Author Archives: Aaron Shustin

“Taglit” through the eyes of Irina Ozerova / תגלית דרך עייניה של אירינה אוזרובה

I found out about “Taglit 27-32” program quite by accident – and rushed to seize the opportunity.
There were 34 travelers and 2 accompanying people in the group. The group was mixed – Russia and Ukraine (Moscow, Kharkov, Kiev, Samara, Odessa, Cheboksary, etc.).
We met at the Ben Gurion Airport and immediately found a common language.

גיליתי את התוכנית “תגלית 27-32” די במקרה – ומיהרתי לנצל את ההזדמנות.
בקבוצה היו 34 מטיילים ושני מלווים. הקבוצה הייתה מעורבת – רוסיה ואוקראינה (מוסקבה, חרקוב, קייב, סמארה, אודסה, צ’יבוקסרי ועוד).
נפגשנו בנתב”ג ומיד מצאנו שפה משותפת.

From the airport we were taken to a kibbutz near Modiin, placing us in hotel “Gvulot”.

משדה התעופה הועברנו לקיבוץ ליד מודיעין, ושיכנו אותנו במלון “גבולות”.

The 1st day in Israel in Modiin. In the picture Irina Ozerova, Ksenia Bankova, Denis Nichoga, yulia Ostroushko, Nadezhda Levitina, Olga Gorbunova, Inga Surkova, Konstantin Khodos, Maria Lamakh, Anastasia Petrenko, Elizaveta Pulupenko, Alex Folgin, Ilya Emaev and others.

היום הראשון בישראל במודיעין. בתמונה אירינה אוזרובה, קסניה בנקובה, דניס ניצ’וגה, יוליה אוסטרושקו, נדז’דה לויטינה, אולגה גורבונובה, אינגה סורקובה, קונסטנטין חודוס, מריה למך, אנסטסיה פטרנקו, אליזבטה פולופנקו, אלכס פולגין, איליה ימייב ואחרים.

At the Fruit & Vegetable Farm “The Salad Trail” 

“בחוות הפירות והירקות “שביל הסלטים

 

 

 

 

 

We traveled in Israel for 10 days, starting with Yeruham – a great example of how, even in the desert, a person is able to give life to everything green, a huge amount of vegetables and fruits that can be approached and tasted. Kibbutz Sde-Boker, Ben-Gurion’s grave is a place that must be visited by both old and young. A lot of interesting information from our wonderful guide Max Isikson. The evening found us in a Bedouin village, Khan Hashayarot. a lecture from a local resident, an unforgettable camel ride, an unusual Bedouin-style dinner, going out into the desert under a night starry sky, when you can be left alone with yourself, spending the night in a tent.

טיילנו בישראל במשך 10 ימים, התחלנו מירוחם – דוגמה נהדרת לכך שאפילו במדבר אדם מסוגל לתת חיים לכל דבר ירוק, כמות אדירה של ירקות ופירות שאפשר להגיע ולטעום מהם. קיבוץ שדה-בוקר, קברו של בן-גוריון הוא מקום שחובה לבקר בו גם למבוגרים וגם לצעירים. הרבה מידע מעניין מהמדריך הנפלא שלנו מקס איסקסון. בערב מצאנו את עצמנו בכפר בדואי, חאן השיירות. הרצאה של תושב מקומי, טיול גמלים בלתי נשכח, ארוחת ערב בסגנון בדואי יוצא דופן, יציאה למדבר תחת שמים זרועי כוכבי לילה, היכן שאפשר להשאר לבד עם עצמך, לבלות את הלילה באוהל.

 

  

The morning began with a visit to the canyon in the Negev desert. A place where you become part of all living, an echo from the cries of birds and the rustle of the water. Next we went to Eilat. The Red Sea greeted us with warm water and beautiful views under water when traveling by boat.

הבוקר החל בביקור בקניון שבמדבר הנגב. מקום בו אתה הופך לחלק מכל החיים, הד מצעקות הציפורים ורשרוש המים. לאחר מכן נסענו לאילת. ים סוף קיבל את פנינו עם מים חמים ונופים יפהפיים מתחת למים כשנוסעים בסירה.

  

The next day we were taken to the Dead Sea. Incredibly warm, soft water, as if you go into olive oil, water that allows you to just relax and lie on yourback, enjoying the blue sky.

למחרת נסענו לים המלח. מים חמים ורכים להפליא, כאילו נכנסים לתוך שמן זית, מים המאפשרים לכם פשוט להירגע ולשכב על הגב, ליהנות מהשמים הכחולים.

 

 

 

The Masada fortress, although not immediately, but he showed its greatness. It is impossible to find words here to convey the whole gamut of surging emotions while listening to his story.

The next day, a group of Israeli students joined us, with whom we immediately became friends.

מבצר מצדה, אמנם לא מייד, אך הראה לנו את גדולתו. אי אפשר למצוא כאן מילים שיעבירו את כל מכלול הרגשות הגואים בזמן האזנה לסיפור שלו
למחרת הצטרפה אלינו קבוצה של סטודנטים ישראלים, שאיתם התיידדנו מייד.

 

Yad Vashem Museum in Jerusalem – after it, you want to stay alone with yourself and rethink about your whole life. Your problems seem to be nothing, an absolute trifle compared to what people survived, whose memory will remain with us forever.

מוזיאון יד ושם בירושלים – אחריו אתה רוצה להישאר לבד עם עצמך ולחשוב מחדש על כל חייך. נראה כי הבעיות שלך הן כלום, זוטה מוחלטת לעומת מה שאנשים שרדו, שזכרם יישאר איתנו לנצח.

 

The next day began with Mount Herzl, the story of Theodore Herzl himself and his family. I never even thought that the whole family could leave like this without leaving any descendants.

   היום למחרת החל בהר הרצל, סיפורו של תיאודור הרצל ומשפחתו. אף פעם לא חשבתי איך כל המשפחה יכולה להעלם ככה מבלי להשאיר צאצאים.

On the observation field of Jerusalem                                                                                                                                                                                                                      בשדה התצפית של ירושלים

The Jerusalem market of Mahane Yehuda deserves a separate article. With his flavor, he remained in my memory as a place in which you can spend the whole day without having time to buy everything that was on your list, because there is so much that is unusual. 30 minutes only one way walking, people who walk in front of you, suddenly meeting a friend, just standing in the middle and start a conversation …

השוק הירושלמי מחנה יהודה ראוי לכתבה נפרדת. על שלל טעמיו, הוא נשאר בזכרוני כמקום בו אתה יכול לבלות את כל היום בלי שיהיה לך זמן לקנות את כל מה שהיה ברשימה שלך, כי יש כל כך הרבה דברים יוצאי דופן. 30 דקות הליכה רק לכיוון אחד, אנשים שהולכים לפניך, פתאום פוגשים חבר, פשוט נעמדים באמצע ומתחילים בשיחה …

The western Wall, talking with her, leaving a note, the atmosphere of this place – all of this is indescribable.

     הכותל המערבי, הדיבור איתו, השארת הפתק, האווירה של המקום הזה – כל זה לא ניתן לתאור.

The story about the history of Sabbath, the lighting of candles is a mandatory. Knowing history and traditions is very helpful.

According to the Torah, Sabbath was gifted to the Jewish people in the desert after leaving Egypt.
According to Jewish tradition, Sabbath comes with sunset on Friday, but 18 minutes before sunset, the mistress of the house should light Saturday candles and read the blessing. From this moment until the end of Saturday you can’t work. On Sabbath it is impossible to perform such types of work as: sewing, building, tearing toilet paper, kneading dough and baking bread products ..).
On the Sabbath, we set a tablecloth on the table, put two lighted candles (there may be more candles for each family member, but not less than two) and put two challahs (bread baked in the form of a braid) – which symbolizes a double portion of manna.
Also, do not forget about the special hand washing on Sabbath – you need to rinse the right and left hands three times in turn with a special bucket.

We accompany Sabbath with prayers of havdalah, thanks to which we separate the Sabbath from the rest of the week.

הסיפור על תולדות השבת, הדלקת נרות היא בגדר חובה. הכרת ההיסטוריה והמסורות מועילה מאוד.
על פי התורה, השבת ניתנה לעם היהודי במתנה במדבר לאחר שעזבו את מצרים.
על פי המסורת היהודית, השבת מגיעה עם השקיעה ביום שישי, אך 18 דקות לפני השקיעה, האישה הבית צריכה להדליק את נרות השבת ולקרוא את הברכה. מרגע זה ועד סוף שבת אתה לא יכול לעבוד. בשבת אי אפשר לבצע עבודות כמו: תפירה, בנייה, קריעת נייר טואלט, לישה של בצק ואפיית מוצרי לחם ..), השבת הנחנו שני נרות דולקים (ייתכן שיהיו יותר נרות לכל בן משפחה, אך לא פחות משניים) ושמנו שתי חלות (לחם אפוי בצורה של צמה) – שמסמל מנה כפולה של המן.
כמו כן, אל תשכחו מנטילת הידיים המיוחדת בשבת – עליכם לשטוף את הידיים הימנית והשמאלית שלוש פעמים בתורן עם דלי מיוחד.
אנו מלווים את השבת בתפילת הבדלה שבזכותה אנו מפרידים את השבת משאר השבוע.

Group classes that help to get to know each member of our group even better.

      שיעורי קבוצה שעוזרים לנו להכיר עוד יותר טוב את כל אחד מחברי הקבוצה שלנו.

  

Morning tour of the Old City – a place whose history dates back several centuries, a place where excavations are still ongoing and there are more and more new things.

  סיור בוקר בעיר העתיקה – מקום שההיסטוריה שלו מתארכת כמה מאות שנים, מקום בו חפירות עדיין נמשכות ויש עוד ועוד דברים חדשים.

Armon Hanatsiv neighborhood at night – colorful.

          שכונת ארמון הנציב בלילה – צבעוני.

 

The next day found us on the way to Caesarea – an ancient city on the shores of the Mediterranean Sea. Everything is amazingly beautiful and leaves its mark on everyone.

     למחרת מצאנו  את עצמנו בדרך לקיסריה – עיר עתיקה על שפת הים התיכון. הכל יפה להפליא ומשאיר את חותמו על כולם.

 

Tiberias and hotel stop, view to the sea of galilee from the room – what else can you dream of?

טבריה ועצירה במלון , נוף לכנרת מהחדר – על מה עוד אפשר לחלום?

 

 

The city of Safed in the next morning. 900 meters above sea level, ancient houses (in which the descendants of the descendants of the first inhabitants live), an atmosphere of friendliness, fruitful trees growing practically in the stones.

העיר צפת בבוקר שלמחרת. 900 מטר מעל פני הים, בתים עתיקים (בהם חיים הצאצאים של צאצאי התושבים הראשונים), אווירה ידידותיות, עצים פרי צומחים ממש באבנים.

  

Kayaks sailing along the Jordan River – are exactly what was needed for even closer proximity. It was necessary to row in turns, it was needed to adapt to the rest. We did well-coordinated work, and as a result we got a smooth descent to the shore.

הפלגה על קיאקים לאורך נהר הירדן – הם בדיוק מה שנדרש כדי לגבש אותנו עוד יותר. היה צורך לחתור בתורות, היה צורך להסתגל לשאר. עשינו עבודות מתואמות היטב, וכתוצאה מכך הגענו בירידה חלקה לחוף.

In one of Tel Aviv parks. Walking to the center of “Taglit”, getting to know those who helped to make this trip. A farewell dinner.

    באחד הפארקים בתל אביב. הולכים למרכז “תגלית”, מתוודעים לאלה שעזרו לבצע את הטיול הזה. ארוחת פרידה.

In the picture, the bottom row, from left to right: Irina Ozerova, Elena Kosarikhina, Victoria Asoskova
Top row: Maria Belostotskaya, Anna Semko, Yulia Seroshtan
Last morning in Israel and swimming in the sea. Morning bathing gives positive energies for the whole day.

A quick lunch and departure, which was accompanied by long parting words of all members of the group, hugs, promises to call up and meet.

Thanks to this trip, I was able to understand myself, to understand what I want from life.

Irina Ozerova, Moscow

בתמונה, השורה התחתונה, משמאל לימין: אירינה אוזרובה, אלנה קוסאריחינה, ויקטוריה אסוסקובה
השורה העליונה: מריה בלוסטוצקאיה, אנה סמקו, יוליה סרושטן
בוקר אחרון בישראל ושחייה בים. רחצה בבוקר מעניקה אנרגיות חיוביות לכל היום.
 
ארוחת צהריים ויציאה מהירה, שלוו במילות פרידה ארוכות של כל חברי הקבוצה, חיבוקים, הבטחות להתקשר ולהיפגש.
בזכות הטיול הזה הצלחתי להבין את עצמי ומה אני רוצה מהחיים.
אירינה אוזרובה, מוסקבה
*
A word from the editor 

Last week, I was walking along in Tel Aviv, on the corner of the pedestrian streets Nahalat Benyamin and HaShomer, near the “Carmel market”, I saw a group of young lads standing next to the old building, I understood immediately that they are from Taglit program. It was clear that their journey was over, I heard someone suggest that everyone give a clap of hand to Ilya, standing next to the guide. I asked where they came from. Irina answered, as they were already on the move towards the street of Allenby, I wrote down her info, suggesting upon returning home to share her impressions of the trip. And a few days later I received her story, which was written with great warmth and love for Israel. After a while it will be translated into English and Hebrew and also posted on the site. I suggest that other members of this group, former and future Taglit members, send their memories, good pictures, and write on other topics as well.


Repeated meetings with participants of the Taglit program and photo stories gave me one idea that I would like to realize together with you in about a year. I invite the most active people to cooperate. Do not forget about the importance of supporting the site, which will contribute to the implementation of a number of projects and good deeds. 

Below you can see my shots.  

דברים מפי העורך
בשבוע שעבר טיילתי בתל אביב, בפינת המדרחוב נחלת בנימין והשומר, בסמוך ל”שוק הכרמל “, ראיתי חבורה של חברה צעירים עומדים ליד מבנה ישן, הבנתי מיד שהם מפרוייקט תגלית. היה ברור שהמסע שלהם נגמר, שמעתי מישהו מציע לכולם למחוא כפיים לאיליה, שעמד ליד המדריך. שאלתי מאיפה הם באו. אירינה ענתה, בהיותם כבר בדרכם לרחוב אלנבי, רשמתי את הפרטים שלה, והצעתי לה, אחרי שתחזור הביתה לשתף את רשמיה מהטיול. וכמה ימים אחר כך קיבלתי את הסיפור שלה,  שנכתב בחום ובאהבה רבה לישראל. כעבור זמן מה, הסיפור יתורגם לאנגלית ועברית ויפורסם גם באתר. אני מציע לחברים אחרים בקבוצה הזו, חברי תגלית לשעבר ובעתיד, לשלוח את הזיכרונות שלהם, תמונות טובות ולכתוב גם על נושאים אחרים.


פגישות חוזרות ונשנות עם משתתפי תכנית תגלית וסיפורים עם תמונות נתנו לי רעיון אחד שהייתי רוצה להגשים יחד איתכם בעוד כשנה. אני מזמין את האנשים הפעילים ביותר לשתף פעולה. אל תשכחו מהחשיבות של התמיכה באתר, שתתרום ליישום מספר פרויקטים ומעשים טובים.


למטה אתם יכולים לראות את הצילומים שלי.

The group departs from the old building at the corner of Nahalat Benyamin and HaShomer streets, which, as I understand it is the center for the collection of Taglit members, in the direction of  Allenby street. Irina in the front.

                               הקבוצה יוצאת מהמבנה הישן בפינת הרחובות נחלת בנימין והשומר, שכפי שאני מבין שהוא המרכז איסוף של חברי תגלית, לכיוון רחוב אלנבי. אירינה מלפנים.

 

 

Ilya Emaev thanks to the guide Max Isikson on behalf of the group. Farewell on the  Allenby street, before returning home.

       איליה ימייב מודה למדריך מקס איסקסון בשם הקבוצה. פרידה ברחוב אלנבי, לפני החזרה הביתה.

Irina on  Allenby street. August 14, 15:23 – 15:28

      אירינה ברחוב אלנבי. 14 באוגוסט 15:23 – 15:28

 Translation from original in Russian by Igor Shustin
תרגום מרוסית במקור מאת איגור שוסטין
Published on 08.24.2019 20:58      פורסם ב 08/08/2019 20:58
***

More publications about Taglit program:                              עוד פרסומים על פרוייקט תגלית

New Taglit meetings (June – July 2019) / (פגישות חדשות בתגלית (יוני – יולי 2019

Taglit in Tel Aviv, August 2018 / תגלית בתל אביב, אוגוסט 2018

Насыщенный 1988-й год

Вольф Рубинчик. Ты долго собирался рассказать о гексашахматных событиях конца 1980-х годов. Почему так долго? Может, из-за того, что у тебя наступил спад в игре?

«Говорящие головы» в августе 2019 г.

Юрий Тепер. Слишком много материала, особенно если говорить о 1989-м. В 1988 году событий было меньше, хотя тоже хватало. Нет, дело не в спортивных показателях – я не ставлю себе целью что-то приукрашивать.

В. Р. Хорошо, продолжим «живую историю». И первый вопрос лобовой: почему ты перестал занимать высокие места в гексатурнирах?

Ю. Т. Действительно, в Минске и Ульяновске я остался в «минусе», в отборочном турнире к чемпионату мира набрал всего 50%. О причинах я тогда не задумывался, сейчас тоже затрудняюсь их определить. Скорее всего, мало работал над собой (точнее, не готовился вообще). К турнирам по переписке относился тогда как к обузе, партии анализировал редко.

В. Р. Появились другие интересы? Это как-то связано с перестройкой? Захватила политика?

Ю. Т. Пожалуй. Период 1988–1991 гг. – самый для меня «политизированный». С весны 1988 г. я ходил на «философские четверги» моего ровесника, кандидата философских наук Александра Грицанова (умер в 2011 г. – ему было всего 52) во Дворец Белсовпрофа, посещал заседания политического клуба «Современник», которым руководил Лев Кривицкий. В Минск приезжало множество интересных людей – политиков, журналистов, писателей, артистов. Я бывал на разных лекциях и встречах. Подробности помню плохо; главное – было интересно.

В. Р. Конечно, тут уж не до шахматишек… Но, может, всё-таки расскажешь что-то конкретное?

Ю. Т. Вспомню о «Что? Где? Когда?» в Минске. Клуб «Современник» числился при горкоме комсомола, и комсомольцы просили нас оказать помощь. В конце мая во Дворце пионеров и школьников состоялась игра «ЧГК». Приезжали известные знатоки – А. Бялко, А. Друзь и другие. Участвовала минчанка В. Голубева. Горком просил помочь в организации игры – просмотреть вопросы, отобрать подходящие, отредактировать. Многие члены клуба, и я в том числе, с удовольствием занимались этой работой. Вопросы были почти все интересные. На один из них я знал ответ, а знатоки не ответили…

В. Р. Похвались эрудицией!

Ю. Т. Перечислялось несколько героев Конан Дойла, и среди них бригадир Жерар, а вопрос был такой: «Кто из этих героев имеет отношение к нашему городу?» За много лет до того я слушал по белорусскому радио инсценировку рассказа о бригадире Жераре «Засада в Минске», так что сразу дал ответ. Знатоки же той передачи не слышали и назвали профессора Маракота – «погружаемся в Маракотову бездну».

Фрагмент из публикации А. Стуловой, газета «Вечерний Минск», 16.06.1988

В. Р. Любопытные, однако, были у них ассоциации в связи с Минском…

Ю. Т. Автор вопроса получил приз. Нам дали пропуска, и я присутствовал на той игре. Знатоки победили 6:4.

Кстати, я надеялся, что игру покажут по телевизору; взял с собой гексагональную доску, специально выданную Павловичем. Надеялся и на то, что получится задать вопрос о ГШ, но организаторы его «зарубили».

В. Р. Надеюсь, когда-нибудь появится отдельный материал об участии в «ЧГК» белорусов – как зрителей, так и знатоков (случайно, что ли, я смотрел почти все передачи в 1980-90-х годах? ;)) Фигура шахматного композитора Владимира Лебедева из Пинска, в 2002 г. – обладателя «Бриллиантовой совы», думаю, заняла бы в таком материале не последнее место…

В. Лебедев в 2014 г. Скриншот из репортажа ТРК «Варяг»

Впрочем, и тема общественно-политической жизни БССР на рубеже 1980–90-х гг. не очень-то раскрыта. У некоторых авторов эта жизнь сводилась к становлению Белорусского народного фронта, а ведь активность проявлял не только БНФ… (Между прочим, в пылу борьбы с «партноменклатурой» его руководители прошляпили появление «третьей силы», которая поддержала А. Лукашенко.) Но вернёмся к «нашим баранам». Почему в апреле 1988 г. ты не отправился в Москву на турнир с участием Имре Ботко, одного из сильнейших гексашахматистов мира?

Ю. Т. В середине апреля в Минске проходил турнир среди вузов БССР, надо было готовить и выставлять команду пединститута.

В. Р. И как сыграли на «универсиаде»?

Ю. Т. Это был не всебелорусский, а зональный турнир среди 8 команд. Играли в РДШШ, заняли 5-е место, а в финал выходили 4 команды. У нас практически не было шансов попасть в эту четвёрку: две команды института физкультуры и «нархоз» находились вне конкуренции. С могилёвским машиностроительным институтом и коллегами из Бреста ещё можно было бороться, но, как я уже говорил, ММИ был для нас очень трудным соперником… В общем, мы проиграли могилевчанам 2:4 и Бресту 2,5:3,5. Обошли только мозырский «пед», БТИ (технологов) и БИМСХ. У нас играли перворазрядники, а для выхода в финал всё-таки требовались кандидаты в мастера.

О московском ГШ-турнире, как и о последующих, написано в нашем самиздатовском сборнике… По итогам турнира Александр Павлович и Юрий Бакулин ездили в Венгрию – об этом уже шла речь.

В. Р. В мае ты сыграл в турнире, посвящённом открытию в Минске клуба «Три слона» (при школе, в которой работал Павлович)…

Ю. Т. Разбивка на группы привела к тому, что уже на старте пришлось играть с Яненко и Вашкевичем. Я им проиграл, и проигрыши пошли в зачёт финала. В оставшихся партиях финала сыграл неплохо – набрал 3 очка из 6. Записи не велось – играли с контролем 0,5 часа на партию. Такая плотность в таблице бывала редко: Павлович с 4 очками занял 3-е место, я с тремя поделил 7-8-е… Вообще, во всех турнирах 1988 г. качество игры у меня было выше, чем результаты.

В. Р. Среди призёров 1988 г. – В. Вашкевич и Ю. Бакулин…

Ю. Т. Вашкевич был учеником В. Некрасова. Дебютировав в Москве, быстро выдвинулся в ведущие гексашахматисты. Некрасов так характеризовал игру своего ученика: «Играет по-хорошему нагло» (или «нахально»). Вашкевич смело шёл в борьбу, никого не боялся, хорошо понимал позицию и точно считал варианты. В обычных шахматах имел І разряд, т. е. особых успехов не добился. Одно время работал ГШ-тренером, но собрать группу ему не удалось. Лучший результат Вашкевича – 2-е место на международном турнире в Субботице (Сербия, тогда ещё в составе федеративной Югославии) с очень сильным составом.

В. Р. А вот Бакулин, твой тёзка, наверх поднимался долго.

Ю. Т. Юра не просто мой тёзка, но ещё и ученик. Валерий Буяк в начале 1985 г. дал статью о ГШ в газете «Советская торговля», а Бакулин, перворазрядник по шахматам, работал в магазине и выписывал эту газету. Заинтересовался новой игрой, написал Буяку. Тот дал ему мой адрес. Мы жили рядом и часто играли между собой. В конце августа 1985 г. Юра выступил в Москве в турнире на приз газеты «Московский комсомолец», где занял 6-е место. Пик его успехов – 1988–1991 годы. Играл он тогда много по переписке и прошёл хорошую школу анализа.

С Бакулиным у нас сохранились хорошие отношения. Играл он позиционно, «от обороны», с упором на технику, но при необходимости мог и «подкрутить».

В. Р. В Москве отличился Андрей Батуро…

Ю. Т. Это единственный ученик Александра Павловича, добившийся в ГШ высоких результатов. Андрей играл аккуратно, хорошо считал варианты, можно сказать, был игроком универсального стиля. Успехам в ГШ способствовало то, что он занимался обычными шахматами. Ты сам говорил, что помнишь его игру в «классике»…

В. Р. Партии Андрея, сыгранные в Минске и на выезде, cтёрлись из памяти, а запомнился он мне как весёлый, доброжелательный товарищ. Где-то он сейчас?

Пинск, осень 1991 г. У корабля-памятника, что стоит на набережной (А. Батуро – второй справа)

Ю. Т. Ещё в Москве играла сильная ульяновская четвёрка – А. Жупко, С. Лапко, В. Кабанов и Е. Свистунов – а также московское трио, С. Соколов, С. Цыганков и Б. Ланин. Не забудем о четырёх венграх… Остальные игроки были слабее, но могли преподнести сюрприз. Так, Гончаров однажды дал вечный шах Бодору.

В. Р. О Ланине раньше мы не говорили.

Ю. Т. Он дебютировал в апреле в Москве, и тогда Павлович говорил мне, что у него с Ланиным был конфликт. Я спросил у Бориса, что случилось, он ответил: «Павлович потерял фигуру и бросил записывать партию. Я сказал ему, что по положению запись обязательна и потребовал вести запись, вот и весь конфликт».

В. Р. Кто-то и не стал бы обращать внимания на такие «мелочи», как положение… Но у тебя с Ланиным конфликтов не было?

Ю. Т. Наоборот, мы подружились, хоть я и проиграл ему в первом туре (тоже поспешил и потерял фигуру). Кстати, на Всесоюзных Молодёжных играх 1977 г. Ланин играл в одной команде с Г. Каспаровым за сборную Азербайджана – понятно, не в гексашахматы. Он сам из Баку, окончил филфак Бакинского университета. Ожидалось, что сыграет в Ульяновске-1987, но тогда не приехал.

В Москве Ланин поселился примерно в начале 1988 г. Он известный филолог, автор книг (одна из них – о русских писателях-эмигрантах – есть в библиотеке нашего педуниверситета), ныне – доктор наук и профессор. Мы с ним много беседовали на еврейские темы, также на литературные и исторические. Он приезжал в Минск на ГШ-турнир 1990 года, встречались мы и в Калинине/Твери в мае того же года (останавливались тогда в одном номере гостиницы). Его брат Роман, у которого я выиграл в минском турнире 1990 года, жил тогда в Баку, сейчас – в Израиле. Ещё добавлю, что в 1990 г. Борис вёл ГШ-отдел в журнале «Народное образование». Сейчас связь с ним прервалась, но как-то видел Ланина по телевизору, на канале «Культура» в программе А. Архангельского. Обсуждались школьные вопросы.

В. Р. Да, по всей видимости, человек незаурядный. Ну, а что скажешь о своей игре в 1988 г.?

Ю. Т. Сам знаешь, бывает, что выкладываешься – а результата нет. Если бы я искал оправдания, то мог бы сослаться на то, что перед ульяновским соревнованием мы переезжали на новую квартиру (с ул. Платонова 19-20 на ул. Короля 26-10). 23 июля был «главный переезд» на грузовиках, а вечером я уже ехал в новый минский аэропорт, чтобы лететь в Ульяновск. Прилетели около 2 часов ночи. Ульяновцы звонили мне в Минск (уже на новую квартиру) и сказали, куда ехать в гостиницу. Я добрался туда на такси. Утром встал – и сам удивился: самочувствие прекрасное, ничего не болит. Позавтракал и пошёл в знакомое место, где мы играли в 1987 г. Так что ссылаться на усталость не могу. Особого желания играть после перелёта не чувствовал, но постепенно входил в тонус.

Ю. Тепер в Ульяновске-1988

В. Р. Как обстояли дела после упомянутого поражения Ланину?

Ю. Т. Во втором туре проиграл Ш. Бодору (об этой партии тоже уже упоминалось – в материале о Венгрии). В третьем туре победил Дорохова, в четвёртом – Рутковского (или Рутковски). Дальше всё пошло наперекосяк. В партии с Лапко имел лишнюю фигуру, но потерял качество – и ладья оказалась сильнее двух лёгких фигур, хоть король соперника и был в опасности. С Жупко в 6-м туре в ничейной позиции просрочил время.

В. Р. Кстати, какой был контроль?

Ю. Т. 2 часа на 40 ходов и 1 час до конца партии.

В. Р. «Классика»… Как же можно было просрочить время? Ты же не тугодум!

Ю. Т. Я почему-то решил, что второй контроль – час на 20 ходов, как практиковалось в гроссмейстерских турнирах по обычным шахматам. Спокойно дал флажку упасть. Из-за этой партии поссорился с Жупко, не пожал ему руку. На следующий день разобрался и извинился. Ситуация была – глупее не придумаешь. А в 7-м туре в позиции с лишней ладьёй (ферзь и 2 ладьи против ферзя и ладьи) пропустил угрозу и получил мат. Моим «обидчиком» был Русанов – дебютант из Украины, который после пяти поражений подряд одержал 4 победы.

В двух последних турах я одолел Гончарова и Соколова, но это уже мало что решало.

В. Р. И настроение было «никакое»?

Ю. Т. Да в целом нормальное, хотя проигрыши, конечно, расстраивали. Я жил в номере с Соколовым, Ланин – с Цыганковым. Почти всё свободное время проводили вместе. В «чисто московском» номере был телевизор – помню множество интересных передач об истории. Смотрели мы их и обсуждали. Ещё показывали баскетбольный матч – сборная СССР под руководством Александра Гомельского готовилась к Олимпиаде и играла с клубом НБА. Один матч из трёх наши выиграли. Запомнилась зажигательная мелодия в решающий момент матча: «Красная армия всех сильней!»

«Выбил» нам Лапко талоны на питание – такое приключилось впервые. Всё было бы прекрасно, если бы лучше выступил…

В. Р. Так, о Венгрии мы говорили в июле… Что скажешь за отборочный турнир?

Ю. Т. Ездили мы с Бакулиным; почему не поехали остальные, не помню. Результат опять не блестящий: 4,5 из 9. Неудачно стартовал (1,5 из 6), на финише победил Волкова, Рощина и Кабанова, вышел на 50%. Получил звание мастера ГШ; надеялся, что этого хватит, чтобы попасть «на Европу». Не получилось.

В. Р. А сколько тогда было мастеров по гексашахматам?

Ю. Т. Сложный вопрос. Давай лучше о Бакулине: он боролся за победу в турнире, но на финише уступил Лапко и Цыганкову, занял 3-е место.

Запомнился перестроечный Арбат, который мы с Бакулиным прошли из конца в конец (просто смотрели на картины, самиздат, шашлычников). Ещё помню, что в поезде на обратном пути было очень холодно – ноябрь выдался морозным. Я не ложился, всю ночь просидел в пальто. В 1989 г. результаты были получше, но об этом в другой раз.

Вот припомнил, что своё тридцатилетие в июле 1988 г. отметил хорошей победой над перворазрядником Рачицким. Тот турнир среди перворазрядников по обычным шахматам я провёл хорошо, но он мне ничего не дал. До «титула» кандидата в мастера оставалось ещё 13 лет.

В. Р. Что ж, спасибо… Жду повествования о более удачном 1989-м годе.

Опубликовано 23.08.2019  15:33

“Купите папиросы”: автор из Гродно

Купите папиросы. Секрет рождения (не) советского хита

Афиша программы «Папиросн» Германа Яблокова Маэстро с женой — певицей Беллой Майзель

Эта популярная песня с простым и коротким названием Папиросн («Папиросы») идеально подходит для иллюстрации эпохи НЭПа в Советском Союзе. Сага о подростке, торгующем вразнос в холодную и ненастную погоду и умоляющем прохожих купить сигареты, уверяя, что те не подмочены дождем. Из текста ясно, что деньги нужны, чтобы купить самое необходимое и не умереть с голоду. Зачин отражает драматизм ситуации:

А калте нахт,

А неблдике финстер унетум,

Штейт а ингеле фартроерт,

Ун кюхт зих арум

 

Ночь туманна и дождлива, за окном темно,

Мальчик маленький рыдает только об одном.

Он стоит, к стене прижатый

И на вид чуть-чуть горбатый,

И поет на языке родном

Первая мировая, октябрьский переворот, красный и белый террор, гражданская война, советская власть и снова перманентный террор. Бессчетное количество погибших, разрушенные семьи, дети, живущие на улице, пытающиеся выжить любым путем. Герой Папиросн вполне вписывается в этот контекст. У каждого слушателя сентиментальная мелодия вышибает слезу, а у знающих идиш — нечего и говорить. Многие согласятся, что песня эта — одна из лучших о той мрачной поре. Автором ее значится некий Герман Яблоков, о котором в СССР слыхом не слыхивали, впрочем, мало ли народу бесследно исчезли в Стране Советов в те страшные годы…

А теперь — разрыв шаблона. Песня, столь созвучная определенному периоду советской истории, на самом деле родом из США, автор ее не жил в Советской России, да и создана она была лишь в начале 1930-х. Обладатель славянской фамилии Герман Яблоков на самом деле оказывается уроженцем Гродно Хаимом Яблоником. Родился он в небогатой еврейской семье в 1903 году, в десять лет уже пел в синагогальном хоре, а в двенадцать  начал играть детские роли в местном театре на идише. В семнадцать он оставляет дом в уже польском Гродно и поступает в небольшую театральную труппу «Ковнер фарейникте групп», с которой начинает кочевать по городам и местечкам Литвы и Польши. В 1924 году Яблоник через Германию и Голландию добирается до Соединенных Штатов, где продолжает играть в еврейских театрах. По приезде в Америку Хаим превращается сначала в Хаймана, а затем в Германа, и меняет фамилию.

Реклама театра Яблокова на Второй авеню

Сочетая таланты актера, режиссера, драматурга, поэта, композитора и продюсера Хаим становится одной из самых заметных персон Второй авеню, известной как «Идиш-Бродвей», где кучковались еврейские театры. Достаточно сказать, что более 35 лет он был бессменным президентом Еврейского актерского союзa. 1920 — 1930-е — эпоха расцвета театрального искусства на идише в Соединенных Штатах. Яблоков ведет еженедельную радиопередачу на идише, а его  фирменное блюдо — музыкальные спектакли и пьесы, самым успешным из которых стал «Дер Паец» («Клоун»). Один из музыкальных спектаклей Германа носит название «Папиросн» — в нем впервые в 1932 году и прозвучала песня, о которой идет речь. Яблоков немедленно включил ее в свою радиопередачу, и она мгновенно стала популярной и за пределами театрального Нью-Йорка.

В 1933 году песня попадает в известное музыкальное издательство братьев Каммен («J and J. Kammen Co.»). В ее судьбе принимает участие и Генри Линн — несмотря на англосаксонские имя и фамилию, — уроженец Белостока, тоже не последний человек в еврейском театре.  Линн вместе с Яблоковым снимают короткометражный 15-минутный игровой фильм на сюжет песни и пьесы. В роли 11-летнего продавца сигарет, мерзнущего на перекрестке, чтобы продать сигареты и заработать на жизнь, снялся юный Сидней Люмет — сын польских еврейских актеров-эмигрантов, в те дни только мечтавший о кинематографической карьере. Через много лет он осуществил свою мечту, став одним из ведущих кинорежиссеров Голливуда. Достаточно сказать, что в его активе — один из лучших фильмов в истории мирового кино — «Двенадцать разгневанных мужчин», ставший классикой кинематографа. В 1935 году пьеса и короткометражный фильм «Папиросн» вместе пошли в McKinley Square Theater в Бронксе. Всё это лишь упрочило популярность песни.

Между тем кое-что в этой истории не совсем ясно. В ней явно присутствует русский след, что следует из русского слово «купите» в тексте песни, за которым, правда, тут же идет аналог на идише — койфт. Да и папиросы существовали лишь на пространстве  Российской Империи, на Западе курят сигареты. Но Яблоков, а именно он является автором оригинального текста, никогда не жил в Советском Союзе, а текст написан в начале 1930-х, когда Герман уже был вполне респектабельным американцем. Поищем разъяснений у самого автора. После войны он издал  книгу «Клоун: вокруг света с театром на идише», где сообщает, что замысел этой песни возник у него еще в 1922 году, когда он жил и работал в Ковно (Каунасе) — тогдашней столице Литвы. Это многое объясняет, ведь Литва граничила с Советским Союзом, и в Ковно, разумеется, были в курсе происходящего у соседей. А русский язык уроженец Российской Империи Яблоник знал, как и то, что такое папиросы. Тогда, в Ковно, Хаим решил, что выводить песню в свет еще рано и вернулся к ней уже в США, где смог достойно раскрутить.

Альбом сестер Берри 

Интересно, что в своих воспоминаниях Яблоков подтверждает только авторство слов, но не музыки. Герман пишет о народной мелодии, которую он лишь обработал, придав ей нужную музыкальную форму. Чья же это мелодия? Она столь грустна, что может сойти за румынскую дойну, особенно в исполнении еврейских музыкантов. Или венгерский мотив. В свое время эта мелодия, обозначенная как «цыганская свадебная», попала на диск с фольклорными произведениями румынских цыган. В 1930-х годах в Соединенных Штатах вышла пластинка с популярными греческими мелодиями — «Папиросн» там тоже есть, уже под названием «Цыганского хасапико» (хасапико — греческий народный танец). Известный болгарский этнограф, профессор Николай Кауфман нашёл болгарскую народную песню, напоминающую произведение Яблокова. Хотя профессор не исключает, что мелодия эта, благодаря странствующим музыкантам, попала в его страну из Румынии. Ясно лишь, что мелодия широко ходила по Восточной Европе и была известна еврейским клезмерам, которые, возможно, и донесли ее до ушей Германа.

Популярность песни лишь возросла после Второй мировой, во многом, благодаря турне Яблокова по лагерям для перемещенных лиц в Германии, Австрии и Италии, за что он был награжден почетным дипломом армии Соединенных Штатов. В этих лагерях было около 200 000 евреев, в том числе детей. Кого-то освободили из нацистских лагерей смерти, кто-то прятался на чердаках, в погребах, в лесах, у соседей-христиан… Концертное турне, а Герман дал более ста представлений, вызвало огромный интерес, а герой «Папиросн», разумеется, вызывал сострадание соплеменников, чудом избежавших смерти. Позднее популярность песни обеспечило ее исполнение дуэтом сестер Берри. Яблоков был знаком с сестрами, участвовал в их работе над песней и результатом стал маленький шедевр, который хотелось многократно слушать, даже не понимая язык, на котором пели сестры Берри. Кроме того, сам Яблоков много гастролировал со своей супругой — известной актрисой и певицей Беллой Майзель, поэтому и в Европе, и в Южной Америке, и в Израиле песня звучала на его концертах.

Надгробие Германа Яблокова и Беллы Майзель 

Автор «Папиросн» умер в 1981 году. А его песня? Песня живет. Трудно найти клезмерский оркестр, в репертуаре которого не было бы этой мелодии с солирующей партией на любимом еврейском инструменте — кларнете. Вариант песни с несколько измененным ритмом — прекрасная танцевальная мелодия. Именно так ее исполнял еще в 1930-е годы в Соединенных Штатах популярный оркестр под руководством Эйба Эльштейна при солировании виртуоза кларнетиста Дейва Тараса. Очень любят эту мелодию в Аргентине, где она исполняется в ритме танго, правда, со словами на идише. В одном я абсолютно уверен: песня нравится миллионам, и часто даже в самом неожиданном месте вы можете услышать: «Купите, койфт-же, койфт-же папиросн, с’из трукене, нит фун регн фергоссен» («Купите-же, купите папиросы, они сухие, не подмоченные дождем»). Это все те же неувядаемые и не исчезающие «Папиросн».

Вениамин Чернухин, специально для «Хадашот»

Наиболее известную версию «Папиросн» на русском языке можно назвать не переводом, а, скорее, вольным пересказом оригинала.     

Ночь туманна и дождлива, за окном темно,
Мальчик маленький рыдает только об одном.
Он стоит, к стене прижатый
И на вид чуть-чуть горбатый,
И поет на языке родном:

Друзья, купите папиросы!
Подходи, пехота и матросы!
Подходите, пожалейте,
Сироту меня согрейте!
Посмотрите, ноги мои босы.

Мой папаша под Херсоном жизнь свою отдал,
Мамочку мою с винтовки немец расстрелял,
А сестра моя в неволе
Погибает в чистом поле —
Так свое я детство потерял.

Друзья, купите папиросы!
Подходи, пехота и матросы!
Подходите, пожалейте,
Сироту меня согрейте!
Посмотрите, ноги мои босы.

Подстрочный же перевод с идиша производит еще более драматическое впечатление:

Холодная ночь, туманно, темно кругом.
Стоит мальчик опечаленный и оглядывается по сторонам.
От дождя защищает его только стена,
Корзинку держит он в руке,
И его глаза молчаливо просят каждого:
У меня уже нет больше сил слоняться по улице,
Голодному и оборванному, от дождя промокшему.
Я выпрашиваю милостыню с раннего утра —
Никто не дает мне заработать,
Все смеются, потешаются надо мной.

Купите же, купите папиросы —
Сухие, дождем не намоченные.
Купите дешево, я вам доверяюсь,
Купите — сжальтесь надо мной,
Спасите от голода меня сейчас.
Купите же спички — ценные вещицы,
Тем самым вы сироту утешите.
Напрасны мои крики и моя беготня —
Никто не хочет у меня покупать,
Сгинуть мне придется, как собаке.

Мой папа на войне потерял обе руки,
моя мама не смогла вынести страданий,
молодыми загнали себя в могилу —
А я остался на свете
Несчастный и одинокий, как камень.
Крошки собираю я, чтобы есть, на старом рынке,
Жесткая скамейка — моя постель — в холодном парке.
И к тому же полицейские
Бьют меня тяжелыми дубинками —
Их не трогают моя мольба, мой плач.

У меня была сестренка,
Вместе со мной она побиралась целый год.
С ней мне было намного легче,
Не так тяжко переносился голод,
Стоило лишь взглянуть на нее.
Однажды она очень ослабла и заболела,
У меня на руках она умерла на тротуарной скамейке.
И, когда я ее потерял,
Я понял, что утратил всё —
Пусть же смерть придет и ко мне тоже.

номер газеты: №8, август 2019, ав 5779
Опубликовано 22.08.2019  20:27

Интересная идея Дмитрия Дрозда

22.08.2019

Историк просит Посольство Израиля присвоить Ларисе Гениюш звание Праведницы мира

Это уже второе его обращение. На первое Дмитрий Дрозд так и не получил ответа.

Историк обратился в Посольство Израиля с просьбой присвоить почетное звание Праведники народов мира членам Белорусского комитета Самопомощи в Праге, в числе которых Лариса Гениюш, Иван Гениюш, Василий Захарко, Василий Русак и Петр Бокач, за спасение трех членов семьи Вольфсон — евреев, в 1941 – 1945 годах жителей Праги.

«Благодаря самоотверженному подвигу членов Комитета, Вольфсоны получили документ, удостоверяющий, что они белорусы, православные, хотя всем членам Комитета было известно, что они евреи, — пишет в своем обращении Дмитрий Дрозд. — Выдавая подобный документ, все члены Комитета рисковали своей жизнью. Благодаря этим документам, семья Вольфсонов пережила оккупацию и осталась в живых».

Свое обращение историк направил в Мемориальный комплекс истории Холокоста Яд Вашем. По его словам, подобное электронное обращение он направлял еще в феврале 2018 года, однако до сих пор не получил никакого ответа.

«Возможно, что мое письмо попало в спам, в связи с этим дублирую его публично с приложением в тексте документов в надежде на получение ответа», — отмечает Дмитрий Дрозд.

В качестве подтверждения подвига членов Комитета историк приложил документы из Государственного архива Российской Федерации, в которых находятся анкеты семьи Вольфсон, заполненные при их вступлении в Белорусский комитет Самопомощи в Праге, а также представил отрывки из мемуаров Ларисы Гениюш, в которых она рассказывает об этой истории.

«Все члены Белорусского комитета Самопомощи в Праге рисковали жизнью, знали об этой опасности и спасли еврейскую семью, что полностью соответствует требованиям присуждения им звания Праведники народов мира», — отмечает в своем обращении Дрозд.

Оригинал

*

ДАДАТАК / ДОПОЛНЕНИЕ

Урывак з мемуараў Ларысы Геніюш

Беларусам дазволілі Камітэт самапомачы (заўв.: У 1939 годзе ў Данцыгу на канферэнцыі беларускіх эмігранцкіх цэнтраў некаторых заходніх краін было створана Беларускае бюро даверу пры Міністэрстве ўнутраных спраў Германіі, а пры ім — Беларускі камітэт самапомачы. У Празе ўтварыўся яго філіял — Пражскі камітэт самапомачы), беларускі, безумоўна. Арганізаваць яго было трэба самым. Нас было мала, не было ні памяшканьня, ні сродкаў на гэта, было тугавата. Сабраліся ў кафэ ўсе разам. Выбралі кандыдатаў на старшыню, але мы з дзядзькам Васілём [Захаркам] свае кандыдатуры адразу зьнялі, засталіся двое: Русак і Ермачэнка. Апошні палохае нас, дае пазнаць, што ён усясільны й без яго нічога нельга рабіць. Выбралі яго адным голасам болей. Людзі яго не любілі, крыху баяліся, дзядзька маўчаў. Сакратаром выбралі Бакача, мяне скарбнікам, і выкруціцца мне было нельга, дый няма пашто. Ермачэнка ўступіў пад Камітэт адзін з пакояў сваіх апартаментаў, у Камітэт наплывалі людзі. Русак аднойчы прывёў Вольфсана, гэта быў яўрэй. Вельмі хацелася яго выратаваць. Узялі нарэшце яго, сына й дачку. Гэтых дваіх мы ніколі ня бачылі, але яны, як і мы, мелі легітымацыі Камітэту й так выжылі. Акрамя невялічкіх членскіх узносаў яны іншых выдаткаў ня мелі. Узяць іх было небясьпечна, але здрадніка сярод нас не знайшлося. Ніякай палітыкі ў Камітэце мы не праводзілі, дый не маглі праводзіць.

(цыт. паводле: Л. Геніюш «Споведзь». Мінск: Мастацкая літаратура, 1993)

Ларыса і Янка Геніюшы з сынам Юркам перад вайной у Празе / Лариса и Янка (Иван) Гениюшы с сыном Юркой перед войной в Праге

Отрывок из мемуаров Ларисы Гениюш

Белорусам разрешили Комитет самопомощи (прим.: В 1939 году в Данциге на конференции белорусских эмигрантских центров некоторых западных стран было создано Белорусское бюро доверия при Министерстве внутренних дел Германии, а при нём – Белорусский комитет самопомощи. В Праге образовался его филиал – Пражский комитет самопомощи), белорусский, безусловно. Организовать его надо было самим. Нас было мало, не было ни помещения, ни средств на это, было туговато. Собрались в кафе все вместе. Выбрали кандидатов на должность председателя, но мы с дядькой Василием [Захарко] свои кандидатуры сразу сняли, остались двое: Русак и Ермаченко. Последний пугает нас, даёт понять, что он всесильный и без него ничего нельзя делать. Избрали его с перевесом в один голос. Люди его не любили, побаивались, дядька молчал. Секретарём выбрали Бокача, меня – казначеем, и выкрутиться мне было нельзя, да и незачем. Ермаченко уступил под Комитет одну из комнат своих апартаментов, в Комитет наплывали люди. Русак однажды привёл Вольфсона, это был еврей. Очень хотелось его спасти. Взяли в конце концов его самого, сына и дочь. Этих двоих мы никогда не видели, но они, как и мы, имели легитимации Комитета и так выжили. Помимо небольших членских взносов они иных расходов не несли. Взять их было опасно, но предателя среди нас не нашлось. Никакой политики в Комитете мы не проводили, да и не могли проводить.

(цит. по: Л. Гениюш «Исповедь». Минск: Мастацкая літаратура, 1993; перевод с белорусского В. Р.)

Опубликовано 22.08.2019  14:04

Памяти Ильи Кургана (26.5.1926-21.8.2019)

“Я Курган, про меня ещё Янка Купала писал”. Легендарный диктор — про старость, культуру и шутки



Снежана Инанец / Фото: Вадим Замировский / TUT.BY

 

«Гаворыць Мінск» — по этой фразе Илью Кургана знают даже те, кто  думает, что его не знает. Легендарный белорусский диктор встречает нас в прихожей квартиры на Карла Маркса. Отводит в комнату, где стены сверху донизу — книжные полки. Говорит: в соседней комнате творится то же самое. В первые же минуты знакомства успевает отпустить несколько острых шуточек. Сегодня, 26 мая, Илье Кургану исполнилось 90 лет. Незадолго до юбилея он поговорил с TUT.BY о жизни, старости, работе на радио и в театре, и о белорусском языке.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Про старость, пенсию и уважение

— Одна актриса известная, Раневская, говорила: старость — это невежество Бога, которое он допустил, — вздыхает Илья Курган, только войдя в комнату.

— Вы с ней согласны?

— Не знаю, но я считаю, что надо человека где-то раньше освобождать от себя.

— А что плохого в старости?

— Это эрзац какой-то уже, не человек. Ну так, бывший, бывший, — снова вздыхает Илья Львович. — Вам хорошо. В ближайшие пятьдесят лет вы этого не ощутите, наверное. Но это ужасно.

— А во сколько лет вы стали ощущать приход старости?

 

— Вы знаете, ну я псих, я ненормальный. Я серьезно. Я в 87 лет ушел на пенсию. Видите, сейчас все думают: «Боже мой: в 60 или в 63?!». А в 87! Почти на 25 лет больше, — глядя на блокнот, который появляется у меня в руках, собеседник отвлекается. — Ой, так же неудобно, в руках. Там, за подушкой, есть картонка, которую я подкладываю. Возьмите.

Когда дело улажено, продолжает отвечать на вопрос:

— Ну старость когда я ощутил? Если в 87 лет ушел на пенсию, значит, я был старый, но еще более-менее нормальный человек. Я преподавал, учил еще других даже. Причем они странным образом влюблялись в меня. Если б я вам показал письма студенческие — это ж какое-то чудо, ради этого стоит жить, наверное. Вот тут где-то фото девочки, одной из моих бывших студенток, — она звонила недавно, собирается приехать на день рождения ко мне из Парижа. Работает во французском театре. С ума сойти, ради этого ехать. Ненормальная, — смеется. — Ну, с кем поведешься.

В двери показывается Ванда, которую сын Ильи Львовича называет помощницей, а сам Илья Курган — то Вандушкой, то сиделкой. Она рассказывает, что отойдет на полчаса в магазин и если что — «он сможет сам закрыться на верхний замок».

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Понятно теперь? — подмигивает, смеясь, Илья Львович. — Ну, у него хватает ума. Закрывается он на верхний замок самостоятельно, если доберется до двери. Это вот и есть старость.

Помощница нужна на случай, если придется вызывать скорую — болячек хватает к таким годам. Она работает у Ильи Львовича уже три года.

О детстве, прозвище Патефон и минских гастролях МХАТа в первый день войны

О долгой жизни проще рассказывать с начала, с детства. О нем вспоминает и Илья Курган. Говорит, очень любил читать и на выданные родителями деньги вместо обедов покупал книги.

— Маме говорили: странный у вас ученик, учится только на двойки и на пятерки. Крайности. По гуманитарным — пятерки, а по математике получит тройку и ходит гордый, нос задрал… Но я такой остроумный был парень, вы бы знали! Помню, как сделал такую штуку. Если кусочек воздушного шара резинового надуть, сомкнуть и завязать — получится такой маленький шарик… Я сунул его в чернильницу-невыливайку, она стояла у учительницы на столе. Учительница ткнула пером. Взрыв! И она сразу: «Илья!». Я потом говорю: «Но как вы узнали?» — хохочет Илья Львович, потирая руки.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

В школе учительница вызывала его к доске и просила читать произведения вслух. Илье это дело нравилось так, что кличку от одноклассников «Наш патефон» считал похвалой.

В войну семья Ильи оказалась в эвакуации, в Самарканде. Помнит последние дни в Минске.

 

— Было 23 июня, я сидел, считал самолеты немецкие на крылечке. Мать мыла пол. Они бомбили. Тогда даже я сообразил, что опасно. На ночь ушли в лес. Июнь, жара, мы в легкой одежде какой-то. Утром пришли, а вместо дома — две большие кучи черного, страшного пепла, — произнося эти фразы, Илья Курган как будто чеканит слова. — Над одной кучей — «комін» русской печки, пониже, над второй — «голландки», повыше. Документы, деньги, ничего нет. Нет жилья — но это так, пустячок.

Семья отправилась в эвакуацию. Илья Львович вспоминает, что шли пешком — железная дорога уже не работала.

— Когда мы шли по Московскому шоссе — я думаю, эту картинку нельзя даже в кино снять — от края до края по черноте шли люди. В одном направлении — из Минска. Минчане шли, Минск шел. Старики, дети. Я, наверное, буду там лежать и вспоминать это шоссе. Немецкий самолет опускался над толпой — и на бреющем полете та-та-та-та-та… Промазать невозможно. Мать клала младшего на асфальт, а на него сверху ложилась, укрывала. Я тогда был в седьмом классе. Когда мы шли, я, представляете, думал: вот Германия — страна Гете, Бетховена. Я не мог понять, как так вышло. У меня билет был на дневной спектакль, на воскресенье, 22 июня. МХАТ был на гастролях у нас. В общем, спектакль получился такой, что… И этих артистов, стариков этих великих, даже не посадили сначала на какой-то транспорт. Они шли там же, шкандыбали. Потом, правда, их затолкали в грузовик. От Борисова до Москвы нас везли в «теплушках».

После войны Илья вернулся из эвакуации в Минск, потому что друг разузнал: тут открывается театральный институт. Чтобы в Минске были хоть какие-то деньги, мама сунула в руки коробку с яблоками — продать в Москве. Илья Львович помнит, как стеснялся, потому что до этого в жизни ничего не продавал.

— Я до театрального еще в железнодорожном техникуме учился. Потому что там больше хлеба давали, стипендия была повыше, чем где-то, и бесплатный проезд по железной дороге. Благодаря этому я смог приехать в Минск.

Театральный институт Илья Курган нашел в одном из корпусов Политехнического института. Вспоминает, что пришел на экзамен в военной югославской куртке отца, в теплых штанах и в галошах, подвязанных шнурками. Но такой вид поступающих в те годы был не в диковинку.

Спал на вокзале, потом на скамейке возле Купаловского театра.

— И надо же такому случиться. Если бы в романе каком написал, сказали бы: вот придумал, ловкач. Иду по Карла Маркса ночью. И столкнулся нос к носу с отцом. Когда я его увидел — ошалел. Он несколько дней назад вернулся в Минск из Германии, начал тут обустраиваться, чтобы забрать нас. Так мне уже стало полегче.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

О педагогах и о том, как стал диктором

— В институте (потом он станет Академией искусств) были фантастические педагоги. Мирович, Орлов — народные. Нас учили люди, которые зубы съели на театре. Теперь что делают? Меня это всегда потрясает. Окончил четвертый курс — и его назначают педагогом по какой-то дисциплине. Я говорю: нельзя этого делать. Я, например, пришел на преподавание, уже на радио наработавшись со словом: как актер, как диктор.

Вспоминает поддержку жены, которая ушла из жизни еще в семидесятых.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Сначала с женой мы жили у знакомой в ее домике уцелевшем. Знакомая с ее мамой выделили нам место под столом. Опустили скатерку до самого пола. Там мы и спали. Но ноги-то торчали, понимаете, — смеется. — Мы этот период в жизни потом называли «подстолье».

После учебы была возможность уехать в Витебск, в отличный театр. Но в Минске объявили конкурс на диктора-практиканта.

— Решил попробовать, а вдруг возьмут. Пришел — а там народищу! Прошел конкурс, потом уже из нас стали выбирать — место-то одно. На прослушивании сажали в студию, давали читать текст.

— Как-то готовили особенно голос? Тренировались?

— Никакие упражнения я не делал. Когда я поступил, никто еще этим не занимался. Набирали людей, у которых это есть. У меня был голос, но я его никак особенно не берег.

Первый эфир у практиканта был совсем скоро, 7 ноября. Дата ответственная, праздник.

— Когда я пришел на радио, там работали прекрасные специалисты: Ободовский, Стасевич, Ботвинник. Двадцать с лишним дикторов. Благополучнее тогда было — попадали те, у кого есть данные от природы.

— Какие-то замечания по отношению к нынешним дикторам, ведущим есть?

— На мой взгляд, деньги испортили людей. Раньше было больше тех, кто любил дело свое, а не деньги, которые платят за это.

— Но можно же и деньги зарабатывать, и говорить грамотно?

— Говорить грамотно можно, но многие в профессии сейчас не знают, что они неграмотные. Им это в голову не приходит — они не интересуются культурой, только деньгами.

Вопросами Илью Кургана не удивишь — за жизнь дал десятки интервью, а может, и сотни. Заслуженный артист, литературный консультант в Купаловском театре, профессор. К этому набору — множество регалий от коллег, друзей и учеников. «Вам не нужен Левитан — есть у вас Илья Курган», — фраза, которую о белорусском коллеге сам Левитан и сказал.

—  Читали как-то с Лилей Давыдович новыя вершы Аркадзя Куляшова, — в разговоре Илья Курган часто переходит на белорусский язык, чтобы лучше отразить суть сказанного. —  Так велось: сначала стихи на радио попадали, а потом уже всюду. Редактора мне сказали: позвонил Кулешов и сказал: «Я ж не думаў, што я такія добрыя вершы склаў».

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Профессиональные байки Илья Львович рассказывает с оговоркой, что об этом уже написано. Но в юбилей вспомнить их все-таки не грех. Например, о том, как на партийную конференцию в Минск приехал Брежнев. Диктор Левитан тогда тоже прибыл в Минск. И Илья Курган договорился с коллегой, что самую ответственную речь тот прочтет в эфире за него — потому что сам был на гулянке с друзьями накануне. Левитан выручить согласился. Но в комнату Дворца спорта, откуда выходило в эфир Белорусское радио, попасть вовремя не смог. Не той формы пропуск, да и задержали московские журналисты. Илье Кургану на свой страх и риск пришлось выходить в эфир самому. Выверенный чистовик с печатями остался у Левитана, а Кургану пришлось читать по «пакамячанаму» черновику.

Или еще одна известная байка — про Сталина.

— Как-то срочно прислали текст из ЦК, немедленно давать в эфир. Это 70-летие Сталина было, последние его денечки. Все трясутся, не дай Бог что-нибудь случится — и от того еще больше волнуются. Начинаю читать. Сталин и армия. И на первой странице написано: «Сталін — прычына бяздольнасці савецкай арміі». Вы понимаете, если б я так и прочитал, я бы сейчас с вами не разговаривал, меня бы давно где-то сгноили. Я заменяю: «Сталін — прычына баяздольнасці…». Редактор, когда я ее позвал, побледнела. Нет, по-белорусски еще сильнее слово есть: «спалатнела». Бросилась на шею: «Илюша, спасибо за детей моих».

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Радио — это идеология, особенно в советские годы. Вы всегда были согласны с тем, что читаете?

— Я актер. Я могу играть Гамлета, а могу играть Полония. И надо всегда делать это с абсолютной убежденностью и верой. А так — я был не член партии даже. Приезжал из ЦК человек уговаривать, вызывали. А я говорю: ну понимаете, я тоже патриот, все это есть. Но я просто порядочный человек — мне не нужно формальное это все. Сейчас уже мне много раз предлагали креститься. Я еврей, но по вере — почти православный. Родители к другому не приучили, жена русская, дети русские… Но я не стал креститься, это все формально, а притворяться не хочу. Но когда у меня спрашивают: веришь в Бога? Я говорю: иногда. У меня бывали в жизни случаи, после которых человек не может оставаться живым.

 

—  Когда студенты мне приносят то, что они нашли в интернете, я понимаю, что там очень много надо выбирать. Я порой об этом думаю и боюсь всего этого немножко. Потому что это опять пахнет приспособлением к жизни. Как проще, как выгоднее. Знаете, вот когда я копаюсь в книгах — я читаю взахлеб…

«Нельзя всю жизнь только умные слова говорить. Повеситься можно»

Прощаясь с нами, Илья Курган снова вспоминает веселые истории.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Чего только не было. Было и такое: «Гаворыць Мінск. 10 гадзін, 15 дзяцей… Перадача для дзяцей». А все, слово не воробей, уже в эфир пошло.

Рассказывает, как представлялся на первой лекции студентам:

— Я Курган. Про меня еще Янка Купала писал: «Здзірванелы курган векавечны». Они хохочут. Как-то говорят: «Илья Львович, мы не понимаем иногда, когда вы в шутку говорите, а когда всерьез». Ответил: «Вот когда вы будете это различать, тогда мы с вами будем на одной волне». А как иначе? Нельзя всю жизнь жить и умные слова говорить. Повеситься можно. Шучу.

Оригинал 

Опубликовано 21.08.2019  10:48

«Cолнцеподобный»: от битвы за урожай – к битве за интернет

Записки психопата.
solnzepodobny

.
Ровно год остался до Президентских Выборов в Республике Беларусь. Он, этот год, пролетит незаметно. Просвистит, как пуля у виска. Мгновенно. Поэтому готовиться к выборам надо уже сейчас. Всей вертикали власти надо готовиться, ибо если народ не изберёт Лукашенко в шестой с половиной раз подряд и таки выбросит его на свалку Истории, то выбросит заодно и всю вертикаль власти. Будем все вместе, как у нас в народе говорят, лететь, пердеть и радоваться. В том числе и жэншчыны: от Лидии Ермошиной до Натальи Качановой. Включая Надежду Котковец.
Объясняю таким грубым языком, чтобы лучше дошло до вертикали власти: пойду ко дну я – и вас всех за собой утяну, можете не сомневаться.
Нам предстоит сдавать суровый экзамен перед народом. И нам надо не столько самим подготовиться к этому экзамену, сколько народ к нему подготовить.
Сегодня мы готовим народ к выборам по старинке: исключительно через “зомбояшчык”. А на дворе 21 век. Век Интернета.
В современном мире, а особенно у нас в стране, люди в основном получают информацию не из телевизора, а из всемирной паутины, из этой, как я её называю, “мусорки”. То есть люди, конечно, смотрят и телевизор, потом сравнивают то, что там увидели и услышали с тем, что им расскажут в Интернете, и понимают, что где-то их обманывают. А проще говоря – дурят. И, как правило, люди ошибочно предполагают, что дурят их в телевизоре. То есть, Государство, как подозревают наивные люди, их дурит, потому как никаких других телеканалов, кроме государственных, у нас нет…
Конечно, есть бабушки, которые сидят в своих бабушатниках, и представляют мир вокруг себя глазами Андрея Кривошеева, Натальи Бреус и прочих подпевал. То есть, запевал. Но бабушкам свойственно умирать. На смену им приходит молодёжь, которая днюет и ночует в гаджетах и кое-что соображает.
Естественным путём смены поколений сужается моя электоральная база. И даже стимулирование Государством склонности населения к употреблению алкоголя не даёт нам нужного результата: народ не поддаётся тотальной дебилизации и (особенно молодёжь) тянется к самосовершенствованию и к знаниям.
Государство одержало безоговорочную победу над инакомыслием в телевизоре, но на просторах Интернета мы проигрываем регулярно. За грядушчый год надо в корне переломить ситуацию в свою пользу.
Многие чиновники думают так: ай, чего мы будем напрягаться? Пусть люди голосуют, как хотят – голоса-то считать будет ЦИК во главе с многоопытной Лидией Михайловной. Как-нибудь сфальсифицирует с европейским показателем.
Да, мы фальсифицируем выборы…Но это не панацея. Вернее, панацея, но на крайний случай.
.

.
Лучше победить честно, а сфальсифицировать можно (в силу привычки) для красоты результата.
Допустим, за меня проголосовало 93%, а мы фальсифицируем до 77%.
Или же так: за меня проголосовало 52%, а мы фальсифицируем опять же до 77%.
То есть, стремиться надо к победе без решающей фальсификации. Стремиться надо к победе, в которой фальсификация – ненавязчивый тюнинг.
Конечно, не исключён вариант, когда Глава Государства 50% голосов избирателей всё-таки, как ни тужился, не набрал…Ситуация неприятная, но не смертельная. То есть, исправимая. Исправимая, но так, чтобы “шито-крыто”. В смысле, шито, но не белыми нитками, а элегантно, как у лучших кутюрье.
Что для этого надо? Самую малость: пробиваться к сердцам людей через Интернет, завоёвывать эти сердца, проще говоря – охмурять. Придавать Президенту лоска, шарма, чувства юмора и так далее, чтобы не казалась абсурдной мысль, что Лукашенко способен выиграть честно.
Чем я и занимаюсь последние лет десять, ведя блог в этом журнале. Даже в далёкой Америке есть люди, очарованные…Есть люди, которые ставят Лукашенко выше, чем Трампа… Которые сравнивают меня с этим китайцем, который создал современный Сингапур…Это дорогого стоит.
Но усилий одного лишь Лукашенко со своим скромным блогом в Интернете недостаточно. Почему другие чиновники спят в шапку? Я недоволен сложившейся ситуацией самоуспокоения и безынициативности, о чём и заявил сегодня заместителю Главы своей Администрации, которого назначил специально для работы в Интернете.
.

.
ЛУКАШЕНКО:“Интернет – это также будет сфера в какой-то степени вашей ответственности. И не с точки зрения все закрыть и запретить. А изложить позицию власти, позицию Президента. Пока больше всего этим занимается Президент. Он и будет заниматься данными вопросами, но и определенные должностные лица, в том числе вы, а также Глава Администрации. Прежде всего вы вдвоем должны будете этим заниматься – работать с людьми.”
.
Даже в Великой России с её мошчными органами подавления и репрессий, не смогли закрыть так называемые “телеграм-каналы”. Так что нам, белорусам, и пытаться не следует чего-то запрешчать и блокировать. Превратить современную Беларусь в закрытую страну по северо-корейскому образцу абсолютно невыполнимая задача. Отними сегодня у людей Интернет – они выйдут на улицы и сметут Президента.
Надо идти к людям как раз через Интернет. Занимать верхние строчи в рейтингах топ-блогов. Если какие-то сопляки на голом энтузиазме смогли, то почему не может государственный чиновник за хороший оклад жалованья?
Времени для раскачки нет. Пора раздеваться и браться за работу, засучив рукава… То есть, если вы уже разделись, надобность в засучивании рукавов отпадает по определению, сама собой. То есть, априори. Де-юре и де-факто.
.
ЛУКАШЕНКО:“Времени для раскачки нет. Потому что предвыборная кампания – это и большая идеологическая работа. А вам придется заниматься прежде всего комплексом идеологической работы, начиная от журналистики и заканчивая, прямо скажу, лекциями в вузах. Это самое слабое место наших государственных служащих – встречаться с молодежью, рассказывать им о той политике, которая проводится в государстве. Потому что наша молодежь, в интернете сидящая, не всегда прочитает об этой политике. А если и прочитает, то частенько все наизнанку перевернуто.”
.
То есть, антиномично, строго наоборот. Похожая история случалась с известным Венедиктом Ерофеевым по дороге из Москвы в Петушки, когда он пытался объяснить дамам, отчего он публично не пукает (см. главу “Чухлинка – Кусково”)…Так и у наших идеологов частенько получается. Я это называю “идеологическим рукожопием”, когда агитируя за одно, ты в итоге по полученному результату сагитировал за противоположное.
Важное дело – идеология. Я сам был идеологом, можно сказать, с младых ногтей. Это адский труд – внедрять в мелкособственническое сознание крестьян великое учение “Маркса-Энгельса-Ленина”.
Бывало, выйду после лекции в клубе отдышаться на свежий воздух, меня тут же со всех сторон обступают мужики. Ишчо бы! – всякому охота поговорить с умным человеком, пусть и совсем молодым.
Закурят каждый свою цыгарку и давай дополнительные вопросы задавать: про международное положение, про кровавую хунту Пиночета, про Голду Мейр, про Хельсинские Соглашения, про режим апартеида в Южной Родезии. И так далее, и так далее.
Ну и я им, конечно, объясняю, что да как. С чувством, с толком, с расстановкой.
Мужики мне удивляются:”Силён ты, Сашка, лекции читать. У тебя, наверное, кровавые мозоли на языке выскакивают от такой долгой говорильни. Небось, устаёшь от лекций-то?”
Мне чего скрывать? – говорю искренне и прямо: устаю, мужики, страшно устаю…
А они мне понимающе и сочувственно отвечают, задумчиво пуская кольца дыма в вечернее небо:”Да-а-а, пиздеть – не мешки ворочать. Тут и образование специальное надо, и выносливость, и ума – палата…”
На волне этих воспоминаний я продолжил напутствие свежеиспеченного идеолога.
.
ЛУКАШЕНКО:“Я в свое время занимался вопросами идеологии. Можно сказать еще с юношеских времен – со студенческой скамьи. Я знаю, насколько это сложная и многоплановая, трудная работа. И я часто говорю, что настоящими властителями человеческих душ и сердец не становятся. Ими рождаются. Поэтому если у вас есть эти задатки, которые можно, конечно, в жизни со временем развивать, вы справитесь с этой работой”.
.
Вот так открылся маленький секрет, что я родился властителем человеческих душ. С этой вот Божьей Искрой – властвовать над людьми…Над их душами…А вы меня переизбрать надеетесь…В смысле, надеетесь переизбрать себе другого Главу Государства. Типа какого-нибудь Змитера Дашкевича…хы-хы-хы…Так у него ж судимость!
У всякого, кто возомнит о себе, что он тоже властитель человеческих душ с претензией на власть, мы любому такому человеку обеспечим судимость с поражением в правах на право быть избранным.
Так что давайте-ка, ребятки, жить дружно. Без всяких митингов-шмитингов. Посмотрите на Москву, на Гонконг. Нам это надо? нам такая дерьмократия с гвалтом не нужна.
Будем, друзья, мирно сосуществовать. Будем креативить в сети…Конкурс на лучшую вышиванку. Что вам ишчо надо? Памятники Витовту Великому и Льву Сапеге. Ради Бога…Товарищ Сапега, кажется, ни разу не скомпрометировал себя анти-президентской позицией…А вот с улицей в честь Василя Быкова торопиться не будем.
Концерт можем вам разрешить на 25 марта где-нибудь на задворках…Чтобы, гуляй – не хочу…
В общем, впереди море идеологической креативной работы.
Возможно, нам придётся создать собственные “фабрики троллей” из продвинутой молодёжи по типу “ольгинских” в России. Собственные фермы “Марата Казея”, чтобы противостоять свядомым прозападникам…И денег на это жалеть не надо.
Люди нас поймут. Ради торжества справедливости и правды люди готовы затянуть пояса. Готовы согласиться на маленькую зарплату, но достаточную для того, чтобы купить себе творожка, хлебушка, а ребёнку – кусочек мяса.
Когда наш человек зайдёт в интернет узнать новости и увидит там не буржуазно-националистический шабаш, а господство прогосударственных интернет-тружеников, то человек сразу почувствует стабильность и уверенность в завтрашнем дне (от слова “день”, а не “дно”)…
Опубликовано 21.08.2019  09:33

В. Рубинчик. АНАТОМИЯ ФЕЙКОВ

В. Рубинчик. АНАТОМИЯ ФЕЙКОВ

(наброски к будущему исследованию)

И даже я порою уверен, что вижу, где ложь.

БГ, «Железнодорожная вода»

Несколько необязательных для прочтения вступительных фраз

Во-первых, фрагменты с подчёркиванием, которые встретятся ниже, означают, что подчеркнутые слова/предложения переведены с белорусского языка. Во-вторых… Двадцать лет назад, а точнее, в июле 1999 г., я получил из рук проректора ЕГУ Владимира Дунаева диплом № 0125757 (он виден здесь) и стал меньше стесняться своих незрелых мыслишек. В-третьих, аккурат четыре года назад, 13 августа 2015 г., при поддержке редактора belisrael.info Арона Шустина я запустил на этом сайте сериал «Котлеты & мухи», благодаря которому совсем распоясался (кажется, в популярной психологии это называется «убрать барьеры из головы»). Написал более 130 текстов, и почти в каждом под раздачу попадал какой-нибудь важный дядя – или важная тётя. А то, бывало, и важное учреждение.

То, что я делал, допустимо cчитать политологическими скороговорками или, если угодно, фельетонами. Почтенный кобринец Марат Горевой охарактеризовал мою деятельность так: «Даёшь ты прикурить негодяям и дуракам» (12.03.2019). С 1999 г., а особенно с 2015 г., в моём архиве накопилась масса случаев чужого «так называемого вранья» (С), в той или иной степени вредного для общества. Не все эти случаи были подробно освещены в упомянутом сериале, там-таки свой формат. И вот я решил кое-что развернуть, заодно предложив свою, пусть пока ещё наивную, классификацию приёмов, к которым прибегают фальсификаторы. Вдруг молодому поколению пригодятся фактура и методология.

Здесь и сейчас меня мало интересуют эфемерные телевизионные фейки (это, пожалуй, отдельная тема, к тому же не хочу отнимать хлеб у авторов kasparov.ru и газеты «Народная воля»), хитрости политиков и рядовых чиновников. Понятно, многие из политиков и чиновников «врут, как дышат», но их враньё частично нейтрализуется тем, что они по роду службы общаются с «электоратом» и порой вынуждены проговариваться… Лучше рассмотрю ряд примеров из источников, которые представляются на первый взгляд более авторитетными: именно, из трудов «научных работников» и влиятельных писателей, «инженеров человеческих душ».

1. Давний, но не устаревший казус

В 1970–80-х годах числился в институте философии Академии наук БССР «кандидат философских наук» Владимир Бегун (1929–1989) – специалист по разоблачению «козней сионизма», один из самых известных в своей категории. Его книжки издавались многотысячными тиражами, и читали их не только партийные работники, ответственные за идеологию (как можно было бы предположить), но и те, кто в позднесоветское время не принадлежал к «верхушке». Не брезговали ими и представители «контрэлиты».

Владимир Баранич, 1966 г. р., активист неформальной организации «Талака», действовавшей в Минске второй половины 1980-х, утверждает, что «Вторжение без оружия» тов. Бегуна было настольной книгой «каждого сознательного белоруса тех времён» (запись от 01.06.2018). Насчёт каждого г-н Баранич преувеличил, но дальше он говорит о конкретных людях: «После его [Бегуна – В. Р.] книжек мы отыскивали сионизм где только можно. Винцук [Вечёрко] обратил внимание на отлитые в бетоне меноры на его доме, я – на заклёпки в виде звёзд Давида на моих белорусского производства «штроксах», Сержук Витушко [лидер «Талаки» – В. Р.] – на парикмахерскую «Я сионина» [имелось в виду заведение под названием «Ясь і Яніна» в центре Минска – В. Р.]…)))»

В 1990-х годах, волонтёрствуя в библиотеке Минского объединения еврейской культуры имени Изи Харика, брал я в руки книжку «Вторжение без оружия» – просмотрел «по диагонали», пожал плечами. А после свидетельства г-на Баранича решил перечитать; нашёл 3-е, исправленное издание 1980 г. (тираж – 100 тыс. экз.)…

Не собираюсь выпивать всё море, чтобы рассуждать о вкусе морской воды. Вот лишь одна фраза:

В. Бегун: ««Дикарями», «чернью», «огромным брюхом без головы» называл русских историк С. Дубнов» (Дубнов С. Книга жизни, т. 2. Рига, 1935, с. 217, 240, 253).

Эту цитату можно найти и здесь, в электронном варианте опуса Бегуна.

Не поленившись, я заказал именно рижское издание «Книги жизни» за 1935 г. (в 1980 г. оно было труднодоступным в Минске, а сейчас билет читателя Национальной библиотеки и роспись в журнале зала редкой книги решают все вопросы). Прочёл:

С. 217-218. Запись Семёна Дубнова от 26.02.1917: «Надвигается какая-то революция, но впереди идёт брюхо, голодное, вопиющее, а головы не видно». Казалось бы, при чём тут русофобия?

С. 240. Запись от 27.10.1917: «Новое правительство [России] обратилось ко всем народам и правительствам с предложением о немедленном перемирии, но кто будет считаться с узурпаторами, опирающимися на чернь?..» И опять у Дубнова речь не о русских, а, вернее всего, о люмпен-пролетариате, который (к ужасу, например, Максима Горького и Ивана Бунина) воспользовался плодами октябрьского переворота.

С. 253. (Дубнов рассказывает о петроградском лете 1918 г.): «В то же лето я выступил в собрании для чествования Германа Когена, состоявшемся в зале Городской Думы при участии русского писателя Куприна, проф. Сперанского и других. Я говорил о российских дикарях, пляшущих вокруг идола Маркса, и меня не наказали за богохульство».

По-моему, ясно: Дубнов разграничивал понятия «русский» и «российский». Впрочем, даже если бы историк говорил о «русских дикарях», это ещё не означало бы, что всех русских он считал дикарями. Когда говорят о немецких нацистах или итальянских фашистах, обычно не имеют же в виду, что все немцы – нацисты, а все итальянцы – поклонники Муссолини.

Итак, фальсифицировал Бегун смысл всех трёх выдержек из книги Дубнова, нашего земляка с трагической судьбой (1860, Мстиславль – 1941, Рижское гетто).

2. Чуть ближе к нашим дням

Многие из нас «проходили» в школе произведения Ивана Петровича Шамякина (1921–2004). Кому-то они нравились больше, кому-то меньше… Оказывается, народный писатель БССР вёл дневник, в котором делился суждениями о близких и далёких людях (иногда этот дневник перетекал в мемуары). Записи 1975–1994 гг. были собраны в книге «Раздумье на последнем перегоне», вышедшей в госиздательстве «Мастацкая літаратура» (Минск, 1998).

В этой книге много странного; остановлюсь на периоде «ранней независимости». Так, 26.01.1992 И. Шамякин приводит выдержку из «их Катехизиса»:

«Больше шума и словесной мишуры, больше непонятного и наукообразного. Создавайте теории, гипотезы, направления, школы, методы реальные и нереальные. Пусть не смущает вас, что о них завтра забудут. Придет новый день, придут новые идеи. В этом выражается могущество нашего духа, в этом наше самоутверждение, в этом наше превосходство. Пусть русские ломают голову в поисках рациональных зерен в наших идеях, пусть ищут и находят в них то, чего там нет. Завтра мы дадим новую пищу их примитивным мозгам».

И добавил: «Вот так. Разве не так действуют яковлевы, собчаки, поповы?»

Было переиздание дневников Шамякина в т. 22 его «Собрания сочинений» (Минск, 2014). К записи от 26.01.1992 был дан прелюбопытный комментарий:

Из их Катехизиса: «Больше шума и словесной мишуры, больше ~ пищу их примитивным мозгам». – Цитата из «Катехизиса еврея в СССР» (1958) (правила поведения евреев за пределами еврейского окружения)

Первая достоверно установленная публикация «Катехизиса…», якобы заимствованного из книги, изданной в Тель-Авиве в 1958 г., относится к марту 1991 г. (газета «Русские ведомости»). Собственно, это перелицованные «Протоколы сионских мудрецов», и как-то даже противно доказывать, что их содержание не имеет отношения к «правилам поведения евреев». Во время судебного процесса над издателем «Катехизиса…» в Москве выяснилось следующее: «Авторство “Катехизиса”, по заключению экспертов, не принадлежит ни сионистским, ни другим еврейским объединениям, поскольку высказанные в нем идеи “противоречат принципам сионизма и иудаистской религии”. А специалисты РГБ [Российской государственной библиотеки – В. Р.], изучив каталоги крупнейших библиотек мира, пришли к выводу о том, что по крайней мере в период с 1953 по 1963 год “Катехизис” в Израиле не публиковался».

Итак, комментатор академического cобрания сочинений И. Шамякина не только доверился провокационной фальшивке, но и отправил читателей «в никуда», к несуществующему изданию 1958 г. Запомним этот приёмчик. Имя комментатора – Алеся Ивановна Шамякина, 1961 г. р., кандидат филологических наук (на минутку, специализируется в области текстологии).

29.01.1992 И. Шамякин сослался на А. Симановича, якобы сославшегося на Л. Троцкого, и сделал на основании этой цитаты далеко идущие выводы:

Арон Симанович дописался до большой искренности. Вот что написал:

«Лейба Давидович Троцкий, который стремился к развалу величайшей в мире державы – России, по этому поводу говорил:

– Мы должны превратить ее в пустыню, населенную белыми неграми, которым мы дадим такую тиранию, которая не снилась никогда самым страшным деспотам Востока…»

На иллюстрации – более полный фрагмент из шамякинских дневников, скопированный здесь.

Далее Шамякин, «подкрепляя» вышеизложенное, рассуждает: «Не надо сейчас уничтожать нас руками «своих юношей», слишком очевидно будет. Да и зачем подставлять своих, если можно сделать это руками, кровью «наших юношей» – натравить украинцев на русских или наоборот. Репетиция проделана – в Югославии». И т. д.

Что на деле? Цитата «из Троцкого» – который, конечно, не мой герой – была сфальсифицирована. В материале из серии «Мифы истории СССР» убедительно доказывается, что А. Симанович ничего похожего на рассуждения о «белых неграх» не записывал. Скорее всего, И. Шамякин позаимствовал материал из такого «суперавторитетного» источника, как журнал «Молодая гвардия», № 8, 1991 (статья В. Хатюшина, где фейковая «цитата» приведена, как правильно указано на wiki.istmat.info, без библиографической ссылки):

Тем не менее при переиздании дневников Шамякина в т. 22 его «Собрания сочинений» (Минск, 2014) к записи от 29.01.1992 был дан такой комментарий:

Арон Симанович дописался до большой искренности. Вот что написал:

«Лейба Давидович Троцкий, ~ говорил: – Мы должны превратить ее в пустыню, населенную белыми неграми, ~ генералов, агрономов, академиков, писателей!..» – Цитата из книги Арона Симановича «Распутин и евреи: Воспоминания личного секретаря Григория Распутина» (Рига, 1991)

На всякий случай я пересмотрел рижское издание мемуаров Симановича…

Натурально, «слов Троцкого», приписанных ему фальсификаторами, не обнаружил – т. е. и в этот раз А. И. Шамякина отправила читателей на хутор бабочек ловить «в никуда».

Василь Яковенко в романе «Надлом» (Минск, 2003) тоже «купился» на цитату о «белых неграх»

В общем, интересная цепочка получается: Хатюшин доверился русским эмигрантам шовинистского толка, приписавшим Троцкому гитлеровские замашки в сочетании с симпатией к сионизму, член-корреспондент Академии наук Беларуси Шамякин (с 1980 г.; в 1994 г. он стал академиком) доверился Хатюшину, кандидат наук Шамякина доверилась (?) своему отцу, редакторы т. 22 собрания сочинений доверились Шамякиной. А в результате – распространение ложных сведений на грани разжигания межнациональной розни (в ситуации с «Катехизисом…», возможно, граница перейдена, т. к. в комментарии говорится даже не о сионистах, а напрямую о евреях). Всё это тиражом более 1000 экз., под грифом института литературы НАН Беларуси и за деньги, выделенные министерством информации РБ.

Как бы лично я прокомментировал провальные заметки писателя? Осторожно и опираясь на факты: 1. «Цитата из так называемого “Катехизиса еврея в СССР” (дата написания и авторство не установлены), используемого радикальными националистами в сомнительных целях. В апреле 1995 года судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда признала “Катехизис…” содержащим “открытое изложение идей национальной вражды и унижающего национальную честь и достоинство русских и евреев с целью распространения в обществе идей, подрывающих уважение к русским и одновременно возбуждающих чувство вражды и неприязни к евреям”». 2. «Цитаты, приведенные И. П. Шамякиным, не находят своего подтверждения в авторитетных источниках». Sapienti sat.

Итак, некоторые приёмы, употребляемые при производстве «наукообразных» фейков:

1) Отсылка к реальной публикации с искажением смысла того, что в ней написано. Очевидно, сей приём встречается чаще всего, согласно классической поговорке кардинала Ришельё: «Дайте мне шесть строк, написанных рукой самого честного человека, и я отыщу в них повод отправить автора на виселицу». Хорошо, что у В. Бегуна не имелось кардинальских полномочий 🙂

2) Отсылка к реальной публикации, где, однако, нет того содержания, на которое указывает отсылающий. Это случай с «Распутиным и евреями» А. Симановича.

3) Отсылка к несуществующей публикации. Может быть элементом игры; если верить Иосифу Шкловскому, то такую игру позволил себе в математической монографии Юрий Гастев, включивший в список источников «J.Cheyne and J.Stokes «The breath of the death marks the rebirth of spirit» 2 Mind, March 1953» (намёк на то, что ему помогло выжить дыхание Чейна-Стокса, наблюдавшееся у И. Сталина в начале марта 1953 г.). Но у старшего научного сотрудника А. И. Шамякиной, увы, всё серьёзно.

(продолжение последует, но при условии, что читатели действительно будут заинтересованы)

Вольф Рубинчик

г. Минск, 20.08.2019

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 20.08.2019  22:38

Віцебск, УНАВІС, Магарыл…

Віцебск, УНАВІС, Магарыл…

(супрэматычны калаж)

Піша Андрэй Дубінін.

Пакой у музеі гісторыі віцебскай народнай мастацкай вучэльні, Віцебск, вул. Марка Шагала, 5а.

Юлія Макарэвіч 5 жніўня 2019 г. на lady.tut.by распавядала пра Яўгенію Магарыл: “У сваёй творчасці яна была далёкая ад метадаў авангардыстаў, з якімі працавала ў Віцебску. Ступень уплыву на яе Малевіча была не такой моцнай, як на іншых членаў УНАВІСа [УНОВИС – «Утвердители нового искусства»]. Хутчэй на яе паўплывала сістэма колераўспрымання Мацюшына. Пераняўшы навыкі настаўніка, мастачка ўсё ж інтэрпрэтавала іх па-свойму. Яна аддавала перавагу ў колеры імпульсіўнай эмацыйнасці і каляроваму кантрасту, з дапамогай дапаўняльных колераў і каляровых пераходаў дамагалася перадачы пэўнага настрою”.

М. Мацюшын, “Даведнік па колеры”

Выглядае, сказанага малавата, каб свядома абраць Яўгенію Магарыл у якасці ўзору яркага і плённага жыцця. Калі ж дадаць, што ўсе даваенныя працы і большасць блакадных работ мастачкі загінула падчас блакады, то робіцца зусім сумна – ці магчыма наогул весці гутарку аб ёй, як аб мастачцы.

Скарыстаемся нагодай паразважаць пра грунтоўныя для культуры Беларусі рэчы ў рэчышчы біяграфіі Яўгеніі Маркаўны Магарыл. Выбярэм з яе біяграфіі пэўныя факты і згадкі.

У 1922 годзе Яўгенія Магарыл, ураджэнка Віцебска, пераехала ў Петраград, дзе з 1922 па 1926 год вучылася ва Ўсерасійскай акадэміі мастацтваў, у майстэрні прасторавага рэалізму Міхаіла Мацюшына. Я. Магарыл, нароўні з іншымі мастакамі, ўваходзіла ў асноўную групу “школы Мацюшына”. М. В. Мацюшын гэтак згадваў аб Я. Магарыл у сваім рукапісы “Творчы шлях мастака” (напісаным у 1933–1934 гг.): “Магарыл стыхійна таленавітая. Ёй не хапае арганізаванага падыходу, і яе карціны, вельмі змястоўныя, пакутуюць ад непадобнасці зместу і формы. Але яна працуе над сабой на ўсю моц”.

Гэта вельмі важная заўвага. Сфармулюю троху інакш: змест, матэрыял не хоча ў творах Магарыл уцісквацца ў клішэ форм, якім навучалі студэнтаў. Відавочна, ён “выпіраў” рогам у работах мастачкі, калі сам настаўнік у адным сказе двойчы ўзгадаў аб змесце-матэрыяле: “карціны вельмі змястоўныя… непадобнасць зместу і формы”. Заўважым – фармалісты процістаўлялі форме матэрыял, а не змест.

На гэтым прынцыповым моманце – што матэрыял пераважаў над формай у карцінах Магарыл – варта прыпыніцца. Да Мацюшына (сябра і паплечніка К. Малевіча) мастачка вучылася ў Віцебскім мастацкім вучылішчы ў Марка Шагала, Казіміра Малевіча. Пад час навучання пазнаёмілася з В. М. Ермалаевай, Л. М. Лісіцкім, К. Л. Багуслаўскай. З’яўлялася ўдзельніцай групы мастакоў УНАВІС “Сцвярджальнікі новага мастацтва” (Віцебск), куды ўваходзілі Эль Лісіцкі, Лазар Хідэкель, Мікалай Суэцін. У такім асяродку мастачка разам з паплечнікамі шукала метады афармлення новага жыцця, іншыя мадэлі пераўтварэння побыту. Па сутнасці, гэта была тэўргічная ўтопія, што вырастала на глебе старога сімвалізму, але ў тэорыі і практыцы супрэматызму сфармуляваная ў новым, авангардным варыянце.

Прэтэнзіі новага авангарда яскрава счытваюцца ў саманазове Лазара Лісіцкага – Эль Лісіцкі. Для чалавека, знаёмага з яўрэйскай культурай, у назве першай літары імя гучыць назоў Бога па-стараяўрэйску, і Лісіцкі акцэнтаваў гэта адмысловым напісаннем El заместа меркаванага L(asar). У літаральным перакладзе – “Бог Лісіцкі”:

Прывядзем словы Малевіча, дзе ён настойліва проціпастаўляе жывапіснасць сюжэтнасці: “Сюжэт заўсёды заб’е фарбу, і мы яе не заўважым. А фарба ёсць тое, чым жыве жывапісец: значыць, яна ёсць галоўным”. І выснова з гэтага: “Жывапісцы павінны кінуць сюжэт і рэчы, калі яны хочуць быць чыстымі жывапісцамі”. Як тут не прыгадаць характарыстыку Магарыл, дадзеную Мацюшыным. Мастачка выйшла са школы УНАВІСа, з жорнаў супрэматызму, з захаваным і, мабыць, умацаваным інтарэсам да сюжэту, матэрыялу, наогул – да жыццёвых праяў, якія перамагалі мёртвы фармалізм на яе палотнах. Як казаў Восіп Мандэльштам, у паэзіі важна не школа, а “сыравіна” (нагадаю аб “матэрыяле-сюжэце”) – першапачатковы, элементарны паэтычны зарад, уласцівы толькі дадзенай асобе. Гэта фармуліроўка дзейсная і ў дачыненні да выяўленчага мастацтва.

Думаю, што мастацкага зараду, “сыравіны” ў Яўгеніі Магарыл было даволі, каб давяраць свайму мастацкаму пачуццю і не растварыцца ў супрэматычным космасе. Можам уявіць, што гэта былі цікавыя, яркія пошукі ў форме моднага авангарду, але з любаваннем праявамі жыцця.

Угледзімся ў фота 1922 года (ніжэй), дзе Я. Магарыл стаіць апошняй справа. У такім атачэнні аўтарытэтаў “стыхійна таленавітая” мастачка здолела захаваць сваю адметнасць менавіта дзякуючы свайму таленту. На фотаздымку яна таксама вылучаецца сваім, крыху адасобленым, паваротам фігуры. Калі пра асноўную групу магчыма сказаць, што яны адчуваюць сябе гаспадарамі, рэпрэзэнтуюць сабой УНАВІС, то яе паварот да іх выражае павагу, але са знешняга боку, не знутры. Яна як бы свядома займае месца мастака другога рэя, зводдаль ад супрэматычнага ядра. Але ці не занадта мы паглыбіліся ў фантазіі?

Я перагледзеў вялікі альбом “Пошук і эксперымент” Ларысы Жадавай па гісторыі расійскага і савецкага авангарда, і там знайшоў другі цікавы фотаздымак. На ім у цэнтры – заснавальнік УНАВІСа К. Малевіч. Я. Магарыл, як і на папярэднім здымку – у верхнім куце на перыферыі калектыўнага здымку. Ці не праглядае тут жыццёвая і мастацкая пазіцыя?

Казімір Малевіч і члены групы УНАВІС на віцебскім вакзале перад ад’ездам у Маскву, 5 чэрвеня 1920 г.

Выкажу здагадку, што гэта і ёсць мастацкае крэда Я. Магарыл. Яна адчула, што не можа цалкам прыняць мастацтва, дзе форма жорстка змяняе, дэфармуе жыццё, “татальна яго арганізуе”. Канструктывізм быў вельмі стыльнай, высокакультурнай з’явай. Канструяванне новых жыццёвых формаў (якое і задавальнялася праектна-макетным этапам) на падставе авангардысцкага мастацтва ў гэтым працэсе пераставала быць мастацтвам, пераўтваралася ў “канструяванне жыцця”.

Вернемся да фотаздымка – разняволеная пастава (побач з троху “фараонаўскімі” постацямі патрыярхаў супрэматызму), свабодны сарафан у вялікую складку, дзе адна шлейка саслізнула з пляча, кудзерка на скроні і непаслухмяная кучма валос, дапытлівы позірк – усё гэта не зусім пасуе адэпту канструктывізму-супрэматызму.

Варта тут адзначыць, што пасля заканчэння Акадэміі мастацтваў у 1926 г. Я. Магарыл у 1927–1929 гг. працавала мастаком па тэкстылю на фабрыцы імя Пятра Аляксеева ў Шлісельбургу. Мне і тут бачыцца свядомае памкненне не проста да прамысловага дызайну, але да праектавання малюнкаў тэкстылю – самага мяккага, “жаноцкага” матэрыялу, які непасрэдна абдымае і захінае жывое чалавечае цела. Канструктывізм выносіць вонкі, агаляе ўнутраную канструкцыю і адкідвае ўсе накрыцці, увесь дэкор. У цела агаляецца шкілет, і яго падаюць, як ісціну, але ж гэта – не што іншае, як вобраз смерці. Прыбраць з жыцця лішняе, непатрэбнае – азначае прыбраць самае жыццё. Гэты канфлікт, падаецца, дадзена было інстынктыўна адчуць Яўгеніі Магарыл, і яна свядома заняла месца мастака другога рэя, другараднага, бо заставацца на вастрыні моманту азначала знішчаць эстэтыку, надаючы ёй татальны характар. У гэтым сэнсе і супрэматысты, і лефаўцы, і канструктывісты выявіліся сапраўднымі носьбітамі бальшавіцкага стылю.

Уласна, сацыялізм у СССР быў рэалізацыяй мары авангарда: жыццёўладкаванне, арганізаванае па законах новай эстэтыкі, гэта значыць татальная арганізацыя матэрыяла (які ў Магарыл не хацеў “татальна арганізоўвацца”), татальнае панаванне стылю. У мастацтве няма неарганізаванага матэрыялу, казаў Віктар Шклоўскі. Але гэткая арганізацыя і ёсць схемай усялякага таталітарызму.

У постаці Я. Магарыл мы бачым вопыт удалага персанальнага процістаяння таталітарным павевам ХХ стагоддзя (хай сабе ў мастацтве), таму можам ганарыцца беларускай мастачкай. Але гэтага замала, такі кароткі курс мастацкага анты-таталітарызму абавязкова развярнуць у індывідуальную анты-таталітарную прышчэпку будучым мастакам. Ушанаваць памяць мастачкі лепей за ўсё, па-мойму, так – даваць школьнікам і студэнтам мастацкіх спецыяльнасцяў заданне па праектаванні і выкананні карцін, у якіх матэрыял пераадольвае татальнасць зададзеных супрэматычных форм.

Чысты прастакутнік – поле будучых студэнцкіх работ па мастацкай рэканструкцыі загінулых твораў Я. Магарыл; “Дзяўчына з бантамі” (1970-я гг.), палатно, алей, 60х50 см; “Чорны хлеб” (1979), папера, акварэль, 61,4х47,7 см

 

“Асенні букет” (1978), папера, акварэль, 63х48,2 см; “Партрэт дзяўчынкі” (1983), папера, акварэль, 62х44,5 см; “Пейзаж” (1969), папера, акварэль, 40,8х64,7 см.

Гэтая штудыя ўзнікла з нагоды артыкула Юліі Макарэвіч “Есть кем гордиться. Пять белорусских художниц, чьи имена нам нужно знать”. Нам падалося, што адметная біяграфія беларускай мастачкі Яўгеніі Магарыл тоіць у сабе перасячэнні з ключавымі падзеямі і ідэямі авангарда ХХ ст. Праз тое мы можам зразумець для сябе сённяшніх нешта істотнае, што дапаможа нам не губляць арыенціры гуманізму і ў ХХІ стагоддзі.

Андрэй Дубінін,

Мінск, 19.08.2019

Апублiкавана 20.08.2019  13:05

«Таглит» глазами Ирины Озеровой

О программе «Таглит 27-32» я узнала совершенно случайно – и поспешила воспользоваться предоставленной возможностью.

В группе нас набралось 34 путешественника и 2 сопровождающих. Группа была смешанной – Россия и Украина (Москва, Харьков, Киев, Самара, Одесса, Чебоксары и др.).
Встретились мы уже в аэропорту имени Бен-Гуриона и сразу же нашли общий язык.

Из аэропорта нас отвезли в кибуц рядом с Модиином, поместив в гостиницу Gvulot. 

1-й день в Израиле в Модиине. На снимке Ирина Озерова, Ксения Банкова, Денис Ничога, Юлия Остроушко, Надежда Левитина, Ольга Горбунова, Инга Суркова, Константин Ходос, Мария Ламах, Анастасия Петренко, Елизавета Пулупенко, Алекс Фолгин, Илья Емаев и др. 

На ферме овощей и фруктов The Salad Trail

Путешествовали мы по Израилю целых 10 дней, начали с Йерухама – прекрасный пример того, как даже в пустыне человек способен подарить жизнь всему зелёному, огромное количество овощей и фруктов, которые можно подойти и попробовать. Кибуц Сде-Бокер, могила Бен-Гуриона – место, которое необходимо посетить и старым, и молодым. Очень много интересной информации от нашего замечательного гида Макса Изиксона. Вечер нас застал в деревне бедуинов, Хан ха-Шаяроте. Лекция от местного жителя, незабываемое катание на верблюдах, необычный ужин в бедуинском стиле, выход в пустыню под ночным звёздным небом, когда ты можешь остаться один на один с собой, ночёвка в шатре.

Утро началось с посещения каньона в пустыне Негев. Место, где ты становишься частью всего живого, эхо от криков птиц, шелест воды. Далее мы поехали в Эйлат. Красное море приветствовало тёплой водой и красивыми видами под водой при путешествии на кораблике.

На следующий день нас повезли на Мёртвое море. Невероятно тёплая, мягкая вода, будто заходишь в оливковое масло, вода, которая позволяет тебе просто расслабиться и лежать, наслаждаясь голубым небом.

Крепость Масада, хоть и не сразу, но покорилась нам и показала своё величие. Здесь невозможно найти слова, чтобы передать всю гамму нахлынувших эмоций, слушая ее историю.

На следующий день к нам присоединилась группа израильских студентов, с которыми мы сразу же подружились.

 

Музей Яд ва-Шем в Иерусалиме – после него тебе хочется остаться один на один с собой и переосмыслить всю свою жизнь. Твои проблемы кажутся ничем, абсолютной мелочью по сравнению с тем, что пережили люди, память о которых останется с нами навечно.

 

Следующий день начался с горы Герцля, истории о самом Теодоре Герцле и его семье. Никогда даже не задумывалась, что целая семья может уйти вот так, не оставив за собой потомков.

На обзорной площадке Иерусалима 

Иерусалимский рынок Махане Иегуда заслуживает отдельной статьи. Со своим колоритом он остался в моей памяти как место, в котором можно провести целый день и так и не успев купить всё то, что было в твоём списке, ибо вокруг столько всего необычного. 30 минут только в одну сторону, люди, которые идут перед тобой, а внезапно встретив знакомого, просто встают посередине и начинают разговор…

Стена плача, разговор с ней, оставление записки, атмосфера этого места – всё это непередаваемо.

Рассказ об истории Шаббата, зажигание свечей – это обязательная программа. Очень полезно знать историю и традиции. 

Согласно Торе, Шаббат был дарован еврейскому народу в пустыне после выхода из Египта.
По еврейской традиции Шаббат наступает с заходом солнца в пятницу, но за 18 минут до захода солнца хозяйка дома должна зажечь субботние свечи и прочитать благословение. С данного момента и до окончания субботы нельзя трудиться. В Шаббат нельзя совершать такие виды работы, как: шитье, строительство, разрывание туалетной бумаги, замешивания теста и выпекания хлебных изделий..).
В шаббат мы накрываем стол скатертью, ставим две зажженные свечи (свечей может быть больше, на каждого члена семьи, но не меньше двух) и кладем две халы (хлеб, испеченный в виде косы) – что символизирует двойную порцию манны.
Так же не забываем об особом омовении рук в Шаббат – нужно трижды по очереди ополоснуть правую и левую руку специальным ковшиком.

Провожаем Шаббат чтением молитвы, хавдалы, благодаря чему мы как-бы отделяем Шаббат от остальных дней недели.

Групповые занятия, помогающие ещё лучше узнать каждого из участников нашей группы.

Утренняя экскурсия по Старому городу – месту со своей историей, насчитывающей несколько веков, месту, где до сих пор идут раскопки и находятся всё новые и новые вещи.

Площадка Армон ха-Нацив ночью – колорит.

Следующий день застал нас на пути в Кейсарию – древний город на берегу Средиземного моря. Всё потрясающе красиво и накладывает свой отпечаток на каждого.

Тверия и остановка в гостинице, вид на озеро Киннерет из номера – о чем ещё можно мечтать?

Город Цфат на следующее утро. 900 метров над уровнем моря, старинные дома (в которых живут потомки потомков первых жителей), атмосфера дружелюбия, плодоносные деревья, растущие практически в камнях.

Каяки, плывущие по реке Иордан, – именно то, что было необходимо для ещё большего сближения. Нужно было грести по очереди, подстроиться под остальных. Мы выполняли слаженную работу, и в результате получился плавный спуск до берега.

Последний день начался с посещения Яффо – древнейшего города. Блошиный рынок, где каждый найдёт что-то по душе, красивейший берег и море.

 

В одном из тель-авивских скверов 

Пешая прогулка до центра «Таглита», знакомство с теми, кто помог осуществлению этой поездки. Прощальный ужин.

На снимке, нижний ряд, слева направо: Ирина Озерова, Елена Косарихина, Виктория Асоскова
Верхний ряд: Мария Белостоцкая, Анна Семко, Юлия Сероштан

Последнее утро в Израиле и купание в море. Утреннее купание даёт позитив на весь день.

Быстрый обед и отъезд, который сопровождался долгими напутствиями всех членов группы, объятиями, обещаниями созваниваться, встречаться.

Благодаря этой поездке я смогла разобраться в себе, понять, чего хочу от жизни.

Ирина Озерова, г. Москва

*

Послесловие от редактора

На прошлой неделе, прогуливаясь по Тель-Авиву, на углу пешеходных улиц Нахалат Беньямин и аШомер, возле шука (рынка) Кармель увидел группу молодых ребят, стоявших рядом со старым зданием, в которух сразу определил таглитчан. Было видно, что их путешествие закончено, я услышал, как кто-то предложил каждому похлопать ладонью Илью, стоявшего рядом с экскурсоводом. Поинтересовался откуда приехали. Ответила Ирина, и уже на ходу, поскольку группа начала двигаться в сторону ул. Алленби, записал ее координаты, предложив по возвращению домой поделиться впечатлениями от поездки. И спустя несколько дней получил ее рассказ, который написан с большой теплотой и любовью к Израилю.  Через некоторое время он будет переведен на английский и иврит и также помещен на сайте. Предлагаю и др. участникам этой группы,  бывшим и будущим таглитчанам, присылать свои воспоминания, хорошие снимки, а также писать на др. темы. 

Неоднократные встречи с участниками программы “Таглит” и фоторепортажи натолкнули меня на одну идею, которую хотелось бы воплотить сообща где-то через год. Приглашаю к сотрудничеству наиболее активных.  Не забывайте также о важности поддержки сайта, что будет способствовать осуществлению ряда проектов и добрых дел. 

Ниже мои снимки.

Группа отправляется от старого здания на углу улиц Нахалат Беньямин и аШомер, в котором, как я понимаю, находится центр сбора таглитчан, в сторону ул. Алленби. На переднем плане Ирина.

Илья Емаев от имени группы благодарит экскурсовода Макса Изиксона. Прощание на ул. Алленби перед возвращением домой.

Ирина на ул. Алленби. 14 августа 15:23 – 15:28 

Опубликовано 19.08.2019  22:17

Еще публикации о Таглите:

New Taglit meetings (June – July 2019) / (פגישות חדשות בתגלית (יוני – יולי 2019

Taglit in Tel Aviv, August 2018 / תגלית בתל אביב, אוגוסט 2018

В. Рубінчык. КАТЛЕТЫ & МУХІ (125)

Кажуць, жаданне – крыніца пакут, але пры наяўнасці жадання – шалом! Кур’ёзнаватыя падзеі адбыліся з моманту выхаду 124-й серыі «Катлет…»: 20-гадовая студэнтка-феміністка Лізавета падала скаргу на дзеянні А. Лукашэнкі, які дачасна распускае парламент. Матывіроўка скаргі дасціпная: праз «выбары» ў лістападзе 2019 г. Ліза не зможа ажыццявіць сваё права кандыдаваць у парламентарыі (21 год ёй споўніцца толькі ў студзені 2020 г.).

Суд Ленінскага раёна г. Мінска прадказальна адмовіў нашай «Тэруань дэ Мірэкур»: маўляў, прэтэнзіі не па адрасе… Выглядае, што ўказы прэзідэнта «простым смяротным», насупор Канстытуцыі, Грамадзянскаму і Грамадзянска-працэсуальнаму кодэксам, аспрэчыць увогуле нерэальна: суддзі памятаюць, хто іх прызначае і звальняе.

Канстытуцыйны суд у Беларусі фармальна крыху менш залежны ад «галоўнага палітыка» (непасрэдных прэзідэнцкіх прызначэнцаў згодна з арт. 116 Канстытуцыі там толькі палова – праўда, старшыня суда ўваходзіць у іх лік), але да яго яшчэ паспрабуй дагрукайся… Грамадзянам не дадзена права ініцыяваць справу ў КС, а палата прадстаўнікоў, якую жэстачайшэ пазбаўляюць дзесяці месяцаў канстытуцыйных паўнамоцтваў, не шманае.

Меркаванні некаторых дэпутацікаў (даруйце, але дэпутатамі яны стануць толькі тады, калі пачнуць бараніць… калі не выбарцаў, дык хоць сваіх калег і сваё месца працы) ужо цытаваліся. Пасля той публікацыі зноў выступіла Алена Анісім, паразважаўшы: «у прынцыпе зрабіць гэта можна, даць запыт у Канстытуцыйны суд… Калі цалкам парламент, то яно не пройдзе. Можна паспрабаваць склікаць паседжанне палаты прадстаўнікоў, але гэта толькі гіпатэтычна». І спаслалася на ўласны досвед, як у пачатку 2017 г. хадзіла да старшыні ПП з прапановай склікаць адмысловае пасяджэнне, а ён адмовіў.

Мінула два з паловай гады, за гэты час нешта магло змяніцца ў галовах шараговых членаў ПП. Закон аб Нацыянальным сходзе Рэспублікі Беларусь (арт. 76) прадугледжвае шанс на скліканне пазачарговай сесіі па ініцыятыве дзвюх трацін поўнага складу палаты – г. зн. трэба 74 подпісы. Рэальна іх сабраць? З такім настроем, як у А. Анісім, вядома, наўрад ці. Не асуджаю спадарыню, ды нагадаю: прэцэдэнт збору 67% подпісаў такі здарыўся 17 год таму. Было гэта ў рамках грамадскай ініцыятывы «Няміга-1570», створанай у ліпені 2002 г., пра якую каліва пісаў тут.

У канцы лета 2002 г. каардынатар «Нямігі-1570» Якаў Гутман даволі хутка сабраў 10 або 15 подпісаў дэпутатаў ПП, але пасля нашых пасядзелак на Даўмана і Старажоўскай (бралі ўдзел Вольга Вечар, Уладзімір Дзянісаў, Алесь Марачкін, я) і прэс-канферэнцыі на сядзібе БНФ у верасні 2002 г. вырашыў не спыняцца на дасягнутым…

Справаздачы газет «Вечерний Минск», 30.09.2002, і «Народная газета», 20.11.2002

У выніку да лістапада 2002 г. Я. Гутман сустрэўся з 105 дэпутатамі ПП НС (са 109 магчымых) і дастаў 75 подпісаў пад зваротам да А. Лукашэнкі ў абарону гісторыка-культурнай спадчыны. Сёлета я спытаўся ў Гутмана, які зараз курсіруе паміж ЗША і Расіяй, як ён трапляў у Дом ураду. Атрымаў адказ: «Часам праходзіў з гордым відам міма паставога… Часам пропуск заказваў Уладзімір Парфяновіч, нябожчык Фралоў або яшчэ хтосьці. Пасля таго як трапляў у будынак, па кабінетах можна было хадзіць бясконца. Дапамагаў статус прэзідэнта Сусветнага згуртавання беларускіх габрэяў» (14.08.2019).

Як успамінае сп. Гутман, на гутарку з адным дэпутатам ён траціў ад 15 да 45 мінут. (З некаторымі гутарылі і іншыя людзі, намякаючы на тое, што дэпутатам яшчэ трэба будзе перавыбірацца.) Амаль усе суразмоўцы Гутмана гаварылі пра тое, што з варварскім знішчэннем спадчыны пара канчаць. Некаторыя распавядалі пра сітуацыю на «яўрэйскай вуліцы» ў сваіх акругах.

У снежні 2002 г. Лукашэнка «адфутболіў» калектыўны зварот на адрас Тозіка (тагачасны старшыня камітэта дзяржкантролю) і Шэймана (генпракурор), але яўрэйскі актывіст не шкадуе пра затрачаны час: «Па-першае, я зрабіў усё, што мог. Маё сумленне чыстае. Па-другое, кантактаваў з выдатнымі людзьмі. Асабістае знаёмства са 105 дэпутатамі парламента было б моцным фундаментам для далейшай працы, калі б гэта было ў іншай дзяржаве».

Адозва Н. Цыркун да калегаў; пікіроўка А. Тозіка з Ул. Парфяновічам

Дадам, што чын 2002 г. усё ж меў і рэальныя вынікі. Сінагогі на Дзімітрава, 3 і на Нямізе, 3 не аднавілі, але праверка з дзяржкантролю выявіла, што чыноўнікі Мінгарвыканкама мелі намер знесці будынак абласнога ваенкамата – помнік архітэктуры. Ён быў захаваны, і цяпер там філіял гарадскога музея – «мастацкая галерэя Савіцкага». Дзякуючы актывізацыі дэпутатаў удалося не дапусціць будоўлі жытла на месцы могілак часу Першай сусветнай вайны (вул. Чарвякова; цяпер там мемарыял).

Не ведаю, хто б зараз узяўся сабраць 74 подпісы, але і 54 сталі б файнай аплявухай для лукашэнскай адміністрацыі. Ды што 54 – нават 24… Як ёсць жаданне, то з’яўляюцца і магчымасці.

Цвяроза ацэньваючы стан дэпутацкага корпусу (у 2002 г. дзеяла ў ПП «напаўапазіцыйная» група «Рэспубліка», куды ўваходзілі вышэйзгаданыя Парфяновіч, Фралоў…), мяркую, што «выбары» 17.11.2019 усё ж адбудуцца. Дыбаць на ўчастак або не, пакуль што не вырашыў. З аднаго боку, няма ахвоты ўдзельнічаць у мерапрыемстве, якое глуміць Канстытуцыю, але, кіруючыся такой логікай, не варта браць удзел ні ў воднай дзяржаўнай імпрэзе пасля 24.11.1996… Гэта амаль немагчыма, і ёсць доля ісціны ў словах аўтара belisrael Анатоля Сідарэвіча: «Адсутны не мае рацыі». Хаця… я б не надта сумаваў, калі б кандыдаты «альтэрнатыўных сіл» дружна адмовіліся ад удзелу ў «выбарах», як тое прапаноўваў у мінулым месяцы і сам сп. Анатоль 🙂

*

Вычытаў у Івана Шамякіна ў дзённіках, якія харошыя аповесці ён пісаў у пачатку 1990-х. «Зямны рай» («Paradies auf Erden») я сяк-так асіліў, другую потым чытаць не захацелася. Вырашыў спытацца ў Андрэя Федарэнкі, ці сапраўды ён хваліў шамякінскія творы, і вось які быў адказ (13.08.2019):

Тое, што напісаў пра мяне Шамякін – гэта яго літаратурныя фантазіі. Вось вер пасля гэтага дзённікам. Я ўспомніў размову з ім, першы і апошні раз адзін на адзін, у рэдакцыйным кабінеце часопіса «Полымя». Ён друкаваў тады ці то гэты самы «Зямны рай», ці то быў у яго такі раман – «Злая зорка», пра Чарнобыль. Я тады на прозе не працаваў, але чуў, як наракалі людзі ў рэдакцыі на яго слабізну і на пазіцыю аўтара. Шамякін спытаў, як мне яго твор, я пачырванеў і сказаў, што чарнобыльскія рэаліі ён слаба ўяўляе, што ж да яго грамадзянскай пазіцыі, яна мне катэгарычна не падабаецца. Ён нічога не адказаў, але больш мы ніколі ў жыцці не сустрэліся і не перазваніліся.

Мо я пакінуў бы гэты ліст у сваім архіве, аднак… Запісы Шамякіна 1990-х гадоў увайшлі ў збор яго твораў, выдадзены ўжо ў нашым стагоддзі пад грыфам Нацыянальнай акадэміі навук. Выдаўцы і каментатары некрытычна ўспрынялі запіс народнага пісьменніка ад 19.04.1993, гэтаксама як многія іншыя, мякка кажучы, небясспрэчныя заявы Шамякіна (больш падрабязна гл. тут). От такая гістарыяграфія, гэткае літаратуразнаўства… Мо даспею да асобнага артыкула пра фэйкі ў акадэмічным выданні, падрыхтаваным з удзелам кандыдата філалагічных навук Алесі Іванаўны Шамякінай і доктара філалагічных навук Міхася Іосіфавіча Мушынскага (1931–2018, хай ён спіць спакойна).

Фрагменты з т. 22 і 23 збору твораў І. Шамякіна (Мінск: Мастацкая літаратура, 2014)

Але ж ёсць больш уцешныя моманты ў жыцці. Прыйшоў ліст ад небезвядомага актывіста «Народнай грамады» Сяргея Спарыша (у «Катлетах…» была зацемка пра піва «Спарыш» :)) Сяргей не застаўся абыякавым да ідэі «Шахматнага» напою. Чамусьці ён мяркуе, што шахматная дошка звычайна пахне хвояй, а таму прапануе зварыць хваёвае піва… Тым не менш, якой бы ні была матывіроўка, цікава азнаёміцца з разгорнутым пажаданнем ад сацыял-дэмакрата: «Піва на маладых парастках сасны або елкі, можна дадаць трохі ядлоўца. І які-небудзь адпаведны сорт хмелю – каб адчуваўся, нягледзячы на хваёвы пах, але пры гэтым гарманіраваў і дапаўняў. Можа быць, нешта з цытрусавым водарам?» Прыслухайся, о «Аліварыя»! 🙂

С. Спарыш з улюбёным напоем

Пастаянны чытач-глядач серыяла, Пётр Рэзванаў з Мінска, таксама не супраць таго, каб у Беларусі было піва «Шахматнае», але малюе яго іначай: «гэта мусіць быць кактэйль з цёмнага і светлага гатункаў».

У Нацыянальным мастацкім музеі даступныя для агляду карціны юбіляра 2019 г. Якава Кругера, а тутака можна пачытаць падрабязны нарыс пра мастака. Дэманструюць у музеі і работы Льва Дамінскага, Ісака Мільчына, Лейзера Рана.

Андрэй Дубінін наведаў выставу і сфоткаў палатно Л. Рана «Звесткі з Петраграда. 1917 год» (1957). Рэвалюцыя ў чалавечым вымярэнні…

Апрача таго, даўні аўтар belisrael.info распрацаваў лагатып для кніжнай серыі «Гебраістыка Беларусі», задуманай мінскім выдаўцом Раманам Цымберавым. Бусел у ярмолцы і талесе – адсылка да славутага рамана Майсея Кульбака пра зельманскі двор: «Дзядзькі тыя – чатыры стаўпы двара… як калгаснікі, не паснедаўшы, у разлёце белых талесаў, бы старыя буслы, беглі ўдому».

Эскізы А. Дубініна да лагатыпа серыі

Агулам платформа парталу tut.by не цешыць, але сярод інфармацыйнага фастфуду і злёгку прыхаванай прапаганды трапляюцца і годныя матэрыялы. Дзякуючы гэтаму рэсурсу я, напрыклад, даведаўся пра мастачку Яўгенію Магарыл з Віцебска (1902–1987), якая ў 1920-х гадах перабралася ў Петраград…

Вяртаючыся да размовы пра выкладанне літаратуры ў школе: ці ведалі вы, што ў Беларусі міністэрствам адукацыі яшчэ ў 2010 г. зацверджана цэлая вучэбная праграма па яўрэйскай літаратуры «для класаў з вывучэннем мовы нацыянальнай меншасці»? Аўтары – М. Журына, І. Грузман. Добра, што праграма ёсць, і да таго ж не пазбаўленая логікі, але… Штосьці заўсёды будзе лішняе, а чагосьці будзе не хапаць. Асабіста мне не хапае таго ж Кульбака, Эфраіма Севелы… І неяк дратуе сказ «Народный, разговорный язык произведений Сфорима» (гэта пра ўраджэнца беларускага Капыля Мендэле Мойхер-Сфорыма, aka Мендэле-кніганошу, aka проста Мендэле; асобнае слова «Сфорым» знача «кнігі» :)).

Загрузіць вордаўскі файл з праграмай можна тут. Я б не быў супраць атрымаць уражанні пра дакумент ад чытачоў, дасведчаных у літаратуры і педагогіцы. Раптам агульныя намаганні спародзяць нешта лепшае?

Цытатнік

«У Беларусі попыт на здаровых, паслухмяных выканаўцаў з комплексам вывучанай бездапаможнасці, у большай частцы свету – на здаровых, разумных стваральнікаў з высокай гатоўнасцю да самарэалізацыі. Добра, што мы супадаем з сусветным запытам прынамсі ў адным пункце: здароўе» (Віктар Бабарыка, 2019)

«Тэорыі змоў не проста прывабныя… Іх распаўсюд падточвае дэмакратыю і ўмацоўвае таталітарныя рэжымы» (Хемі Шалеў, жнівень 2019)

«Ніводзін новы ідэалагічны прадукт, у тым ліку і той, што прыходзіць да нас з геаграфічнага Захаду, няможна ўспрымаць некрытычна: трэба разабрацца ў тым, што іменна, як і чаму прапаноўвае той ці іншы аўтар» (Андрэй Іларыёнаў, 06.08.2019)

«Мізантропія – добры інструмент для мастака, але яна не можа быць асновай яго светапогляду» (Дзмітрый Быкаў, 09.08.2019)

«Калі доўга весяліцца, гледзячы, як навокал нелянівыя людзі будуюць антыўтопію, то апынешся акурат унутры антыўтопіі» (Іван Давыдаў, 14.08.2019)

«Калі ў вас пастаянна крадуць фігуры з дошкі і мяняюць правілы гульні, то даволі дзіўна марнаваць час на “разумныя хады”, – больш лагічна змахнуць дошку са стала» (Аляксандр Хоц, 15.08.2019)

Вольф Рубінчык

Мінск, 16.08.2019

wrubinchyk[at]gmail.com

Апублiкавана 16.08.2019  22:10

Водгукi

“Калі пафантазіраваць, то “Шахматнае” піва магло б быць у двух варыянтах — светлае і цёмнае. Наконт усялякіх дабавак у напой гаварыць не буду — як аматар нямецкіх законаў піўной чысціні стаўлюся да ўсялякіх дадаткаў падазрона )))” (Зміцер Дзядзенка, г. Мінск)  19.08.2019  01:17

“Успомніў свае першыя куплёныя шахматы, 3 р. 60 кап., пачуў непаўторны стук адна аб адну драўляных фігурак, успомніў, чым яны пахлі: лакам і… хвояй. Менавіта так – хвоя – называлі ў нас сасну. Так што Спарыш не памыліўся. Поспехаў Вам!” (Андрэй Федарэнка, г. Мінск) 21.08.2019  09:07