Tag Archives: портал Tut.by

Не было никогда, и вот опять!

Перефразированная «черномырдинка» – по поводу того, что официальные издания вновь решили порадовать свою аудиторию байками рассказами о годовщине известного писателя. О том, как БелТА и «СБ» в ноябре обзирали 90-летний юбилей Владимира Короткевича, упоминал тут, а чуток и здесь. В апреле пришёл черёд Змитрока Бядули – «досье» к 135-летию во многом повторило то, что было собрано пятью годами ранее. Правда, в этом году «вувузелы режима» поведали: «3 ноября 2020 года в Минске прошла торжественная церемония перезахоронения праха Змитрока Бядули» (проигнорировав скандал, связанный с посмертной «христианизацией» еврея Самуила Плавника).

Странное послевкусие от этих «досье» на каждого «месье». Вроде бы и уважили знаменитостей, напомнив об их основных достижениях, но всё как-то поверхностно, да и не без ошибок… Вот стрёмный абзац о Бядуле:

В 1915 году Змитрок Бядуля возвратился в родной Посадец, а через некоторое время переехал в Минск, где участвовал в работе Минского отдела Белорусского общества помощи потерпевшим от войны. Жил на одной квартире с Максимом Богдановичем. Они оба очень любили родную Беларусь и не только мечтали о ее светлом будущем, но и боролись за него. Змитрок Бядуля работал в газете «Савецкая Беларусь», редактировал детский журнал «Зоркі» и краеведческий журнал «Наш край».

Ладно, «возвратился» («бежал» было бы точнее, да и в Посадце костлявая рука войны, судя по поэме «Жыды», чуть не настигла писателя осенью 1915 г.), но из биографии Плавника-Бядули «чисто случайно» выпали несколько лет… На одной квартире с М. Богдановичем он жил в конце 1916 – начале 1917 гг., а в «Савецкай Беларусі» начал работать в августе 1920 г. За три с половиной года Бядуля успел пережить две революции, немецкую и польскую оккупации, поприветствовать Первый Всебелорусский съезд в декабре 1917 г., активно поддержать БНР в 1918 г., посотрудничать в изданиях несоветских – и даже, о ужас, в антисоветских! Умолчали об этом «знатоки» из БелТА в 2016 г., решили умолчать и в 2021 г. (предсказуемо).

Во многом прав был Владимир Казберук – составитель «Выбраных твораў» Бядули, куда попали многие «крамольные» стихи и статьи писателя (Минск: «Кнігазбор», 2006). Переведу пару фраз из вступительной статьи В. Казберука:

В истории белорусской литературы начала ХХ века период 1917–1920 годов сыграл особую роль. Здесь мы видим завершение нашанивских идейных и эстетических поисков, небывало интенсивные усилия, чтобы выработать белорусскую национальную идею и предопределить новые пути развития Беларуси как независимого государства.

Впрочем, что официозу до идейных и эстетических поисков – его анонимным авторам справиться бы с задачами попроще… Название новеллы Бядули «Малыя дравасекі» перевели как «Молодые дровосеки»; повесть «Набліжэнне» отнесли к концу 1930-х годов, хотя она вышла отдельной книгой в 1935-м (а написана была, как легко убедиться, в 1934-м). Курьёзна фраза о «Соловье» Бядули: «По мотивам этой повести Михаилом Крошнером под руководством дирижера Ильи Гитгарца был поставлен балет “Соловей”». Вообще-то М. Крошнер – композитор, написавший музыку, а балеты ставят хореографы/балетмейстеры, или я не прав? 🙂 «Имя Змитрока Бядули присвоено школе на его родине – в деревне Посадец». Да, в 2006 г. в этой школе ещё отмечалось 120-летие Бядули (эх, не смог поехать), но в 2010-м её закрыли как неперспективную, детей и учителей перевели в деревню Крайск. Татьяна Ускова писала о Посадце в 2016 г.: «Сегодня тут живёт около 200 человек, большинство из них пенсионеры. Из объектов социальной инфраструктуры в деревне, процветавшей в советское время, в живых остался только магазин. Учитывая это, с трудом верится и в то, что в конце ХIХ — начале ХХ века Посадец был местечком». Прости, Ефимыч, мы всё про…

Отличился и tut.by, опубликовавший утром 23.04.2021 статью Дениса Мартиновича «Жена была выше на две головы. На улице старались идти порознь. Неизвестные факты о классике беллита».

Первая же иллюстрация была мимо; купилась и «Наша Ніва», перепечатавшая статью. Тутбай к вечеру 23-го исправился, «НН» – как-то не очень… На фото не Змитрок Бядуля, а его младший брат Израиль Плавник (1905–1941), неплохой шахматист и литератор, в частности, переводивший с идиша на белорусский язык стихи Изи Харика. Кто прочтёт статью Виктора Жибуля «Брат Бядулі, паслядоўнік Багдановіча» (журнал «Роднае слова», № 10, 2005), немало полезного узнает об И. Плавнике.

Так на самом деле выглядел молодой Самуил Плавник – он же Ясакар, он же Бядуля

Бедность гуманитарных знаний ведёт и к провалам в политике… Скажу не без претенциозности, любезно диагностированной испанской слависткой Анхелой в феврале с. г.: Бядуля умер почти 80 лет назад, ему уже (почти) всё равно. Нам же тут жить, и волнует сейчас не столько освещение событий начала ХХ века, сколько то, что намечается в 2021-м. А намечается очередное «закручивание гаек» в сочетании с выкручиванием рук.

Депутатики одобрили поправки в разные статьи Уголовного кодекса, согласно коим неимоверно раздувается понятие «экстремизм». Так, «статью 130 УК “Разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни” дополняют важным примечанием — “под иной социальной принадлежностью в настоящей статье понимается принадлежность лица к определенной социальной группе по признаку пола, возраста, профессии, рода занятий, места жительства и иной социально-групповой идентификации».

Похоже, что теперь под «разжигание розни» можно (якобы легально) подогнать любую критику, а уж если она претендует на хоть какие-то обобщения – и подавно. Кажется, Н. В. Гоголь говаривал: «Россия такая уж страна – стоит высмеять одного околоточного надзирателя, как вся полиция обидится». Что бы он сказал о современной Беларуси, где «надзиратели», позволяющие себе калечить людей (во всяком случае, открыто оправдывающие рукоприкладство), всерьёз обижаются на мало кем читаемые выплески эмоций в интернете?

Вообще, интересно, на сколько «присел» бы Николай Васильевич по новому «закону»: в «Ревизоре»-то он, пожалуй, провоцировал вражду к чиновникам, в «Мёртвых душах» – к помещикам? А уж Салтыков-Щедрин зело обидел социальную группу высших офицеров, написав «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил»!

Читаю дальше:

В предложенном УК существенно меняется статья 369−1 «Дискредитация Республики Беларусь». Если сейчас преступлением считается предоставление иностранному государству, иностранной или международной организации заведомо ложных сведений о политическом, экономическом, социальном, военном или международном положении Республики Беларусь, правовом положении граждан в Республике Беларусь, дискредитирующих Республику Беларусь или ее органы власти, то в новом УК уточнение про иностранное государство и иностранные организации исчезло, используется максимально широкая формулировка:

«Распространение заведомо ложных сведений о политическом, экономическом, социальном, военном или международном положении Республики Беларусь, правовом положении граждан в Республике Беларусь, деятельности государственных органов, дискредитирующих Республику Беларусь, совершенное в публичном выступлении, либо в печатном или публично демонстрирующемся произведении, либо в СМИ, либо в информации, размещенной в интернете, направленное на причинение существенного вреда государственным или общественным интересам».

«Существенный вред» казённые «эксперты» доказывают на раз-два, а признание в «заведомой лжи» у многих авторов – как показывают милицейские видеоролики с арестантами – выбивается по отработанной схеме. «Крайними» окажутся – да и оказываются – блогеры, не защищённые даже хлипким статусом профессионального журналиста, правозащитники с их обзорами и, конечно, политические сатирики. То-то [в «Салідарнасці» – см. отклик ниже перестали публиковаться едкие стишки Дмитрия Растаева, а смехач Лёлик Ушкин переквалифицировался в «международника» Олега Новикова

Законопроект ещё не прошёл через «совет республики». Определённые шансы на просветление умов сохраняются, вместе с тем иллюзий не питаю. Как там писал Мартемьян Рютин о СССР 1932 г.: «На всю страну надет намордник…» Конституция с её статьёй 33 («Каждому гарантируется свобода мнений, убеждений и их свободное выражение. Никто не может быть принужден к выражению своих убеждений или отказу от них. Монополизация средств массовой информации государством, общественными объединениями или отдельными гражданами, а также цензура не допускаются») давно попрана «коллективным Лукашенко». Так называемые депутаты, разумеется, тоже руководствуются не «главным законом» – о котором большинство вспоминает лишь 15 марта – а «политической целесообразностью».

Ещё два года что-то можно было сдвинуть с мёртвой точки, если бы жители Синеокой массово поднялись не за конкретный «депутатский корпус», а за парламентаризм, за своё право решать основополагающие вопросы, пусть и через посредников. Увы… В 2019 г. срок работы палаты представителей по «указу президента» был сокращён почти на год, а события 2020-го оказались во многом следствием того антиконституционного самоуправства.

Вероятнее всего, драконовские поправки в Уголовный кодекс будут вскоре утверждены «парламентом», а затем «и. о. царя». В таком случае придётся уповать на то, что строгость законов у нас (отчасти) компенсируется необязательностью их исполнения.

Тем временем официальная Франция, как и предсказывалось, отлично «ведётся» на предложения увековечить память Шарля де Голля в Щучине, словно и не было августа 2020 г.: «Этот проект для нас невероятно важен, – подчеркнул Николя де Лакост. – Его реализация внесет весомый вклад в развитие белорусско-французских отношений в сфере туризма и культуры и станет дополнительной ниточкой, связавшей наши страны».

Г-на посла вряд ли смущает, что в той же Гродненской области на днях постановили отменить «палаточный фестиваль»:

Белорусы планировали провести под Щучином палаточный фестиваль «Раса», который организаторы называют белорусским аналогом известного американского фестиваля в пустыне Невады. Фест задумывали шестидневным, даты значились такие: с 29 июня по 4 июля…

Однако, по словам организаторов, власти Щучина «отказались от своего согласования и считают невозможным проведение такого типа проекта на своей территории в данное время». Сейчас создатели проекта ищут для фестиваля новое место и новые даты.

Вот тебе, бабушка, и «Шчучыншчына» 🙁

Дарья и Катерина в день приговора, 18.02.2021. Фото: TUT.BY

Cегодня поступило сообщение, что медиаработницам Катерине Бахваловой (Андреевой) и Дарье Чульцовой, якобы подстрекавшим толпу к активным действиям у «Площади перемен» 15.11.2020, Мингорсуд не скостил срок (2 года колонии) в результате апелляции. Но и не накинул – видимо, следует благодарить за это?

Вольф Рубинчик, г. Минск

23.04.2021

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 23.04.2021 22:57

Отклик

Добрый день, Вольф. В своём тексте вы справедливо указали на то, что новые поправки в законы, одобренные «народными избранниками», не что иное, как завуалированное наступление на свободу слова и борьба с инакомыслием. Но при этом в статье вы упомянули и моё имя – «то-то перестали публиковаться едкие стишки Дмитрия Растаева» – что прозвучало несколько странно, поскольку «едкие стишки» не переставали публиковаться никогда. Вот лишь недавний пример: https://charter97.org/ru/news/2021/4/22/419525/. Возможно, некоторые ресурсы и впрямь стали реже их перепечатывать – не все же такие убеждённые как «Хартия» 🙂 – но это уже зависит не от меня. Я же, со своей стороны, хочу сказать, что никакие рогатки режима не заставят замолчать мою музу – стихи писал, пишу и буду писать, несмотря ни на что.

С уважением, Дмитрий Растаев,

г. Бобруйск

* * *

От В. Р. Признаюсь, дал я маху… Редко читаю «Хартию», чаще – «Салідарнасць», а там в последнее время стихов Д. Растаева не было видно, хотя пару лет назад они появлялись почти каждую неделю. Надеюсь, автор и читатели простят мой недосмотр, тем более что теперь, благодаря уточняющему письму, стало известно, где искать новые творения на злобу дня 😉  26.04.2021  21:21

10 лет после взрыва в метро Минска

“В 2020-м ещё доставали осколки”: как живут пережившие теракт в минском метро

ЕВРОРАДИО 09/04/2021 – 15:07

Слева направо: Виктор Селедчик, Маргарита Чернышёва, Маргарита Ярошевич / Еврорадио

11 апреля 2011 года в 17:56 на станции “Октябрьская” в минском метро произошёл взрыв. Погибло 15 человек: 11 на месте, ещё четверо от полученных травм. В списке пострадавших — 204 человека. Хотя звучали и другие числа, вплоть до 400.

Еврорадио нашло людей, которые в тот роковой вечер оказались на платформе “Октябрьской”. Они рассказали нам, о взрыве, о том, что происходило сразу после него — и о том, как приходили в себя и пережили те трагические события.

Маргарита Чернышёва. Учительница. На момент теракта 36 лет

Не могла ногти чёрным лаком красить. Мне казалось, что они будут так выглядеть, как если бы я умерла

Я спускалась по эскалатору вниз, не успела на предыдущий поезд. Ехать мне нужно было в сторону “Парка Челюскинцев”. Стояла на перроне за колонной с противоположной стороны, решила не стоять в хвосте поезда. Раздался взрыв.

Маргарита Чернышёва / фото из личного архива
.

Погас свет, было ощущение темноты. Потом я услышала звук взрыва. Почувствовала боль в ноге. Я сначала, честно говоря, подумала, что это какая-то техногенная катастрофа. Какая-то техническая неполадка, что-то взорвалось. Потом стало пахнуть порохом и люди стали уходить от эпицентра взрыва. В сторону выхода к Дому офицеров. Я тоже пошла в том направлении. Паники как таковой не было. В сторону взрыва я старалась не смотреть, потому что было страшно, но и было задымлено. Я так медленно шла и понимала, что нельзя заходить в переход, ведущий с “Октябрьской” на “Купаловскую”. Шла в противоположном направлении, понимая, что и там может что-то взорваться.

Провела по ноге и поняла, что там что-то торчит

Люди шли, кого-то под руки несли, вещи валялись на перроне разбросанные. Но люди шли довольно спокойно, никто не толкался, несмотря на то, что эскалаторы перестали работать. Не было такого, чтобы люди толкались, паниковали. И вот когда уже все наверху оказались и когда я уже сама наверху оказалась, тогда, конечно, началась истерика. Когда услышала, что приезжают машины скорой помощи. Плакать начала. И боль в ноге уже почувствовала, только когда оказалась наверху. Провела по ноге и поняла, что там что-то торчит.

Через какое-то время прибежал муж, потому что такси не ходили уже по городу. Он как-то добрался пешком. Он посадил меня в скорую, где сидели уже двое раненых. И так я оказалась в больнице скорой помощи, где уже сделали снимки, резали, удаляли осколок…

Первая моя реакция после взрыва — оказаться дома. Я сказала даже мужу: “Поехали домой, я дома сама выковыряю, ничего страшного”. А уже когда приехали в больницу, тогда нога уже болела, отекла и, конечно, я поняла, что сама уже ничего я не достану.

Осколок храню до сих пор.

Да, было страшно. Поначалу всё было страшно. Вообще всё, что касалось громких звуков. В какой-то момент пришло осознание, что этот день мог бы быть последним. Подсознательно всплывали разные страхи. Не могла ногти чёрным лаком красить — мне казалось, что они будут так выглядеть, как если бы я умерла. Ощущение неслучайности произошедшего с тобой.

Я поняла, что произошло страшное, но, может быть, я не зря осталась жива, и всё будет хорошо

Что касается меня, то для меня всё закончилось благополучно. Я понимала, что произошло страшное. Но, может быть, я не зря осталась жива, и всё будет хорошо.

Так и случилось — через год я родила ребёнка, которого ждала 15 лет.

Чернышёва Маргарита с ребёнком / Фото из личного архива
.

Государство выплатило около трёх тысяч евро. Это были какие-то деньги по страховке, компенсация за порчу вещей.

После теракта очень помогла поддержка людей, которые окружали. Я работаю в гимназии: коллеги, ученики, родители. Все как-то по-человечески, с таким вниманием, участием, с таким переживанием. Я эту историю проговорила много-много раз, и для меня она перестала быть психологической проблемой. Возможно, люди, которые не могли это сделать, для них это осталось ситуацией фрустрации.

Как так быстро могли найти виновных и всё расследовать?

Вы знаете, до сегодняшнего дня это остаётся для меня вопросом. Я не знаю, я не следила за результатами самого следствия, я не присутствовала на заседаниях. Но для меня была удивительна поспешность всего. Как так быстро могли найти виновных и всё расследовать?

 

Виктор Селедчик, барбер. На момент теракта 14 лет

Позвонил маме и папе. “Я вас не слышу, но у меня всё хорошо”

Виктор Селедчик с друзьями, Павлом и Кириллом / фото из личного архива
.

Я ехал с друзьями, с Павлом и Кириллом, с медосмотра. Мы стояли прямо напротив бомбы, только с другой стороны. Ждали поезд, стояли за колонной. Это сыграло фактически решающую роль, почему мы остались живы. В момент взрыва Кирилл говорил, а мы с Пашей стояли слушали. У Кирилла был открыт рот, и у него барабанные перепонки остались целыми. У нас с Пашей по одной порванной барабанной перепонке.

Прогремел взрыв, мы очухались с Пашей, поднялись с пола. Помогли встать Кириллу. Взяли его под руки и отнесли в сторону выхода. Вынесли на поверхность. Первые ощущения — дезориентация, контузия, шум в голове. Голоса невозможно было разобрать, хотя зрение было в норме. А через минуты буквально полторы-две приехали первые милицейские машины, а потом приехала скорая.

 

Уже будучи в больнице, я понял, что это был теракт

Страшно не было. Я просто не успел испугаться, лицом от взрыва стоял. Не знаю, как мои друзья. Изначально мне показалось, что это какая-то поломка, связанная не с бомбой, а с техническим оборудованием. Уже будучи в больнице, я понял, что это был теракт.

 

Виктор Селедчик / фото из личного архива
.

Ездить в метро страшно не было. Фобий нет, не осталось ничего — только первый раз после взрыва, когда проехал по этой станции, было напряжённо немного. Но потом уже без проблем. И, к счастью, с психологами не пришлось работать.

Если я не ошибаюсь, то ли 500, то ли 700 евро мне выплатили после теракта. И всё, больше ничего — никаких дополнительных лечений, никаких санаториев, ничего подобного.

Мне в тот момент было 14 лет. Родители, конечно, сильно испугались. Я выбрался на поверхность, позвонил маме и папе. Сказал, что жив, у меня всё хорошо: “Я вас, правда, не слышу, но у меня всё хорошо”.

 

Я не верю в официальную версию. И тогда не верил, и сейчас не верю

По поводу Ковалёва и Коновалова, я не имею никаких к ним претензий. Я понимаю, что это политическая игра. В тот момент, насколько я мог оценить по урывкам новостей, была напряжённая ситуация в стране, и это был ход, чтобы отвлечь внимание от экономического и политического кризиса. Я не верю в официальную версию. И тогда не верил, и сейчас не верю. Просто потому, что машины скорой помощи приехали через пять, а милиция была через две минуты. Разве это может быть похоже на правду?

Я вспоминаю разные теракты, которые происходили не в нашей республике. Я хочу сказать, что компенсации, которые нам предоставили, они просто ничтожны по сравнению с тем, что выделяли другим людям при терактах в других странах. Так что в остатке одно ощущение — подло.

 

Маргарита Ярошевич, владелица интернет-магазина. На момент взрыва 17 лет

Я поняла, что если сейчас не начну ползти, то просто умру

Маргарита Ярошевич / фото из личного архива
.

Училась я тогда в 11 классе. Мне надо было ехать вечером на дополнительные занятия перед поступлением. Я сначала хотела отменить, но всё же решила поехать.

Дома была беременная кошка. Всё перед выходом бегала за мной, мяукала. Я пытаюсь к двери подойти, а она меня в дальнюю комнату зовёт. Но я всё равно поехала. И когда ехала в транспорте, встретила свою лучшую подружку на тот момент. И мы договорились, что я посижу только на одной паре и мы потом встретимся в городе и пойдём гулять. Занятия были на станции метро “Фрунзенская”, а мы договорились встретиться на “Институте культуры”. И я ещё думала, ехать мне на 73-м автобусе или на метро. А как раз был час пик, я думала, на автобусе долго буду ехать. И вот уже в это метро побежала, надо было срочно, я торопилась.

Была большая очередь за жетончиками, и я попросилась пройти по школьной справке, потому что прямо бежала на поезд. Всё время торопилась, на “Фрунзенской” спускалась, поезд уезжает, я подбежала. С “Купаловской” на “Октябрьскую” тоже бежала. И вот так я оказалась на перроне.

Подъезжает поезд, открываются двери… И всё. Раздался взрыв.

 

Я ещё сначала подумала, что это сон

Упала, потеряла сознание, потом пришла в себя. Было темно, задымлено. Потом начала понимать, что это не сон. Что я спускалась в метро, значит, я нахожусь сейчас в метро. Внутренне я ощущала, что я умираю. Потом опять потеряла сознание. Потом пришла в себя, возле меня были три мужчины.

Взрывной волной у меня оторвало сумку. Я у них спросила: где моя сумка. Потом опять потеряла сознание. Когда я пришла в себя, их не было рядом со мной. А я по-прежнему лежала на платформе, и я подумала, что если я сейчас не начну ползти, то я просто умру. Я поползла, ноги и руки меня не слушались. Обе ноги были сломаны, на левой руке мизинец был сломан. Я не могла на руку облокотиться. Потом опять потеряла сознание. Когда пришла в себя, уже лежала возле турникетов. Рядом со мной стояла женщина, она продавец этих жетончиков, билетиков. И я ещё попросила у неё, чтобы она позвонила маме, сказала, что я умираю. Меня вынесли на поверхность, остановили машину такси.

Когда меня выносили, журналисты начали спускаться в метро, чтобы фотографировать. И как раз меня поднимают по лестнице, я в сознании, и они меня снимают. И я лежу, ноги у меня в крови, разорваны джинсы, я стесняюсь, а они меня снимают! Мужчины положили меня в такси на заднее сиденье, таксист мне снял ремень и привязал бедро, потому что у меня там всё вырвано было, чтобы остановить кровотечение. Кстати, до сих пор ищу таксиста, который отвёз меня в больницу. Не осталось никакой информации о нём.

Кадр на котором видно как Маргариту выносят из метро / скриншот из фильма ОНТ

В 2020 году мне ещё доставали осколки

Он повёз меня в третью больницу около “Динамо”, а я в это время не чувствовала боли, думала, зачем меня везут в больницу? У меня ничего не болело, но было ощущение, что я умираю. И когда меня уже привезли к третьей больнице, к приёмному, когда меня уже доставали вместе с врачами с заднего сиденья, у меня нога не была зафиксирована, тогда в первый раз я почувствовала боль. И так меня в операционную повезли.

Первые два месяца я лежала, потом меня отправили в Аксаковщину на реабилитацию. Я там недели две-три пролежала, потом я месяца два была дома. Первый год была в больницах частым гостем. На второй год у меня была ещё одна операция на пятку — сейчас у меня нет пяточной кости. У меня осколок там был, очень маленький, долго рана не заживала. Последний раз я лежала в прошлом году, в 2020-м мне ещё доставали осколки.

 

Я только выехала из операционной, и им сказали: “Пока жива”

Государство компенсировало финансово. Я была несовершеннолетняя, всё оформлено на маму. Но финансовая помощь была от государства. И на Новый год, в 2012 году, подарили телевизор. Сейчас у меня третья группа инвалидности.

Маргарита Ярошевич / фото из личного архива
.

Очень сложно было маме, очень сложно было отчиму моему. Мама быстро поседела. Я знаю, что, когда это произошло, они и найти меня не могли. Сестра с родителями после первых новостей поняли, что надо меня искать. А в больницах я была записана не “Яр”, а через “Е”. И когда они меня нашли, то уже было поздно вечером. Я только выехала из операционной, и им сказали: “Пока жива”. Я не подберу сейчас подходящих слов, чтобы описать, как им было тяжело.

 

Взять костыли и спуститься в метро, чтобы побороть свой страх

Когда я лежала в реанимации, у меня было первое желание — взять костыли и спуститься в метро, чтобы побороть свой страх. Как говорится, клин клином вышибают. Сейчас, когда я проезжаю “Октябрьскую”, бывает, что какие-то воспоминания сразу накидывают про это. Но не так, чтобы я боялась и не спускалась в метро.

Я бы не хотела говорить на тему приговора Коновалову и Ковалёву.

Сейчас я живу в Гродно полтора года, владею интернет-магазином, оптовые продажи. Тогда я всё-таки поступила в БГУ на химфак. На третьем курсе забрала документы, потому что я разочаровалась и решила, что не хочу быть химиком. И поступила в колледж на маркетолога. А сейчас вот как раз заканчиваю вуз, в пятницу у меня государственный экзамен в университете. Надеюсь, что он пройдёт успешно и я буду с высшим образованием. Порадую маму.

* * *

Израильские эксперты обнародовали отчет о работе на месте взрыва в метро

18 апреля 2011 в 08:31

Дмитрий Власов, БелаПАН

Вещественные доказательства, обнаруженные белорусскими специалистами на месте взрыва, полностью соответствуют типу устройства, взорванного на станции метро «Октябрьская». Об этом говорится в отчете главы израильских полицейских экспертов капитана Игоря Пекермана, переданном временному поверенному в делах посольства Израиля в Беларуси Ассафу Брахе. Тип взрывного устройства в сообщении посольства не назван.

Группа завершила свою работу 17 апреля. «По израильским законам полицейские эксперты не могли встречаться с представителями прессы для освещения своей работы на месте взрыва», — подчеркивается в сообщении.

Пекерман отметил, что израильская делегация исходя из своей специализации «занималась исследованием механизма действия взрывного устройства и не занималась поисками преступника». Делегация прибыла в Минск по приглашению белорусских властей рано утром 12 апреля и «незамедлительно отправилась на место трагедии, где, по словам израильского эксперта, уже очень профессионально и организованно работали белорусские специалисты».

Как отметил в своем отчете Пекерман, способы расследования преступления или террористического акта одинаковы во всех странах.

«Комментируя работу белорусских специалистов, капитан Пекерман назвал систематичность и слаженность как основные факторы, позволившие белорусским службам при расследовании взрыва не упустить ни малейшей детали касаемо взрывного устройства», — сообщает посольство.

«Во время работы в Беларуси израильские эксперты получали все необходимое содействие от белорусских служб, — отметил Пекерман в отчете. — Для нас было очень важно то, что станция “Октябрьская” была закрыта и до нашего приезда не функционировала. Мы понимаем, насколько нехарактерно прекращать работу такой важной и “загруженной” станции метрополитена в ожидании приезда иностранных специалистов».

Группа израильских экспертов состояла из семи человек: медицинских экспертов, экспертов в области борьбы с террором, полицейских специалистов по опознанию останков, представителей Службы общей безопасности.

TUT.BY: Как сообщил заместитель министра иностранных дел Израиля Дани Аялон, израильские эксперты были отправлены в Минск по просьбе белорусской стороны. Эта просьба «была встречена нами с сочувствием и пониманием, – отметил дипломат. – Мы стараемся помогать везде, где есть возможность. К этому нас побуждают этические аспекты еврейской культуры и истории. Мы откликнулись на просьбы о помощи и после землетрясения на Гаити, и после недавнего цунами в Японии. Разумеется, не могли отказать в содействии и Беларуси».

На вопрос, принимался ли во внимание тот факт, что власти Беларуси находятся в режиме жесткой международной изоляции, замминистра ответил: «Когда происходят трагедии, подобные теракту в минском метро, мы не задумываемся о таких вещах. Главное – быстро прийти на помощь».

Источник

От belisrael. Мы хотели бы узнать больше о содействии, оказанном израильтянами «белорусской стороне», т. к. сообщение И. Пекермана оставляет вопросы. Будем рады, если кто-либо из участников событий 2011 г. свяжется с нами и поделится подробностями.

Опубликовано 11.04.2021  01:13

«Уголовный» 2020 год («Новы час»)

* * *

От belisrael.info. Продолжаем знакомить наших русскоязычных читателей с материалами минской газеты «Новы час», которые не понравились «Межведомственной комиссии по безопасности в информационной сфере при совете Безопасности Республики Беларусь» и стали поводом для вынесения редакции белорусскоязычной газеты официального предупреждения. Первый материал, переведенный нами на русский, см. здесь. По этой же ссылке можно найти чуть более подробное изложение претензий, выдвинутых госорганами РБ в марте с. г. Правда, что означает казённая формула «публикации газеты “Новы час” создают предпосылки для воспрепятствования обеспечению эффективного функционирования государственных институтов в интересах общества», мы не понимаем до сих пор…

* * *

«Уголовный» 2020-й

Как и за что протестующие получали сроки лишения свободы

В прошлом протестном году в суверенной истории Беларуси был поставлен рекорд по начатым уголовным делам и вынесенным приговорам, прямо или косвенно связанным с предвыборной кампанией и ее результатами. С помощью данных лишенного регистрации правозащитного центра «Весна» TUT.by собрал судебную статистику, а также решил вспомнить наиболее заметные приговоры по некоторым уголовным статьям.

На момент подготовки материала база данных «Весны» содержала информацию о почти тысяче фигурантов уголовных дел. Для 619 из них точно были известны статьи Уголовного кодекса. Самые распространенные – статья 293 «Массовые беспорядки», по ней проходят 184 фигуранта; статья 342 «Организация или участие в действиях, грубо нарушающих общественный порядок», – 178 фигурантов; и статья 364 «Насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел» – 91 фигурант. При этом 35 человек привлекли сразу по нескольким статьям. Самая распространенная комбинация: статьи 342 и 364 — по такому сочетанию проходят 16 человек.

89 лицам уже вынесены приговоры. Судьи не всегда наказывали лишением или ограничением свободы; в некоторых вердиктах присутствуют многотысячные штрафы. В среднем в прошлом году в колонию отправляли на три года, на «химию» – на два.

Самый большой срок – 7 лет колонии строгого режима

Утверждалось, что 47-летний Владимир Горох планировал массовые беспорядки в родном Новогрудке и соседних Кореличах. По версии следствия, для этого он с июля по август встречался с местными жителями, призывал их к активному сопротивлению властям после президентских выборов. Мужчина предлагал противостоять силовикам «с помощью арматуры, телескопических дубинок, говорил о возможности забросать „коктейлями Молотова“ здание местной милиции, перекрыть спиленными деревьями дорогу между Кореличами и Новогрудком, а также разбить на Замковой горе в Новогрудке палаточный городок».

На встречах с Горохом каждый раз бывало всего от двух до пяти человек. Свидетели на суде заявляли, что или не воспринимали слова мужчины всерьез, или думали, что он является сотрудником правоохранительных органов, а это своеобразная проверка. Владимир Горох свою вину не признал, заявив, что собирал местную команду поддержки кандидата Светланы Тихановской, а о беспорядках говорил для того, чтобы проверить собеседников на адекватность.

Ничего из того, о чем говорил Горох, не было сделано — 7 августа об этих встречах стало известно правоохранителям. По словам самого мужчины, увидев милицейскую машину возле дома, он убежал в лес и затем скрывался в Лидском районе, пока не был задержан 18 августа. За это время Горох успел публично оскорбить президента в одном из вайбер-чатов. Сам он объяснил такое поведение тем, что был «не в себе» из-за задержания после выборов его двоих детей — медиков, которые оказывали помощь пострадавшим. При этом, по его словам, его сын был сильно избит.

Еще одним громким делом, связанным с политикой, стали два параллельных процесса по поводу «циничных» надписей на стихийном народном мемориале возле места гибели Александра Тарайковского в Минске. Всего по ним проходили пять человек, все они после задержания находились под стражей, а двое в итоге получили реальные сроки.

Все фигуранты обвинялись в нанесении на тротуар возле метро «Пушкинская» надписей «Не забудем» 9 сентября. Предварительно ущерб был оценен в колоссальные суммы: 7,5 тысячи рублей и более 10 тысяч рублей. Однако на суде выяснилось, что реальные затраты на удаление надписей составили 211 рублей 20 копеек и 255 рублей 99 копеек. Адвокаты обратили внимание, что при таком размере ущерба вменять в вину их подзащитным 218-ю статью нельзя, поэтому дальше все фигуранты проходили только по статье за хулиганство.

Приговоры по обоим судам были вынесены 8 декабря: Мария Бобович получила полтора года «домашней химии», Максим Павлющик — два года колонии общего режима; Денис Греханов и Игорь Самусенко – по полтора года «химии». Владислав Гулис, который имел непогашенную судимость по «наркотической» статье и за пару месяцев до инцидента вышел по амнистии, был приговорен к двум годам колонии строгого режима.

ВРЕЗКА

В новой Беларуси политзаключённые будут реабилитированы и получат компенсации. Но компенсации заплатит не государство, а те, кто задерживал, обвинял и судил. Так было во всех странах, которые избавились от своего режима.

КОНЕЦ ВРЕЗКИ

Назначенный 30-летнему гомельчанину Сергею Верещагину приговор — пять лет колонии общего режима — входит в топ самых жестких, вынесенных в прошлом году. Причем было отмечено, что мужчина причинил пострадавшему милиционеру «телесные повреждения, не повлекшие за собой кратковременное расстройство здоровья».

Дом, где живёт Верещагин, расположен напротив цирка, рядом с которым в августе собирались протестующие. Обвинение утверждало, что вечером 12 августа пьяный подсудимый кричал из окна угрозы и оскорбления в адрес милиционеров, которые в этот момент разговаривали с прохожими. Затем он начал бросать в них пластиковые и стеклянные бутылки. Мать, которая открыла дверь четверым силовикам, попросила о помощи: сын разбушевался, его одежда была в крови. Милиционеры заявили, что он вел себя агрессивно, так что пришлось его скрутить, при этом мужчина бился головой о стены и пол. Пока зафиксированного наручниками Верещагина спускали вниз, на лестничной площадке тот якобы намеренно ударил одного из милиционеров ногой в глаз.

На предварительном следствии мать обвиняемого говорила, что он был визуально в состоянии опьянения, но на суде заявила, что не может этого утверждать. Она также отрицала, что просила милиционеров о помощи и что у ее сына были какие-то травмы до прихода правоохранителей.

По словам Верещагина, он не бросал в милиционеров бутылки, а обратился к ним из окна из-за их жесткости по отношению к участникам протестной акции, среди которых были девушки. Не признал он и то, что ударил милиционера. Его адвокат утверждала, что ее подзащитный вообще не мог нанести удар милиционеру так и при таких обстоятельствах, как это описано: его рост около двух метров, а лестничная площадка имеет размеры 1 м на 80 см, так что его могли нести только в согнутом положении.

Защитник сумела попасть к Верещагину лишь на третий день после задержания: он оказался сильно избит, адвокат потребовала его немедленной госпитализации. Обследование показало наличие черепно-мозговой травмы, ушиба головного мозга и других серьезных повреждений — адвокат заявила, что он получил не менее сотни ударов. По словам Верещагина, били его не только при задержании, но и в РОВД: «Били, прыгали по голове, оскорбляли и смеялись», — рассказал мужчина.

Фото Яны Трусило

Он написал заявление в Следственный комитет по факту избиений, однако за несколько дней до начала процесса выяснилось, что этот материал выделен в отдельное производство. Помимо вынесения решения о лишении гомельчанина свободы, суд также обязал его компенсировать моральные страдания потерпевшего милиционера, оценив их в тысячу рублей.

Приговоры женщинам: «химия», арест и реальные сроки

Среди попавших под уголовное преследование 549 мужчин и 104 женщины. Пол еще 12 человек не выяснен.

20-летняя Мария Сафонова в ночь на 7 октября нарисовала бело-красно-белый флаг и нанесла надпись «Жыве Беларусь» на асфальте в одном из минских дворов, откуда ей с другом до приезда милиции не дали уйти местные жители. В постановлении следователя надпись значилась как «циничная» и «оскорбляющая чувства граждан»: защите с привлечением экспертов Национальной академии наук Беларуси пришлось доказывать в суде, что она таковой не является. Суд назначил в виде наказания для девушки двухмесячный арест.

Фармацевта из Гродно, 55-летнюю Марину Поликарпову, судили за события, произошедшие 9 августа. По версии обвинения, она принимала участие в протестной акции, а когда ее задержали, возмущалась, хватала сотрудников милиции за одежду. Пытаясь покинуть микроавтобус силовиков, она нанесла травмы двум сотрудницам ОМОНа: одну ударила по лицу, другую укусила за руку. В протоколе указано, что женщина была с подругой и знала об акции протеста, но пошла посмотреть на нее из любопытства.

Сама Марина Поликарпова утверждает, что ни в каких протестах участия не принимала, специально отошла на некоторое расстояние от эпицентра событий и ожидала своего брата, с которым должна была вернуться домой. Она подумала, что милиционеры всего лишь проверят у нее документы. По ее словам, сотрудницы ОМОНа начали оскорблять и избивать ее уже в спецтранспорте. Женщины позвали на помощь какого-то мужчину, затем Марина почувствовала удар в затылок, на нее надели наручники. Позже она сняла побои (было зафиксировано 51 телесное повреждение) и обратилась с заявлением в Следственный комитет. Адвокат обратил внимание суда на нестыковки в описании поведения подзащитной и сопутствующих обстоятельств, которые сотрудницы ОМОНа не смогли объяснить.

Женщину признали виновной и назначили наказание в виде двух лет «домашней химии». Также она должна выплатить моральную компенсацию пострадавшим сотрудницам — по 1,5 тысячи рублей каждой (просили по 5 тысяч).

Самый жесткий «женский» приговор — за царапину и порванную балаклаву. 51-летняя Наталья Херше вместе с несовершеннолетней дочерью более 12 лет проживает в Швейцарии и приезжала на родину примерно раз в год. Инцидент произошел 19 сентября в Минске, когда в районе улицы Якуба Коласа двигались участницы женского протестного марша. Одной из задержанных стала и Херше. Обвинение утверждало, что женщина сопротивлялась правоохранителям, а в какой-то момент сорвала с одного из сотрудников в форме без опознавательных знаков балаклаву, при этом оставив ему на лице ссадину.

Милиционер рассказал, что на видео задержания Херше его опознали и стали угрожать ему и его семье. Из-за мер секретности для обеспечения безопасности потерпевшего фото его травмы, которые сделал судмедэксперт, не были приобщены к делу. Видеозапись инцидента с милицейской камеры якобы не сохранилась, хотя адвокат настаивала, что делала соответствующий запрос о ее выдаче.

Наталье Херше назначили наказание в виде 2,5 года лишения свободы в колонии общего режима, а также обязали выплатить моральную компенсацию милиционеру в размере тысячи рублей. Бело-красно-белый флаг, изъятый у Натальи, по решению суда должны были уничтожить.

В самой Швейцарии дело не осталось без внимания: местная пресса его активно освещала, также им занялись депутаты парламента и, конечно, посольство страны в Беларуси.

Светлана Тихановская, комментируя начатый уголовный процесс над авторам YouTube-канала «Слуцк для жизни» Владимиром Неронским, пообещала, что в новой Беларуси политзаключённые будут реабилитированы и получат компенсации. Но компенсации заплатит не государство, а те, кто задерживал, обвинял и судил. «Так было во всех странах, которые избавились от своего преступного режима», — отметила она.

Источник: газета «Новы час», № 3, 22.01.2021. С. 5.

Перевод с белорусского: belisrael (c использованием статьи tut.by)

Опубликовано 31.03.2021  19:20

Белорусский «айтишник» в Израиле

«Сначала эйфория, потом «снимаешь розовые очки». Белорус — о переезде в Израиль


Ксения Терешкова / 42.TUT.BY

«Здесь есть правило: никогда не груби официанту, потому что это твой будущий работодатель. У каждого есть стартап», — говорит про Израиль уроженец Минска Егор Стронгин. Белорус переехал в Тель-Авив в 2014-м, начинал с работы в небольшом стартапе и дорос до хорошей должности в Dynamic Yield — компании, которую купил McDonald’s. О жизни в Израиле, опыте работы в ИТ, разнице между белорусами и израильтянами и том, почему иногда личные качества важнее профессиональных, разработчик рассказал в интервью 42.TUT.BY.

Фото: из личного архива Егора Стронгина
Снимок Егора на выставке в Эдинбурге, Шотландия. Фото из личного архива Егора Стронгина
.

«У нас антисемитизм не по какой-то конкретной причине, а по традиции»

Егор Стронгин родился и вырос в Минске. Еще в школе он загорелся программированием, но родители видели парня в медицине. Поэтому Егор поступил в БНТУ на специальность «Биотехнические и медицинские аппараты и системы».

Но парень все равно не отказался от мысли об ИТ — так, на третьем курсе он стал программировать для деканата, даже написал программу автоматической печати справок для студентов. Параллельно работал в Центре детской онкологии, гематологии и иммунологии в Боровлянах, участвовал в разработке программы «Журнал операций», которая собирала и анализировала данные по всем операциям в больнице. Конечно, трудиться на двух работах в дополнение к учебе было нелегко, появились «хвосты», но, к счастью, студенту позволили перейти на свободное посещение.

После университета Егор трудился менеджером в представительстве немецкой медицинской компании, вел различную документацию по медицинским препаратам, написал и администрировал сайт. Платили ему немного — но зато в евро, что было важно во время очередного «финансового кризиса» в Беларуси.

— Не могу сказать, что эта работа приносила мне удовольствие. Получал копейки, ездил на стареньком Volkswagen моего года рождения. Но зато в этой компании я познакомился с будущей женой, которая однажды пришла в офис распечатать реферат у знакомой. Я сделал ей предложение на третий день знакомства! Ее мама была в шоке: кто женится через три дня? Но мы в браке больше десяти лет — и счастливы, — улыбается Егор.

В 2012 году буквально за один день парень решил: надо заниматься тем, что ты любишь, а не тем, что приходится, и ушел с работы.

— Открыл ИП и нашел первого клиента — знакомого, которому нужен был веб-сайт, — вспоминает он. — У меня за плечами не было ни курсов, ни сертификатов, всему учился по ходу работы. Деньги платили небольшие, но я был счастлив, что занимаюсь любимым делом, даже физически стал лучше себя чувствовать. В это время жена меня фактически содержала. Но мы решились на это ради будущего.

Через год Егор устроился в белорусский филиал российской компании «Телеконтакт», где его за несколько месяцев «подтянули» до среднего уровня программирования. Айтишник стал больше зарабатывать, семья купила машину поновее, сняла четырехкомнатную квартиру. Казалось, жизнь вошла в привычную колею — и тут брат Егора решил переехать в Израиль.

— Мы с женой подумали, что нам нечего терять, и мы тоже поедем — ведь всегда можно вернуться. Но за две недели до переезда брата взяли работать в «Яндекс» в Москву, так что в итоге в 2014-м уехали мы одни, — говорит Егор. — Я даже не знал, что у меня еврейские корни. Из-за того, что в 1990-е был очень сильный антисемитизм, отец не рассказывал о своем происхождении. Родители опасались, что в школе надо мной бы постоянно издевались. Даже когда уезжал, одна знакомая сказала: «Вообще-то жидов не очень люблю». Спрашиваю: «Почему?», а она отвечает: «Не знаю, родители так с детства говорили». У нас антисемитизм не по какой-то конкретной причине, а по традиции.

До переезда разработчик был в Тель-Авиве только в командировке и до конца не понимал, что это за страна.

— Тогда было можно взять 40 килограммов на человека. Мы купили большие тряпичные сумки, сложили вещи и полетели, — вспоминает айтишник. — В аэропорту по прибытии нам выдали израильские паспорта, около 2000 долларов в эквиваленте на семью, документы для открытия медицинской страховки и счета в банке. Государство оплатило и такси из аэропорта до места проживания.

Первый час в Израиле – оформление документов в аэропорту 29 августа 2014 года. Фото: из личного архива Егора Стронгина
Первый час в Израиле — оформление документов в аэропорту 29 августа 2014 года. Фото из личного архива Егора Стронгина
.

Для репатриантов правительство выделяет жилье. Так семья оказалась в маленькой квартире в Раанане — пригороде Тель-Авива. Чистый и красивый, но очень дорогой и религиозный город — «с вечера пятницы и до вечера субботы все было закрыто». Месячная аренда обходилась в районе 250 долларов — «для Израиля это почти бесплатно».

— Вся квартира — это кухня, санузел и единственная комната — по площади примерно 15−20 квадратных метров. Все жуткое, старое, в плесени. Я говорил жене: «Юля, а что мы только что сделали?» Переезд — это резкое падение уровня жизни. Живешь в комфортной квартире, каждый день можешь позволить себе ходить в ресторан, встречаешься с друзьями… И вдруг практически начинаешь все сначала.

У нас было очень мало денег — около 10 тысяч долларов. Для Израиля это ничто. Но жилье и денежные выплаты от государства (около 1000 долларов в месяц) делают переезд возможным, и полгода тебя бесплатно учат языку.

«Директор сказал: «Вот твой стол, чтобы в воскресенье был в офисе»

Иврит пара начала учить еще в Минске и прилетела в Израиль уже с базовым уровнем языка.

— В Израиле начали посещать школу иврита — ульпан. Занятия проходили с 8.00 до 13.00. Я всю жизнь был троечником, а тут меня вернули за парту, откуда я всегда хотел сбежать. Начал ныть жене, что больше не хочу ходить на занятия. На тот момент я буквально год назад поменял свою жизнь, стал программистом, и мне все нравилось — а тут отказался от того, что приносило удовольствие, — честно рассказывает разработчик.

Через месяц «без иврита, со школьным английским на уровне «London is the capital of Great Britain» и чистым опытом в ИТ-компании всего в один год Егор начал искать работу. Чтобы продать себя побыстрее, поставил низкую цену. Но и эта сумма «превышала минскую зарплату раза в четыре».

— Вскоре мне позвонил крупный инвестор и пригласил в стартап. Компания занимала одну маленькую комнату квадратов в десять. В ней работало четыре человека, и спинки стульев терлись друг о друга. У меня уже было предложение от другого стартапа, но директор ничего не хотел слышать. Такой наглости я раньше не видел. Он сказал: «Вот твой стол, чтобы в воскресенье был в офисе». Так «насильно» меня взяли в компанию, которая писала игру для фотографов.

Речь идет про стартап GuruShots, разработавший онлайн-игру для фотолюбителей, — на тот момент он был в зачаточном состоянии.

На первой работе в GuruShots был очень маленький офис и свой ноутбук, но потом стартап вырос и переехал. Фото: из личного архива Егора Стронгина
На первой работе в GuruShots был очень маленький офис и свой ноутбук, но потом стартап вырос и переехал. Фото из личного архива Егора Стронгина
.

Егора вначале взяли на Backend — писать на PHP, но вскоре ему пришлось начать изучать JavaScript: из стартапа уволился Frontend-разработчик, а другого найти не могли, так как «местные не пойдут в такой офис» — с маленькой зарплатой и без «плюшек». К счастью, Егору помогли ребята из его первой белорусской фирмы — «подтаскивали» его по скайпу. «Я даже платил им за консультации по часам как репетиторам», — добавляет айтишник.

«Я излечился от рака полностью. Мог остаться немым, но живу обычной жизнью»

К сожалению, через несколько лет после переезда Егору пришлось перенести еще одно испытание — онкологию. В 2017-м у мужчины на шее появилось уплотнение.

— Еще до переезда у меня были подозрения на рак легких. Постоянно болел зимой, наши врачи видели на флюорографии затемнения в легких и предполагали такой диагноз. Сделали мне около семи снимков за год и радиоактивное исследование в Боровлянах, даже предлагали вскрывать грудную клетку. Но до этого не дошло, — рассказывает айтишник. — Через три года работы в GuruShots у меня обнаружили рак щитовидной железы с метастазами на третьей стадии. Нужно было делать операцию, поэтому я обрадовался, что оказался в Израиле. Помню, местные врачи открыли карту поражений после аварии на ЧАЭС и сказали указать место, где я родился, после чего сказали: «Ну, все понятно».

К счастью, знакомые Егора нашли ему хорошего частного врача.

— Этот крутой профессор заверил: «Да я даже с закрытыми глазами это сделаю». Рак на третьей стадии оперировали один врач и медсестра. Сказали, что я родился в рубашке — я излечился от рака полностью. Мог остаться немым, но живу обычной жизнью. Инвалидность мне сняли через два года.

Это была частная операция, но страховка все покрыла. Более того — Егора не уволили, не отправили на больничный или в отпуск, а продолжили платить зарплату и дали после операции 3000 долларов.

— Сказали: «Ты там страдаешь, ну купи себе что-нибудь приятное! Порадуйся!» И это не богатые люди, а маленькая фирма, где спинки стульев трутся друг о друга, — вспоминает Егор. — Здесь очень важны семейные ценности. Тебя не выбрасывают на улицу, если что-то случилось. Допустим, если женщина беременна, все счастливы — беременных приглашают на интервью, нанимают на работу и повышают в должности перед родами.

К слову, в Израиле запрещено спрашивать про детей, беременность, возраст, статус и так далее. Здесь по закону тебя должны оценивать только как специалиста, который будет выполнять определенные функции. Если тебя спросят о семейном статусе, ты можешь подать в суд и получить компенсацию.

Это не гостиничный номер, как вы могли подумать, а платное послеродовое отделение в больнице Ихилов. У пары были естественные совместные роды без врачей. Фото: из личного архива Егора Стронгина
Это не гостиничный номер, как вы могли подумать, а платное послеродовое отделение в больнице Ихилов. У пары были естественные совместные роды без врачей. Фото: из личного архива Егора Стронгина
.

— В Израиле классная медицина. Ты платишь за страховку из своей зарплаты. Но, что бы ни случилось, государство тебя вытащит. Здесь существует страховка от потери работоспособности. То есть если я смогу доказать, что больше не смогу быть программистом из-за болезни или травмы, мне до конца жизни будут выплачивать мою зарплату.

Пенсия копится не из «чистых», а из «грязных» денег. Может дойти до того, что твоя пенсия будет равна зарплате. В случае смерти ее станут получать жена или дети. Пенсия — твой счет, твои деньги. Ты сам выбираешь фонд, который будет инвестировать твою пенсию. Ее можно снять до пенсионного возраста, заплатив подоходный налог. Многие, рискуя своим будущим, обналичивают деньги и покупают жилье.

В Израиле практически нет бездомных. Государство сделает все, чтобы ты заработал какие-то деньги. Здесь тебя не бросят на улице, существуют специальные фонды, которые помогают вытащить людей из нищеты.

И, конечно, стоит отметить нынешнюю вакцинацию: по словам Егора, в Израиле привита уже практически половина населения, выздоровело более 800 тысяч, и те, кто получил вакцину или перенес заболевание, являются обладателями «зеленого паспорта», с которым можно посещать людные места — от тренажерных залов до свадеб.

«Ночью пришло сообщение: «Поздравляю! Теперь вы сотрудник McDonald’s»

Через четыре с половиной года работы, добравшись до должности Head of Frontend, Егор решил, что пора переходить в более крупную фирму. Рассудил так: чем больше компания, тем больше возможностей.

— В 2019-м устроился в качестве Senior Web Developer в Dynamic Yield — компанию, которая занимается персонализацией данных. Через 28 дней произошло невероятное событие: ее за 300 миллионов долларов купил McDonald’s. Это приобретение стало крупнейшим для гиганта фаст-фуда за почти два десятилетия. Американская корпорация стала единственным владельцем, но Dynamic Yield сохранила определенную самостоятельность.

Ночью пришло сообщение: «Поздравляю! Теперь вы сотрудник McDonald’s». Корпорация, как оказалось, имеет отличную ИТ-базу. У нее больше 700 программистов по всему миру. В коронавирус это нас спасло, потому что McDonald’s никого не увольнял.

Сейчас я Frontend Expert и отвечаю за архитектуру JavaScript проектов компании, делаю Code Review и обучаю сотрудников. У нас классный офис в Тель-Авиве, но с апреля 2020-го работаем удаленно — нам выдали все необходимое оборудование. Мы с женой специально поменяли квартиру — взяли плюс еще одну комнату, чтобы у нас был полноценный домашний офис.

Офис Dynamic Yield. Фото: из личного архива Егора Стронгина
Офис Dynamic Yield. Фото из личного архива Егора Стронгина
.

Жена Егора тоже работает — она окончила университет по специальности «экономист»: работала репетитором по математике, главным бухгалтером, тестировщиком, была директором стартапа и бизнес-аналитиком в 1С. В Израиле сама каждый день по 8−9 часов в день учила программирование и через год без проблем нашла работу. Сейчас она возглавляет отдел разработки в крупной новостной компании.

«В компании, где я работал, была даже доля инвестиционного фонда Романа Абрамовича»

ИТ-сферу в Израиле называют high tech («хай-тек»). По словам разработчика, практически вся ИТ-активность приходится на три города: Тель-Авив, Герцлию и Хайфу.

Самый крупный центр — Тель-Авив. Практически все большие компании сосредоточены в Герцлии — у моря расположен целый район «хай-тека»: там находятся офисы Apple, Microsoft, Google, IBM, «Яндекс» и других корпораций. В этой стране также много средних и мелких ИТ-фирм — израильтяне даже называют себя нацией стартапов.

— В Израиле есть правило: никогда не груби официанту, потому что это твой будущий работодатель, — шутит Егор. — У каждого есть стартап. Здесь мыслят по-другому.

Как начинает работать стартап в Беларуси? Выбирают лучшие кадры, прорабатывают архитектуру — все должно быть идеально — подходят ко всему гиперответственно. А в бизнесе важна скорость. В Тель-Авиве важно быстро написать проект, продать его и думать над следующим.

Условный официант может написать демоверсию и получить за нее миллион долларов! Не надо годами сидеть над тем, что не получается, пробуй что-то новое. Здесь люди очень смелые. Подойди к любому на улице, спроси: «Ты хочешь быть директором стартапа?», и он скажет: «Конечно хочу». Подойди в Беларуси, и тебе ответят: «Нет, это надо долго учиться, много знать, я не справлюсь».

В офисе можно работать с собаками. Фото: из личного архива Егора Стронгина
В офисе можно работать с собаками. Фото из личного архива Егора Стронгина
На митинге в офисе. Фото: из личного архива Егора Стронгина
На собрании в офисе. Фото из личного архива Егора Стронгина

Егор рассказывает, что государственной поддержки стартапов нет, зато в этой стране много инвесторов.

— За счет надежной репутации Израиля они готовы вкладывать деньги в стартапы. Спрос на инновации такой, что зачастую крупных и средних компаний не хватает, и бизнес-ангелы идут даже в мелкие. Предпринимателям невыгодно держать деньги в банках — проценты очень маленькие — выгоднее рискнуть и вложить в стартап.

Есть и местные, и иностранные (в основном американские и китайские) инвесторы. Как оказалось, в компании GuruShots, где я работал, была даже доля инвестиционного фонда Романа Абрамовича.

В Израиле прогрессивный подоходный налог: чем больше зарабатываешь, тем больше платишь.

— Налоги бешеные. Надо мыслить так: почти половину своего дохода ты отдаешь государству. Когда продают стартап — треть суммы уходит в бюджет, как будто государство является совладельцем. Поэтому экономика страны растет так быстро.

Егор говорит, что самые высокие зарплаты в Тель-Авиве, потом идет Герцлия. В стартапах небольшие деньги, но зато ты получаешь долю в компании — если ее продадут, получишь свою часть.

— Из-за прогрессивного налога бывают ситуации, когда тебе неинтересно зарабатывать больше. «Чистыми» ты получишь наравне с теми, у кого зарплата меньше, — добавляет собеседник. — В крупных компаниях сразу говорят, насколько они готовы повышать зарплату в год. В маленьких популярно пользоваться трюком оффера: идешь на собеседование в другую компанию, приносишь оттуда предложение о найме своему начальнику и говоришь: «Вот сколько я стою!» И ему приходится идти на уступки или расставаться с сотрудником.

«Нехватка кадров в ИТ катастрофическая. Если приехать в Израиль с опытом в программировании, то тебя оторвут с руками»

Тель-Авив. Фото: из личного архива Егора Стронгина
Тель-Авив. Фото из личного архива Егора Стронгина
.

По мнению Егора, в Израиле уровень знаний программистов гораздо ниже, чем в Беларуси. После полугодовых курсов — зарплаты, которые в нашей стране «крутому сеньору даже не снились».

— Здесь вся страна на ты, и людей берут по личным качествам. Есть такое понятие — «пожениться». На собеседовании вы должны «пожениться» с будущим работодателем. Люди подходят ко всему душевнее, им важно, какой ты человек. А если ты чего-то не знаешь, то тебя всему научат. Если увидят потенциал, то возьмут. Это больше азиатский принцип.

Рынок специалистов очень низкий: «сеньоров» почти нет, «мидлов» мало. Есть люди, которые не слишком близки к программированию. В Беларуси этот человек был бы профнепригоден, а здесь после курсов можно устроиться на 4000 долларов «грязными». Людей после университетов мало, обучение платное.

Нехватка кадров в ИТ катастрофическая. Если приехать в Израиль с опытом в программировании, то тебя оторвут с руками. Мы в свою компанию до сих пор не можем найти технического лидера. Но на «удаленку» не берем.

Возможностей для поиска работы много: LinkedIn, специальные сайты, HR-агентства. Очень популярен сайт runner.co.il. Загружаешь туда резюме, его получают все агентства — и твой телефон начинает разрываться.

Конечно, всегда сложно найти первое место работы, но потом уже будет легче. Поэтому рекомендую поставить цену ниже рыночной, получить опыт. Если вы хороши в программировании, то вас возьмут даже без особого знания языков. Говори как угодно, лишь бы тебя поняли. Я вот до сих пор не выучил иврит. Мой английский — на уровне Present Simple. Мне иногда говорят: «Егор, ты говоришь, как Борат из фильма». Что поделать: мне даются только языки программирования.

«Они удивляются белорусам, у которых к 35 годам уже 15 лет стажа. В Беларуси очень жесткий подход к кадрам»

Север Израиля очень зеленый. Фото: из личного архива Егора Стронгина
Север Израиля очень зеленый. Фот из личного архива Егора Стронгина
.

Поначалу было много непривычного. Например, Егора впечатлило, что в Израиле человек считается взрослым только после 30 лет.

— До этого возраста местные много путешествуют, пробуют себя в разных сферах, и только потом задумываются о карьере. Они удивляются белорусам, у которых к 35 годам уже 15 лет стажа.

В Беларуси очень жесткий подход к кадрам: если у людей конфликт на работе — это их личная проблема, люди по-настоящему обижаются друг на друга. Здесь вы с начальником можете орать друг на друга, потом он смотрит на часы — пришло время обеда — и говорит: «Пошли кофе пить». Все, конфликт окончен.

В Израиле все на ты. Здесь нет разницы между директором-миллионером и уборщицей. Они могут вместе пить кофе, дружить и встречаться за пивом после работы. Дресс-кода нет вообще. Директор крупной компании может ходить в сандалиях на босу ногу, шортах и майке. Здесь никто не гладит одежду — это трата времени. Сушить голову — тоже ерунда. Моешь утром голову, едешь на работу с мокрыми волосами, по дороге они высыхают. Белорусы не могут пойти «в люди» с пятном на майке, а израильтяне могут.

До переезда в Израиль Егор путешествовал мало. Но теперь все изменилось благодаря доступности лоукостеров.

— По площади Израиль меньше Могилевской области. Ты очень быстро объезжаешь всю страну. Поэтому израильтяне много путешествуют по миру. До коронавируса и рождения ребенка мы летали по два раза в месяц. Могли на выходные слетать попить кофе в Будапеште или поужинать в Париже. Билет в Европу у нас может стоить 50 долларов — здесь в кафе дороже сходить.

После прочтения этого текста может сложиться впечатление, что по приезде в Израиль все сложится само собой. Но, конечно, не все так просто. По словам Егора, у человека в эмиграции бывает несколько этапов осмысления новой реальности. Сначала эйфория — классная погода, жарко, море. Потом «снимаешь розовые очки» — все дорого, надо снимать жилье, платить по счетам, адаптироваться, искать работу. Дальше могут ухудшиться отношения в семье: переезд — большое испытание. Однако если это все преодолеть, то дальше станет легче.

— В чем-то мы потеряли: у нас нет своей квартиры. Аренда хорошей квартиры в Тель-Авиве обходится в 2100 долларов в месяц. У нас нет своей машины — но если ты живешь в Тель-Авиве, то она тебе не нужна. В Израиле развит общественный транспорт: поезд, автобусы. Можно взять такси, а для путешествий по стране — арендную машину.

Многие продукты стоят дешевле, чем в Беларуси. Когда мы последний раз были на родине, сильно удивились ценам в магазинах. Ну и в местном ИТ очень много бонусов: например, на еду компания выделяет мне 250 долларов в месяц.

Погода прекрасная! Голубое небо, солнце — ты заряжаешься позитивом и улыбаешься. Люди здесь неагрессивные. Те, кто приезжает, удивляется, что дети не дерутся, не отбирают друг у друга игрушки. Это что, какие-то особенные дети? Нет, обычные!

Когда-то здесь было страшно: обстрелы, теракты… Но сейчас в Израиле одна из самых сильных армий в мире. У нас все население боеспособно, в каждом доме есть бомбоубежище. Служить в армии престижно. В боевые войска конкурс! Люди подают в суды, если их не берут в определенную часть. Во всех резюме указано подразделение, в котором ты служил. И есть альтернативная служба — учить новых репатриантов ивриту, разрабатывать код для армии, смотреть на снимки из космоса, писать сайт учета продуктов в столовой, помогать старикам.

В армии каждый месяц платят стипендию, и по окончанию службы ты получаешь разовую выплату 6−12 тысяч долларов. Сумма зависит от вида войск.

Я переехал в Израиль и не разочаровался. Все трудности уже решены, мы привыкли к местному менталитету и традициям. Научились ходить на работу по воскресеньям, а по пятницам отдыхать. Переезд — самое большое испытание в жизни, очень трудное решение. Но не нужно бояться менять свою жизнь и пробовать что-то новое — ведь жизнь одна.

 

От ред. belisrael

Присылайте свои истории репатриации в Израиль и эмиграции в др. страны, а также выскажитесь по данной публикации.  

Опубликовано 23.03.2021  21:37

Писательница и синагога в Слониме: смеяться, плакать, понимать?

«За полтора месяца мое душевное рвение ушло в минус». Минчанка продала квартиру и купила синагогу

3 марта 2021 в 16:35

Денис Мартинович / Фото: Дарья Бурякина / TUT.BY

В январе 2021 года писательница из Минска Илона Караваева, пишущая под литературным псевдонимом Иоанна Ривз, купила почти за 30 тысяч рублей здание слонимской синагоги, построенной в 17 веке. В интервью TUT.BY она рассказала о своей биографии и планах по использованию здания, объяснила, почему решила купить синагогу и как к ней относятся чиновники (спойлер: не все так гладко).

«Я долго, больше года примеряла на себя эту фамилию: подойдет — не подойдет»

— Откуда возник псевдоним Иоанна Ривз?

— Об этом надо брать отдельное интервью (улыбается). По паспорту я Илона. При крещении выбрала себе имя Иоанна. Крестил меня также Иоанн — это было в минской церкви Марии Магдалены. Когда пять лет назад я занялась литературой, поняла, что одного имени мне уже не хватает. Одна Илона Караваева поет, другая играет, третья преподает… Творческим людям ведь постоянно чего-то не хватает. Например, актер снялся в фильме — и у него появилось другое лицо. Поскольку я верующий человек и достаточно серьезно отношусь к религии, решила, что буду именно Иоанной. Ведь у меня уже есть это имя, не надо придумывать еще одно.

Фамилия — дань уважения Киану Ривзу, за творчеством которого я слежу. Когда-то я посетила Ливан и обошла там все святые места, а Киану родился в Бейруте. У этого актера сложная судьба, в ней много недосказанности, и мне захотелось связать его творчество со своим. Я долго, больше года примеряла на себя эту фамилию: подойдет — не подойдет. Как раз в этот момент я готовила к печати первый тираж сказок, в которых действовал Волшебник. В его чертах можно было узнать образ Киану… Так и сложилось, что фамилия Ривз с тех пор со мной, мне не хочется ее менять. Чувствую себя в ней комфортно.

А вообще я чувствую себя и Илоной, и Иоанной. Когда я занимаюсь более серьезными делами, я — Илона. Когда более творческими (ведь сказки — это волшебство), тогда Иоанна.

— Вы говорите, что «одна Илона Караваева поет, другая играет, третья преподает». Кто вы по профессии?

— Я окончила лицей при Академии музыки, затем саму Академию как пианистка. Правда, в 2002-м, когда училась на четвертом курсе, прервала обучение и уехала за границу. Работала по контрактам в странах Персидского залива как певица и соло-пианистка (когда одновременно поешь и играешь за роялем). Затем вернулась, окончила пятый курс, а затем уже стала ездить постоянно.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

Да, я могла идти работать в Белгосфилармонию как пианист. Тогда еще был жив всеми нами любимый профессор Валерий Шацкий — он высоко оценил мое выступление на экзаменах и присвоил мне звание концертного исполнителя, которое дают не часто. Но к тому времени я очень любила выступать как певица. Тем более что я занималась фортепиано лет с четырех. Поэтому к 2007-му, к 27 годам, я уже устала от этого. Ведь игра на фортепиано — это очень тяжелый труд. Когда мы учились в лицее, нас просили заниматься минимум часа по четыре в день. Если какой-то конкурс — то по девять-десять. Свою роль играл и финансовый вопрос. Понимала, что если буду работать в филармонии, то не смогу обеспечивать себя должным образом.

Три года назад я вернулась в Беларусь. Во многом из-за дочки, которая пошла учиться в школу. В последние десять лет достаточно много времени посвятила педагогике. А еще пишу детские книги на английском языке. Уже вышли две — об алфавите, а также о континентах и животных. Знаю, что в начальной школе детям трудно запомнить информацию о континентах, о морях и океанах. Думаю, она поможет детям. Третью книгу планирую посвятить планетам Солнечной системы и фонетике английского языка.

«Синагога стоила дешевле квартиры. Но для покупки мне действительно пришлось ее продать»

— Кто-то из родных связан со Слонимом?

— Моя семья — дедушка, бабушка и мама — приехали в Слоним после войны. Там родилась моя тетя. В Слониме мама пошла в начальную школу. Всего они провели в этом городе шесть-семь лет, после чего переехали.

— Вы выбрали синагогу из других зданий благодаря им?

— Да, это дань моей семье. Но я не собиралась ничего покупать и не перебирала здания для покупки. Случайно увидела объявление об аукционе, заинтересовалась. От объявления аукциона и до торгов прошло приблизительно три месяца. За это время я не раз возвращалась к этому вопросу. Искала в интернете сведения о синагоге, смотрела фотографии — и в какой-то момент мне захотелось помочь этому зданию.

Но у этой покупки была своя предыстория. Когда я была ребенком, подростком, то много посещала церкви в разных странах. У меня была мечта построить в странах Персидского залива (может, в Омане) православный храм. А тут — синагога. Образно говоря, идешь — и на пути у тебя камень. Понимаешь: если не сдвинешь его, то не сможешь пройти дальше. Так и со строительством храма. И в тот момент я решила, что если сейчас, когда мне 40 лет, я не могу построить церковь, то смогу по крайней мере отреставрировать синагогу.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

И, конечно, хотелось сохранить культурное наследие и восстановить религиозный памятник.

— Говорят, вам пришлось продать квартиру.

— Да. Вообще синагога стоила дешевле. Но для покупки мне действительно пришлось ее продать.

— Как родные отнеслись к вашему решению?

— Они поддержали меня. Но родных у меня не так много. Мама в больнице — сейчас она проходит интенсивную терапию. Есть брат и дочка, которая еще маленькая. Поэтому главный дирижер событий — это я сама.

— Каковы ваши планы на синагогу?

— Состояние синагоги аварийное. В стене есть трещина, надо что-то оперативно делать со сводами здания. Впрочем, условия покупки были достаточно жесткие. За два года мы должны подготовить и предоставить полный проект по реконструкции. Поскольку это памятник культуры, нужны профессиональные специалисты, которые будут им заниматься, а также серьезные исследовательские работы, чтобы обеспечить правильный процесс восстановления. После чего должна начаться сама реконструкция, которая продлится пять лет.

Пока будут идти работы, мы бы хотели сделать рабочую зону с рукавом. Туристы могли бы заходить в синагогу через этот рукав и наблюдать за процессом реставрации. А еще хотели бы в рабочей зоне сделать что-то наподобие музейной экспозиции о Второй мировой войне и об истории Холокоста на Слонимщине.

Что касается будущего, то в Слониме, к сожалению, не осталось еврейской общины. Поэтому логично сделать в здании музей и культурный центр. На одной из стен можно будет сделать музейную выставку, а на других восстановить росписи с изображениями сцен из Ветхого Завета и надписями на идиш. Вообще, есть мнение, что у стен было три слоя росписи, и синагога была расписана полностью. Третий, самый древний, еще не изучен. Второй, который датируется ХIХ веком, исследовала в 1990-е годы творческая мастерская «Басталия». Гипотетическую реконструкцию верхнего слоя сделал художник Игорь Кныш. Надеюсь получить грант на продолжение исследований по дальнейшему изучению росписей в синагоге.

У здания есть две пристройки, которые являются частью комплекса и охраняются как историко-культурное наследие. Хотелось бы, чтобы в одной из них было кафе, а в другой — сувенирная лавка. Можно привезти из Израиля какие-то сувениры, продавать открытки по истории Слонима. Сейчас я работаю над книгой по истории города. Написана первая часть. Возможно, ко времени завершения реконструкции будут готовы пять частей. В последней будут описаны события Холокоста во время Второй мировой войны.

«У меня украли личную страницу в фейсбуке, а вместе с ней семь лет жизни и воспоминаний»

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

— Вы упомянули, что собираетесь получить грант. А как проходит ваша работа?

— Сейчас я нигде не работаю и 12 часов в сутки ежедневно занимаюсь только синагогой. У нас уже прошло собрание с инженерами и архитекторами, которые в разные годы были связаны с этим зданием. Как только я купила синагогу, кто-то из них нашел меня сам, кто-то передал контакты своим друзьям. Так и собралась группа заинтересованных людей.

До меня этим проектом занимался английский фонд. Мы сконтактировались и теперь каждый понедельник встречаемся в zoom с его представителями. Обсуждаем документы по реставрации. Ребята, которые занимались предпроектной работой, рассчитали, что сам проект по подготовке проектной документации будет стоить порядка 100 тысяч долларов.

Разумеется, таких денег у меня нет. Поэтому я работаю над тем, чтобы открыть фонд, чтобы привлечь инвесторов и донаторов. Пока его нет, трудно подать заявку на гранты.

Встречаюсь с представителями организаций, которые имеют необходимую квалификацию и могут восстановить здание.

Что еще? Собираюсь снять за свои деньги документальный фильм о синагоге, чтобы повысить интерес к ней.

— Ситуация с экономикой сейчас очень нестабильная, а вы вложили большие деньги, которые рискуете потерять (особенно, если не выполните условия по восстановлению). Вы не считаете, что это авантюра?

— Авантюра со стороны государства?

— С вашей стороны.

— С моей нет. Я приобрела лот и стараюсь соблюдать условия договора. Делаю все возможное, чтобы помочь памятнику. Если ничего не получится, это позволит мне ответить на серьезные вопросы об истории и отношении к культурному наследию в целом, которые, мне кажется, каждый из нас ставит перед собой эти вопросы.

— Иными словами, вы по крайней мере попытались.

— Да.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

— Но ведь отбить вложенные деньги и получить прибыль нереально?

— Конечно нет. Для реконструкции нужны миллионы долларов. Сколько заработаешь за билеты? 10 евро? Это пойдет максимум на печать дополнительных фотографий.

— Вы слышали о писателе Андрее Горвате, который купил дворец в Наровле? Он очень активен в социальных сетях, например в фейсбуке. Вашему проекту пока не хватает информационного обеспечения.

— Мне тоже так кажется. Поэтому хочу снять фильм. Все уже насмотрелись на заброшенное здание. Теперь, чтобы привлечь внимание, нужно показать что-то другое.

Что касается социальных сетей, у меня украли личную страницу в фейсбуке, а вместе с ней семь лет жизни и воспоминаний. Поэтому этой социальной сетью я не буду пользоваться в любом случае. У меня есть страница в твиттере, где я выкладываю все новости о синагоге и о моем творчестве. После открытия фонда планирую запустить мой сайт, на котором будет информация обо всех проектах, об исследованиях синагоги, которые делались в прошлые годы, а также фото Слонима и синагоги. Чтобы любой зарубежный инвестор мог зайти и понять, на какой стадии идут работы.

«Если на каком-то этапе к документам начнут придираться, могу психануть и сказать: „Дальше вы сами“»

— Как к вам относятся чиновники? Есть ли среди них те, у кого душа болит за синагогу?

— Когда я была в роли потенциального покупателя, с лиц чиновников не сходила улыбка. Когда я стала собственником, улыбка исчезла. Мол, мы свое дело закончили, передали тебе этот объект. Теперь мы занимаемся своими делами, а ты — своими. Один из чиновников в Гродненском облисполкоме говорил мне, что ему всегда можно звонить, он ответит и поможет. А недавно я звонила в облисполком — и мне никто не ответил. Со своей стороны я делаю все, но от них не получаю ничего в ответ. Получается, им нужно было кому-нибудь отдать этот объект. А теперь, мол, делайте с ним, что хотите. Хорошо, пусть будет так.

Я слышала, что у синагоги было темное прошлое, связанное с финансовыми вопросами. Решила для себя, что не буду слушать сплетни, а начну с нуля, не зная этого прошлого, которое мне неинтересно.

В целом такое отношение… Неудивительно, что за полтора месяца мое душевное рвение — помочь синагоге — пока ушло в минус.

 

— А чего вы ждете? Консультаций?

— Консультации мне не нужны.

— Тогда чего?

— Сплоченности. У меня есть несколько листов. На первом записаны контакты специалистов, которые занимаются восстановлением. На втором — специалистов по культуре, на третьем — представителей религиозных общин Беларуси.

Первые не могут ничем помочь без составления договора. Это нормально, ведь это их работа. Со вторыми мы обсуждаем огромное количество вещей. А с третьими мы не обсуждаем ничего. Не могу понять, почему им, а также чиновникам настолько все равно.

— Такое отношение может поставить крест на ваших желаниях?

— Конечно. Я же не буду просто так отдавать свое здоровье и биться об стену. Любая цель должна быть оправдана. Я попытаюсь хотя бы пройти первый этап, до сдачи проектной документации. Если на каком-то этапе к документам начнут придираться — один раз скажут, мол, тут нельзя сделать такой вариант используйте другой, а во второй раз предложат переделывать заново часть проектной документации — я могу психануть и сказать: «Дальше вы сами». Но создание фонда, появление его правления поможет правильно оценить ситуацию.

— В одном из интервью вы говорите, что собираетесь жить в Нью-Йорке. Тогда зачем вам синагога?

— Но я же не говорю, что собираюсь там жить завтра. Когда я что-то планирую, не могу это делать без запасного варианта. Так поступает любой нормальный человек. Если я здесь, то занимаюсь синагогой. Если я еду завтра в Нью-Йорк, то почему бы и нет. Просто синагога остается в собственности государства, вот и все.

Источник

Из комментариев

Андрей Конев. Очень странный человек .Читал о ней тут же пару месяцев назад.Тогда подумал, что купила синагогу, чтобы открыть фонды и собирать миллионы долларов под это. Перечитал сегодня – мое мнение об этом человеке укрепилось еще больше. Пахнет попыткой какой-то аферы.

Дм_Мх. Она вообще поняла, что сделала??? Купила за все свои деньги аварийное историческое здание и теперь ждет, что все бросятся ей помогать, собирать деньги на ремонт и реконструкцию??? Предполагаю, что если она не заключит соглашение с тем британским фондом и не перепродаст ему это здание, через 2 года его у нее изымут. Это не афера – это когда творческий человек решил взяться за дело в реальном мире, а не в магических книжках. Опыт будет дорогой и болезненный.

Елена Коморовская. Понимаю желание сохранить памятник, но… не с нашими чиновниками и не в этой стране. Поторопилась с покупкой. Надо было подождать, когда за рубль отдавали бы. А так, считай, квартиру потеряла, вряд ли полунищие белорусы будут скидывать деньги на этот проект. Может, Израиль поможет создать фонд, всё-таки история еврейства Беларуси? Желаю Иоанне успеха в её благородном деле.

Vvit. «Я слышала, что у синагоги было темное прошлое, связанное с финансовыми вопросами». – У быховской синагоги тоже темное прошлое, деньги на её реконструкцию ушли в никуда (хотя по разговорам есть конкретные лица).

В. Рубинчик (07.01.2021, пер. с бел.): Есть некоторые сомнения, что малоизвестная (будем откровенными) писательница «организует» миллионы долларов, нужные для полноценной реставрации. Куда, между прочим, подевался лондонский фонд еврейского наследия, который долгое время претендовал на здание?.. Возможно, Илона будет работать рука об руку с Фондом, а может, станет вторым Сергеем М-ко (тот в 2008 г. выкупил «дом Хаима Вейцмана» на Пинщине, как позже оказалось, преимущественно для собственного пиара). Посмотрим, сказал слепой…

Опубликовано 03.03.2021 21:30

МАССИВ ДОСТАТОЧНО ОГРОМЕН

Шалом под столом! Не прошло и ста дней после смерти Романа Бондаренко, вызванной жестокими побоями, как генпрокуратура возбудила уголовное дело… В общем-то это шажок в правильном направлении, но, судя по комментариям на tut.by, большинству белорусских интернет-пользователей не очень верится в справедливость здесь и сейчас. Типичные комменты: «Долго же “концы в воду” прятали», «Вроде так и должно быть? Но, боюсь это будет не тем, чем кажется на первый взгляд…», «Что-то в лесу сдохло… Лишь бы довели дело до конца, в чем я сильно сомневаюсь», «Сейчас окажется, что на самом деле возбуждена уголовка против свидетелей избиения Романа».

Вероятно, решение о возбуждении дела было принято с учётом конъюнктуры. Завтра должен стартовать суд по делу журналистки Катерины Борисевич и врача Артёма Сорокина, разгласивших «особо секретную» инфу о том, что Роман вечером 11.11.2020 не был пьян. Судить таких «страшных преступников», а в то же время даже не завести дела по факту смерти, было бы, пожалуй, чересчур даже для нашего «ударства».

Скриншот с сайта и. о. царя всея Беларуси, 17-18 февр. 2021 г.

Не люблю «сливаться с толпой» – и тем не менее, подобно многим читателям tut.by, сомневаюсь, что генпрокуратура РБ распутает весь клубок в «деле Бондаренко». Ведомство подчинено генералу, который то ли не слышал о презумпции невиновности, то ли в грош её не ставит (17.02.2021, до приговора, наклеил на обвиняемых по делу «Белгазпромбанка» ярлыки «обычные взяточники», «негодяи, которые наживались…» – тень Вышинского не даёт покоя?). Оборотец «достаточно огромный массив доказательств» тоже как бы намекает на квалификацию генпрокурора. Но, может, не все его подчинённые (и конкуренты из иных «органов») таковы?

Рано или поздно реальных негодяев, которые довели Романа до комы, найдут и накажут: они будут размазывать сопли, сваливая вину друг на друга и на вышестоящих «товарищей»… Пристыдится и шантрапа, загадившая памятный рисунок у детского сада в Каштановке-Минской:

Было в декабре 2020 г. и стало в январе 2021 г.

Хоть бы уж белым красили! 🙁

Тем временем в середине февраля множество новых портретов Романа появилось в районе улицы Червякова, где он жил. Кто-то уже публиковал подборку этих трафаретных изображений, но всё-таки, вот образец:

Минск, 17.02.2021

Ещё февральские граффити – недалеко от подъезда Романа. Переспа – историческое название района, который пересекает ул. Червякова

И снова о площади Перемен… Известный экскурсовод – в его «арсенале» есть и экскурсии по еврейским местам Минска – Роман Абрамчук включил её в свой туристический маршрут, о котором и рассказал на «Радыё Свабода» 13.02.2021. Оцените (пер. с бел.):

На осколках старого минского предместья (а именно здесь кончалось предместье Переспа), в ненавистных старожилам домах-«свечках» неожиданно появился бастион протеста. И вот мы уже выискиваем не остатки старых улочек (Сморговский тракт, улица Оршанская), не остатки старой деревянной застройки, а высматриваем флаги в окнах новостроек. Знаменитый мурал, который разместился на трансформаторной будке по центру двора между домами по ул. Червякова, 60, 62 и Сморговскому тракту, 1 – многократно менял своё обличие, стиль и цвета, но упорно возвращался на своё место после уничтожений. Во время очередной попытки отстоять мурал силовики задержали местного жителя Степана Латыпова, чьё изображение также некоторое время находилось на стене.

У мурала, на детской площадке, прошло много концертов и дворовых праздников. Здесь же разворачивались трагические события вечера 11 ноября. В тот вечер Роман Бондаренко вышел из своего дома (ул. Червякова, 4), прошёл всю улицу – хорошо, если бы в будущем она носила его имя – и попал под удары неизвестных, пытаясь защитить бело-красно-белые ленты во дворе. В вечер смерти Романа тысячи людей пришли сюда с цветами и свечками, чтобы воздать почести герою. В следующее воскресенье [15.11.2020] митинг у мемориала несколько раз штурмовали силовики, после чего мемориал был разрушен. В то же время около сотни людей спрятались в подвалах и квартирах ближайших многоэтажек. Целую ночь их пытались «выкурить» неизвестные в масках, так что люди смогли оставить свои убежища лишь утром следующего дня.

Почти всё верно, кроме некоторых деталей. По-моему, ненависть к «домам-свечкам» не присуща старожилам района. Сморговский тракт никогда не был «улочкой» – это гордая улица на 2 c лишним километра, что немало и для столичного Минска. Будка не трансформаторная, а вентиляционная… Далее, есть версия, что Роман в тот вечер не прошёл «всю улицу» Червякова (ему и не пришлось бы этого делать, т. к. строение на Червякова, 60 – не конец улицы, она тянется дальше к Орловской), а «оказался вечером 11 ноября в одном из домов» на пл. Перемен и оттуда вышел во двор.

Об идее переименования ул. Червякова в ул. Бондаренко чуть позже, сейчас – ещё один отрывок из «путеводителя» Р. Абрамчука. О кинотеатре «Киев» Р. А. пишет:

Название кинотеатра стало звеном концептуальной топонимической цепочки хрущёвско-брежневской эпохи – впрочем, тогда же появлялся и архитектурный ансамбль этого района: бульвар Шевченко – Киевский сквер (за ним ещё есть улица Киевская).

Архитектура застойных советских времён с довольно тихой старческой атмосферой никак не ждала взрыва, который прогремел безмятежным вечером 6 августа: диджеи Влад Соколовский и Кирилл Галанов, ответственные за настройку звука на государственном мероприятии, вдруг включили во всю мощь песню «Перемен» Виктора Цоя, вскинув вверх руки с белыми браслетами и знаком «виктории». Тысячи людей, которые перед тем были расстроены неожиданной отменой концерта в парке Дружбы народов и пришли поддержать Светлану Тихановскую, анонсировавшую свой визит сюда, – были вполне удовлетворены такой «компенсацией».

И здесь кое-что уточню – как человек, живущий аккурат между пл. Перемен и кинотеатром «Киев»… Не знаю, как архитектура (кстати, относящаяся не к застойным временам, а больше к «оттепели» 1960-х), но я вечером 06.08.2020 ждал чего угодно, а потому и не соблазнился площадкой у фонтана, оцепленной силовиками. По-моему, не была песня включена во всю мощь; находясь в сквере, метров за 50-100 от места событий, я едва слышал её звуки.

После того, как в начале восьмого запись прервали, я ещё минут 40 гулял по южной части сквера. Настроение у людей было расслабленное, и никто из встреченных особой радости от включения Цоя не выказывал. Многие ещё надеялись на визит Светланы и её помощниц, объявленный поначалу на 19.00. Когда ожидание затянулось, народ стал понемногу расходиться. Я был слегка разочарован (думаю, не я один).

Не обесцениваю смелый поступок Кирилла Галанова и Влада Соколовского, но и резко противопоставлять его «старческой атмосфере» не стал бы. Район «Киева» на самом-то деле видывал виды: выступления Зенона Позняка и Кастуся Тарасова в начале 1990-х, регулярные собрания кришнаитов в конце 1990-х, предвыборная кампания Владимира Колоса в 2004 г. Да и в наше время, независимо от площади Перемен, Каштановка и Орловка – зубастые микрорайоны. В том же Киевском сквере весной 2019 г. отмечалась годовщина провозглашения БНР, уже во II квартале 2020 г. на ул. Гая постоянно вывешивались бело-красно-белые флаги на балконах и в окнах… ну и т. д.

Может, окраска трубы котельной на углу ул. Каховской и Гая так действует? 🙂 Фото А. Дубинина, 18.02.2021

И действия Романа Бондаренко не намерен я обесценивать, но в его надрывной героизации чувствую какую-то фальшь. Защищать своё и своих – нормально для молодого здорового человека (чуть не написал «мужчины», но в таком случае возмутились бы феминистки, и не без оснований). Не исключено, что на пл. Перемен со временем появится табличка с историей Романа, его портрет – поддержу всецело. Идея с улицей имени Бондаренко пока не отзывается в моей душе.

Между прочим, и Александр Червяков не заслуживает того, чтобы его удаляли с карты Минска. Речь, конечно, не о полном однофамильце – нынешнем министре экономики РБ, строящем «воздушные замки» для Лукашенко & Co. – а об основателе советской Беларуси в 1919–1920 гг. Затем Алесь Червяк (он же Александр Григорьевич Червяков) почти 17 лет возглавлял Центральный исполнительный комитет республики. Некоторое время он служил и главой Совнаркома (правительства) советской Беларуси, и за «внешние сношения» отвечал. А. Ч. не мог воспрепятствовать террору и похваливал Сталина, но по-своему заботился о развитии края. Был среди тех, кто добивался – и добился – укрупнения БССР в 1924 и 1926 гг. Знал идиш, «курировал» еврейские колхозы. Погиб трагически в 45 лет – застрелился 16 июня 1937 г., не выдержав несправедливых обвинений со стороны однопартийцев. Как возносили и топтали «всебелорусского старосту» (на самом деле, конечно, восточнобелорусского), можно почитать у Руслана Горбачёва. Не зря, наверно, А. Г. Червякова увековечили в своих произведениях Иван Мележ («Подых навальніцы»), Василь Быков («Знак бяды»), кто-то ещё…

Памятные доски на ул. Червякова, 8 (А. Ч. – справа)

Раз уж речь зашла о сталинском терроре и литературе… На днях вышла долгожданная книга «(Не)расстраляныя», являющая собой сборник повествований о 18 литераторах, убитых в 1930-е годы. Книга дополнена фотографиями (отчасти редкими) и образцами творчества наших павших. Из «идишных» писателей для проекта были выбраны Мойше Кульбак и Изи Харик; читатели также узнают о поэтах-евреях, писавших по-белорусски (Зяма Пивоваров, Юлий Таубин). Короче говоря, небесполезное издание. Здесь, на сайте издателя Янушкевича, чуть более подробная информация о книге, а здесь, на tuzinfm.by – и о книге, и о песнях, и о лекциях 2017-2018 гг., ставших основой сборника.

Художник А. Дубинин у кинотеатра «Киев» с тем самым фолиантом

Сегодня открылась XXVIII международная книжная выставка-ярмарка в «Белэкспо». Когда-то я и покупал на подобном «мероприятии» книги, и брал автографы у авторов, и фоткал всякое-разное. В этом году хотелось быстрее уйти; дело не только в угрозе коронавируса. «Наша Ніва» написала, что принимает участие Израиль, но я, в отличие от прежних лет, не нашёл израильский павильон, да и на официальной схеме его нет… Зато есть Палестина. Полноценная ли замена? Ой, не уверен.

Фото Н. Бужан, nn.by

Порадовало, что на стенде издательства «Галіяфы» выставлена и продукция иных неказённых книжников Беларуси, того же Андрея Янушкевича, на которого в январе «наехали» силовики, заблокировавшие банковский счёт его издательства. Какая-никакая, а солидарность. Кстати, именно «Галіяфы» пять лет назад предоставили мне возможность презентовать сборник Мойше Кульбака «Вечна» в Троицком предместье.

Вольф Рубинчик, г. Минск

18.02.2021

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 18.02.2021  22:16

Андрэй Дубінін. Флаг, сцяг, гасла

Cябар даслаў артыкул пад назвай “Протестные флаги Минска”, змешчаны на інтэрнэт-сайце tut.by у студзені 2021 г. Я мастак, і ў мяне запыталіся аб мастацкіх якасцях сабраных разам “БЧБ-сімвалаў галоўных раёнаў”.

Адразу варта адзначыць, што перад намі разгарнулася цудоўная дзейнасць і прафесійных, і непрафесійных творцаў. Візуалізацыя гэтай стыхійнай творчасці ў выявах сцягаў – толькі маленькі фрагмент агульнага ўздыму, які яшчэ мусіць быць асэнсаваны і прааналізаваны адмыслоўцамі. Мае далейшыя развагі – зацемкі аматара (ад лацінскага amator, amore “любіцель, любоў”).

Я адразу спатыкнуўся аб вызначэнне гэтых стыхійна паўсталых сімвалаў як “флагов” і спачатку сфармуляваў для сябе паняційную шкалу “прымацаванага да дрэўка або да шнура кавалку матэрыялу адпаведнай формы і колеру (звычайна з якой-н. эмблемай)”. Пакіну ў баку пачуццё нейкай недакладнасці, недарэчнасці называння ў артыкуле сімвалаў пратэсту “флагами” па-руску, бо гэта не афіцыйныя або дзяржаўныя знакі. У рускай (як і ў беларускай) мове ёсць добрая лексема “стяг/сцяг”, што, на маю думку, добра адпавядае разгляданаму феномену. Ну, а паколькі самі сцягі з’явіліся ў выніку дасціпнай творчасці людзей, дык і агляд будзе адпаведны.

І. Троху аматарскай этымалогіі: “флаг” – «хутчэй за ўсё, з галандскай мовы… Слова, відаць, паўночнагерманскае (м.б., скандынаўскае) паводле паходжання. Параўн. старажытнасканд. flogra – “лунаць, развявацца”. Паводле іншага меркавання, першакрыніца англійская: параўн. англ. flag – “павіснуць”, “панікнуць”» (П. Я. Черных, «Историко-этимологический словарь современного русского языка»). Мабыць, на гэтым першасным узроўні вазьму для сябе нейтральнае значэнне «пазначыць сваё». То хай пакуль тут «павісіць», а мы ідзем далей:

ІІ. “стяг/сцяг” – «стар.-рус. Вытворнае ад сътягати «сцягваць». Стяг літаральна – «тое, што сцягвае» (параўн. дыял. стяг – «жэрдка, якой сцягваецца сена на возе», прымаўку: язык – стяг, дружину водит)» (Н. М. Шанский, Т. А. Боброва, «Этимологический словарь русского языка»). Гэта ўжо семантыка акумуляцыі, канцэнтрацыі ці вызначэння – у нашым выпадку па тапанімічным прынцыпе. У «Этымалагічным слоўніку беларускай мовы» праславянскі *stěgъ параўноваецца са сцежар, стажар: “уваткнуты ў зямлю шост, вакол якога кідаецца стог”. Вельмі прыгожы вобраз таго працэсу “стагавання”, збору ў мікрараённыя купкі, што адбываўся мінулай восенню. У гэтым стагаванні сваю высокую ролю якраз і выконвалі прапанаваныя сцягі-сцяжары, і на агульных шэсцях відаць было, як вакол гэтых раённых шастоў раіліся “свае”. Пазначым мабілізуючую функцыю “стагавання”.

ІІІ. Добра, сцягнуць – сцягнулі, функцыя адпрацавана, далей што? Найвышэйшая ступень класіфікацыі – “гасла”: «“пароль” (стар. ваен.)» (Фасмер), “паведамленне, сігнал, дэвіз, лозунг, пароль” (“Этымалагічны слоўнік беларускай мовы”). Гэта адпаведнік добра вядомаму “слогану” – паняццю, што ўжывалася сярод амерыканскіх рэкламістаў. Слова старажытнае, паходзіць з гаэльскай мовы (sluagh-ghairm), дзе азначала «баявы кліч». Гасла ў нашай шкале – гэта візуальны сігнал, узор дзеяння-учынку. Для мяне – у выяве на гэтым узроўні заяўляецца праграмма, маніфестуецца вобраз дзейнасці.

І. Флаг/флаг

Такая нейтральная пазнака свайго месца жыхарства (Сельгаспасёлак): “выбіралі вельмі доўга. Жартуюць, што вінаватая дэмакратыя – кожны ў чаце выказваўся. Перамог мінімалізм. Але не ўсе мясцовыя згодныя з такім лаканічным варыянтам: камусьці не хапала яблыні, камусьці – кошкі на плоце, ну і плота таксама. Флаг з домікам сімвалізуе ўтульны дом чалавека, які трапятліва ставіцца да сваіх уласнасці, краіны, свабоды і жыцця.”

Што да мяне, я падкрэсліў бы, што мой дом – мая крэпасць; ад сукупнасці дамоў-крэпасцей залежыць моц горада і краіны.

“Мiкрараён Дамброўка — частка Фрунзенскага раёна сталіцы. Яго назва, як і многія, атрымана ў гонар амаль аднайменнай вёскі Дамброва. Гэты тапонім сустракаецца ў славянскіх рэгіёнах, бо слова паходзіць ад старажытнаславянскага слова «дуб». Звычайна значыць «дубовы гай». Так і тлумачыцца дызайн сцяга гэтага раёна.”

Дарма не спалучылі Дамброўку з Дамброўскім, так і ўяўляеш сабе паміж дубовых лістоў – паплечнікаў Каліноўскага. І ўслаўленне гістарычнай фігуры, сугучнай сваёй мікратапаніміцы, і асэнсаванне свайго раёна ў новым, вышэйшым рэгістры.

ІІ. Сцяг/стяг

Сцяг “Маякоўкі” быццам сцягвае ў кулак. Выбар свядомы на “стагаванне”:

“Гэты сцяг адсылае да настрояў паэзіі Уладзіміра Маякоўскага, у гонар якога названа галоўная вуліца гэтага раёна.”

Цытата з артыкула: “Мясцовыя скарысталі з падабенства прозвішча савецкага военачальніка Гая, у гонар якога названа вуліца, і імені Гая Фокса — удзельніка Парахавой змовы. Маска апошняга акурат выяўлена на сцягу раёна, адно што кашулю на персанажа апранулі беларускую. Кветка ў руцэ таксама невыпадковая: журналістку і партызанку Карастаянаву звалі Лілія.”

Паўтару сваю даўнюю думку. Калі ўжо і пераліцаваць (кравецкі тэрмін, але літаральна – “замяніць ліцо, твар”) Гая, дык не на Фокса, і нават не на Гая Рычы, а на нашага “роднага” Гая Пікарда. Вось кароткая вытрымка з біяграфіі: нарадзіўся ў 1931 г. у сям’і брэтонца-француза і брытанкі ірландскага паходжання. Скончыў Оксфардскі ўніверсітэт, універсітэт у Сарбоне і Лонданскую школу эканомікі. Захапіўся царкоўнымі харавымі спевамі падчас навучання ў Оксфардзе і Парыжы, дзе спяваў у хоры праваслаўнай царквы Аляксандра Неўскага. Аднойчы Гай дэ Пікарда вырашыў арганізаваць канцэрт, для якога атрымаў песні ад украінцаў і рускіх. Але лонданскія ўкраінцы прапанавалі таксама ўключыць у праграму і беларускую музыку — і скіравалі яго ў раён Фінчлей (паўночны Лондан) да маладога святара Часлава Сіповіча, шэфа Беларускай каталіцкай місіі ў Вялікабрытаніі. Беларусь, рэгіён змяшаных культурных стыляў — праваслаўнага, рымска-каталіцкага, грэка-каталіцкага, габрэйскага і татарскага — выклікала велізарнае захапленне Гая Пікарды на ўсё жыццё. Вывучаў творчасць беларускіх кампазітараў М. Равенскага, М. Куліковіча (Шчаглова), жыццё і дзейнасць Ф. Скарыны, распрацоўваў гісторыю перакладаў Бібліі на беларускую мову, праблематыку гісторыі ВКЛ. У 1959 адшукаў у Кіеве Супрасльскі і Жыровіцкі ірмалоі — рукапісныя музычныя зборнікі XVI ст. рэлігійнага зместу. У 1961—1970 выкладаў музыку і спевы ў беларускай школе імя Кірылы Тураўскага ў Лондане. Памёр 21 красавіка 2007 года ў Лёндане. Паводле запавету, прах Гая Пікарды быў пахаваны ў Беларусі 15 лістапада 2008 года. Паніхіду па памерлым адслужыў мітрапаліт Тадэвуш Кандрусевіч. На месцы пахавання, ля Чырвонага касцёла, усталяваная мемарыяльная шыльда.

Прыгожае спалучэнне досціпу і лакальнай гісторыі: “У выяве сцяга жыхары раёна абыгралі слова «вольны» ў складзе слова «камвольны». А птушкі — гэта адсылка да мазаікі, якая была ў Доме культуры Камвольнага камбіната да рэканструкцыі 2018 года.” Мяне як былога рэстаўратара цешыць захаванне лакальнай культурнай спадчыны.

ІІІ. Гасла/гасло

Адзін з яркіх прыкладаў “гасла”, пазначаных на мапе:

“Гэта адна з версій сцяга. На цагляным муры «Кераміна» выяўлена статуя з цмачыным элементам «Утаймаванне агню», якая стаіць у фантане непасрэдна побач з заводам. Менавіта дзякуючы прадпрыемству і нарадзіўся раён. На муры можна заўважыць і 10К (адсылка да іншай назвы раёна — “10-й Кирпичный”), і Сярова, і Аснл (скарачэнне вуліцы Асаналіева). Намалявалі нават эмблему «Кераміна».” Як бачым, абраны вельмі актыўны патэрн “патрабавання перамен”.

Але ў калекцыі партала tut.by няма самага сімвалічнага, знакавага “гасла” ўсёй эпохі Перамен – сцяга з Дыджэямі Перамен:

Калі ў першым варыянце прапанаваны “сілавы” метад перамогі над драконам, то Дыджэямі Перамен маніфестуецца метад здушэння дракона ў саміх сабе. У інтэрв’ю хлопцы якраз тлумачылі момант перамогі ў сабе страху. Кірыл Галанаў: “Я не займаў актыўнай пазіцыі. Так, глядзеў навіны, сачыў за Ціханоўскай, захапляўся, калі аб’ядналіся тры штабы: гэта выглядала моцна і прыгожа. Думаў, што схаджу на апошні перадвыбарны мітынг, калі буду вольны. То бок разумеў, што адбываецца, але актыўна ў гэтым не ўдзельнічаў. Тое, што мы зрабілі – гэта акурат дэманстрацыя пасіўнай пазіцыі. Мы толькі паказалі, што не маем дачынення да таго, што ў той дзень адбывалася ў Кіеўскім скверы. Мне здаецца, гэта і было б найбольш дзейсным варыянтам, калі б кожны, хто здзяйсняе штосьці несправядлівае і бруднае, гэтага не рабіў. Калі б знячэўку ўся краіна стала жыць паводле справядлівасці, сумлення і закона, той вусцішы, якая доўжыцца ўжо столькі месяцаў, не было б.”)

Бясконцая вытворчасць выяў-сцягаў мікратапанімікі паказвае, што мы нарэшце прысабечылі, засвоілі фізічную прастору, у якой існуем, яна супала з нашай уяўнай ідэальнай краінай. У нашай актуальнай гісторыі сцягі робяцца масавымі арганізатарамі, прапагандыстамі і агітатарамі (амаль па Леніну). Таму вельмі дзіўна і нават прыкра, што на разгляданай мапе адсутнічае галоўны, на маю думку, сімвал беларускай рэвалюцыі-2020 – “Дыджэі перамен”. Гісторыя, што адбылася 2500 год таму ў Грэцыі, мелася паўтарыцца 6 жніўня 2020 года ў Кіеўскім скверы горада Мінска.

Скульптары Крыцій і Несіёт стварылі ў пачатку 470-х гадоў да н. э. бронзавую групу Тыраназабойцаў — Гармодыя і Арыстагітона, — узамен увезенай персамі архаічнай скульптуры, якая выяўляла гэтых жа герояў. Для грэкаў 5 ст. да н. э. вобразы Гармодыя і Арыстагітона, якія забілі ў 514 г. да н. э. афінскага тырана Гіпарха і загінулі самі, былі прыкладам самаадданай адвагі грамадзян, гатовых аддаць жыццё для абароны цывільных свабод і законаў роднага горада.

Я наўпрост з гугла скапіраваў першыя-лепшыя вокладкі польскіх падручнікаў па гісторыі Польшчы, нашай хаўрусніцы па Рэчы Паспалітай. Цікава – многія (ці большасць – баюся схібіць, але тэндэнцыя відавочная) вокладкі, зробленыя рознымі мастакамі, маюць дамінуючую ўзнятую руку – фармальна рух актыўны, прызыўны, агітуючы і ваяўнічы.

Ёсць спакуса ўгледзець тут той архетып агульнага падсвядомага, што дазволіў ацалець і расквітнець польскай нацыі. Адзначу вялікую тэму, што вынікае з гэтых развагаў – гэты жэст не індыкатыўны (не той, што ўказвае), імперсаналізаваны, гэта рух уздыму масы, народу, покліч Майсея, гэта рух Старога Запавету.

А вось сціплыя беларускія вокладкі на тэму “мы, беларусы, мірныя людзі… шчыра сябруем…” А дзе ж “…сілы гартуем”?

Вышэй – накід для будучай вокладкі навейшай гісторыі Беларусі з «дыджэямі-тыранамахамі»…

Андрэй Дубінін, г. Мінск

Апублiкавана 08.02.2021  23:41

Реалии Беларуси. Задержания во время экскурсий

В Новогрудке проходила экскурсия о Холокосте, но милиция задержала экскурсовода и одного из участников

 TUT.BY

В Новогрудке 31 января во время очередной городской воскресной экскурсии задержали сертифицированного экскурсовода и создательницу Музея еврейского сопротивления в Новогрудке, а также сотрудницу Новогрудского историко-краеведческого музея Тамару Вершицкую. После опроса в милиции ее отпустили, но экскурсию и просмотр фильма о Холокосте пришлось свернуть. Также в РОВД доставили бывшего директора местной гимназии 72-летнего Александра Быстрика. Его забрали в центре города. Мужчина на экскурсию так и не дошел. Потом у него дома сотрудники милиции провели осмотр.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY
.
Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

.

На экскурсии по городу новогрудские ходят каждое воскресенье. Местные говорят, что на этих мероприятиях их постоянно сопровождают сотрудники милиции.

— В это воскресенье милиционеров было в несколько раз больше. Если традиционно нас «охраняют» человека четыре, то в тот день в центр города пришло человек девять. Меня «забрали» на подходах к центру, — рассказывает Александр Быстрик.

Он объясняет, что претензии у милиции, как выяснилось позже, к нему были по поводу видеоролика, который появился в Сети на прошлой неделе: в нем местные жители обращаются к делегатам Всебелорусского народного собрания.

 — Ролик я этот вообще не видел и, конечно, участия в нем не принимал. Местные говорили, что кто-то записал обращение к делегатам собрания. Все было записано где-то в лесу или в поле. Но тем не менее в милиции мне сказали, что я там тоже участвовал — и они узнали мой голос. А в минувшую среду я и несколько моих товарищей были на приеме у главы Новогрудского райисполкома и говорили о законности избрания делегатов. Я упирал на то, что в Беларуси действует закон о местных собраниях, где в пункте 9 прописано 7 категорий граждан, которые могут быть выбраны на это собрание. Там есть оговорка, что никакие другие депутаты, кроме избранных в Национальное собрание, туда не избираются, а могут быть лишь приглашенными. А делегаты должны быть избраны от общественности. В общем, была долгая беседа. В какой-то момент мне сказали, что мы раньше могли вносить свои предложения, на что я ответил, что мы не можем это сделать, потому что считаем, что делегатов на Всебелорусское собрание выбрали незаконно. В том ролике, кстати, люди говорили о том же. Но в кабинете меня за эти мысли, высказанные вслух, никто не арестовывал, а вот перед экскурсией забрали. Якобы это видео направлено на срыв государственного мероприятия и в нем содержатся угрозы участникам собрания, — рассказывает Александр.

В итоге мужчину продержали в милиции около полутора часов и повезли домой, чтобы провести осмотр.

— Якобы надо найти следы того, что я участвовал в ролике. Ну я и спрашиваю: что вы у меня найдете? Пленочную старую камеру? Деревья и серое небо? В общем, можете написать, что самая ценная вещь Александра Быстрика — это его обручальное кольцо, — смеется мужчина и добавляет, что ни протокола осмотра, ни каких-то других документов об опросе в милиции ему не дали. — Как я понимаю, мне ничего не инкриминируется, это был то ли акт устрашения, то ли какая-то попытка надавить, чтобы мы не организовывали экскурсии. В понедельник я сходил и в милицию, и в прокуратуру, но так и не смог получить копии каких-либо документов.

— Что касается экскурсий в Новогрудке, то в милиции, наверное, считают, что это массовое мероприятие. Глава района так и спросил у меня: когда же закончатся все эти хождения? На наших прогулках мы говорим о городе, о людях, которые там живут и жили, вспоминаем истории и легенды. Мне как учителю интересно, как преподносят материал экскурсоводы, иногда я вставляю свои «пять копеек», а иногда и мне интересно послушать какую-то новую информацию. В прошедшее воскресенье экскурсия была посвящена Международной памяти жертв Холокоста.

По информации «Радио Свобода», из-за ролика в Новогрудке прошли осмотры еще у трех местных жительниц. Женщин также допросили. Однако неизвестно, начат ли административный процесс по факту видео.

В минувшее воскресенье экскурсию должна была вести Тамара Вершицкая. Также в Новогрудском историко-краеведческом музее был запланирован просмотр фильма режиссера Юрия Горулева «Книга проклятий». Лента основана на дневнике узника Новогрудского гетто Беньямина Берковича. Однако ничего не получилось: Тамару Вершицкую прямо из музея забрали в отделение милиции.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY
.
Тамара Вершицкая (справа) и дочь одной из узниц Новогрудского гетто Бэти Коэн на открытии Мемориальной стены — памятника евреям, сбежавшим во время войны из гетто, в 2019 году.
.

— Александра Степановича «взяли» еще до нашей экскурсии. Он только успел подойти к нам и сказать, что не будет присутствовать на мероприятии. Смотрю, он идет к нам, говорит на ходу, что у него все в порядке, а его сопровождают два милиционера. Но люди собрались, и мы решили экскурсию продолжить. Минут 20 поговорили про начало расстрелов в Новогрудке, но участники стали замерзать — и я предложила пройти в музей для просмотра фильма. Для нас был уже приготовлен зал, все было оплачено в кассе. Я только успела зайти в кабинет и снять верхнюю одежду, как на пороге появился милиционер: «Пройдемте с нами». Я говорю, что у меня мероприятие и я не могу никуда идти. На что мне сказали, что если я не пойду, то это квалифицируют как неповиновение. Я попросила несколько минут, чтобы извиниться перед присутствующими. А потом меня увели. В это же время в зал зашла исполняющая обязанности директора музея и сказала присутствующим, что фильма не будет: позвонили из райисполкома и запретили показ.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY
.
Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY
.

В милиции у Тамары Вершицкой спрашивали, как и кто заказывает экскурсии в музее.

— Я говорю, что эти вопросы не ко мне. Мне в музее говорят: экскурсия оплачена и вот время. В 14.02 я вышла на площадь. А когда мы зашли в музей, появилась милиция. На этом все и закончилось. Экскурсия и в этот раз была оплачена людьми, а я — сотрудник музея и сертифицированный экскурсовод. Ничего противозаконного мы не делали, лозунгов не кричали, о политике не говорили. Сейчас во всем мире проходит Неделя памяти жертв Холокоста, и мероприятия в ее рамках также организованы в Новогрудке. Мы просто хотели вспомнить людей, которые погибли в Новогрудском гетто, и поговорить об истории. Очень жаль, что так получилось. Я очень переживаю, ведь лично у меня есть ответственность перед людьми, которые не получили то, за чем пришли в музей.

Тамара Вершицкая рассказывает, что планирует начать ежедневный бесплатный показ фильма.

Кстати, в минувшее воскресенье в Минске была задержана Оксана Манкевич. Она аттестованный гид, работает как ИП, на ее сайте среди экскурсий по Беларуси есть и направление по историческому центру Минска: от площади Свободы до проспекта Независимости и возле площади Независимости. Примерно там группу туристов и экскурсовода и задержали — возле гостиницы «Минск».

В понедельник, 1 февраля, в суде Фрунзенского района судья Наталья Бугук осудила по скайпу Оксану Манкевич на 15 суток по статье 23.34 КоАП.

Источник 

Опубликовано 03.02.2021  18:47

*


TUT.BY

В Новогрудке осудили на 10 суток местную жительницу Жанну Бобровскую за участие в экскурсии, которая проходила в районном центре 24 января. При этом экскурсия была официально оплачена в местном музее, участие в ней принимали около 20 человек, исторические факты рассказывал сертифицированный гид. В тот день женщину не задерживали, протокол на нее составили, когда она пошла в милицию по другому делу. Суд посчитал, что она провела 24 января одиночный несанкционированный пикет, рассказали TUT.BY местные жители.


Жанна. Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

Читать полностью

 

Актуальный Андрей Дубинин

Художник с «Площади перемен»: «Картина „Ромка, выходи“ о том, чтобы ребята выходили играть в мяч, а не умирать»

 


Анастасия Панкратова / TUT.BY

Живописец Андрей Дубинин говорит, что сейчас он стал актуальным художником, хотя не хотел этого. Его картина о расстрелах 1937 года «Ночь поэтов», прогремевшая несколько лет тому назад, по сути, стала воспоминанием про будущее. В протестном августе Дубинин представил новое полотно «Белорусы», на котором изобразил две цепи — цепь рук белорусов и цепь дат от Грюнвальдской битвы до нынешнего 2020-го года. Холст практически сразу же купили: молодой мужчина сказал, что эта картина должна всегда быть перед глазами у его детей. Мы поговорили с художником о праве творческого человека на гражданскую позицию, о востребованности живописи у современных белорусов и о границе между зарабатыванием денег и личным высказыванием. 

Андрей Дубинин на празднике «ПаКаласімся» в литературно-мемориальном музее Якуба Коласа. Фото: Татьяна Матусевич

«Юноши должны выходить играть в мяч, а не умирать»

Наш долгий разговор с художником начался еще в первые дни августа. Андрей тогда рассказывал, что события в стране неожиданно объединили их абсолютно обычный до этого двор: люди стали собираться на вечерние чаепития, узнавать ближе соседей, с которыми еще недавно могли даже в лифте не здороваться. Через несколько недель о «Площади перемен» узнала вся Беларусь. И вот на днях Андрей показал мне свою новую работу, но уже посвященную трагическим событиям в родном дворе:

— Романа Бондаренко я, к сожалению, лично не знал, но его смерть потрясла меня. Сосед навсегда стал нашим спутником — как в мыслях, так и в небесах. На полотне я изобразил мяч, который сам по себе уже похож на планету. Это и образ идеального детства, и в то же время кенотаф — символическое надгробие для убитого юноши. Моя картина «Ромка, выходи» — это молитва о том, чтобы ребята выходили играть в мяч, а не умирать.

Картина Андрея Дубинина «Ромка, выходзь!» (21 декабря 2020 года, 60×70 см, холст, масло). Фото: архив героя

.

Вспоминая о трагедии, произошедшей на «Площади перемен», не могу не вернуться к картине «Ночь поэтов», ставшей, по сути, пророческой.

— Я думал, что делал свою картину про прошлое, а оказалось, что она про сегодня, — вздыхает художник. — Тогда, несколько лет назад, я показал ее близкому приятелю. Тот только снисходительно отмахнулся: «А кому эта тема нужна сегодня? 1937-й год — это же было так давно!». А вечером 11 августа 2020-го этот знакомый ехал на велосипеде с рыбалки. Позже он рассказывал, как на него налетели омоновцы, как он, избитый, провел ночь на грязном полу в ИВС с закованными за спиной руками… У меня ощущение, будто мы заглянули в колодец террора.

 

Дубинин не считает то, что происходит последние месяцы в стране, конфликтом внутри общества:

— Это противостояние общества и потомков сталинского НКВД. Парадокс ситуации в том, что по логике противоположной стороны страх должен был заставить сидеть всех дома. Но людей сегодня именно страх толкает на улицу, ведь, если разрешить агрессорам хозяйничать в городском пространстве, то завтра они выломают двери твоего или моего дома. Когда я вижу множество людей на улицах, то в настроении появляется эмоционально светлый тон. Хотя обеспокоенность остается.

— Мы живем в сложное время…

— А я бы сказал, в талантливое. Как художник, я вижу форму — и это невероятно! Помните, как летом вдруг практически ниоткуда появились три прекрасные грации: Светлана Тихановская, Мария Колесникова, Вероника Цепкало? Это же шикарный символ времени! Кто мог подумать, что белорусы не патриархальны?! Я был летом на площади Бангалор, когда там проводила митинг-концерт Тихановская, смотрел на бесконечное количество национальных флагов и не мог поверить, что буквально за три месяца на наших глазах сформировалась нация.

Все происходящее вокруг чем-то мне напоминает описанное классиками литературы лето 1917 года, время между Февральской и Октябрьской революциями. Тогда Андрей Белый писал в письме Александру Блоку: живем в Петрограде, мол, как в раю: ходим голые и едим яблоки. Вот и наше время такое: у нас ничего нет, но мы надеемся.

«Делал сувениры в магазинчике перуанских индейцев»

Картина Андрея Дубинина «Клуб Дзержинского, или Ночь поэтов» (2017, 150×275 см, холст, масло). Фото: архив героя

До пандемии и закрытых белорусских границ Дубинин постоянно на лето уезжал рисовать Италию для тамошних заказчиков. Причина банальна: многодетному отцу (у Андрея четверо детей) не хватало белорусской зарплаты на большую семью.

— Я преподавал семь лет в Республиканском колледже искусств и столько же в Академии искусств. Рассказывал молодежи об основах проектирования, архитектурной композиции и цветоведения. Мне очень нравилось преподавать, но я устал от нищеты. Неожиданно нашел спасение в Италии. С 2001-го начал ездить туда. Через три года стало понятно, что нет сил больше разрываться, ведь для отъездов необходимо было отпрашиваться с кафедры.

 

О своих рабочих вояжах Дубинин не очень любит рассказывать.

— Я стараюсь особо не выпячиваться, ведь, к сожалению, среди художников много зависти. Кто-то, бывает, и нападает, мол, по Италиям он ездит. Но ведь и вам никто не мешал выучить язык и пробовать свои силы за границей! Я выехал туда и пророс, как трава сквозь асфальт. Да, поначалу мне повезло: случайно познакомился в минском дворе с итальянцем, пока он гостил у соседки, много разговаривал с ним об искусстве, а потом неожиданно получил приглашение пожить у него на вилле под Римом. В обмен на крышу над головою на три месяца он попросил три картины моего авторства. Дальше все зависело только от моих усилий. Я стал в авральном режиме учить новый для себя язык, а уже в Италии каждый день выезжал в Рим и искал возможности, как зацепиться.

Как объясняет собеседник, своих художников в Италии предостаточно, а иностранцы тамошним выставочным пространствам не интересны. Ведь чуть ли не каждый владелец галереи или сам рисует, или имеет родственников-художников.

Андрей Дубинин со своей картиной из серии, посвященной жизни Св. Франциска и Св. Антония. 18 картин для монастыря Святого Франциска он писал четыре года. Фото: архива героя

— Многие итальянцы сносно рисуют, их пейзажи с удовольствием покупают туристы, особенно американцы. Через месяц бесплодных попыток наладить отношения с галереями, честно признаюсь, собирался возвращаться домой. Но тут на моем пути повстречался магазинчик перуанских индейцев: для них я стал делать сувениры. А потом уже стали поступать заказы от итальянцев на семейные портреты и копии известных картин.

Казалось бы, когда у каждого в кармане смартфон, зачем нужны рисованные портреты. Но в Италии даже в XXI веке от традиций не отказываются.

 

— Причем, глаз у итальянцев натренирован великолепно: люди, не имеющие в профессии отношения к живописи, могли делать мне такие замечания, какие я от своих преподавателей в Академии искусств не слышал. К примеру, заказывал у меня свой портрет маркиз, который всю жизнь работал в дорожной службе Рима. Взял готовый холст, подошел к зеркалу и начал уточнять: смотри, верхнее веко у меня расположено немного по-другому, а ноздря должна выглядеть вот так. А как-то в одной глухой провинции тамошний бездомный упорно пытался заглянуть мне через плечо. Честно говоря, я очень переживал, что он сейчас огреет меня по макушке бутылкой, а он подошел порассуждать о традициях в живописи.

Дубинин заметил, что жители Апеннинского полуострова на любом свободном пространстве в доме стараются разместить картину.

— Один из моих итальянских друзей владеет сетью отелей. Он заказал мне около полусотни полотен для них, но и в собственном доме не мог обойтись без живописи. Только в спальне у него висело 40 картин (десяток из них моего авторства), в библиотеке же я насчитал 150 гравюр, среди которых были даже оригиналы известных графиков Джованни Пиранези и Иоганна Фюссли.

 

Но не только люди с высоким достатком считают обязательным повесить дома авторскую живопись.

— Среди моих клиентов был монастырский садовник, который к каждому семейному празднику дарил жене пейзажи. Мои работы часто покупали итальянские сантехники. В Италии художник никогда не будет сидеть без работы.

«Итальянские продавцы не хотели брать с меня плату за товары»

Монастырь в городе Бадия-ди-Кава к своему тысячелетию заказал у Дубинина историю своих четырех святых и восьми блаженных в 12 картинах (1,5×2 метра каждая). Фото: архива героя

Андрей как-то подсчитал, что за 20 лет своих итальянских вакаций только в Риме в сумме он прожил около четырех лет. За это время настолько освоил итальянский, что местные считают его соотечественником, принимая акцент за особенности говора северных провинций Италии. В докоронавирусные времена летний выезд в Италию превращался в семейное приключение: вместе с женой и детьми Андрей садился в машину и ехал на Адриатику через всю Европу.

— Пересекаешь итальянскую границу и выдыхаешь: ну, дома. Потому что уже первая встреча с карабинерами, которые стоят на границе, тут же навевает воспоминания о встрече с дизайнером их униформы. С Франко Фенди — со старшей из пяти сестер знаменитого итальянского дизайнерского дома — я был лично знаком. Пока писал для нее на заказ портреты ее мужа и внуков, слушал истории, как она создавала в том числе и эти костюмы.

На Адриатике белорусскому художнику часто заказывали копии известных картин и фресок. Однажды пришлось даже расписать плафон храма.

 

— Францисканский храм XVI века в городе Кава-ди-Тиррени пострадал от землетрясения. Меня пригласили на восстановительные работы, предложив в качестве первоисточника… черно-белую фотографию. Предупредили, что леса будут сняты ровно через два месяца. Временные рамки были довольно жесткими, если учесть, что на откуп мне давалось 70 квадратных метров потолка. Каждое утро я поднимался на высоту семнадцать метров, чтобы скопировать и расписать необходимый рисунок.

На лесах на высоте 17 метров во время росписи. Фото: архив героя

Осторожно спрашиваю Андрея, не кажется ли ему создание копий не совсем творческой работой. О таком ли развитии своей карьеры думал он, поступая в 1980-х годах в Академию искусств.

— Отвечая на этот вопрос, можно углубиться в историю живописи, вспомнив, что любое творчество адаптивно. Тот же Рафаэль при росписи лоджии в Ватикане, которая впоследствии стала называться его именем, по сути, использовал переработанный материал Римской империи и этрусков. Их рисунки он вместе с учениками долгое время изучал в римских катакомбах. Да и обладатель Нобелевской премии по литературе Томас Манн говорил, что постмодернизм — это игра с формами, из которых ушла жизнь.

— А если откинуть искусствоведческие дефиниции?

— Тогда могу описать свои ощущения: в Беларуси ты в восприятии многих соотечественников — задрипанный художник или «какой-то там препод». Возможно, мы сами частично в этом виноваты: мало работаем над собой, мало от себя требуем (вспомните, как у знаменитых художников для совершенствования собственной техники всегда были в чести итальянские путешествия). И все же в Италии на художника изначально смотрят как на человека, который делает большое дело.

Картина Андрея Дубинина «Белорусы» (60×200 см, холст, масло). Фото: архив героя

Художник вспоминает, как тот же настоятель нередко лично делал ему кофе и приносил на леса. Иногда после работы они могли пройтись с ним по городу.

— Продавцы в местных лавках, как только узнавали, что я работаю у падре, не хотели брать с меня плату за товары, пытаясь таким образом отблагодарить за восстановление дорогих их сердцу фресок. В такие минуты вспоминался мой опыт работы над фресками в Спасо-Евфросиниевском монастыре в Полоцке: в конце 1980-х годов к реставраторам, открывающим фрески XII века от более поздних наслоений, монахини относились c недоверием.

«Роспись храма позволила решить проблему с жильем»

А как же творческое самовыражение? Дубинин объясняет, что давно разделил для себя авторскую живопись и работу, приносящую заработок. К примеру, уже упомянутая выше роспись итальянского храма позволила ему решить проблему с жильем:

— Мы с мамой продали старую квартиру и взяли двухэтажную, где теперь живет вся моя большая семья. В ней же на втором этаже оборудовал себе мастерскую. Сейчас, чтобы художнику выделили мастерскую от государства, надо пройти слишком много инстанций, собрать невероятное количество бумаг. Требования звучат нереально, а так я самостоятельно решил острый вопрос. В Италии у белорусского художника могло быть 20 картин на заказ: портреты, копии, реставрации.

Восстановление росписи во францисканском храме, пострадавшем от землетрясения. Фото: архив героя
Восстановление росписи во францисканском храме, пострадавшем от землетрясения. Фото: архив героя
.

— Это невозможно сравнить с заказами в Беларуси. Тут я даже пробовал пойти на демпинг: предлагал минчанам писать их портреты за сто рублей за штуку. Ни одного заказа я так и не получил. Белорусы сейчас с удовольствием выкладывают большие деньги за сеанс одновременного рисования на холстах, скупают разные раскраски по номерам, но за портрет от профессионального художника платить не готовы… — огорчен Андрей.

В чем причина? По мнению Дубинина, в нашей стране у людей все еще нет потребности в культуре, искусство не стало частью обыденной жизни горожанина.

 

— Я столько раз ломал голову над рецептом, как среди соотечественников сделать искусство популярным, но у меня нет рецепта. Вот Иосиф Бродский в бытность свою в США предложил акцию: в отелях рядом с обязательной для американцев Библией класть небольшие сборники поэзии. Но вряд ли именно благодаря такой идее в стране могло появиться огромное количество поэтов.

Дубинин и сам пробовал действовать. Несколько лет назад в библиотеке на бульваре Шевченко проводил бесплатные курсы для пенсионеров: полчаса рассказывал об искусстве, а потом учил рисовать. Правда, его 60−70-летних учениц больше интересовала именно прикладная часть занятий, чтобы было что потом показать соседкам или повесить на стенку.

Андрей Дубинин. Фото: личный архив
Андрей Дубинин. Фото: личный архив
.

— Мне хотелось, чтобы они поняли, искусство — это в первую очередь форма мышления. Но, возможно, я просто выбрал не ту аудиторию, — разводит руками художник. — Хотя, чего требовать от обывателя, если о ценности произведений искусства забывают те, кому это по должности положено. Взять хотя бы историю с росписью во Дворце железнодорожников классиков белорусской станковой живописи Зои Литвиновой и Светланы Катковой, которую при ремонте, не задумываясь, зашили гипсокартоном…

Как пример удачной судьбы художника Андрей Дубинин приводит давно живущего во Франции белоруса Романа Заслонова. Тому посчастливилось получать заказы на свои авторские работы. У самого Андрея ситуация двойственная: к примеру, его работа «Тайная вечеря», на которой изображены только руки апостолов, победила в 2008 году в Риме на Биеннале международного искусства, а вот новый вариант этой любимой темы даже не попал на выставку в столичный Дворец искусства.

— На Национальную художественную премию ее не взяли. Как мне кажется, из-за той самой картины со спинами энкавэдэшников. Другого объяснения найти не могу. Но этот шлейф меня не смущает: я свободный человек, могу делать то, что хочу. Понимаю, что после всего ни Союз художников, ни Министерство культуры никогда не купят у меня для государственных музеев мои картины. Значит, буду создавать отдельно полотна для души, а для заработка буду брать заказы. В них ведь тоже можно творчески проявиться.

Вариант «Тайной вечери» (2020, 160×160 см), которую Андрей выставлял на Национальную художественную премию, но картина не прошла отбор. Фото: архива героя

И чтобы было понятнее, художник пригласил взглянуть на оформление итальянского ресторана в центре Минска. Заказчик хотел создать в центре Минска уголок Рима, но местные архитекторы не понимали, что от них хотят:

— Тогда шеф-повар La Scala Trattoria Ignazio синьор Иньяцо позвал белорусского архитектора Данилу. Когда-то он работал декоратором на киностудии «Чинечитта», где в свое время снимал фильмы Федерико Феллини. Тот обратился за помощью в росписи стен ко мне. В интерьере мы вместе с Данилой воспроизводили кусочки экстерьера Рима: характерные двери, покрытые зеленой краской, арки из романской плинфы. Вам не рассказать, сколько времени мы искали в Минске плинфу нужной толщины!

 

По словам Дубинина, в итальянской столице постоянная сырость, поэтому штукатурка на фасадах разрушается, одна окраска вылезает из-под другой. Штукатурщики никак не могли воспроизвести этот эффект, пришлось художнику самому окрашивать стены под римскую старину. Итальянскую атмосферу получилось создать благодаря росписям — копиям работ Рафаэля и других мастеров эпохи Возрождения. Лишь в фойе можно заметить портрет в полный рост явно не руки старого мастера.

Фрагмент «Тайной вечери» (2020). Фото: архив героя

— В Италии принято размещать на входе портрет шеф-повара, ведь он — лицо ресторана, его авторитет. Так что, рисуя портрет синьора Иньяцо, я, по сути, не отошел от итальянских традиций, — улыбается художник. — К слову, работая тут, с администрацией я разговаривал на их родном языке. И постоянно сталкивался с неприкрытым удивлением других работников, как белорусскоязычный художник вдруг начинает чесать по-итальянски. Кажется, у меня все же хорошая функция: я тот художник, что привносит в Беларусь немного итальянщины, а в Италии рассказывает о белорусском искусстве.

Источник 

Опубликовано 16.01.2021  23:33

* * *
От belisrael. А. Дубинин, кроме прочего, и переводчик с идиша (см., например, https://belisrael.info/?p=21694 ), и автор интересных статей о художниках. Беседа с ним на искусствоведческие темы опубликована в книге “Іудзейнасць” (2020) нашего постоянного автора. Книгу можно заказать по e-mail: wrubinchyk@gmail.com

Рубинчик. Снова. Обзорчик

Шалом, кому не надоел! Интересное сообщение появилось в ноябре 2020 г., вскоре после расправы здешних негодяев над Романом Бондаренко: «Министры иностранных дел 27 стран Европейского Союза договорились подготовить новый пакет санкций против властей и учреждений Беларуси. Об этом, как сообщает ТАСС, заявил в четверг глава дипломатии ЕС Жозеп Боррель на пресс-конференцииПо его словам, ЕС больше не выделит ни одного евро правительству Лукашенко, все средства для этой страны пойдут через НПО (неправительственные организации – В. Р.) гражданскому обществу». Тогда у меня промелькнула мысль о серьёзности намерений «истых европейцев»… Хотя ведь сам писал в декабре 2016 г.:

Многих политиков в соседних (и не только) странах имидж лукашенковской Беларуси в целом устраивает; он пригождается хотя бы для того, чтобы пугать собственных граждан. 20 лет назад условный «Запад» мог относительно легко стать на пути сползания в авторитаризм, но не пожелал… Правду сейчас вряд ли кто-то скажет, но существует конспирологическая версия о тайной договоренности «элит»: «мы» вывели ядерное оружие с территории Беларуси (вывод завершился 27.11.1996 – как раз после второго референдума, выигранного Лукашенко), а «вы» имитируйте себе сражение за демократию и права человека, принимайте резолюции, поощряйте «оппозицию» делать то же самое, возите её на семинары – лишь бы реальной конкуренции с нами не велось. И волки целы, и овечки сыты…

«Никогда такого не было – и вот опять» (С). Сегодня узнал, что Европейский Союз сдержал слово и действительно отказался выделить правительству Лукашенко 1 евро, а выделяет всего-навсего 10 миллионов. Это следует из соглашения о финансировании 29.12.2020, заключённого «Европейской комиссией, действующей от имени Европейского союза, с одной стороны, и Правительством Республики Беларусь в лице Министерства юстиции Республики Беларусь, с другой стороны». И цели-то какие благородные: для граждан – «лучший доступ к государственным услугам посредством законодательного и административного упрощения и улучшения предоставления административных процедур». А для всех – «помощь в области общественных консультаций по законодательству и правовым вопросам, поддерживая подготовку адаптированной к заинтересованным сторонам платформы общественных консультаций посредством совершенствования правовых и технических положений недавно созданной консультационной платформы pravo.by». В общем, «ничего не понял, но очень интересно».

Срок исполнения соглашения – 54 месяца… Ну, видимо, Лоуренс Мередит, директор департамента «Восточного соседства» при Еврокомиссии, надеется, что к тому времени сдохнет «либо шах, либо ишак» 🙂

На момент подписания соглашения в Беларуси насчитывалось около 150 политзаключённых. Надо полагать, им легче сидится от того, что ЕС окажет помощь в усовершенствовании платформы «общественных консультаций». Кстати, сайт pravo.by управляется Национальным центром правовой информации, который, в свою очередь, подчинён администрации президента Республики Беларусь. С этим пунктиком у меня всё.

Тем временем «главнюка» всемирной хоккейной федерации Рене Фазеля, посмевшего приехать в Минск и пообниматься с местными «главнюками» (как будто подобными «обнимашками» не грешил, к примеру, Иосиф Середич), закидали символическими тапками… Не теми ли самыми, которые в прошлом году предназначались, чтобы «хлопнуть таракана»?

Особенно усердствовали уважаемые политэмигранты. Действительно, Беларусь ХХI в. кое в чём напоминает «зону» (и я писал об этом ещё тогда, когда нынешние «смельчаки» сидели на высоких должностях, словно мыши под веником), но даже в концлагере люди имеют право отвлечься от превратностей судьбы. В мире принято, что в места лишения свободы иной раз наведываются знаменитые спортсмены (преимущественно шахматисты, дававшие сеансы одновременной игры заключённым: Роберт Дж. Фишер, Анатолий Карпов…). Ничего кощунственного в том, чтобы в конце мая 2021 г. Минск посетили крутые хоккейные команды, не усматриваю. Тем более что решение о нашем городе как о месте проведения чемпионата наряду с Ригой было принято не вчера, а несколько лет назад.

Конечно, «вождь» попытается (и уже пытается) использовать событие для самопиара и раскрутки «белорусской модели», но пространство для манёвров у него сейчас, по сравнению с весной 2014 г., изрядно сужено. Да, у западных чиновников коротковатая память, однако в Минск приедут – ежели приедут – не только чиновники. События августа 2020 г. пробудили интерес к Беларуси у многих совестливых людей, в том числе и спортивных болельщиков. Хотят здешние власти или нет, а зарубежные гости смогут встретиться с «обычными белорусами» и узнать обо всём из первых уст. Возможно, чем-то и помогли бы?..

Даже если спецслужбы РБ обложат каждого приезжего матом как зверя в загоне, в этом, как ни странно, будет зерно позитива. Надёжных кадров-то у них сейчас не так много: усилят контроль в одном месте – ослабят в других, и как минимум «протестным дворам» дышать станет полегче. Между прочим, и глава местной федерации перестанет рыскать по городу в поисках «крамольных» ленточек и «Массандры», а наконец-то займётся реально хлопотным дельцем – ускоренной подготовкой к чемпионату. Облажается? Переживать не стану; всё-таки речь не о запуске АЭС.

Олег Горунович из «Трибуны» выдал 13.01.2021 спорную статью, но с некоторыми её выводами я бы согласился. Например:

Почему-то кажется, что Лукашенко глубоко ошибается, если считает, что с помощью омоновских дубинок достиг народного единства. Десятки тысяч вежливых протестующих, автозаки, водометы, похищения с улиц, массовые избиения, сафари на людей – ничего такого иностранцы никогда не видели. И те, кто приедут, смогут не только понаблюдать, но и поучаствовать во всем этом.

Может, ошибаюсь, но впечатление таково: правящей группировке РБ минский чемпионат-2021 в целом невыгоден (по финансовым причинам тоже: сомнительно, что затраченные миллионы долларов «отобьются»), и его хотели бы «слить», но чужими руками, заодно усилив у населения «эффект осаждённой крепости». Писуля на правительственном сайте не убедила меня в обратном. Вероятность того, что такая отмена состоится, оцениваю сейчас как три к одному.

Тем временем Дональда Ф. Трампа «трампят» в соцсетях – 12 января администрация YouTube приостановила обновление его канала на 7 дней («а могли бы и полоснуть», как твиттер, забанивший Трампа навечно). Учитывая, что в 2019 г. у меня появился «именной» ютуб-канал, не смог удержаться и написал Фредовичу (который до инаугурации Байдена «царь ещё»), чтобы пользовался пока им 🙂 С нетерпением жду ответа. А если серьёзно, то свобода слова должна распространяться даже на американских президентов.

Прими старина Дональд моё предложение, он наткнулся бы на свежее слайд-шоу с видами Иерусалима…

Хватает грехов у 45-го президента США, но в чём он точно был прав, так в том, что «назвал кошку кошкой», т. е. завершил в 2017–2018 гг. процедуру признания Иерусалима столицей Израиля. «Тутбаевцы» в декабре 2017 г. посмеялись над его заявлением («Вы только подумайте, что завтра президент США вдруг решит, что не признаёт Минск столицей Беларуси и переносит её в другое место!» – cей перл я цитировал здесь)… Как по мне, попытки Светланы Тихановской в 2021 г. уговорить литовцев называть Беларусь не Baltarùsija, а Belarusià посмешнее будут.

Эх, наверное, надо (было) всё-таки слушать меня. Вот и о ПВТ в том же декабре 2017 г. писал:

Парк высоких технологий в Минске, территория которого расширяется на 10% (до 55 гектаров), становится чем-то вроде средневекового еврейского гетто. Туда приглашают специалистов со всего мира, заманивая их налоговыми и иными льготами аж до 2049 г., но, похоже, у евреев Средневековья автономии было больше… Если вы – потенциальный клиент ПВТ, имейте в виду: я не выступаю ни за, ни против вашего присоединения к списку резидентов, в котором почти 200 строк… «Думайце сами, решайте сами» (С). Просто уполномочен заявить: если проблемы во всём организме (стране), то в конце концов и отдельно взятому органу может быть больно.

Уполномочен здравым смыслом… Это не злорадство, а вроде как ответ тем «айтишникам», которые печалятся, что с 01.01.2021 государство в одностороннем порядке повысило им ставку подоходного налога с 9% до 13%.

Давно подмечено: когда в руках молоток, всё вокруг становится похожим на гвозди. Вот и у меня так: думаю о Беларуси – и всё (ну, многое) в прочитанных книжках «кладётся» на нынешнюю ситуацию. Вот пожалуйста, Андрей Платонов (1899–1951), писатель, никогда не обитавший в наших краях:

Свобода живёт только там, где человек свободен перед самим собой, где нет стыда и жалости к самому себе. И потому всякий человек может быть свободным, и никто не может лишить его свободы, если он сам того не захочет. Насилие, которое захочет человек применить как будто для удовлетворения собственной свободы, на самом деле уничтожит эту свободу, ибо где сила – там нет свободы, свобода там – где совесть и отсутствие стыда перед собою за дела свои.

Революция – пускай идёт, пока не споткнётся. А споткнётся, мы её подымем и опять она пойдёт.

Настанет время, когда за элементарную ныне порядочность, за простейшую грошевую доброту – люди будут объявляться величайшими сердцами, гениями и т. п., настолько можно пробюрократить, закомбинировать, зажульничать, замучить обыденную жизнь…

«Надо принимать меры» – выйдет что или не выйдет, это вопрос неважный. Важно – лишь принять меры, учредить суету, за которую отвечать не нужно и не будешь отвечать, если даже меры не дадут никаких результатов.

Записи взяты из сборничка «Деревянное растение» (Москва, 1990). А теперь внимание, важный вопрос, адресованный моим израильским читателям: правда ли, что в Израиле акции солидарности прекратились из-за пандемии COVID-19?

«На второй план отошла белорусская тема в Израиле по причине собственных политических поводов и в связи с жёстким локдауном», – сообщило «Радыё Рацыя» дней 5 назад. Как бы ни было, гражданин Израиля Александр Фруман, пострадавший в Минске в августе 2020 г., не теряет надежды привлечь виновных к ответу. Раскритиковал интервью нового израильского посла (там-таки есть странные моменты) и подчёркивает: «Я постоянно комментирую Фейсбук посольства, чтобы они не думали, что можно перевернуть страницу, а общественность знала, что посольство сознательно оставило своего гражданина в опасности».

А на этом фото 13.01.2021 – снеговик с «синеющими пальцами» (увы иль ах, уже почти растаял) в одном из дворов по минской улице Червякова, недалеко от синагоги. Я ни на что не намекаю!

Вольф Рубинчик, г. Минск

15.01.2021

wrubinchyk[at]gmail.com

Редакция belisrael.info не всегда разделяет взгляды авторов

Опубликовано 15.01.2021  19:13