Tag Archives: Израиль и Беларусь

Юрий Зиссер (28.6.1960–17.5.2020) о евреях и Израиле

* * *

— Юрий, у вас есть дома Тора?

— Есть. Внешне похожа на Библию, только тоньше, потому что Ветхий Завет — составная часть Библии. Правда, читать я ее не могу, поскольку не знаю иврита. Но, так как читал Библию, знаю, о чем написано в Торе.

— Юрий, скажите, как отличить еврея от нееврея? Что должно быть у настоящего еврея?

— Настоящий еврей считает себя евреем. Все остальные признаки еврейства второстепенны.

— Юрий, вы еврей?

— Да. Стопроцентный. В советском паспорте было указано, что еврей, а в свидетельстве о рождении — что оба родителя евреи.

— Скажите, почему евреев так много среди управленцев, представителей творческой интеллигенции — и так мало среди работников, например, дорожных служб?

— Тут как минимум две причины. Первая — в странах рассеяния на протяжении столетий евреев не допускали ни к какой производственной деятельности: им нельзя было работать, заниматься ремесленничеством, носить оружие и даже возделывать землю! Все, что оставалось, — сфера услуг, которая в Средние века и Новое время вплоть до начала ХХ века сводилась к посредничеству, пресловутым торговле и финансам — просто потому, что больше их никуда не допускали. Вторая причина — у евреев всегда высоко ценилась ученость, все еврейские дети обязаны уметь читать Тору, поэтому даже в Средние века и Новое время большинство евреев умело читать. Главной заботой еврейских родителей во все времена было дать детям хорошее образование. Ну а дальше вступают в силу обычные социальные причины. Мы же не удивляемся, почему молодые белорусы или французы после университета не хотят класть кирпич или доить коров.

— Вы согласны с тем, что территория современной Беларуси всегда была очень лояльной к евреям и эту традицию нужно продолжать?

— Безусловно! Отличная традиция. Если в соседних странах еврея традиционно воспринимали как врага, то в Беларуси — как человека, похожего на тебя и одного с тобой, что ли, ранга, пусть во многом другого. В культурологии есть даже специальный термин «другой» для обозначения таких отношений между этносами-соседями. Моя жизнь разделилась пополам: я родился и 27 лет прожил во Львове, мне есть с чем сравнить.

— На ваш взгляд, если сравнивать два народа, евреев и белорусов, чего не хватает белорусам, чтобы стать такими же успешными?

— Этнос не может быть успешным. Успеха достигают лишь люди и компании. Но тенденция есть. Вспомнилось, как в одном из ранних интервью небезызвестный Борис Березовский ответил на аналогичный вопрос: «Евреи умеют держать удар». В детстве моя мама любила повторять: «Сынок, мы евреи. Нас не любят. Поэтому чтобы жить, как все, и учиться, как все, ты должен все знать и уметь на две головы выше всех». А когда я получал не пятерку, а четверку из-за сложности материала и пытался оправдаться тем, что пятерки в классе в этот день не получил никто, мама говорила: «Меня не интересуют все, меня интересуешь ты!» Сейчас этот вид мотивации именуют achievement. Увы, неслучайно в русском и белорусском языках для этого слова нет синонима. Евреев не любят за то, что они пытаются «быть умнее всех». Кстати, необходимость выжить в недружественной среде стимулирует не только евреев. Это нужно любому некоренному народу — достаточно взглянуть на фамилии известных россиян. А представителям коренных этносов любой страны никому ничего не нужно доказывать. Белорусский народ пережил столько катаклизмов, что понятно, откуда взялись фразы вроде «не высовывайся». Однако белорусы, оказавшиеся за рубежом, сами попадают в новые обстоятельства. Им по ходу приходится приобретать качества, необходимые для выживания. Не зря о жизнестойкости белорусов ходят анекдоты. Так что неуспешными их я бы не называл.

— Почему евреев не любят?

— Да потому что они «другие»! Разве к мусульманам, китайцам, белорусскоязычным или геям народ в массе относится лучше? «Другие» — это всеобщая причина нелюбви к кому бы то ни было: к христианам, мусульманам, соседям, даже к коллегам из другого отдела или жителям соседнего двора. Природа ненависти психофизиологическая. Чем сильнее человек ненавидит евреев, тем сильнее он ненавидит всех остальных за что-нибудь другое. Чем спокойнее человек относится к евреям — тем спокойнее он и к другим проявлениям «других».

— За что белорусы могут любить и уважать евреев?

— Да сколько можно про евреев! Давайте уже про велосипедистов. В общем, можно любить конкретных людей и уважать хорошие организации. Но как можно любить целый этнос или гордиться своим происхождением? Это все равно что уважать людей с родинками, то есть уважать или гордиться тем, что заслугой самого человека не является. Еще вспоминается фраза, по которой легко распознать антисемита: «И среди евреев бывают хорошие люди». Так вот, я хочу сказать: и среди евреев бывают плохие люди. И среди белорусов разные. Все люди разные.

(с сайта журнала «Большой», 18.06.2015)

* * *

Еврей я или белорус? Я — человек. Если речь о национально-культурной идентичности, то в зависимости от ситуации я бываю и еврей, и белорус, и украинец, и русский, и европеец. Все зависит от контекста.

В детстве родители практически не знакомили меня с еврейской культурой, потому что абсолютно утратили связь с ней. Песни на идише я впервые услышал в 18 лет у друзей, а дома и в школе была чисто русская компания с советской культурой.

В СССР с антисемитизмом я сталкивался постоянно и регулярно. И дразнили, и занижали оценки, и не смог поступить в тот вуз, который хотел. А вот скрывать, что я еврей, не приходилось никогда, да и бессмысленно это было, потому что звучная, необычная для славянского уха фамилия и пятая графа в паспорте всегда выдавали с головой. Тот факт, что я еврей, играл мне на руку разве что при коммуникации с евреями, и то лишь при СССР. Более того, бывало наоборот: жуликоватые евреи пытались втереться ко мне в доверие.

Я советский атеист. Тем не менее, помогаю пожилым прихожанам из общины и иногда захожу в синагогу на праздники. В Израиле я был несколько раз и убежден, что это потрясающая страна, где должен побывать каждый. Но живу я в Беларуси. Почему я должен жить в чужих странах? Мне хорошо дома.

(«Большой», 23.11.2016)

Ю. Зиссер: Любой еврей растёт в особых условиях, он должен всё время помнить о том, что он еврей, точнее, ему не дают забыть.

А. Баренцева: Вы сталкивались с обидными прозвищами?

Ю. З. Да, конечно, и продолжаю сталкиваться.

(из интервью 2018 г.)

Фрагменты интервью, данного в 2018 г. (опубликованы впервые в день смерти Ю. Зиссера)

Ю. Зиссер: Да, у меня рак. Это сейчас не печатайте – я просто не хочу, чтобы доходы TUT.by упали. Как про Стива Джобса объявили, что рак – и три года биржа суетилась, что теперь будет с акциями Apple. И акции рухнули. Я этого не хочу. Я уже третий год живу с этим диагнозом, всё время лечусь. Сейчас на лечении. Я два года не работаю в офисе – так, появляюсь периодически.

На меня сильно давили всё время. И продолжают давить – чтобы я им продал портал. И где-то за полгода до начала болезни я каждое утро начал просыпаться с мыслями: «Вот, уже пора и умирать». Потому что вот уже я всё сделал, я вырастил TUT.by, а тут меня посадят, начнут допрашивать, я что-нибудь не то скажу и скомпрометирую TUT.by – и лучше умереть. Я стал каждое утро с этой мыслью просыпаться. За несколько месяцев до кровотечения.

KYKY: А вы тогда не думали отойти от дел?

Ю. З.: А что это даст? Всё равно же как-то… Они лезли ко мне даже после этого. Через других. Они не вели беседы непосредственно со мной. Через коллег действовали… Это вы можете опубликовать, когда я умру. Но я надеюсь, еще протяну лет двадцать.

KYKY: Я тоже надеюсь.

Ю. З.: Но этого никто не знает. Потому что разновидность тяжелая. Это не рак груди или рак простаты, который вылечил – и на всю жизнь. Это тяжелая форма. Но тем не менее, меня хорошо лечат.

KYKY: В Беларуси?

Ю. З.: Пытался в Израиле, но это глупо. Здесь лучше.

KYKY: Почему?

Ю. З.: Потому что хронические заболевания нужно лечить дома. Или эмигрировать. Их нужно лечить в одном месте – важна преемственность. Ну и потом я на химиотерапии. Операцию – да, можно было за границей сделать, но мне ее прекрасно сделали здесь в лечкомиссии. Удалили полжелудка. Ну, две трети.

KYKY: И вам не хотелось эмигрировать?

Ю. З.: Нет – а как я брошу все здесь? Да и вообще не хочется эмигрировать. Что потом там делать? Зачем жить там?

KYKY: Расслабиться. Разве нет?

Ю. З.: Я не могу, для меня это дело жизни, я его не могу бросить. Не хочу, да у меня и жена не хочет уезжать, и я не хочу. Уезжать можно в 20 лет. Надо было уезжать. Ну, в 25. А в 58 лет уезжать – это глупость, потому что ты пророс здесь, и там у тебя никого нет. Ты, получается, один…

Летал я на отдельные обследования, консультации в Израиль. Ну я уже вижу все сильные и слабые стороны, могу предсказать, когда надо, а когда не надо уезжать.

Источник

Женя Чернявская (fb, 17.05.2020). Я не знала, что папа давал интервью «на потом»… Последние месяцы он жил так, как будто смерти нет, а до этого всю жизнь подходил к ней чисто прагматически.

Контекст существования в состоянии страха и того, что тебя всегда могут «вызвать на ковёр», что-то требовать сверху – это контекст нашей семьи. И сотрудников независимых СМИ в Беларуси, в первую очередь, TUT.BY. Неудивительно, что рак желудка – болезнь пожирающего себя изнутри человека, – постиг папу, который не мог делиться этим и громко во весь голос признаться. Когда каждый день тебя держат в состоянии напряжения, страха. Страха не только за себя и свою семью, но и за полтысячи сотрудников и их семьи, которые в случае чего могут остаться без работы… Это не может пройти бесследно.

Когда папа узнал, что это онкология, причем всерьез и надолго, он сказал: «они меня достали».

Редакция belisrael выражает соболезнование родным и близким Юрия Зиссера.

יהי זיכרו ברוך

Опубликовано 17.05.2020  21:42

ТРИ ЖЕНЩИНЫ, ТРИ МНЕНИЯ

На плато?

Беларусь выходит на плато по коронавирусной инфекции. Об этом, как передаёт агентство «Минск-Новости», заявила в эфире телеканала СТВ заместитель министра здравоохранения Елена Богдан.

Она подчеркнула, что в последние дни в республике выявляется примерно одинаковое количество заразившихся СOVID-19 – в среднем от 8,7 до 9,7% от числа проведённых в сутки тестов.

Также замминистра озвучила общее число заболевших и выздоровевших: с первого выявленного пациента на 14 мая общее число людей с подтверждённым коронавирусом составило 26772 человек. Из них выздоровели и выписаны из учреждений здравоохранения или закончили медицинское наблюдение 8168 пациентов.

Е. Богдан отметила, что на данный момент лекарства от коронавирусной инфекции не существует, однако для лечения пациентов с выявленным СOVID-19 используется комплекс разных препаратов, которые так или иначе подтвердили свою результативность в борьбе с новым вирусом. Это могут быть и лекарства против малярии, и средства для лечения ВИЧ-инфекции, и даже против артрита.

«Но неудачи есть. Мы анализируем каждую неудачу. И позвольте выразить слова соболезнования родственникам, родным ушедших пациентов, тех, кому мы искренне старались, но не смогли помочь… Мы начали использовать иммунную плазму. Мы благодарны людям, которые сами перенесли инфекцию, возможно, сами еще не восстановились после этой инфекции, но пришли и сдают плазму для того, чтобы она помогала пациентам, которые находятся в тяжелом состоянии», – сказала Е. Богдан.

(источники: сайты СТВ и газеты «Звязда»)

«Ждём лета в старых квартирах…»

Говорит Ирина Глинская, заместитель главного врача по эпидемиологии Республиканского центра гигиены, эпидемиологии и общественного здоровья (Беларусь):

Проблема дать точный прогноз всё-таки есть во всем мире… По нашему прогнозу, в целом, по республике мы полагаем, что к концу месяца, а в июне уже точно, мы выйдем на устойчивое снижение количества новых случаев.

Всё-таки большинство ученых мира полагают, что этот вирус будет вести себя как обычный респираторный вирус. Несмотря на то, что он впервые вышел в популяцию, то есть большинство из нас с ним ещё не сталкивались, но тем не менее мы полагаем, что определённые черты от респираторного вируса у него есть.

Второй момент. Как бы там ни было, летом уменьшаются те факторы, которые влияют на более высокую заболеваемость. То есть мы менее часто общаемся в тесных помещениях. Мы выходим на улицы. Если это кафе, то это всё-таки улица. Кто-то у нас уезжает на дачи, на открытый воздух. То есть те факторы риска, которые имеются для заболевания в холодный период времени, летом они сходят. Поэтому летом, несомненно, уровень заболеваемости будет снижаться.

(источник: сайт СТВ, 14.05.2020)

Шанс на свободу

Пишет Ирина Халип (15.05.2020, 7:36)

Не стоит обсуждать Шлёпкина и Пронькина

Граблями, как можно заметить, балуются не только белорусские чиновники, но и многие сограждане. Вот только вчера, казалось бы, говорили о том, как спасать родных и себя, волонтёрствовали, развозили по больницам средства индивидуальной защиты, и вдруг – хоп! – забыв про всё, сели за компьютеры и радостно забарабанили по клавишам, загомонили и заголосили, всерьёз обсуждая шансы кандидата Пронькина против кандидата Шлёпкина.

Опомнитесь, сограждане. Не поддавайтесь на очередную провокацию власти. Она того и хочет – чтобы все забыли про эпидемию и начали ломать копья на предмет обсуждения Шлёпкина и Пронькина. Не стоит этого делать. И не потому, что Шлёпкин и Пронькин чем-то плохи. Возможно, они вполне милые и умные люди. И если бы в Беларуси были честные выборы – сегодня у Лукашенко не было бы шансов. Его уничтожили бы в первом же туре и тракторист, и фермер, и блогер, и фитоняшка, и Кашпировский, и даже лошадиная задница. Если бы да кабы. А в реальности Лукашенко с Ермошиной уже радостно потирают руки и открывают шампанское. Праздновать им помогают и те, кто решил в этом участвовать, и те, кто тратит время на обсуждение личностей решивших. Только давайте уже обходиться без эзопова языка.

Мы все видим, что творит Лукашенко. Видим, как на глазах у всего мира он уничтожает собственный народ. Как создает очаги заражения своими извращёнными приказами. Как называет умерших «этими». И участвовать в выполнении очередного извращённого приказа, пусть даже с самыми что ни на есть благими намерениями, – это значит стать той самой старушкой («O sancta simplicitas!»), что из усердия подбрасывала хворост в костер, на котором сжигали Яна Гуса. Старушка эта так и не поняла, что была соучастницей убийства, но мы-то с вами в двадцать первом веке живем, образованными стали, интернетом пользуемся. Неужто весь этот научно-технический прогресс был напрасен, и те старушки с хворостом ещё не перевелись?

Именно они будут участвовать в аутодафе белорусского народа, бродя по квартирам в поисках подписей, заражаясь и заражая других. Вернее, «соучаствовать». Никто ведь уже не спорит с тем, что Лукашенко совершает преступление? Значит, все, кто согласился, – соучастники. Принцип прост: те, кто за людей, в продолжении парада и субботника участвовать не будут. На этом тему «президентских выборов» можно закрывать.

Впрочем, еще кое-что. Я уже слышала вопросы: «Так что, бойкот? Игнор? Это ведь ни к чему не приведет в нашей ситуации. «Выборы», конечно, тоже ни к чему не приведут. Но как же Площадь?!» Так вот, давайте наконец разорвем этот порочный круг «президентские выборы-Площадь», в который мы сами себя загнали. Мы ведём себя так, будто портал в свободный мир открывается лишь раз в пять лет, как окно в Париж в старом фильме. Там, правда, раз в сто лет открывался, зато получается, что у белорусов шанс на свободу появляется даже реже, чем Олимпийские игры.

А почему, собственно? Почему даже день протеста назначает нам Лукашенко? А в остальные дни у нас, что ли, отсутствует жажда свободы? Она к нам приходит раз в пятилетку? Конечно, нет. Просто нужно выйти наконец из этого круга и признать, что это очень удобно, когда Лукашенко придумывает дату выхода на Площадь, а вовсе не мы сами. Принимать решения всегда гораздо труднее, чем выполнять чьи-то чужие. Счастье – это отсутствие вариантов.

Но без принятия самостоятельных решений ничего и не получится. Лукашенко с Ермошиной думают, что они уже всех перехитрили. Назначили «выборы» в блокадном Ленинграде, отказались от наблюдателей, пообещали спойлерам самолично пририсовать недостающие подписи. Знают, что эпидемия не закончится к августу, а пока она не закончится, уличные акции могут стать очагом заражения похлеще парада, так что ни один нормальный человек к этому не призовет. Они надеются, что круглосуточно вопящие сирены «Скорых» на улицах наших городов заглушат и прикроют их преступления. Пора с этим заканчивать.

Настоящий день выборов – сегодня, сейчас, сию минуту. Точнее, день выбора. Стать соучастником преступления – или хорошо подготовиться к наказанию преступника. Распылиться – или сохранить себя. Увязнуть в бессмысленных размышлениях на тему, идти или не идти на площадь 9 августа, – или самим назначить дату Площади. Признать поражение – или победить. Решайте скорее. День выбора – уже сегодня.

Ирина Халип (Charter97.org)

В Беларуси, где с января 2018 г. действует блокировка «Хартии», статья доступна по адресу: https://amp-charter97-org.cdn.ampproject.org/c/s/amp.charter97.org/ru/news/2020/5/15/376487/

Cлева направо: Е. Богдан, И. Глинская, И. Халип

От belisrael.info. Наш сайт всегда открыт для разных (но корректно выраженных!) мнений. Есть и такое, от руководителя ассоциации медицинских центров Израиля МЕDES Романа Гольдмана: «Экономика восстановится – медленно, может, не сразу. А мёртвых не оживишь. Много спорят про модели. Так вот, единственная сработавшая модель – жёсткий карантин, маски, дистанция, тотальный запрет на передвижение. Шведская модель, увы, не сработала – у них погибших больше, чем выздоровевших (на сегодня в Швеции 3529 умерших с COVID-19, а выздоровевших 4971 – belisrael). Про белорусскую модель даже писать не хочется, нет цензурных слов… Те, кто опоздал – Россия, США – сейчас только проходят пик… Может быть, будет вторая волна, может, повезет и проскочим. Врачи говорят: опасность сохраняется до тех пор, пока не выработается массовый иммунитет или не придумают вакцину. Но массовый иммунитет – это не менее 60% переболевших. Представьте, что, если взять из этого количества 5% тяжелых, никакая система здравоохранения их не переварит. Это не считая смертности от обычных инфарктов, инсультов и т.д., которая сразу подскочит на порядок из-за отсутствия помощи и боязни людей обращаться в больницы. Такие случаи тоже были. В “Ихилов” привезли мужчину с тяжелейшим инфарктом, кое-как вытащили с того света. Оказалось, неделю ходил с болями в груди, но обращаться в приемный покой не хотел. Поэтому и нужен карантин, дистанция, маски и закрытые границы. Друзья мои, мы столкнулись с тем, с чем не сталкивались уже 100 лет. В планетарном масштабе мы еще в эпицентре урагана. Как справедливо заметил доктор, с которым я беседовал: это середина начала» (выделено нами).

Хотелось бы доверять прогнозам «утешительниц», но, как уже справедливо отмечали, предыдущие предсказания от милых дам из белорусского минздрава (не говоря уже о «главном вирусологе» из Дроздов) не очень-то сбывались: «14 апреля замминистра заявила: “Ситуация по регистрации от 300 до 400 случаев COVID-19 в сутки продлится еще две-три недели”. Имелось в виду, что роста от этого уровня не будет, а на стыке апреля и мая начнется спад. Однако уже 15 апреля было +447, 17-го – +575, а спустя две недели – +919». 18 апреля начальница г-жи Глинской, главный санитарный врач Беларуси Наталья Жукова рассуждала: «Есть предпосылки предполагать, что заболеваемость должна снижаться в ближайшие три-четыре недели». Но заканчивается четвёртая неделя с момента её рассуждений, а число выявленных случаев COVID-19 за день колеблется между 900 и 1000 (сегодня было объявлено о 958 новых случаях). Да и то, что выздоровела и выписана лишь неполная треть от заразившихся, вряд ли внушает оптимизм (в частности, хватит ли той иммунной плазмы, о которой упоминала г-жа Богдан?) Известное дело, в России, Украине и в той же Швеции доля поправившихся сейчас ещё меньшая, но…

В Беларуси и Израиле эпидемия COVID-19 стартовала примерно в одно время, т. е. в конце февраля. В обеих странах давно имеются немалые проблемы в сфере здравоохранения (особенно массового), и далеко не все медучреждения были готовы к приёму инфицированных, тем не менее доля выздоровевших в Израиле на сегодня – три четверти (12587 из 16589). Может быть, руководству белорусского минздрава следовало бы меньше «слушать батьку» и кивать на недостатки в других странах, а присмотреться к израильскому опыту в части лечения?

Мы не намерены называть кого-либо преступником до приговора суда, вступившего в законную силу. Всё же мнение И. Халип довольно характерно, и мы посчитали нужным познакомить с ним читателей. Будем надеяться, что «преступник» – это метафора или гипербола, как и «блокадный Ленинград», на который Беларусь, по нашим сведениям, не очень похожа.

Опубликовано 15.05.2020  18:18

В. Рубінчык. Не да катлет з мухамі

І ўсё-такі шалом! Карціць скончыць сваю даўно задуманую кніжку № 9, але без набегаў на публічныя бібліятэкі справа гэта праблематычная – у інтэрнэце ё далёка не ўсе выданні 1920–30-х гадоў. Наогул цяжка будаваць планы, пакуль штодня колькасць невылекаваных хворых COVID-19 у Беларусі прырастае сотнямі. Таму – зноў назіранні за бягучымі «буйніцамі і драбніцамі» (пазычаю выраз у мастака Андрэя Дубініна, які ў 2018 г. назваў свой артыкул акурат «Буйніцы і драбніцы»).

Тутака прыводзіў я табліцу; з яе вынікае, што ў апошнюю дэкаду красавіка былі дні, калі згаданы прырост складаў 400–500 чалавек. На другое мая, паводле афіцыйнай статыстыкі, розніца паміж захварэлымі і ачунялымі за папярэдні дзень сягала 812 чалавек, на трэцяе – 798, на чацвёртае – 723, на пятае – 349. Разважаючы абстрактна, такое зніжэнне можа быць падставай для асцярожнага аптымізму, аднак доктаркам/дактарам, медсёстрам/медбратам, фельчаркам/фельчарам, каторыя на перадавой – і нясуць страты – ад яго зараз наўрад ці лягчэй.

Бадай усе людскія рэзервы ўжо мабілізаваны; лік медработнікаў у краіне не можа расці на сотні (і нават на дзясяткі) за дзень. Гэта якіх-небудзь намеснікаў па ідэалогіі можна падрыхтаваць на тыднёвых курсах, між тым нават сярэдні медычны персанал рыхтуецца цягам многіх месяцаў. А тут яшчэ звальненне галоўнага ўрача віцебскай бальніцы хуткай дапамогі Сяргея Лазара – без тлумачэння.

С. Лазар. Фота з адкрытых крыніц

Ёсць думка, што чалавека, злёгку нават падобнага да Лукашэнкі (!), наважыліся выкінуць з працы, каб іншыя начальнікі бальніц на фоне эпідэміі баяліся пушчаць «нячэсныя» CМІ да сваіх падначаленых. Вопытны ўрач-рэаніматолаг Раман Антоненка, які сам падхапіў COVID-19, у канцы красавіка сказаў для tut.by «лішняе» (з гледзішча тых самых ідэолагаў): «Вірус распаўсюджваецца па краіне… Шмат хворых на пнеўманію, і сярод іх не толькі пажылыя. Ёсць і 30-гадовыя без шкодных звычак… Каб гэта спыніць, патрэбны неардынарныя захады, адной самаізаляцыяй тут ужо не дапаможаш… Я не ведаю: або ў вышэйшай улады мала добрых дарадцаў па медыцыне, або да іх не прыслухоўваюцца».

Абвяржэнне ад міністэрства аховы здароўя РБ – маўляў, няма сувязі паміж публікацыяй на тутбаі і звальненнем Лазара – трошкі не пераконвае. Міністэрства ўжо не раз лавілi на хітрыках і недагаворках, не кажучы пра сумнеўнай вартасці прагнозы. Cёння ў абласным аддзеле міністэрыі паабяцалі, што зволены застанецца ў медыцыне… паглядзім. Спадзяваймася, не на пасадзе санітара.

31 сакавіка, у дзень, калі Галоўны Клюшкар аб’явіў пра «дасягненне піку» захворвальнасці згодна з яго, клюшкара, адчуваннямі, на Беларусі было 152 інфікаваных, каля 40 ачунялых і 1 памерлы, у Ізраілі – 4831 інфікаваны, 163 ачунялых і 17 памерлых. На 05.05.2020 Беларусь абагнала Ізраіль паводле першага паказчыка (18350 супраць 16237) i моцна адстала паводле другога (3771 супраць 10223). Праўда, памерлых у Беларусі покуль меней (107 супраць 237), але разрыў скараціўся… і, на жаль, будзе скарачацца далей – улічваючы, што звыш 200 пацыентаў у РБ знаходзяцца пад апаратамі штучнай вентыляцыі лёгкіх (у Ізраілі – толькі 66).

З абмежавальнымі захадамі, што каштавалі Ізраілю вялікіх грошай, таксама не ўсе ўрадоўцы згаджаліся, да таго ж ізраільцы – не самы дысцыплінаваны народ, аднак… тыдні за чатыры ўдалося пераламіць сітуацыю да лепшага. А скнары, для якіх «эканоміка галоўнае» і «важна не страціць рынкі», плаціцьмуць двойчы (зрэшты, ужо плацяць).

«Комс. правда в Бел.», 05.05.2020. Паводле «мэра» (у Мінску няма мэра, ёсць старшыня выканкама, якога паставіў «на горад» вышэйшы адміністратар), у выпадку каранціна з 1 сакавіка «мы» мелі б не 102% валавага прадукта, а 92% – ужосъ!

Але, як у незабыўнага Мендэле, «не тое хацеў я сказаць». Лупцуй не лупцуй «бюракратаў», у тым ліку і боса іхняга, апантанага суботнікамі, вайсковымі дэфіле ды «чысткай капытоў», відочнага плёну ў бліжэйшы час не будзе. Словы ў савецкай і постсавецкай Беларусі настолькі часта разыходзіліся са справамі, што абясцэніліся ўшчэнт – якая тут «парэсія», у нашых палестынах і для палітычнай сатыры прасторы малавата… Каб суцішыць тых, каторыя равуць «кароль голы», практыкуюцца ўніверсальныя адказы: «Спярша самі станьце каралём» або «вы яму проста зайздросціце». Як ні дзіўна, у 99% выпадкаў гэткія «досціпы» спрацоўваюць.

Дзевяностагадовы юбілей таленавітага Мая Данцыга (1930–2017) ў канцы красавіка сціпла адзначыла, як раней бы сказалі, «шырокая грамадскасць». З’явіліся новыя артыкулы, фільмы… Планавалася чарговая выстава ў Нацыянальным мастацкім музеі, ды праз эпідэмію яе адклалі. Затое выклалі ў сеціва відэазапіс, дзе супрацоўніца музея, мастацтвазнаўца Н. Сяліцкая, распавядае пра М. Данцыга. Усё б нічога, ды ў апошні час мастак паціху-патроху падганяецца пад чыесьці «хацелкі». Выпадак з Халоднай сінагогай, будынак якой Май Вольфавіч намаляваў на сваёй карціне 1972 г. нібы на знак пратэсту супраць разбурэння старога Мінска, я ўжо згадваў. Пра тое, што гэтая карціна не раздражняла ўлады, сведчыць, дарэчы, і наданне яе аўтару ў 1973 г. звання «Заслужаны дзеяч мастацтваў БССР».

«Данцыг ніколі не рабіў папярэдніх малюнкаў, эскізаў…», – смела заяўляе Наталля Сяліцкая (4:23). Ну, такое… Амаль адначасна выйшаў артыкул Ганны Вашчынчук, дзе дадаткам відаць якраз папярэднія малюнкі і эскізы Данцыга 🙂

«Май Вольфавіч Данцыг быў чалавекам з неверагодным пачуццём гумару…» (8:16). За сем гадоў зносінаў «неверагоднага пачуцця», на жаль, не заўважыў. Папраўдзе, творца быў не абы-якім эгацэнтрыкам, а такія з гумарам зазвычай не сябруюць. Дамінантай яго паводзінаў было падгрэсці пад сябе як мага болей усяго (рэсурсаў, улады), што, між іншым, пункцірна пазначана ў Адама Глобуса (2005). Не кажу, што эгацэнтрызм – заўжды кепска, але… на мой густ, мастак адносіўся да сябе задужа сур’ёзна. Разам з тым ён умеў пасміхацца і па-свойму жартаваць – «з пазіцыі сілы». Ну і, вядома, летуценіць: «Я ніколі не пісаў правадыроў, не здраджваў сваім прынцыпам» (2009); «Халтуру і я рабіў: пісаў партрэты Сталіна на нашым камбінаце мастацкім, але я не затрымаўся ў гэтым стане, тое было эпізодам» (2015).

М. Данцыг, партрэты А. Касыгіна і М. Суслава, сярэдзіна 1970-х. Хіба не халтура, а «покліч душы» 🙂

Знаёмы чытачам belisrael.info літаратар Зміцер Дзядзенка 24.04.2020 так адкаментаваў лагатып дрыбінскай раённай газеты: «Мазаічная псіхапатыя перыяду лукашызму. Назва “Савецкая вёска” спакойна суседзіць з магдэбургскім гербам».

З сайта dribin.by

Разумею пачуцці Змітра, але… не абавязкова гэткае суседства – праява «мазаічнай псіхапатыі». Аксюмараны, спалучэнне неспалучальнага характэрныя для самых розных краін/часоў; менавіта яны, як правіла, і ствараюць камічны эфект («Мешчанін у дваранах», «Пінская шляхта»…) Барадатая показка «або крыжык здыміце, або трусы надзеньце» – пра тое самае.

Тое, што асобныя прэзідэнты (nomina odiosa) паводзяць сябе «не па чыну», а як распешчаныя манархі, з’яўляецца невычэрпнай крыніцай для жартаў, але ж і значна больш сур’ёзнай праблемай, чым пастаўленыя побач «магдэбургскі» герб і назва з мінулага стагоддзя. Во ўзгадалася, што ў Шчучыне касцёл стаіць на вуліцы Савецкай, а ў Мінску музей Міхаіла Савіцкага (той яшчэ быў «аматар яўрэйшчыны»…) часцяком экспануе творцаў-яўрэяў, і нічога… Можа, тут і хаваецца славутая сярмяжная праўда «тутэйшая талерантнасць»? 🙂

Насамрэч усё мае свае межы, і, напрыклад, сабаччо на могілках (нават зачыненых) я, адрозна ад «прагрэсіўнай» журналіздкі Сашы Р-й, не гатовы талераваць…

Слушная пазнака на агароджы брацкіх могілак, дзе пахаваны ўдзельнікі Першай сусветнай, рог вул. В. Харужай і Чарвякова ў Мінску. Не бачыў падобных пазнак вакол «Яўрэйскага мемарыяльнага парка» па вул. Калектарнай/Сухой, дзе да 1970-х гадоў былі яўрэйскія могілкі (у канцы 1980-х, як распавядаў Якаў Гутман, пляцоўку збіраліся забудаваць, што канчаткова сцерла б пра іх памяць, а так… хоць асобныя магільныя пліты захаваліся).

Cабака пісьменніка К–ды гойсае па плітах (фота 2015 г., гл. тут)

Надвор’е апошняга тыдня спрыяла шпацырам… Накоратка вярнуся да тэмы, якая турбавала летась, аднак адышла на задні план у пачатку 2020 г. – мінская тапаніміка, афармленне шыльдаў з назовамі вуліц. Пагатоў што тыдні з тры таму дызайнер Ігнат Плотнікаў выступіў з ідэяй візуальнай уніфікацыі тых аншлагаў (на свой капыл; адчуваецца натхненне «чалябінскім варыянтам» Іллі Бірмана).

Я не тое каб супраць такіх колераў, але з большай прыемнасцю акцэптаваў бы шыльды, дзе літары й лічбы крочаць «белым па зялёным»… Ці «белым па сінім», як тут:

Ды больш істотна для мяне – каб адваявана было месца для беларускай мовы. У жніўні-верасні 2019 г. звяртаў увагу на адсутнасць яе пры афармленні шэрагу шыльдаў; за паўгода наўрад ці многае ў Мінску змянілася да лепшага. Што ілюструюць і «Нововиленская», і «Каховская», і гэта:

 

Трэба прызнаць, на вул. Пархоменкi, 3 дошка з партрэтам героя выканана па-беларуску… I на доме № 17 па Кахоўскай з другога боку з’явіўся беларускамоўны аншлаг.

Прыкра, што адсутнічае белмова на гімназіі, дзе некалі (у 1990 г.) вучыўся 🙁

Тэксту на гімназічнай шыльдзе не відаць, ды паверце: там «Государственное учреждение образования», etc.

Аднак і беларуская мова, зразумела, не панацэя ад бесталкоўшчыны.

Гэтая таблічка на вул. Шчадрына, 90, з гібрыдам «Шчадрына» і «Скарыны» (=«Шчадрыны»), вісіць шмат год… ¯\_(ツ)_/¯

Тут, ля прыпынку «Кіеўскі сквер», бачым ваганне «зацікаўленых асоб», якую версію выбраць. Дапраўды, «Смаргоўскі» тракт або «Сморгаўскі»? Знянацку не кожны адкажа… Дэ-юрэ тракт і некалькі завулкаў побач з ім усё-такі «Смаргоўскія». Назва зафіксаваная ў «Приложении к решению Минского городского Совета депутатов от 26.10.12 № 259» – спісе элементаў вулічна-дарожнай сеткі горада Мінска. Яна паходзіць ад колішняга ўрочышча Смаргоўка…

Выходзіць, летась я памыляўся, калі следам за С. Харэўскім прасоўваў варыянт «Сморгаўскі» (трэ’ было арыентавацца на больш аўтарытэтнага знаўцу мінскай тапанімікі – гісторыка Івана Сацукевіча). Зрэшты, не адзін я такі шлімазл; «Сморгаўскі завулак» выкарыстоўваецца нават у дыпламатычным даведніку міністэрства замежных спраў РБ (2020; гл. с. 12). Дарэчы, там на с. 11 усплывае i «вул. Сабінава» – слушна «Собінава».

А нехта (не блытаць з блогерам Nexta) верыць, што назва «Смаргоўскі» – ад Смаргоні 🙂

Во яшчэ кур’ёз: пэўна, летась пад «Еўрапейскія гульні» і/або перапіс насельніцтва ўрад падкінуў грошай камунальнікам, і тыя прымудрыліся павесіць новыя шыльды там, дзе дубляванне адно рассейвае ўвагу… Як бы ні было, вешаючы новыя, варта было зняць старыя, дзе назоў вуліцы імя Паліны АсіпенкА пададзены з памылкай. Кур’ёзна, што і ў згаданым «спісе элементаў» 2012 г. фігуруе «вул. Асіпенкі». Але Мінгарсавет не меў паўнамоцтваў мяняць правапіс беларускай мовы.

Як скланяюцца жаночыя і мужчынскія прозвішчы на «-нка», было патлумачана ў 2014 г. ва ўрадавай газеце са спасылкай на экспертаў. Багата дзе ўсё напісана як мае быць… Разам з тым колькі аншлагаў на гэтай вуліцы Мінска – фактычна адной з цэнтральных – дагэтуль нясуць на сабе сляды непавагі да граматыкі.

Мазаічная псіхапатыя? Пры ўсёй павазе да Змітра, я так не думаю. Хутчэй – суцэльная апатыя…

Прагулка па «Арлоўцы» амаль непазбежна вядзе ў Кіеўскі сквер. У 1980-я і нават у «ліхія» 1990-я гады тут блішчэлі пазнакі, што сквер закладзены ў такім-та годзе такімі-та людзьмі ў гонар горада-героя Кіева…

Цяпер алея & камень – голыя; металічныя пліты даўно скрадзены або дэмантаваны. Аднавіць іх у век краўдфандынгу, бадай, рэальна, i «мытня дала б дабро» (гэта ж не шыльда ў гонар БНР, якую ў сакавіку Мінгарвыканкам чарговы раз не дазволіў павесіць на вул. Валадарскага). Але ж перапісвацца з чыноўнікамі мне паднадакучыла – мо такі вярнуся да кнігі.

Вольф Рубінчык, г. Мінск

wrubinchyk[at]gmail.com

05.05.2020

Апублiкавана 05.05.2020  22:26

Водгук

Наконт «асобныя прэзідэнты… паводзяць сябе “не па чыну”, а як распешчаныя манархі» яшчэ класік трапна сказаў: «Няма горш, як з хама пана, a з дзярма пірага.»

Неяк прыйшло да галавы смелае параўнанне. Некаторыя беларусы — тыя, што ў гета — гэта як габрэі гадоў 150 таму на той самай тэрыторыі. А мовы размяркоўваюцца так:

Тое, чым быў у іх тады ідыш — адпавядае зараз рускай у беларусаў. Ведаем кепска (бачна па чатах), ужываем у побыце, хоць і крыху саромеемся, але, напрыклад, у мяне, дзіцяці менскай ускраіны 70-х — руская фактычна была засвоена першай, як ні круці.

Іўрыт — беларуская (сакральная, ведаюць не ўсе, у побыце размаўляюць рэдка, альбо размаўляюць у адмысловым асяроддзі).

Руская ў гэбраяў тады — ангельская ў беларусаў цяпер (каб выйсці з гета ў шырокі свет).

Ясна, што тут вялікая нацяжка, але, можа, вам мая хохма спадабаецца.

Віктар Сяргейчык (г. Мінск)   07.05.2020  14:21

ПОДБОРКА ОБ ИВЬЕВСКИХ ЕВРЕЯХ

*

От ред. Первый из нижеследующих текстов долгое время лежал в архиве нашего постоянного автора Юрия Тепера. В октябре c. г. Ю. Тепер рассказывал об И. Захаревиче, своём товарище по гексашахматным турнирам, выходце из Ивья: «Он собирал исторические материалы, в том числе и по истории местных евреев. Может, как-нибудь покажу… его записи, хотя расшифровать их непросто».

Мы взяли на себя труд расшифровать записи, относящиеся, вероятно, к рубежу 1980-90-х гг., и приискали им заголовок. В то время ещё нередко применялось клише: «люди (жители) еврейской национальности». Впрочем, очерк по-своему интересен, так что будем рады, если автор откликнется на публикацию и лично примет нашу благодарность.

Следом за давними записями предлагаем вниманию читателей более новый текст о евреях Ивья, взятый из книги 2010-х годов. Итак…

*

Ивье и «люди еврейской национальности»

Ивье – старинный посёлок (в 2000 г. получил статус города – belisrael) в Беларуси. Первое упоминание о нём относится к 1520–1538 гг. В это время местечко входило в Великое княжество Литовское. Издавна на территории посёлка проживали русские, белорусы, татары, евреи и люди многих других национальностей.

Согласно архивным данным, первое упоминание о евреях в Ивье было в 1626 г. на Брестском сейме шляхты. Еврейскую общину на сейме представлял Мейше Ивьевский. В 1800 г. в Ивье было 545 жителей еврейской национальности, а в конце ХIХ в. – примерно 1650. Евреи составляли 42% всего населения местечка. Перепись 1938 г. даёт нам другие данные. Еврейское население составляло уже 76%.

Во времена Великого княжества Литовского все жители Ивья развивались в силу своих способностей и возможностей. Евреи и татары занимались земледелием, торговлей, ремёслами. Однако они не имели политических свобод, не избирались в сейм и не могли руководить территориальными единицами.

На начало ХХ века в местечке была одна большая деревянная синагога, но в 1929 г. после пожара её не стало. Позже были построены три новых.

После III раздела Речи Посполитой Ивье вошло в состав Российской империи. В это время евреев начали изгонять из деревень, а ранее они жили почти в каждой окрестной деревне. Так, в Борисовке было 23 дома, в семнадцати из них жили евреи. Их основным занятием было земледелие. В Бакштах было 4 еврейских семьи, в Николаево и Барово – 14, Купровичах – 9. Проживали евреи в Морино, Мишуковичах, Дудах, Красовщине. Были в округе и традиционно еврейские местечки – Субботники, Трабы, Липнишки. Евреям запрещалось продавать землю, им не разрешалось селиться в городах. Поэтому они вынуждены были проживать в местечках. Тут они находили себе работу, которой зарабатывали на хлеб. Евреи были портными, сапожниками, кузнецами. Занимались они и торговлей. В основном это были мелкие лавочки, но были и богатые. Большинство жителей еврейской национальности имели свой земельный участок и домашний скот. Этим они поддерживали жизнь своих семей. До 1939 г. на территории современного Ивьевского района проживало приблизительно 4300 евреев.

Недалеко от Ивья (2 км) находится деревня Стоневичи. Здесь в годы II мировой войны гитлеровцы уничтожили 2524 евреев. Всего же за годы II мировой войны погибло 4227 человек, 1703 были вывезены в Борисовское гетто и в Освенцим, и там уничтожены…

Иван Захаревич

ИВЬЕ (публикуется в сокращении по книге, изданной в 2017 г.)

Начало. Ивье известно в письменных источниках с первой половины XV в. как великокняжеский двор. В XVI в. Ивье было единственным из центров арианизма, существовала здесь типография и арианская школа…

В 1634 г. местечко состояло из Рынка, 3 улиц, 180 дворов. Войны середины XVII в. привели к резкому уменьшению населения: по инвентарю 1685 г. в Ивье числится заселенных дворов – 91, татарских домов в пригороде – 8.

С 1795 г. Ивьевщина оказалась в составе Российской империи. Ивье стало центром волости Ошмянского уезда Виленской губернии.

По сведениям 1864 г. в Ивье проводилось 7 ярмарок в год: 1 января, 2 февраля, 28 мая, 18 июня, 29 сентября, 1 ноября, 11 ноября. Еженедельные торги и базары: с 29 июня по 29 сентября по воскресеньям, с 29 сентября по 29 июня – по средам. Специализировались ивьевские ярмарки, главным образом, на продаже скота… В 1897 г. Ивье насчитывало 2828 жителей, 387 дворов, костел, часовню, синагогу, 3 еврейских молитвенных дома, мечеть, народное училище, аптеку, мельницу, 17 лавок, 4 корчмы. Ярмарки проводились 5 раз в год.

Здесь издавна живут татары, есть мечеть, построенная в 1884 г.

Евреи из Ивья. Первые сведения о евреях в Ивье встречаются в инвентаре 1685 года. Из 61 двора в 9 проживали евреи. Среди лиц Моисеевого вероисповедания были записаны: Исраиль, Иухим Шмайлевич, Иехиель Гошкевич, Абрам Мордухоевич, Шапшай, Гошко, Лейзер, Пейзель, Гиршель. Жили они на улице Новогрудской, которая переходила в Рынок.

Многие евреи занимались ремеслами. Среди них были портные, сапожники, кузнецы, плотники и канатники. Ремесленное управление Ивья в середине XIX в. возглавляли Янкель Зоселиович (портной), Нахим Гинзбург (кузнец), Шмая Блох (сапожник). Популярным занятием евреев был «питейный» промысел – производство и продажа алкоголя. По сведениям 1866 г. в местечке было 10 шинков и 4 корчмы. Некоторые ивьевские евреи пытались найти свою нишу в промышленном производстве. Янкель Левин, например, открыл в 1889 г. спичечную фабрику. Евреи были заняты в сфере медицины. В конце XIX в. вольнопрактикующим врачом был Лейба Флаум, а Ария Боярский занимался аптечным магазином.

Воспоминания Иегуды Лейба Блоха свидетельствуют о бедности, которую познало всё еврейское население Ивья:

«В моей памяти запечатлелись рассказы о страшной нищете, в которой жили тогда евреи. Почти все благодарили Бога за то, что у них есть кусок хлеба и пару картофелин. Мой отец рассказал историю о том, что когда он был мальчиком и один раз шел домой из хедера со своими друзьями во время Хануки, то увидел, как из везущей картофель телеги упало несколько картофелин. Ребята положили мерзлый, наполовину испорченный картофель в карманы, и радости в домах не было края, так как появилась возможность приготовить свежий картофель. Зимой дома не отапливались, так как мало кто мог позволить себе «роскошь» покупать дрова. Целый год они носили одни и те же, постоянно перешиваемые тряпки. Глубокая вера давала силы для тяжелых условий жизни. Люди были бедны, но не несчастны» (по «Книге памяти общины Ивье» – «Sefer zikaron li-kehilat Ivye», Тель-Авив, 1968).

Перед Второй мировой войной в местечке работала семилетняя школа «Тарбут», преподавание в которой велось на иврите. Еврейские и татарские дети учились в польской семилетней школе. Евреи Ивья имели свой театр и футбольную команду.

В центре города была синагога, построенная в XVIII в., а неподалеку, в западном направлении, находилось старое еврейское кладбище. Здания синагогального ансамбля уцелели до наших дней.

Выдающиеся люди. В Ивье родился Хаим Озер Гродзенский (1863–1940) – галахист, религиозный и общественный деятель, духовный лидер литовского ортодоксального еврейства, главный (неофициальный) раввин Вильнюса. Его именем названа центральная улица израильского города Петах-Тиква.

Ул. Хаим Озер. Фото В. Рубинчика (июль 2017 г.)  С 2019 г. площадь с фонтаном носит имя Д. Трампа – belisrael

Среди известных уроженцев местечка также Шахно Эпштейн (1881–1945) – общественный деятель, публицист и литературовед. Был главным редактором харьковского журнала «Ди ройте велт» (идиш – «Красный мир»). В 1942–1945 гг. служил ответственным секретарем в Еврейском антифашистском комитете.

Вторая мировая война и Холокост. В сентябре 1939 г. Ивье вошло в состав БССР (формально это произошло несколько позже; в октябре 1939 г. Верховный Совет БССР постановил принять Западную Белоруссию в состав БССР, а 02.11.1939 присоединение было утверждено законом СССР – belisrael). С 29 июня 1941 г. до 7 июля 1944 г. Ивьевщина была оккупирована немцами. В феврале 1942 г. в городе было создано гетто, в которое было переселено 3 тыс. человек. Акцию по уничтожению в Ивье провели 12 мая 1942 г. После войны при вскрытии массового захоронения в окрестностях дер. Стоневичи на южной опушке леса были обнаружены тела 2524 человек. Судьба остальных неизвестна.

Четыре семьи из Ивьевского района были удостоены почетного звания «Праведник народов мира».

Следы присутствия. Из ивьевского синагогального комплекса сохранились два здания (ул. 1 Мая, дома 9, 11), в одном из которых сейчас размещается детская спортивная школа.

Здание синагоги в прежние и новые времена (источник: ivyenews.by, 2015 г.)

Уцелевшая еврейская застройка конца XIX – начала XX века представлена домами по ул. К. Маркса, 1 Мая, на Комсомольской площади. На одном из них сохранился фрагмент надписи на иврите с годом строительства по григорианскому календарю (1929 г.).

От еврейского кладбища в Ивье почти ничего не осталось, кроме фрагментов каменной ограды, а территория кладбища была частично застроена.

На братской могиле узников гетто, убитых вблизи дер. Стоневичи, в 1957 г. была установлена стела. Ежегодно 12 мая в Стоневичском лесу проводится День памяти еврейской общины Ивья и звучит поминальная молитва. В 1989 г. там был открыт мемориал, на котором выбиты слова поэта Арона Вергелиса. В 1994 г. на этом месте был поставлен спектакль американской балериной, хореографом и режиссёром Тамар Рогофф, дедушка которой выехал из Ивья в 1911 году.

Корни. После войны в Ивье проживали шесть еврейских семей. В одной из них выросла Тамара Бородач (Кощер), которая в течение многих лет была директором школы в городе Лида, а сейчас она проживает в Израиле. Она является автором международного проекта «Корни» и организует для евреев родом из Беларуси поездки в те места, где они жили, где погибли их семьи. В экспедициях, организованных в течение 25 лет в рамках проекта «Корни», приняли участие 2,5 тыс. людей…

В 2012 году был открыт памятник в честь дружбы и единства конфессий Ивьевщины – католиков, православных, мусульман и евреев.

Вид памятника с «иудейской» стороны (источник – ctv.by)

В городе также действует Музей национальных культур, единственный в Республике Беларусь тип музея, постоянная экспозиция которого посвящена истории и культуре многонационального города. Один из залов музея рассказывает об еврейской культуре.

Текст об Ивье для книги «Маршруты по штетлам» готовили

Инна Соркина и Тамара Вершицкая

Фото старого Ивья и дополнительную информацию можно найти здесь

Опубликовано 15.11.2019  13:51

Выстава пра Курапаты адкрыта зноў!

Учора, 13 лістапада, як бы ў процівагу (а хутчэй, у пандан) Міжнароднаму дню сляпых, у цэнтры Мінска распачала працу трэцяя, пашыраная выстава «Праўда пра Курапаты». У якасці саарганізатараў выступілі Беларускі саюз мастакоў – уласна, усё адбываецца на яго пляцоўцы, у Палацы мастацтва – творчая суполка БСМ «Пагоня» і грамадская ініцыятыва «Эксперты ў абарону Курапатаў».

З каардынатарам названай ініцыятывы Маратам Гаравым знаёмы даўно – ён аўтарытэтны журналіст, яго тэксты часам публікаваліся і на belisrael.info. Перад адкрыццём атрымаў ад яго кнігу, урыўкі з якой будуць прадстаўлены крыху ніжэй…

М. Г. выступаў з прамовай – паслухаць ягоны голас можна тут. Акцэнтаваў тое, што архівы зараз не даюць поўнай карціны падзей, варта браць пад увагу народную памяць. Радаваўся, што выстава пашырылася, i цяпер у ёй ужо каля 50 мастацкіх твораў. Да жывапісцаў далучаюцца скульптары, мастакі-графікі.

Выступіў таксама Уладзімір Арлоў – чытаў нарыс пра Міхася Зарэцкага (1901–1937) са сваёй кнігі «Імёны Свабоды». Казалі свае словы мастакі Алесь Марачкін і яго сын Ігар, іншыя людзі, якія дапамагаюць захаванню памяці пра месца расстрэлу тысяч людзей. Гралі ды спявалі лірнікі. Архітэктарка Юлія Сабалеўская – беларуска, якая атабарылася ў Польшчы – коратка прэзентавала свой праект трохпавярховага Цэнтра нацыянальнай памяці ў Курапатах. Тым, хто заслужыў, былі ўручаны дыпломы.

Ул. Арлоў (справа) паказвае М. Гаравому сваю кнігу. Злева – паэтэса Валянціна Аксак, жонка Арлова. На сценах – творы нябожчыка Арлена Кашкурэвіча (у Палацы мастацтва ладзіцца адначасова некалькі экспазіцый).

Сярод слухачоў гайсаў Павел Севярынец, і нават вёў стрым (!) З палітыкаў, дзейных і адстаўных, прыйшлі на адкрыццё таксама Алесь Бяляцкі, Вінцук Вячорка, Вячаслаў Сіўчык…

Злева – гледачы цікавяцца трыпцiхам Андрэя Дубініна; справа – праца Алеся Марачкіна «Навала-2», прысвечаная абароне Курапатаў ад «рэстарацыі Зайдэса» (на карціне можна адшукаць і П. Севярынца са сцягам)

А. Дубінін – не толькі мастак, а і дасведчаны педагог-мастацтвазнавец. Ён даў паясненні да свайго трыпціха:

«Левая частка завецца «Ноч паэтаў, або Клуб Дзяржынскага» (2017, памер 150х275 см). Цэнтральная – «Курапацкі крыж» (2019, 200х150 см). Мастацкі вобраз знайшоўся падчас работы над карцінай, калі плягі-раны на целе пакутніка – у форме абласцей Беларусі – раптам люстрана пачалі зерыць на небе, і неба Беларусі сталася плашчаніцай, на якой адбіліся смяротныя знакі. Цэнтральны вобраз ранаў пачаў дыктаваць метад пісьма – плямісты, гэта вельмі ёмісты вобраз-метафара. Невядомы твар – як невядомыя імёны закатаваных, завецца «судар» (ад лац. sudorium, пакроў). Правая частка –«Курапаты: “Рахунак!”» (2019, 150х275 см). Рытмічны рад перагукаецца з карцінай Брэйгеля «Сляпыя», дзе тыя валяцца ў яму, тут такі ж дыяганальны рух долу, дзе ванітуе крывёй апошні жаўнер, трымаюць сурвэткі, як лакеі, паслугачы-забойцы. Але дагэтуль цаляюць у нас, як крайні злева. Ззяе горад справа ўверсе…»

Але экспазіцыя складаецца не толькі з карцін і макетаў. На стэндах наведнікам даступныя звесткі пра Курапаты, што, безумоўна, падвышае адукацыйную вартасць праекта.

Карацей, ёсць сэнс наведаць, калі хто яшчэ не бачыў. Чакаецца, што дакументальна-мастацкая выстава на сталічнай вуліцы Казлова, 3 будзе працаваць па 22 лістапада г. г., з 11-й да 19-й гадзіны штодня, апрача панядзелка. Уваход вольны. Ахвотныя мець кнігу М. Гаравога, падыходзьце заўтра – 15.11.2019 з 18.00 плануецца «афіцыйная прэзентацыя».

В. Р. 

Як было ў Вілейцы-2017, глядзіце тут.

* * *

З кнігі «НКВД забіваў у Курапатах…» (Мінск: Зьміцер Колас, 2019; рэцэнзенты – кандыдаты гістарычных навук Валянціна Вяргей, Алег Іоў, Мікола Крывальцэвіч)

Адкрыцьцё таямніцы старога бору

Яшчэ напачатку 1970-х гадоў Зянон Пазьняк і Яўген Шмыгалёў дазналіся ад старажылаў вёсак Зялёны Луг, Цна-Ёдкава і Дроздава пра даваенныя расстрэлы на адгор’і Менскага ўзвышша – у старым бары Брод на поўдзень ад шашы Заслаўе – Калодзішчы.

Тады пра гэта публічна казаць было рызыкоўна. Але як толькі камуністычная ўлада захісталася і вымушана была дапусьціць пэўную свабоду слова – «галоснасьць», Пазьняк і Шмыгалёў агучылі жудасную гісторыю ляснога ўрочышча.

Дапамог выпадак. Увесну 1988 году васьміклясьнікі менскай сярэдняй школы № 171 Алесь Макрушын і Віктар Пятровіч ды іхны старэйшы сябра муляр Iгар Бага часьцяком бавілі час у глухім Бродзе. Бывала, і з заняткаў зьбягалі ў гэты бор, цішыню якога парушаў толькі далёкі гул кальцавой, сьпевы птушак і гоман ветру ў шатах старых ялін…

Узгадвае Алесь Макрушын (1973 г. н.):

«Першага траўня вырашылі зрабіць сабе сапраўдную партызанскую зямлянку, каб хавацца ад непагадзі. На паўночна-ўсходнім баку найвышэйшага пункту лесу пад дзвьма старымі ялінамі знайшлі прыдатную западзіну глыбінёй з паўмэтра, высланую хваёвым і яловым шыльнікам, парослую рэдкімі сьцяблінамі малінаў. Працы было шмат, таму пятага траўня зьбеглі ў лес з уроку фізкультуры. Хутка выкапалі заглыбленьне, аднак яно ня ўсім пасавала, бо ростам мы розьніліся. Вырашылі заглыбіцца яшчэ на штык і… адразу пайшлі чалавечыя парэшткі, у тым ліку чарапы з аднолькавымі адтулінамі ў патыліцы. Спачатку разгубіліся, бо ня ведалі, што рабіць зь нечаканымі знаходкамі. Троху супакоіліся і вырашылі выклікаць міліцыю. На “Волзе” прыехаў палкоўнік міліцыі разам зь Зянонам Пазьняком і Міхасём Чарняўскім – археолягамі з акадэмічнага Інстытуту гісторыі. Нас адвезлі ў родную школу, дзе перапужаную дырэктарку супакоіў Зянон Пазьняк. Перад шыхтамі вучняў і настаўнікаў археоляг выказаў нам падзяку за ўнёсак у адкрыцьцё таямніцы старога бору».

Гэтае месца лякалізавана, спадзяюся, з гадамі там зьявіцца адпаведны мэмарыяльны знак.

Трэцяга чэрвеня 1988 году галоўны рэдактар штотыднёвіка Саюзу пісьменьнікаў Беларусі «Літаратура і мастацтва» («ЛіМ») Анатоль Вярцінскі зьмясьціў у газэце артыкул Зянона Пазьняка і Яўгена Шмыгалёва «Курапаты – дарога сьмерці» з прадмовай народнага пісьменьніка Беларусі Васіля Быкава.

Артыкул пераконваў, што ў лясным урочышчы на паўночна-ўсходнім ускрайку Менску ў даваенныя гады савецкія органы бясьпекі расстралялі тысячы ні ў чым не вінаватых людзей – нашых з вамі продкаў і суайчыньнікаў.

Была створана ўрадавая камісія, узбуджана крымінальная справа. У сьледчую групу пад кіраўніцтвам сьледчага ў асабліва важных справах Пракуратуры БССР Язэпа Бролішса ўвайшлі экспэрты, у тым ліку археолягі Акадэміі навук. Упершыню на тэрыторыі СССР дасьледавалася месца расстрэлаў і могільнік ахвяраў палітычных рэпрэсіяў з выкарыстаньнем спэцыяльных археалягічных мэтодык. Больш за 50 сьведкаў пацьвердзілі, што бачылі і чулі расстрэлы. Летам 1988 году экспэрты адшукалі 510 захаваных западзін – як мяркуецца, расстрэльных ямаў, зрабілі эксгумацыю некаторых, знайшлі парэшткі шматлікіх ахвяраў.

Аналіз парэшткаў і рэчаў (гумовы абутак, грабяні, зубныя шчоткі, гаманцы для грошай і гільзы) паказаў, што людзі забітыя ў 1937–1941 гадах. Стралялі ў галаву – як правіла, у патыліцу, а таксама ў скроню і цемя. Большасьць стрэлаў з савецкага рэвальвэра «Наган» – табельнай зброі НКВД. Усе ахвяры – цывільныя людзі з Усходняй і Заходняй Беларусі, магчыма, з краін Балтыі, у асноўным 40-50-гадовага ўзросту. У тым ліку жанчыны. Гэтыя і пазьнейшыя раскопкі пацьвердзілі высновы сьледзтва, што ў перадваенныя гады супрацоўнікі НКВД вывозілі ў Курапаты людзей і там іх расстрэльвалі.

Падчас раскопак 1997–1998 гадоў упершыню былі ідэнтыфікаваныя парэшткі трох ахвяраў – Мардыхая Шулькеса, Мойшы Крамера і Штама (імя невядомае), забітых летам – раньняй восеньню 1940 году. З найбольшай у Курапатах магільнай западзіны памерам 7,5 Х 5,3 м паднялі парэшткі ня менш як 373 чалавек са зьвязанымі рукамі (у тым ліку 19 жанчын) – жыхароў усходняй Беларусі, забітых позьняй восеньню 1938 – зімой 1939 году. Пад пластом жвіру таўшчынёй каля 1 м у раскопе выяўленая вялікая пляма попелу – рэшткі спаленай ручной паклажы ахвяраў з асабістымі рэчамі.

Думаю, што і гэтыя месцы трэба ўшанаваць адпаведнымі памятнымі знакамі.

Звычайна ахвяраў прывозілі сюды са зьвязанымі рукамі. Выводзілі з машынаў, ставілі на край яміны, выкапанай загадзя, і стралялі ў патыліцу. Часта каты нагамі ўтоптвалі целы, затым прысыпалі іх, прывозілі новых ахвяраў, расстрэльвалі і складалі штабэлямі паверх раней забітых. Пасьля расстрэлаў яміны закідвалі пяском і ўтыкалі ў зямлю галінкі ці маладыя дрэвы «для маскіроўкі».

Як я прыйшоў у Курапаты

Зь дзяцінства я цікавіўся лёсам свайго любага дзядзькі Ізраіля Мадорскага – нашчадка старадаўняга рабінскага роду, які стагодзьдзямі жыў на беларускай зямлі. Выхаваны ў павазе да гісторыі, традыцыяў і мовы свайго народу, хлопец не прыняў Кастрычніцкі пераварот 1917 году ў Расеі, што вёў да асыміляцыі габрэйства, і 13-гадовым падлеткам далучыўся да маладзёвага сіянісцкага руху ў губэранскім Гомлі, а праз два гады стаў адным зь яго кіраўнікоў пад мянушкай «Воля».

Згодна з правіламі кансьпірацыі сябры арганізацыі скаўтаў «Хашомэр хацаір» (з іўрыту – «Малады абаронца») сустракаліся ў лесе за Сажом, дзе пад сваім бел-чырвона-блакітным сьцягам вучылі іўрыт, займаліся спортам, чыталі нелегальныя ўлёткі і газэты, асвойвалі гісторыю і традыцыі габрэйства.

У канцы 1925 году кіраўніцтва гомельскага «Хашомэру» было арыштаванае супрацоўнікамі ОГПУ і абвінавачанае ў прыналежнасьці да антысавецкай нелегальнай арганізацыі і злачыннай контрарэвалюцыйнай дзейнасьці.

21 студзеня 1926 году падчас салюту ў гадавіну сьмерці Ўладзіміра Леніна загула трэцяя, так званая палітычная, камэра Гомельскага выпраўленчага дому з закратаванымі кіраўнікамі «Хашомэру». Яны скандавалі: «Прэч савецкіх катаў!» і «Далоў савецкіх дурняў, якія адзначаюць такія даты!» Скандаваньне было настолькі гучным, што прыпыняліся мінакі. Толькі пасьля таго як дзяжурны Скобараў папярэдзіў, што пачне страляць па камэры, скандаваньне патроху сьціхла.

Юныя вязьні двойчы галадавалі, патрабуючы ад начальства палепшыць умовы турэмнага жыцьця. Іх падтрымлівалі маладосьць, сяброўства і вера ў будучыню.

Каб засудзіць Ізраіля Мадорскага, яму дадалі ўзросту – запісалі старэйшым на 1 год і 3 месяцы. Галоснага суду не было. Асобнай нарадай пры калегіі ОГПУ юнакоў і дзяўчат пакаралі ссылкай на тры гады ў Кіргіскі край.

А чацьвертай раніцы арыштантаў пабудзілі. Каб бацькі не пратэставалі, вырашылі вывезьці вязьняў з Гомля давідна. Асуджаныя аказалі супраціў. Кожнага «ўціхамірвалі» па чатыры «гэпэушнікі». Яны выцягвалі паўразьдзетых юнакоў і дзяўчат на ледзяны турэмны двор і запіхвалі ў машыну. Увесь гэты час скаўты сьпявалі свой гімн: «Бадзёры духам, душой і целам, / ты горды шомэр – народу сын…».

Пасьля першай ссылкі была другая – на год у Сьвярдлоўск. У канцы 1929-га пры падтрымцы жонкі Максіма Горкага Кацярыны Пешкавай, якая ўзначальвала адзіную дазволеную ў СССР праваабарончую арганізацыю «Дапамога палітычным вязьням», усім ссыльным сіяністам дазволілі выехаць у Палестыну бяз права вяртаньня.

Так мой дзядзька 20-гадовым юнаком апынуўся на Сьвятой Зямлі. Разам зь сябрамі яны абжылі, адбудавалі і абаранілі зямлю сваіх продкаў, стварылі на ёй вольную, дэмакратычную і квітуючую Дзяржаву Ізраіль. Разам зь сябрамі Ізраіль Мадорскі будаваў ГЭС на Ярдане, засноўваў кібуц Афікім у Ярданскай даліне, а таксама ствараў гонар краіны – найлепшы ў сьвеце статак кароў высокапрадукцыйнай малочнай пароды.

Ганаруся сваім дзядзькам і ягонымі паплечнікамі, якія ў далёкія 1920-я гады ў юнацкім узросьце духоўна перамаглі, здаваліся б, усемагутную савецкую дзяржаву. Урэшце ад яе засталіся руіны, а мары тых хлопчыкаў і дзяўчат сталі явай. Мяркую, што Ізраіль Мадорскі неаднойчы ўзгадваў словы біблейскага Эклезіяста: няма нічога лепшага, як мець чалавеку асалоду ад справаў сваіх, бо гэта – ягоныя справы; бо хто прывядзе яго паглядзець на тое, што будзе пасьля яго?

У цяжкую хвіліну заўжды адчуваю плячо дзядзькі, шмат чаго ведаю пра яго празь ліставаньне, сустрэчы, праз матэрыялы крымінальнай справы на кіраўніцтва гомельскага «Хашомэру» і архіву ўпраўленьня КДБ Гомельскай вобласьці. Менавіта дзякуючы архіўнай справе, зь якой пашэнціла пазнаёміцца шмат гадоў таму, упершыню ўбачыў здымкі закратаванага дзядзькі і ягоных сяброў, аўтограф свайго дзеда Цодзіка, адчуў атмасфэру часу і даведаўся, што на допытах Ізраіль Мадорскі «катэгарычна адмовіўся адказваць на пытаньні…»

*

На жаль, сёньня архівы КДБ зноў закрытыя і грамадзтву вядомыя лічаныя імёны забітых у Курапатах. І калі бываю ў гэтым знакавым для кожнага беларуса месцы, нібыта чую настойлівыя галасы тысячаў усё яшчэ невядомых ахвяраў – адкрыйце архівы назавіце нашыя імёны, аднавіце нашыя лёсы, узнавіце нашыя вобразы, распавядзіце пра нас жывым!

Марат Гаравы

Апублiкавана 14.11.2019  20:10

Год Чернобыля сквозь призму шахмат

Вольф Рубинчик. Мы говорили о 1984-м и 1985-м годах, о 1987-м, немного – о 1988-м и 1989-м… О событиях 1986 года ты не хотел говорить. Что подвигло изменить решение?

Юрий Тепер. Одна встреча в феврале этого года. Сильно простудился, сидел в поликлинике в очереди на анализ крови. Мужчина передо мной оказался очень словоохотливым: рассказывал о себе, расспрашивал о моих целях. Когда он сказал, что его тесть – известный психолог Яков Коломинский, а фамилия его самого – Каганов, меня осенило: «А мы с Вами в шахматы не играли?» «Наверно, играли», – ответил Александр. И я вспомнил, что было это как раз в 1986-м. Тут впору процитировать тургеневский романс «Утро туманное, утро седое»: «Нехотя вспомнишь и время былое, / Вспомнишь и лица, давно позабытые».

В. Р. У меня 1986 год ассоциируется не с русским классиком, а с Чернобыльской катастрофой. Думаю, для многих жителей Беларуси 1980-е делятся на «до» и «после»… Сам я в начале мая попал в больницу, пролежал там несколько дней. Впрочем, шахматы никуда не делись. Сразу после выписки участвовал в сеансе, который Виктор Купрейчик дал на открытом воздухе. Собралось человек 25-30. Со своим тогдашним третьим разрядом я, конечно, вскоре проиграл, но получил сувенир – книгу с автографом гроссмейстера.

Ю. Т. Наташа Гараева (гексашахматистка – о ней упоминалось, например, здесь), работавшая в Речице Гомельской области учительницей, вспоминала, как в 1986-м вывозила школьников на оздоровление куда-то в Россию. Ей было очень тяжело, прежде всего морально. Никто не знал, сколько «это» продлится, будет ли вообще возвращение в Беларусь… Как будто вернулся 1941 год.

Но начался 1986-й неплохо. В январе шахматная команда сотрудников пединститута им. М. Горького принимала участие в первенстве города среди преподавателей и сотрудников вузов – иначе это называлось спартакиада «Здоровье». Проводилась спартакиада к тому времени лет 20. Состав команды – 4 мужских доски плюс 1 женская. У нас сильны были 3 доски: на 1-й преподаватель математики Вадим Кузьмич Пономаренко, на 2-й – физик Олег Алексеевич Новицкий. Я сидел за 3-й.

Фото из московского журнала «64-ШО», № 8, 1986

В. Р. Почему ты так «низко пал»? Или то была тактическая хитрость?

Ю. Т. Уже не помню, как мы распределяли между собой доски. По силе игроки были примерно равны, к тому же мы выступали вместе много лет, сохраняли хорошие личные отношения. В общем, обид я не таил.

Небольшое отступление. Канун 1980 года, рабочий день. В кабинете у Новицкого мы втроём играли «на высадку».

В. Р. Может, и горячительными напитками запивали сбитые пешки?

Ю. Т. Конечно… нет. Как только мы зашли, Олег нам что-то налил и сказал: «Я уже сегодня пил. Для уравнения шансов предлагаю и вам “нарушить режим”». Мы с удовольствием подчинились.

В. Р. И не боялись начальства?

Ю. Т. В период «застоя» умеренное употребление (иногда и неумеренное) воспринималось спокойно, антиалкогольная кампания началась позже.

В. Р. Вернёмся к турниру 1986 г. Итак, на первых досках у вас проблем не было? А на других?

Ю. Т. Об остальных не будем; кое-что получалось и там, но основные очки брали мы втроём. Итак – первый тур, победа над командой института народного хозяйства (3:2). Второй тур – играем с моей альма-матер, институтом культуры. Тогда и встретился я с упомянутым Александром Кагановым, пережив неприятный конфуз.

В. Р. Ой, шо такое?

Ю. Т. Когда я учился в институте, сильных соперников у меня там не было. О спартакиаде 1986 г. я ничего не знал, а неприятности начались ещё до старта. Пришёл О. Новицкий и сказал: «У меня распух глаз, надо идти к врачу». Как-то нашли замену. Начало игры. Соперник высокий, черноволосый. Его однофамилец был в Гомеле одним из сильнейших шахматистов конца 1970-х (один раз даже стал чемпионом города). Начал мой визави Каганов партию ходом 1.Кf3, я получил отвратительную позицию – дёргался, изображая активность, создал себе слабости. Потом потерял фигуру и в позиции, где пора было сдаваться, тянул безнадёжное сопротивление. Типичный случай недооценки соперника. Всё это я напомнил своему собеседнику, когда сидел в поликлинике в феврале 2019 г. Он удивился: «Ну и память у Вас. Я ничего не помню».

Тот матч мы с трудом свели вничью (2,5:2,5). Пономаренко выиграл у Василия Глубоченко – В. Г. выступал в 1970-х гг. за консерваторию, ныне он известный композитор. Выиграла женская доска, а на 4-й свели вничью.

В. Р. Как пережили малоудачный матч?

Ю. Т. Отлично. Следующий тур был с лидерами, командой БГУ. Новицкий свой глаз вылечил. Собрались мы и сотворили мини-сенсацию: победили будущих чемпионов 4:1.

В. Р. Что же у них был за состав?

Ю. Т. На 1-й доске – сильный кмс Георгий Крылов, я победил перворазрядника Баканова. На 2-й доске нам повезло, Л. Левита забрали на военные сборы. Заменял его какой-то перворазрядник, которого Новицкий победил в тяжелой борьбе.

В. Р. Тот самый Леонид Левит – известный психолог…

Ю. Т. Да, теперь он большой человек, доктор наук, и рассказывает нам, простым смертным, что и как вспоминать. В ту пору он не считал вузовские соревнования «первенствами бани» – во всяком случае, не подавал виду 🙂

В. Р. Ладно, не стоит отвлекаться. Как продолжался турнир?

Ю. Т. Учитывая проблемы с нижними досками, вполне пристойно прошёл 4-й тур. Мы добились ничьей с БПИ (я победил перворазрядника Ковалёва). В 5-м туре выиграли 3:2 у ИФК (я одолел Петрова). В 6-м – тот же счёт с медиками (у меня получилась хорошая партия с сильным перворазрядником Сергеем Ясюковичем, с которым не раз встречался в школьные годы на городских соревнованиях). 7-й тур – 3:2 в матче с БИМСХ, институтом механизации сельского хозяйства (в партии с Довбней я упустил победу).

В. Р. Да, встреча с Кагановым явно тебя подстегнула. А как вы шли в таблице?

Ю. Т. Вот таблица-то у меня и не сохранилась. БГУ после «конфуза» с нами собрался и вырвался вперёд, мы боролись с политехом за 2-е место. Недалеко были медики, ещё кто-то…

В 8-м туре предстоял матч с МГПИИЯ – «инязом». Меня в тот момент больше всего волновал вопрос выступления команды студентов в первенстве республики – оно выпало аккурат на каникулы. Спартакиада «Здоровье» начальство не сильно интересовала, мы играли больше «для себя».

Как собрать студентов на турнир в зимние каникулы? Тот, кто занимался такими сборами, меня поймёт.

Итак, в воскресенье несу документы на студенческую мандатную комиссию, в понедельник играем последний тур «Здоровья», во вторник – начало студенческого первенства. На мандатной комиссии – сюрприз; мне говорят, что есть разрешение выступать за команду студентов и сотрудникам (уже в 1987 г. такое право у сотрудников будет отнято). Звоню товарищам по команде сотрудников – они не прочь продолжить «шахматный марафон». В понедельник заново оформляем заявку. Но вечером совпадают время последнего тура спартакиады и жеребьевка студенческого турнира. Отправил я на жеребьёвку Сашу Павловича, который учился тогда на выпускном курсе, а сам пошёл играть с лингвистом.

Последняя партия у меня не сложилась. Соперник по фамилии Козлов, в военной форме, долго мучил себя и меня, пытаясь поставить мат слоном и конём в окончании. В конце концов это ему удалось… Но матч мы выиграли (3:2), грамоту за 2-е место получили.

В. Р. Ну, хоть порадовался?

Ю. Т. Некогда было радоваться. На следующий день началась игра в турнире куда более высокого уровня. Павлович сообщил мне итоги жеребьёвки – настоящая «группа смерти» (тогда я этого выражения ещё не знал, но мои ощущения ему соответствовали).

В. Р. И кто же входил в «группу смерти»?

Ю. Т. Чемпионы предыдущего года технологи, нархоз – неоднократный призёр вузовских соревнований, и ММИ – «могилёвская “машинка”, все четыре колеса». Очень трудный для нас соперник; сколько помню, всё время им проигрывали. Сейчас это не институт, а университет (Белорусско-российский, БРУ), и шахматный уровень у них значительно упал.

В. Р. Да, весёлая кампания… И на что же ты рассчитывал?

Ю. Т. Надеялся на нас троих (на спартакиаде «Здоровье» мы неплохо размялись), ну и на женские доски. Наташа Шапиро училась тогда на 1-м курсе факультета естествознания, Ольга Чугуева – 2-й курс физфака. Обе – сильные перворазрядницы.

В. Р. Про Наташу мы говорили. Что скажешь про Олю?

Ю. Т. Перед турниром она вдруг позвонила мне: мол, завалила экзамен по психологии, и пока не сдаст, играть не будет. Вины за собой не чувствовала. Я постарался сдержать себя и говорю: «Надо договориться о переэкзаменовке. Зайди ко мне в библиотеку, пойдём “по инстанциям”, будем просить о досрочной пересдаче».

На следующий день пошли в спортклуб. Председатель А. А. Стех ничего не хочет делать – «от нас ничего не зависит, как деканат решит, так и будет». Чуть не кричу на него: «Вам трудно поговорить в деканате, попросить? Как Оля может играть, если её лишат стипендии?» Подействовало. Пошли в деканат, договорились с замдекана. На следующий день Оля позвонила мне: «Всё нормально, пересдала на четвёрку. Могу играть». Отблагодарила меня отличным результатом: 5,5 в 6 партиях на 2-й женской доске.

В. Р. А часто ты попадал в подобные истории?

Ю. Т. Именно таких больше не было, а вообще не раз приходилось вмешиваться в дела членов сборной. Не люблю ходить и что-то просить для себя, но в общественных интересах приходилось действовать «через не люблю».

В. Р. Прямо-таки десантник Стёпочкин! (Отдадим должное тому, что сегодня день ВДВ :)) Как же складывалась «универсиада-1986»?

Ю. Т. В первом туре пединститут проиграл нархозу 2,5:3,5. Могилевчане нам устроили разгром 5,5:0,5 (единственной ничьей добилась Чугуева). И вот в последнем туре играем с технологами, отставание от них – 1 очко, остальные команды ушли в большой отрыв. Если победим хотя бы с минимальным преимуществом, то попадем в 3-й финал (9-12-е места).

В. Р. Победили?

Ю. Т. Да, 3,5:2,5. Это был памятный матч. Выиграли я, Новицкий и Чугуева, вничью на 4-й доске свёл Олег Акашкин. Очень сожалею, что не сохранилась партия с Хамицевичем – я поставил красивый мат в 4 хода (не детский!) с жертвой ферзя. Отправили мы команду Стругача (чемпион Минска 1958 г., известный кмс в 1960-70-х гг.) в 4-й финал бороться за 13-16-е места…

В финале нам игралось легче – победили иняз 4:2, БИМСХ 4,5:1,5, сыграли вничью 3:3 с витебскими технологами и уверенно вышли на 9-е место.

В. Р. Как в вузе восприняли ваши выступления?

Ю. Т. Равнодушно. Грамоту за 2-е место хотел отдать в спортклуб, мне сказали «оставь себе». Похоже, там рассчитывали на большее, но «как есть, так есть».

Почти сразу последовало выступление студенческой команды в первенстве города среди вузов. Там уже отличилась Наташа Шапиро – 6,5 из 8. Главное, мы заняли 1-е место в нашей группе.

В. Р. И в городе были какие-то группы?!

Ю. Т. Вузы делились по величине. Более крупные – БГУ, БПИ, БГИНХ, РТИ – относились к 1-й группе. Там было больше людей и легче было собрать команду. Мы, БГПИ, относились ко 2-й группе – малых вузов.

В. Р. «Толстые и тонкие»…

Ю. Т. Точно, многие о вузах так и говорили. В том турнире состоялась известная партия Эдуарда Колесника с Александром Павловичем… Перед матчем с БГУ мы обсуждали разные темы. Кто-то сказал: «БГУ очень тяжёлый соперник». Чувствую, время поднять настроение, и говорю студентам: «Да, соперник тяжёлый. А наша команда недавно играла в первенстве сотрудников с БГУ и победила 4:1. Всех остальных они победили. Посмотрим, на что вы способны». Не знаю, подействовал ли на Павловича этот разговор, или просто повезло (Колесник взял «отравленную» пешку), но больше я у Саши таких шедевров не встречал.

В. Р. Лучше раз увидеть… Давай уже увидим эту суперпартию.

Эдуард Колесник — Александр Павлович. Командное первенство вузов г. Минска, 21.02.1986.

(Комментарии мм Александра Корнеевца, взятые из газеты «Спортивная панорама», 05.01.2011)

1.е4 е5 2.Кf3 Кс6 3.Сс4 Сс5 4.с3 Кf6 5.d3 а5?! 6.0-0 0–0 7.Кbd2 d5 8.ed К:d5 9.Ле1 Кf4 (диагр. 1) 10.К:e5? Пешку брать было нельзя, после 10.Ке4 белые сохраняли небольшое, но длительное давление. 10…Фg5. Двойной удар: висит конь на е5 и грозит мат на g2. 11.g3. Не спасает и 11. Фf3 из-за 11…К:е5 (можно и 11…Кh3+) 12.Л:е5 Ф:е5 13.d4 C:d4 14.cd Ф:d4 c решающим перевесом у чёрных. 11…Кh3+ 12.Крg2 К:f2 13.h4 Ch3+ 14.Крh2 (диагр. 2) 14…Ф:е5! 15.Л:е5 К:е5! Чёрные играют на атаку короля противника. После 15…К:d1? 16.Л:с5 белые отбиваются. 16.Фh5 Кеg4+ 17.Крg1 К:d3+! На 17…Ке4+ последовало бы 18. d4. 18. Крh1 Кdf2+. Белые сдались ввиду варианта 19.Крg1 Ке4+ 20.Ф:с5 (20.Крh1 К:g3Х) 20…К:с5 с лишней ладьёй.

Ю. Т. Кстати, матч с БГУ окончился вничью 2,5:2,5.

В. Р. Начало года оказалось насыщенным. Что было дальше?

Ю. Т. Длительное затишье. В апреле – Чернобыль…

В. Р. А гексашахматные турниры проводились?

Ю. Т. Один, в конце августа, – «Кубок Москвы». Не самый для меня удачный – тот случай, когда игра лучше результатов.

В. Р. Прочёл о нём статейку в самиздатовском сборнике «История ГШ 1982-1992». Почему ты со своим тёзкой Бакулиным опоздал на турнир?

Ю. Т. Не было точного адреса. Телефон, который нам дали, не сработал (не туда попали). Милиция Зеленограда адреса клуба не знала, направляли нас туда-сюда. Наконец я догадался позвонить на квартиру Рощина. Он был на турнире, и его жена сообщила нам телефон клуба. Позвонили в клуб, Рощин нам объяснил, как добраться.

Игра шла с переменным успехом. В партии с Некрасовым я захватил инициативу и в эндшпиле провёл ферзя. У соперника пешка стояла за одно поле от поля превращения. Рядом был вражеский король. У меня уже повис флажок, пытался я пешку обезвредить, давал шахи – ничего не получалось. Кончилось тем, что подставил ферзя под бой.

После турнира я встретился с А. В. Белоусенко, председателем городской федерации по обычным шахматам. Он сам в ГШ не играл, но нашими делами интересовался. Белоусенко пошутил: «Слышал, что у вас пешка сильнее ферзя». Я объяснил случившееся, и он заметил: «Не обижайся, я по-доброму».

Ещё история с Михаилом Рощиным испортила мне настроение. Хотя я сам виноват… У меня было преимущество, Рощин просчитался. Я побил его ферзя своим, он собирался бить ферзя королём, но мой слон защищал ферзя (всё как в обычных шахматах). Сразу получился мат. М. Ю. спросил: «Как же так получилось?» Я показал ему порядок ходов, указал на его ошибку: мол, если бы он отдал фигуру, то мог бы продолжать игру. Мы поставили эту позицию, и он, как ни в чём ни бывало, продолжил игру без фигуры. Любой игрок зафиксировал бы результат, а потом анализировал, а я согласился продолжить партию, проявив «джентльменство». Такие вещи наказываются – у Рощина нашлась серия шахов ферзём, оставленным в живых. У него был цейтнот (играли по 0,5 часа на партию), он позвал кого-то из участников – судьи не было – и пожаловался, что я в ничейной позиции играю «на время». Пришлось согласиться на ничью.

После партии я говорю: «Но ведь вы уже проиграли партию, когда потеряли ферзя». Он ответил: «Заиграно». Очень неприятная ситуация. Мы с Рощиным всегда уважали друг друга: для меня это был московский интеллигент, кандидат исторических наук… И вдруг такой неприятный поступок.

В. Р. Случай любопытный. А в твоём турнирном положении эта партия что-то изменила бы?

Ю. Т. Набери я на 1,5 очка больше – оказался бы на 4-м месте, на очко – обошёл бы Бакулина, на 0,5 очка – догнал бы его.

Других турниров по ГШ в том году не было. А по обычным шахматам в Минске устраивалась «большая» Спартакиада (народов СССР) и международный турнир «Минск-86», где впервые на международной арене проявил себя Борис Гельфанд. Об этом, видимо, следует говорить отдельно.

В. Р. Что же, спасибо за воспоминания. Выше показана брошюра на 44 страницы, которую твой знакомый издал в 2014 г. (тиражом 500 экз., почему-то в Смоленске). Авторский путеводитель по Израилю от А. Каганова продавался в сети «Белкніга». Вообще, книжек этот любитель шахмат выпустил немало – главным образом в жанре нон-фикшн.

Опубликовано 02.08.2019  18:55

ПОСЛЕДНИЙ ДИКТАТОР ЕВРОПЫ?

Марк Котлярский

Последний диктатор Европы

«Как и в далеком 1918 году, белорусской демократической оппозиции сегодня не хватает международной солидарности: к сожалению, Запад сделал ставку на «прагматичное» сотрудничество с диктатором Лукашенко», — сказала в беседе с «Деталями» Наталья Радина (на снимке), главный редактор сайта «Хартия-97».

С начала 90-х в Беларуси ежегодно отмечают День воли. Это неофициальный праздник в честь установления 25 марта 1918 года независимости БНР – Белорусской народной республики. В оппозиции говорят, что при Лукашенко этот праздник попал в разряд неугодных, а участников акций нередко задерживала милиция – хотя и сейчас, более ста лет спустя, независимость их страны все еще нуждается в защите.

— Известно, что БНР просуществовала в первозданном виде недолго. Был ли у Беларуси свой, альтернативный путь развития без включения в состав СССР?

— Беларусь всегда была частью Европы, исторически являясь правопреемницей великого княжества литовского: вся территория нашей страны входила в состав этого, одного из самых могущественных и прогрессивных европейских государств. Великие князья великого княжества литовского имели белорусское происхождение, а его знаменитый Статут (конституция) был написан на старобелорусском языке, так как большинство жителей княжества были славянами.

В средневековой традиции наше государство называлось Великим княжеством Литовским, или Литвой, самоназвание местного населения было литвины. Впоследствии территория Беларуси стала равноправной частью Речи Посполитой двух народов — конфедерации Королевства Польского и Великого княжества Литовского. А в 18 веке, в результате трех разделов Речи Посполитой, Беларусь вошла в состав Российской империи.

В Великом княжестве на протяжении столетий мирно уживались многие народы, предки современных литовцев, белорусов, поляков, а также евреи и татары. Со второй половины 19 века в процессе поиска национальной самоидентификации часть интеллигенции стала использовать самоназвание белорусы. Оно и было закреплено для территории всей страны в период национального возрождения, в начале 20 века, когда была провозглашена Белорусская Народная Республика. Люди, объявившие о независимости Беларуси в тяжелейших условиях 1918 года, когда на территорию страны претендовали Германия, Польша и СССР, вписаны героями в ее историю.

К сожалению, у молодого государства не оказалось сильных союзников, готовых помочь ей отстоять независимость, и Беларусь была поделена между Советской Россией и Польшей. Позднее большевики позволили создать БССР, в которой в конце 1920-х годов было четыре государственных языка: белорусский, русский, польский и идиш. Окончательно границы и состав населения современной Беларуси сформировались после Второй мировой войны, в которой белорусы потеряли от четверти до трети своих граждан. Более миллиона из них были евреями.

В 1991 году страна вновь получила суверенитет, однако процесс национального возрождения и в этот раз был коротким — на этот раз из-за прихода в 1994 году к власти Александра Лукашенко.

Диктатор сразу перешел на содержание Кремля. 25 лет его репрессивный режим существует за счет российских энергоресурсов и кредитов. И сегодня мы имеем «союзное государство» с Россией, соглашение с РФ о совместном обеспечении региональной безопасности в военной сфере, единую систему противовоздушной обороны, региональную группировку войск Беларуси и России. То есть в политическом, военном, экономическом плане Лукашенко поставил Беларусь в абсолютную зависимость от Кремля.

Однако я убеждена, что мы перевернем и эту позорную страницу нашей истории, и вернемся туда, где были изначально — в Европу, став нормальным, цивилизованным и демократическим государством.

— 10 ноября 1997 года была провозглашена декларация «Хартия’97», позднее давшая название и вашему интернет-порталу. В ее тексте отражались проблемы русификации, которую поддерживает Лукашенко, разрушение национальной культуры, а также указывалось на нарушение конституции Республики Беларусь. С тех пор прошло более двадцати лет. Ситуация не изменилась?

— Да, на протяжении 25 лет своего правления Лукашенко сознательно разрушал белорусскую историю, культуру, язык. Почему он это делал? В собственных интересах и по заказу из Кремля. Российские ресурсы закачивались в Беларусь исключительно для того, чтобы удерживать ее в сфере своего влияния, поэтому Кремлю была нужна национально обезличенная, максимально связанная с ней не только в политическом, военном и экономическом, но и в культурном и языковом плане страна.

Лукашенко и самого страшат национально сознательные граждане, потому что это подразумевает самостоятельность вначале в суждениях, потом — в действиях. Придя к власти, диктатор уничтожил все устои демократического государства: власть сосредоточена в руках одного человека, парламент марионеточный, отсутствуют независимая судебная система, свобода слова, свобода собраний и ассоциаций, фальсифицируются результаты выборов и референдумов, под «крышей» диктатора процветают коррупция и чиновничий произвол.

Однако все эти годы белорусы боролись за свободу. В ответ на наглую фальсификацию выборов в стране проходили мощные акции протеста, на которые выходили 50-100 тысяч человек. И это — в условиях, когда невозможно объявить о проведении акции по телевидению или радио, когда у оппозиции отсутствует доступ к государственным СМИ, когда людей могут арестовать даже за листовки и наклейки. Тысячи человек прошли за эти годы через тюрьмы, многие потеряли здоровье или умерли после избиений и издевательств, многие эмигрировали. Но воля к свободе жива, и люди продолжают действовать даже в таких трудных условиях.

Тут я вам должна обязательно назвать одну цифру. Я ее всегда называю, когда слышу упреки в адрес белорусов: почему, мол, они не организуют Майдан, как украинцы? В Беларуси на 100 тысяч населения приходится более 1400 сотрудников милиции. Это в семь раз больше –представьте! — чем было в Советском Союзе. И это я говорю только о милиционерах, не считая многочисленных сотрудников спецслужб.

— Есть ли в Беларуси оппозиция?

— Настоящая оппозиция продолжает бороться. В стране действует Белорусский Национальный Конгресс, который объединил минские и региональные организации демократических сил.

Есть по-настоящему сильные политические лидеры. Например, председатель белорусской социал-демократической «Громады» Николай Статкевич, который за свои политические взгляды провел в тюрьме 8 лет; один из лидеров гражданской кампании «Европейская Беларусь» Евгений Афнагель, имеющий огромный опыт создания массовых молодежных движений; бесстрашный лидер рабочих Геннадий Федынич, который продолжает свое дело, несмотря на уголовное преследование; один из лидеров уличных протестов — сопредседатель партии «Белорусская христианская демократия» Павел Северинец; одним из лидеров Национального Конгресса является известный белорусский поэт Владимир Некляев; в эмиграции активно действует бывший кандидат в президенты и бывший замминистра иностранных дел Беларуси Андрей Санников. Достойных людей очень много. И на волне новых протестов и в Минске, и в регионах постоянно появляются новые лидеры.

«Хартия-97» уже 20 лет ежегодно вручает Национальную премию за защиту прав человека нескольким лауреатам, главным образом — в номинации «За личное мужество». Так вот, все эти годы у нас никогда не было недостатка в лауреатах. Наоборот, переживаешь, что не всех героев года можно наградить.

Так что потенциал у народа огромный, энергия есть, и я уверена, что она прорвет хиреющую плотину диктатуры.

— Как бы вы охарактеризовали существующий сегодня в Беларуси строй с политической и экономической точки зрения?

— Колхозная, паразитирующая на российских нефти, газе и кредитах, диктатура. К тому же, к сведению читателей из Израиля, диктатура с антисемитским душком. Буквально сегодня, когда мы с вами говорим, Лукашенко сравнил коровники в белорусском городе Шклове с Освенцимом. До этого много шума наделали его заявления, что «евреи превратили Бобруйск в свинарник», что Трампа окружили «хитрые евреи», что «не все плохое было в Германии при известном Адольфе Гитлере», что «немецкий порядок формировался веками, а при Гитлере это формирование достигло наивысшей точки».

В Беларуси, где до Второй мировой войны во многих городах больше половины жителей были евреями, ничего не делается для сохранения еврейской истории. Старинные еврейские кладбища разрушаются, памятники постоянно оскверняются антисемитскими надписями, в бывших синагогах по-прежнему размещаются административные учреждения. Недавно в Бресте нашли останки около 1000 узников гетто — но даже не прекратили строительство домов в районе захоронения…

Ничего не делается и для сохранения памяти о минском гетто, через которое прошли более 100 тысяч евреев, а ведь именно здесь борьба еврейского народа тесно связалась с белорусским партизанским движением. Как известно, в этом гетто было мощное подполье, которое смогло спасти от гибели и вывести в партизанские отряды порядка 5000 человек. Борьба узников минского гетто и сегодня вдохновляет белорусских борцов с диктатурой Лукашенко.

Я сейчас вынуждена жить и работать в Варшаве, и мне есть с чем сравнивать. Музеи, монументы, памятные доски с напоминанием о Варшавском гетто здесь встречаются на каждом шагу. В Минске же территория гетто, которая охватывает центр города, даже не обозначена хотя бы линиями на асфальте.

К тому же, думаю, стоит напомнить о существовании данных о том, что в свое время Лукашенко поставлял оружие палестинцам, имеет близкие, дружеские отношения с сирийским диктатором Асадом и называет Иран «стратегическим партнером».

Мне кажется, после этого ни у политиков, ни у бизнесменов Израиля не должно остаться сомнений относительно сути белорусского режима. Тем не менее, в погоне за сиюминутной выгодой некоторые из них продолжают иметь дело с последним диктатором Европы.

— Беларусь находится на 62 месте по уровню свободы в интернете. Ваш сайт неоднократно подвергался блокировке. Каким еще образом осуществляется давление на прессу? Существуют ли какие-то оппозиционные СМИ на территории самой республики?

— Ну, наш сайт не только пытаются блокировать. В 2010 году был убит основатель Charter97.org Олег Бебенин. А через три месяца после его гибели меня бросили в тюрьму КГБ по уголовному обвинению в организации массовых беспорядков, большинство журналистов подвергли арестам, офис в Минске неоднократно громили и конфисковывали всю технику. В общем, сделали все, чтобы выжить нас из страны, и сегодня часть редакции работает в Варшаве, а часть подпольно в Минске.

Немногочисленные независимые медиа, выжившие после репрессий, массовых закрытий и принудительных банкротств, сегодня работают в Беларуси в условиях давления и шантажа со стороны спецслужб. Понятное дело, что в связи с этим они ограничены в своих возможностях объективно освещать происходящее в стране.

Помимо репрессий, власти используют в отношении независимых СМИ тактику финансового удушения. В переговорах с западными государствами белорусские чиновники требуют прекратить поддерживать независимые медиа и демократическую оппозицию. И сегодня мы видим, что западные функционеры поддаются на шантаж — бизнес-интересы оказываются сильнее ценностей. Многие фонды в поддержку демократии следуют стратегии своих государств, ориентированных на сотрудничество с диктатором, и прекращают поддерживать те организации, которые позволят себе критику режима Лукашенко.

Из-за этого «Хартия-97», после 20 лет работы и с миллионами читателей, сегодня оказалась на грани закрытия. Поддержка со стороны западных фондов сократилась во много раз. Мы взываем к солидарности и ищем людей и организации, которым важны ценности свободы и демократии, и которые понимают, что только свободная и демократическая Беларусь может стать настоящим партнером в международных отношениях.

— В одном из интервью на вашем сайте украинский политолог заявил, что Лукашенко может в ближайшее время потерять власть. Это заявление чем-то мотивировано?

— Сегодня Лукашенко ненавидит 80 процентов населения. Никакой поддержки у него нет — ни в сельской местности, ни в городах.

Представьте себе: в сравнительно небольшой стране правит диктатор, который десятки лет обещает людям зарплату в 500 долларов. Но реальная зарплата только падает, и сегодня составляет 150-300 долларов, при том, что цены здесь выше, чем в соседних Польше и Литве. Убыточные предприятия закрываются или переходят на трехдневный режим работы. Устроиться некуда даже за эти копейки. Пенсионерам вообще хоть умирай, потому что у многих пенсии едва хватает, чтобы оплатить коммунальные платежи. Больше миллиона белорусов вынуждены были уехать на заработки в Россию и в Европу.

И на этом фоне Лукашенко принимает декрет о тунеядцах, — привет из совкового прошлого! — согласно которому безработные не имеют права на субсидии в оплате коммунальных платежей, бесплатную медицину и образование. Тот же, кто работает за рубежом, — между прочим, белорусов в Израиле это тоже касается, — обязан представить в специально созданные «тунеядские» комиссии, которые в народе уже прозвали сталинскими «тройками», справку с места работы за границей.

Во всех странах безработных поддерживают пособиями и отправляют на курсы переквалификации, у нас же — добивают окончательно и пускают по миру. Пособие по безработице в Беларуси составляет 15 долларов, и выплачивается очень недолго. А если безработный не стал на «путь исправления», его могут направить в «лечебно-трудовой профилакторий», где в рабских условиях сейчас содержатся 20 тысяч человек. Те, кто жил в СССР, помнят, что эти ЛТП, по сути, являются трудовыми лагерями.

Помимо этого, чтобы держать людей в повиновении, в Беларуси действует контрактная система: договор с работником заключается всего на один год и расторгается при малейшем недовольстве начальства.

Так о какой народной любви к диктатору можно вообще говорить? Люди больше не связывают с Лукашенко никаких надежд. Есть только ненависть, которую сегодня пытаются подавить репрессиями. Однако сами знаете, что происходит, если сжать пружину или попытаться плотно закрыть крышкой кипящий котел. 

— Насколько оправдано предположение, что президент Беларуси маневрирует в сторону Запада, и отношения с Россией в последнее время его не очень устраивают?

— Никакого маневрирования в сторону Запада нет. О нем можно было бы говорить, если бы в стране проводились хоть какие-то политические или экономические реформы.

Лукашенко, безусловно, осознает, что попал в собственноручно созданную ловушку. Это Кремль сегодня не устраивает формула отношений, по которой диктатор жил все 25 лет: дешевые нефть и газ в обмен на поцелуи. От него сегодня требуют серьезных уступок и в экономическом, и в политическом плане.

Сегодня много говорится о намерении Путина продлить срок своего правления, возглавив «союзное государство» России и Беларуси. В этом случае стране грозит полная потеря независимости. Уничтожая независимые СМИ в стране, диктатор расчистил поле для агрессивной российской пропаганды, и, к моему ужасу, Путин сегодня — самый популярный политик в Беларуси. Поскольку он сегодня вещает из каждого утюга, а о демократических оппонентах Лукашенко пишут только немногие независимые медиа. В этой ситуации тем более важно поддерживать белорусские СМИ, которые стоят на принципах независимости и демократии.

— Нарастает ли в Беларуси протест и насколько сильна эта тенденция?

— Беларусь накануне социального взрыва. В 2017 году в Беларуси прошли стихийные акции протеста в связи с принятием декрета о тунеядцах. Тогда протесты охватили так много городов, что подобного в стране не было со времен перестройки. Я внимательно следила онлайн за этими акциями: главным образом, на них звучали даже не требования отменить скандальный декрет — народ требовал немедленной отставки Лукашенко. Причем все: от молодежи до бабушек-пенсионерок. Тогда диктатору удалось подавить демонстрации, введя в День воли, 25 марта 2017 года, войска в Минск.

В том, что протесты повторятся, но в значительно большем масштабе, я не сомневаюсь.

— Есть ли какие-то данные о том, в каком состоянии находится сегодня белорусская экономика?

— Стагнирует. Помощь со стороны России значительно уменьшилась, а это значит, что не реформированная, старая, еще советская система начинает быстро разваливаться. Предприятия закрываются или работают «на склад», субсидируемые из бюджета и банками — в принудительном порядке. Колхозы глубоко убыточны. О крайне низких зарплатах, безработице и массовой эмиграции рабочей силы из страны я уже рассказывала.

Несуществующее лукашенковское экономическое «чудо», надуваемое деньгами от продажи нефтепродуктов из дешевой российской нефти и калийных удобрений, которыми щедры белорусские недры, лопнуло. И прежней халявы больше не будет: Россия развязала войну в Украине, ведет военную операцию в Сирии, цены на нефть упали, введены международные санкции, ее собственная экономика в кризисе.

— Каков ваш прогноз развития ситуации в Беларуси на ближайшее время?

— Скоро в Беларуси начнутся президентская и парламентская кампании. Понятно, что в честный подсчет голосов при Лукашенко никто не верит. Но эти процессы всегда политизируют общество. И я думаю, что Беларусь ждет непростое, но интересное время. Все зависит от мужества и силы духа самих белорусов, а также от солидарности с нашей страной ее настоящих друзей.

Марк Котлярский, «Детали».

Источник

Комментарий политолога

Главный редактор «Хартии-97» рисует «широкими мазками», и многое из сказанного ею нужно фильтровать. Далее – «фактчекинг» без претензий на полноту.

Сразу же напрягла манипуляция с количеством погибших во Вторую мировую белорусских евреев: якобы «более миллиона». Точное число уже вряд ли кто-то назовёт, но серьёзные исследователи пишут, что погибло около 700 тысяч наших предков.

«В политическом, военном, экономическом плане Лукашенко поставил Беларусь в абсолютную зависимость от Кремля». Зависимость от России во всех названных планах – а также, что немаловажно, в психологическом – существовала и в первые годы бытия Республики Беларусь (1991–1994 гг.). В частности, вступление в Организацию Договора о коллективной безопасности, предполагающее сближение позиций с РФ, произошло в 1993 г. – при «старом» Верховном Совете, и документ о вступлении подписал С. Шушкевич. Правительство РБ в то время, как следует из мемуаров премьер-министра В. Кебича, активно добивалось введения общей с Россией валюты.

За без малого 25 лет правления Лукашенко не раз уступал требованиям с Востока, и всё-таки в Беларуси сохраняется собственная финансовая система, вооружённые силы, государственная символика, многие иные атрибуты независимости. К тому же выросло новое поколение, которое не страдает «москвоцентризмом», о чём писал уже. Сознательно оно воспитывалось или нет, страшат Лукашенко «национально сознательные граждане» или не очень, но об «абсолютной зависимости от Кремля» в 2019 г. не может быть и речи.

Брезгливо относясь к нелепым и безвкусным высказываниям, я просто не понимаю, в чём антисемитский душок от сравнения коровника в Шкловском районе с Освенцимом. Проблем с еврейским наследием в Беларуси очень много, но не рискнул бы утверждать, что в стране «ничего не делается для сохранения еврейской истории» – кое-что делается, иногда и при помощи чиновников.

До сих пор вспоминаю общение с теми, кто восстанавливал еврейское кладбище в Камаях (2012 г.). Не уверен, что обведение территории Минского гетто «линиями на асфальте» – лучший способ увековечивания памяти; «Историческая мастерская», открытая в Минске 16 лет назад, во всяком случае, не хуже. Что же касается знаков и досок, то многие из них появились именно «при Лукашенко» (некоторые фото см. на сайте Би-би-си, да и в Википедии).

«Сегодня Лукашенко ненавидит 80 процентов населения. Никакой поддержки у него нет — ни в сельской местности, ни в городах», – опять-таки, привет из параллельной реальности. Мне, человеку шахмат, всегда казалось аксиомой, что силы противника нужно оценивать трезво… Тех, кто «ненавидит», абсолютное меньшинство; тех, кто рьяно поддерживает – тоже, а большинство жителей Беларуси колеблется и не делает резких движений. Взять рядовых пенсионеров: они ворчат, но добреют к власти после каждого повышения пенсий (нередко сталкивался с этим во время работы в почтовом отделении).

«Путин сегодня — самый популярный политик в Беларуси». Ну, разве что по версии варшавского офиса «Хартии-97»… С таким же успехом можно рассуждать о популярности Дональда Трампа, которому ряд жителей Гомельщины и Могилёвщины даже отправили просьбу о помощи.

Всё-таки я вижу в появлении на сайте «Детали» беседы М. Котлярского с Н. Радиной положительный момент: похоже, израильские СМИ перестали «класть яйца в одну корзину». Теперь они – а значит, и их влиятельные читатели – интересуются не только «витриной» (тем, что предлагает посольство РБ в Тель-Авиве), но и альтернативными взглядами. О чём говорит и недавняя публикация Б. Ентина «Евреи БНР».

Вольф Рубинчик, г. Минск

wrubinchyk[at]gmail.com

28.03.2019

Опубликовано 28.03.2019  14:17

В. Бернштам. Еврейские значки Беларуси

С приходом Перестройки в Советском Союзе началось возрождение еврейской жизни. Появились общества еврейской культуры, религиозные общины, отделения израильских институтов. Некоторые из этих организаций выпустили свои значки, отмечающие либо принадлежность людей к этим организациям, либо в память о культурных или исторических событиях. Эти значки, являясь предметами коллекционирования собирателей иудаики, становятся свидетелями общественной жизни еврейской общины. Есть такие значки и у еврейской общины Беларуси. Автору этой заметки известны 3 современных значка, относящихся к иудаике и связанных с Беларусью. Прежде всего это значок Минского Еврейского Общинного Дома, открытого 24 апреля 2002 года.

Есть также 2 значка, посвященных связям республики Беларусь с Израилем, один из которых посвящен 20-летию установления дипломатических отношений между двумя странами.

 

  Интересно отметить, что к белорусской иудаике можно отнести и белорусский Орден Трудового Красного Знамени, история создания которого подробно описана в статье Ильи Куксина, опубликованной в журнале «Мишпоха» № 19 за 2007 год. После образования Белорусской ССР государственными языками в ней были объявлены белорусский, русский, идиш и польский языки. Последние два языка утратили статус государственных только в 1936 году. Поэтому не удивительно, что на Ордене Трудового Красного Знамени БССР была надпись и на идиш. Знак ордена предложили разработать художнику Геннадию Змудзинскому. 25 июля 1925 года проект был утвержден Президиумом ЦИК БССР. В центре ордена на фоне белой эмали – накладная шестерня с красной эмалевой пятиконечной звездой и буквами “СССР” в середине. В нижней части звезды изображены топор и серп, справа от шестерни – три колоса пшеницы, слева – красное знамя. Под ними надпись: “Беларуская Сацыялiстычная Савецкая Рэспублiка”. Над щитом надписи: слева еврейскими буквами изображена аббревиатура названия республики на идиш “Вайсруссландише социалистише ратнрепублике”, справа тоже – на польском. Под ними надпись: “Пролетарыi ўсiх краёў, злучайцеся”.

Вместе с орденом вручалась и красочная специальная грамота, которая также была разработана художником Геннадием Змудзинским. После утверждения в 1928 году общесоюзного ордена Трудового Красного Знамени Постановлением ЦИК СССР от 23 апреля 1933 года награждение орденами союзных республик было прекращено. Однако награжденные имели право носить эти ордена и пользоваться преимуществами, установленными в их статуте.»

Но вернёмся к нашим дням.  В этой небольшой заметке автор описал 3 известных ему современных значка. Да и о них неизвестны такие сведения как тираж, место изготовления и т.д. По-видимому, существуют и другие еврейские и израильские значки и медали, изготовленные или используемые в Республике Беларусь. Автор будет весьма благодарен тем читателям, которые сообщат о существовании других подобных предметов или подробности об уже описанных.

                                                                               Владимир Бернштам

                                                                                            Израиль

                                                                                   fnbern@gmail.com

 Опубликовано 25.01.2019  18:11

***

Отклик.

Значок диаметром 39 мм с надписью белым по чёрному “Еврейская община. Город Пинск” раздавался участникам и гостям праздника, устроенного в Пинске к 500-летию поселения евреев в городе. Я на празднестве летом 2006 г. не был и значок получил значительно позже, уже не помню, от кого – скорее всего, от Романа (Шмуэля-Рувна) Циперштейна.
Как можно видеть, наряду со значком к юбилею появился и особый продолговатый конверт, проведено спецгашение. Конверт мне лет 10 назад вместе с газетой “Карлин” прислал бывший председатель пинской иудейской общины и редактор названной газеты Иосиф Либерман, светлая ему память. Сколько экземпляров значка и конверта было выпущено, я не знаю. (В. Рубинчик, г. Минск) 
Добавлено 26.01.2019 22:20

Леон Агулянский. Никто не сделает как мы

За стеклом на книжной полке двадцать томов дневников с 2009 года. Пишу каждый день. Так спокойнее. Так надежнее. Так вернее. Мы не помним дни, мы помним мгновения. Их тоже много. События-факты, события-факты. Главное – зафиксировать эмоцию, если не в словах, то между ними.

Как странно. Пятьдесят лет жизни потрачены на “быть как все”, ненужные цели, ложные ценности, чужие лозунги. Это социум творит с нами. Ему так удобнее.

Как странно. Полвека – “ёжик в тумане”. Неизвестно куда, неизвестно зачем, натыкаясь на камни и разбивая коленки. Бесплодные встречи с ненужными людьми. Ложь на лицах, ложь в словах и ложь в сердцах.

Как странно. За девять последних лет впечатлений и эмоций больше, чем за предыдущие пятьдесят. Занятие творчеством и особенно театром привело к подножью Горы Познания. Шаг за шагом. Все выше и выше. Туман остался позади. С высоты видно яснее и дальше. Событийный хаос оказывается хорошо прописанным сценарием, а горная тропа еще неведома, но уже существует.

Как странно. Рюкзак за спиной с эмоциями и знанием все тяжелее, а идти все легче.

Нет. Брожения в тумане больше не будет. Всевышний посылает навстречу Ангелов – открыть новое знание, указать новую дорогу, зажечь новую звезду. Спасибо за это! Спасибо!

Здесь речь об одном из них, Ангелов. Как хорошо, что есть дневники. Если откажет память, они останутся. Итак.

Здесь это писалось

Февраль 2009 года. В Минске ветрено, зябко, мокрый снег. Находясь в составе международной делегации врачей, хожу по кабинетам театральных худруков, заношу свои пьесы. Встречают тепло. Только, как это принято говорить: “Хорошая пьеса, но пусть ее поставит кто-то другой”. Надежда тает с каждым днем. И вот очередная встреча, организованная руководителем Минского ХЭСЕДа, Софьей Абрамовой. Валерий Данилович Анисенко, тогда директор-художественный руководитель Республиканского театра белорусской драматургии, приехал сам. Этот человек светился энергией, красотой, добротой. Нас представили. Я почувствовал, это он – собеседник, соратник, единомышленник. У нас общие ценности, у нас общие взгляды на жизнь. И не встретиться мы просто не могли. Благородная седина, высокий лоб, бездонно-голубые глаза, аккуратная бородка и две вертикальных морщинки над переносицей, будто напевает красивую песню…

Взял пьесы. Обещал прочитать.

Позже Валерий Данилович оказался на больничной койке с моей пьесой “На что жалуемся?” в руках. Вот тогда и случилось оплодотворение режиссера автором. Еще до выписки они с помощником поехали снимать на видео ночной Минск для спектакля.

Набирая минский номер Валерия Анисенко, я еще ничего об этом не знал. Просто какой-то телепатический сигнал велел позвонить. Уже ни на что не надеялся. Придумал что ответить, услышав отказ. Но, о, чудо!

“Поставили в план “На что жалуемся?” – голос режиссера звучал уверенно, бодро. “Играем на русском! Премьера 13.01.11 на Старый Новый год”. Из услышанного наибольшее уважение вызвало слово “план”. Начертанное на бумаге и заверенное печатью, вроде как, надлежит выполнять. От идеи – раструбить удерживала желчная мыслишка: от декларации до сцены еще ох как далеко. Еще усвоил, занимаясь творчеством: никого, кроме жены и сына эта новость порадовать не может. Не может по определению. Об этом нельзя забывать. С этим надо учиться жить. Я учусь.

Назавтра  Валерий Данилович позвонил сам. Просил написать несколько текстов песен для спектакля “На что жалуемся?”

Не забуду этот разговор, каждое слово, каждую паузу: “Леон, соберитесь, напишите. Нужны свои песни для спектакля, чтобы с авторскими правами не заниматься. Не тяните, только. Пока”.

Интересное дело. Первое и последнее стихотворение я написал в пятом классе. Хорошо, что его никто не читал. Так Валерий Данилович, может, сам того не подозревая, открыл новую страницу моего творчества.

Последние предрассветные часы спал поверхностно. Когда проснулся, понял: из меня прут строки стихов. Наскоро выпил кофе, рюмку виски, и – за компьютер. Пошло удивительно легко. Один за другим от завтрака до обеда написал тексты для трех песен: “Суп с котом”, “Песенка водилы”, “Ой, да ты…” Отправил композитору Аркадию Хаславскому. Тот похвалил.

Через день наброски песен были готовы. Незабываемое ощущение – впервые слышать свои тексты, положенные на музыку. Получилось! Потом написали еще две песни. Все вошли в спектакль.

С тех пор, с подачи Валерия Даниловича, мы написали с Аркадием Хаславским более пятидесяти песен. Составили из них концертную программу и гастролировали в СПб, Германии, Америке. Одну из песен, романс “Скажите мне” Валерий Анисенко недавно записал в своем великолепном, кстати, исполнении под гитару.

В последние годы я не пишу стихов. В работе над пьесой “Я жив” (ее Валерий Данилович собирался поставить на сцене Республиканского театра белорусской драматургии, но не сложилось) прикоснулся к творчеству поэта Серебряного века Бориса Поплавского. Читаю у него:

Снег летит с небес сплошной стеною,

Фонари гуляют в белых шапках.

В поле с керосиновой луною

Паровоз бежит на красных лапках.

И понимаю: нет, и не будет у меня таких красок, такой глубины и такой независимости от читателя. Еще понимаю, что хорошие читатели не менее важны, чем хорошие авторы.

Спектакль окрестили по-белорусски “Што балiць?”

К тому времени в израильском театре “Матара” шли два спектакля по моим пьесам: “Деревянный театр” и “Гнездо воробья”. Но театр еще не был муниципальным, не имел репертуарного плана и существовал, что называется, вопреки. И вдруг, руководитель зарубежного репертуарного театра, мэтр, берет мою пьесу и ставит спектакль. Еще не проходит опасение, что все может сорваться, отмениться. Но в Интернете появляется анонс премьеры “Што балiць?”.

Стоял мороз. В день премьеры выглянуло солнце.

В отличие от Израиля, не надо обзванивать друзей и знакомых, иными словами, загонять публику в зал. Был аншлаг. Автомобиль-багги -“скорая” не ездил. Аккумулятор забыли подзарядить. Но ребята играли хорошо. Публика смеялась до слез. Я сам не сдержался, смеялся до боли в животе. После монолога Степы о Минске аплодировали. Последняя сцена  получилась как самая сильная…

Так родился спектакль, который любила публика и ненавидели критики. Его полоскали в соцсетях, а он жил. Жил и собирал полные залы.

Накануне гастролей Валерий Анисенко прилетел к нам в Израиль. Посмотрел залы, выступил на радио и ТВ, заручился поддержкой Посла РБ в Израиле. Я показал ему электромобиль, который будет арендован для спектакля. Не осталось времени на купание в море и посещение святых мест. Это стиль работы, самоотдача.

Тогда была популярна вечерняя развлекательная передача на русском “Семь сорок”. В одном из выпусков Валерий Анисенко исполнил песню “Я спросил у ясеня”. Особое глубокое драматическое исполнение без любования собой, без демонстрации вокальных данных, без желания понравиться. Прошли годы, но я и теперь люблю смотреть это видео в Интернете.

Республиканский театр белорусской драматургии показал “Што балiць?” в четырех городах Израиля. Каждый из показов чем-то запомнился. Так, в городе Петах-Тиква на первых минутах две зрительницы начали громко хохотать и завели весь зал. Артистам пришлось брать длинные паузы, чтобы не потерять текст и самим не расхохотаться. Валерий Данилович тоже оказался под влиянием. Пытался снять спектакль на видеокамеру. Но руки сотрясались от смеха, и ничего не получилось.

Перед спектаклем в городе Холон подвесили декоративный знак “стоп” не совсем ровно. Никто не заметил, а Валерий Анисенко отказался начинать спектакль, пока неточность не устранят. Устранили.

В процессе подготовки спектакля в городе Ришон ле-Цион я увидел, что такое режиссер – настоящий проффи. Валерий Данилович тихо, ненавязчиво обратился к мастеру по свету (тот говорил по-русски): “Ты, ведь, профессионал. Аппаратура прекрасная. Посмотри на сцену. Это не освещение. Лица плоские как на фотографии”. Я посмотрел, но ничего особенного не заметил. “А что делать?” – спросил молодой человек, ничуть не обидевшись. Они пошли к пульту управления и за пять минут выставили свет по-новому. Взглянув на сцену, где актеры прогоняли отрывок, я был потрясен. Объемность, наполненность, трехмерность, глубина, – все это подняло происходящее на сцене на качественно другой уровень.

В один из выходных поехали в Иерусалим. Событие для каждого из участников гастролей. В Храме “Тайной вечери” я показал группе сохранившиеся в полу древние, отшлифованные миллионами ног, камни в комнате, где за столом восседали Иисус и его двенадцать учеников. Объяснил, что именно здесь было произнесено: “Не успеет прокричать и первый петух, как ты трижды от Меня отречешься”. Услышав это, Валерий Данилович сказал: “Вот так и вы отречетесь от меня”. Он знал, что говорил. Вскоре после этих гастролей Валерию Анисенко пришлось оставить РТБД. Он возглавил НАДТ им. Я.Коласа в Витебске. Вместе с режиссером в Витебск переехал и “Што балiць?” Только игрался теперь на белорусском.

 

Я имел счастье видеть этот спектакль и провести организованный Валерием Анисенко мой творческий вечер в фойе театра.

Спектакль был хорош по-своему, хотя во многом уступал предыдущей версии (в Республиканском театре белорусской драматургии). Но Юрий (Юрась) Цвирко был просто великолепен в главной роли. На нем держался весь спектакль. И правильно. Повествую в прошедшем времени. Спектакль радовал зрителя пять лет и был снят с репертуара. Что делать? Спектакли, как люди, рождаются, живут и умирают.

Весной 2017 года стало ясно, что следующий театральный сезон НАДТ им. Я.Коласа начнет с новым художественным руководителем. Однако в мае Валерий Анисенко выпустил спектакль по моей пьесе “Глоток чужого виски” (“Глыток чужога вiскi”). На премьеру попасть не удалось. Смотрели вместе на видео во время его очередного визита в Израиль. Интересная режиссерская работа и снова блестящая игра Юрия Цвирко. Спектакль был снят с репертуара вскоре после ухода его создателя. “Подчищают мои следы”, – сказал Валерий Анисенко совершенно без обиды.

Наверное, это судьба, назначение: прийти, создать, построить, склеить коллектив и быть в итоге им же отторгнутым. Это нормально, если человек сначала думает о деле, а не о себе…

Но Валерий не из тех, кто опускает руки. Крестьянская закалка не дает сидеть без дела, впадать в меланхолию и жаловаться на судьбу. В свои семьдесят четыре он ищет материал для новой постановки: “Я должен вернуться в Минск (из Витебска) и прозвучать” – заявляет он. Обращает внимание на мою монопьесу “Дирижер”. И тут происходит присвоение материала: “Это обо мне. Моя история”, – заявляет маэстро и в течение целого года работает над постановкой. Спектакль под тем же названием выходит в Минском областном драматическом театре в Молодечно, где Валерий Анисенко ныне художественным руководителем, играется на Международном театральном фестивале “Смоленский ковчег” и на гастролях в Израиле. С каждым показом спектакль заметно прибавляет, четче акценты, яснее главное.

После гастролей в Израиле Валерий Данилович высказывает идею, которая на первый взгляд слишком грандиозна, чтобы осуществиться. Непростой подготовительный период, напряженное ожидание, и Белорусско-французско-израильский проект становится реальностью. В Госбелфилармонии его называют Мировой премьерой. В первом отделении – моноспектакль “Дирижер” – исповедь Валерия Анисенко. Во втором всемирно известный дирижер Маэстро Миша Кац, которому посвящена пьеса, исполняет “Кармен-Сюиту” Бизе-Щедрина, произведение, которое пронизывает пьесу.

Накануне премьеры Маэстро Миша Кац – герой пьесы и Валерий Анисенко – режиссер и исполнитель спектакля встретились воочию.

Вечером отправились на ужин, организованный Послом Франции по поводу премьеры. Приехали раньше. Прижались на обочине. Темно. Тихо. Тревожно. Таинственно. Далекий лай собак… В машине Валерий Анисенко, Миша Кац с Анитой-супругой и мы со Светой-моей женой. Говорим о Бытие, Всевышнем и звездах. В маленьком пространстве автомобиля – целый мир. Чего еще желать?!

Холодным пасмурным вечером премьера состоялась. В зале Белгосфилармонии был аншлаг. С приветственным словом выступили Посол Франции в РБ, господин Дидье Канесс и Посол Израиля в РБ, господин Алон Шогам. Зрители не забудут этот вечер. Как можно забыть исповедь актера и режиссера Валерия Анисенко, его абсолютную правду на сцене. Подача из глубины, посыл, жест, опять без любования собой, опять без желания понравиться, правда и только правда. Вот почему филармонический, огромный для моноспектакля зал, не шевелился и не дышал, внимая исповеди актера.

Появление на сцене героя пьесы во втором отделении стало приятным сюрпризом для публики. Затем последовало филигранное звучание Кармен-сюиты под взмахом дирижерской палочки Маэстро Миши Каца.

Об этом немало говорили, писали и продолжают говорить. Но для каждого из нас троих эта премьера стала знаковой, этапом жизни, вехой на пути.

25 февраля 2019 мне предстоит увидеть еще одну премьеру Минского областного драматического театра – спектакль друга, соратника, наставника, Валерия Анисенко по моей пьесе “Любовь.Собак@Точка.RU“. Спектакль по этой пьесе ставил театр “Матара” (режиссер Геннадий Юсим) и Московская театральная компания “Маскарад” с участием Марии Ароновой и Андрея Урганта (режиссер Роман Самгин). Он собирал и продолжает собирать в новой версии с участием Анны Банщиковой и Марата Башарова тысячные залы. Но Валерий Анисенко нашел в этой пьесе грусть, слезу, проступающую сквозь смех. Добился от актеров Людмилы Рощиной и Сергея Корзея открытия личного в этой истории и игры от себя. Надо смотреть.

Должен признаться, меня всегда настораживают сообщения о театральных шедеврах режиссеров, которым еще нет тридцати. Ведь, для того, чтобы толкнуть дверь, надо, как минимум до нее дойти. На какой ступени восхождения на Гору Знаний находится триумфатор? Сколько выстраданного и накопленного у него за спиной? С каким домашним заданием ухожу домой?

Моему другу и соратнику, режиссеру и актеру Валерию Анисенко 5 июня исполняется 75. Пожелаю ему быть в кругу единомышленников, пожелаю сил и здоровья. То, что мы делаем, конечно, важнее здоровья. Но, если не будет нас, никто не сделает это как мы.

 

Для belisrael.info   Леон Агулянский

Писатель-драматург

Член Гильдии драматургов России и Америки

Член Союза писателей России и Израиля

Лауреат премии им. А.П.Чехова

 

Опубликовано 10.01.2019  23:28

От belisrael.info. Мы вкладываем немало усилий и времени для наполнения сайта интересными и актуальными материалами, перевода некоторых на др. языки, поиска и привлечения новых авторов. Крайне важно ощущать поддержку сайта

 

В. Рубінчык. КАТЛЕТЫ & МУХІ (96)

Cёмы месяц доўжыцца актыўная фаза канфлікту паміж пратэстоўцамі з розных мясцін Беларусі і адміністрацыяй рэстарана «Поедем поедим», што стаіць недалёка ад Курапацкага лесу. Баюся, што і ў Новы год мы адчайна ўварвемся пяройдзем з гэтай мітрэнгай.

12.12.2018 Паўла Севярынца і Cяргея Анянкова затрымалі, калі яны спрабавалі перашкодзіць уезду аўтамабіля на тэрыторыю рэстарацыі, адправілі на ноч за краты. Назаўтра адбыўся адміністратыўны працэс – першаму прысудзілі штраф, блізкі ў эквіваленце да 600$, другому прыйдзецца выплаціць каля 440$.

Неўзабаве мае адбыцца яшчэ адно судовае пасяджэнне – па грамадзянскаму іску гаспадара ядальні да журналіста «Новага часу» і рэдакцыі газеты. Паводле версіі Леаніда Зайдэса, журналісцкае расследаванне псуе ягоныя гонар, годнасць і дзелавую рэпутацыю. Л. З. патрабуе 8000 рублёў – г. зн. амаль 3800$ – кампенсацыі за маральную шкоду. Столькі ён, вядома, не атрымае, але часткова іск, хутчэй за ўсё, задаволяць. Зайдэс – не імпульсіўны Ізраілевіч, якому ўласныя фантазіі ды піяр былі даражэйшыя за факты (прынамсі да колькідзённай адседкі ў пачатку лістапада – мо’ цяпер паразумнеў).

Цешыць мяне тое, што не залежу ні ад ураду, ні ад «грамадскіх актывістаў», што нясуць вахту каля брамы рэстарана, ні нават ад таварыства аховы помнікаў, якое пікетоўцы дзяўбуць за «апартунізм» (таварыства мерылася ўзяць у Зайдэса 20000 р. на ўладкаванне Курапат). Яшчэ больш цешуся з таго, што не працую на «Народную волю», газету, калумністы якой не ўмеюць нават уважліва чытаць тэксты, не кажучы пра пошук імі ісціны.

«НВ» у Беларусі не адна такая, ды ад гэтага не лягчэй. Пра Сямёна Б. з яго панегірыкамі для Руты Ванагайтэ і недарэчнай шпількай у бок Ландсбергіса пісалася тут. Яшчэ адзін знаны філолаг, Алекс Ф., 13.11.2018 выступіў у ролі «міратворцы» – маўляў, паводзіны Ізраілевіча яму не падабаюцца, але ж неэтычна атакаваць жонку Аркадзя Маргарыту і яўрэяў увогуле. Усё б нічога, але пан Ф. угледзеў у інтэрв’ю Ізраілевіча «салідарнасць з тымі, хто ў Курапатах расстрэльваў бязвінных людзей». Чаму раптам? Хіба таму, што ў нашумелай гутарцы (верасень 2018 г.) бізнэсмен, між іншага, выказаўся пра Курапаты так: «можа быць, там былі тыя, каго і трэба было расстраляць?»

Невукаваты каблан-забудоўшчык – помнім-помнім, шмат год Аркадзь жыў побач з урочышчам і нічога пра яго не ведаў – мімаволі закрануў сур’ёзную праблему, сацыяльны профіль ахвяр сталінскага тэрору. «Не будзем ідэалізаваць тых, хто трапіў у лагеры і ссылкі, быў расстраляны і закатаваны. Былі сярод іх і даносчыкі на калегаў…», – трапна адзначаў у прадмове да зборніка «Расстраляная літаратура» (2008) гісторык Анатоль Сідарэвіч. Нельга выключаць, што пэўная доля курапацкіх ахвяр перад арыштам проста служыла ў карных органах. Магчыма, прысуды гэтым былым карнікам былі аформлены цапу-лапу, але ж па сутнасці яны атрымалі тое, што заслужылі (як і ўяўны «англійскі шпіён» Берыя ў 1953 г.).

Падкрэслю: доля мярзотнікаў сярод ахвяр тэрору невялікая, і падзел костак на «нашы/не нашы» перспектыў не мае. Праз тое, што на палігоне «Камунарка» пад Масквой «размянялі», напрыклад, экс-наркомаў унутраных спраў БССР Ляплеўскага і Бермана, ён не перастае быць месцам журбы ды памяці. Тым не менш затыкаць Ізраілевічу рот і прыпісваць салідарнасць з расстрэльшчыкамі 1937–1941 гг. было… ну, няхай неразумна.

У нумары за 11.12.2018 на 1-й паласе назіраў у Святланы К. чыстую істэрыку з нагоды таго, што некалькі больш-менш вядомых беларусаў (напрыклад, дырыжор Бабарыкін) удзельнічалі ў тэлездымках расійскага музычнага канала на тэрыторыі «Поедем поедим». На думку С. К., здымкі – «здзек з соцень тысяч беларусаў, якія назіраюць за гэтай сітуацыяй праз СМІ і ўсім сэрцам на баку тых, хто дабіваецца закрыцця скандальнага піцейнага дома…» Няйначай дама падсумавала аўдыторыі ўсіх недзяржаўных СМІ і аўтаматычна прыпісала ўсім іх чытачам-гледачам прагу зачыніць рэстаран…

Усё гэта «лірыка», а ў юрыдычным плане казыроў пратэстоўцам бракуе. Многія з іх апелююць да прадстаўлення, якое пракуратура выпісала 27.11.2012 аблвыканкаму – там гаварылася пра знаходжанне часткі пабудоў у ахоўнай зоне. Аднак прадстаўленні і пратэсты пракуратуры – не тыя паперы, што ўладаюць законнай сілай; параўнальна з рашэннямі судоў гэта, хутчэй, міжведамасныя рэкамендацыі. Дарэчы, і суддзі не заўжды ўлічваюць меркаванні пракурораў.

У 2014 г. пытанне ахоўнай зоны было вырашана… шляхам яе скарачэння да 50 метраў ад ускрайку лесу, г. зн. рэстаран з яе вывелі. Калі за столькі гадоў пратэстоўцы не змаглі выкрыць карупцыйную падкладку ў прынятых пастановах Мінскага аблвыканкама ды міністэрства культуры, то, напэўна, ужо і не выкрыюць. Цяпер дзяржава ў асобе пракуратуры настойвае на тым, што рэстаран можа працаваць, аднак з усходняга боку выключаюцца «ўсе віды гучных мерапрыемстваў». Пасля атрымання гэткага адказу (ліпень 2018 г.) не на закрыцці-пераносе «шынка» варта было б настойваць, а на ўзвядзенні плоту з узмоцненай гукаізаляцыяй…

Курапацкі лес і рэстаран «Поедем поедим» (за плотам). Фота адсюль.

Актывісты зноў і зноў паўтараюць, што Курапаты – нацыянальны некропаль, значыць, заслугоўваюць больш далікатнага абыходжання, чым звычайныя могілкі. Зноў жа, «лірыка»… А чаму б на фоне падвышэння цікавасці дзяржавы да мемарыялізацыі не дабівацца для месца масавых расстрэлаў пад Мінскам статусу асобай, аўтаномнай адзінкі? Каб руліў там, пры ўсёй павазе да органаў «мясцовага самакіравання», не так Бараўлянскі сельсавет, як міністэрства культуры або ўпаўнаважаны па справах рэлігій і нацыянальнасцей. У апараце апошняга або пры мінкультуры варта было б стварыць кампактны пададдзел са стабільным фінансаваннем, а пры аддзеле – грамадскую раду з даволі шырокімі паўнамоцтвамі, куды ўваходзілі б (паводле прынцыпу ратацыі) усе абаронцы i рупліўцы ўрочышча. Яна дэ-факта і пераняла б адказнасць за «закон і парадак» у Курапатах.

Адной з задач рады, санкцыянаванай дзяржавай, мусіла б стаць удакладненне граніц пахаванняў у Курапацкім лесе. Па-мойму, месцы расстрэлаў варта абгарадзіць (прынамсі абкласці камянямі), каб ніхто па іх лішні раз не таптаўся. Як накрэсліць граніцы без маштабных раскопак? Мяркую, урад мог бы на час пошукаў выдзеліць магутную апаратуру, недаступную актывістам-аўтсайдэрам. Чытаю паведамленне 2016 г.: «Навукоўцы будуць шукаць магілы воінаў на Куліковым полі пры дапамозе цеплавізараў». Калі сучасныя прыборы здольныя зафіксаваць парэшткі ваяроў XIV стагоддзя (спадзяюся, у гэтым выпадку інфармагенцтва суседняй краіны не хлусіць), то вызначыць, дзе ляжаць ахвяры ХХ ст., і пагатоў.

Ёсць яшчэ метад біялакацыі… Так, яго рэпутацыя неадназначная, але я на свае вочы бачыў, як яўрэйскі дзеяч Г. у 2002 г. пры дапамозе пруткоў шукаў – і знаходзіў – пахаванні ахвяр Катастрофы ў Мазыры. У месцах расстрэлаў пруткі пачыналі шалёна круціцца. Калі запрасіць у Курапаты 5-10 дасведчаных «лазаходцаў», калі іхнія звесткі наконт пахаванняў супадуць, то мажліва будзе абысціся і без цеплавізараў.

* * *

У кастрычніку г. г. прасіў наведвальнікаў belisrael.info паўспамінаць пра пачатак 1990-х – час станаўлення дзяржаўнасці РБ, якая пачалася, вядома, не з ліпеня 1994 г. Тут можна знайсці згадкі Ю. Тэпера, П. Рэзванава і нейкага Рубінчыка. Сёння – яшчэ адзін успамін ад пастаяннага чытача «К&М», дасланы з некаторым спазненнем:

Алесь Рэзнікаў (інжынер з Мінска, 1967 г. нар.):

Чым мне найбольш запомніліся 1992–93 гады ў Беларусі? Для мяне гэта найцудоўнейшы перыяд свабоды і надзеяў. Канцэрты ў Доме літаратара. Газеты «Свабода» і «Наша Ніва» на тарашкевіцы. Нават дзяржаўныя газеты «ЛіМ» і «Культура» зачытваліся да дзірак. Вандроўкі па Беларусі і ў Польшчу за ваўчары без візы. Для кагосьці, канешне, быў шок і «ліхія 90-я», але не для мяне. Выступы бардаў Віктара Шалкевіча, Андрэя Мельнікава, Змітра Бартосіка, пісьменніка Уладзіміра Арлова… Рэнесанс быў ва ўсіх канфесіях, праваслаўныя разам з баптыстамі і каталікамі раздавалі Евангеллі. Адраджэнне было і ў габрэйскай культуры – вярталася імя Марка Шагала ў Віцебск і Беларусь, людзі даведваліся пра Ізі Харыка і Зэліка Аксельрода, Гірша Рэлеса… Людзі перасталі саромецца называць сябе габрэямі (некаторыя нават па-старажытнаму сталі звацца «жыдамі», у добрым сэнсе)… Нават крышнаіты хадзілі і спявалі па Камароўцы і праспекце Скарыны. Прыязджалі «месіянскія габрэі», ім давалі Палац спорту…

І ў Ізраілі 1992–1993 гады былі часам вялікіх спадзяванняў, кульмінацыяй якіх стала падпісанне «дэкларацый Осла» (верасень 1993 г.). З другога боку, гэта перыяд, калі дзясяткі тысяч імігрантаў востра адчувалі брак працоўных месцаў і жытла – што, у прынцыпе, можна сказаць і пра 1990–1991 гг. Пасля парламенцкіх выбараў 1992 г. «рускамоўная абшчына» палітызавалася; якраз на 1993 г. (4 мая) прыпала беспрэцэдэнтна вялікая дэманстрацыя «аліі» ў Іерусаліме, калі з падачы Шчаранскага & Co. пад Кнэсет прыйшлі да 15 тысяч чалавек. Натан тады дэманстратыўна кінуў у сметніцу перадвыбарныя абяцанкі партыі «Авада», якая прыйшла да ўлады ўлетку 1992 г. У сваім артыкуле для расійскага часопіса «Дыяспары» (2002) я акурат заўважыў, што 1993-і быў годам пераходу ад спантанных пратэстаў да «сістэмных».

Як успамінаў Эфраім Меламед у газеце «Наша страна» (19.08.1999): «Пасля паражэння ўсіх “рускіх” спісаў на выбарах у кнэсет 1992 года («ДА», «ТАЛІ», «Яд бэ-яд») стала відавочнай неабходнасць кансалідацыі сіл абшчыны… 25 лістапада 1993 г. пад вялікім сакрэтам адбылася першая нарада амаль усіх вядомых у краіне рускамоўных старажылаў Ізраіля… Каб сабраць за адным сталом гэтых людзей, мне давялося амаль паўгода весці перамовы з кожным з іх… Тады і на ўсіх наступных сустрэчах аж да перамогі на выбарах 1996 г. (партыі “Ісраэль ба-алія” – В. Р.) адзінай тэмай заставаліся інтарэсы нашай абшчыны». Па-мойму, неблагі ўрок для беларускай «апазіцыі».

Э. Меламед з Кір’ят-Яма – «каталізатар» палітычнага самавызначэння рускамоўных у Ізраілі 1990-х гадоў. Фота адсюль.

«Вольфаў цытатнік»

«Бо мы падобны да дрэва / што расце праз шчыліну ў бетоне / Яго ствол захавае форму шчыліны / Не нам / разбіваць бетонныя сцены / наша справа расці», «галоўнае, каб час ішоў» (Іван Ахмецьеў, 1980-я гг.)

«Нешта ў цяперашнім дзяржаўным ладзе выпадае пакуль што прыняць проста таму, што яно ўжо існуе. Вядома, паступова мы будзем пераўладкоўваць дзяржаўны арганізм» (Аляксандр Салжаніцын, 1990)

«Унікальнасць 1960-х гадоў – у тым, што яны сталі часам вельмі пераканаўчай, вельмі натуральнай і вельмі моцна перажытай ілюзіі канца ілюзій… Людзі хацелі “праўды” – прычым па змоўчанні мелася на ўвазе, што праўда не зможа не ўкладвацца ў нашыя чаканні, не зможа не адпавядаць вымогам, напрыклад, гармоніі, асэнсаванасці, справядлівасці свету» (Вольга Бала, 27.03.2010)

«Шаламаў, напэўна, быў злейшы, больш сацыялагічны і літаратурны, чым Салжаніцын. А многія іншыя – больш дакладныя і гістарычныя. Але толькі Салжаніцыну нейкім дзівам удалося ператварыць сваю творчасць у акцыю – перадача «Архіпелага ГУЛАГ» на Захад – і ў тэатр – трыумфальнае выданне “Архіпелага” па ўсім свеце». (Сяргей Мітрафанаў, 12.10.2016)

«Дзеці – гэта святое. Пад сцягам дзяцей любыя заканадаўчыя ідыятызмы вельмі добра прымаюцца». (Кацярына Шульман, 04.12.2018). Апошні сказ добра перадае сутнасць паняцця «лалітыка» – В. Р.

«Час – ён бязлітасны, ён як ваўчыца / Вось мы сядзім тут, а ён імчыцца» (БГ, з альбома «Час N», 2018)

Вольф Рубінчык, г. Мінск

14.12.2018

wrubinchyk[at]gmail.com

От редактора belisrael

Материал нашего постоянного автора должен вызвать спор.

Я, живущий в Израиле уже 28 лет, не мог не обратить внимание на 2 последних абзаца.

На ословский договор можно смотреть по разному в зависимости от политических взглядов, но большинство израильтян скажут, что он принес огромные проблемы.

Пример партии “Исраэль ба-алия”, конечно, интересен, но к следующим выборам  в 1999 она разочаровала многих, на чем и сыграл Либерман, основавший НДИ, которая пусть и держится долго, уже давно у многих вызывает раздражение своим цинизмом, демагогией, пустыми обещаниями. К этому еще можно добавить ставшие близкими отношения Либермана с Путиным и Лукашенко, даже если в последние годы это не так незаметно. Еще недавно бывшая израильским министром Софа Ландвер, не раз во время поездок в Беларусь, отмечалась восхвалением режима, израильские ее выкрутасы и, мягко говоря, прегрешения это особая песня, заслуживающие отдельного большого разбора. Леонид Литинецкий стал проводником “русского мира” в Израиль. И нельзя не отметить, что партия оказалась настолько коррумпированной, что ряд ее высокопоставленных деятелей и их приближенных уже сидят, др., таких как Фаина Киршенбаум, вполне вероятно ожидает большой срок.

Опубликовано 14.12.2018  22:44

Водгук

Сітуацыя з «Курапатамі» сапраўды неяк выбіваецца з агульнага трэнду. Я ўжо не кажу пра мемарыялізацыю Трасцянца, але і спыненне прац па пашырэнню вуліцы Карла Лібкнехта, калі ў скверы на Купрыянава «раптоўна» адкрыліся парэшткі (нават мой бацька, якога толькі нарадзілі ў Мінску, і бабуля з дзядулям зусім не мінчане, і потым ён да 8-га класа жыў у Германіі, з савецкай групай войск, ведаў, што там – былыя лютэранскія могілкі), і нешта кшталту могілак загінулых у Першай сусветнай паміж Старавіленскім трактам і вуліцай Чарвякова, – усё паказвае, што да парэшткаў нашы ўлады спрабуюць ставіцца з пашанай. Хутчэй за ўсё, справа ў палітызацыі менавіта гэтага месца, з-за якой абодва «бакі барыкады» «ўпёрліся рогам». Што мусіць адбыцца, каб яны разышліся мірам, я не ведаю, але адносна мірнае святкаванне 100-годдзя БНР дазваляе спадзявацца на лепшае.

Пётр Рэзванаў, г. Мінск  

17.12.2018  13:15