В. Рубинчик. Что здесь происходит?

Бонжур! Не то, чтобы я протоколировал всё происходившее на прошлой неделе (и вчера…), но кое-какие детали отметил. Делюсь – вдруг кому-то интересно.

Эффектной получилась «коалиция штабов», представленная тремя дамами (и ещё одна, Ольга Ковалькова, рулит орготделом штаба кандидатки, т. е. доросла до «серой кардинальши» :)) Совместный снимок Марии Колесниковой, Светланы Тихановской и Вероники Цепкало напомнил известный мульт о богатырях и их боевых подругах…

В мультике 2010 г. женщины побеждают коварных врагов, а как будет здесь, в реальности? Митинг в парке Дружбы народов 19.07.2020 выглядел внушительно – около семи тысяч участников. Однако новая конфигурация, которой втайне любуются и лукашисты («три грации»), – это лишь лотерейный билет без существенных шансов на выигрыш. Трудновато будет за три недели жене блогера хотя бы сплотить вокруг себя «демократический актив», не говоря уж о перетягивании на свою сторону «болота». Светлана Т. ещё и не привыкла к роли политика (тут сошлются на Зеленского, но он-то не один год вживался в роль «президента Голобородько»). У её помощниц и помощников – разный бэкграунд, разные цели.

Судя по «секретным» исследованиям для «Главы Государства» – якобы его рейтинг достиг 76% и стремится к 80% – прогноз на это лето не очень утешительный. Наблюдательных миссий БДИПЧ ОБСЕ и ПАСЕ, во всяком случае официальных, в этот раз не будет, т. е. стесняться особо некого (когда это власти лукашенской РБ сильно стеснялись своих то ли граждан, то ли подданных?). «Для фронта, для победы» идеологи мобилизуют всех, кто попадётся под руку – и с помощью «заслуженной борщеварки» сварят обалденную похлёбку, где будет 73-79% жёлчи с уксусом. Пожалуй, ближе к 73%, дабы излишне вызывающим поведением не провоцировать совсем уж массовое недовольство.

Наивные «настенные» и «дверные» протесты. Минск, ул. Каховская, бул. Шевченко. 21.07.2020

Граффити с портретом и цитатой К. Калиновского мне больше по душе… Ул. Орловская

Можно, конечно, утешать себя тем, что «Система дала серьезный сбой. В том виде, в котором система существовала до этого времени, она больше существовать не будет» (Андрей Казакевич, 20.07.2020). Однако запас прочности у «системы» – или «режима», как угодно – всё ещё достаточно велик; она способна сохраниться, даже пожертвовав несколькими своими ключевыми фигурами (после 9 августа наверняка произойдёт «разбор полётов», «наказание невиновных и награждение непричастных»). Вероятно, продолжатся более или менее примитивные попытки сыграть на поле «оппозиции» – имею в виду всяческие «Дни вышиванки», да и вообще процесс «мягкой белорусизации».

А. Казакевич с 2000-х гг. известен как серьёзный исследователь. Удивительно, что он недооценивает имеющуюся модель и её бенефициаров: «Так или иначе, ее придется перестраивать, конечно, вынужденно, конечно, без какого-то плана». Скорее всего, начнётся не «перестройка», а очередной «косметический ремонт»; на его планирование у «системы» достанет человеческих ресурсов, на проведение – материальных.

Вот ещё странное у А. К.:

Не верю, что Минск сохранит прежний уровень нормализации отношений с ЕС и США. Даже если вдруг формально санкции не будут введены, то будет сокращено финансирование, уровень контактов, совместные проекты — всё будет отодвинуто на годы.

Значением указанного фактора для выживания системы вряд ли можно пренебречь, но оно невелико. К тому же западные элиты, как показывает практика, всё чаще тяготеют к Realpolitik. Иначе говоря, посетуют на «недемократичность» выборов, погрозят пальцем, может быть, введут половинчатые санкции (как в начале 2011 г.), но «всё» не будет отодвинуто «на годы», а главное, не закроются рынки сбыта и кредитные линии. С середины 2010-х гг. здешний МИД небезуспешно продаёт на Западе образ Беларуси как форпоста против агрессивной России; теперь, после «обнуления» путинских сроков, торг пойдёт ещё лучше. Если говорить о Трампе и его окружении, они не станут делать резких движений перед выборами в США (договорились в начале 2020 г. с Лукашенко об обмене послами – так договорились). Вообще, из-за COVID-19 и городских бунтов американскому правительству сейчас и в ближайшее время – явно не до белорусских вопросов.

Помимо «борьбы с российской гегемонией», администрация РБ способна предложить «Западу» и другие «плюшки» из категории «хутка-смачна». Свежий пример – в Гродненской области Щучинский райисполком после нескольких лет раздумий дал-таки добро на увековечение в городе памяти Шарля де Голля (будущий генерал и президент Франции угодил в Щучин летом 1916 г., когда находился в плену у немцев). Казалось бы, при чём тут выборы? 🙂

Не без оговорок, но в целом соглашусь с мнением другого политолога, Дениса Мельянцова (20.07.2020; пер. с бел.):

В Беларуси мы теперь имеем консолидированный авторитарный режим, монолитную систему власти. Здесь для меня критерий – что мы не видим ни одного государственного служащего, который бы заявил, что в стране делается что-то не то, что нужно себя вести с оппозицией более мягко. Нет таких заявлений и в высшем эшелоне власти…

Все эти разговоры о 3%, о 76%, о том, что общество активизировалось, как никогда раньше — это преувеличение. Есть активизация молодёжи, пользователей Фейсбука хипстерского типа. И не более того. Когда власть исключила из выборной гонки трёх самых популярных кандидатов, защищать их вышло небольшое количество людей.

Уточнил бы: система выглядит как монолит, а не является таковым. Но то, что Мельянцова голословно записали в «так называемые эксперты» с «низким уровнем аналитики… очевидно пропагандистского характера», останется на совести «Нашего мнения» – в июне, кстати, не брезговавшего и «джинсой». Которая не пошла на пользу Виктору Бабарико

Знай и люби своих политологов 🙂 А. Казакевич и Д. Мельянцов – фото из открытых источников

Разумеется, могу лишь одобрить проявления общественной солидарности – например, сегодняшнее письмо медиаработников (более 200 подписей) в защиту журналистов от беззакония. Правда, месяц назад уже требовали прекратить преследования и т. д. – вроде не очень помогло. Но капли, как известно, точат и «монолит».

* * *

Как знал, что одним из лейтмотивом нынешней пропаганды будут россказни о «лихих 90-х»! 🙂 Вещает один из кандидатов в президенты (21.07.2020):

Нам, брошенным на произвол судьбы после распада Советского Союза, пришлось преодолевать последствия чернобыльской катастрофы. Это были очень тяжелые времена. Они были тяжелые не только тем, что мы были босые, без штанов, голодные, не только потому, что у нас не было средств для того, чтобы жить и существовать. Проблема заключалась в том, что мы не знали, как сделать лучше

Да уж, кое-кому не привыкать к самоутверждению за чужой счёт. А может, просто амнезия?!

В позапрошлом году просил читателей belisrael (точнее, сериала «Катлеты & мухі») поговорить о «допрезидентской» независимой Беларуси, да и сам кое-что вспомнил. Думаю, эти фрагменты будут сейчас уместны – предложу их в переводе на русский. Итак…

Мемуар библиотекаря Юрия Тепера (1958 г. р.) был опубликован 11.10.2018:

Некоторые ругают то время, а я отношусь к нему спокойно. Да, была инфляция, но и зарплаты росли… Вклады в сберкассах обесценились, непонятно было, что делать с деньгами. Многие стремились потратить заработанное сразу.

Интересно было смотреть телевизор и российские, и белорусские каналы.

В Минске по телефону можно было звонить бесплатно, не было жетонов и карточек.

В пединституте была хорошая шахматная команда. Как раз осенью 1993 г. поступили [к нам] Сергей Корчицкий, Сергей Богданович, Наталья Попова, Елена Цатурян (она бежала с мамой из Баку), Володя Никитинский, Лена Шинкаренко. Я бы сказал о той команде, да и обо всей молодёжи того времени, словами Маргариты Алигер: «Поколенье взросших на свободе / в молодом отечестве своём». Была весёлая обстановка, отсутствие страха

Устраивалось много турниров во Дворце шахмат на К. Маркса, 10. Я взял 6-е место в «народном турнире»; дали приз 400 рублей, а проездной билет стоил 380.

Говорили, что везде был рэкет, предприниматели боялись что-то делать. Может, поэтому и выбрали Лукашенко в 1994 г. – народ надеялся, что «беспредела» не будет.

В 1993-м я начал вести занятия по шахматам в еврейских классах школы № 132 (вёл 2 года). С рэкетом не сталкивался.

Слово Петру Резванову (1974 г. р.):

В 1992 г. на факультет прикладной математики и информатики БГУ я уже год как поступил, политикой ещё не интересовался. В главном корпусе БГУ был один официальный книжный киоск и один неофициальный, в здании химфака скорее, полуофициальный, с номенклатурой, близкой к рериховской библиотеке. Схожие с химфаковским киоски (или столы) были в библиотеке им. Л. Толстого и в общежитии Института культуры. Было около БГУ ещё несколько киосков: во дворе, вдоль прохода, что мимо ЗАГСа идёт от Ленинградской к лестнице на проспект; один из них книжный. В квартале действовал кабельный канал «Семирамис» с фильмами из ближайшего видеопроката.

Жизненные трудности как-то меня не затрагивали: то ли благодаря родителям, то ли потому, что позднесоветская пропаганда меня убедила: быть Диогеном и жить в бочке – это круто!..

Делал для матери программу, которая печатала платёжки; ещё помню «банковские кирпичи» из «зайцев» и даже «белок».

Деньги, ставшие фантиками

Мои записи, сделанные осенью 2018 г. (я 1977 г. р.):

В начале 1992 г. мать на заводе им. Орджоникидзе сократили, она долгое время не работала, но голодными мы не сидели, т. к. отчим неплохо зарабатывал на мясокомбинате и получал достаточно «талонов», без которых мало что продавалось в магазинах. Я тихо-мирно учился в 9-м классе. В августе с матерью на неделю ездили отдыхать в Литву… Границы оставались открытыми, литовцы принимали советские рубли и довольно охотно разговаривали по-русски. Те рубли ходили и в Беларуси как параллельная валюта; «зайчики» появились в конце мая, и мы, школьники, с гордостью показывали друг другу новые купюры.

В 1992–1993 гг. книжные магазины, обычные и букинистические, изобиловали дешёвыми книгами – цены на них в сравнении с 1990–1991 гг. не прыгнули, особенно на периферии [а зарплаты выросли]. Много интересного купил в Борисове, куда мы с матерью на пару дней ездили к родственникам, в Шклове, куда меня осенью 1992 г. взяли как тренера команды юных слабовидящих шахматистов… Помимо книг, из поездок привозил пластинки; впрочем, их тогда хватало и в минских музыкальных магазинах. Недорого в то время стоили билеты в театры; я пересмотрел почти весь репертуар «музкомедии».

Интерес к политике, сильный на рубеже 1991–1992 гг., постепенно угасал. Всё меньше людей выходило на улицы…

Держалась вера в Запад, который нам поможет. Среди товарищей по школе и шахклубу много было разговоров о поездках за границу по линии «детей Чернобыля» [и не только], рассказов о заграничных чудесах. Ежегодно в нашей школе № 79 раздавали гуманитарную помощьпожалуй, от немцев. Однажды я что-то взял, во второй раз – нет (гордость не позволила).

В сентябре 1993 г. начал учить иврит, вскоре стал волонтёром Минского общества еврейской культуры. И в «Сохнуте», и в МОЕКе ещё ощущался энтузиазм прежних лет…

В Беларуси «лихих 90-х» продолжал деятельность Дворец шахмат и шашек, не закрывались спортшколы с шахматными отделениями. С 1993 г. в Минске чуть ли не ежегодно – благодаря Владимиру Полею – устраивались международные опен-турниры, доступные и для любителей («играл когда-то там и я», запомнилась партия с чемпионом мира среди незрячих, международным мастером Николаем Руденским, которую я проиграл белыми в дебюте Сокольского; «слепой», щупая фигуры, замечал все мои ошибки!). Короче, ранний постсоветский период в целом не был фатальным для шахматистов Беларуси, особенно юных. Последние получили возможность участвовать в чемпионатах Европы и мира «напрямую», без мучительного отбора на всесоюзных турнирах, и уже летом 1992 г. минчанин Юрий Тихонов завоевал в Германии первенство мира среди подростков до 14 лет…

Единственный «факап» начала  1990-х, который припоминаю, – срыв отправки белорусской сборной на шахматную Олимпиаду в 1992 г. И то, кажется, основной причиной стали ошибки гостренера и прочих мелких чинов, а не всеобщий развал. Денег на «имиджевые» поездки, как правило, хватало; не случайно же президентом шахфедерации в первой половине 1990-х был влиятельный бизнесмен Владимир Карягин.

Такие вот «лапти» досаждали нам в первые годы независимости.

Вольф Рубинчик, г. Минск

21.07.2020

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 21.07.2020  18:18