петах-Тиква)

Писатель, переводчик и руководитель израильского Пен-клуба Эфраим Баух – личность легендарная. В интервью Jewish.ru (2015 г.; мы приводим отрывки belisrael) он рассказал о русской и ивритской литературах и о мостике, который он между ними построил.

– Я родился в Молдове. Папа был блестящим юристом, знал много языков, в том числе иврит и эсперанто, учился во Франции. В начале войны он успел вывезти нас из Бендер, а сам погиб под Сталинградом. Когда после войны мы вернулись домой, мама, работавшая секретарем в банке, на скудные гроши умудрилась нанять раввина, чтобы тот меня научил читать каддиш. Но ребе был учителем еще в старых ешивах и заставлял меня заучивать целые главы из пророка Исайи. В одиннадцать я знал наизусть всю книгу Экклезиаста. Знал иврит, но скрывал это. Помню, как слушал по радио новости о создании государства Израиль. Помню, как мама вошла и сказала: «Убили Михоэлса». Настали ужасные времена, разворачивалось «дело врачей». Помню, как ввели смертную казнь. Много лет спустя, в 2003-м, я приехал на то место, где стоял наш дом. И увидел рядом с этим местом камень, на котором было написано, что именно здесь были расстреляны евреи города Бендеры. А мы даже и не знали этого, вернувшись туда после войны.

Это правда, что вас усиленно вербовали органы?

– Да, я же отлично учился на геологическом факультете Кишиневского университета, получал сталинскую стипендию, и однажды меня пригласили на встречу. И человек с вонюче-сладкой улыбочкой начал объяснять, что я должен им «помогать». «Что, быть стукачом?» – спросил я. «Ну, зачем вы так грубо…» – ответил он. Потом они приезжали ко мне на «Победе» с занавесками на окнах, требовали, чтобы я подписал бумаги о сотрудничестве. Но я не согласился и ничего подписывать не стал. И в результате не попал в аспирантуру. Потом меня пригласили работать в газету «Молодежь Молдавии»: писал-то я с 15 лет. Когда в 1953 году меня за две книжки стихов приняли в Союз писателей, оказался в Переделкино, в Доме творчества, где попал в круг Вознесенского, Богуславской, Туровской, Межирова, Шкловского… Даже с Райкиным познакомился. Они все были поражены, узнав, что я свободно читаю на иврите. Они же помогли мне поступить на высшие литературные курсы. А брат моей жены был сионистом, они изучали иврит в одной из первых таких групп в Ленинграде, и когда случилась эта история с самолетом (см. «Самолетное дело»Прим. ред.), их арестовали, хотя они в ней не участвовали. Он просидел в тюрьме три года. И как только вышел, тут же уехал в Израиль вместе с моими родителями. А я успел поработать на киностудии, но уже начал готовиться к отъезду.

И что стало последним толчком?

– Думаю, «они» о моих планах знали. В 1976 году мою книгу отказались печатать, и в январе 1977 года мы с женой Аллой подали документы на выезд. Выехать удалось уже 5 июня. Это была тяжелейшая дорога, таможенники всячески издевались над нами. Только 7 июля мы пересекли границу СССР.

Помню, когда уже в Израиле вышли из самолета, была дикая жара. «Знал, что здесь жарко, но чтобы так…» – сказал я. Сразу пошел работать: издавал брошюры, газеты для советских евреев. До меня здесь уже выходил журнал «Сион», первым редактором был Давид Маркиш (писатель, сын Переца Маркиша, расстрелянного по делу Еврейского антифашистского комитета. – Прим. ред.). Но у него был недостаток – он не любил работать… Мне предложили стать редактором. Потом я занялся переводами: переводчиков тогда было крайне мало, а я переводил с листа, без подстрочника. Очень много переводил и этим зарабатывал.

Есть ли вообще такой феномен как израильская ивритоязычная литература?

– Конечно. Литература на иврите возникла во второй половине XIX века, и надо сказать, что первые израильские писатели приехали именно из России: Бялик, Альтерман, Гольдберг, Шлёнский, Бренер. Кстати, Гольдберг перевела на иврит «Войну и мир», а Шлёнский – «Евгения Онегина». Да, иврит, на котором они говорили в России, был более громоздок. Сейчас он чище, более гибкий. И всё же основа – язык Танаха. Был период, когда влияние русской литературы и поэзии очень ощущалось. Бялик – это же просто ивритский Пушкин!

В чем особенности стиля ивритоязычных писателей? Не излишне ли он велеречив?

– Нет, не думаю, его не сравнить с патетикой русского языка. Иврит – язык более экономный. Но вся эта литература выросла из Библии. Отсюда и стиль, и разнообразие тем. Библия ведь очень лаконична. И в литературе это ощущается. И еще… Еврей всегда на крайних позициях. И писатель – или левый, или правый. Нет середины. Взгляды совершенно полярны.

Э. Баух

Сейчас идет новая волна репатриантов. Многие предпочитают этого не замечать, даже Дина Рубина сказала, что не видит никакой новой волны… Есть какой-то потенциал у русскоязычной литературы в Израиле?

– Волна есть, и она большая. Что же касается потенциала… Конечно, это эмигрантская литература. Да, в ней есть нечто интересное, связанное именно с Израилем. Писателям из бывшего СССР приходится нелегко, даже Дина Рубина вначале зарабатывала на жизнь мытьем полов. И в литературу вошла не здесь, а в России. И Игорь Губерман ездит по всему миру, хотя понимает, что нет для него лучше места для жизни, чем Израиль. Григорий Канович живет здесь и продолжает писать на литовском и русском.

Плавильного котла не будет?

– Нет. Вот я ощущаю иврит как родной язык. Я издал книгу стихов на иврите. Сам перевел на иврит то, что написал на русском. И думал сначала, что полностью растворюсь в стране. Но это невозможно! Я жил в России, я впитал традиции русской классики. И не надо растворяться. Надо оставаться собой! Я приехал в 43 года, а сейчас мне 82… Я прожил две жизни. Пусть так и будет.

Источник

* * *

18 апреля скончался Александр Кабаков (1943, Новосибирск – 2020, Москва)

Александр Абрамович Кабаков родился в эвакуации. Его отец был военным инженером, так что детство писателя прошло в военных городках в Орше и в Капустином Яру, где был расположен первый советский ракетный полигон. «После этого надо было где-то учиться – и был выбран Днепропетровский университет, потому что там были ракетные специальности, а я был под большим влиянием отца… Инженер из меня вышел, впрочем, плохой, – рассказывал Кабаков в интервью Татьяне Бек. – Я долго, насколько это возможно для человека умственного труда, вел растительный образ жизни. Я долго ничего по-настоящему не умел. Начинал и бросал. Мне было скучно дописывать. Не любил работать. Был патологически ленивым. Сейчас-то я очень много работаю – работаю за то, что недоработал в молодости».

С 1972 года Кабаков профессионально занимается журналистикой, работал корреспондентом газеты «Гудок», заместителем главного редактора «Московских новостей», с 1995 года он колумнист «Коммерсанта», публиковался и в других серьезных изданиях.

Как писатель Кабаков впервые заявил о себе в 1975 году, когда начал печатать в «Литературке» юмористические рассказы. Но знаменитым Александр Абрамович проснулся только через тринадцать лет, когда вышел его роман «Невозвращенец». С тех пор он выпустил более десяти книг. Писатель представляет своего читателя как «интеллигентную горожанку, замученную училку, инженершу и ее мужа, если он есть» и считает себя очень счастливым человеком: «всё сбылось с троекратным превышением!»

А. Кабаков, 2011 (фото Д. Рожкова отсюда)

Александр Кабаков был председателем жюри премии «Русский Букер-2006». По произведениям Александра Кабакова сняты фильмы «Десять лет без права переписки» (режиссёр В. Наумов, 1990) и «Невозвращенец» (режиссёр С. Снежкин, 1991). Книги Кабакова изданы во многих странах мира, в том числе в США, Франции, Германии, Италии, Испании, во всех скандинавских странах, Японии и Китае.

Источник

См. также интервью с А. Кабаковым в журнале «Лехаим», 2010 г.

От редактора belisrael

Вспомнил и подготовил В.Р., Минск

Не забывайте о поддержке активных авторов сайта, которые тратят немало своего времени ради поддержания высокого уровня публикуемых материалов. Адреса для связи с ними приводились не раз.

Опубликовано 19.04.2020  13:25

В. Рубінчык. КАТЛЕТЫ & МУХІ (128)

Шалом! Ну, паехалі… Як ні круці, а зноў даводзіцца разграбаць бруд, бо «калі не я, то хто»? 🙂

Спыніўшы выданне бюлетэня «Мы яшчэ тут!» (2009), у пачатку 2010-х амаль не прыглядаўся да суплётаў у «яўрэйскай абшчыне»: раз на год хадзіў да «Ямы», а так займаўся перакладамі, выпускаў кніжкі, удзельнічаў у навуковых сходах, etc. Пасля выправы на ідышны семінар у Кіеў (верасень 2014 г.) зноў пачаў прыглядацца – мо і дарэмна, бо многія карцінкі наганялі сум, а важкай альтэрнатывы «левіншчыне» не вырысавалася.

Не хачу казаць, што з яўрэямі Беларусі нічога не будзе – хутчэй, будзе нічога, як у «Дні апрычніка» Уладзіміра Сарокіна. Гэта, па вялікім рахунку, і шлях Сінявокай – таптанне на месцы, вечнае захапленне міражамі. Аднак ва ўладных колах Беларусі ўсё ж часам заўважнаe разуменне таго, што варта спадзявацца перадусім на сваіх суайчыннікаў, прыслухоўвацца ў тым ліку і да «дысідэнцкіх» думак… На «яўрэйскай вуліцы» такое разуменне практычна адсутнічае – як адсутнічае самастойная ды самавітая супольнасць беларускіх яўрэяў, пра якую летуценіў у пачатку 2000-х гг. Cурагатная ж «абшчына» часцяком паводзіла сябе, бы той сабака на сене, таму пайшлі ў глум і мае мары 2016 г.: няма ні беларускай іудаікі як грамадска-запатрабаванай з’явы, ні «прасунутых» курсаў мовы ідыш. У верасні пайшоў у лепшы свет прафесар псіхалогіі, заслужаны дзеяч навукі Якаў Каламінскі (1934–2019), аўтар звыш 30 кніг. Днямі памерла адна з найбуйнейшых спецыялістак у гісторыі беларускіх яўрэяў, кандыдатка культуралогіі Вольга Сабалеўская (1974–2019), колькі год таму выціснутая з Гродзенскага дзяржуніверсітэта… Цяпер шанцаў на развой іудаікі будзе яшчэ меней.

 

Св. памяці В. A. Сабалеўская (фота з ok.ru) і Я. Л. Каламінскі (фота з koob.ru)

Яўрэйскі «афіцыёз» не падтрымаў (прынамсі пра чынную падтрымку ніц не ведаю) і сціплыя прапановы 2017–2019 гг.: усталяванне дошкі ў памяць пра часопіс «Штэрн» на вул. Рэвалюцыйнай, 2 у Мінску; выпуск канверта з выявай Мойшэ Кульбака да 125-гадовага юбілею пісьменніка ў 2021 г. Дзякуй асобным актывістам, такім як мінчукі Інэса Ганкіна і Алекс Фурс – хоць яны й не выходзілі са мной на сувязь у гэтых справах, але пашыралі згаданыя ідэі ў публічнай прасторы.

Затое ў «лідараў» сёлета хапіла імпэту на вэрхал вакол барысаўскага гурта «Жыдовачка»… Зрэшты, на гэтую тэму выйшла пара іранічных матэрыялаў, праз якія дастаў новую жменю цэтлікаў ад людзей з паралельнай рэальнасці (напрыклад, выхваляюцца сваім веданнем белгісторыі – і тут жа пішуць аб працы ў 1926 г. Беларускай акадэміі навук, утворанай на 2 гады пазней). Акей, хлопцы-дзеўкі; калі б вы мяне хвалілі, я б насцярожыўся і падумаў, што нешта рабіў не так.

Верасень 2019 г., fb-старонка галоўнага рабіна Іудзейскага рэлігійнага аб’яднання ў РБ. На месцы нашчадкаў Самуіла Плаўніка (Змітрака Бядулі) запхаў бы армяна-яўрэйскаму маргіналу абразу ў глотку…

В. А., знаны таксама цэнзураваннем «вікіпедыі», што зачапіла Алеся Астравуха, – дагэтуль не абы-хто, а трэцяя асоба ў «Саюзе бел. яўр. абшчын» (як мінімум, лічыцца такім на сайце арганізацыі).

 

Цікава, што ў сярэдзіне 2000-х «Саюз» падтрымаў выданне зборніка твораў Бядулі, дзе быў і «нехарошы» нарыс «Жыды на Беларусі» (гл. фотку справа). Дэлегацыя «чэсных яўрэяў» у 2006 г. ездзіла святкаваць 120-годдзе пісьменніка на яго радзіму ў Пасадзец.

Усё-такі ў часы кіравання Леаніда Левіна рабілася нешта карыснае – вунь у 2004 г. дапамаглі выдаць кнігу Гірша Рэлеса ў арыгінале, аф ідыш. Офісы на В. Харужай, 28 – агмень адмоўнага адбору? 🙁

Дарэчы, у верасні 2019 г. у музеі гісторыі беларускай літаратуры была адкрыта выстава, прысвечаная Л. М. Левіну, – даведаўся пра яе з той самай fb-старонкі рава Мардэхая Райхінштэйна.

Чаму на выстаўцы паказалі зборнік 2011 г. Рыгора Барадуліна з чыімсьці надпісам, не саўсім ясна. У народнага паэта Беларусі почырк быў крыху іншы (гл. справа).

Але пару слоў пра Змітрака Бядулю, які цяпер успрымаецца як адзін з першых пасярэднікаў паміж беларускай і яўрэйскай культурамі (без яго, магчыма, не было б і мінскага музея, каторым у 2012–2019 гг. кіраваў «удзячны» абаронца «рускага свету»). У 1918 г. Бядуля насамрэч пісаў у сваім нарысе: «Наш народ нічога кепскага не рабіў жыдом», як бы аддзяляючы сябе ад яўрэяў (гэта, відаць, тлумачыцца яго палітычнай пазіцыяй – падтрымкай нованароджанай БНР, якая абапіралася найперш на беларусаў – і жаданнем прадухіліць пагромы, магчыма, неўсвядомленым). Тым не меней Бядуля не выракаўся яўрэйства, не хрысціўся, дарма што ў рэдакцыі «Нашай Нівы» 1910-х гг. яму паступалі прапановы.

Наведаўшы ў Іерусаліме паэтку Рахіль Баўмволь (1914-2000; яна ведала Бядулю, калі жыла ў Менску да вайны), у верасні 1998 г. я чуў ад яе такія словы: «Он был очень добрый, еврейственный…» Сябравалі з Бядулем ідышныя пісьменнікі, той жа Ізі Харык. Самуіл Плаўнік паўдзельнічаў у складанні першага ідыш-беларускага слоўніка (1932), перакладаў Шолам-Алейхема ды шмат каго яшчэ.

Так, Бядуля/Плаўнік (1886–1941) з 80-90-гадовай адлегласці можа выглядаць як слабы і грэшны чалавек: паддаўся бальшавікам, у 1930-х падпісваў звароты супраць ахвяраў сталінскага тэрору… Аднак ён пакінуў пасля сябе выдатныя творы, з якіх можна даведацца пра быт беларуска-яўрэйскіх мястэчак на рубяжы ХIХ-ХX cт. («У дрымучых лясах»), становішча яўрэяў на пачатку Першай сусветнай вайны («Жыды», «Набліжэнне») і ў Беларусі 1920-х гадоў («Язэп Крушынскі», т. 1). Што застанецца ад яго цяперашніх «крыўдзіцеляў»? Пытанне рытарычнае.

Няйначай у выніку працы такіх «адукатараў», як пан Акапян і яго калегі па «Саюзу», Жанна-«Авіталь», яшчэ не старая жыхарка другога па памерах горада Беларусі, пасля 20-гадовага наведвання «абшчыны» і паездак на розныя «Лімуды» не здольная прачытаць элементарны тэкст на ідышы (дый увогуле паблытала ідыш з іўрытам). Затое ў ліпені 2019 г. гомельская медсястра была ўпэўнена, што ў славян «генетычна закладзена нянавісць да яўрэйскага народу». Пасмешышча і фэйспалмішча.

Не ўсе тут падобныя да Ж. П., але такіх шмат, і яны «выносяць мозг» цягам усіх 30 гадоў «адраджэння яўрэйскага жыцця» ў краіне. Дзіва што няма абяцанай у 1998 г. мемарыяльнай пазнакі на «Рускім тэатры», а пахаванні на зараўнаваных яўрэйскіх могілках у раёне мінскай вул. Калектарнай рэгулярна ўскрываюцца з 2000-х гг. Штораз рэакцыя «прафесійных яўрэяў» рэзюмуецца словамі: «Ніколі не было, і вось ізноў». Цяпер во пасла Алона Шогама падцягнулі; у прынцыпе, яго слова магло б нешта значыць, але не на фоне дыпламатычнага канфлікту ў сувязі з масавым нядопускам беларусаў у Ізраіль.

Планы 2000 г., ад якіх застаўся толькі буклет. І Шыцік (aka Данькоў), і Дорн потым сядзелі за кратамі.

Больш-менш эфектыўна тутака працуе хіба служба дагляду старых і нямоглых – «Хэсэды» & «Рахамімы». Настолькі эфектыўна, што адна сацыяльная работніца з Бабруйска, беспартыйная Таццяна Гутарава, 1965 г. нар., сёлета пажадала стаць дэпутаткай «парламента» – і, што цікава, яе зарэгістравалі ў акрузе № 78 (разам з васьмю іншымі кандыдатамі).

Але, на РБ няўхільна падаюць імклівым дамкратам «парламенцкія выбары» 17.11.2019. Алену Анісім і Ганну Канапацкую 17.10.2019 не зарэгістравалі ў якасці кандыдатак у «палатку»: быццам бы подпісы выбарцаў «не тыя». Без аніякай злараднасці заўважу: лепей бы шаноўныя дамы ў свой час паслухалі мяне і паспрабавалі скасаваць указ аб прызначэнні «выбараў» на лістапад 2019 г. (замест жніўня-верасня 2020 г.). Нагадаю, што ўвосень 2002 г. Якаву Гутману за колькі тыдняў удалося сабраць подпісы канстытуцыйнай большасці дэпутатаў (75) пад петыцыяй у абарону гісторыка-культурнай спадчыны. Як выяўляецца, ад тактыкі «гучныя словы, мінімум рэальных крокаў», прынятай працягнутай увесну-улетку 2019 г., «альтэрнатыўныя» дэпутаткі мала што выйгралі.

Можа, у Мінгарвыканкаме прыслухаліся акурат да мяне, дый ліквідавалі «даўгабуд» на вуліцы Прытыцкага, а мо проста прыемнае супадзенне… Так ці іначай, гектар зямлі вярнуўся мінчукам.

Было ў красавіку 2018 г. і стала ў кастрычніку 2019 г.

Нейкія палавінчатыя крокі ў слушны бок зрабіла таксама міністэрства спорту і турызму РБ. У жніўні 2018 г. Уладзіслаў Каташук – вопытны трэнер з Брэста, 30.07.2018 па надуманых прычынах выключаны з Беларускай федэрацыі шахмат – атрымаў права на вышэйшую катэгорыю (бо яго вучаніца Аляксандра Тарасенка заняла 3-е месца на чэмпіянаце Еўропы). БФШ тармазіла працэс прысваення, што, безумоўна, біла па кішэні педагога… Але праз год (!) Каташук усё ж зрабіўся трэнерам вышэйшай катэгорыі.

Праўда, вельмі па-казённаму піша той намміністра – ні «дабрыдзень», ні «паважаны». І так, рашэнне было прынятае 02.09.2019, паведаміць пра яго кваліфікаванаму шахтрэнеру (якіх у Беларусі адзінкі) расчухаліся толькі 04.10.2019, а ў абласное ўпраўленне спорту і турызму загад паступіць пазней… Маўляў, цярпеў год, пацярпі яшчэ месяц-паўтара? Не ведаю, як у вас, шаноўныя, а ў мяне пасля гэтай гісторыі не пабольшала жадання звязвацца з тутэйшым мінспорту. Зрэшты, маё нежаданне многіх тутэйшых дзяржаўных (дый недзяржаўных) устаноў датычыцца. Найперш тых, якія, нібыта робячы вялікую ласку, аддаюць табе тваё ж.

Жэстачайшэ жартаваў сайт адміністрацыі Кастрычніцкага раёна г. Мінска яшчэ 10 дзён таму (цяпер гэтая старонка выдалена, што нагадала гісторыю з «Авивам»):

Загаловак пра «лішкі свабоды» – 2013 года, але ж і сёлета мог бы служыць цынічненькім дэвізам для ўсёй дзяржавы. Нават і для адной суседняй.

Збольшага парадавала новая кніга Алеся Карлюкевіча, якога лічу нягеглым чыноўнікам (як міністр інфармацыі РБ ён «вагаецца з лініяй партыі», дый карысць ад існавання яго міністэрства ўвогуле невідавочная), але неблагім краязнаўцам. У сваёй новай кнізе («Роднымі сцяжынкамі», 2019) піша і пра яўрэяў, у тым ліку пра вялікага акцёра. Цытуе майго старога знаёмца Іллю Рэзніка: «На мінскай маставой… паміраў кароль Лір – Міхоэлс».

Ды з якога перапуду Мацвей Гейзер са сваёй «шчымлівай кнігай пра Міхоэлса» стаў у Карлюкевіча «Глейзерам»? 🙂

Здаецца, дзяржава ўсё ж істотна абмяжуе распаўсюд рэкламных улётак па паштовых скрынях у пад’ездах (намер, з якога я кпіў год таму). «Наверсе» – свавольствы аж да сістэматычных парушэнняў Канстытуцыі, «унізе» – навязванне тупых дробязных правілаў, рэгламенцёж… Усё заканамерна.

Мінабароны РБ вучыцца піярыць сябе… Пры дапамозе бландзінкі-маёра, праз «незалежныя» СМІ.

Фота з nn.by

Можа, і чаго іншага міністэрыя навучыцца – каб не здаралася такіх трагедый, як крывавы салют 03.07.2019 і cмерць салдата 2 гады таму. Праўда, меў тады рацыю Мікола Дзядок: «змяніць войска як інстытуцыю немагчыма, не змяніўшы ўсё грамадства, яго маральныя ўстаноўкі і схемы функцыянавання».

Мінскія навіны. 23.10.2019 ахвотныя пойдуць у «Jewish Museum» на дыскусію «Якая яўрэйская кніга патрэбна Беларусі?» (мяне там не будзе; анансую толькі дзеля сябра, каторы мае выступіць). 27 кастрычніка – вечарына ў кафэ «Грай», прысвечаная забітым у 1930-я гады беларускім літаратарам, у тым ліку і яўрэям. 11 лістапада ў Палацы мастацтва (17:00) адчыніцца ІІІ выстава «Праўда пра Курапаты». Адзін з арганізатараў, Марат Гаравы, паведамляе, што выстава будзе працаваць да 22.11.2019.

(27.10.2019 М. Гаравы ўдакладніў, што адкрыццё выставы “Праўда пра Курапаты” перанесена на 13 лістапада 2019 г., 17:00. Адрас той жа: Мінск, вул. Казлова, 3. – belisrael)

Уваход паўсюль больш-менш вольны.

Гэта апошняя серыя «Катлет & мух» – серыяла, які існаваў больш за 4 гады, з лета 2015 г. Дзякуй усім, хто быў побач.

Цытатнік

«Позна стукаць па стале, калі ты ўжо з’яўляешся толькі стравай»; «Трэба мець вялікую цярплівасць, каб ёй навучыцца»; «Я трапіў не ў мішэнь? Менавіта туды і цэліўся» (з «Непрычасаных думак» Станіслава Ежы Леца ў перакладзе Міхася Мірановіча, «Дзеяслоў», № 101).

«Свет, верагодна, выратаваць ужо не ўдасца, але асобнага чалавека — заўсёды можна» (Іосіф Бродскі, 1987)

«Ультраправыя погляды многіх выхадцаў з былога СССР у Ізраілі, ЗША і Германіі – не вынік абставінаў або цяжкасцей інтэграцыі ў новае грамадства, а яўны вынік постсавецкага канцэптуальнага і культурнага багажа, які яны прывозяць з сабой і які працягвае вызначаць іх стаўленне да грамадзянскіх і нацыянальных пытанняў» (Дзмітрый Шумскі, кастрычнік 2019)

«Бадай, не будзе залішнім прызнаць, што, як усе людзі падзяляюцца на мужчын і жанчын, гэтак яны падзяляюцца ў адносінах да свабоды: на людзей свабоды і людзей несвабоды. Першыя адрозніваюцца ад другіх тым, што для іх існуе само паняцце свабоды. Для другіх не: для іх гэта абстрактная, мутная, збыткоўная ідэя». (Алег Дорман, 17.10.2019)

Вольф Рубінчык, г. Мінск

21.10.2019

wrubinchyk[at]gmail.com

 

Апублiкавана 21.10.2019  13:55

От редактора belisrael

Не со всем, о чем  писал в длиннющей авторской серии В. Рубинчик, можно соглашаться, но каждый материал затрагивал важные темы и  был интересен.

В. Рубинчик. Ещё раз о слове «жыд» и названии группы «Жыдовачка» (2½)

«Союзу белорусских еврейских общин» посвящается

Прежде всего спасибо тем, кто делился ссылками на мой предыдущий текст от 18.09.2019: насколько знаю, это Алесь Белый, Сергей Ваганов, Зисл Слепович (и др.). Особая благодарность З. Слеповичу, который 20.09.2019 опубликовал в fb и пару тёплых слов на идише. Cразу же одна из «героинь» потребовала удаления «опуса, где столько яда» – иначе она и её коллега собирались «чертовски обидеться». Кто-то поддался бы на шантаж, но не таков Зисл! Не удалил, даже рискуя своим статусом хедлайнера на «Litvak Klezmer Fest» в Минске 7-8 ноября 2019 г. Что касается «яда»… Ну, видно, кой-кому в Израиле правда глаза колет.

Не собирался я возвращаться к теме «“жыд” и “Жыдовачка”», да ещё на Рош-а-Шонэ, но «не могу молчать» 🙂 Отдельные «еврейские вожди», похоже, следуют путём Мачехи из старого фильма о Золушке: «Я буду жаловаться королю! Я буду жаловаться на короля!..»

Взято отсюда, материал 28.09.2019. Почему-то борисовская капелла «Zhydovachka» («Жыдовачка») стала в тексте «Жидовочкой». Не хочется верить, что редакция минской газеты «Авив» отождествляет белорусский язык с русским 🙁

(вечером 02.10.2019 статья о сентябрьском заседании координационного совета СБЕООО была удалена с сайта газеты “Авив”, но ее полным текстом мы располагаем – belisrael).

В общем, небольшой просветительный камбэк, но сначала, по многочисленным просьбам трудящихся учащихся, – заключительная часть статьи «Яўрэй, жыд» из научного и методического журнала «Роднае слова» (декабрь 2005 г.):

Тираж номера – 4500 экз., журнал поступал чуть ли не во все библиотеки страны. У господ и дам, атакующих «Жыдовачку» в 2019 г. и заявляющих о хорошем владении белорусским языком, эта статья в своё время не вызвала баттхёрта – с чего бы? Не заметили, что идёт «жесточайшая легитимизация», наступает «коричневая чума»?! (Сарказм, однако ради «защиты от дурака» оговорюсь: поддерживаю все реальные шаги, направленные против нацизма.) А ведь многие из вас были при «еврейских должностях» и в середине 2000-х гг. 🙂 И появление в Минске большого идиш-белорусского словаря (изд-во «Медисонт», 2008, 1000 экз.) тоже проспали, несмотря на публикации в «своей» прессе? 🙂 🙂

Отрывок из статьи в журнале Cоюза бел. евр. общин «Мишпоха» № 29, 2011. Чтобы исправить cвои «глюки» в идишном тексте, редакции не хватило восьми лет. ¯\_()_/¯

Интересна позиция бессменного редактора «Мишпохи», опубликованная в 2012 г.: «Поспособствует сохранению и развитию языка, глубоко убежден Аркадий Исаакович, вышедший идиш-белорусский словарь, составленный, кстати, не евреем, Александром Астраухом». «Аркадий Исаакович» – тот самый участник «координационного совета», который в сентябре 2019 г. «по-доброму» высказался об ансамбле «Жыдовачка»: «Да просто не надо их приглашать!» 🙂

Из «hakdome» – предисловия к словарю 2008 г. (стр. 8).

Впрочем, ребята, один из вас – химик, по прихоти судьбы семь лет возглавлявший «музей истории» – в 2017 г. устроил-таки сеанс цензуры в википедии:

Было убрано последнее предложение, а мотивировку получатель зарплаты от «еврейской общины» придумал такую: «Не авторитетный источник. Астраух – маргинал-любитель». Т. е. и здесь вместо обсуждения по существу (использовалось в Беларуси начала ХХІ в. слово «жыд» вне оскорбительного контекста или нет?) мы стали свидетелями перехода на личность.

Издание А. М. Астрауха, доступное в крупнейших библиотеках Беларуси, лишний раз доказывает, что слово использовалось. Кстати, насчёт авторитетности источника – «Ідыш-беларускі слоўнік», составленный художником-реставратором, благожелательно рецензировали, как минимум, два научных издания: «Беларуская лінгвістыка» (№ 64, 2010; автор статьи – кандидат филологических наук Михаил Тарелко) и «Jews and Slavs» (Vol. 22, 2010; рецензент – профессор Вольф Москович, позже он кое-что написал и здесь). Об отзывах исследователей на мириады компилятивных статей Avner’a, да и его коллеги по надзору за русскоязычной википедией, минчанина Pessimist’a, также утверждавшего, что слова «жыд», «Жыдовачка», etc. плохи «объективно», я ничего не знаю…

Ещё эпизоды нашего века. Минчанин, католик византийского обряда, социал-демократ Анатоль Сидоревич в мае 2002 г. опубликовал в минской же газете «Наша ніва» статью «Чаму я жыд». В газете «Авив», которую тогда редактировал нынешний зампред Союза бел. евр. общин Б. Герстен, а курировали Я. Басин и «сам» Л. Левин, не промелькнуло даже мысли о юдофобии автора. Напротив, эту произраильскую статью напечатали в переводе на русский (хотя и с погрешностями) в июне 2002 г.

В январе 2003 г. в «Нашай ніве» появилась ещё одна юдофильская статья А. Сидоревича о том, что в Минске нужно увековечить память Соломона Михоэлса:

Вот после этого была уже некоторая истерика в «Советской Белоруссии», подписанная фамилией «Беленький»: мол, рассуждая о «жыдоўскай» культуре, Сидоревич убивает Михоэлса вторично…

Несколько недель назад от «Беленьких» стало темно в глазах. 19 сентября 2019 г. за капеллу попытался вступиться Юрий Зиссер:

Вариант, подкорректированный Ю. З.

Эту запись осторожно поддержал Алекс Фурс – редактор портала «Шалом». Но «Pessimist» Бернштейн, полочанин (а не гомельчанин, как я предполагал) Григорий П., сотрудница минского образовательного центра IBB Тамара К. и другие чудо-Юд..ы обоих полов пришли к Ю. Зиссеру на страницу в fb, «придавив количеством» 🙂 Назавтра основатель тутбая сдался: «В любом случае раз название капеллы вызывает столь сильное отторжение капелла должна посчитаться с этим и придумать себе другое название, а нынешнее опустить в архив. Если, конечно, они хотят, чтобы их приглашали выступать не только по сельским клубам». Почему-то напомнило «Горе от ума» тов. Грибоедова: «Мсье Репетилов, что вы! Да как вы! Можно ль против всех! Да почему вы? стыд и смех» – «Простите, я не знал, что это слишком гласно». Эффект echo chamber, описанный два века назад.

«Говорящая голова» капеллы ответила, что не видит ничего плохого в выступлениях на периферии, но бизнес-тренер 1979 г. р. с ухватками сталинского цензора возразил: «А если Вы планируете выступать в сельских клубах с таким названием, то, на мой взгляд, это тоже недопустимо. В окружении людей на селе не осталось совсем евреев. Нельзя, чтобы они подумали, благодаря вашему коллективу, что так можно называть евреев!» (20.09.2019). Поскольку он – член «совета общины», то немудрено, что координационный совет вскоре прошёл так, как прошёл (см. вторую иллюстрацию).

К слову, «решение Наркомата, принятое еще до войны, которое запретило употребление слова в быту», причём «релевантное» и в 2019 г., – это какая-то городская легенда. Хватает примеров, демонстрирующих, что постановление от 24 июля 1925 г. бюро ЦК КП(б)Б – а не «Совнаркома», как у Зиссера – не имело юридической силы и формально было только рекомендацией. В прошлый раз цитировались строки из поэмы Михася Чарота, изданной в 1926 г., сейчас приведу абзацы из повести не менее известного литератора Михася Лынькова «Апошні зверыядавец» (1929; опубликована в 1930 г.):

Это я к тому, что невеждам, которые на всех углах кричат о Беларуси, «живущей без слова “жыд” сто или сто двадцать лет», неплохо бы подучить матчасть. И минский инженер Алесь Резников, 1967 г. р., отчасти прав, когда пишет о нынешней ситуации: «в устах деревенских бабулек, упоминающих жыдоў”, чувствуется определённое уважение», даже если его вывод не универсален. Вряд ли кто-то проверял, какая доля белорусскоязычных жителей Беларуси в быту предпочитает слова «жыд», «жыдоўка» и т. п., а не «яўрэй»/«габрэй», «яўрэйка»/«габрэйка», но даже исходя из моих поездок XXI в. по Щучинскому району Гродненской области, доля немалая. Между прочим, поэту и педагогу Гиршу (Григорию) Релесу (1913–2004) слово «габрэі», нововведение последней четверти ХХ в., не нравилось. «Что это они габрэйкаюць?» – отреагировал Релес, когда в 2000 г. я показал ему «еврейский» («габрэйскі») номер журнала «Arche».

Не надо приписывать мне какую-то особую тягу к «cпорным» лексическим единицам – просто с теми, кто, увидев или услышав их, сразу «оскорбляется» (примерчики 2002 г., 2016 г.) и начинает строчить… пусть не доносы, но кляузы, мне немного не по пути. Такая cверхэмоциональность свойственна, пожалуй, не традиционному литвацкому (и даже не хасидскому) мировосприятию, а кондовому фетишизму, вере в «чёрную магию» слов. На этой вере, похоже, был выстроен современный «язык политкорректности», но не буду отклоняться… Минский иудей Александр, ныне известный как Исраэль Сендер Элентух, в связи с дискуссией о группе «Жыдовачка» привёл уместную ссылку на рава Реувена Пятигорского: «У южных славян есть предание о “жидах”, первых людях на свете, которые не боятся грома. Когда небесные змеи кидают на землю огненные стрелы, “жиды” кладут камни на головы и поют: “Каменные у нас головы, что с нами сделаешь?” Каменные у нас головы, мы не обижаемся на клички». И ведь это было сказано о слове «жид» из русского языка, где оно зачастую звучит обиднее, чем «жыд» в белорусском.

В принципе, всё. Дальше – дополнения на случай, если кто-то захочет углубиться в тему…

* * *

Справочная информация о группе по состоянию на сентябрь 2019 г., по моей просьбе присланная борисовчанкой Наталией Головой (она же Anna Avota). Перевод с белорусского:

е)клезмерская капелла «Жыдовачка» из города Бэ образовалась в 2017 году как тапёрский бэнд для озвучивания художественной чёрно-белой немой ленты «Волшебные ножнички», а также для исследования и продвижения музыкального и танцевального наследия белорусских местечек, до сих пор не очень исследованного по причине отсутствия носителей. Сейчас в составе группы шесть музыканток, играющих на аккордеонах, скрипках, виолончели, бубнах и барабане. Капелла исполняет музыку в стиле штетлфолк. Репертуар состоит из беларуских, польских, еврейских (в оригинале, здесь и далее, было «яўрэйскіх» – В. Р.) и разных европейских традиционных танцев, а ещё из популярных мелодий межвоенного времени. Музыкантки не стараются копировать традиционный стиль исполнения, интерпретируют музыку посредством своего видения и восприятия. В коллективе есть танцмейстерка, поэтому группа периодически гастролирует с мастер-классами традиционных еврейских танцев и танцев местечек. Капелла официально существует на базе Клуба исторического танца Центра творчества детей и молодёжи Борисовского района.

Почему «музыкантки» и «танцмейстерка»? Потому что группа заявлена как феминистская – почти как в анекдоте о негре, читающем еврейскую газету: «Ему мало того, что он негр?» Кстати, к языковым упражнениям, присущим современному феминизму, отношусь иронически, но считаюсь с ними как с данностью – «если звёзды зажигают…» (То же касается модного написания «беларуский», «беларуское»; в энциклопедии не пропустил бы, а в публицистике – на здоровье.)

В фейсбуке Н. Голова писала: «Многие люди там, где мы играли танцы (Борисов, Бобруйск, Могилёв, Витебск, Молодечно, Подороск, Любча, Минск, Солигорск), говорили нам, что рады названию «Жыдовачка», потому что оно беларуское, местечковое и говорит им о том, что Беларусь жива… ОК, для русскоговорящих евреев русское слово жид может быть оскорбительным, так я это знаю и не имею планов, говоря на русском, произносить это слово в чей-то адрес. Но для беларусов запрет на использование беларуского слова жыд живущими здесь русскоговорящими людьми не менее оскорбителен» (примерно 20.09.2019).

* * *

Из «живого журнала» переводчика Леонида Таубеса, 1941 г. р., бывшего минчанина, давно живущего в израильской Афуле:

Не самое удобное мнение для тех, кто апеллирует к израильтянам и/или людям старшего поколения, которые (якобы в подавляющем большинстве) так переживают из-за названия белорусской группы «Жыдовачка», что «кушать не могут».

Вольф Рубинчик, г. Минск

wrubinchyk[at]gmail.com

01.10.2019

Опубликовано 01.10.2019  14:56

Из откликов и обращений к автору:

*

Жыдовачка – гэта такая зграбная, вясёлая, дасціпная, умелая габрэйка, якую хочацца пачапаць і з якой хочацца пазнаёміцца як мага бліжэй. Вось такія асацыяцыі будзіць у мяне слова «жыдовачка». У народзе жыдовачкамі называюць менавіта такіх дзяўчат, маладзіц і кабет. І малых дзяўчатак. А калі жанчына так сабе, калі на яе, сустрэўшы на вуліцы, не азірнешся, а ў школе, паліклініцы, кравецкай майстэрні і г. д. не загледзішся, то гэта проста жыдоўка, габрэйка, яўрэйка. Жыдовачка – эквівалент, сінонім яўрэечкі, габрэечкі. Думаю, што барысаўскія дзяўчаты добра ведаюць, які сэнс укладалі (і ўкладаюць) беларусы ў слова «жыдовачка».

Анатоль Сідарэвіч, г. Мінск

Мнение Юрия Зиссера (по состоянию на 02.10.2019, 15:50)

*

Аркадий Шульман. Г-ну В. Рубинчику. Бессменного редактора «Мишпохи» (как Вы изволили выразиться) зовут не Аркадий Исаакович, а Аркадий Львович, так что прежде всего обратите внимание на свои ошибки. Далее, был и остаюсь очень высокого мнения обо всем, что делает Александр Астроух (Астраух – belisrael). По сути основного вопроса: не буду вдаваться в филологические споры, но, если большому количеству людей (даже и небольшому) неприятно или даже оскорбительно название коллектива – НЕ ПРИГЛАШАЙТЕ ЭТОТ КОЛЛЕКТИВ!

Гриша Абрамович. Аркадий Шульман ну, в своём ( его) глазу ж не видно

Tamara Kurdadze. Аркадий Шульман! Аркадий Львович, уважаемый! Вы!!! и этот В.Рубинчик… Это же графоман известный… (реплики с fb-странички Ю. Зиссера).

Ответ В. Рубинчика. Г-ну А. Шульману. Я взял цитату из «Могилёвских ведомостей» за 2012 г. и поставил ссылку, так что все претензии к «МВ». С моей стороны это был лёгкий троллинг – указание на ошибку областной газеты (постоянные читатели моих текстов знают, что я люблю посмеиваться над подобными казусами). Целевая аудитория belisrael в курсе того, какое у Вас отчество, а кто был не в курсе, тем и Ваше уточнение не очень помогло.

Конечно, неплохо, Аркадий Львович, что Вы тщательно меня читаете и умеете пользоваться СAPSLOCK’ом. Если б Вы, Аркадий Львович, столь же усердно выполняли свои обещания (хотя бы публично данные), было бы совсем замечательно.

Двадцати двух недель не хватило редактору прелестной «Мишпохи», чтобы поменять в словах на идише, принадлежащих классику еврейской литературы, порядок букв:

В общем, Вам – к «профессионалам» из «Могилёвских ведомостей», 8-й год повествующих миру об Аркадии «Исаковиче» Шульмане, или в «Авив» с его перлами вроде «…в обязанности которой входит директорство над Музеем истории и культуры евреев Баларуси». (03.10.2019 статья А. Северинец на сайте “Мишпохи”, о которой вёл речь В. Рубинчик, была исправлена – слова на идише обрели нормальный вид. – belisrael)  А «графоман» я или нет… Заяви об этом кто-то из троих успешных членов Союза белорусских писателей, рекомендовавших мою кандидатуру в СБП (конец 2014 г.), сие бы задело. Мнение сетевых обиженок не так интересно.

*

Фраза, вырванная из контекста, может быть истолкована как угодно. Этим и пользуется уважаемый автор, который, должно быть, на курсах повышения квалификации производства «Минская почта» РУП “Белпочта” (как о нем значится) многое постиг. Фразы, вырванные из контекста, можно использовать как угодно (приведённые и выделенные автором протоколы не отражают суть происходящего).

Елена Кулевнич, г. Минск (с fb-странички Зиссера). Позже написала о себе по e-mail: «Елена Кулевнич – Член Координационного Совета СБЕООО. Да, я была на этом заседании», но сообщение из «Авива» не дополнила и не опровергла.

Ответ В. Рубинчика. Насчёт вырывания из контекста – с больной головы на здоровую (образование «уважаемого автора» не ограничивается курсами «Минской почты» в 2011 г., коих, впрочем, я никогда не стыдился). В скрине с официального сайта газеты Союза бел. евр. общин приведены все фразы, касавшиеся борисовского ансамбля, дана ссылка на первоисточник(вечером 02.10.2019 статья о сентябрьском заседании координационного совета СБЕООО была удалена с сайта газеты “Авив”, но ее полным текстом мы располагаем – belisrael). Т. е. рассуждения о фразах, якобы вырванных из контекста, – враньё, рассчитанное на лентяев. Общественной деятельнице следовало бы знать, что врать нехорошо.

*

Знаю я женщину, которая ещё во времена третьего «Жыдовішча» (2008) оскорблялась, но довольно скоро изменила мнение, благодаря в т. ч. и Александру Астрауху. Может, кто-то и к Вам прислушается…

Пётр Резванов, г. Минск

Ответ В. Рубинчика: Спасибо постоянному читателю. Кстати, уточню первую часть моих заметок: в Минске прошли не три, а целых четыре фестиваля «Жыдовішча» с участием Дмитрия (Зисла) Слеповича – в 2006–2009 гг. Насколько я помню, никто по этому поводу ни в горисполком, ни в администрацию президента не жаловался. Объяснения «Члена Координационного Совета СБЕООО» (уже не Кулевнич, а другой «Член», который бизнес-тренер) – «сначала надо стать Димой Слеповичем и обладать его авторитетом и уважением, а потом уже играться с конъюнктурой и т.д.» – не кажутся мне убедительными. К тому же четвёртое «Жыдовішча» в сентябре 2009 г. организовывал не только и не столько Зисл Слепович, который в 2008 г. эмигрировал в США.

*

Матчасть – это не те две книжки и три статьи, на которые ссылается г-н Рубинчик. Матчасть – это сама жизнь, которую этот ботан совершенно не знает, потому как видит ее только из окошечка библиотеки. Выехал раз в жизни из Минска в Щучинский район, поговорил с двумя бабулями и решил, что узнал всю правду жизни.

Григорий Песин, г. Полоцк (с fb-странички А. Шустина)

От В. Рубинчика. И «знатоку жизни» спасибо, посмеялся! Вы уж там с Кулевнич определитесь: недоучка автор, или всё-таки ботан. Кому-то другому посоветовал бы прочесть мои тексты о Щучине и районе:

Вольф Рубінчык. Шчучынская каша ,

В. Рубінчык. КАТЛЕТЫ & МУХІ (115)

Однако «чукча не читатель, чукча писатель» 😉

Добавлено 02.10.2019  19:57

Стать экстремистом: быстро и легко

Николай Дедок, «Новы час», 18.04.2019

Список экстремистских материалов от Министерства информации содержит более 240 книг, сайтов и пабликов (а также магнитов и аудиофайлов). Новый закон о СМИ легализует внесудебную блокировку, которая де-факто происходит уже сейчас, а также позволит блокировать целые соцсети.

Для понимания корней экстремистофобии белорусской власти нужно начать с анализа того самого списка экстремистских материалов, созданного совместными усилиями МВД и Мининформации. Анализ его содержания дает такие результаты: примерно половина материалов прямо или косвенно касаются неонацистов и их субкультуры. Около четверти – анархистские. Остальной кусок делят между собой книги, брошюры и файлы исламистского, русско-шовинистического и радикально-православного толка.

При подробном осмотре видно, что некоторые материалы оказались в списке по абсолютно непонятной причине. Например, книга «Indirect Fire Infantryman: Skill level», которая является инструкцией для пехотинцев США 1976 года. Диск с песней «Go vegan» (что экстремистского в призыве делаться веганом?), А также таинственная «брошь серого цвета» (проверьте, не завалялась ли у вас такая?)

Разумеется, в список попадают не только материалы, в которых содержится малейший намек на насилие, но и все, что хоть как-то критикуют государство. Ярлык «экстремизма» навесили на альбом «Пресс-фото Беларуси 2011», книгу «Анархия работает» американского писателя и путешественника Питера Гелдерлооса, новостно-аналитический анархический сайт «Прамень» («Луч»).

Мининформ Беларуси: «Читайте документы». Оперативно-аналитический центр: «Мы ни при чём»

То, как формируется список экстремистских материалов, до сих пор остается тайной. Мы решили позвонить в структуры, которые так или иначе отвечают за регулирование интернет-пространства в Беларуси, чтобы прояснить этот момент. И прежде всего, конечно, обратились в Министерство информации, которое и публикует на своем сайте «Список экстремистских материалов».

Мы смогли дозвониться до Юрия Владимировича Бебешко, заместителя начальника сектора по правовому обеспечению и контролю за соответствием законодательству.

Юрий Владимирович, добрый день. Ваше ведомство напрямую участвует в блокировках, осуществляя их техническую сторону, я правильно понимаю?

Неправильно.

А как тогда?

Вы можете открыть постановление №6/8 ОАЦ и Министерства связи, и Закон «О СМИ». Там есть порядок принятия решения об ограничении доступа и его возобновления.

В законе о СМИ написано, что материалы могут блокироваться по решению суда. Однако по некоторым блокировкам нет решения суда. Таким образом, они блокируются во внесудебном порядке. Правильно?

Да, смотря в каком случае.

– А если во внесудебном порядке, как это происходит?

Это каждый конкретный случай и каждый орган в соответствии со своей компетенцией. Есть декрет президента №6, например, где возложены такие функции на Министерство внутренних дел.

То есть, МВД может принимать такое решение?

Оно не принимает решение. Принимает решение Мининформ. А МВД направляет письменное уведомление. Откройте документы, там всё написано.

Оно направляет письменное уведомление вам, и вы принимаете это решение?

Да.

У вас собирается орган или комиссия, которая этим занимается?

На этом моменте у Юрия Владимировича зазвонил телефон, он сказал, что его вызывает министр. После неоднократных звонков к нему трубку подняла женщина, которая советовала перезвонить «минут через 20». Но ни через 20, ни через 40 минут трубку никто не взял. Не взял ее никто и на следующий день.

По совету Юрия Владимировича мы открыли упомянутые им документы, но ответов на вопросы в них так и не нашли преимущественно общие фразы. Не выяснена также осталась и роль ОАЦ в блокировках. Мы позвонили по телефону, указанному на его сайте.

Мужчина, поднявший трубку, услышав, по какой теме у него хотят взять комментарий, сначала несколько раз усердно переспрашивал имя журналиста и название газеты, а потом попросил перезвонить позже, так как ему нужно проконсультироваться. Но и после второго звонка комментарий был не очень щедр:

Какой у вас вопрос был? По блокировке сайтов?

Да. Занимается ли этим ваше ведомство. И если да, то в какой роли?

Наше ведомство этим не занимается. Это полномочия Закона «О СМИ». Все обращения в Министерство информации.

А может, вы занимаетесь определением сайтов, которые необходимо заблокировать?

Вся информация вами будет получена в Министерстве информации.

– Я звонил туда…

Мы не занимаемся блокировкой сайтов.

Вы предоставляете информацию?

Нет, не даем.

Однако Постановление №6/8 принималось совместно Министерством связи и ОАЦ. Поэтому говорить, что эта структура совсем «не имеет отношения» к блокировкам, не приходится. Согласно этому постановлению, любые госорганы, а также организации (!) в соответствии с их компетенцией могут прислать в Мининформ письменные уведомления о необходимости ограничения информации. Уведомления высылаются по установленной форме, с подтверждением и обоснованиями необходимости блокировки.

Мининформ же в течение «трех рабочих дней» со дня принятия решения об ограничении доступа направляет копию решения в Государственную инспекцию по электросвязи Министерства связи.

Правозащитник: «Это чрезмерное ограничение свободы выражения мнения и свободы слова»

Однако кто же, в таком случае, кроме суда, может признать материалы экстремистскими? И если блокировку осуществляет Мининформ, то кем непосредственно принимается решение?

Об этом мы поговорили с правозащитницей, сотрудницей правозащитной организации Нuman Constanta Анастасией Лойко.

– Четко описанной процедуры, каким образом признают материалы экстремистскими, нет. Об этом можно только догадываться из де-факто существующей практики и отдельных положений законодательства. Пока видится такой алгоритм:

  1. В законе «О противодействии экстремизму» в статье 6 прописывается список субъектов, которые могут в различных формах участвовать в процедуре: это органы государственной безопасности, органы внутренних дел, органы прокуратуры, органы пограничной службы, таможенные органы, орган государственной охраны, Следственный комитет Республики Беларусь, республиканский орган государственного управления в сфере массовой информации. Эти органы выявляют подозрительные предметы или информацию, причем о критериях нам пока никто ответить не может. При необходимости предметы конфискуют.
  2. Предметы или информацию направляют в Республиканскую экспертную комиссию по оценке информационной продукции на предмет наличия (отсутствия) в ней признаков проявлений экстремизма при Министерстве информации. Состав комиссии назначается Советом министров (непонятно, по каким критериям и как туда попасть). Есть областные комиссии.
  3. Экспертная комиссия пишет свое заключение. Если комиссия находит экстремизм, орган, который направлял материалы, передает результаты в суд для окончательного признания. Если рассмотрение касается предметов, то в качестве заинтересованного лица в гражданский процесс приглашают человека, у которого изъяли предмет. Механизма альтернативных экспертиз нет. Судебное решение принимается только на основании заключения комиссии. Если речь о блокировке интернет-ресурсов, никого не приглашают, – и узнаем только при обновлении списка.
  4. Происходит суд, на котором материалы признаются экстремистскими. Решение могут обжаловать только участники процесса. После вступления судебного решения в силу оно появляется в Республиканском списке экстремистских материалов на сайте Министерства информации.
  5. Иногда экстремистской признается страница в интернете, страницы в социальных сетях и даже недавно – телеграмм-канал. Сайты блокируются через соглашения с провайдерами, а остальные процедуры непонятны. Скорее всего, идут переговоры с самими социальными сетями (часто они ещё некоторое время работают).

– Насколько такая процедура соответствует международным нормам и Конституции?

– То, что мы даже на сайте Министерства юстиции об экспертных комиссиях находим краткие новости об изменениях в составе, и отсутствие отдельной страницы, посвященной им, показывает на определенную закрытость. Непонятно, по какому принципу туда набираются люди, какими методическими материалами они руководствуются, что рассматривают как экстремизм. Нет общего списка материалов, которые проходят экспертизу, что позволяет изымать одни и те же предметы по нескольку раз, а на практике различные областные комиссии могут по одним и тем же материалам прийти к разным выводам. Меня беспокоит невозможность сделать альтернативные экспертизы и то, что суды составляют свое мнение только на заключениях экспертов, а также то, что мы совсем не можем знать о судах, которые касаются онлайн-ресурсов. Мне кажется, что временами это чрезмерное ограничение свободы выражения мнения и свободы слова.

Кто станет экстремистом завтра?

Как видим, единого госоргана, который бы занимался «экстремизмом», нет. Государство дало довольно широкие полномочия в деле запрета информации как Министерству связи, так и еще полдюжине других государственных служб. Особое любопытство вызывает фактически секретная работа комиссий (явное копирование практики советской цензуры), которая, к тому же, не оставляет даже маленького шанса ее оспорить в судебном порядке. Отсутствие какой-либо ответственности создает обширную почву для злоупотреблений, а отсутствие в комиссии методологии и экспертных знаний (что мы видим на примере «броши серого цвета» или инструкции для пехотинцев США) позволяет поставить вне закона любую информационную продукцию.

Слишком широкие критерии «экстремизма» могут показаться кому-то недоработкой государственной системы: мол, соответствующие законы были приняты недавно, и нет правовой практики. Пока же, глядя на деятельность госорганов и бешеную скорость роста «Списка экстремистских материалов», это выглядит, скорее, как продуманная стратегия. Государству и тем же комиссиям невыгодно ограничивать экстремизм строгими рамками – ведь тогда придется их придерживаться. А у неформальных движений и радикалов или просто несогласных тогда появятся правовые рычаги для разговора с госорганами и комиссиями. С той же самой целью не очерчены должным образом роли каждой из госструктур в процессе запрета.

Это – не случайное правовое несовершенство, а, скорее всего, трезвый расчет с прицелом, если понадобится, на запрет любой критики власти.

Оригинал

Перевод с белорусского belisrael.info

От ред. Наш постоянный автор писал на ту же тему несколько месяцев назад, в конце 2018 г. Предлагаем отрывок из его материала – также в переводе с белорусского:

…Об уровне «инстанций» немало говорит список «экстремистских материалов», доступный на сайте министерства информации РБ. В принципе, я не против подобных списков – ясно, что в век интернета они слабо действуют, но общества должны как-то защищать себя от особо опасных идей и их носителей… Но здесь «экстремизмом» клеймится всё без разбора: и запись концерта «Салідарныя зь Беларусьсю» в Варшаве 12.03.2006, и мусульманские (исламистские?) работы, и «монета, из метала белого цвета, диаметром 25 мм. времен III рейха датированная 1938 годом», представленная в списке как «информационная продукция» (!). В результате, например, гитлеровская «Майн кампф» теряется на фоне мелочи и безобидных предметов, содержание ее перестает пугать – может, на то всё и было рассчитано?.. Так или иначе, мне горько, что местные суды с подачи следственных органов штампуют бумажки об экстремизме – без участия экспертов или с такими «экспертками», как в деле «Регнума». А бывает, что милиционерам и суды кажутся лишними.

Еще один материал, признанный местными «экстремистским», но доступный в сети: глава из книги Дэвида Дюка «Еврейский вопрос глазами американца» (2001). Заокеанский фрик там доказывает, что число жертв Катастрофы в мире преувеличено – пусть усердствует. Для меня существенно то, что говорят местные историки, педагоги и политики… Что курьёзно, книга, крамольная с точки зрения суда Центрального района г. Минска (решение вступило в силу 27.05.2016), свободно читается в Национальной библиотеке Беларуси. Листал её лет 15 назад – но поселился Дюк и в новом здании, видно, потому, что знаменитый ромбокубооктаэдр находится за границами Центрального р-на 🙂 (Вольф Рубинчик, «Катлеты & мухі (94)»)

Апублiкавана 18.04.2019  22:18