Tag Archives: Инна Соркина

«Тянет белорусский якорь». Беседа с Павлом Костюкевичем (2)

(окончание; начало здесь)

В Минске из-за твоего гражданства бывают хлопоты?

– Пока что не было, но… Когда в гостиницах других городов достаёшь израильский паспорт, сразу набегает. Думаешь, что надо как-то не так себя вести, надо качать права, требовать себе лучший номер 🙂

– Не обелорусился ты как следует – видать, мало вышиванок сносил… А здешней политикой интересуешься?

– Здесь есть один политик – политики нет.

– Ну, может, за последние 10 лет какое-то новое поколение подросло?

– Думал недавно о местной молодёжи – она аполитичная совсем.

Категоричен ты… Не берём далёкий 2010 год, но в 2017-м на «нетунеядские протесты» много молодёжи выходило, сам видел.

– Возможно, приближается старость. Кажется, что раньше всё было более ярко, все выходили 🙂

– Тебе же [в 2019 г.] только 40 лет исполнилось. Какого числа, кстати?

– 24 мая, в день рождения кириллицы. Остро ощущаю эту дату – да, по еврейским традициям, ещё далеко до половины жизненного срока, но мы-то живём не в эпоху пророков, ориентируемся на реальную жизнь. В 40 лет надо уже как-то иначе ставить ступню, чтобы на спуск идти. Иное ощущение жизни – «нет того, что раньше было».

– По-моему, за 11 лет в Беларуси ты немалого добился. Свои крупнейшие достижения назовёшь?

– Представляется, что мало чего добился, хочется большего.

ОК, спрошу иначе. Сколько ты книжек выпустил?

– Штук 10 – своих и с переводами. Своих четыре: «Зборная РБ па негалоўных відах спорту», «План Бабарозы», «Бульба ў райскім садзе», «Душпастарскія спатканні для дачнікаў». Ага, и «Блог Усяслава Чарадзея» – пять. Переводы: «Аўтаспынам па Галактыцы», «Бойня № 5», две керетовские книжки, Вайля книжка… Сейчас у Логвинова выходит перевод на белорусский «Троих в лодке» Джерома К. Джерома. И перевожу с иврита «Вениамина Третьего» Менделе Мойхер-Сфорима.

«Вещественные доказательства» от П. К.

Что из названного для тебя самое дорогое?

– «Бабароза», конечно. Очень важная книжка, в ней я прыгнул «выше пупка» – боюсь, что такого прыжка не повторю. Писал четыре года.

Действительно, чувствуется, что в неё много вложено, особенно понравились рассуждения о колтуне. У Кульбака была зельманиада, у тебя – колтуниада… Я даже попытался посетить [упомянутый в романе сайт] kautun.by 🙂

– Колтун спасал книгу в последний момент. Всё писалось долго, медленно, но не было «центрального гвоздя». За несколько дней дописал фрагмент – абсолютную пародию на «Город Солнца» и «партизанов» Артура Клинова. К «Городу Солнца» претензий не имею, но хотелось спародировать тот дискурс и «концепцию партизана».

– Не соглашаешься с тем, что белорусы – культурные партизаны?

– Отвечу словами из купаловских «Здешних»: «всё это как бы так и как бы не так». «Партизанская» концепция немного смешная, комедийная. Время прошло, надо новые концепции порождать – более серьёзные 😉

– А на чём может (или должна) строиться новая концепция белорускости?

– Переходя к «Вениамину Третьему», которого перевожу, – из этого произведения проистекает концепция гетто, которое было здесь в ХІХ веке. Было большое гетто, но не на один народ, а на два: на евреев и белорусов. Резервация размером в целую страну – возможно, одна из крупнейших в Европе. Тут и надо всё искать, все корни…

– Допустим, Беларусь была колонией, и что дальше? Идея деколонизации? Так она не новая. И как бы ты «рядовым гражданам» объяснил, что делать? Просто выйти из гетто, стать свободными людьми?

– Да, свободными, но я не знаю, как это можно объяснить людям, которые считают себя победителями во Второй Мировой. Беларусь победила? Она была жертвой той войны, а выпячивается постоянно победоносность.

Бросаешься в другую крайность. Ясно, что была жертвой, но ясно и то, что перамагла (вместе с другими). Предлагаешь сместить акцент на то, что мы были жертвами? Но ведь это «вечный плач», из которого вряд ли нечто конструктивное выйдет.

– По крайней мере надо признать, что в гетто «отбивали голову», т.е. не разрешали своего образования. Ограничивалась мобильность: ты мог переехать в город, лишь поменяв себя. Конечно, «отсекание головы» происходило по-разному у евреев и белорусов.

В любом случае то, о чём ты говоришь, имело место 150-200 лет назад. Неужто в прошлом веке всё осталось, как в позапрошлом?

– Половину советского времени гетто в разных формах существовало – «не забалуешь». Первым руководителем Беларуси из местных был Мазуров (с 1950-х гг.), все прежние руководители были сюда присланы…

Из довоенных руководителей вспоминается белорус Шарангович, но это не так существенно. Были здешние, может, даже худшие, чем присланные…

– Так и про Кубе кто-то говорит, что он думал о Беларуси! А если серьёзно, то Беларусь подчинялась империи: эти территории максимально использовались. «Как удобно, так и сделаем» – во всём, и в культурном строительстве, и в экономическом…

Хорошо, не будем замахиваться на глобальные обобщения. Вокруг чего может сейчас строиться идентичность белорусских евреев?

– Представим себе современного белорусского еврея. Его внуки в Америке, дети в Израиле, сам он на чемоданах. Даже если он решил жить здесь, он смотрит RTVI («русское международное телевидение», с конца июня 2021 г. его вещание прекращено в Беларуси. ред.). Времени на белорусскую культуру у него нет…

– Ты скептически смотришь на местные еврейские организации?

– Да, и это одно из крупных разочарований последних десяти лет – еврейское сообщество очень направлено на… Ну, во-первых, на благотворительность. Это хорошо, но помощь идёт из-за рубежа (хотя из Беларуси тоже). Во-вторых, на обработку тем, которые важны, но к сегодняшнему дню не имеют отношения. Конкретно, хватит воспевать местечко. Жизнь в местечке была очень тяжёлой, депрессивной жизнью в резервации – давайте об этом поговорим!

Разве кто-то так уж воспевает? Конечно, есть некоторая апологетика… о чём я писал ещё в начале 2000-х гг.

– Воспевают. Кроме того, наблюдаю, как концепт идеальной жизни в местечке переносится на БССР, где всё якобы было гармонично… История белорусских евреев интересна и разнообразна, но в Беларуси всё сводится к концептам штетла и Холокоста.

Сейчас белорусы начали узнавать о своём еврейском наследии, столько появилось исследований – той же Инны Соркиной… Истерия (в хорошем смысле), связанная с Кульбакам, – это же здорово! А еврейские организации дышат ровно.

Всё же на Кульбака обращает внимание и местный еврейский официоз – газета «Авив», журнал «Мишпоха» (правда, Юлий Марголин в этой статье стал «Юрием»)… Не забывают и Менделе – когда в 2018 г. открывали памятную доску в Копыле, была там и делегация «официальных евреев». Может, ты обижаешься на то, что белорусские евреи не читают твои книги?

– Может быть… Но я вижу, что «лыжи» навострены на переезд: «Не я перееду, так мои дети или внуки переедут». Такое чемоданное настроение. С другой стороны, белорусские евреи видят мир развёрнуто – нет атеистического восприятия, мол, на мне всё кончается… Наперекор всем теориям, по которым люди склонны жить «здесь и сейчас».

Но многие белорусские евреи радуются жизни и не зациклены на прошлом (да и будущем). Взять те же «Дни еврейской культуры» в Минске…

– Ну, возможно, это мой личный плач по книжной культуре. От белорусской публики мне внимание перепадает – книжки читаются, смотрятся… От еврейской – почти не перепадает.

Какие литературные премии ты получил?

– В 2012 году – премию Ежи Гедройца за «Зборную РБ па негалоўных відах спорту», а в 2019-м – «Прозрачного Эола» за переводы Узи Вайля.

События 2012 г. много обсуждали, в том числе и в связи со скандальчиком вокруг присуждения. А в 2019-м были неурядицы?

– Макс Щур, основатель «Эола», в принципе, человек скандальный, но в этот раз он почему-то был сама кротость. Выдал премию пятнадцати литераторам, и для скандалов просто почвы не было.

Эолы самые настоящие

Побалакаем о «Вениамине Третьем». Почему ты взялся переводить Менделе, и почему именно это произведение?

– Я думаю, это пересоздание входит в мои обязанности. Произведение давно уже напрашивалось, с Барщевским о нём говорили…

– Неужели с Яном? 🙂

– Произведение таки попадает в раздел «Белорусская литература не по-белорусски», где фигурирует имя Яна Барщевского, но разговаривал с Лявоном. Он, пожалуй, последний возрожденец, который считает, что надо все основные пробелы закрыть. Я так не считаю, но непереведенный Менделе – из тех пробелов, которые закрыть необходимо. Это часть белорусской литературы, написанная на идише и иврите.

– Я давно в курсе твоей позиции: «Литература, которая не обогащается переводами, постепенно делается провинциальной и вымирает» (2011 г.)». А до тебя Менделе Мойхер-Сфорима переводили на белорусский?

– Поиски в сети показали, что никто толком не переводил… На украинский перевод есть, вышел во время «дела врачей», и там все израильтяне в тексте заменены на «красноликих евреев». Это отдельная интересная тема – как были убраны все мудрости библейские, сделаны из них местечковые мудрости.

– Ты ставишь перед собой цель подготовить полный, самый адекватный перевод?

– У меня сложная задача, потому что Менделе сам играл с ивритской версией – фактически, переписывал сам себя… Выбрал сначала идиш, заработал себе славу, а иврит – это было для него что-то вроде забавы.

– По-моему, наоборот: он начал писать по-древнееврейски, потом уже перешёл на идиш

– Он экспериментировал, но когда понял, что нужен некий «выхлоп», выбрал идиш, чтобы книжки пошли в народ. Но все литераторы в то время ощущали «неполноценность» идиша, и в предисловии к «Вениамину Третьему» сказано примерно так: «Хорошо было бы, конечно, издать книгу на иврите, но написал я на идише». И вот 30 лет спустя он осуществил мечту, издал ивритскую версию. Её читали люди, которые уже прочли книгу на идише, т.е. автор играл и со своим читателем. В этом издании много вырезано, сделано больше универсалистских выводов о еврейской душе, в нём меньше местечковости (кстати, думаю, некоторые шутки зря выброшены)…

– Ай-яй, неужели ты сравнивал ивритский вариант с идишским?

– Идишем, увы, не владею. Просматривал довольно точный (так, по крайней мере, я читал в научной литературе) польский перевод с идиша, потому что украинская и русская версии – весьма специфичные. Да на самом-то деле и изданий на идише было три, и они отличались довольно сильно… Короче, я изучал вопрос. А насчёт адекватности – не знаю, может, он и не адекватный. Полагаю, что это должен быть антиколониальный перевод, из этого всё следует. Потому что у Менделе – путешествие людей, которые идут в Святую Землю, а попадают в каменный мешок казармы.

Менделе любил Танах, и наперекор моде того времени отдавал ему преимущество перед Талмудом. Проблема в том, что многих слов в Танахе не было, и писатель был вынужден давать описание вместо понятия. Например, там, где говорится о ряске или плесени на воде, он употребляет сочетание «что-то зелёное».

И ты убеждён, что перевод классика еврейской литературы следует осовременить, дав свободу переводчику? В твоём переводе говорится о «фрустрации» Вениамина, а есть ли это слово в оригинале?

– Нет, конечно… Но после «неволи», долгого подчинения ивритским авторам (что бы ни говорили, там не мой стиль, а стиль Этгара Керета, Узи Вайля и др.), считаю возможным поэкспериментировать. Ну, слушай, Танах же тоже переводили по-разному!

Иногда, конечно, «просыпаешься» и осознаёшь, что итальянский афоризм «переводчик – лжец» имеет под собой основание. Тогда я начинаю что-то откручивать назад.

Перевёл уже всю книгу?

– Почти… Надеюсь, выйдет в следующем году (увы, в 2020 г. не вышла. – ред.). Видишь, по всем критериям это произведение белорусское, хотя пытаются показать, что оно больше украинское… И автор преподносит своего героя («Менделе-книгоноша» – это же не он сам, это его рассказчик!) скорее как хасида, чем как миснагеда, а хасидизм был более распространён среди украинских евреев. Мне кажется, автор хотел понравиться более широкой публике: не только белорусской и украинской, а и российской.

– Хасидские мотивы легко объяснить, т.к. в юности Менделе (тогда ещё Шолем-Яков) общался с хасидами. Об этом свидетельствует его автобиографическая повесть «Шлойме, сын Хаима» (герой отправляется из «миснагедского» Копыля в Тимковичи, где знакомится с хасидским миром, перенимает некоторые его обычаи)…

– В то же время автор выступает и против тeх, и против этих – он, скорее, занимает позицию маскиля, еврейского просвещенца (и чем-то напоминает немецкого еврея). Рассказчик же, его альтер эго, – не совсем маскиль; происходит этакое раздвоение в рассказе.

Я догадался, почему ты выбрал Менделе – не только потому, что земляк, а и потому, что он близок к Гаскале, просвещению. У тебя тоже есть эта жилка – просвещать здешний люд. Недаром ты читал лекции об израильской литературе в БГУ и в Белорусском коллегиуме…

– Так у многих она есть, а вместе с тем… Читаю сейчас Алеся Беляцкого о возрожденцах 1980-х. Это замечательные люди, но, по-моему, всё уже кончилось в 1960-х – всё национальное движение. Потом был некий культурный круг, членов которого не выпускали на широкий простор и туда особенно никого не пускали. Пришли возрожденцы, и как они себя вели? Словно двадцатого века и не было. Сказали, что народ чуток русифицированный, но, в принципе, ничего не забыл. На деле же всё было кончено, и у евреев тоже (ну, в 1970-х точно).

Снова непонятный пессимизм…

– А может, беседуя с тобой, я обкатываю предисловие к Менделе Мойхер-Сфориму 🙂

– Давай лучше к твоей биографии обратимся. Ну, приехал ты сюда в 2008 г., поставил себе сверхзадачу (условно – обновить белорусскую литературу при помощи израильских авторов)… Или не ставил?

– Такая сверхзадача была, однако, когда я обзавёлся семьёй (женился на Марийке Мартысевич в 2011 г., потом родились Сымон и Лявон), стал более меркантильным. Больше думаю о своём, меньше – о Гаскале 🙂

Павел и его супруга, Мария Мартысевич, в образах межвоенных белорусских контрабандистов. Фото отсюда

Полагаешь, Джером К. Джером и Менделе по-белорусски будут продаваться? Одна наша бывшая соотечественница, выпускница журфака БГУ 1964 г., считает: нечего переводить на белорусский то, что уже выходило по-русски. Экзотическое мнение, и всё же…

– Ну, понемногу всё продаётся. «Аўтаспынам па галактыцы» Дугласа Адамса – успешная книжка, где-то 1000 экземпляров продалось. А самым успешным был первый Керет («Кіроўца аўтобуса, які хацеў стаць Богам»). Тогда, в конце 2000-х, и время было другое, и помощь посольства Израиля… Вторая книжка, изданная в Минске-2017 («Раптам стук у дзверы»), пошла не так хорошо, хотя Керет остался Керетом.

Посольство уже не устраивало презентацию этого сборника в Израильском центре?

– Понимашь, сейчас фактически нет посольства Израиля, есть лишь один дипломат. Должен быть атташе по культуре, куча других людей. Когда есть атташе, он волей-неволей отвечает за литературу. А когда один человек за всех отдувается, что это за работа?

Поэтому, видимо, не очень получилась выставка израильских достижений на минской книжной ярмарке-2019…

– Да уж, там был просто провал. Книги должны как-то циркулировать между читателями, переходить в их собственность. Должны происходить встречи… всё-таки 50 тысяч образованных белорусов посещают эту ярмарку.

– Может, опять-таки всё проще: тебя не пригласили, потому и «клеймишь» выставку?

– Всё может быть 🙂 У меня мама так и считает: всё сводится к личному…

Я так не считаю, но мысль распространённая… А скажи, что тебе помешало выпустить иврит-белорусский словарь, анонсированный в 2007 г.?

– Он наполовину готов, но время бумажных словарей прошло… Посмотрел на Алеся Астрауха с его трудом – и понял, что бумажный я не осилю. Сейчас думаю издать иврит-белорусский словарь в электронном виде – не просто на каком-то сайте (уже и время сайтов прошло), а, может, на специальном, например на slounik.org. Но насчёт задержки ты прав – нет мне оправдания!

Считаю, что как раз словари стоит издавать на бумаге, пусть ограниченным тиражом. Даже странно, что ты представляешь книжный магазин, куда люди заходят, что-то покупают (в т. ч. идиш-белорусский словарь Астрауха), и говоришь, что время бумаги ушло.

– Как бы ни было, иврит-белорусский словарь я доделаю. Это моя обязанность, как и перевод Менделе.

Сейчас мы, заглянув к бронзовому Максу Горькому, медленно шествуем от дома-музея РСДРП к дому Костюкевичей, что на улице Чернышевского… Сам-то как считаешь: хорошо ты поработал в эти 11 лет? Какую оценку поставил бы себе?

– B принципе, положительную. По вычерпанности – 100, я уже исчерпал себя (в смысле идей), из колена выломал всё, что можно. По результативности – 60-70…

– А если бы остался в Израиле?

– Скорее всего, затянула бы стихия денег. Kто бы нам позволил жить богемно в Израиле? Короче, не жалею, что вернулся.

– Часто бываешь там?

– После 2008-го ни разу не был.

– Хотел бы?

– Да, но пусть дети подрастут. Старшему нет четырёх, младшему теперь [в августе 2019-го] год. Боюсь, они многого не поймут, если сейчас ехать. Хочется, чтобы был некий толк от путешествия. Вот ездили с Сымоном на экскурсию в Лидский замок, там показаны орудия для пыток – так говорили малышу, что они служат, чтобы массажик делать 🙂

– Между прочим, какое твоё любимое место в Минске?

– Лошица. Лошицкий парк.

И вот мы уже приближаемся к площади Победы, она же Круглая. Сама составная часть города-героя подсказывает, что пора закругляться. Читателям belisrael что-нибудь пожелаешь?

– После сорока лет всё становится понятно. Которые моложе, тем желаю дожить до 40, а тем, кто дожил – постараться это пережить 🙂

 

Может, в твоём левом кармане завалялись советы для молодых литераторов?

– Думаю, надо пытаться рассмешить или смутить читателей в каждом предложении. Либо убивать кого-нибудь в каждой фразе, и делать это в КАЖДОЙ фразе. С этого надо начинать. Потом уже развернётся ситуация.

– А если нет?

– Надо продолжать в том же духе – либо в каждом предложении смешить, либо в каждой фразе убивать.

Этак и персонажей не останется…

– Тогда убивать надо не персонажей, a какой-то концепт. Чтобы каждая фраза представляла собой сражение, удар по мозгам.

– Гм, наводит на мысли о рассказе «Бунин». Но ведь в произведениях Павла Костюкевича не всегда присутствует то, что ты советуешь! Взять тот самый «План Бабарозы», где лирика вплетается в сатирику…

– Я уже выработал свой стиль, мне можно. Вообще, знаешь что? Рассказ – это о том, как разрушить существующее мироздание. А в романе наоборот: надо создать свою планету, свою галактику.

Расспрашивал Вольф Рубинчик

Авторский перевод с белорусского, оригинал здесь

От belisrael.info. Фрагменты «Путешествия Вениамина Третьего» в переводе П. Костюкевича на белорусский см. здесь, здесь и здесь. В начале августа с. г. Павел пояснил: «Мойхер-Сфорим с иллюстрациями подготовлен к печати, но будет ли книга – вопрос. Все под веником; во всяком случае, меценаты и спонсоры боятся…» Если кто-то из наших читателей НЕ боится, ему (ей) и карты в руки.

Опубликовано 22.08.2021  17:57

В. Рубинчик. Еврейское и рядом (3)

Вот уж полтора года коронавирус – глобальная проблема. Беларусь, а может, и весь мир (вей из мир), превратилась в подобие алжирского Орана из нетленки Альбера Камю «Чума». Роман Камю был создан три четверти века назад, но человечество меняется медленно, да и необязательно в лучшую сторону, так что аналогии уместны, почему нет?

Начиная с весны 2020 г. в разных странах умерло (не всегда напрямую от COVID-19) немало людей, которые существенно влияли на modus vivendi белорусского еврейства. Некоторых я уже упоминал в своих текстах; со многими был знаком лично… Здесь – очень кратко, с приложением тех фотографий из открытых источников, что ещё не публиковались на belisrael:

Аркадий Бляхер (1923–2020) – ветеран войны, экс-руководитель еврейской организации Бреста, в конце 1990-х – начале 2000-х значился членом редколлегии минской газеты «Авив».

А. Бляхер

Андрей Горбенко (1962–2020) – предприниматель, спонсор «Ідыш-беларускага слоўніка» (сост. Александр Астраух, 2008).

Юрий Зиссер (1960–2020) – бизнесмен, спонсор «Клезмерфеста» (2019) и ряда иных «околоеврейских» проектов.

Яков Гутман (1945–2020) – инженер, член первого правления МОЕКа (с 1988), председатель минской иудейской общины (1989–90), президент Всемирной ассоциации белорусских евреев (с 1993).

Соломон Карпас (1953–2020) – бывший руководитель еврейской организации Витебска.

С. Карпас

Михаил Нордштейн (1930–2020) – военный журналист, первый редактор газеты «Авив», член Союза белорусских писателей (с 2013).

М. Нордштейн

Михаил Иоффе (1932–2020) – заслуженный работник промышленности («Брестгазоаппарат»), почётный гражданин Бреста (с 2002).

М. Иоффе

Семён Лиокумович (1932–2020) – лектор, составитель кроссвордов и справочных книг, член правления Минского объединения еврейской культуры (с конца 1990-х).

Юрий Тепер (1958–2020) – один из лучших библиотекарей г. Минска, активист общины «Бейс-Исроэль», знаток истории шахмат, спорта вообще.

Анатолий Наливаев (1931–2021) – художник, театральный деятель, кантор.

А. Наливаев

Бэла Шпинер (1976–2021) – артистка, певица.

Б. Шпинер

Лев Шейнкман (1931–2021) – ветеран войны, учитель, многолетний глава Белорусского союза евреев-инвалидов и ветеранов войны, партизан и подпольщиков.

Л. Шейнкман

Олег Ходыко (1942–2021) – наставник реставраторов идиша в 1980–90-е гг. 12.06.2021 один из его учеников (А. М. Астраух) написал: «Печальная новость. Вчера, 11 июня, ушёл из жизни ОЛЕГ ВЛАДИМИРОВИЧ ХОДЫКО, УЧИТЕЛЬ, АРХИТЕКТОР, ХУДОЖНИК, РЕСТАВРАТОР, ИСКУССТВОВЕД, ЛИТЕРАТУРОВЕД, ПИСАТЕЛЬ, ПЕВЕЦ, создатель школы архитектуры и искусства, белорусской школы реставрации, школы языка ИДИШ, ЯЗЫКОВЕД, ЗНАТОК КЛАССИЧЕСКОЙ И НАРОДНОЙ МУЗЫКАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ, ФОЛЬКЛОРА И ЭТНОГРАФИИ ЧЕСТЬ БЕЛОРУССКОЙ НАЦИИ, ГАОН ИСКУССТВА HOMO LUDENS ET UNIVERSALIS. A LIXTIKN GANEJDN». Пер. с бел., заглавные буквы сохранены.

О. Ходыко

Леонид Рубинштейн (1939–2021) – бывший руководитель бобруйской еврейской организации, почётный гражданин Бобруйска (с 2020).

Л. Рубинштейн

Виктор Лясковский (1946–2021) – главред «Авива» с 2005 г. (де-факто стал им раньше, когда числился замредактора) и до 2013 г., автор книжек для детей, ведущий литстудии в Минском еврейском общинном доме.

В. Лясковский

Приближается годовщина смерти М. Нордштейнa (10 августа). Позволю себе процитировать его послание, доставленное ещё тогда, когда я учился в аспирантуре и надеялся на консолидацию белорусской еврейской общины посредством самиздата:

Рад был получить Ваше письмо с газетой «Анахну кан». Помню ли я Вас – как же не помнить человека, который столько помогал Дине Звуловне [Харик]!.. Да и мы с Вами не раз беседовали. Жаль только, что наше сотрудничество в «Авиве» так и не получилось.

Мне по душе ваша активная позиция в еврейском общественном движении. Правда, и движения как такового порой не замечается. Скорее такое состояние можно назвать застоем.

«Анахну кан», конечно же, прочитал от начала и до последней строки. Особенно понравился фельетон «Вице-президенты – наша сила, наша гордость и краса!» Смеялся от души. Десять заместителей у президента евр. союза! По-моему, у генсеков КПСС было меньше. Глубоко убеждён в том, что свежая струя в евр. жизни Беларуси необходима. И такую свежую струю вижу в присланной Вами газете.

Ваше участие в шествии, посвящённом 60-летию казни минских подпольщиков, безусловно, поступок мужественный. Кстати, в августе 98-го я вместе с Валерием Щукиным и другими принял участие в пикетировании по случаю 30-летия оккупации Чехословакии советскими войсками. Правда, арестов тогда не было. Милиция ограничилась тем, что каждого из пикетчиков (а нас всего-то было около десятка) сфотографировала.

Нордштейн поучаствовал также в моём опросе на тему «Кто из героев еврейского сопротивления заслуживает того, чтобы его именем назвали улицу в Минске?» («Анахну кан», март 2002 г.; ответил «Гебелев, Смоляр, а из героев послевоенного сопротивления – Ефим Давидович, Лев Овсищер, Наум Альшанский»). Но при встрече в Минске пару месяцев cпустя, наслушавшись «доброжелателей», уже читал нотации: «Нельзя так с вождями, Володя, они стараются… И видите ли, независимой прессы не бывает». Откровенно прощупывал, а не перейдёт ли собеседник на сторону Я. З. Басина & Co.? Постепенно отношения наши сошли на нет.

Михаил Соломонович, при всём его богатом жизненном опыте, являлся… ну, скажем, простецом: что последнее откладывалось в его голове, то он и держал за истину, и готов был повторять на все лады. Его амбициозность, желание быть не просто журналистом, а Редактором, Литератором и Знатоком истории, умело использовали разные интриганы, из «главной еврейской организации» и не только. Иногда это кончалось так:

Тем не менее заслуги Нордштейна в развитии еврейской прессы, в «раскрутке» многих достойных личностей неоспоримы; определённую ценность имеет и его, пусть несколько многословный, двухтомник мемуаров «Рубиконы». Внёс он вклад и в то, что в Израиле-2006 появился памятник Маше Брускиной (живя в Германии, собирал деньги по всей Европе). Чуть обидно было читать на сайте «Авива», что Нордштейну-де в январе 2021 г. исполнилось бы «92» года (неужто было трудно из 2021 вычесть 1930?)

Ещё в 2018 г. в Нью-Йорке скончался писатель Михаил Шульман (Шумов), 1923 г. р., ветеран Великой Отечественной, глава могилёвской еврейской организации на рубеже 198090-х т.е. стоял у истоков. Лично с ним я не был знаком, о его общественной деятельности судить не берусь, а книги шумовские когда-то читал, нравились.

М. Шульман (Шумов)

Увы, и 2,5 года спустя в белорусском литжурнале «Неман» о смерти писателя не знали (раз-другой кликнуть в интернете, видимо, «религия не позволяла»):

Из «Немана», № 1, 2021

Впрочем, «Авив» и СБЕООО в этом отношении не превзошли «Неман» 🙁

В последнее время наблюдается «омоложение кадров» в руководстве белорусских еврейских организаций: процесс естественный, но не безболезненный. Бизнесмен Олег Львович Рогатников, бывший зампред «еврейской общины г. Витебска» самый молодой из четырёх руководителей «главного еврейского союза» за 30 лет существования этой «зонтичной», или «крышевой» структуры. Чуть больше месяца рулит, но успел отметиться в «СБ» (22.07.2021) обещанием, что не допустит красных полос у памятников жертвам Катастрофы, дабы не «разжигать негативные настроения». А ещё участием в официозной пресс-конференции «Многоликая Беларусь» (30.07.2021).

О. Рогатников

Общаться с редакцией belisrael.info г-н Рогатников не спешит, хотя сайту без малого 13 лет, здесь нередко появлялись ценные материалы о современных евреях Беларуси, площадку ценят исследователи. Что ж, насильно мил не будешь… Сильно критиковать нового председателя СБЕООО я не стану, ведь не прошло ещё 100 (даже и 50) дней с его победы на конкурентных выборах. Но зацепило заявление г-на Рогатникова о «белорусских еврейских общинах», представленных в «40 городах». Согласно сайту СБЕООО, «общины» на сегодня вот где есть: Барановичи, Бобруйск, Борисов, Брест, Витебск, Гомель, Гродно, Калинковичи, Лида, Могилёв, Мозырь, Орша, Пинск, Полоцк, Речица, Слуцк, Солигорск. С Минском выходит 18 городов, но никак не 40. То ли wishful thinking, то ли просто оговорка.

Ещё сильнее, чем «центральный офис», омолодилось гродненское объединение еврейской культуры им. Лейба Найдуса, основанное в 1989 г. Более года им руководит педагог-студент Натан Шамсутдинов. За это время он, как член «молодёжного парламента» Гродненщины и вообще крупный активист (возглавляет ещё фонд «Кислев»), был послан… на «Всебелорусское народное собрание» в Минск.

Н. Шамсутдинов, фото отсюда 

Г-н Шамсутдинов мечтает о возрождении еврейского квартала Гродно, хотя аналогичный проект в Витебске, анонсированный в конце 2000-х Леонидом Левиным и даже крупными чиновниками, провалился. Мечтать не вредно, тем более что да, с избранием юного Натана в Гродно началась некоторая движуха. Но пока не реализовано и более скромное дело, которое в Гродно обсуждается с 2018 г., установка доски-шильды в честь поэта Найдуса на улице его же имени (см. здесь).

Натан Шамсутдинов (09.11.2020): «Немного затянулся процесс. Мы планировали как раз к его дню рождения, но надеемся, что в этом месяце или хотя бы до конца года мы установим эту шильду».

Инна Соркина (05.08.2021): «К сожалению, [шильды] нет».

В июле 2020 г. гродненцы бросили клич, воспроизвожу без правок:

Шолом Алейхэм ‏שלום־עליכם! Друзья, спустя 81 год наша община запускает вновь газету «Grodner Moment». Эта газета выходила в Гродно с 1924 на идише и являлась самой популярной среди еврейского населения города. Мы не могли упустить этот момент и не возродить ее хотя бы онлайн. Мы, к сожалению, не можем выпускать ее как раньше ежедневно, однако, мы сохранили главный ее принцип. Выпуски будут в начале недели и перед наступлением Шаббата. В этой газете как и раньше будет освещаться искусство, бизнес, новости из нашей общины и о еврейских событиях области и Республики, а также события из Еврейского мира.

Газета будет выходить в социальных сетях:

Instagram: @jewishcommunitygrodno

Facebook: facebook.com/jewishcommunitygrodno/

Если Вы поможете распространить эту информацию будем Вам очень благодарны!

Алдос бэстэ אַל דאָס בעסטע! Всего наилучшего! 

Отрадна попытка продолжить традицию, да ещё с идишскими словами… За год у Н. Шамсутдинова & Co. вышло свыше 30 номеров, но летом 2021 г. «Гродненский момент» выглядел так:

Честно говоря, это больше смахивает на банальное объявление или афишку, чем на газету.

Тем временем в гродненском издательстве «ЮрСаПрынт» в начале 2021 г. увидел свет трёхязычный сборник, посвящённый 130-летнему юбилею «принца еврейской поэзии» Л. Найдуса. Прочесть о книге и её создателях по-белорусски можно здесь, по-русски здесь. Тираж  55 экз.

Вольф Рубинчик, г. Минск

06.08.2021

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 06.08.2021  20:56

Читателям
.
К сожалению, с 22.30 (по минскому времени) 09 августа 2021 г. не имею доступа к эл. ящику wrubinchyk@gmail.com. Все письма, полученные с этого адреса после указанного времени, прошу считать недействительными. Пожалуйста, пишите мне на w2rubinchyk@gmail.com.
.
С уважением,
Вольф Рубинчик, г. Минск
***
Шаноўныя чытачы, з 22:30 (па мінскім часе) 09 жніўня 2021 г. не маю доступу да скрыні wrubinchyk@gmail.com. Калі ласка, пішыце на адрас: w2rubinchyk@gmail.com і не звяртайце ўвагі на магчымыя лісты са старога адрасу.
.
***
.
Dear all, since the evening of August 9, 2021 I’ve lost access to my account at wrubinchyk@gmail.com. Pls write me to: w2rubinchyk@gmail.com And never mind messages from the old account.

В. Рубинчик. Еврейское и рядом

Ох, шалом, что ли… Для фельетонов наподобие этого (2001) не хватает энергии, для очерков о деятелях вроде Мая Данцига – времени… Собственно, проблемы со временем и сводятся к той самой нехватке энергии.

Понемногу перехожу из категории исследователей-воспоминателей в разряд акынов: что вижу, то пою. Если кому-то от этого легче, зовите меня графоманом или претенциозным автором. В наши дни не пускать в себя цензуру (и себя в цензуру) – поистине претенциозность.

И что я вижу? Статью в «СБ», подписанную дамой, которая как «журналистка» не раз участвовала в допросах задержанных «силовиками», а по сути – захваченных в плен. На прошлой неделе Людмила Г. решила вдарить по Союзу бел. евр. организаций и представительству «Гилеля». Что любопытно (но не очень ново, см. майсу Авраама Бененсона в 2011 г.), газетка призвала на помощь известных в Беларуси евреев, а именно Фриду Рейзман и Мордехая Райхинштейна. Принцип «разделяй и гадствуй» в здешней политике/идеологической работе никто не отменял.

Согласно «СБ», дорожки-полосы из красного кирпича или плитки, ведущие к памятникам жертв Катастрофы в Беларуси, – «ужас-ужас», т. к. если вокруг дорожки светлый кирпич или плитка, это напоминает бело-красно-белый флаг. Четыре фото было приведено – например, из Славеней Толочинского района…

Чтобы узреть здесь нечто схожее с каким бы то ни было флагом, надо… ну очень постараться. Но свой приговор представительница «охранительно-карательной журналистики» вынесла ещё в первом абзаце – «кощунственные, не поддающиеся пониманию поступки». И далее лишь рассуждает, нечаянно главный еврейский союз заказывал мемориалы в такой гамме, или умышленно. Склоняет публику к тому, что умышленно, потому что в союз входит студенческая организация «Гилель», а её директор… Ой-ой-ой!

Ф. Рейзман, тоже руководительница со стажем (организации бывших узников гетто «Гилф»), тем временем негодует:

Итак, 22 июля орган администрации президента при поддержке – а может, и по инициативе – Виталия Мисевца (представлен как директор строительного колледжа, но мы-то знаем о его ангажированности, о должностях в «Белой Руси»/КПБ) совершил попытку одним выстрелом уложить двух зайцев: 1) в очередной раз потоптаться по бело-красно-белому флагу, история которого началась гораздо раньше, чем нацистская оккупация Минска; 2) пугнуть белорусско-еврейские общественные организации, дабы в перспективе поставить их под полный контроль (или «нормализовать», как предлагалось ещё в 2015 г.).

Что с того, что Елена Кулевнич – вожатая «Гилеля» и «Лимуда», а с июня с. г. зампредседателя «главного еврейского союза» – подстраховалась на своей фб-страничке, пусть и по-английски:

«Высказанные [здесь] мнения исключительно мои личные, они не выражают взгляды или мнения моего работодателя»

В «СБ» всё равно решили доколупаться до её условного «работодателя» – бизнесмена Олега Рогатникова, лишь несколько недель как сменившего Владимира Черницкого на посту председателя союза: «Показываю фото молодых людей с бчб-символикой, которые входят в союз. То есть евреев, чьих предков истребляли под этими флагами. Показываю публикации про цепи солидарности, марши. Тишина».

«Cкандалы, интриги, расследования» – прозрачный намёк на то, что Союзу и «Гилелю», на деятельность которых выделяются гранты, необходимо ещё бодрее делиться с государством агентами администрации РБ и молчать в тряпочку (Е. Кулевнич несколько месяцев назад жаловалась на то, что получение денег из-за рубежа существенно усложнилось – ну вот, ей ответили).

Касательно минского «Гилеля» и его начальницы. Лично я ничего от них не имел, кроме неумных шуток в свой адрес. Но, наверно, организация небесполезна – помнится, весной 2020 г. «гилелевцы» развозили продуктовые наборы пенсионерам. Будет обидно, если власти её вдруг закроют, как 22.07.2021 закрыли десятки прочих, в т.ч. «Живую библиотеку», офис по правам людей с инвалидностью… По мне, пущай цветут 100 цветов (нет, я не Мао, я другой ;)).

Касательно позиции почти 86-летней (1935 г. р.) Ф. В. Рейзман. Шустрые медиаработники способны «вытянуть» нужные им заявления и у людей более молодых & менее эмоциональных. Отмечу, однако, что в большом рассказе о своём детстве, записанном в 2017 г., Фрида Вульфовна никаких маршей с «неправильными» флагами не упоминает. И уважительно отзывается о председателе Верховного Совета Беларуси 1991–94 гг. Станиславе Шушкевиче, при котором бело-красно-белый флаг имел статус государственного.

Публикация в минской газете «Авив», 5, 1992против обеления полицаев, но не против госсимволики, утверждённой в сентябре 1991 г.

Бело-красно-белый флаг на II съезде Белорусского объединения еврейских общин (нынешний СБЕООО), май 1993 г. Источник: «Авив», 3, 1993

В общем, на поверку совсем не убедительно выглядит нынешняя атака от имени Ф. Рейзман на оформление мемориалов, а заодно на «этих вот». Не говоря уж о том, что и в мемуарах иных узников Минского гетто не увязываются воедино те, которые «маршировали с этими бчб-флагами тогда» (СБМ?) и «эти фашисты», что «брали ребенка за ножку и разбивали голову о стену». Жестокость полицаев, конечно, упоминалась, но об их гипотетических бело-красно-белых повязках/шевронах/флагах – нуль сведений.

Кое-кому с конца 2020 г. сильно хочется признать бело-красно-белый флаг, ценный миллионам людей в Беларуси, «экстремистским». Увы, бойцы информационной войны, нанятые администрацией РБ не без участия «товарищей с Востока», не гнушаются использовать пожилых людей в качестве своих орудий или живого щита. Показателен прошлогодний случай на СТВ (95-летний ветеран Сушков, гонявший «бандеровцев» в Украине, высказался против изобретения Клавдия Дуж-Душевского, потому что это… «бандеровский» флаг).

* * *

25 июля исполнилось бы 85 лет архитектору Леониду Менделевичу Левину (1936–2014), известному также как первый руководитель вышеупомянутой «главной еврейской организации»; сначала Объединения, а потом и Союза (в 1991–2014 гг.). Между прочим, его «советницей по культуре» с 2002 г. была дочь – ничего не напоминает? 🙂 Галина Леонидовна, ярко раскрывавшаяся в 2006 и в 2010 гг., жаждала «унаследовать» статус председателя СБЕООО, но на выборах её неизменно пробрасывали (последний раз – 27.06.2021). Не скажу, что меня это печалило – скорее, вселяло надежду на то, что и в иных контекстах клановость преодолима.

По случаю «круглой даты» белорусское телевидение показало документальный фильм о Л. М. Левине. А электронная газета «Авив» 26.07.2021 опубликовала материал «Что помнится, или, Несколько слов в память Леонида Левина». Где прекрасно всё, начиная с заголовка…

Решением Минского городского Совета депутатов от 24 декабря 2020 года одной из улиц комплекса «Минск Мир» присвоено имя заслуженного архитектора Леонида Левина. Это символично. Потому что эта улица находится неподалеку от улицы Берсона, где располагается Минскпроект, в котором прошла его трудовая деятельность.

По прямой от Берсона (1, у Немиги) до Левина (2, за Аэродромной) – более трёх км, это я для потенциальных экскурсоводов «по левинским местам» уточняю. Символично же в расположении улицы Левина то, что она пересекается с улицей Михаила Савицкого, который известно как относился к еврейству.

Леонид Менделевич руководил Союзом белорусских еврейских общественных объединений и общин (СБЕООО) более 25 лет.

Ну, если 2014 минус 1991 равно «более 25», то конечно!

По мнению официального сайта СБЕООО, Л. Левин и сейчас руководиm 🙂

Вновь слово «Авиву»:

Еврейская жизнь возродилась в Беларуси после 70-летнего молчания 11 октября 1988 года. В этот день прошла первая учредительная конференция Минского общества еврейской культуры (МОЕК) имени Изи Харика.

А здесь – весьма неприятное обесценивание еврейской жизни в советской Беларуси 1919–1941 и 1944–1988 гг. И ладно бы писал человек, далёкий от общественного движения белорусских евреев, но автор – Елизавета Мальцева, лет уже 15 возглавляющая Минское объединение еврейской культуры (тот самый МОЕК). Почти столько же лет она числилась «главным ревизором» СБЕООО. Могла бы за это время в библиотечку сходить, или хоть belisrael почитать… Да, редактор «Авива» тоже хорош.

Актуальным остаётся то, что я писал в последней серии «Катлет & мух» 21.10.2019. Ясно, не только и не столько в Ж. Пиковской и Е. Мальцевой тут проблема:

Жанна-«Авиталь», ещё не старая жительница второго по размерам города Беларуси, после 20-летнего посещения «общины» и поездок на разные «Лимуды» не способна прочесть элементарный текст на идише а и вообще спутала идиш с ивритом)…

Не хочу говорить, что с евреями Беларуси ничего не будет скорее, «будет ничего», как в «Дне опричника». Это, по большому счёту, и путь Синеокой – топтание на месте, вечное увлечение миражами. Однако во властных кругах Беларуси всё же иногда заметно понимание того, что следует надеяться прежде всего на своих соотечественников, прислушиваться в том числе и к «диссидентским» мыслям… На «еврейской улице» такое понимание практически отсутствуеткак отсутствует самостоятельное и солидное сообщество белорусских евреев, о котором мечтал в начале 2000-х гг. Cуррогатная же «община» зачастую вела себя, словно собака на сене, поэтому пошли насмарку и мои мечты 2016 г.: нет ни белорусской иудаики как общественновостребованного явления, ни «продвинутых» курсов языка идиш.

О нереализованной (и даже как следует не обсуждённой) идее с курсами см. также материал 2020 г. Оговорюсь, что для развития иудаики всё же кое-что делается, пусть и за рамками СБЕООО. Продолжает плодотворно работать Инна Соркина, познавательны (хоть и небезошибочны) статьи её землячки Елены Обуховой, минчанки Елены Гросс… Полагаю, белорусско-еврейский фестиваль (2020) и «Штетлфест» (2021) тоже внесли свою лепту. Что нелегко утверждать об эфемерной выставке «Еврейские советские писатели Беларуси» в Национальном художественном музее (конец июня 2021 г.), подготовленной по мотивам очерков Гирша Релеса и являвшей собой, по-моему, то самое «топтание на месте».

Не отказываюсь от опубликованного о Л. Левине в 2015 и 2021 гг. – здесь и здесь (критиковал его и при жизни). В пользу архитектора, чьим именем в 2020 г. назвали новую улицу, следует сказать, что он по-своему любил родной город, иногда пытался заступиться за те или иные постройки. Так, десять лет назад Леонид Менделевич рассуждал в газете «Звязда» о том, что нельзя сносить здание первой минской электростанции, которое стояло у цирка…

Левина и других известных людей администрация (кстати, тогда министром культуры cлужил Павел Латушко) не послушала; к концу 2011 г. памятник истории и архитектуры был разрушен.

Вольф Рубинчик, г. Минск

27.07.2021

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 27.07.2021  18:42

PS от 28.07.2021. Оказывается, на упомянутой выставке «Еврейские советские писатели Беларуси» использовали (узнал только сегодня… хорошо, что имя указано) и кое-что из трудов вашего (не)покорного слуги; так, на один из стендов попал блуждающий по сети перевод на бел. яз. стихотворения Изи Харика
.
Я не то чтобы против, но перевод был сделан в 2007 г., а с тех пор “хариковедение” шагнуло далеко вперёд 🙂 Короче говоря, тезис о топтании на месте не снимаю.

В. Рубинчик. POST FESTUM

Шалом, таки да? Приведу – в переводе с белорусского – абзац из письма, полученного с адреса Союза белорусских писателей 24.03.2021 (поздравительный текст от имени Рады и секретариата СБП я обнаружил и здесь):

В эти праздничные дни мы с большой надеждой смотрим на нынешнее пробуждение белорусского общества и приветствуем обращение к настоящим ценностям – исконным национальным символам и фундаментальным составляющим нашей культуры: белорусскому языку и литературе. Без них невозможны те качественные перемены, за которые борется большинство граждан и которые так нужны нашей Отчизне сегодня. Искренне надеемся, что в это непростое время именно они будут тем надёжным основанием, на котором возникнет новая демократическая Беларусь.

Оптимистично… Увы, в современном мире литература – любая, в т. ч. белорусская – выглядит, скорее, не как основание-фундамент, а как элемент архитектурного декора, какой-нибудь пилястр или сандрик (с ним хорошо, но можно и обойтись). Наверно, ситуацию ещё можно изменить, но я не уверен, что знаю, как. Вот литературный журнал «Дзеяслоў»…

В 2019 г. тираж был 700 экземпляров, ныне – 500. Причём издание-то хорошее, и хуже, по-моему, не стало. В № 109 – рассказы Авраама Суцкевера, впервые переведенные с идиша на белорусский Феликсом Баториным.

Или взять сборники мастеровитого поэта Василя Жуковича, также выпущенные в Минске 2019-2020 гг.:

Прекрасное содержание, но тираж этих книг!.. Одной – 99 экз., другой – 111.

В день, когда упала стрела было получено поздравление от СБП, незадолго до полуночи хорошенько бабахало в нашем Центральном районе… «Народные умельцы» решили отметить наступавший День Воли, а заодно напомнить о карательной статье из кодекса об административных правонарушениях (ст. 23.34). Соответственно, фейерверки начались 24.03.2021 в 23:34 и, как я узнал позже, были устроены в разных районах Минска.

Угораздило же меня в тот вечер проходить мимо телевизора с включённой «Панорамой»… Около 21:40 ведущая, подхихикивая (дело, конечно, не в ней, а в её начальстве, начиная с Ивана Э.), рассказала, как Владимир Зеленский «сам себя уволил» указом об отстранении от должности главы одной из районных администраций. Затем, мол, документ убрали с сайта офиса президента Украины, но «в кэше гугла он остался». О, сие так важно было знать зрителям «главной» белорусской новостной телепрограммы!

На самом деле в Киеве где-то произошёл «косяк», но систему больше характеризуют не ошибки, а реакция на них. Люди Зеленского хотя бы прислушались к замечаниям – скоренько убрали корявую формулировку из распоряжения №206/2021-рп, объяснились… А проверил я, остались ли в официальном отчёте о «Всебелорусском народном собрании» слова «Глава ударства» (упоминал об этом казусе 18.02.2021)… Ещё как!

За месяц с лишним те, кто шил королю «новое платье», т. е. за народные рублики обновлял президентский сайт, не залатали «дырку». Но, может, это досадное исключение из правил? Спустимся на уровень совета министров РБ.

По состоянию на 25.03.2021 в списке министерств – что на белорусском языке, что на русском, что на английском – не был упомянут министр по чрезвычайным ситуациям Вадим Синявский, назначенный на должность ещё 11 марта. Насколько я знаю, сведения о такого калибра чиновниках должны вноситься на официальные интернет-ресурсы в течение трёх дней – а тут две недели прошло.

В англоязычной версии, кстати, отсутствовал не только полный тёзка знаменитого спортивного комментатора, но и министр архитектуры и строительства РБ Руслан Пархамович, которого утвердили аж в июне 2020 г.

Раньше маякнул бы ведущим правительственного сайта (что и делал весной 2019 г.), указав на недоработки. Сейчас мне это неинтересно по двум причинам: 1) два года назад ошибки-то исправили, но поблагодарить «указчика» не сочли нужным; 2) к 2021 г. правительство, похоже, cовсем скатилось в г…, и активно вытаскивать его оттуда – Сизифов труд. Если имеются у кого-то в аппарате совмина остатки здравого смысла – доберутся до этой страницы, прочтут, скорректируют. Если нет… ну, тогда и моё письмо вряд ли поможет.

Всё же не исключено, что после моей публикации телепропаганда свой тон чуток сбавит. И человек, называющий себя главой правительства, чуть меньше будет заниматься ерундой вроде произнесения грозных речей на киностудии «Беларусьфильм»:

Несмотря на то, что вы люди творческие, требования к Министерству культуры и киностудии будут самыми напряженными и жесткими… Как итог нашего собрания от министра культуры я хочу услышать ответ на вопрос, когда будет результат, которого ждет в первую очередь белорусский зритель. А результат в вашем случае это кинолента, которая является хитом или блокбастером. Кассовый фильм, который будет не только демонстрировать мастерство белорусских кинематографистов, но и принесет коммерческую выгоду.

Приятель, найди для начала толкового корректора/стильредактора и у себя на сайте кое-что поправь – это попроще, чем с твоими подчинёнными бюрократами создать «хит или блокбастер». Один талантливый режиссёр уже попробовал (я об Андрее Кудиненко с его «Масакрой», снимавшейся на «Беларусьфильме» в 2009–2010 гг.) – и сам он больше не хочет, и последователей у него не видно. Ну, можно выписать из-за границы «тоже-режиссёров» типа Уильяма де Виталя, aka Виталий Васильков, которые склепают очередной «Код Каина» («Мы, братья», 2015)… Тут пишут, что бюджет фильма превысил 2 миллиона долларов, а сборы в России не дотянули до $7280 – без комментариев.

Вот ещё штришок. Между минскими улицами Червякова и Кропоткина, на месте снесённого фарфорового завода (о нём и о состоянии промышленности в современной Беларуси упоминалось полгода назад), с 2019 г. строится жилой комплекс. За-ради этой стройки намеревались снести часть гаражей во дворе:

Уведомления на гараже № 1 гласят: «В соответствии с решением Минского городского исполнительного комитета №752 от 02.03.2017 металлические гаражи по пер. Торфяному подлежат сносу»; «ЖРЭО Центрального района г. Минска уведомляет: в связи со срочной реконструкцией теплотрассы вам необходимо в срок до 18 сентября 2020 г… снести временные металлические гаражи №1, №3, №5, №6»

Фото сделано 25.03.2021. Т. е. местная власть чего-то решила – и не выполнила. А может, гараж вообще не мешал стройке и реконструкции теплотрассы? Тогда зачем было принимать решение о его сносе, пугая судом?

Короче, всегда посмеиваюсь, когда инфоклоаки болтают о развале системы госуправления в Украине: «Чем кумушек считать трудиться, не лучше ль на себя, кума, оборотиться?» Синеокая, пожалуй, в чём-то могла бы дать фору… Здешние «косяки» не так бросаются в глаза, но вреда от них как бы не больше (раз они менее заметны, то хуже поддаются искоренению).

Интересные вещи рассказал «Нашай Ніве» подполковник МВД, в конце 2020 г. бежавший именно в Украину:

Пока не будем называть фамилии, но у одного бывшего министра люстра дома – 60 тысяч долларов. Откуда? А «подарили». Его не посадишь и вопросов не задашь, хоть бы он и за миллиард люстру повесил, т. к. система построена так: если человек в кадровом резерве Лукашенко, то без его согласия ничего произойти не может.

Хочешь обоснованно отправить в СИЗО министра? Надо писать рапорт на имя Лукашенко со всей фактурой, описать противоправную деятельность, а он почитает и наложит резолюцию, как ему захочется. Может быть резолюция «Действуйте» – значит, можно брать. А может быть резолюция «Продолжать наблюдение», чтобы ему докладывали всё, слушали, собирали компроматы. Это может никаким делом и не окончиться, но понадобится для управления человеком в будущем, чтобы манипулировать им через угрозу посадки. Вот такие люди у нас на высоких должностях.

Примерно о том же, помнится, писал анархист Игорь Олиневич (см. его умную книгу начала 2010-х «Еду в Магадан»), но любопытен сам факт свидетельства от офицера, который ещё в конце 2020 г. служил системе… Лишний раз подтверждается, что «силовики» в Беларуси – слабовики, сословие подневольное; идеологи, особенно те, кто расставляет кадры, способны заблокировать решения «людей в погонах». И очевидно, что система не перазагружается путём удаления отдельно взятых держиморд (привет всем, кто видел «корень зла» в Шуневиче, а затем в Караеве).

Прав Станислав Лупоносов и рассуждая о том, что в августе 2020 г. «Народ не поверил в свою мощь и не понял, какой силой владеет. Высказал негодование, но власть не взял». Однако бессмысленным ли было то «негодование»? «Ничто на Земле не проходит бесследно» (С), или, как в октябре 2020 г. я писал Инне Соркиной, «Не так с протестным движением хорошо, как без него было бы плохо». Мысль развёрнута у молодого минского политолога Павла Каторжевского (zanovo.media, 25.02.2021): «Ни одна революция не застрахована от того, что её реальные результаты будут далеки от желаемых. За эти месяцы белорусский народ накопил значительный опыт борьбы. На многих предприятиях появились стачкомы и ячейки независимых профсоюзов. Во дворах организовались соседские комитеты. Сотни тысяч людей вышли из анабиоза и не собираются сдаваться. Усиливая репрессии и изливая на население потоки пропаганды, диктатура фактически признаёт, что трон уже не настолько крепок, как раньше».

П. Каторжевский

Единственное, пока не вижу в протестной «движухе» 2020–2021 гг. необходимых и достаточных признаков революции, о чём говорил не раз – по-русски и по-белорусски. Ну, Павел из партии «Справедливый мир» позиционировал себя как троцкист, и его читателям, видимо, следует делать поправку на wishful thinking. А может, здесь и сейчас куётся какой-то особый, неклассический вид революции – всему миру на удивление? 🙂

Мысль же об усилении репрессий оспорить трудно. Правда, переводчица Ольга Калацкая за пару пощёчин, выписанных телепропагандону, получила два года «домашней химии» (всё-таки не годы колонии).

Ольга на выходе из суда, 24.03.2021

С другой стороны, идут наезды на белорусско-польских активистов, растёт давление на адвокатов, бравшихся защищать «политических»… Эти адвокаты – например, Сергей Зикрацкий – вдруг перестали удовлетворять требованиям министерства юстиции, устроившего массовую переаттестацию.

Лидеру Объединённой гражданской партии Николаю Козлову, похоже, светит срок в рамках уголовного дела – не иначе как месть за «сбежавших» однопартийцев, работающих на штаб Светланы Тихановской. Ночь с 22 на 23 марта Николай провёл в одноместной камере в компании нескольких человек, дыша хлорными испарениями; сейчас отбывает 15 суток административного ареста 🙁 И взятых в плен журналистов администрация не спешит отпускать, даром что за них «вписались» 50 руководителей журналистских союзов из 33 стран мира.

Вольф Рубинчик, г. Минск

26.03.2021

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 26.03.2021  01:21

В. Рубинчик. Вроде как итоги

«Вроде как» – потому что никто не знает, что ещё «выкинет» 2020-й за пару суток… Однако в целом картина более или менее прояснилась.

Более десяти лет назад раздавал на «Яме» спецвыпуск бюллетеня «Мы яшчэ тут!» – пустой лист со словами «И так всё ясно!» на белорусском и идише. В этом году Павел Костюкевич нежданно припомнил мой давний перформанс в интервью литовскому изданию, за что ему респект, уважуха & «Іудзейнасць».

Спецвыпуск № 42¼; П. К. на пл. Перемен

А два года назад много было шума о скорой инкорпорации Беларуси (целиком или отдельными областями) в новую-старую империю. Не хочу перечислять особо шумевших – кто-то из них ныне за решёткой, и упрекать их в легкомыслии было бы не совсем этично.

Тогда, в октябре 2018 г., возразил так: «готов поспорить на приемлемую сумму, что по состоянию на 31.12.2020 общего государства с единым центром управления в Москве не будет, и от пограничных областей Беларуси Россия ничего не откусит. Возможно, я вновь недооцениваю Россию, но ей бы Крым освоить… К тому же буферная РБ пока ещё выгодна и Кремлю, и Западу – и как дипломатическая площадка, и как своеобразная офшорная зона для разных гешефтов».

Увы, никого из алармистов «развести» на деньги не удалось 🙂 А столько раз они пугали народ – то российскими военными, которые приедут на учения и останутся здесь в качестве оккупантов! То реанимацией «союзного договора», подписанного в 1999 г.!

На балконе второго этажа: «Посторонним вход воспрещён» (Минск, ул. Каховская, 27.12.2020)

Справедливости ради, события последних месяцев всё-таки настораживают. И «десанты» российских пропагандистов на белорусских телеканалах, начиная с августа, и соглашение здешнего МВД с Росгвардией (ноябрь), и телодвижения в российской администрации президента, где, похоже, задумали создать в Беларуси дружественную партию… Но учитывают ли, что здешняя трясина, нейтрализующая здоровые идеи и силы, работает во всех направлениях? 🙂

Активизировалась зомби-пропаганда в духе приснопамятного Владимира Бегуна и «как его, дьявола»?.. Чертовича! Прочитано здесь (27.12.2020): «Политолог с очень светлым лицом и не самой светлой репутацией Артем Шрайбман вновь уселся под свет софитов и принялся вещать… У людей подобного склада уже не одно тысячелетие именно злато – решающий фактор жизни, идеологии, государства и народа. Они молятся золотому тельцу и призывают его опрокинуть нашу страну. Что это за люди? В чем феномен паразитов? Великий диссидент и гениальный математик Игорь Шафаревич назвал это малым народом».

Можно слегка посмеяться над плюшевым Шрайбманом (на фото), которого пропагандист обозвал «первосвященником белорусского либерализма». Пытался Артём усидеть на разных стульях, ограничивал себя на тутбае, что-то там «разжёвывал», выступая скорее в качестве популяризатора, нежели политменеджера – и всё равно вувузела СТВ «вывела» его на чистую воду 😉 Но в целом, конечно, не до смеха, не до фиесты (и не до сна). Удивительно ли, что всплывают доморощенные гностики, вещающие: «любой бунтовщик, любой восставший, любой протестун, любой революционер — это сторонник темной силы».

Александр Фридман, историк из Беларуси, живущий и работающий в Германии, этой осенью обратил внимание на сомнительные мотивы здешней пропаганды. Написал большую статью для журнала «Ab Imperio» – в т. ч. об указанных мотивах. Во введении сослался; правда, в текст «по техническим причинам» попали тезисы, которых в моих ответах на анкету А. Ф. не было.

Сравните с реальной реакцией на вопросы исследователя, которому помогла со мной связаться Инна Соркина из Гродно: «Какую роль играет еврейская тема в протестном контексте? Какую позицию занимают евреи (большинство евреев)?» – «Не вельмі значную. Не магу казаць за большасць яўрэяў. Зноў жа, “ашчушчэнія”: пратэстамі захапілася частка тых мінскіх яўрэяў і яўрэек, якія раней, мякка кажучы, не мелі асаблівых сімпатый да “дэмакратаў”, “бэнээфаўцаў”, etc. Але дапускаю, што сыходу Лукашэнкі зараз жадаюць менш за 50% яўрэяў Беларусі» (19.10.2020). В общем, некоторая утилизация налицо. «Везёт» мне: то в российские социологи запишут, то явился «public intellectual»… Тем не менее статья д-ра Фридмана кое в чём полезна, и если вдруг попадётся – почитайте. Есть и вариант на русском, он чуть короче.

Умер Леонид Фёдорович Заико (23.08.1948, Гродно – 27.12.2020, Минск) – похоже, без «короны» и здесь не обошлось. Покойный был заметным явлением среди белорусских экономистов, в своё время консультировал правительство и международные организации, читал лекции за границей. С 1990-х годов мне попадались на глаза его тексты для СМИ – к примеру, Л. Заико долго сотрудничал с «Белорусской газетой», а позже со «Звяздой». Это отвечало принципу, который кандидат наук декларировал в Европейском гуманитарном университете второй половины 1990-х: «с обеих сторон есть умные люди». Его многочисленные статьи и интервью иногда оставляли странный привкус, и я пару раз незлобиво критиковал экономиста.

Л. Заико пытался, как умел, упорядочить экономическую жизнь нашей страны. И преподавал с чувством юмора – думаю, с этим согласятся все его бывшие студенты. Образчик его выступления см. здесь.

* * *

Расширяются и крепнут международные связи одной из бывших «кандидаток в президенты» – вокруг неё образовался целый «офис». А параллельно действуют «народные посольства» и «Народное антикризисное управление» (аббревиатура НАУ, видимо, выбрана не случайно – призвана оказать гипновоздействие на поклонников группы «Наутилус Помпилиус»? :)) Наше НАУ во главе с П. П. Латушко к декабрю выработало ряд планов, которые вроде как складываются в программу реформ. Почитал… Кому интересно, послушайте, как весёлые ребята комментируют её – под большинством замечаний я таки подписался бы.

Тем временем подавляющее большинство взятых в плен летом 2020 г. до сих пор сидит. Социал-демократ Сергей Спариш, христианский демократ Павел Северинец, которому завтра исполнится 44… Больно было узнать, что в ноябре посадили с заведением уголовного дела и журналиста-анархиста Николая Дедка. Даром что не знаком с ним лично, на толковые материалы Н. Д. я не раз ссылался.

Н. Дедок, П. Северинец, С. Спариш

Недурственные пассажи из книги Н. Дедка «Теория интерсекциональности: анархистская критика», опубликованной около года тому назад:

Инстинктивные программы, будучи плодом эволюции, продолжали, продолжают и будут продолжать оказывать на нас огромное влияние… Причина этого проста: эволюционным схемам несколько сотен тысяч или даже миллионов лет. Культурным наслоениям – около 40 тысяч. За столь короткое (ничтожное с точки зрения естественного отбора) время в людях просто не могли на биологическом уровне закрепиться новые модели поведения. И поэтому сейчас мы продолжаем во многом слепо следовать инстинктивным программам, рационализируя и оправдывая их под любым соусом…

Особенно трагикомично сепаратистские практики смотрятся на фоне того, что в 1960-е феминистки второй волны боролись за то, чтобы быть включёнными во все места, ранее считавшиеся мужскими: клубы, трибуны, профессиональные сообщества, добивались совместного посещения школ мальчиками и девочками… Сегодня же феминистки третьей волны фактически топчутся по их достижениям: 50 лет назад их соратниц «отсаживал» от мужчин патриархат, сегодня они сами запираются в сепаратных гетто.

Очень надеюсь, что это не последняя книга автора, задержанного 12.11.2020 «силовиками» с явно чрезмерным применением силы. Родители уже несколько недель не имеют контакта с Н. Дедком; его отец Александр, бывший судья, разочаровавшийся в системе, рассказал журналистам, что «Одному из заключенных “Володарки” удалось передать через свою мать, что Николая там хотят убить, создают условия, чтобы он умер. Но что это означает — угроза заразиться коронавирусом или что-то другое — выяснить мы не можем».

Кстати, o птичках международных связях и признании. Заметили ли вы, насколько обесценилось восхищение белорусами? Руководитель МИДа Дании Вилли Сондал: «Я полон восхищения белорусами, такими, каких я встретил сегодня, теми, кто имеет мужество бороться за права человека и демократию в рамках авторитарного правления» (21.08.2012). Президент Франции Эмманюэль Макрон: «Мужество белорусского народа вызывает всеобщее восхищение, его устремления нужно уважать и мы на его стороне» (23.09.2020). Бывший помощник госсекретаря США Дэйвид Креймер: «Мужество белорусов восхищает» (25.12.2020).

Ну право же, стёртая монета… Кто бы объяснил Светлане Тихановской, что ей не к лицу выказывать восхищение белорусами, как это было в середине августа? Во-первых, так она занимает внешнюю сторону по отношению к своему народу; во-вторых, до победы ещё очень далеко.

Не обязательно во всём соглашаться с российским блогером Алексеем Кунгуровым, но в недавнем его тексте (25.12.2020) – та горькая правда, что могла б оказаться целительной…

Белорусам надоел Лукашенко – это факт, но к революции они оказались совершенно не готовы. Они хотели новых честных выборов, и чтобы ОМОН их не лупил, но свергать режим не желали. Поэтому общество легко уверовало в иллюзию, что достаточно выразить недовольство узурпатором – и он куда-то денется

Инфантилизм прет отовсюду. Идея-фикс белорусов – убрать диктатора, ничего при этом не делая. Так не бывает. Тем не менее, они всегда придумывают себе оправдание: мол, нам не надо сейчас напрягаться, потому что весной, когда потеплеет, случатся протесты, и Лукашенко уйдет… До этого они верили, что сама по себе произойдет всебелорусская стачка с таким же результатом. То есть сам никто бастовать не собирался, кроме нескольких десятков, может, сотен человек, но все горячо одобряли саму идею, при условии, что реализовать ее будут другие.

Магазин «Семена. Цветы» (Минск, бул. Шевченко, 4) – жертва «всебелорусской забастовки». Фото 28.12.2020

Дальше российский бунтарь небезосновательно предполагает:

Лукашенко смирился с тем, что «народец» его больше не любит, не хочет и никогда за него не проголосует. Общество смирилось с тем, что «Саша останется с нами» ©. Любить и уважать диктатора белорусы не будут, но терпеть себя он их заставил.

А вывод у Кунгурова – в начале:

Не стоит предаваться унынию. Шахматист после проигранной партии не ищет виноватых, а анализирует свои ошибки, чтобы завтра их не повторять. Вот этим и следует заняться белорусам вместо фанатичного культивирования выученной беспомощности.

По мне, хороший вывод, как и нижеследующий: «Бороться надлежит именно с диктатурой во всех ее проявлениях, а не с конкретной персоной». Раз уж разговор зашёл о шахматистах, может быть, всё начнётся с «Шахматного дворика»? 🙂

Сейчас нелегко помыслить, что на этом невзрачном пятачке у общежития «Белгеодезии» осенью собиралось множество людей, выступали «Свободный театр», Бенька & «РСП», поэты… Фото 28.12.2020

Район дворика, подобно иным минским (и не только) районам, благодаря арт-активистам заимел «свой» флаг

В окрестностях пару недель назад были развешаны афишки с предложением учиться шахматам!

Предпочёл бы гексагональные (кстати, недалеко от «Шахматного дворика» живёт и Сергей Корчицкий, один из сильнейших европейских игроков в «гекса») или вольные, но и «невольные» – дело нужное.

Вольф Рубинчик, г. Минск

29.12.2020

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 29.12.2020  11:48

ГОД БЕЗ ВОЛЬГІ САБАЛЕЎСКАЙ (бел./рус.)

In memoriam. Вольга Сабалеўская (26.03.1974 – 18.10.2019) – беларускі даследчык яўрэйскага мінулага

Піша Іна Соркіна

18 кастрычніка 2019 года раптоўна, з прычыны цяжкай хваробы, пайшла з жыцця наша дарагая калега і сяброўка Вольга Сабалеўская (на фота) – выдатны беларускі гісторык, культуролаг, вядучы спецыяліст па іўдаіцы, аўтар шматлікіх публікацый па гісторыі і культуры ўсходнееўрапейскіх яўрэяў.

Вольга пачала актыўна займацца названай праблематыкай у першай палове 1990-х гадоў, у часы свайго студэнцтва на факультэце гісторыі і культуры Гродзенскага дзяржаўнага ўніверсітэта імя Янкі Купалы. Яшчэ студэнткаю яна пачала ўдзельнічаць у міжнародных канферэнцыях. Тады ж сталі выходзіць яе першыя навуковыя публікацыі, прысвечаныя культурнаму і гаспадарчаму жыццю гродзенскіх яўрэяў у XIX – пачатку XX ст.

Першыя поспехі, а таксама мара звязаць сваё жыццё з навуковай і выкладчыцкай дзейнасцю, прывялі Вольгу ў аспірантуру пры кафедры гісторыі Беларусі ГрДУ. У 1999 г., яшчэ да сканчэння тэрміна навучання ў аспірантуры, адбылася паспяховая абарона дысертацыі «Яўрэі Беларусі ў канцы XVIII – першай палове ХІХ ст.: лад жыцця і культура» на суісканне навуковай ступені кандыдата культуралогіі.

З 1999 па 2013 гады Вольга Сабалеўская самааддана працавала на пасадзе дацэнта кафедры культуралогіі. У 2009 г. за значны асабісты ўнёсак у развіццё навукі яна была ўзнагароджана падзячным лістом рэктара ГрДУ імя Янкі Купалы. Аднак з універсітэтам Вользе прыйшлося развітацца… Адбылося гэта ў выніку яе актыўнай грамадзянскай пазіцыі ў справе адстойвання справядлівасці і законнасці ў нашай Альма-Матар (у сувязі з палітычна матываванымі адлічэннем з аспірантуры Таццяны Касатай і звальненнем з працы дацэнта Андрэя Чарнякевіча).

З верасня 2013 г. і да апошніх дзён жыцця Вольга працавала ў гродзенскім філіяле «Беларускага інстытута правазнаўства» дацэнтам кафедры паліталогіі, псіхалогіі і філасофіі.

Творчая біяграфія В. Сабалеўскай уражвае неверагоднай навуковай актыўнасцю – шматлікія публікацыі, канферэнцыі, гранты, праекты, стажыроўкі. Так, яна стажыравалася ў Міжнароднай гуманітарнай школе ў Варшаве, Цэнтры навуковых супрацоўнікаў і выкладчыкаў іўдаікі ў ВНУ «Сэфер» (Масква), Нямецкім гістарычным інстытуце ў Варшаве, Яўрэйскім універсітэце ў Ерусаліме, Яўрэйскім гістарычным інстытуце ў Варшаве і іншых навуковых цэнтрах, брала ўдзел у шматлікіх навуковых канферэнцыях.

Як выдатны навуковец, прызнаны спецыяліст па іўдаіцы Вольга Сабалеўская вядомая не толькі ў Беларусі, але таксама ў Польшчы, Расіі, Украіне, Літве, Ізраілі ды іншых краінах. Вынікі даследаванняў Вольгі па праблемах гісторыі і культуры яўрэяў Усходняй Еўропы, гістарычнай культуралогіі, урбаністыцы, міжэтнічных узаемадзеянняў – гэта каля 120 публікацый, у тым ліку 4 манаграфіі.

Першая кніга В. Сабалеўскай «Спрадвечныя іншаземцы: старонкі гісторыі гарадзенскіх яўрэяў» (Гродна, 2000) распавяла пра яўрэяў Гродна ў кантэксце гарадскога жыцця канца XVIII – пачатку XX стагоддзя. Наступная манаграфія пад назвай «Евреи Гродненщины: жизнь до Катастрофы» (Данецк, 2005) была створана сумесна з даследчыкам з Данецка Уладзімірам Ганчаровым (1970–2014). Манаграфія прысвечана гісторыі яўрэяў-літвакоў Гродзеншчыны з 1795 па 1939 г. Аўтары даследавалі спецыфічныя рысы кансерватыўнага свету яўрэйскай традыцыі і глыбокія змены, якія адбываліся ў ім пад уздзеяннем працэсаў мадэрнізацыі. На старонках кнігі паказваюцца трансфармацыя яўрэйскай абшчыны, традыцыйныя заняткі яўрэяў заходняга рэгіёну Беларусі і змены структуры занятасці, некаторыя аспекты палітычнага жыцця, у якім удзельнічалі яўрэі.

Вольга таксама стала аўтарам усіх раздзелаў пра гісторыю і культуру гродзенскіх яўрэяў у калектыўнай манаграфіі «Гародня Х – ХХ стст. Каралеўскі горад з правінцыйным лёсам» (Вроцлаў, 2014). Можна сцвярджаць, што ўпершыню ў грунтоўным гістарычным нарысе, прысвечаным гораду над Нёманам, была нададзена належная ўвага гарадзенскім яўрэям.

Пэўным падсумаваннем шматгадовых даследаванняў В. Сабалеўскай з’явілася манаграфія «Паўсядзённае жыццё яўрэяў Беларусі ў канцы XVIII – першай палове ХІХ ст.» (Гродна, 2012). Спалучаючы падыходы гісторыі і культуралогіі, на аснове даследавання архіўных і апублікаваных крыніц, мемуараў, перыёдыкі, работ айчынных і замежных навукоўцаў, аўтар прадставіла асноўныя бакі паўсядзённага жыцця яўрэяў Беларусі ў дадзены перыяд часу. Гэта кніга стала першым комплексным даследаваннем практычна ўсіх граней паўсядзённага жыцця яўрэяў Беларусі ў канцы XVIII – першай палове XIX ст. Даследаванне было выканана з выкарыстаннем сучасных метадалагічных падыходаў, саліднай базы крыніц, з улікам дасягнутага ўзроўню ведаў па тэматыцы. Адна з частак кнігі была прысвечана эканамічным адносінам у кантэксце штодзённага досведу яўрэяў Беларусі ў канцы XVIII – першай палове XIX ст., дзе разглядаюцца такія аспекты іх гаспадарчага жыцця, як гандаль, у тым ліку кантрабандны, факторства, прамысловая вытворчасць, фінансавыя аперацыі, арэнда, шынкарства, сельская гаспадарка. У раздзеле «Сацыяльнае вымярэнне штодзённасці» прааналізаваны сацыяльная стратыфікацыя яўрэяў Беларусі разгледжанай эпохі. Увагу аўтара прыцягнулі соцыяцэнтрызм яўрэйскай культуры, структура і функцыі кагала, дэпутаты яўрэйскага народа, разгледжаны субкультуры (вучоныя яўрэі, «гвіры» і «простыя», а таксама гендэрныя, ўзроставыя, рэлігійныя субкультуры) і контркультуры яўрэйскага сусвету (прыхільнікі руху Гаскалы). Умовы жыцця прадстаўнікоў яўрэйскай супольнасці Беларусі раскрываюцца праз апісанне прасторы побыту – яўрэйскага квартала і яўрэйскага дома, медыцынскага абслугоўвання, паўсядзённага адзення і ежы, вылічэння часу (хранатоп паўсядзённасці). Лакуны паўсядзённасці яўрэяў Беларусі канца XVIII – першай паловы XIX ст. запаўняліся Вольгай праз характарыстыку «трансцэндэнтнасці і паўсядзённасці», «свята як альтэрнатывы паўсядзённасці», «нараджэння і смерці ў кантэксце паўсядзённага досведу». Тут паказваецца складаны сплаў паўсядзённага і трансцэндэнтнага ў ладзе жыцця і культуры беларускіх яўрэяў, раскрываецца сусвет яўрэйскага свята (яго сакральнасць, гістарызм, сямейны характар, сацыяльны сэнс, карнавальнасць, святочнае адзенне, святочная ежа, святочнае баўленне часу), апісваюцца ўяўленні і традыцыі яўрэяў, звязаныя з нараджэннем і смерцю.

Такім чынам, нават кароткі пералік сюжэтаў, якія знайшлі адлюстраванне на старонках манаграфіі В. Сабалеўскай, паказвае, што гэта наватарская, арыгінальная праца з’яўлялася новым словам у айчыннай гістарычнай навуцы. Да несумненных вартасцяў кнігі належаць і выдатны стыль, удала падабраныя цытаты, што робіць чытанне навуковага тэксту займальным. Хоць звычайна слова «паўсядзённасць» асацыюецца з шэрай аднакаляровасцю, штодзённае жыццё яўрэйскай супольнасці Беларусі паўстала са старонак кнігі В. Сабалеўскай шматколерным.

Артыкулы В. Сабалеўскай, апублікаваныя ў шматлікіх навуковых выданнях Беларусі, Расіі, Украіны, Польшчы і Вялікабрытаніі, былі прысвечаны разнастайным бакам гісторыі яўрэяў рысы аселасці ў канцы XVIII – пачатку ХХ стагоддзя: асаблівасцям іх эканамічнай дзейнасці ды сферы занятасці, культурнаму жыццю (арганізацыі асветы і сістэмы адукацыі, развіццю прыватных яўрэйскіх школ і дзяржаўнай сістэмы адукацыі для яўрэяў Расійскай імперыі, дабрачыннасці), адметнасцям яўрэйскай медыцынскай сістэмы ды штодзённаму побыту яўрэйскага квартала. У шэрагу публікацый В. Сабалеўская даследавала палітыку царскага ўрада ў дачыненні да яўрэйскай супольнасці і фарміраванне юрыдычнага статусу іўдзеяў у межах імперыі Раманавых. Звярталася даследчыца і да праблемы хрысціянска-іўдзейскіх стасункаў, яўрэйскай «жаночай гісторыі».

Вольга вельмі шмат часу праводзіла ў архівах, каб выявіць крыніцы для сваіх навуковых распрацовак. Яна актыўна займалася генеалагічнымі пошукамі, што зрабіла яе адной з найбольш аўтарытэтных даследчыц у гэтай галіне. Уражвае тэма апошняй публікацыі Вольгі (2019) – пра канцэпт смерці ў яўрэйскай культуры…

Нельга не пагадзіцца з Андрэем Чарнякевічам, які вельмі трапна адзначыў, што тэма навуковага даследавання Вольгі надзвычай гарманічна і натуральна ператварылася ў частку ўнутранай філасофіі самаго даследчыка. Яна шчыра і самааддана займалася аднойчы абранай справай, якую вельмі любіла. Праз свае даследаванні гісторыі і культуры яўрэйскага народа яна дэманстравала ўласныя нацыянальныя рысы. Вольга Сабалеўская сапраўды была беларускім гісторыкам яўрэйскага мінулага і заўседы старалася гэта падкрэсліць у сваіх працах.

Спіс манаграфій Вольгі Сабалеўскай

  1. Сабалеўская В. А. Спрадвечныя іншаземцы: старонкі гісторыі гарадзенскіх яўрэяў. – Гародня, 2000. – 87 с.
  2. Соболевская О., Гончаров В. Евреи Гродненщины: Жизнь до Катастрофы. – Донецк: Норд-Пресс, 2005. – 375 с. [введение, главы 1-3, заключение]
  3. Соболевская, О. А. Повседневная жизнь евреев Беларуси в конце XVIII – 1 пол. XIX века: моногр. / О. А. Соболевская. – Гродно: ГрГУ, 2012. – 443 с.
  4. Гародня Х-ХХ стст. Каралеўскі горад з правінцыйным лёсам / П. Баравік, Ю. Гардзееў, А. Ерашэвіч, В. Сабалеўская і інш. – Гародня: Гарадзенская бібліятэка, 2014. – 513 с. [З’яўленне яўрэйскай суполкі. Гарадзенскі кагал у XVI – XVIII стст. Яўрэйскі квартал губернскага горада. Яўрэйская суполка і жыццё горада]

Апублiкавана 18.10.2020  22:42

***

In memoriam. Ольга Соболевская (26.03.1974 – 18.10.2019) – белорусский иcследователь еврейского прошлого

Пишет Инна Соркина

18 октября 2019 года ввиду тяжёлой болезни скоропостижно скончалась наша дорогая коллега и подруга Ольга Соболевская (на снимке), выдающийся белорусский историк, культуролог, ведущий специалист по иудаике, автор многочисленных публикаций по истории и культуре восточноевропейских евреев.

Ольга начала активно заниматься указанной тематикой в первой половине 1990-х, будучи студенткой факультета истории и культуры Гродненского государственного университета имени Янки Купалы. Ещё студенткой начала участвовать в международных конференциях. Тогда же стали выходить её первые научные публикации, посвящённые культурной и экономической жизни гродненских евреев XIX – начала XX веков.

Первые успехи, а также мечта связать свою жизнь с научной и педагогической деятельностью привели Ольгу в аспирантуру при кафедре истории Беларуси Гродненского государственного университета. В 1999 году, ещё до окончания срока аспирантуры, она успешно защитила диссертацию на соискание учёной степени кандидата культурологии «Евреи Беларуси в конце XVIII – первой половине XIX века: образ жизни и культура».

С 1999 по 2013 год Ольга Соболевская самоотверженно трудилась на должности доцента кафедры культурологии. В 2009 году она была награждена благодарственным письмом ректора Гродненского государственного университета имени Янки Купалы за значительный личный вклад в развитие науки. Однако Ольге пришлось распрощаться с университетом…. Произошло это в результате её активной гражданской позиции при отстаивании справедливости и законности в нашей Альма-Матер (в связи с политически мотивированным отчислением Татьяны Касатой из аспирантуры и увольнением доцента Андрея Чернякевича).

С сентября 2013 года и до последних дней жизни Ольга работала в Гродненском филиале Белорусского института правоведения доцентом кафедры политологии, психологии и философии.

Творческая биография О. Соболевской поражает невероятной научной активностью – многочисленные публикации, конференции, гранты, проекты, стажировки. Так, она стажировалась в Международной гуманитарной школе в Варшаве, Центре научных сотрудников и преподавателей иудаики при организации «Сефер» (Москва), Немецком историческом институте в Варшаве, Еврейском университете в Иерусалиме, Еврейском историческом институте в Варшаве и других исследовательских центрах. Участвовала в многочисленных научных конференциях.

Как выдающийся учёный, признанный специалист по иудаике, Ольга Соболевская известна не только в Беларуси, но и в Польше, России, Украине, Литве, Израиле и других странах. Результатами исследований Ольги по истории и культуре евреев Восточной Европы, исторической культурологии, урбанистике, межнациональным отношениям являются около 120 публикаций, в том числе 4 монографии.

Первая книга О. Соболевской «Извечные иноземцы: страницы истории гродненских евреев» (Гродно, 2000; на белорусском языке) повествовала о евреях Гродно в контексте городской жизни конца XVIII – начала XX веков. Следующая монография «Евреи Гродненщины: жизнь до Катастрофы» (Донецк, 2005) написана в соавторстве с Владимиром Гончаровым, исследователем из Донецка (1970–2014). Монография была посвящена истории евреев-литваков Гродненщины с 1795 по 1939 годы. Авторы исследуют особенности консервативного мира еврейской традиции и глубокие изменения, произошедшие в нём под влиянием процессов модернизации. На страницах книги показаны трансформация еврейской общины, традиционные занятия евреев в западном регионе Беларуси и изменения в структуре занятости, некоторые аспекты политической жизни, в которой евреи участвовали.

Ольга также стала автором всех разделов об по истории и культуре гродненских евреев в коллективной монографии «Гродно X – XX вв. Королевский город с провинциальной судьбой» (Вроцлав, 2014; на бел. яз.). Можно утверждать, что впервые в обстоятельном историческом очерке о городе над Неманом должное внимание было уделено гродненским евреям.

Монография «Повседневная жизнь евреев Беларуси в конце XVIII – первой половине XIX века» явилась своего рода обобщением многолетних исследований О. Соболевской. (Гродно, 2012). Сочетая подходы истории и культурологии, опираясь на изучение архивных и опубликованных источников, мемуаров, периодических изданий, трудов отечественных и зарубежных ученых, автор представила основные аспекты повседневной жизни евреев Беларуси в названный период. Эта книга стала первым комплексным исследованием практически всех сторон повседневной жизни евреев Беларуси конца XVIII – первой половины XIX века. Исследование было выполнено с использованием современных методических подходов и солидной источниковой базы, с учётом ранее достигнутого уровня знаний по тематике. Одна часть книги была посвящена экономическим отношениям в контексте повседневного опыта евреев Беларуси в конце XVIII – первой половине XIX века, где рассматривались такие аспекты их экономической жизни, как торговля (в том числе контрабанда), факторство, промышленное производство, финансовые операции, аренда, содержание шинков, сельское хозяйство. В разделе «Социальное измерение повседневной жизни» анализируется социальное расслоение евреев Беларуси в рассматриваемую эпоху. Внимание автора было уделено социоцентризму еврейской культуры, структурам и функциям кагала, депутатам еврейского народа. О. Соболевская рассмотрела субкультуры (еврейские ученые, «гвиры» и «простые», а также гендерные, возрастные, религиозные субкультуры) и контркультуры еврейского мира (сторонники движения Гаскала, т. е. просветители). Условия жизни представителей еврейской общины Беларуси раскрываются через описание жилого пространства – еврейского квартала и еврейского дома, медицинского обслуживания, повседневной одежды и питания, отсчёта времени (хронотоп повседневной жизни). Пробелы в знаниях о повседневной жизни евреев Беларуси конца XVIII – начале XIX вв. восполнялись Ольгой посредством описания «трансцендентности и повседневности», «праздника как альтернативы повседневной жизни», «рождения и смерти в контексте повседневного опыта». Она показала сложный сплав повседневного и трансцендентного в быту и культуре белорусских евреев, раскрыла мир еврейского праздника (его сакральность, историзм, семейный характер, социальный смысл, карнавальность, праздничная одежда, праздничная еда, праздничное времяпрепровождение). Были также описаны представления евреев, связанные с рождением и смертью.

Таким образом, даже краткий перечень сюжетов, отраженных на страницах монографии О. Соболевской, показывает, что это новаторское, оригинальное произведение было новым словом в отечественной исторической науке. К несомненным достоинствам книги можно отнести и отличный стиль, грамотно подобранные цитаты, что делает чтение научного текста занимательным. Хотя слова «повседневная жизнь» обычно ассоциируются с серой однотонностью, повседневная жизнь еврейской общины Беларуси заиграла на страницах книги О. Соболевской яркими красками.

Статьи О. Соболевской, опубликованные во многих научных журналах Беларуси, России, Украины, Польши и Великобритании, были посвящены различным аспектам еврейской истории конца XVIII – начала XX веков: особенностям хозяйственной деятельности и занятости евреев, культурной жизни (образовательные организации и др.), культурной жизни (система образования, развитие частных еврейских школ и государственной системы образования евреев Российской империи, благотворительность), своеобразию еврейской медицинской системы, быту еврейского квартала. В ряде публикаций О. Соболевская исследовала политику царского правительства по отношению к еврейской общине и формирование правового статуса евреев в империи Романовых. Исследовательница обращалась также к проблеме христианско-иудейских отношений, к еврейской «женской истории».

Ольга много времени проводила в архивах в поисках источников для своих исследований. Она активно участвовала в генеалогических исследованиях, что сделало ее одним из самых авторитетных исследователей в этой области. Впечатляет тема последней публикации Ольги (2019) – о понятии смерти в еврейской культуре…

Нельзя не согласиться с Андреем Чернякевичем, очень метко отметившим, что тематика исследований Ольги гармонично и естественно превратилась в часть внутренней философии самой исследовательницы. Она искренне и самоотверженно занималась некогда выбранным делом, которое очень любила. Изучая историю и культуру еврейского народа, она демонстрировала свои собственные национальные черты. Ольга Соболевская поистине была белорусским историком еврейского прошлого и всегда старалась подчеркнуть это в своих работах.

Перевод с белорусского – belisrael.info

Добавлено 19.10.2020  09:33

Тот самый Клейн… Слово об Учителе

В день учителя 4 октября 2020 г. из Америки пришла очень печальная весть: умер Борис Самуилович Клейн. Наш Учитель!

Борис Самуилович Клейн – доктор исторических наук, профессор, с 1978 по 1992 гг. – преподаватель Гродненского государственного университета имени Янки Купалы. В 60-х гг. ХХ в. он вместе с Алексеем Никифоровичем Карпюком и Василём Владимировичем Быковым образовывали так называемый «гродненский треугольник», ставший, по сути, неформальным интеллектуальным центром областного белорусского города. За критику cоветского политического курса, в частности, за осуждение ввода войск в Чехословакию (1968), Б. С. Клейн в 1971 году был исключён из КПСС, лишён учёной степени и звания, уволен с работы. Статус учёного ему вернули только восемь лет спустя.

Колесо истории повернулось в сторону «перестройки», и на этом отрезке времени, во время нашей учёбы в университете в 1988–1993 гг., жизнь свела нас с Б. С. Клейном – историком и гражданином города.

Впервые мы увидели Бориса Самуиловича Клейна в 1988 году, будучи первокурсниками. Он ещё не был нашим преподавателем, но уже был «тем самым Клейном», и мы с нетерпением ждали, когда же начнутся его занятия. Занятия эти начались на втором курсе по истории России эпохи капитализма, а потом продолжились на пятом – блестящим погружением в историю русской культуры ХІХ – начала ХХ в.

Кафедра истории СССР Гродненского университета, конец 1980-х. Первый ряд: Наталья Иващенко, Ольга Проценко, Пётр Кобринец, Людмила Колоцей, Иван Крень. Слева направо во втором ряду: Михаил Ткачёв, Вячеслав Леоновец, Валерий Черепица, Вячеслав Швед, Борис Клейн.

Лекции Б. С. Клейна были не такими, как у других преподавателей. Это были рассуждения об истории, и, одновременно, мысли о нашем времени. Так умели вести занятия не все: рядом можно было поставить разве что прозорливого Феликса Владимировича Наливайко и многоопытного Михаила Александровича Ткачёва. Кто ещё мог переноситься сам и переносить студентов из эпохи в эпоху, «заглядывая» в подвалы Юсуповского дворца, связанные с убийством Распутина, обращая внимание на вытертую до выемок от многолетнего письма столешницу письменного стола историка Сергея Соловьёва, играя на фортепьяно в 309-й аудитории корпуса исторического факультета, иллюстрировать эмоции Михаила Глинки? И, рассказывая о находке в гродненском архиве документа, имевшего отношение к Петру Столыпину, ставить перед студентами вопрос о связи гродненских и литовских впечатлений будущего российского реформатора с его последующими преобразованиями?

Именно от Б. С. Клейна большинство из нас, студентов, впервые узнало о чилийской эпопее Игнатия Домейко, о белорусском происхождении рода Шостаковичей, гораздо больше об Адаме Мицкевиче.

Была и другая, и здесь уже исключительная, особенность Б. С. Клейна. Это история его жизни. Речь идёт о тех годах, которые были связаны с чехословацкими событиями 1968 г. и их последствиями для знаменитой гродненской тройки: Василя Быкова, Бориса Клейна и Алексея Карпюка. Борис Самуилович не раз возвращался к этим событиям на своих занятиях. Делал всегда это к месту, каждый раз добавляя какие-то детали. В результате, из занятий с Клейном мы вышли вполне осведомлённые об этой странице новейшей истории Гродно, прочитать о которой тогда невозможно было нигде. Все известные воспоминания самих участников появятся позже.

Сейчас, по прошествии трёх десятилетий, нынешнему поколению студентов, наверное, сложно представить, что означало для нас общение с Б. С. Клейном. Исторический материал, состоящий из сильных поступков людей, воспринимается по-настоящему правдиво, когда о нём говорят те, кто сам совершал подобные поступки. Из уст Б. С. Клейна история советского морского офицера Валерия Саблина воспринималась нами если не как руководство к действию, то, как минимум, в качестве примера, заслуживающего размышления. А что, если не обучение думать, представляет собой настоящее образование?

Б. С. Клейн, обратив на себя внимание мастерством исследователя и педагога, заставлял замечать себя и за пределами аудиторий. Например, в качестве активного члена гродненского киноклуба «Ракурс» на площадке старейшего кинотеатра «Красная Звезда» («Эдем») – своеобразного островка киносвободы. Или на периодических встречах «Вопросов и ответов» преподавателей и студентов исторического факультета. Рождённая эпохой гласности (и закончившаяся с ней же) такая форма обсуждения насущных проблем студенческого и преподавательского сообщества, как всякая открытая трибуна, становилась замечательной возможностью для историков факультета продемонстрировать свою точку зрения по самым разным вопросам. «Клейновские» оценочные суждения, реплики, замечания ожидались заранее, и нередко становились главным, что запоминалось из таких встреч. Здесь можно вспомнить меткое суждение Александра Герцена о том, кто может писать мемуары: «Всякий», как сам себе ответил знаменитый писатель, «потому что никто не обязан их читать». Суждения Б. С. Клейна получили тогда право на наше внимание не только своей глубиной, но и самой личностью их автора.

Много воды утекло со времён «перестроечных» лет нашей учёбы…

К своему 90-летию Борис Самуилович подготовил к изданию новые воспоминания («Недосказанное», Минск: Лимариус, 2019) о себе в разном времени, и в том числе в том, которое стало поворотом для миллионов жителей бывшего Советского Союза. Сейчас уже очевидно, что потребность написания истории периода второй половины 80-х – начала 90-х гг. ХХ в. совершенно назрела. Прошмыгнувшие три десятилетия самой новейшей истории уже заставили входящие в жизнь поколения что-то забыть, а что-то и вовсе перестать понимать из вроде бы совсем недавнего прошлого. Один из способов удержать детали тогдашней повседневности – это проверенный способ воспоминаний.

Мемуары Б. С. Клейна – из тех, которые читать хочется и стоит. Многие факты и рассуждения автора имеют личностный характер. Кто-то вспомнит иначе. А кто-то не захочет вспоминать вовсе. В таком проигрывании истории общества, даже такого локального, гродненского, присутствует попытка разобраться в том клубке сплетений сделанного и не сделанного, сказанного и не сказанного, написанного и ненаписанного. Но в целенаправленных, фиксируемых на бумаге воспоминаниях есть, наверное, главное – это способ понять своё время и себя в нём. Ведь другого времени не будет никогда, и твоё – именно это, каким бы периодами страшным и безжалостным оно ни было.

Как каждые живые мемуары, новая книга Б. С. Клейна полна мелочей, деталей и фактов, которые в основном обречены на забвение, если их не «выудит» и не приспособит удачно в своих рассуждениях мемуарист. И это не только события семейной жизни. Участь большинства эпизодов общественной жизни та же. Такие примеры повседневности разбросаны, в частности, на страницах переписки Б. Клейна с В. Быковым. Сама переписка – составная часть данной книги, и часть особая. Она, в какой-то степени, отражает последний, драматический период жизни великого белорусского писателя. Слова, как поступки, Б. Клейна, друга и соратника В. Быкова, эпистолярным способом добирались через океан и границы стран. Несмотря на всевозможные перипетии жизни, история дружбы гродненских свободолюбцев продолжалась до самого конца. Содержание новых воспоминаний – память об этом содружестве.

Казалось бы, эмиграция, разная жизнь должны были сильно отделить период общения с замечательным наставником от сегодняшнего дня, если не вообще прервать связь времён. К счастью, этого не произошло. Во многом усилиями самого Б. С. Клейна. Десятки и десятки статей по самой разной проблематике, которые появлялись в интернете, соединяя прошлое и настоящее, были для нас свидетельством научной активности Б. С. Клейна. Но наибольшим образом мы, его студенты ощутили и оценили сохранившуюся нить, когда получили отзыв Бориса Самуиловича «Вольность в городе». Это была реакция на появление учебника по «Гродноведению», первого в своём роде учебного пособия по историческому краеведению г. Гродно.

Отзыв Б. С. Клейна на книгу, а также личная переписка с ним, были огромной поддержкой, помощью и укреплением веры в правду сделанного. Мы снова были вместе, как и тридцать лет назад, когда обращались к нему с вопросами, надеясь разобраться в меняющейся на глазах нашей жизни.

Мы также признательны Борису Самуиловичу за его очерки, опубликованные на страницах альманаха «Горад Святога Губерта» (под названиями «Инакомыслящий город» и «Допрос 1953 года»), а также на сайтах «Историческая правда» и «Hrodna.life», в которых автор на основе своего жизненного и профессионального опыта, освещая страницы прошлого, находил возможность выйти на обсуждение актуальных проблем современности.

Очередной урок Б. С. Клейн преподал нам в юбилейном для себя 2018 г., когда в присланном для гродненских историков видеообращении упомянул о выходе нескольких статей в петербургских научных изданиях. Значит, 90-летний историк продолжал активно работать, стремясь отреагировать на важное для него. Такая воля к действию, безусловно, по-хорошему заражает.

Уже давно идёт разговор о научных школах, сформированных за 65 лет существования исторического образования в стенах Гродненского университета. Можно соглашаться или не соглашаться с теми или иными объявленными школами. Думается, главным критерием любой научной школы является наличие не просто учителей и учеников, но единомышленников. Ведь научная эстафета передаётся в тех принципах и ценностях, которые, несмотря на абсолютную новизну научных проблем, последующее поколение исследователей сохраняет и на них стоит. С таких позиций поколение тех, кто вышел из-под проницательного взгляда в роговой оправе очков Б. С. Клейна, а потом попробовал что-то сделать в науке, может считаться научной школой Клейна. Так же как и М. Ткачёва, и Ф. Наливайко. Хочется думать, что в этих школах схожесть мыслей о главном в жизни и науке сохраняется.

Борис Самуилович Клейн навсегда останется в наших сердцах! Искренняя благодарность Учителю. Светлая память.

Виталь Корнелюк, Инна Соркина

студенты и коллеги Б. С. Клейна

Опубликовано 09.10.2020  12:24

Вспомним Бориса Клейна (1928-2020)

Барыс Самуілавiч Клейн (1 лістапада 1928, Віцебск – 4 кастрычніка 2020, Александрыя, штат Вірджынія, ЗША) – доктар гістарычных навук, прафесар, таленавіты навуковец і педагог. Даследчык беларускага нацыянальнага, рэвалюцыйнага і вызваленчага рухаў, мемуарыст. Інтэлектуал і інтэлігент.

Чалавек-легенда, які супрацьстаяў савецкай сістэме. Годны і мудры. Гарадзенец: гісторык і грамадскі дзеяч, які вызначаў культурнае і навуковае жыццё Гародні, адзін з лепшых выкладчыкаў у гісторыі Гродзенскага дзяржаўнага ўніверсітэта. Сваім вучням шмат падказаў і дапамог заўважыць і ў мінулым, і ў сучаснасці. Шчырая ўдзячнасць. Светлая памяць.

Два гады таму Барыс Самуілавіч падрыхтаваў відэазварот да тых, хто ў ГрДУ збярэцца на круглы стол з нагоды яго 90-годдзя. Але там гэты ролік не паказалі… Пабаяліся… Дагэтуль няма ва ўніверсітэцкай галерэі прафесараў ГрДУ партрэта Барыса Клейна.

Ніжэй публікуецца матэрыял Б. С. Клейна, падрыхтаваны ім для альманаха лакальнай гісторыі «Горад Святога Губерта» (Выпуск ІХ, Гродна, 2014).

Іна Соркіна, г. Гродна

* * *

ДОПРОС 1953 ГОДА

Борис Клейн, доктор исторических наук (США)

У меня «двойственное» восприятие пресловутого «дела врачей». Я тогда жил в Гродно (ул. Энгельса, д. 27) вместе со своими родителями, по профессии врачами, и стал свидетелем преследования моего отца, Самуила Семеновича Клейна, в связи с этим «делом». А через много лет, оказавшись в эмиграции в США, вернулся к происходившему уже как исследователь. Работая там в архивах, я обнаружил по этой теме целый комплекс неизвестных документов с грифом «Top secret» («совершенно секретно»). По моей просьбе 25 из них были рассекречены. На их основе мною была опубликована статья в московском академическом журнале «Вопросы истории» (2006, № 6).

Борис Клейн, начало 1950-х гг.

Давно, и, как многим казалось, окончательно завершилась «холодная война». Но не исчезает интерес к одному из главных ее сюжетов, связанных со смертью И. Сталина и обозначивших середину ХХ в. как переломную для СССР. Отзвуки тех драматических событий ощущаются и теперь.

Сообщение ТАСС, переданное по московскому радио и напечатанное в газетах 13 января 1953 г., буквально ошеломило нас. До всеобщего сведения доведено было, что арестована группа врачей (в основном с еврейскими фамилиями), которые, будучи членами сионистских организаций, по заданию американской и других западных разведок убили Жданова и других видных деятелей. Планировали же они истребить всю советскую верхушку. Обещано было, что следствие скоро завершится, и «убийц в белых халатах» постигнет справедливая кара.

Из газетных публикаций следовало, что опасность, исходящая от медиков-вредителей, грозит каждому советскому человеку. Партия призывала население решительно покончить с беспечностью и везде разоблачать сионистскую агентуру.

Отец по своему жизненному опыту понял, что охотников включиться в травлю окажется немало. Он сам, как начальник железнодорожной больницы, тоже мог ожидать серьезных неприятностей. Но поначалу не верилось, что политическая истерия из центра так быстро докатится до провинциального Гродно.

Здесь замечу, что мы, кроме официальных советских, пользовались и другими, не дозволенными властью, источниками информации. У нас дома был высокочувствительный приемник «Телефункен», привезенный моим отцом из Германии как трофей. В пограничном Гродно (в отличие от крупных городов) зарубежные радиостанции не глушились, и мы поздними вечерами могли принимать передачи Би-би-си и «Голоса Америки».

Ничего утешительного из них нельзя было почерпнуть. Новости были похожи на московские. Иностранные эксперты терялись в догадках, с какой целью затеяна опасная советская провокация, и главное, к чему она приведет.

А тем временем, как я узнал впоследствии из американских документов, за океаном велась напряженная работа по расшифровке кремлевской загадки.

Вот фрагмент из меморандума, составленного для руководства тайного Совета по психологической стратегии при президенте США (приводится в моем переводе с английского):

«…Секретно, 13 января 1953 года.

Вопрос: Советский медицинский заговор.

  1. Ситуация. Сегодня в обзоре международных новостей СВS появилось изложение передачи московского радио о том, что 9 советских врачей арестованы за участие в медицинском заговоре, созданном для ликвидации ключевого аппарата в советской иерархии… Ясно, что в обвинении проступают сильные антисемитские ноты».

В Вашингтоне начались секретные совещания с участием высокопоставленных лиц. В итоговом документе одного из обсуждений, 15 января 1953 г. направленном вновь избранному президенту Д. Эйзенхауэру, отмечалось:

«…Сообщение о заговоре врачей сделано для русских, но с расчетом на реакцию во всем мире. Это может быть началом радикальной чистки наподобие тех, что проводились в СССР 1930-х годов, с использованием антисемитских приемов гитлеровского режима. Советы используют этот предлог для расправы с инакомыслящими, интеллигенцией, их представляют в качестве участников заговора «капиталистического окружения».

И далее там же:

«Подтверждается широкое распространение страха и неуверенности в Советском Союзе. Вполне возможно, Сталин намерен ликвидировать более молодых и властолюбивых политиков из своего окружения… Налицо самый глубокий прорыв в политическом противостоянии США и нынешнего советского режима».

Цитируя эти документы середины прошлого века, позволю себе обратить внимание читателей, что они во многом созвучны нынешним тревогам. И не без причины. Нам ведь объявлено недавно (выступление А. Проханова по российскому телевидению), что в России одержала победу идеология неосталинизма…

Поскольку опасность преследования нависала над моим отцом, сообщу некоторые факты из его неординарной биографии. Выходец из небедной семьи варшавского ремесленника, он в 1913 г. был принят (по процентной норме, как еврей) в Варшавский императорский университет, вначале на математический факультет, а затем перешел на медицинский. В 1915 г., в связи с наступлением войск кайзеровской Германии, университет был эвакуирован из Варшавы в Ростов-на Дону.

Самуил Клейн в форме студента Варшавского императорского университета, 1913–1914 гг.

О своем студенчестве отец, хотя и мало, но говорил. О чем он умалчивал почти до самой кончины – это эпизод 1919 г. Белые, остро нуждаясь во врачах, устроили в Ростове досрочный выпуск студентов-медиков, и отца призвали в деникинскую Добровольческую армию, где он служил вплоть до разгрома Белого движения. А поскольку потом в анкетах он не писал об этом, ему и удалось избежать расстрела.

Дальше – недолгая медицинская служба в Красной армии, работа в лечебных учреждениях Белоруссии.

За день до начала Отечественной войны, в Витебске 21 июня 1941 г. его призвали для организации крупных госпиталей.

Он прошел всю войну. Процитирую сохранившуюся у меня выписку из приказа по Войскам Западного фронта № 0911 (октябрь 1943 г.) о награждении майора медицинской службы Клейна Самуила Симховича орденом Отечественной войны 2-й степени «за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество». Хранятся у меня этот отцовский орден и другие его (и матери моей, Аси Моисеевны), боевые награды.

И вот 28 февраля 1953 г. в газете «Гродненская правда» появился фельетон «Темных дел мастера», подписанный Похилко и Пушкарем. Первый был сотрудником редакции, а второй – следователем.

В фокусе их разоблачений был мой отец. Его, начальника железнодорожной больницы, обвинили в том, что он окружил себя пособниками-евреями (врачи Глоуберман, Халфина, Бродская). С их, мол, участием в больнице «установилась преступная практика». Перечислялись примеры, якобы подтверждавшие, что они оказывают теплый прием и проявляют повышенное внимание к пациентам-евреям, а также к разным ответственным товарищам (не имеющим отношения к железной дороге). Зато относятся с полнейшим безразличием, даже отказывают в лечении рядовым труженикам. И авторы гневно вопрошали: «Что общего имеет эта практика с самым обыкновенным понятием человечности!»

Здание бывшей железнодорожной больницы в Гродно (ул. Будённого) на старом и современном фото

Далее в том же духе, с выводом, что пришла пора вмешаться следственным органам. Понятно, что отца сразу уволили с работы.

Всё это было не случайно. Как отмечается в Википедии, в статье о «деле врачей» (где делается ссылка и на мои американские архивные находки), для массовой пропаганды того года установочным был фельетон «Простаки и проходимцы», опубликованный в «Правде» 8 февраля 1953 г. Там евреи изображались в виде мошенников. Вслед за ним советскую прессу захлестнула волна фельетонов, посвященных разоблачению истинных или мнимых «темных дел», совершенных лицами с еврейскими именами, отчествами и фамилиями.

Таким образом, тут не было какого-то «разгула народного возмущения», а велась целенаправленная кампания «сверху», сопровождавшая разрастание «дела врачей». Под личным надзором Сталина к расследованию подключались органы безопасности на Украине, в прибалтийских республиках, Белоруссии. В этом контексте следует рассматривать и гродненский эпизод.

В конечном счете, как представляется многим исследователям, все эти меры направлены были на общую дискредитацию и дегуманизацию евреев в СССР как этноса, якобы играющего роль «пятой колонны» сионизма и империализма. Каким могло быть, при таких предпосылках, «окончательное решение» диктатора?

Но призрак погибели нависал не только над евреями.

Не раз делались попытки доказать, что Сталин был убит своим окружением, опасавшимся новой кадровой чистки (наподобие «ленинградского дела» и других прежних расправ). Хотя убедительных доводов в пользу этой конспирологической версии пока не представлено.

Собранные мною материалы свидетельствуют, что в США был разработан собственный «план устранения Сталина».

И в то время, когда мы в Гродно, подобно людям по всей стране, в каком-то оцепенении следили за действиями подстрекателей из Кремля и их многочисленных подручных, в Вашингтоне обсуждалась радикальная инициатива. Судя по материалам библиотеки (фактически архива) Эйзенхауэра, суть ее была впервые изложена в меморандуме, представленном Совету по психологической войне 16 января 1953 г. Центральное место занимали акции, направленные лично против Сталина.

В Америке была создана строго засекреченная рабочая группа «Сталин» (ее кодовое обозначение PSB D-40), целью которой и было по возможности отстранить его от власти (либо, иными словами, обезвредить как диктатора). Но в тех документах, которые я изучил, не шла речь о террористическом акте. Вопрос хотели решить иначе.

«Медицинский заговор», утверждали сторонники плана, содержит (с западной точки зрения) бредовый элемент, пригодный для дискредитации самого властителя. Миру следует продемонстрировать, что Сталин, как и Гитлер до него, шагнул через край. Поэтому все его слова и действия с настоящего времени должны рассматриваться как поступки сумасшедшего. Предлагалось начать в разных странах кампанию за проведение процесса особого рода перед международной комиссией психиатров. Рассмотрев все улики, она вынесет решение, что Сталин является сумасшедшим.

План этот был близок к осуществлению, но, как указано в документе, наступило непредвиденное осложнение. Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль предложил провести в ближайшее время встречу «большой тройки» (с участием его самого, Сталина и Эйзенхауэра, если последний даст согласие). А каковы могут быть итоги этой встречи, если до нее одного из участников объявят сошедшим с ума?

Такой поворот имеет одно объяснение: патриарх британской политики сильно забеспокоился. Он принял в расчет не столько «дело врачей», сколько опасность ядерного удара со стороны СССР. Потому и начал глубокий зондаж подлинных намерений советского вождя.

А там, где были мы, продолжались аресты и допросы всё новых обвиняемых. По личному приказу Сталина, для выколачивания признаний их били, заковывали в кандалы, применяли другие пытки. Некоторые уже погибли в застенках…

На исходе того дня, когда в «Гродненской правде» был опубликован фельетон (28 февраля), к нам в дом пожаловал один из его авторов, следователь Пушкарь.

Вид ул. Энгельса (сейчас ул. Городничанская).

Дом № 27 по ул. Энгельса (Городничанской), в котором жила семья С. С. Клейна

Какая срочность! Явился с допросом на дом к больному человеку. Отец от переживаний слег с сердечным приступом.

По прошествии стольких лет я смутно помню внешность вошедшего. Как будто лысоватый, худощавый. Четко осталось в памяти, что он снял пальто, но мне его не передал, а сам повесил на стул. Взял себе другой, подсел совсем близко к кровати, на которой лежал отец.

Почему-то он не предложил мне выйти. Допрос вел настойчиво, но вкрадчивым тихим голосом. Кое-что я все-таки услышал.

Сперва Пушкарь, что называется, «прошелся по именам». Почему принят был на работу Глоуберман, кто именно его порекомендовал? А как насчет Халфиной? Отец отвечал, что работников нанимал не он, а Управление железной дороги в Минске.

А как насчет методов лечения: признаёте, что неправильные?

В общем, допрашивал вроде бы формально. Наверное, у них и так всё было решено.

Ясно было, что это «первая пристрелка». Дальше надо ждать вызова, новых допросов. Они активно собирали компромат: против беспартийного отца дала показания Пащенко, секретарь парторганизации больницы. Она знала, как угодить начальству.

Теперь я уверен, что было указание отыскать и в Гродно ответвление сионистской сети. Значит, через два-три дня отца могли арестовать.

Еще довод против утверждений тех историков, кто полагает, что «дело врачей» к концу февраля само собой угасало. Напротив: органы подыскивали себе новые жертвы. И шельмование в советской печати велось по всем их правилам.

Никто в мире не смог – или не захотел – по-настоящему вмешаться, чтобы остановить убийц. Не тех, кто в «белых халатах», а истинных палачей, в большинстве своем так и не понесших наказания.

Трагический парадокс: только смерть тирана спасла от гибели множество невинных.

Не появился больше у нас в доме Пушкарь, и в свою контору он не вызвал отца. Потому что в начале марта Сталин заболел. И будто бы провалился к себе в преисподнюю.

Я помню, как мы по очереди исполняли приказание встать в «почетный караул» у одного из памятников Вождю и Учителю. «Караульным» выдавали красные повязки с черной каймой. Стояли на холоде молча.

Известно, что в стране плакали и даже рыдали по родному Сталину.

Всё это было (но странно, что у многих не прошло).

Признаюсь: мы с отцом не печалились; надеялись, что хуже уже не будет. Да и у других гродненцев я не замечал особой скорби по поводу отсутствия в мире товарища Сталина.

Дальше начались перемены к лучшему. А что же авторы фельетона? Пушкарь как-то незаметно исчез из города: след простыл. Правда, органы остались…

Николай Похилко продолжал заведовать отделом культуры в редакции «Гродненской правды». И, по совпадению, туда же в 1954 г. приняли на работу журналистом мою жену, Фриду Пугач. Вот что она написала в своих воспоминаниях «Женщина в редакции» («Асоба і час». 2010, 2):

«На новогодней вечеринке (кажется, 1956 г.) он подошел ко мне и стал “исповедоваться”. Мол, при Сталине завели “Дело врачей”, и в Гродно тоже искали “отравителей” среди врачей-евреев.

Похилко знал, за кого я вышла замуж, поэтому спросил:

– Вы, наверное, смотрели подшивку?

Конечно, я уже прочитала фельетон, написанный им в соавторстве со следователем, в котором он “разоблачал” главврача железнодорожной больницы Самуила Семеновича Клейна (моего будущего свекра).

– Это была неправда, – признался Похилко, – но нам сказали, что так надо…

Вот и этот отводил от себя вину».

К сожалению, конца той истории не видно. Мало того: сталинисты настаивают, что взяли у времени реванш.

Надеюсь, их в этом разубедят. Увы, скорее всего, без моего участия.

23–25 мая 2014 года. Александрия, Вирджиния (США)

Опубликовано 08.10.2020  22:05

ПОДБОРКА ОБ ИВЬЕВСКИХ ЕВРЕЯХ

*

От ред. Первый из нижеследующих текстов долгое время лежал в архиве нашего постоянного автора Юрия Тепера. В октябре c. г. Ю. Тепер рассказывал об И. Захаревиче, своём товарище по гексашахматным турнирам, выходце из Ивья: «Он собирал исторические материалы, в том числе и по истории местных евреев. Может, как-нибудь покажуего записи, хотя расшифровать их непросто».

Мы взяли на себя труд расшифровать записи, относящиеся, вероятно, к рубежу 1980-90-х гг., и приискали им заголовок. В то время ещё нередко применялось клише: «люди (жители) еврейской национальности». Впрочем, очерк по-своему интересен, так что будем рады, если автор откликнется на публикацию и лично примет нашу благодарность.

Следом за давними записями предлагаем вниманию читателей более новый текст о евреях Ивья, взятый из книги 2010-х годов. Итак…

*

Ивье и «люди еврейской национальности»

Ивье – старинный посёлок (в 2000 г. получил статус города – belisrael) в Беларуси. Первое упоминание о нём относится к 1520–1538 гг. В это время местечко входило в Великое княжество Литовское. Издавна на территории посёлка проживали русские, белорусы, татары, евреи и люди многих других национальностей.

Согласно архивным данным, первое упоминание о евреях в Ивье было в 1626 г. на Брестском сейме шляхты. Еврейскую общину на сейме представлял Мейше Ивьевский. В 1800 г. в Ивье было 545 жителей еврейской национальности, а в конце ХIХ в. – примерно 1650. Евреи составляли 42% всего населения местечка. Перепись 1938 г. даёт нам другие данные. Еврейское население составляло уже 76%.

Во времена Великого княжества Литовского все жители Ивья развивались в силу своих способностей и возможностей. Евреи и татары занимались земледелием, торговлей, ремёслами. Однако они не имели политических свобод, не избирались в сейм и не могли руководить территориальными единицами.

На начало ХХ века в местечке была одна большая деревянная синагога, но в 1929 г. после пожара её не стало. Позже были построены три новых.

После III раздела Речи Посполитой Ивье вошло в состав Российской империи. В это время евреев начали изгонять из деревень, а ранее они жили почти в каждой окрестной деревне. Так, в Борисовке было 23 дома, в семнадцати из них жили евреи. Их основным занятием было земледелие. В Бакштах было 4 еврейских семьи, в Николаево и Барово – 14, Купровичах – 9. Проживали евреи в Морино, Мишуковичах, Дудах, Красовщине. Были в округе и традиционно еврейские местечки – Субботники, Трабы, Липнишки. Евреям запрещалось продавать землю, им не разрешалось селиться в городах. Поэтому они вынуждены были проживать в местечках. Тут они находили себе работу, которой зарабатывали на хлеб. Евреи были портными, сапожниками, кузнецами. Занимались они и торговлей. В основном это были мелкие лавочки, но были и богатые. Большинство жителей еврейской национальности имели свой земельный участок и домашний скот. Этим они поддерживали жизнь своих семей. До 1939 г. на территории современного Ивьевского района проживало приблизительно 4300 евреев.

Недалеко от Ивья (2 км) находится деревня Стоневичи. Здесь в годы II мировой войны гитлеровцы уничтожили 2524 евреев. Всего же за годы II мировой войны погибло 4227 человек, 1703 были вывезены в Борисовское гетто и в Освенцим, и там уничтожены…

Иван Захаревич

ИВЬЕ (публикуется в сокращении по книге, изданной в 2017 г.)

Начало. Ивье известно в письменных источниках с первой половины XV в. как великокняжеский двор. В XVI в. Ивье было единственным из центров арианизма, существовала здесь типография и арианская школа…

В 1634 г. местечко состояло из Рынка, 3 улиц, 180 дворов. Войны середины XVII в. привели к резкому уменьшению населения: по инвентарю 1685 г. в Ивье числится заселенных дворов – 91, татарских домов в пригороде – 8.

С 1795 г. Ивьевщина оказалась в составе Российской империи. Ивье стало центром волости Ошмянского уезда Виленской губернии.

По сведениям 1864 г. в Ивье проводилось 7 ярмарок в год: 1 января, 2 февраля, 28 мая, 18 июня, 29 сентября, 1 ноября, 11 ноября. Еженедельные торги и базары: с 29 июня по 29 сентября по воскресеньям, с 29 сентября по 29 июня – по средам. Специализировались ивьевские ярмарки, главным образом, на продаже скота… В 1897 г. Ивье насчитывало 2828 жителей, 387 дворов, костел, часовню, синагогу, 3 еврейских молитвенных дома, мечеть, народное училище, аптеку, мельницу, 17 лавок, 4 корчмы. Ярмарки проводились 5 раз в год.

Здесь издавна живут татары, есть мечеть, построенная в 1884 г.

Евреи из Ивья. Первые сведения о евреях в Ивье встречаются в инвентаре 1685 года. Из 61 двора в 9 проживали евреи. Среди лиц Моисеевого вероисповедания были записаны: Исраиль, Иухим Шмайлевич, Иехиель Гошкевич, Абрам Мордухоевич, Шапшай, Гошко, Лейзер, Пейзель, Гиршель. Жили они на улице Новогрудской, которая переходила в Рынок.

Многие евреи занимались ремеслами. Среди них были портные, сапожники, кузнецы, плотники и канатники. Ремесленное управление Ивья в середине XIX в. возглавляли Янкель Зоселиович (портной), Нахим Гинзбург (кузнец), Шмая Блох (сапожник). Популярным занятием евреев был «питейный» промысел – производство и продажа алкоголя. По сведениям 1866 г. в местечке было 10 шинков и 4 корчмы. Некоторые ивьевские евреи пытались найти свою нишу в промышленном производстве. Янкель Левин, например, открыл в 1889 г. спичечную фабрику. Евреи были заняты в сфере медицины. В конце XIX в. вольнопрактикующим врачом был Лейба Флаум, а Ария Боярский занимался аптечным магазином.

Воспоминания Иегуды Лейба Блоха свидетельствуют о бедности, которую познало всё еврейское население Ивья:

«В моей памяти запечатлелись рассказы о страшной нищете, в которой жили тогда евреи. Почти все благодарили Бога за то, что у них есть кусок хлеба и пару картофелин. Мой отец рассказал историю о том, что когда он был мальчиком и один раз шел домой из хедера со своими друзьями во время Хануки, то увидел, как из везущей картофель телеги упало несколько картофелин. Ребята положили мерзлый, наполовину испорченный картофель в карманы, и радости в домах не было края, так как появилась возможность приготовить свежий картофель. Зимой дома не отапливались, так как мало кто мог позволить себе «роскошь» покупать дрова. Целый год они носили одни и те же, постоянно перешиваемые тряпки. Глубокая вера давала силы для тяжелых условий жизни. Люди были бедны, но не несчастны» (по «Книге памяти общины Ивье» – «Sefer zikaron li-kehilat Ivye», Тель-Авив, 1968).

Перед Второй мировой войной в местечке работала семилетняя школа «Тарбут», преподавание в которой велось на иврите. Еврейские и татарские дети учились в польской семилетней школе. Евреи Ивья имели свой театр и футбольную команду.

В центре города была синагога, построенная в XVIII в., а неподалеку, в западном направлении, находилось старое еврейское кладбище. Здания синагогального ансамбля уцелели до наших дней.

Выдающиеся люди. В Ивье родился Хаим Озер Гродзенский (1863–1940) – галахист, религиозный и общественный деятель, духовный лидер литовского ортодоксального еврейства, главный (неофициальный) раввин Вильнюса. Его именем названа центральная улица израильского города Петах-Тиква.

Ул. Хаим Озер. Фото В. Рубинчика (июль 2017 г.)  С 2019 г. площадь с фонтаном носит имя Д. Трампа – belisrael

Среди известных уроженцев местечка также Шахно Эпштейн (1881–1945) – общественный деятель, публицист и литературовед. Был главным редактором харьковского журнала «Ди ройте велт» (идиш – «Красный мир»). В 1942–1945 гг. служил ответственным секретарем в Еврейском антифашистском комитете.

Вторая мировая война и Холокост. В сентябре 1939 г. Ивье вошло в состав БССР (формально это произошло несколько позже; в октябре 1939 г. Верховный Совет БССР постановил принять Западную Белоруссию в состав БССР, а 02.11.1939 присоединение было утверждено законом СССР – belisrael). С 29 июня 1941 г. до 7 июля 1944 г. Ивьевщина была оккупирована немцами. В феврале 1942 г. в городе было создано гетто, в которое было переселено 3 тыс. человек. Акцию по уничтожению в Ивье провели 12 мая 1942 г. После войны при вскрытии массового захоронения в окрестностях дер. Стоневичи на южной опушке леса были обнаружены тела 2524 человек. Судьба остальных неизвестна.

Четыре семьи из Ивьевского района были удостоены почетного звания «Праведник народов мира».

Следы присутствия. Из ивьевского синагогального комплекса сохранились два здания (ул. 1 Мая, дома 9, 11), в одном из которых сейчас размещается детская спортивная школа.

Здание синагоги в прежние и новые времена (источник: ivyenews.by, 2015 г.)

Уцелевшая еврейская застройка конца XIX – начала XX века представлена домами по ул. К. Маркса, 1 Мая, на Комсомольской площади. На одном из них сохранился фрагмент надписи на иврите с годом строительства по григорианскому календарю (1929 г.).

От еврейского кладбища в Ивье почти ничего не осталось, кроме фрагментов каменной ограды, а территория кладбища была частично застроена.

На братской могиле узников гетто, убитых вблизи дер. Стоневичи, в 1957 г. была установлена стела. Ежегодно 12 мая в Стоневичском лесу проводится День памяти еврейской общины Ивья и звучит поминальная молитва. В 1989 г. там был открыт мемориал, на котором выбиты слова поэта Арона Вергелиса. В 1994 г. на этом месте был поставлен спектакль американской балериной, хореографом и режиссёром Тамар Рогофф, дедушка которой выехал из Ивья в 1911 году.

Корни. После войны в Ивье проживали шесть еврейских семей. В одной из них выросла Тамара Бородач (Кощер), которая в течение многих лет была директором школы в городе Лида, а сейчас она проживает в Израиле. Она является автором международного проекта «Корни» и организует для евреев родом из Беларуси поездки в те места, где они жили, где погибли их семьи. В экспедициях, организованных в течение 25 лет в рамках проекта «Корни», приняли участие 2,5 тыс. людей…

В 2012 году был открыт памятник в честь дружбы и единства конфессий Ивьевщины – католиков, православных, мусульман и евреев.

Вид памятника с «иудейской» стороны (источник – ctv.by)

В городе также действует Музей национальных культур, единственный в Республике Беларусь тип музея, постоянная экспозиция которого посвящена истории и культуре многонационального города. Один из залов музея рассказывает об еврейской культуре.

Текст об Ивье для книги «Маршруты по штетлам» готовили

Инна Соркина и Тамара Вершицкая

Фото старого Ивья и дополнительную информацию можно найти здесь

Опубликовано 15.11.2019  13:51

Гутарка з Паўлам Касцюкевічам (2)

(канцоўка; пачатак тут)

– У Мінску праз тваё грамадзянства бываюць турботы?

– Пакуль што не было, але… Калі ў гасцініцах іншых гарадоў дастаеш ізраільскі пашпарт, то адразу нахлынае. Думаеш, што трэба неяк не так сябе паводзіць, трэба качаць правы, патрабаваць сабе найлепшы нумар 🙂

– Не абеларусіўся ты як след – відаць, мала вышыванак знасіў… А тутэйшай палітыкай цікавішся?

– Тут ёсць адзін палітык – палітыкі няма.

– Ну, можа, за апошнія 10 гадоў нейкае новае пакаленне падрасло?

– Я вось думаў нядаўна пра мясцовую моладзь – яна апалітычная зусім.

Катэгарычны ты… Не бярэм далёкі 2010 год, але ў 2017 г. на «недармаедскія пратэсты» шмат моладзі выходзіла, сам бачыў.

– Мабыць, набліжаецца старасць. Здаецца, раней усё было больш яскрава, усе выходзілі 🙂

– Табе ж толькі 40 гадоў споўнілася. Якога чысла, дарэчы?

– 24 траўня, у дзень нараджэння кірыліцы. Востра адчуваю гэтую дату – так, паводле яўрэйскіх традыцый, яшчэ далёка да паловы жыццёвага тэрміну, але мы жывем не ў эпоху прарокаў, арыентуемся на рэальнае жыццё. У 40 год трэба ўжо неяк інакш ставіць ступак, каб на спуск ісці. Іншае адчуванне жыцця – «няма таго, што раньш было».

– Па-мойму, за 11 год у Беларусі ты нямалага дабіўся. Свае найбольшыя дасягненні назавеш?

– Здаецца, што мала чаго дабіўся, хочацца большага.

ОК, спытаюся іначай. Колькі ты кніжак выпусціў?

– Штук 10 – сваіх і з перакладамі. Сваіх чатыры: «Зборная РБ па негалоўных відах спорту», «План Бабарозы», «Бульба ў райскім садзе», «Душпастарскія спатканні для дачнікаў». Ага, і «Блог Усяслава Чарадзея» – пяць. Пераклады: «Аўтаспынам па Галактыцы», «Бойня № 5», дзве керэтаўскія кніжкі, Вайля кніжка… Зараз у Логвінава выходзіць пераклад «Трое ў чоўне» Джэрома К. Джэрома. І перакладаю з іўрыта «Беньяміна Трэцяга» Мендэле Мойхер-Сфорыма.

«Рэчавыя доказы» ад П. К.

– Што з названага для цябе самае дарагое?

– «Бабароза», канешне. Вельмі важная кніжка, у ёй я скокнуў вышэй за пупок – баюся, што гэткага скачка не паўтару. Пісаў чатыры гады.

Сапраўды, адчуваецца, што ў яе многа ўкладзена, асабліва спадабаліся развагі пра каўтун. У Кульбака была зельманіяда, у цябе – каўтуніяда… Я нават паспрабаваў наведаць kautun.by 🙂

– Каўтун ратаваў кнігу ў апошні момант. Усё пісалася доўга, марудна, але не было «цэнтральнага цвіка». За некалькі дзён дапісаў фрагмент – абсалютную пародыю на «Горад Сонца» і «партызанаў» Артура Клінава. Да «Горада Сонца» прэтэнзій не маю, але хацелася спарадзіраваць той дыскурс і «канцэпцыю партызана».

– Не згаджаешся з тым, што беларусы – культурныя партызаны?

– Адкажу словамі з купалаўскіх «Тутэйшых»: «усё гэта як бы так і як бы не так». «Партызанская» канцэпцыя трохі смешная, камедная. Час прайшоў, трэба новыя канцэпцыі нараджаць – больш сур’ёзныя 😉

– А на чым можа (ці мусіць) грунтавацца новая канцэпцыя беларускасці?

– Пераходзячы да «Беньяміна Трэцяга», якога зараз перакладаю, – з гэтага твора вынікае канцэпцыя гета, якое было тут у ХІХ стагоддзі. Было вялікае гета, але не на адзін народ, а на два: на габрэяў і беларусаў. Рэзервацыя памерам у цэлую краіну – мабыць, адна з самых вялікіх у Еўропе. Тут і трэба ўсё шукаць, усе карані…

– Дапусцім, Беларусь была калоніяй, і што далей? Ідэя дэкаланізацыі? Дык яна не новая. І як бы ты люду паспалітаму патлумачыў, што рабіць? Проста выйсці з гета, стаць свабоднымі людзьмі?

– Так, свабоднымі, але я не ведаю, як гэта можна патлумачыць людзям, якія лічаць сябе пераможцамі ў Другой Сусветнай. Беларусь перамагла? Яна была ахвярай той вайны, а выпінаецца пастаянна пераможніцтва.

Кідаешся ў другую крайнасць. Ясна, што была ахвярай, але ясна і тое, што перамагла (разам з іншымі). Прапануеш перасунуць акцэнт на тое, што мы былі ахвярамі? Але ж гэта «вечны плач», з якога наўрад ці што канструктыўнае выйдзе.

– Прынамсі трэба прызнаць, што ў гета «адбівалі галаву», то бок не дазвалялі сваёй адукацыі. Абмяжоўвалася мабільнасць: ты мог пераехаць у горад, толькі памяняўшы сябе. Вядома, «адсяканне галавы» адбывалася па-рознаму ў габрэяў і беларусаў.

У любым разе тое, пра што ты кажаш, мела месца 150-200 гадоў таму. Няўжо ў мінулым cтагоддзі ўсё засталося, як у пазамінулым?

– Палову савецкага часу гета ў розных формах існавала – «не забалуеш». Першы кіраўнік Беларусі з мясцовых быў Мазураў (з 1950-х гадоў), усе ранейшыя кіраўнікі былі сюды прысланыя…

– З даваенных кіраўнікоў згадваецца беларус Шаранговіч, але гэта не так істотна. Былі тутэйшыя, мо нават горшыя за прысланых…

– Дык і пра Кубэ хтосьці кажа, што ён думаў пра Беларусь! А калі сур’ёзна, то Беларусь падпарадкоўвалася імперыі: гэтыя тэрыторыі максімальна выкарыстоўваліся. «Як зручна, так і зробім» – ва ўсім, і ў культурніцкім будаўніцтве, і ў эканамічным…

– Добра, не будзем замахвацца на глабальныя абагульненні. Вакол чаго можа зараз будавацца ідэнтычнасць беларускіх яўрэяў?

– Уявім сабе сучаснага беларускага габрэя. Яго ўнукі ў Амерыцы, дзеці ў Ізраілі, сам ён на чамаданах. Нават калі ён вырашыў жыць тут, ён глядзіць RTVI («рускае міжнароднае тэлебачанне»). Часу на беларускую культуру ў яго няма…

– Ты скептычна пазіраеш на мясцовыя яўрэйскія суполкі?

– Так, і гэта адно з вялікіх расчараванняў апошніх дзесяці гадоў – габрэйская супольнасць вельмі скіраваная на… Ну, па-першае, на дабрачыннасць. Гэта добра, але дапамога ідзе з замежжа (хаця і з Беларусі таксама). Па-другое, на апрацоўку тэмаў, якія важныя, але да сённяшняга дня не маюць дачынення. Канкрэтна, хопіць апяваць мястэчка. Жыццё ў мястэчку было вельмі цяжкім, дэпрэсіўным жыццём у рэзервацыі – давайце пра гэта пагаворым!

– Хіба нехта гэтак ужо апявае? Хаця, вядома, ёсць пэўная апалагетыка… пра што я пісаў яшчэ ў пачатку 2000-х гг.

– Апяваюць. Апрача таго, назіраю, як канцэпт ідэальнага жыцця ў мястэчку пераносіцца на БССР, дзе ўсё нібыта было гарманічна… Гісторыя беларускіх габрэяў цікавая і размаітая, але ў Беларусі ўсё зводзіцца да канцэптаў штэтла і Галакосту.

Зараз беларусы пачалі даведвацца пра сваю габрэйскую спадчыну, столькі з’явілася даследаванняў – той жа Іны Соркінай… Істэрыя (у добрым сэнсе), звязаная з Кульбакам, – гэта ж выдатна! А габрэйскія суполкі дыхаюць роўна.

– Усё ж на Кульбака звяртае ўвагу і тутэйшы яўрэйскі афіцыёз – газета «Авив», часопіс «Мишпоха» (праўда, рэдактар «Мишпохи» па-дурному паблытаў парадак літар у ідышных словах, і Юлій Марголін у яго «Юрий»)… Не забываюць і Мендэле – калі год таму адкрывалі дошку ў Капылі, была там і дэлегацыя «афіцыйных яўрэяў». Можа, ты крыўдуеш на тое, што беларускія яўрэі не чытаюць твае кнігі?

– Можа быць… Але я бачу, што «лыжы» навостраны на пераезд: «Не я пераеду, дык мае дзеці або ўнукі пераедуць». Такі чамаданны настрой. З іншага боку, беларускія яўрэі бачаць свет разгорнута – няма атэістычнага ўспрымання, маўляў, на мне ўсё сканчаецца. Прыглядаюцца да Трампа, да Ізраіля… Насуперак усім тэорыям, паводле якіх людзі схільныя жыць «тут і цяпер».

– Але многія беларускія яўрэі цешацца жыццём і не зацыклены на мінуўшчыне (дый будучыні). Узяць тыя ж «Дні яўрэйскай культуры» ў Мінску…

– Ну, магчыма, гэта мой асабісты плач па кніжнай культуры. Ад беларускай публікі мне ўвага перападае – кніжкі чытаюцца, глядзяцца… Ад габрэйскай – амаль не перападае.

– Якія літаратурныя прэміі ты атрымаў?

– У 2012 годзе – прэмію Ежы Гедройца за «Зборную РБ па негалоўных відах спорту», а сёлета – «Празрыстага Эола» за пераклады Узі Вайля.

– Падзеі 2012 г. шмат абмяркоўвалі, у тым ліку і ў сувязі са скандальчыкам вакол прысуджэння. А сёлета былі мітрэнгі?

– Макс Шчур, заснавальнік «Эола», у прынцыпе, чалавек скандальны, але гэтым разам ён чамусьці быў сама лагоднасць. Выдаў прэмію пятнаццаці літаратарам, і для скандалаў проста глебы не было.

Эолы самыя настаяшчыя

Пазюкаем пра «Беньяміна Трэцяга». Чаму ты ўзяўся перакладаць Мендэле, і чаму менавіта гэты твор?

– Я думаю, гэтае перастварэнне ўваходзіць у мае абавязкі. Твор даўно ўжо напрошваўся, з Баршчэўскім пра яго гаварылі…

– Няўжо з Янам? 🙂

– Твор такі патрапляе ў раздзел «Беларуская літаратура не па-беларуску», дзе фігуруе імя Яна Баршчэўскага, але размаўляў з Лявонам. Ён, бадай, апошні адраджэнец, які лічыць, што трэба ўсе асноўныя прабелы закрыць. Я так не лічу, але неперакладзены Мендэле – з тых прабелаў, якія закрыць неабходна. Гэта частка беларускай літаратуры, напісаная на ідышы і іўрыце.

– Я даўно ў курсе тваёй пазіцыі: «Літаратура, якая не ўзбагачаецца перакладамі, паступова робіцца правінцыйнай і вымірае» (2011 г.). А да цябе Мендэле Мойхер-Сфорыма перакладалі на беларускую?

– Пошукі ў сеціве паказалі, што ніхто толкам не перакладаў… На ўкраінскую пераклад ёсць, выйшаў у час «справы ўрачоў», і там усе ізраільцы ў тэксце заменены на «чырвонатворых габрэяў». Гэта асобная цікавая тэма – як былі прыбраны ўсе мудрасці біблійныя, зроблены з іх местачковыя мудрасці.

– Ты ставіш сабе за мэту зрабіць поўны, найбольш адэкватны пераклад?

– У мяне складаная задача, таму што Мендэле сам гуляўся з іўрыцкай версіяй – фактычна, перапісваў сам сябе… Выбраў быў спярша ідыш, зарабіў сабе славу, а іўрыт – гэта была для яго такая забаўка.

– Па-мойму, наадварот: ён пачаў пісаць на старажытнаяўрэйскай, потым ужо перайшоў на ідыш

– Ён эксперыментаваў, але калі зразумеў, што патрэбны нейкі «выхлап», выбраў ідыш, каб кніжкі пайшлі ў народ. Але ўсе літаратары ў той час адчувалі «непаўнавартаснасць» ідыша, і ў прадмове да «Беньяміна Трэцяга» сказана прыкладна так: «Добра было б, вядома, выдаць кнігу на іўрыце, але напісаў я на ідышы». І вось праз 30 гадоў ён спраўдзіў мару, выдаў іўрыцкую версію. Яе чыталі людзі, якія ўжо прачыталі кнігу на ідышы, г. зн. аўтар гуляўся і са сваім чытачом. У гэтым выданні шмат павыразана, зроблена больш універсалісцкіх высноваў пра яўрэйскую душу, менш местачковасці (дарэчы, думаю, што некаторыя жарты дарэмна выкінуты)…

– Аёй, няўжо ты параўноўваў іўрыцкі варыянт з ідышным?

– Ідышам, на жаль, не валодаю. Глядзеў даволі дакладны (так, прынамсі, я чытаў у навуковай літаратуры) польскі пераклад з ідыша, таму што ўкраінская і руская версіі – вельмі спецыфічныя. Ды насамрэч і выданняў на ідышы было тры, і яны розніліся даволі моцна… Карацей, я вывучаў пытанне. А наконт адэкватнасці – не ведаю, можа, ён і не адэкватны. Мяркую, што гэта мусіць быць антыкаланіяльны пераклад, з гэтага ўсё вынікае. Таму што ў Мендэле – падарожжа людзей, якія ідуць у Святую Зямлю, а патрапляюць у каменны мех казармы.

Мендэле любіў Танах, і насуперак тагачаснай модзе аддаваў яму перавагу перад Талмудам. Праблема ў тым, што многіх слоў у Танаху не было, і пісьменнік быў вымушаны даваць апісанне замест паняцця. Напрыклад, там, дзе гаворыцца пра раску або цвіль на вадзе, ён ужывае спалучэнне «штосьці зялёнае».

– І ты перакананы, што пераклад класіка яўрэйскай літаратуры варта асучасніць, даўшы волю перакладчыку? У тваім перакладзе гаворыцца пра Беньямінаву «фрустрацыю», а ці ёсць гэтае слова  ў арыгінале?

– Няма, канешне… Але пасля «няволі», доўгага падпарадкавання іўрыцкім аўтарам (што б ні казалі, там не мой стыль, а стыль Этгара Керэта, Узі Вайля і інш.), лічу магчымым паэксперыментаваць. Ну, слухай, Танах жа таксама перакладалі па-рознаму!

Часам, канешне, «прачынаешся» і ўсведамляеш, што італьянская прымаўка «перакладчык – хлус» мае пад сабой грунт. Тады я пачынаю нешта адкручваць назад.

Пераклаў ужо ўсю кнігу?

– Збольшага… Спадзяюся, выйдзе налета. Бачыш, па ўсіх паказніках гэта твор беларускі, хаця яго спрабуюць паказаць, што ён больш украінскі… І аўтар падае свайго героя («Мендэле-кнігар» – гэта ж не ён сам, гэта яго апавядальнік!) хутчэй як хасіда, чым як міснагеда, а хасідызм быў больш пашыраны сярод украінскіх габрэяў. Мне здаецца, аўтар хацеў спадабацца шырэйшай публіцы: не толькі беларускай і ўкраінскай, а і расійскай.

– Хасідскія матывы лёгка вытлумачыць, бо ў юнацтве Мендэле (тады яшчэ Шолем-Якаў) меў стасункі з хасідамі. Пра гэта сведчыць яго аўтабіяграфічная аповесць «Шлойме, сын рэба Хаіма» (герой выпраўляецца з «міснагедскага» Капыля ў Цімкавічы, дзе знаёміцца з хасідскім светам, пераймае пэўныя яго звычкі)…

– У той жа час аўтар выступае і супраць тых, і супраць гэтых – ён хутчэй займае пазіцыю маскіля, яўрэйскага асветніка (і нечым нагадвае нямецкага габрэя). Апавядальнік жа, яго альтэр эга – не зусім маскіль; адбываецца гэткае раздваенне ў аповедзе.

Я здагадаўся, чаму ты выбраў Мендэле – не толькі таму, што зямляк, а і таму, што ён блізкі да Гаскалы, асветніцтва. У цябе таксама ёсць гэтая жылка – прасвятляць тутэйшы люд. Нездарма ж ты чытаў лекцыі пра ізраільскую літаратуру ў БДУ і ў Беларускім калегіуме…

– Дык у многіх яна ёсць, а разам з тым… Чытаю зараз Алеся Бяляцкага пра адраджэнцаў 1980-х. Гэта выдатныя людзі, але, па-мойму, усё ўжо скончылася ў 1960-х – увесь нацыянальны рух. Потым было нейкае культурнае кола, сябраў якога не выпускалі на шырокі разлог і туды асабліва нікога не пускалі. Прыйшлі адраджэнцы, і як яны сябе паводзілі? Быццам бы дваццатага стагоддзя і не было. Сказалі, што народ трошкі русіфікаваны, але ў прынцыпе, нічога не забыў. Насамрэч жа ўсё было скончана, і ў габрэяў таксама (ну, у 1970-х дакладна).

– Зноў незразумелы песімізм…

– А можа, размаўляючы з табою, абкатваю прадмову да Мендэле Мойхер-Сфорыма 🙂

– Давай лепш да тваёй біяграфіі звернемся. Ну, прыехаў ты сюды ў 2008 г., паставіў сабе звышзадачу (умоўна – абнавіць беларускую літаратуру пры дапамозе ізраільскіх аўтараў)… Ці не ставіў?

– Такая звышзадача была, аднак, калі я абзавёўся сям’ёй (ажаніўся з Марыйкай Мартысевіч у 2011 г., потым нарадзіліся Сымон і Лявон), то стаў больш меркантыльным. Больш думаю пра сваё, менш – пра Гаскалу 🙂

Павел і яго жонка, Марыя Мартысевіч, у вобразах міжваенных беларускіх кантрабандыстаў. Фота адсюль

– Мяркуеш, Джэром К. Джэром і Мендэле па-беларуску будуць прадавацца? Адна наша былая суайчынніца, выпускніца журфака БДУ 1964 г., мяркуе: няма чаго перакладаць на беларускую тое, што ўжо выходзіла па-руску. Экзатычнае меркаванне, але тым не меней…

– Ну, паціху ўсё прадаецца. «Аўтаспынам па галактыцы» Дугласа Адамса – паспяховая кніжка, недзе 1000 асобнікаў прадалася. А самы паспяховы быў першы Керэт («Кіроўца аўтобуса, які хацеў стаць Богам»). Тады, у канцы 2000-х, і час быў іншы, і дапамога пасольства Ізраіля… Другая кніжка, выдадзеная ў Мінску гады 4 таму («Раптам стук у дзверы»), пайшла не так добра, хоць Керэт застаўся Керэтам.

Пасольства ўжо не ладзіла прэзентацыю гэтага зборніка ў Ізраільскім цэнтры?

– Разумееш, зараз жа фактычна няма пасольства Ізраіля, ёсць толькі адзін дыпламат. Мусіць быць аташэ па культуры, куча іншых людзей. Калі ёсць аташэ, ён хоцькі-няхоцькі адказвае за літаратуру. А калі адзін чалавек за ўсіх працуе, што гэта за работа?

– Таму, відаць, сёлета не дужа атрымалася выстава ізраільскіх дасягненняў на мінскім кніжным кірмашы

– Так, там быў проста правал. Кнігі павінны неяк цыркуляваць між чытачамі, пераходзіць ва ўласнасць чытачоў. Мусяць адбывацца сустрэчы… усё-такі 50 тысяч адукаваных беларусаў наведваюць гэты кірмаш.

– Можа, зноў-такі ўсё прасцей: цябе не запрасілі, таму і кляймуеш выставу?

– Усё можа быць 🙂 У мяне мама так і лічыць: усё зводзіцца да асабістага…

Я так не лічу, але думка пашыраная… А скажы, што табе перашкодзіла выпусціць іўрыт-беларускі слоўнік, анансаваны гадоў 12 таму?

– Ён напалову гатовы, ды час папяровых слоўнікаў мінуў… Паглядзеў на Алеся Астравуха з яго працай – і зразумеў, што папяровы я не агораю. Зараз думаю выдаць іўрыт-беларускі слоўнік у электронным выглядзе – не проста на нейкім сайце (ужо і час сайтаў прайшоў), а мабыць, на адмысловым, хіба на slounik.org. Але наконт затрымкі маеш рацыю – няма мне апраўданняў!

– Лічу, што якраз слоўнікі варта выдаваць на паперы, няхай абмежаваным накладам. Нават дзіўна, што ты прадстаўляеш кнігарню, куды людзі заходзяць, нешта купляюць (у тым ліку і Астравухаў ідыш-беларускі слоўнік), і будзеш казаць, што час паперы мінуў.

– Як бы ні было, іўрыт-беларускі слоўнік я дараблю. Гэта мой абавязак, як і пераклад Мендэле.

– Зараз мы павольна крочым ад дома-музея РСДРП да дома Касцюкевічаў, што на вуліцы Чарнышэўскага (завітаўшы да бронзавага Макса Горкага). Сам як мяркуеш: добра ты папрацаваў у гэтыя 11 гадоў? Якую адзнаку паставіў бы сабе?

– У прынцыпе, станоўчую. Па вычарпанасці – 100, я ўжо вычарпаў сябе (у сэнсе думак, ідэй), з калена выламаў усё, што можна. Па выніковасці – 60-70…

– А калі б застаўся ў Ізраілі?

– Хутчэй за ўсё, зацягнула б стыхія грошай. Хто б нам дазволіў жыць багемна ў Ізраілі? Карацей, не шкадую, што вярнуўся.

– Часта бываеш там?

– Пасля 2008-га ні разу не быў.

– Хацеў бы?

– Так, але няхай дзеці падрастуць. Старэйшаму няма чатырох, малодшаму цяпер год. Баюся, яны шмат чаго не зразумеюць, калі зараз ехаць. Хочацца, каб быў нейкі плён ад вандроўкі. Во ездзілі з Сымонам на экскурсію ў Лідскі замак, там паказаныя прылады для катавання – дык казалі малому, што яны служаць, каб масажык рабіць 🙂

– Між іншага, якое тваё ўлюбёнае месца ў Мінску?

– Лошыца. Лошыцкі парк.

– І вось мы ўжо набліжаемся да плошчы Перамогі, яна ж Круглая. Сама састаўная частка горада-героя падказвае, што пара закругляцца. Чытачам сайта штось пажадаеш?

– Пасля сарака ўсё становіцца зразумела. Маладзейшым жадаю дажыць да 40, а тым, хто дажыў – паспрабаваць гэта перажыць 🙂

Мо ў тваёй левай кішэні заваляліся парады для маладых літаратараў?

– Думаю, што трэба спрабаваць рассмяшыць альбо засмуціць чытачоў у кожным сказе. Альбо забіваць каго-небудзь у кожным сказе, і рабіць гэта ў КОЖНЫМ сказе. З гэтага трэба пачынаць. Потым ужо разгарнецца сітуацыя.

– А калі не?

– Трэба працягваць у тым жа духу – альбо ў кожным сказе смяшыць, альбо ў кожным сказе забіваць.

– Гэтак і персанажаў не застанецца…

– Тады забіваць трэба не персанажаў, a нейкі канцэпт. Каб кожны сказ уяўляў з сябе змаганне, удар па мазгах.

– Гм, наводзіць на думкі пра апавяданне «Бунін». Але ж у творах Паўла Касцюкевіча не заўжды прысутнічае тое, што ты раіш! Узяць той самы «План Бабарозы», дзе лірыка ўплятаецца ў сатырыку…

– Я ўжо выпрацаваў свой стыль, мне можна. Увогуле, ведаеш што? Апавяданне – гэта пра тое, як забіць існую светабудову. А ў рамане наадварот: мусіш стварыць сваю планету, сваю галактыку.

Распытваў Вольф Рубінчык

Ад belisrael.info: фрагменты «Падарожжаў Беньяміна Трэцяга» ў перакладзе П. Касцюкевіча скора пачнем выстаўляць на сайце.

Апублiкавана 01.09.2019  13:57

Водгук на дзве часткі

Усе арабы супраць Ірана? Няўжо?

50 тысяч адукаваных беларусаў наведваюць кніжны кірмаш. Я не трапіў у лік 50 тыс., бо аніразу тамака не быў.

Пра інструменты для масажыку ў Лідскім замку – дасціпна. Парагатаў.

Анатоль Сідарэвіч, г. Мінск    07.09.2019  22:22