Tag Archives: газета «Новы час»

В. Рубінчык. Коўзкае становішча

Калі мой цесць, светлай памяці Віктар Сцяпаныч, сядаў гуляць у шашкі, то нярэдка задумляўся і вымаўляў тое, што ў загалоўку. Праўда, казаў па-руску – «скользкое положение».

Залатая восень уступіла ў свае правы…

«На экране акна» (C)

Наколькі прыгожа цяпер у парках і скверах, настолькі трывожна ў цэхах, бальніцах (каранавірус у Беларусі перайшоў у контрнаступ – афіцыйна зноў кажуць пра 10 тыс. нявылекаваных, а колькасць смяротных выпадкаў няўхільна набліжаецца да тысячы), офісах, дый кватэрах, куды ў любы час могуць залезці (ня)ветлыя чалавечкі.

Зрэшты, і Кіеўскі сквер памятае «перадвыбарныя мерапрыемствы» пачатку жніўня г. г., адно з якіх – тое самае, з «дыджэямі Перамен» – ледзь не перарасло ў рандэву Святланы Ціханоўскай з электаратам. Эх, не наважылася пані выступіць перад тысячамі людзей, што сабраліся ў скверы і пры канцы бульвара Шаўчэнкі 6 жніўня… 🙁 Кандыдатка ў палітыкі збаялася «правакацый», і ў нечым яе можна зразумець. Але пасля таго акту «звышабачлівасці» (ды яшчэ пары эпізодаў у тым жа ключы) ультыматум уладам РБ, агучаны Святланай з-за мяжы 13.10.2020, выглядаў досыць камічна.

Няўжо хтось на самай справе чакаў ад «вялікага боса» заявы аб адстаўцы ў наступныя 12-13 дзён? Тут нават адміністрацыю Цэнтральнага раёна ніяк не ўдаецца «зацугляць» – пад ейнай эгідай па-ранейшаму робяцца дзіўныя рэчы. І ў апошнія пару тыдняў нейкія бэйбусы пад аховай міліцыі замалёўвалі выяву дыджэяў на суседняй з Кіеўскім скверам «Плошчы Перамен», знішчалі белыя і чырвоныя стужкі… Гэткую б упартасць – ды ў мірнае рэчышча.

Паўгода таму пісаў пра адсутнасць пазнак, дзе адлюстроўвалася роля жыхароў Кіева ў адкрыцці сквера. Металічныя пліты з надпісамі зніклі ўжо за лукашэнскім часам; як можна бачыць на фота, іх няма і сёння, 28.10.2020

Занепадае і фантан, створаны каля «Кіева» ў сярэдзіне 1980-х…

«Замест абяцанага Хрушчовым камунізму ў 1980 г. адбыліся Алімпійскія гульні ў Маскве», – такі жарт хадзіў сорак гадоў таму. Жарцік успомніўся, калі ўвечары 26.10.2020, пасля шпацыру па згаданым бульвары, дзе ўстрымаліся ад працы хіба дзве ўстановы з двух тузінаў магчымых, я трапіў на паэтычную вечарыну ў «Шахматным дворыку» (паміж вул. Асіпенка і Кахоўскай).

Вершы П. Горбача – своеасаблівы субстытут рабочых пратэстаў. На запрашэнне мясцовых жыхароў пад каштанамі выступілі і іншыя паэты: Дар’я Бялькевіч, Уладзь Лянкевіч, Віталь Рыжкоў. Асабліва кранулі вершы былога калінкавічаніна Змітра Дзятліка. А Марыя з праваабарончага цэнтра «Вясна» папрасіла прысутных – чалавек 50-60 – часцей пісаць палітвязням, і пакінула адмысловыя паштоўкі

Крыху пазней мы з жонкай апынуліся на канцэрціку мінска-ашмянскага гурта «Leibonik» (Сяргей Башлыкевіч & Ганна Рэзнік гумарылі каля знакамітай будкі на вул. Чарвякова). Не ўпэўнены, што песенька пра каханне да ксенаморфа – іменна тое, чаго чакалі аўтары гэтай улёткі, напярэдадні ласкава раскіданай па паштовых скрынях нашага пад’езда:

Зрэшты, у той жа дзень – 26 кастрычніка – Пуцін заявіў пра гатоўнасць НЕ размяшчаць у еўрапейскай частцы Расіі ракеты 9М729. Здавалася б, пры чым тут заклікі пані Ціханоўскай? Авой, цалкам можа быць, што не Света – агент Валодзі, як на тое ўсцяж намякае пан Зянон, а наадварот; што пад бяскрыўднай знешнасцю хатняй гаспадыні хаваецца яшчэ тая маніпулятарка, здольная ўплываць на «вежы Крамля». Ну, а тое, што «ўльтыматум» тутака не зусім спрацаваў… проста, відаць, Беларусь – не яе маштаб 🙂 🙂 Назіраецца нешта сярэдняе паміж глабальнымі дэмаршамі Алеся Мілінкевіча & Грэты Тунберг… Хай так.

Нямецкі журналіст Крысціян Трыпе мяркуе, што наданне «беларускай апазіцыі» (не люблю гэты выраз, і шматкроць тлумачыў, чаму) прэміі імя А. Д. Сахарава, якая прысуджаецца Еўрапарламентам, стала «сімвалам падтрымкі для грамадзян Беларусі і сігналам непрымання Еўропай Лукашэнкі» (22.10.2020). Забаўна, што ў 2006 г. ужо быў лаўрэат з Беларусі, карыстаўся той жа рыторыкай, маўляў, «прысуджэнне прэміі стала пацвярджэннем падтрымкі яго краіны Еўрапейскім Саюзам, які выступае за маральныя прынцыпы ў палітыцы», і?.. За 14 гадоў «Еўропа» з яе «прынцыпамі» мірылася з Лукашэнкам, сварылася, зноў мірылася за кошт «апазіцыі»… Агулам, паводзіла сябе, як пасажыры з мапасанаўскай аповесці «Пышка» у адносінах з нямецкім афіцэрам. Ці трэба тлумачыць, хто ў такім разе Пышка? (⊙_⊙)

Пэўную маркоту наганяюць павярхоўнасці ад расійскіх дабразычліўцаў. Гары Каспараў: «У адрозненне ад прымітыўнай дыктатуры Лукашэнкі, у Расіі выбудавана глыбока эшаланіраваная ідэалагічная абарона рэжыму» (30.09.2020). На 27-м годзе існавання «прымітыву» можна было б і здагадацца, што ён абапіраўся – і абапіраецца – не толькі на «калгасную харызму»! Або Кацярына Шульман, якая мяркуе, што «у вас (г. зн. у нас – В. Р.) няма ніякага рэгіянальнага падзелу, адзіная эліта, і ніякіх кланаў больш няма» (06.10.2020). Узвышэнне «магілёўскіх», супярэчнасці паміж тутэйшымі «сіслібамі» ды «сілавікамі», расстаноўка на ключавыя пасады сыноў і сужэнцаў як бы трошачкі абвяргаюць тэзісы дасведчанай паліталагіні… Тое, што ў 1988-м не было ў Беларусі «неспакою», таксама спрэчна: гэта год адкрыцця Курапатаў, заснавання БНФ і першага масавага шэсця на Дзяды. Яно было жорстка разагнанае ўладамі БССР 30.10.1988, што справакавала крытыку на адрас «Вандэі перабудовы» найперш у маскоўскіх, агульнасаюзных выданнях. Ну і «свяжак» ад прафесара юрыспрудэнцыі з Вышэйшай школы эканомікі Ільі Шаблінскага, які лічыць, што ў Беларусі «народ патрабуе сыходу дыктатара, а не валтузні з канстытуцыйнымі тэкстамі» (26.10.2020). Юрыст, а гаворыць, быццам палітык… Дый чаму б не дапусціць, што «народу» трэба не так выдаленне аднаго чалавека, як перазагрузка сістэмы, немагчымая без «валтузні з тэкстамі»?

Хоць ты вер Зянону Станіслававічу: «Асаблівасьць сітуацыі ў тым, што, пачынаючы ад выбарчай кампаніі, на беларускім палітычным полі дзейнічаюць і пануюць дзьве прарасейскія сілы, якія знаходзяцца пад кантрольным уплывам Масквы і змагаюцца між сабой за ўладу ў Беларусі, апэлюючы да беларускага грамадзтва» (22.10.2020).

Што да ўсебеларускага страйку… Думаю, забастоўкі з палітычнымі вымогамі – «дах» пабудовы, у падмурку якой мусілі б ляжаць забастоўкі з патрабаваннямі эканамічнымі. Тое, што Ціханоўская і яе атачэнне форсілі ў апошнія месяцы, параўнаў бы з мангольскім шляхам. Сто год таму вялікія рэвалюцыянеры вырашылі абмінуць этап капіталізму ды выгадаваць сацыялізм у далёкім стэпавым краі непасрэдна з феадальнага ладу. Вынікі былі сумныя – пачытайце тут.

Ізноў пра «вечнае вяртанне». 21 кастрычніка тузін случчакоў усклаў кветкі да помніка ахвярам Катастрофы на вул. Капыльскай (помнік, адкрыты ў 2007 г., уяўляе з сябе дзясятак камянёў; дакладней хіба казаць пра мемарыял). Санкцыі ўладаў яны не прасілі. Зінаіда Цімошак, былая настаўніца гісторыі, выступіла з кароткай прамовай – гэтага выявілася дастатковым, каб слуцкая міліцыя пахапала людзей, ставячы ім у віну ўдзел у «несанкцыянаваным мітынгу». Хтосьці атрымаў «суткі», хтосьці – штраф, хтосьці – тое і другое. Цяпер спн. Цімошак саркастычна разважае ў «Новым часе»: «заробак на ўскладанні кветак… – вельмі нядрэнны від бізнесу для дзяржавы ў перыяд адсутнасці інвестыцый звонку». О так, амаль паўтарылася гісторыя са зборам каля турмы на вул. Валадарскага і спробай групы маладых людзей прайсці на вул. Кастрычніцкую з лозунгам «Не фашызму ў Беларусі!» 19 год таму. Мала хто дапускаў тады, у кастрычніку 2001 г., што «новы парадак» на гэтых землях пратрымаецца так доўга.

Падобна, дзяржыморды розных генерацый засвоілі пасланне гэтай сцёбнай песні, зрабіўшы яе сваім неафіцыйным гімнам

Але культурка-то жыве. Кагадзе даведаўся, што Сяргей Башлыкевіч (той самы, з Leibonik’a) тры гады таму артыстычна выканаў песню на словы Юлія Таўбіна. «Сялянская фурманка на бруку гарадскім» – бадай тое, што пазней з лёгкай рукі Міхася Стральцова пачало звацца «сенам на асфальце». Паслухайце…

Юлій Таўбін (1911-1937) разам з дзясяткамі іншых паэтаў і празаікаў быў забіты ў Менску самі-разумееце-кімі 83 гады таму, пад канец кастрычніка.

Выпадкова ці не, але ў гэтым месяцы ва ўкраінскай Вінніцы дбаннем Уладзіміра Вакуленкі убачыла свет анталогія вершаў і перакладаў «Жыве Беларусь!», куды ўвайшло нямала твораў рэпрэсаваных аўтараў. У прыватнасці, можна прачытаць некаторыя вершы Ізі Харыка і Майсея Кульбака – як арыгіналы, так і паэтычныя перастварэнні. Укладальнік піша:

На початку навіть не уявлялася вся потужність проєкту «Жыве Беларусь! За нашу і вашу свободу!». Спочатку це мала бути невелика антологія, але чим більше згуртовувалися сябри в Білорусі, тим більше проєкт заґартовувався не лише в потужну книгу, а і справжню зброю рідним словом. Його боятимуться прихильники диктатури!

33 сильних автори, від класиків до сучасності. Плічо-пліч з ними 28 зброєносців-перекладачів з чотирьох сусідніх країн: України, Литви, Латвії та Польщі. Також з підтримкою доєдналися кримськотатарські перекладачі та перекладачі їдиш-білоруською. Сябри не хочуть кровопролиття, але диктаторська машина цього не розуміє. Є загиблі. Сябри не стануть більше пробачати. МИ ВСІ РАЗОМ! БІЛОРУСЬ ЖИВЕ і НАВІКИ БУДЕ ЖИТИ!

Мяркую, гэтыя абзацы перакладаць акурат і не трэба – я дык усё зразумеў. Kалі наведваў Украіну (тройчы ў 2013-2015 гг.), глядзеў тамтэйшыя тэлеканалы, каб падцягнуць веданне блізкай мовы.

У. Вакуленка з выдадзенай ім кнігай. На старонцы, дзе пачынаецца раздзел «Ідыш – Беларусь», відаць і падзагаловак на ідышы: «Far undzere un ajere frajhajt» («За нашу і вашу свабоду»)

Анталогія «Жыве Беларусь!» убачыла свет і ў электронным выглядзе, і ў класічным папяровым, і шрыфтом Брайля была надрукавана. А вось найноўшыя зборнікі нашага пільнага чытача Змітра Дзядзенкі – сам з Оршы, жыве-працуе ў Мінску – існуюць пакуль што адно ў фармаце epub. Затое гэтыя е-кнігі, «К-версія» і «Каралеўскае паляванне», можна задарма спампаваць на kamunikat.org – тут і тут. Нешта з іх я чытаў раней (балазе, напрыклад, апавяданні «Мінус» і «Спадарок» упершыню публікаваліся на belisrael.info), нешта яшчэ пачытаю, і вам рэкамендую.

Аўтар, як тыя магічныя рэалісты, шукае незвычайнае… мо нават знаходзіць, не шукаючы. Ды яшчэ пакеплівае: «Казкі любяць людзі ўсе — ад малых да старых. І не толькі чытаць, але і жыць у іх. Адны бясконца будуюць замкі на пяску, другія да старасці шукаюць сваіх прынцаў і прынцэс, трэція ўсё жыццё змагаюцца з цмокамі…»

Карацей, чытайце e-кнігі, беражыце лясы, яны нам яшчэ прыгадзяцца.

Дзясятага кастрычніка магло б споўніцца 80 гадоў слыннаму літаратару Кастусю Тарасаву (1940-2010). Чытаў некалі і яго рускамоўныя дэтэктывы, але найбольшае ўражанне зрабіла кніга «Памяць пра легенды»; праз яе прызму доўгі час я пазіраў на мінуўшчыну Беларусі. Меркаванне гісторыка Дзяніса Марціновіча: «Творы Кастуся Тарасава сталі адной з вяршыняў беларускай гістарычнай прозы, а яго асоба абумовіла развіццё гэтага жанру на дзесяцігоддзі».

Цікавіўся Тарасаў сучаснай палітыкай – добра памятаю, што ў 1990-х ён выступаў на пляцоўцы за домам № 40 па вул. Кахоўскай. Ці то сам тады выступаў у ролі кандыдата, ці быў чыёсьці даверанай асобай.

К. Тарасаў; тая пляцоўка і цяпер мае даволі-ткі пратэстны характар 🙂

І апошняе. Хораша прайшла экскурсія па Каштанаўцы & Старажоўцы, якую правяла гісторык Паўліна Скурко 24 кастрычніка. Спадарыня згадала і тое, што на бульвары Шаўчэнкі ў познесавецкі час нярэдка размаўлялі на ідышы.

Вольф Рубінчык, г. Мінск

28.10.2020

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 28.10.2020 21:55

«Долой самодержавие!»: как в Беларуси за демократию сражались

Пишет Юрий Глушаков («Новы час», 23.10.2020)

В октябре 1905 года, 115 лет назад, русский царь Николай II под давлением революции был вынужден объявить «Манифест» о гражданских свободах и выборах в Государственную Думу.

Карикатура 1905 года. Фото img01litfund.ru

Лето 1905 года выдалось жарким, прежде всего в политическом смысле. Не успели утихнуть революционные волны, вызванные июньским восстанием на броненосце «Князь Потёмкин-Таврический», как разразилась забастовка в Лодзи. Вскоре она переросла в вооруженное восстание и баррикадные бои рабочих, сражавшихся с полицией. Неспокойно было и в Беларуси, которую царские власти пренебрежительно называли «Северо-Западным краем».

Митинг в Лодзи, 1905 год

Уже в конце мая 1905 года в Гомеле прошла однодневная забастовка против погрома в Житомире. В Гомеле казаки застрелили 17-летнего рабочего во время разгона людей на «бирже труда» на улице Ковальской (ныне Интернациональная). В тот же день неизвестные стреляли в гомельского полицмейстера, но неудачно. Ранения получил пристав Дашкевич. 20 июня прошла многолюдная демонстрация – солдаты и офицеры 160-го абхазского пехотного полка выразили солидарность с манифестантами. Демонстрации шли одна за другой. Например, 12 июля 4000 рабочих протестовали против телесных наказаний, применённых против жителей деревни Дятловичи.

В ответ власти ввели в Гомель казаков и «дикие» подразделения черкесов. Начались массовые облавы, аресты и избиения людей, в том числе случайных прохожих. Резиновых дубинок тогда еще не знали – с протестующими расправлялись при помощи нагаек, шашек, прикладов, да и просто кулаков и сапогов. Несколько человек получили огнестрельные ранения.

Черкесы разгоняют демонстрацию в Кракове

Массовые демонстрации и аграрные волнения охватили тогда всю Беларусь. Забастовки, демонстрации и различные акции проходили в Минске, Гродно, Могилеве, Бресте, Витебске, Мозыре, Бобруйске и многих других городах. В июне 1905 г. началась всеобщая забастовка в Белостоке Гродненской губернии. Её организовала местная группа анархистов-коммунистов. Но 29 июня произошла трагедия. По некоторым данным, провокатор обстрелял патруль. По другой версии, анархист Арон Елин (Гелинкер) бросил бомбу в помощника полицмейстера Глобского и группу полицейских. Как бы то ни было, в ответ полиция и войска начали кровавую зачистку в центре Белостока, задерживая и безжалостно избивая всех прохожих. Всего было убито 13 горожан, при этом один городовой Павел застрелил шесть человек.

Помимо общероссийских социалистических партий, еврейских и польских социалистов, в Беларуси действовала и Белорусская социалистическая грамада. БСГ выступала за социальное и национальное освобождение белорусских рабочих. Во многом ориентируясь на революционное народничество, БСГ создала Белорусский крестьянский союз. При нем формировались отряды крестьянской самообороны. Летом 1905 года Белорусская социалистическая грамада готовила всеобщую крестьянскую забастовку, листовка «Ко всем дворовым работникам и работницам…» была напечатана тиражом 10 тысяч экземпляров. Батраков, которые в основном работали за еду у хозяев, призывали предъявлять такие требования – мясо 2-3 раза в неделю, молоко – каждый вечер. Таковы были реалии жизни простых людей в Российской империи, «которую мы потеряли».

Цензура посредством недвижимости

Поднимающийся вал революции вынудил даже замшелое самодержавие пойти на уступки обществу. 19 августа 1905 г. было объявлено о созыве «законосовещательной» Государственной думы. Она получила название «Булыгинская» по имени главы МВД Александра Булыгина, подготовившего этот проект. В то время центральные органы представительной власти в Российской империи вообще отсутствовали: монархическая власть опиралась исключительно на жесткую «вертикаль» исполнительной власти.

А. Булыгин

Царь Николай II обладал колоссальными полномочиями. Он единолично назначал правительство и губернаторов, только перед ним отчитывались все высшие должностные лица. Самым важным из министерств было министерство внутренних дел, в ведении которого находились не только общая и политическая полиция плюс жандармерия, но и местные органы власти. Государственный совет был призван играть символическую представительную роль. Однако его члены никем не избирались, а назначались лично царём – обычно пожизненно, из числа земельной аристократии и других «высших чинов». При этом полномочия Государственного совета ограничивались совещательными функциями при «государе императоре».

Конечно, на самом деле Николай Романов правил не один. Слабовольный и недальновидный царь большую часть ответственности за управление страной перекладывал на своих подчиненных, а его собственные решения сильно зависели от мнения царицы и ее ближайшего окружения. Но тем более, при формально неограниченном самодержавии, вся страна становилась игрушкой в руках сановников и просто авантюристов, сумевших пробиться к престолу. Самым вопиющим примером фаворитизма и мошенничества стала в дальнейшем незабвенная «распутинщина».

Царь Николай II

В Российской империи избирались только городские думы и земские собрания. Но даже выборы местного самоуправления не были ни демократическими, ни свободными. Выборы жёстко обставлялись имущественными и классовыми ограничениями. Депутаты избирались по «куриям» – от крупных землевладельцев, от сельских общин и т. д. Необходимым условием для избрания было наличие определенной недвижимости, при этом права избранных были исключительно номинальными. В городской думе «нехристиане» не могли составлять более пятой части депутатов, в то время как евреи составляли более половины населения городов и местечек. В белорусских губерниях, которые после восстания 1863 г. находились под подозрением, царь в описанное нами время так и не позволил учреждение земств.

Не менее ограничительная система была заложена и в проекте «Булыгинской думы». Полностью отстранялись от выборов рабочие и крестьяне, не имевшие достаточного имущественного ценза. Студенты и солдаты также лишались права голоса, да и женщинам по-прежнему не разрешали голосовать. Из 143 миллионов жителей Российской Империи только 4 миллиона самых богатых получили бы избирательное право. Те же крестьяне, кто преодолевал имущественный порог, должны были отсеивать своих депутатов по 4-ступенчатой избирательной системе! Даже дворянство и буржуазия были лишены прямых выборов – для них предусматривалась двухуровневая система. И в итоге эта пирамида снова оказывалась не полноценным парламентом, а всего лишь «законосовещательным» органом. Единственный плюс заключался в том, что в законе впервые говорилось о «тайном голосовании». Но по сути «Булыгинская дума» никак не ограничивала власть царя и бюрократии, стоявшей за его престолом.

Но планы половинчатой «конституционной реформы» царизма скорректировало освободительное движение, продолжавшее нарастать.

«За нашу и вашу свободу!»

В обществе проект Булыгина практически никого не удовлетворил, и вскоре поднялась новая революционная волна. Сильнейший удар самодержавию нанесли рабочие, организовавшие всеобщую забастовку. Белорусские рабочие стояли в авангарде этой борьбы.

25 сентября бастовали 1200 рабочих брестских мастерских в Москве. 7 октября Всероссийский союз железнодорожников (ВСЖ), находившийся под влиянием партии эсеров, призвал к общероссийской забастовке. По телеграфным проводам и стальной магистрали протестный импульс быстро передался в разные части Российской империи. 11 октября в Гомеле прошел митинг железнодорожников, в котором приняли участие 10 тысяч человек. 12 октября прекратилось движение на Полесской и Либово-Роменской железных дорогах. 13 октября коалиционный комитет в Гомеле призвал к всеобщей забастовке. Электростанция перестала работать, вокзал погрузился во тьму. Либавский поезд ушел в тот день под конвоем войск.

Октябрьская стачка. Иллюстрация с pbs.twimg.com

К середине октября забастовали железнодорожники Минска, Гомеля, Бреста и других белорусских станций. К забастовке присоединились профсоюзы врачей, конторских служащих и представителей других профессий. А 14 октября заявил о поддержке всеобщей забастовки «Союз союзов» – объединение ряда профсоюзов страны, которые существовали, как правило, нелегально или полулегально. Жители Российской империи не имели права свободно объединяться в союзы, в том числе профессиональные.

Власти отчаянно пытались подавить народное движение репрессиями. 6 октября в Минске полиция устроила массовое избиение после митинга в синагоге. Пострадали более 100 человек, 8 из них получили тяжелые ранения. 6 октября неизвестные устроили несколько терактов против полицейских.

Всероссийская политическая забастовка приобрела огромную популярность благодаря сочетанию экономических и политических требований. Сознательные рабочие, поднявшиеся на борьбу, требовали созыва Учредительного собрания на основе всеобщего, равного, тайного и свободного избирательного права. При этом забастовочные комитеты требовали введения 8-часового рабочего дня, признания со стороны администрации рабочих депутатов, без согласия которых люди не могли быть уволены, повышения заработной платы, выплаты пособий по болезни, отмены штрафов, запрета женщинам выполнять мужскую работу и освобождения беременных от работы на 4 недели до родов и 6 недель после родов с выплатой зарплаты, открытием яслей, оплачиваемых отпусков, открытия библиотек на предприятиях. Забастовщики также требовали передать народу всю землю в общественное уравнительное пользование.

Анархия прoтив демократии

Всеобщую забастовку в Беларуси поддержали как социалистические партии – социал-демократы, эсеры, Белорусская социалистическая Грамада, Бунд, Поалей-Цион, Польская социалистическая партия (ПCП) и другие, так и либералы – конституционные демократы из «Партии народной свободы». Но не всё было просто. Несмотря на общий рост борьбы за демократию, часть радикалов была недовольна этим энтузиазмом. Речь об анархистах-коммунистах, первые группы которых в Российской империи появились в Гродненской губернии. Цитаделью анархистского движения был Белосток, где сторонники безвластия имели огромное влияние на рабочих. Но после того, как местный пролетариат присоединился к всероссийской политической стачке, лидеры движения под чёрным флагом чуть ли не хватались за голову со словами: «Всё пропало!»

Дело в том, что анархисты того времени не признавали никаких компромиссов, считая и либеральную республику, и самодержавную монархию практически одним злом. Для этих крайних радикалов любое государство и любая форма капитализма были неприемлемы. А то, что массы снова последовали за политическими «властническими» партиями, которые поманили их демократическими лозунгами, это «экстремистское крыло» анархизма восприняло чуть ли не как личное поражение.

Некоторым утешением для анархистов-коммунистов стало то, что они сумели включить в требования белостокских забастовщиков и многие экономические моменты. Но вскоре «чернофлажники» задумали дать более обстоятельный ответ «буржуазному минимализму и демократизму». При всём своем пылком темпераменте анархисты-коммунисты были в некоторых отношениях реалистами и оценивали революцию, происходившую на их глазах, как буржуазно-демократическую. Но чтобы не «утонуть бесследно в огромной демократической волне», анархисты этого лагеря намеревались обострить борьбу не только с государством, но и с буржуазией.

Однако насчёт того, что противопоставить демократической эйфории, мнения анархистов разделились. Самая крайняя фракция выступила за «антибуржуазный террор». С ней спорили так называемые «коммунары» – они не соглашались с тактикой индивидуального террора. «Целой исторической полосе нельзя противопоставить индивидуальный протест отдельных покушений», – писал в органе анархистов-«чернофлажников» «Бунтарь» некто «Леонид Виленский».

Тактика же «коммунаров» предполагалась такая: «Пройдёт революция, – говорили они («коммунары» – Ю. Г.), – и образами героев-борцов, кровью погибших жертв, крестами братских могил на многие, долгие годы осветит в глазах масс демократический флаг. Для них это будет что-то дорогое и выстраданное. Враждебно и холодно встретят тогда массы любую критику демократии. Им это покажется кощунственным. И необходимо сейчас, на большом фоне демократии, создать хотя бы одну точку, враждебную всей картине. Пусть это будет лишь точка, пусть она вспыхнет и погаснет, но след останется. Многомиллионные массы заметят её и сохранят в своих умах как нечто идущее вразрез с идеями и лозунгами демократии. Таким пунктом может быть только массовый анархический акт – попытка восстания во имя анархической коммуны».

При этом попытка заранее обрекалась на поражение и жертвы, но должна была быть сделана в пропагандистских целях. Однако «чернофлажникам» не удалось создать хотя бы временную «военно-революционную коммуну» в Белостоке и других городах, приступив к внедрению там анархо-коммунизма. Группы анархистов, готовившие подобные выступления, были арестованы полицией, вероятно – не без помощи провокаторов.

Сторонники традиционного анархизма в духе идей князя Кропоткина считали такие попытки «вспышкопускательством». Сам Кропоткин призывал не злоупотреблять насилием даже ради революции и делал упор на пропаганду идей будущей свободной безгосударственной системы анархических коммун. Позже он предположил, что анархические инициативы смогут развиваться и в республиканском государстве в русле так называемого «демократического федерализма». Осенью 1905 г. белорусские сторонники Кропоткина и близкого к нему органа «Хлеб и Воля» провели съезд в Вильно. Его организатором стал уроженец Витебской губернии столяр Илья Гейцман («Хаим Лондонский»), до того дважды бежавший с военной службы.

Объявление Манифеста 17 октября

«Царь испугался, издал манифест: мёртвым – свобода, живых – под арест»

Но что бы ни писали анархисты, массы действительно жаждали политической воли и той социальной справедливости, которая могла быть реализована хотя бы в рамках этой воли. Беларусь, как и вся Российская Империя, была охвачена всеобщей забастовкой, везде шли демонстрации и столкновения с царской полицией. Всего во всероссийской политической стачке приняло участие около 2 миллионов человек. Железнодорожное сообщение было остановлено практически везде. Сотрудники телеграфно-почтовых контор и телефонных станций объявили о прекращении работы. Бастовали не только рабочие, но и учителя, инженеры, врачи, юристы, суды, сотрудники банков, министерств и других государственных учреждений. К забастовке присоединились даже артисты императорских театров. В Петербурге не работало электрическое и газовое освещение, столица погрузилась во тьму.

И самодержавие заколебалось. 17 октября 1905 года был провозглашен «Манифест» Николая II. Уже в первой строчке самодержец признал, что фактически идёт навстречу народу под давлением «смут и волнений в столицах и во многих местностях». Отсюда «наше сердце преисполнено великой и тяжелой скорбью». Требуя, как и прежде, жестокого подавления беспорядков, царь вынужден был в целях примирения: «1. Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов. 2. Не останавливая предназначенных выборов в Государственную Думу (речь о «Булыгинской Думе» – Ю. Г.), привлечь теперь же к участию в Думе, в мере возможности, соответствующей краткости остающегося до созыва Думы срока, те классы населения, которые ныне совсем лишены избирательных прав, предоставив этим дальнейшее развитие начала общего избирательного права вновь установленному законодательному порядку». С тех пор ни один закон не имел силы без одобрения «выбранных от народа», да и Государственной Думе было дано некое туманное право «действительного участия в надзоре за закономерностью действий поставленных от НАС властей».

Примечательно, что «Манифест» был о вовлечении в выборы всего населения, ранее лишенного избирательного права. Правда – «в мере возможности». Но напуганный революцией царь пообещал в будущем и введение общего избирательного права. Если подходить к этой формуле буквально, то ни в одной европейской стране избиратели не имели такого права.

Также Манифест 17 октября отменил фактические запреты на издания на белорусском и украинском языках. В следующем, 1906-м году, вышла первая газета на белорусском языке – «Наша Доля».

Погром

Но, как говорится, «гладко было на бумаге…» С одной стороны, местные власти и сам министр внутренних дел ничего не знали о «Манифесте», который был подготовлен тайно, и прочли о нём только в газетах. Судя по всему, либералы в правительстве во главе с премьер-министром Сергеем Витте, опасаясь вмешательства консервативных кругов, скрывали подготовку документа. Растерянностью властей воспользовались демократическими силами, и многочисленные радостные демонстранты заполнили улицы городов. Но реакция, не без санкции самого Николая II, ответила на «дарование свободы» жестоким террором.

18 октября на площади у Виленского вокзала в Минске собрался массовый митинг, организованный железнодорожным стачечным комитетом во главе со служащими Либаво-Роменской дороги Павлом Жабой и Петром Гамзахурди. По линии министерства путей сообщения они одними из первых получили полный текст царского «Манифеста» и зачитали его присутствующим. После переговоров с минским губернатором Павлом Курловым митинг был дозволен. А из Пищаловского замка выпустили часть политзаключенных, которые сразу присоединились к присутствующим.

Однако власти решили, что такой «разгул свободы» даровать нельзя. Когда мирные участники санкционированного «массового мероприятия» начали расходиться, по ним открыли огонь войска и полиция. Винтовочные залпы с близкого расстояния буквально косили людей. Среди прочих была убита эсерка Роза Шабад, стоявшая с красным флагом. Полиция продолжила расправу над людьми, пытавшимися спрятаться на близлежащих улицах. Всего погиб 51 человек, еще больше получили ранения. Данные медицинской комиссии показали, что большинство убитых получили пули в спину или затылок.

Жертвы погромов

В других случаях полиция привлекала боевиков из националистического «Союза русского народа» к нападениям на демократические и рабочие организации. «Черная сотня» громила и убивала евреев, а там, где их не было – интеллигентов и других «подозрительных». Погромы и массовые убийства прошли в Речице, Орше и других городах.

В октябре 1905 года отряд местной самообороны во главе с Лейбом Рожендом («Лейба-страдалец») выехал из Гомеля в Речицу, чтобы предотвратить погром. Рабочий Роженд отличался огромной физической силой и был опасен для местных черносотенцев. Но на станции Лейба допустил ошибку – купил билеты сразу для всех дружинников. Гомельскую самооборону в Речице уже поджидала засада. Призванные из запаса военнообязанные вместе с «чёрной сотней» расстреляли из винтовок гомельских дружинников по дороге с вокзала в город. Раненых добивали топорами и прикладами. Одному из самооборонцев отсекли ногу, и на фото этой ужасной бойни её можно видеть рядом с трупами.

Однако в Гомеле «чёрная сотня» не решилась устроить погром по случаю дарования «свобод». Гомельские железнодорожники сформировали в стачечном комитете рабочую дружину из 300 человек. И объявили о твёрдом намерении защитить безопасность граждан.

Противостояние между силами революции и реакции продолжалось ещё долго. Когда монархии удалось временно потеснить демократическое и социальное движение, царь быстро забыл об «общем избирательном праве». Выборы в следующие Госдумы проводились на основе того же сословного-имущественного ценза, женщины и малообеспеченные к выборам по-прежнему не допускались. Избирательные кампании часто сопровождались массовыми арестами избирателей, представителей интеллигенции и всех недовольных. Капризный самодержец неоднократно разгонял неудобных для него депутатов. И в конечном счёте нежелание царизма идти по пути постепенных преобразований привело его к гибели.

Но даже сразу после поражения первой революции, при помощи всех войск, полиции и «чёрной сотни», не все её достижения удалось ликвидировать или свести к формальности.

И сегодня всеобщая забастовка в октябре 1905 года для нас не просто история. По большому счету, 8-часовой рабочий день, право на объединение в профсоюзы, на оплачиваемый отпуск и больничный, на декретный отпуск, равноправие женщин и многие другие социальные завоевания – всё это родом из 1905 г. Как, впрочем, и парламентская демократия, и всеобщее избирательное право, и признание белорусского языка и национальной культуры. Что-то из названного работает хорошо и давно стало для нас привычным, что-то до сих пор остаётся пустым звуком. Но ведь история и жизнь общества – не застывшая данность, а динамичный и сложный процесс постоянной борьбы различных социальных сил и их идей. Вечное противостояние мракобесия и насилия – и свободы и справедливости.

Перевод с белорусского belisrael

Источник

Опубликовано 23.10.2020 21:19

Д. Драгунский: «Желаю Беларуси как можно большей независимости»

Юрий Глушаков, газета «Новы час» (12.10.2020)

Писатель Денис Драгунский, одним из первых откликнувшийся на призыв Светланы Алексиевич высказаться о событиях в Беларуси, имеет гомельские корни. Его отец, автор знаменитых «Денискиных рассказов» Виктор Драгунский, родился в семье гомельчан и провёл детство на берегах Сожа.

Фото nacion.ru

Однажды в Гомеле

Лев Драгунский, дед популярного детского писателя, был одним из основоположников социал-демократического движения в Гомеле.

В конце XIX – начале XX веков жизнь патриархального, по сути, города взорвали пришедшие сюда железная дорога и капитализм. Подле деревянных особняков с соломенными крышами задымили трубы первых фабрик и заводов. Сперва работавших на них пролетариев всё устраивало – ну и что, что рабочий день длился 16 часов, зато была «стабильность», и хозяин расплачивался деньгами. Поначалу хозяина мастерской или фабрики, как и царя-батюшку, так и воспринимали – как «отца»-кормильца. Но разразился один экономический кризис, затем другой. И в рабочих кварталах появились такие люди, как Лев Драгунский. В этих кварталах они начали создавать кружки самообразования для рабочих. Это было важно, потому что имперские власти не желали тратить деньги на школы, и большинство населения оставалось неграмотным. Пропагандисты, которые пошли в массы, были для пролетариата своего рода «интернетом» того времени.

Интеллигенты-социалисты хотели свержения самодержавия. А также агитировали за сокращение рабочего дня, за гражданские свободы и нормальную заработную плату. Последнее обстоятельство особенно импонировало рабочим, и это придало борьбе с самодержавием массовый народный характер. Уже первые забастовки – грозное оружие пролетариата – вынудили многих хозяев в Гомеле сократить рабочий день до 10-12 часов и повысить заработную плату – до 50 процентов.

В Гомельском музее сохранилась книга, изданная в 1925 году. В ней довольно часто упоминается революционер Драгунский. Книга чудом пережила репрессии, поскольку многие из упомянутых в ней социал-демократов, в том числе большевики, бундовцы и эсеры, были позже осуждены во время «большого террора». Самого Драгунского тоже посмертно записали в меньшевики и даже пытались обвинить в сотрудничестве с «охранкой». Дело в том, что долгое время его, одного из лидеров РСДРП, политическая полиция не трогала. На самом деле «охранка» оставляла на воле его и нескольких других членов подпольного комитета, чтобы скрыть своего настоящего агента-провокатора Мирона Черномазова, который впоследствии стал выпускающим редактором легальной большевистской газеты «Правда».

Но в 1903 году Лев Драгунский был впервые арестован и предстал перед царским судом. В том году царская полиция решила опробовать в борьбе с революционным движением «новую» технологию – разжигание межнациональной вражды. 65 процентов населения Гомеля в то время составляли евреи, бытовой антисемитизм и религиозные конфликты не были редкостью. Но мало кто знает, что первоначально царская полиция для нападения на «демократов» использовала не «русских», а еврейских погромщиков. Последние набирались из ломовых извозчиков и различных темных элементов. Еврейскую «чёрную сотню» для нападений на революционных рабочих вдохновлял «казённый» раввинат. Однако рабочие организовались и дали отпор нападавшим. Тогда жандармы в августе-сентябре 1903 года настроили против евреев «русских» рабочих из мастерских Либаво-Роменской железной дороги. Однако рабочие партии впервые в новейшей еврейской истории организовали в Гомеле отряды самообороны, чтобы встретить черносотенцев с оружием в руках. Одним из организаторов гомельской самообороны был и Лев Драгунский.

При этом профессия Драгунского была абсолютно мирная – учитель русского языка. Но исследователь Марина Щукина цитирует воспоминания родственников писателя – в семье не любили людей с интеллигентской внешностью. Как только мужчины с чеховскими бородками и пенсне приходили к Льву Драгунскому, сразу шли аресты и посадки в гомельский тюремный замок.

Женой Льва Драгунского была акушерка Циля Исааковна, уроженка знаменитого «Кагального рва» – гомельской «Молдаванки». Но революция 1905–1907 годов потерпела поражение, а следом за ней распался и семейный союз Драгунских.

В 1913 году монархия Романовых с пафосом отметила 300-летие династии и свою воображаемую неприступность. А педагог и социал-демократ Драгунский развелся с Цилей и женился на Хане-Бейле Ратнер, которая была на 16 лет моложе его. В том же году молодая семья эмигрировала в Америку.

Туда же отправились дети от первого брака Исаак и Рита. Рита вышла замуж за Юзефа Перцовского, сына старьевщика. Семья была в прямом и переносном смысле молодой – Рите 16 лет, а её мужу 17. Ко всему прочему, Юзик имел криминальные наклонности. Как сообщает Марина Щукина со слов членов семьи Драгунских, Юзик, например, легко мог обокрасть лавку отца и имитировать её ограбление «неизвестным» экспроприатором.

В Нью-Йорке, в Бронксе, у Риты и Юзика родился сын Виктор, будущий советский писатель. Семья жила почти в трущобах, по крайней мере, рядом с огромными крысами, поэтому вскоре они решили вернуться в Гомель. А вот дедушка Лев, который уже принимал активное участие в американском социалистическом движении, остался в Америке навсегда. После неудачного удаления зуба он подхватил заражение крови и умер.

Виктор Драгунский. Фото ru.citaty.net

«Денискины рассказы» и Гомель

Семейная жизнь Драгунских развивалась так же стремительно, как и сама эпоха. В Гомеле произошла революция, а у Риты Драгунской появился новый муж. По смутному преданию, перед этим он приложил руку к казни её первого мужа – Юзика Перцовского, обвинённого в бандитизме. По другой версии, отец писателя умер от тифа. Как бы то ни было, отчимом будущего автора «Денискиных рассказов» стал Ипполит Войцехович, начальник Гомельской милиции. Однако в 1920 году он, в свою очередь, был убит бандитами. На его похороны на улицы Гомеля вышло огромное количество людей. А дядя будущего писателя был анархистом, участником подпольного движения против немецких оккупантов в 1918 году.

Гомель во времена НЭПа тоже жил полной противоречий жизнью. Параллельно с суровыми пролетарскими буднями и революционным строительством новая буржуазия любила отдыхать, и с пафосом. Расцвело и местное эстрадное искусство. Школьником Драгунский даже посещал кафе-шантан «Эльдорадо» в парке, ранее носившем имя Паскевичей, а в то время – имя первого наркома просвещения товарища Луначарского.

А в 1922 году его мать вышла замуж в третий раз за приехавшего на гастроли в Гомель режиссёра еврейского театра Менахема-Мендла Рубина. Кто осудит её, если гражданская война отняла у женщины первых двух мужей? Так Виктор ещё теснее вошёл в театральный мир. Но в 1931 году он потерял и второго отчима: режиссёр соблазнился прелестями капиталистического мира и уехал в Америку.

Виктор Драгунский. Фото 24smi.org

А Виктор с мамой остались в Москве. Здесь он некоторое время работал токарем, а потом поступил в театрально-литературную студию. В 1941 году, с началом войны, Виктор Драгунский ушёл в ополчение, затем работал в фронтовых творческих бригадах.

Демократизация жизни в СССР 1960-х годов дала возможность раскрыться блестящему таланту Виктора Драгунского и многих других. «Денискины рассказы» подкупали своей живостью и непосредственностью, они словно исходили от советского ребенка. В тексте имелись и отсылки к романтике первых лет советской власти, ибо во время оттепели было объявлено о возвращении к «истинному ленинизму». Видимо, говоря о буденновской сабле, вспоминал Виктор Юзефович и своего гомельского отчима в кожаной тужурке с маузером на боку. Кто знает, что бы он рассказал нам, доживи до наших дней?

Новая Беларусь

И всё-таки мы спросили Дениса Драгунского, сына Виктора: «А что сказал бы Дениска Кораблёв о текущих событиях в Беларуси?» Наш респондент, хотя и был прообразом легендарного литературного героя, за него отвечать не стал. Но от себя российский писатель Денис Драгунский ответил на вопросы «НЧ» следующее:

Денис Драгунский. Фото www.facebook.com

– То, что Лукашенко в России называют «народным президентом», – это имперско-шовинистическая отрыжка. Смотрите сами: России нужен сильный, умный, непростой лидер. Любимым остаётся Сталин – здесь вам и репрессии, но здесь и увлечение литературой и театром, беседы с Булгаковым и Пастернаком. Любят и помнят также Андропова – как утонченного интеллектуала у власти. Правит железной рукой – и сочиняет сонеты, и вообще еврей по матери: умный грустный взгляд из-под очков. Выдающийся политик и Путин – я говорю это без симпатии, но признавая очевидное. Тоже, кстати, собеседник Солженицына и приверженец русских философов. Почему так? Российский имперец ответит: «Да потому что мы – великий народ, и наш президент должен быть соответствующим… А эти белорусы – это же сплошной колхоз, ну немножко «БелАЗ» – вот им и нужен такой весь из себя народный президент, Батька, одним словом». Но каждый «народный президент», как ни понимай это странное сочетание, после 26 лет пребывания у власти становится «антинародным». Так сказать, по факту его застревания во власти.

А вот будущее Беларуси, по мнению писателя Дениса Драгунского, должно быть следующим:

– Я бы хотел видеть Беларусь современной парламентской республикой. Именно парламентской республикой, с развитой системой политической конкуренции. Возможно, с ограничением по времени для лидера правящей партии или даже для самой партии, которая находится у власти. При всём уважении к госпоже Меркель, это не очень приятный пример слишком долгого пребывания у власти. О демократии можно говорить только после того, как в результате свободных выборов дважды сменилась власть в стране, причём к власти пришли не разные люди, а разные политические силы. На смену либералам пришли социалисты, потом на смену социалистам пришли консерваторы и так далее.

Понятно, я бы хотел, чтобы в новой Беларуси были обеспечены политические свободы и права человека, проводилась гуманная социальная политика.

Беларусь – компактная высокоиндустриализованная страна. Такими являются большинство стран-членов ЕС. Но пусть белорусы сами решают, вступать в Евросоюз или оставаться «неприсоединившимися». Впрочем, я бы не хотел для Беларуси статуса вечного «лимитрофа», пограничного государства, вынужденного балансировать между Россией и ЕС. Я бы пожелал Беларуси как можно большей независимости.

Юрий Глушаков

P.S. Автор благодарен журналисту и исследователю Марине Щукиной за помощь при подготовке материала.

Источник

Перевод с белорусского – belisrael.info

Опубликовано 13.10.2020 14:02

В Беларуси всё только начинается?

За последние недели десятки раз слышал (и сам включал) песню «Перемен!» – её сейчас даже на волынках играют. Раз уж наступил «цоевский месяц», то и цитата из другой песни группы «Кино» будет уместна: «Я ждал это время, и вот это время пришло. Те, кто молчал, перестали молчать». К обычным гражданам вопросов нет; у тех, кто занимал крупные должности, да и по-прежнему на них претендует, позволительно спросить: «Где ж вы были раньше?»

Избиения мирных людей на улицах и то, что происходило в отделах милиции и тюрьмах Минска, Жодино, других городов – мрак и ужас. Но разве этот ужас в августе 2020 г. зародился? Общедоступная википедия о событиях декабря 2010 г.: «Около 22:30 милиция, солдаты из Бобруйска, бойцы “Алмаза”, став плотной цепочкой в несколько рядов, начали оттеснять и избивать оставшихся на площади участников митинга от 5 до 10 тыс. человек. Митингующих били дубинками без разбору, били ногами в тяжёлых ботинках, отшвыривали тяжелыми железными щитами. В отношении мирных демонстрантов, в том числе женщин, несовершеннолетних и лиц пожилого возраста, применялась физическая сила и специальные средства (резиновые дубинки), когда митингующие падали на скользком льду, их топтали ногами. Это привело к большому количеству травмированных и раненых среди участников демонстрации. Десятки людей были вынуждены обратиться за медицинской помощью». Как-то всё это не мешало Игорю Лещене в 2010-х оставаться послом, а Павлу Латушко –министром… 😮

В общем, покамест я не уверен, что присоединение двух чиновников (первый пока формально даже действующий, даром что 18 августа подал в отставку) к «альтернативному» лагерю усилит этот самый лагерь. Одно дело – вслед за группой белорусских социологов, в том числе и «казённых», подписывать заявления вроде:

Мы считаем, что проводимая политика подавления несогласия приведет лишь к усугублению существующего кризиса, который затронул все институты власти. Открытое и беспринципное насилие представителей правоохранительных органов по отношению к гражданскому населению является прямой угрозой существующему социальному порядку и ведет страну в состояние разобщенности, конфликта и беззакония.

Другое дело – «седлать волну». Не думаю, к примеру, что 18.08.2020 уволенному директору театра стоило благодарить и похваливать администрацию РБ, пусть и в иронической форме:

Фактически координационный совет еще не создан и власть идет на опережение, комментируя его создание, что означает, что мы действительно сила. Мы еще не сказали голосом, но нас уже услышали. Значит, власть подтверждает, что мы действительно важны для общества, я признателен за это власти. Это первый шаг власти к достижению согласия и к началу переговорного процесса.

Не у меня одного были опасения, что «координационный совет при Тихановской» эволюционирует в сторону очередной говорильни (вспомнился «Национальный исполнительный комитет» – «теневое правительство» Беларуси 1998 г.). Как состав президиума совета, озвученный 19 августа, так и то, что президиум решил не выбирать себе председателя (все семь членов якобы равноправны), не убедили меня в обратном. Однако более предметной критики действий нового общественного органа не будет, поскольку генпрокурор Беларуси 20 августа пригрозил его участникам уголовным делом.

Николай Дедок считает, что «правильным ходом было включение в первый же выход в люди Павла Латушко. Это сигнал колеблющимся из номенклатуры: приходите, для вас есть место». Но по состоянию на 18 августа большинство «колеблющихся» уже заявили о себе. Дальнейший путь осторожных разумно расписал упомянутый Лещеня, посол РБ в Израиле (2006-2012) и в Словакии (с 2016 г.):

Вы знаете, почему больше ни один чиновник не сказал свое слово? Чиновники перейдут на сторону народа только тогда, когда они увидят железобетонную связь между людьми, которые массово выходят на улицы, рабочими и их стачечными комитетами, гражданским обществом и неким органом, который будет представлять интересы народа… Вот когда в штабе 70% участников будут представители крупнейших предприятий и отраслей, а не широко известные в своем узком кругу люди — пусть героические и замечательные — тогда это будет сила, тогда с этим советом будет разговаривать правительство, тогда почешут головы чиновники.

Гражданин посол

18 августа к диалогу призвал Валерий Воронецкий из «парламента» (палаты представителей):

Очевидно, что в стране сложилась очень сложная, кризисная ситуация… Считал бы правильным в этой ситуации создать что-то вроде национального совета или круглого стола, который стал бы местом обсуждения путей выхода из кризиса… Естественно, в нём должны участвовать авторитетные представители власти и гражданского общества, политических сил, общественных деятелей, рабочего движения, Церкви и т. д. И, конечно, участников президентской гонки.

Почти одновременно посол в Испании Павел Пустовой заявил о событиях в Беларуси, что «такая ситуация неприемлема в европейском государстве XXI века», и предложил провести пересчёт голосов.

Но 19 августа Лукашенко-старший переназначил правительство, работавшее с 4 июня. Никого оттуда не исключил – как бы посылая сигнал, что «раскола элит» по существу не было, потому диалог возможен лишь «с позиции силы». На следующий день Сергей Пульша из «Новага часу» заметил: «Лишь кажется, что протесты утихли. На самом деле они переходят в другую плоскость – плоскость переговоров и долгосрочного противостояния. И этого не надо пугаться». Вряд ли кто-то пугается, но переговоры до освобождения политзаключённых – это игра по чужим правилам, а отпускать Павла Cеверинца, Николая Статкевича, Сергея Тихановского и других власти как будто (кто знает, что у них в голове) не готовы. Да и вообще не торопятся вступать в диалог – во всяком случае, на уровне администрации президента. В Гродно же некое подобие диалога получилось, горисполком прямо-таки душит протестующих в объятьях 🙂

Кстати, о страшилках. Некогда «продвинутый» художник-карикатурист Олег Карпович, в начале 2000-х рисовавший едкие шаржи на Лукашенко, делает теперь вот что:

«Мы» и «они» по мнению работодателей Карповича – sb.by (20.08.2020)

Если (точнее, пожалуй, «когда») напор желающих перемен иссякнет, как он иссяк в 2001 г., «блудные сыновья» вроде этого несчастного Олега вернутся в лоно официоза. И легко найдут себе оправдание…

О том, что «революция» идёт на спад, я серьёзно задумался вскорости после воскресной эйфории, но особенно 18 августа, когда под вечер побывал в центре Минска (Немига, площадь Свободы, Александровский сквер, парк им. Я. Купалы).

Всеобщей забастовки, к которой отдельные активисты призывали ещё 11-го августа, не вышло и неделю спустя, хотя к тому времени вскрылись вопиющие факты издевательств над тысячами граждан Беларуси и других стран (показательна история израильтянина Александра Фрумана). Почти все учреждения в центре спокойно работали…

Меню «Изи бара» на пл. Свободы

Боевого настроения у прохожих не наблюдалось, хотя некоторые-таки ходили с флагами и ленточками (как и сегодня). Исторические флаги – семь или восемь! – украшали и здание Купаловского театра.

Сам театр закрылся после увольнения его гендиректора; большинство работников решило поддержать «шефа». Пикантность в том, что здание – напротив администрации президента, т. е. вывешивание таких полотнищ было сильным ходом, пощёчиной тем управленцам, которые ничего не хотят знать о долукашенковской Беларуси. Неудивительно, что 19-го здание театра было захвачено силовиками, сорвавшими флаги, а затем вышел пропагандный сюжет на СТВ, где «купаловцев» рисовали то ли неряхами, то ли диверсантами.

Спектаклей в ближайшие недели ждать, судя по всему, не следует. Немного обидно, что минчане и гости города не увидят спектакль «En souvenir de Шагал», премьера коего намечалась на 02.09.2020… Что поделаешь – не только искусство, но и свобода требует жертв. Впрочем, искусство в конечном счёте и есть свобода.

Старая и новая песни БГ – не совсем о Беларуси, но и о ней тоже

Что вселяет надежду – письмо в поддержку уволенного Латушко подписали более 100 сотрудников Национальной библиотеки + почти все работники Государственного музея истории белорусской литературы. Наконец-то солидарность…

Помимо социологов, театралов, библиотекарей, музейщиков, обратили на себя внимание спортивные деятели Беларуси – под их протестом против фальсификации выборов и грубого насилия больше 250 подписей. Ещё зав. кафедрой факультета журналистики БГУ Ирина Сидорская осмелела: «Академических свобод… с каждым годом становилось все меньше и меньше, а всё больше и больше — «государственной идеологии», которая сведена к лояльности действующей власти». Возможно, в 2016 г. я недооценивал журфак, предлагая его закрыть, а в 2017 г. был не совсем прав, написав, что «спортивные круги» – одни из самых отсталых в стране.

Интересны и требования историков. Здесь приводится только первый лист обращения – на деле подписей много больше.

С первыми четырьмя пунктами трудно не согласиться. Пятый пункт – «расформировать ОМОН»… Ясно, что теперешнее руководство на этой не пойдёт, да и стратегически шаг сомнительный. В ОМОН идёт в основном очень специальный контингент, но сейчас он хотя бы в принципе контролируем, а после расформирования рассеется по всему обществу, и что с этим делать? (Этот вопрос я задавал себе и читателям после разгона в Минске мартовской демонстрации 2017 г. – и не нашёл однозначного ответа.)

«Передать тюрьмы и следственные изоляторы в подчинение Министерства юстиции» – тоже, на первый взгляд, идея неплохая, но приведёт ли к улучшению условий в местах заключения? Если ничего не менять глобально, то садисты просто перейдут на службу в минюст, отыскав себе влиятельных покровителей и в этом «гражданском» ведомстве.

Введение принципа выборности судей требует изменения Конституции. Короче, заявление довольно смелое, но мало шансов, что от него будет толк.

Власти перешли в контрнаступление не только в Купаловском театре. Сорвали флаг во дворике между Сморговским трактом и улицей Червякова, показанный в предыдущем моём тексте. Более того, утром 19.08.2020 уничтожили своеобразное «граффити» (изображение диджеев Галанова и Соколовского), продержавшееся около двух суток.

Было и стало

Своеобразный, кстати, дворик – один из эпицентров протеста в Центральном районе. Вокруг новые двадцатиэтажные дома, и живёт в них немало гордых, самодостаточных людей, склонных вывешивать из окон бело-красно-белые флаги. На их избирательном участке выиграла официально Тихановская – 1407 против 656 у Лукашенко. Не удивлюсь, если граффити-напоминание о событиях 6 августа у кинотеатра «Киев» будет восстановлено.

Такая цистерна стояла подле «Киева» во время официальных концертов, проходивших 7-9 августа после ареста диджеев. По-моему, символично: здешние идеолухи могут предложить только «серое счастье»

Если пройти по Каштановке чуть дальше, к ул. Гая, 15, можно увидеть импровизированные флаги – на пятиэтажке их висит четыре или пять, здесь показан один

«Открытый микрофон» передаётся Змитру Дяденко – тому самому, который 29 лет назад выступил в родной Орше с протестом против ГКЧП: «Тихановского задержали за “подготовку массовых беспорядков”. За диваном у него нашли и конфисковали 900 тысяч долларов. Тихановский уже три месяца за решёткой, а “массовые беспорядки” всё равно произошли… Слушайте, если человек даже из-за решётки так хорошо сумел организовать работу, может, его премьер-министром назначить?» (fb, 19.08.2020, перевод с бел.).

Вольф Рубинчик, г. Минск

20.08.2020

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 20.08.2020 23:32

* * *

PS. 21 августа вернулся бело-красно-белый флаг на мачте, а утром 22 августа, как и было предсказано, – мурал, изображающий диджеев. Особо доставляет обращение от его создателей – см. текст справа 🙂

Добавлено 22.08.2020 21:33

А. Церашкова. Вязні ў небяспецы / Е. Терешкова. Узники в опасности

Аўтарка газеты «Новы Час» Алена Церашкова выказвае вялікую трывогу за лёс свайго брата, Максіма Вінярскага, а таксама іншых вязняў Акрэсціна — Крысціны Вітушка, Паўла Севярынца і іншых, якія знаходзяцца ў невыносных умовах, пазбаўленыя магчымасці атрымаць медыцынскую дапамогу.

Максім Вінярскі. Фота Арцёма Лявы

Зварот да тых, каму не абыякавы лёс беларусаў — Макса Вінярскага, Крысціны Вітушка, Паўла Севярынца ды іншых.

Я, урач Алена Церашкова, сястра палітычнага актывіста Максіма Вінярскага, прашу дапамогі журналістаў, праваабаронцаў, медыкаў і ўсіх добрых і абазнаных людзей.

Максім Вінярскі — адзін з тых, каго ўлады пераследуюць за ягоныя перакананні, ён змагаецца за правы беларусаў з 1999 года — і па сёняшні дзень. У суме ягоныя адміністрацыйныя арышты доўжацца больш за год, і ўсё гэта — палітычна матываваныя прысуды.

На дадзены момант мой брат, знаходзячыся ў Цэнтры ізаляцыі правапарушальнікаў (ЦІП) як адміністрацыйна арыштаваны, ужо з 02.08 трымае сухую галадоўку.

Напрыканцы траўня падчас папярэдняга адміністрацыйнага арышту Максім, адседзеўшы за кратамі больш за 20 дзён (паўторна асуджаны ўжо падчас арышту) у сувязі са значным пагаршэннем здароўя дастаўляўся ў 1 ГКБ г. Мінска, тым самым адбыванне арышту было прыпыненае. Тыдзень таму Максім быў дастаўлены ў ЦІП на Акрэсціна для працягу адбывання арышту і абвясціў галадоўку пратэсту.

Але ў аўторак 04.08 ён быў чарговы раз асуджаны суддзёй Маскоўскага раённага суда Т.Мотыль на 13 сутак адміністрацыйнага арышту, што ў суме з папярэднімі арыштамі складае 43 дні.

Падчас працэсу Максім Вінярскі папярэдзіў, што трымае сухую галадоўку і будзе яе трымаць на знак пратэсту супраць ганебных супрацьзаконных судовых рашэнняў. Мне адмовілі ў прыёме перадачы для яго, матывуючы тым, што Вінярскі адмаўляецца ад перадач.

09.08.2020 са мной звязаўся чалавек, які адбываў адміністрацыйнае пакаранне ў адной камеры з Максімам, і паведаміў наступнае. Максім працягвае галадоўку пратэсту і пачуваецца кепска, у яго падвышаны ціск. Тым не менш, медычная дапамога яму не аказваецца, яму толькі перыядычна мераюць ціск, але незалежна ад лічбаў адмаўляюць у выкліку «хуткай дапамогі». Адначасова ў камеры ствараюцца невыносныя ўмовы існавання: перыядычна падсяляюцца асацыяльныя арыштанты, усе, хто ў камеры, пазбаўленыя шпацыраў, зранку да вечара ў камеры няма матрасаў. Супрацоўнікі аказваюць на Вінярскага маральны ціск, пастаянна здзекуюцца і спрабуюць нацкаваць на яго сукамернікаў, выстаўляючы яго прычынай кепскіх умоў утрымання.

У тым самым ЦІП, верагодна, знаходзіцца Крысціна Вітушка, затрыманая 11 жніўня. Крысціна хварэе на дыябет, яна не мае пры сабе неабходных лекаў, яе стан можа раптоўна пагоршыцца ў кожны момант, наступіць кома, пры якой немагчыма нават паклікаць на дапамогу, вынікам будзе смерць саракагадовай жанчыны, маці непаўнагадовага сына.

Паважаныя журналісты і праваабаронцы Беларусі і замежжа, калегі-лекары, проста неабыякавыя людзі! У сталіцы краіны ў цэнтры Еўропы мэтаскіравана забіваюць чалавека. Дапамажыце данесці да адказных за гэта людзей: мы ведаем, што адбываецца, мы не будзем маўчаць. Калі з Максімам Вінярскім, Крысцінай Вітушка, Паўлам Севярынцам, іншымі людзьмі, якіх рэжым кінуў за краты за іхныя перакананні, здарыцца непапраўнае, адказнасць за гэтае злачынства будуць несці канкрэтныя людзі: начальнік ЦІП і ягоныя падначаленыя, у тым ліку медыкі. Прашу салідарнасці. Прашу розгаласу.

Крыніца

* * *

Автор газеты «Новы час» Елена Терешкова очень тревожится за судьбу своего брата, Максима Винярского, а также других узников [минской тюрьмы в переулке] Окрестина – Кристины Витушко, Павла Северинца и иных, которые находятся в невыносимых условиях и лишены возможности получить медицинскую помощь.

Обращение к тем, кому не безразлична судьба белорусов – Макса Винярского, Кристины Витушко, Павла Северинца и других.

Я, врач Елена Терешкова, сестра политического активиста Максима Винярского, прошу помощи журналистов, правозащитников, медиков, всех добрых и опытных людей.

Максим Винярский – один из тех, кого власти преследуют за его убеждения, он борется за права белорусов с 1999 года и по сегодняшний день. В сумме его административные аресты длятся более года, и всё это – политически мотивированные судебные решения.

На данный момент мой брат, находясь в Центре изоляции правонарушителей (ЦИП) как административно арестованный, уже с 02.08 держит сухую голодовку.

В конце мая во время предыдущего административного ареста Максим, отсидев за решёткой более 20 дней (повторно осуждён уже во время ареста) в связи со значительным ухудшением здоровья доставлялся в 1-ю городскую клиническую больницу г. Минска, тем самым отбывание ареста было приостановлено. Неделю назад Максим был доставлен в ЦИП на Окрестина для продолжения отбывания ареста и объявил голодовку протеста.

Но во вторник 4 августа он был в очередной раз осуждён судьёй Московского районного суда Т. Мотыль на 13 суток административного ареста, что в сумме с предыдущими арестами составляет 43 дня.

Во время процесса Максим Винярский предупредил, что держит сухую голодовку и будет её держать в знак протеста против позорных противозаконных судебных решений. Мне отказали в приёме передачи для него, мотивируя тем, что Винярский отказывается от передач.

09.08.2020 со мной связался человек, который отбывал административное наказание в одной камере с Максимом, и сообщил следующее. Максим продолжает голодовку протеста и чувствует себя плохо, у него повышенное давление. Тем не менее, медицинская помощь ему не оказывается, ему только периодически измеряют давление, но, независимо от показателей, отказывают в вызове «скорой помощи». Одновременно в камере создаются невыносимые условия существования: периодически подселяются асоциальные арестанты, все, кто в камере, лишены прогулок, с утра до вечера в камере нет матрасов. Сотрудники оказывают на Винярского моральное давление, постоянно издеваются и пытаются натравить на него сокамерников, выставляя его причиной плохих условий содержания.

В том самом ЦИП, вероятно, находится Кристина Витушко, задержанная 11 августа. Кристина более диабетом, она не имеет при себе необходимых лекарств, её состояние может внезапно ухудшиться в любой момент, может наступить кома, при которой невозможно даже позвать на помощь. Результатом будет смерть сорокалетней женщины, матери несовершеннолетнего сына.

Кристина Витушко. Фото отсюда

Уважаемые журналисты и правозащитники Беларуси и зарубежья, коллеги-врачи, просто неравнодушные люди! В столице страны в центре Европы целенаправленно убивают человека. Помогите донести до ответственных за это людей: мы знаем, что происходит, мы не будем молчать. Если с Максимом Винярским, Кристиной Витушко, Павлом Северинцем, другими людьми, которых режим бросил за решётку за их убеждения, случится непоправимое, ответственность за это преступление будут нести конкретные люди: начальник ЦИП и его подчинённые, в том числе медики. Прошу солидарности. Прошу резонанса.

Источник

Перевод с белорусского – belisrael.info

Опубликовано 12.08.2020 20:42

UPD: Адпусцілі з Акрэсціна Крысціну Вітушку

Пра гэта сёння раніцай напісаў яе брат Юра Сідун. «Крысціна дома! Раптам адпусцілі з Акрэсціна, яшчэ цяпер адпускаюць людзей. Андрэя пакуль няма, верагодна ён у Жодзіне. Усім дзякуй, сябры, за салідарнасць! Рэчаў Крысціне не аддалі, тэлефона не мае, пакуль без сувязі. Іх не кармілі зусім, амаль не было магчымасці спаць», — напісаў.

Крысціну і Андрэя затрымалі вечарам у панядзелак каля Цэнтральнага РУУСа, куды яны прыехалі вызваляць затрыманага раней сына Мірона.

Крыніца: NN.by, 13.08.2020

Чытайце таксама сведчанне Змітра Паліенкі: «З затрыманымі на Акрэсціна абыходзяцца скрайне жорстка»

UPD: Отпустили с Окрестина Кристину Витушко

Об этом сегодня утром написал её брат Юра Сидун. «Кристина дома! Внезапно её отпустили с Окрестина, ещё сейчас отпускают людей. Андрея пока нет, вероятно, он в Жодино. Всем спасибо, друзья, за солидарность! Вещи Кристине не отдали, телефона не имеет, пока без связи. Их не кормили совсем, почти не было возможности спать», – написал он.

Кристину и Андрея задержали вечером в понедельник около Центрального РОВД, куда они приехали освобождать задержанного ранее сына Мирона.

Источник: NN.by, 13.08.2020

Читайте также свидетельство Дмитрия Палиенко: «С задержанными на Окрестина обходятся крайне жестоко».

Добавлено 13.08.2020 11:27

Предвыборные суждения (от В. Р.)

Дбрднь! Серия моих майских фельетончиков на белорусском языке – раз, два, три, четыре, пять – не вызвала особого энтузиазма аудитории (хотя кое-кому «очень интересно было почитать…»). Что же, к концу месяца снова перехожу на русский – и «honi soit qui mal y pense» 🙂

Иногда складывается впечатление, что «предвыборная кумпания» в Беларуси была задумана для того, чтобы отвлечь «народец» от мрачных мыслей по поводу COVID-19. Всё по Ноаму Хомскому… (надеюсь, аналитег из «Новага часу» опечатался, именуя видного американского лингвиста «Холмскі»). Но, скорее всего, «политическому животному» в очередной раз повезло. Или не повезло – цыплят по осени считают…

Прирост числа инфицированных коронавирусом несколько замедлился (приходится добавлять: «по официальным данным»), и люди расслабились. В минских магазинах и общественном транспорте закрывающих лицо cтало меньше, чем пару недель назад. Не мог не вспомнить зачин из своей заметки «Колькі вас, праведнікі?» («Анахну кан», № 8, 2002): «В Беларуси двадцатого века человеческая жизнь никогда не имела особой цены – “помер Максим, ну и … с ним”. Как оно будет в двадцать первом?» За два десятка лет ценность жизни в наших палестинах если и выросла, то ненамного. И, что показали события последних месяцев, как-то уж очень избирательно. Хоть ты новую версию поговорки придумывай, вроде «помер Игнат, ну и сам виноват».

Cейчас в РБ – минимум 23 тысячи активных носителей коронавируса. Но, если абстрагироваться от угрозы заражения, то «политическая оттепель» последних недель – благодатное явление. Поход мириады инициативных групп на ЦИК (изначально их было свыше 50, до регистрации доползли 15), очереди из желающих подписаться за того или иного претендента, даже «белый шум» в СМИ и соцсетях – всё утешает человека с дипломом политолога. Наводит на мысли, что не просто так Беларусь была названа «демократическим государством» в ст. 1 Конституции…

Некоторые опустили руки и генерируют уныние: мол, хорошо, что «мы» не победили в 2001, 2006 и 2010 гг. (тогдашние оппоненты Лукашенко якобы сдали бы страну России, рептилоидам или кому-то ещё). Прямо как в басне у незабвенного дедушки Крылова, где лиса и виноград… Кто-то ограничивается тезисом о том, что «выборы в Беларуси – процедура по продолжению полномочий Лукашенко, и больше ничего» (Николай Дедок, 27.05.2020). Тезис во многом обоснованный, но слишком уж категоричный – даже пресловутый Фрэнсис Фукуяма в своё время писал о «конце истории» с вопросительным знаком (The End of History?, 1989).

Иные же с упорством, достойным лучшего применения, «мочат» нынешних конкурентов Главного Клюшкаря. Не то чтоб я был в восторге от Виктора Бабарико, Сергея Тихановского или Валерия Цепкало (и примкнувших к ним Андрея Дмитриева с Анной Канопацкой), но зачем стулья ломать?

Вот завсегдатай квазианалитического сайта «Наше мнение» Сергей Б. «даёт прикурить» минскому финансисту и гомельскому видеоблогеру, манипулятивно объединяя их в одно: «Бабарико-Тихановский» – прямо-таки «Линь Бяо и Конфуций» 🙂 : «Имеет место фактическая работа независимых от белорусского правительства СМИ и политического сообщества националистически-либерального типа (и первые, и последнее аффилированы с разными западными или квазизападными политическими структурами и спонсорами), с одной стороны, и политических проектов московского происхождения, с другой, в том, что касается Бабарико-Тихановского… Поддержка чужой игры Бабарико-Тихановского окончится поражением для белорусских активистов и интеллигенции, народа и страны как в случае поражения, так и в случае победы этих лиц» (27.05.2020, пер. с бел.). Сразу вспомнилась обложка одиозного журнала «Планета», где в конце 2010 г. в виде пешек на шахматной доске были показаны восемь или девять конкурентов Рыгорыча, а подпись гласила: «Они нам чужие». С ходу: как-то несолидно упрекать Бабарико, полмесяца назад уволившегося из «Белгазпромбанка», в том, что он ставленник «Газпрома»…

Не имею полномочий говорить ни за народ, ни за интеллигенцию, ни даже за «белорусских активистов». Лично меня достали «высочайшие» хамство и безответственность – последняя даже больше, одно хамство ещё можно было бы как-то стерпеть. Безответственность – это когда в предвыборной программе (ноябрь 2010 г.) действующий глава государства обещает введение в Беларуси суда присяжных, а в августе 2015 г. оказывается, что он не помнит своего обещания: «Но если даже я и говорил, то не говорил, что мы завтра решим эту проблему». Понятно, и в мае 2020 г. проблема не решена… Не учреждён и институт уполномоченного по правам человека, обещанный в мохнатом 2001-м году. Видимо, не три года следует ждать обещанного Рыгорычем, а тридцать три. Как после этого – и многого другого – верить в прогнозы наподобие: «Мы избрали свой путь… Если мы и дальше будем идти этим путём, мы обязательно через месяц забудем про коронавирус» (08.05.2020)? Тем более что 21 мая тот же персонаж добавил о ситуации с COVID-19: «Наверное, пока мы окончательно не уйдем от этого, месяц нам ещё придется барахтаться». «Злые языки» тотчас подхватили: «Месяц будем барахтаться, а потом утонем?»

Раздражает и то, что на троих Лукашенок в Беларуси – минимум пять руководящих постов: отец с 1997 г. – ещё и президент Национального олимпийского комитета (в 2017 г. при переизбрании обещал управлять заседаниями исполкома НОК раз в квартал, но всё как обычно…), старший сын – не только помощник по безопасности президента РБ (2005), но и первый вице-президент НОК (2019). И уж конечно, кому, как не Дмитрию Лукашенко, следовало доверить (2005) и передоверить (2020) объединение «Президентский спортивный клуб»? Ах, чуть не забыл: в центральный совет указанного государственно-общественного объединения входит и Виктор Лукашенко (значит, уже шесть должностей!). Оч-чень любопытно после этого читать рассуждения «Великого белорусского счастья» о том, что:

[Н]епотопляемость этих горе-руководителей основывается на таких негативных явлениях, как кумовство, протекционизм и круговая порука по принципу: ты – мне, я – тебе. В конечном итоге деятельность таких управленцев наносит огромный ущерб не только конкретному предприятию или организации, но и стране в целом.

В 2019 г. цитировал cии мудрые мысли здесь.

Бабарико, за три дня собравший 50 тыс. подписей избирателей (во всяком случае, он этим хвастает гордится), и Тихановский, к представителям которого выстраиваются длиннющие очереди из желающих подписаться (де-юре даже не за него, а за его жену!), мне пока в душу вроде не плевали, хотя настораживает «семейственность» первого претендента и его намерение вести кампанию исключительно на собственные деньги… Есть мысль, что «политик без нескольких лет “в теме” и без программы – это даже хуже, чем Рыгорыч!» А вышеупомянутый Николай Дедок шутит так (21.05.2020, пер. с бел.):

Если «эффективный менеджер» каким-то чудом победит на выборах, вместо лукашизма нас ждёт бабаризм:

Налог на безработицу отменят, будет налог на отсутствие депозита в «Белгазпромбанке».
В вузах отменят преподавание «Идеологии белорусского государства» – введут «Идеологию капитализма».
Памятники Ленину снесут, вместо них поставят памятники Милтону Фридману и Адаму Смиту.
Разгонять демонстрации будет сингапурский спецназ.

Конечно, менять шило на мыло не хочется, но! Банковская деятельность в Беларуси плотно регулируется государством – «шаг влево, шаг вправо». Есть основания предполагать, что экс-банкир, 20 с гаком лет работавший в трудных условиях, ценит нормы права, усилия юристов, да и вообще умственный труд, чуть больше, чем бывший директор совхоза, у которого в середине 1990-х «снесло крышу» от вольного обращения с Конституцией страны. Короче, понимаю интеллектуалов, вошедших в группу Бабарико, но сам к ней не принадлежу, и никого никуда вступать не призываю. «Думайте сами, решайте сами…»

Тут слегка посмеялись надо мной за то, что я посмеялся над недавним призывом сами-знаете-кого сажать в Беларуси больше, ещё больше картофеля. Минчанин Пётр Резванов пишет: «пока что неизвестно, что нам производить на экспорт, помимо “World of Tanks” и той же картошки». К чему прибедняться? Структура экспорта Беларуси за 2019 г.: две трети объёма составляли машины, оборудование и транспортные средства + продукция химической промышленности + минеральные продукты + металлы и изделия из них. «Продовольственные товары и сельскохозяйственное сырьё» занимали всего шестую часть в общем объёме, а роль картофеля в этой шестой части… ну, не главная. В прошлом году планировали заработать на его вывозе «порядка 50 млн. долларов» (допустим, получилось). Это около 1% от реализованного за границей продовольствия.

Сейчас «массовый» белорусский картофель по качеству ничем особенным не выделяется, и не удивительно, что в магазинах всё чаще продают импортный… Не далее как позавчера видел, к примеру, бульбу из Египта. Резкий рост производства в Беларуси повлечёт за собой снижение цен и выручки (слухи о голодающих иностранцах, алчущих драников и чипсов, несколько преувеличены, а «мне кажется, картофель будет в цене» – так себе экономическое обоснование). Но даже 100 миллионов USD, которые теоретически можно было бы заработать в 2020 г. на вывозе картошки, не решат проблем страны, ныне вынужденной платить миллиарды по внешним обязательствам… 🙁

Не только у этнических белорусов, но и у белорусских евреев картофель был когда-то – лет 100 назад – «хлебом насущным». Идишная песня «Bulbe» в исполнении борисовских культуртрегеров (2020)

Нынешние поиски «спасения» в известном клубнеплоде чуть напомнили кампании, что периодически устраивались в СССР: то соя должна была выручить страну, то кукуруза… Нет, я не против этих культур; я против того, чтобы трезвый расчёт подменялся идеологическими заклинаниями. Из той же популистской оперы – озвученное 25.05.2020 намерение сформировать в РБ новое правительство до «выборов» 09.08.2020. Видимо, Сергей Румас & Co. будут принесены в жертву коронакризису.

Картинка отсюда

Никто не утверждает, что бел. министры работали идеально, но ведь и двух лет не прошло с очередного «перетраха»… По моему скромному мнению, такие «наезды» на своих подчинённых, как поза-позавчерашний, лишь вредят репутации государства, в т. ч. за рубежом. Неужели и теперь чиновнички («овощи» из анекдота от Максима Галкина) не вспомнят о чувстве собственного достоинства? 🙂

Спасаться жителям Тутэйшии в ближайшее время придётся, похоже, всё-таки самим: хорошо, если «горе-руководители» (С) не будут путаться под ногами.

Вольф Рубинчик, г. Минск

28.05.2020

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 28.05.2020 17:14

В Куропатах кое-что проясняется…

Нашли информацию о расстрелянном в Куропатах Мордехае Шулькесе

Пишет Диана Середюк (газета «Новы час», 19.05.2020)

На днях историк-архивист Дмитрий Дрозд опубликовал на сайте Белорусского документационного центра сенсационную информацию: возможно, установлена личность и найдена фотография одного из двух достоверно известных людей, расстрелянных в Куропатах, – Мордехая Шулькеса.

Мордехай Шулькес. Фото: yadvashem.org

«Новы Час» поговорил с исследователем о том, почему так долго не было никаких данных о жертвах Куропат, и почему обнаружение сведений о Мордехае Шулькесе ещё раз опровергает версию «нацистского следа» в Куропатах.

Откуда взялось имя Мордехая Шулькеса

В 1997-98 гг. было возобновлено уголовное дело по факту обнаружения останков людей с признаками насильственной смерти в урочище Куропаты. Дело было поручено Военной прокуратуре. Поводом для возобновления дела послужили доказательства, которые впоследствии были подвергнуты сомнению, якобы здесь были похоронены жертвы Холокоста.

Для проведения эксгумации тел была организована специальная группа археологов при Институте истории Национальной академии наук Беларуси. В октябре 1997 года и мае 1998 года было исследовано 23 объекта, из которых 9 оказались могилами.

В одном из раскопов, где было найдено 74 тела, археологи обнаружили три кошелька с тремя тюремными квитанциями. В двух из них данные были вписаны карандашом: тюрьма Гродно, дата 10 июня 1940 года и имена: Мойша Иосеевич Крамер и Мордехай Шулькес. По одежде на телах было установлено, что расстрел скорее всего проходил в тёплое время года.

В результате расследование не нашло никаких доказательств, которые могли бы подтвердить «немецкую версию», но материалы расследования были засекречены и до сих пор недоступны.

На сегодняшний день официально известны лишь два имени расстрелянных в Куропатах

Как Шулькес попал в базу жертв Холокоста

– Попытки найти двух известных людей, чьи тела были опознаны в Куропатах, начались сразу после их обнаружения. Но все они не дали результата, – отмечает Дмитрий Дрозд. – Дела не были найдены в архивах КГБ Республики Беларусь (правда, сами чекисты их и искали – а как они искали, знают только они сами!). Как известно, Лукашенко заявил, что «поляков в Беларуси не расстреливали», и его мнение приобретает статус закона. Под поляками здесь подразумеваются граждане Речи Посполитой Польской. Никакой информации не было найдено.

Дмитрий Дрозд

Год назад, 16 мая 2019 года, Дмитрий Дрозд попытался найти хотя бы некоторые следы этих жертв. Фамилия Крамер оказалась слишком распространённой, чтобы за что-то зацепиться. А вот Шулькес, как оказалось, – наоборот. Для исследования историк обратился к обширной базе данных жертв Холокоста на веб-сайте «Яд Вашем».

– Эта база данных существует уже давно, но только сейчас начали создавать её цифровую версию. Первая анкета на Mордухая Шулькеса была заполнена ещё в 1955 году, но осталась только на бумаге. Теперь она оцифрована и доступна каждому, – объясняет Дмитрий Дрозд. – Большую работу проделал журналист из Гродно Руслан Кулевич. Важные фотографии и другие документы нашёл исследователь репрессий из России Сергей Романов. Теперь нам понятна общая картина того, что произошло, и становится ясно, где у нас есть шанс найти ещё доказательства.

Но как имя Mордехая Шулькеса появилось в базе данных жертв Холокоста 1941 года? Историк дает вполне логичный ответ на этот вопрос:

– Судя по именам, эти карточки были заполнены отцом и младшей сестрой Мордехая Шулькеса. Оба они были далеко от Беларуси и ничего не знали о судьбе Мордехая – поэтому они думали, что он стал жертвой Холокоста. Одна из карточек гласит, что он якобы умер от бомбежки.

Карточка «Яд Вашем» со сведениями о Мордехае Шулькесе

Дорога в Куропаты

Теперь, благодаря карточкам «Яд Вашем» и другим документам, в общих чертах стали известны некоторые подробности из жизни Мордехая Шулькеса. Скорее всего, он родился в Петербурге в 1914 году. Позже жил и учился в Гродно. Есть вырезка из газеты «Slowo» от 3 июля 1933 года о получении Мордехаем Шулькесом аттестата после окончания мужской гимназии им. Адама Мицкевича в Гродно.

Фото с сайта bydc.info

Исследователь сталинских репрессий Сергей Романов нашёл фотографию 1932 года, на которой Мордехай Шулькес отмечен как член гродненской секции молодёжной сионистской организации «Бейтар» (первый в первом ряду).

Фото с сайта bydc.info

Это не просто молодёжная организация, а именно военизированная, её целью была подготовка бойцов для государства Израиль. «Бейтар» числится в НКВД как контрреволюционная и антисоветская организация. То есть все её члены подлежали постановке на учёт, а лидеры и наиболее активные члены – аресту. И в этом, возможно, ответ на вопрос о том, как и почему Мордехай Шулькес попал в куропатскую яму… Пока остаётся открытым вопрос о том, когда он был арестован: в 1939 году или в 1940 году. Затем его этапировали в Минск, где и расстреляли в Куропатах, считает Дмитрий Дрозд.

Находка историка ещё раз перечёркивает предположение о казни в Куропатах евреев-переводчиков из Западной Европы, точнее, из Австрии и Чехии. Мордехай Шулькес был нашим белорусским (а в период с 1921 по 1939 год – польским) евреем. Благодаря базе «Яд Вашем» было установлено, что фамилия Шулькес является региональной, и ареал её распространения невелик: от Августово, которое после сентября 1939 года входило в Белостокскую область БССР, через Гродно до Скиделя и Василишек в Гродненской области. Всего было найдено около 140 человек с такой фамилией.

И снова белорусский Катынский список

Историк полагает, что дальнейшие поиски следов Мордехая Шулькеса могут быть продолжены в Москве.

– Сталинское преступление, которое мы знаем как катынский расстрел, имело место не только в Катыни. Уже доказаны и найдены места казней в Украине. Историки не только высказывают догадки, но уже успешно восстанавливают аналогичный украинский список польских граждан (в основном жителей Западной Беларуси), которые были истреблены в БССР. Похоже, что от белорусского КГБ помощи здесь не будет. Во время Катынской бойни были убиты не только военнопленные, но и представители гражданской администрации, полиции, руководители партий и организаций. Похоже, одним из них был Мордехай Шулькес.

Но можно ли с абсолютной уверенностью сказать, что Мордехай Шулькес из списков «Яд Вашем» и Мордехай Шулькес, расстрелянный в Куропатах, – один и тот же человек?

– Все вопросы могут быть сняты лишь одним способом: если будет найден акт о приведении решения суда в исполнение. С большой долей вероятности в нём будет и другой человек, найденный в той же яме в Куропатах – Мойша Крамер. К сожалению, после того, как были уничтожены дела по катынскому расстрелу в Москве и Украине, а многие из тех, что не были уничтожены, до сих пор нам недоступны, надежда на это невелика, – резюмирует Дмитрий Дрозд.

Однако историк убеждён, что это тот самый Мордехай Шулькес – он был арестован и расстрелян НКВД. По словам исследователя, «есть ещё очень серьёзные козыри, которые сняли все вопросы. Но пока это останется тайной».

Вероятно, ненадолго: сейчас продолжаются архивные поиски, в частности, по конвойным спискам из Гродно в Минск, да и другие. И, кто знает, может быть, скоро будет открыта новая информация о жертвах НКВД в Куропатах, что придаст новый импульс белорусскому возрождению, как это сделала статья Зенона Позняка и Евгения Шмыгалева почти 32 года назад.

Куропатская Голгофа

Перевод с белорусского

* * *

От ред. belisrael. Газета «Новы час» назвала находки г-на Дрозда «сенсацией». Мы бы пока воздержались от столь громких слов. Похоже, уважаемый историк на верном пути, но подождём новых находок…

Опубликовано 20.05.2020 00:08

В. Рубинчик о минской топонимике

«Великолепная двадцатка»

В газете «Авив» за 2014 г. упоминалось, что Лев Шейнкман, руководитель белорусской организации евреев – ветеранов и инвалидов войны, предложил добиваться, чтобы в Минске появилась улица имени Леонида Левина. На доме, где жил заслуженный архитектор, Л. Шейнкман предлагал повесить мемориальную доску. В том же году агентство «Интерфакс» сообщило, что за улицу Левина в Минске агитировало и руководство одной местной «политической партии» (ЛДП, чего уж там).

Скорее всего, после того, как в 2015 г. имя архитектора было присвоено минской «Исторической мастерской» (и улочке в Жлобине), этот вопрос отпал. Так или иначе, предложения ветеранов и инвалидов побудили меня составить список евреев, ушедших из жизни раньше 2014 г. и заслуживающих следа в столичной топонимике. Я сознательно ограничился двумя десятками фамилий: разумеется, их могло быть куда больше.

Владимир Ботвинник (1938–2001). Многократный чемпион БССР и призёр чемпионатов СССР по боксу, чемпион СССР 1959 г., почетный мастер спорта, заслуженный тренер Беларуси. Косвенно «улица Ботвинника», посвященная именитому боксеру, стала бы и данью памяти его не менее известному однофамильцу (а возможно, и дальнему родственнику) – Михаилу Ботвиннику, многократному чемпиону мира по шахматам в 1948–1963 гг. Кстати, корни М. Ботвинника – тоже в наших краях, его отец родился в д. Кудрищино (ныне – Смолевичский район).

В. Ботвинник

Абрам Бразер (1892–1942). Знаменитый график и скульптор, заслуженный деятель искусств БССР (1940), героически погибший в Минске, где жил с 1920-х годов. Во время нацистской оккупации рисовал портреты немецких офицеров, одновременно собирая информацию для подпольщиков. Более подробно о Бразере и его вкладе в искусство см. здесь.
Целестин Бурстин (1888–1938). Один из основоположников математической науки в Беларуси, уничтоженный при Сталине. Далее цитирую slounik.org: «Д-р философии (1912), академик АН БССР (1931), проф. (1929). Окончил Венский университет (1911). С 1929 г. работал в БГУ, с 1931 г. директор Физико-технического института АН БССР. Научные труды по дифференциальной геометрии, дифференциальных уравнениях, алгебре. … Доказал фундаментальную теорему о вложении риманова пространства в эвклидово. Написал один из первых учебников для вузов по дифференциальной геометрии на белорусском языке». Сайт НАН РБ добавил о Бурстине: «Решил проблему Пфаффа для систем дифференциальных уравнений с частными производными, проблему Коши для этого типа уравнений».
Вайнрубы. В честь двух старших братьев названа улица в Борисове, где они родились, но их слава вышла далеко за пределы родного города. Генерал-лейтенант танковых войск Матвей Вайнруб (1910–1998) останавливал наступление вермахта в Сталинграде, а после освобождения Польши стал Героем Советского Союза. Полковник танковых войск, Герой Советского Союза Евсей Вайнруб (1909–2003) защищал Беларусь в 1941 г., также прославился в Висло-Одерской операции и при взятии Берлина. Зиновий Вайнруб (1917–?) в 1941 г. отличился при обороне Украины, во время переправы через Днепр, и в других эпизодах войны. Военврач Раиса Вайнруб (1917–1984) спасла множество бойцов во время финской кампании и Великой отечественной войны.

М. и Е. Вайнрубы

Макс Дворжец (1891–1942) – доктор медицинских наук, профессор, руководивший лечебным факультетом мединститута в 1937–1941 гг. Погиб в Минском гетто. Во многом благодаря М. Дворжецу, который до войны возглавлял «глазные отряды», призванные выявлять и лечить больных трахомой, эта болезнь практически исчезла в Беларуси. Между тем прежде она была настолько распространена, что даже попала в поэму Изи Харика «На чужом пиру» о Беларуси ХІХ в.: «Там слепнут глаза от трахомы».

М. Дворжец; С. Дречин

Семён (Самуил) Дречин (1915–1993). Артист и балетмейстер, около 60 лет отдавший искусству, – один из основателей балета в Беларуси. Лауреат Госпремии СССР 1950 г., народный артист БССР с 1954 г. При этом Дречин не вступал в компартию.
Яков Зельдович (1914–1987). Уроженец Минска, академик, трижды Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской (1957) и Государственной премии (четырежды!). Внес существенный вклад в теорию горения, детонации и ударных волн. В 1939–41 гг. вместе с Ю. Харитоном впервые провел расчет цепной реакции деления урана. В некоторых энциклопедиях называется «российским физиком», и в Москве (2014) появилась улица Зельдовича. В Минске пока лишь установлен бюст академика возле Института физики.

Я. Зельдович; С. Зорин

Семен (Шолом) Зорин (1902–1974). Уроженец Минска, до войны работал столяром, а затем, бежав из гетто, прославился как командир семейного партизанского отряда. Историк Василий Матох писал в 2008 г.: «В партизанском отряде №106 под командованием Семена Зорина находились в основном бывшие узники минского гетто. В его составе было 596 человек, из них 141 – в боевой группе. Хозяйственные группы еврейских семейных отрядов – портные, сапожники, пекари, медики, часовщики, ремонтники и др. специалисты – стали базой, обслуживавшей многие партизанские отряды». Один из членов того отряда Леонид Окунь говорил: «Семен Зорин был отличный командир, и только благодаря его уму и мужеству нас не раздавили каратели». Спасение нескольких сотен жизней – более чем весомая причина, чтобы дать улице благозвучное имя Зорина, но можно вспомнить, что минчанин проявил себя и как подрывник. Имел два ордена Отечественной Войны, орден Красной Звезды и партизанскую медаль.
Юлий Иргер (1897–1941). Слово «Беларускай энцыклапедыі»: «Белорусский ученый в области хирургии. Доктор медицинских наук (1928), профессор (1934). Заслуженный деятель науки БССР (1939). С 1934 в Минском медицинском институте, с 1932 одновременно руководитель Белорусского НИИ переливания крови». Очевидно, что сделал для минчан Ю. Иргер никак не меньше, чем первый российский нарком здравоохранения Н. Семашко, удостоенный «своей» улицы в нашем городе.

Ю. Иргер; М. Кроль

Михаил Кроль (1879–1939). По словам автора журнала «Здравоохранение» (2014), «белорусский учёный, организатор медицинского образования и медицинской печати». Родом из Минска, он получил европейское образование и успешно работал в Москве, но откликнулся на призыв белорусского правительства и в 1921 г. практически на «голом месте» создал в Минске медицинский факультет БГУ, став его первым деканом (с 1930 г. – первым ректором Белорусского медицинского института). С 1931 г. – академик, заслуженный деятель науки БССР. В 1939 г. был избран членом-корреспондентом АН СССР. В мединституте имя М. Б. Кроля увековечено, но почему бы не сделать его более известным на уровне города?
Лев (Лейб) Кулик (1908–1942). Главврач минской инфекционной больницы, расположенной на территории Минского гетто (до 1941 г. работал главврачом в Барановичах и Гродно). В 1941–42 гг. пытался организовать процесс лечения больных – что по тем временам само по себе было подвигом – и в то же время изо всех сил помогал подпольщикам, за что и был казнён гитлеровцами. О его роли в минском подполье можно прочесть в книгах Гирша Смоляра, которого Л. Кулик спас от смерти. В 2008 г. в Беларуси Л. Кулик был посмертно награждён медалью, а несколько позже на здании бывшей больницы, где он работал, появилась мемориальная доска (на ул. Кальварийской, 3а – без упоминания его имени), но всего этого явно недостаточно.

Л. Кулик и здание больницы, где сейчас детская музыкальная школа (доска видна между окнами слева от входа)

Моисей (Мойше) Кульбак (1896–1937). Классик еврейской литературы, один из самых популярных в мире писателей из Беларуси. Его роман «Зельменяне», где воспеты древний еврейский род и сам Минск, переиздаётся в ХХІ в. – через 80 лет после написания – и вызывает живую реакцию. Цитата из Ольги Бобковой: «Только в этом году услышала от Али С. об этом романе Кульбака. Нашла и прочитала. Счастливая. Автор заставил улыбнуться, похохотать, погрустить» (svaboda.org, 22.12.2012). Хороши и иные произведения М. К. – стихи, поэмы, пьеса «Бойтра», в 2014 г. опубликованная в журнале «Дзеяслоў» (перевод с идиша Феликса Хаймовича). Рожденный в Сморгони, Кульбак много лет жил в Минске, здесь же был арестован и расстрелян сталинцами. Реабилитирован при Хрущёве.

Сейчас, в 2020 г., я не настаиваю на том, чтобы в Минске появилась улица Мойше Кульбака. Увы, за год до своего ареста большой писатель помог «закопать» критика Хацкеля (Иехезкеля) Дунца (1897–1937). От имени Кульбака в газете «Літаратура і мастацтва» (10.09.1936) было опубликовано следующее: «Долгое время орудовал в еврейской советской литературе Дунец, и никто из писателей с него не сорвал маску. Характерно, что уже после того, как Дунца исключили из партии [1935 г.], Белгосиздат поручил ему перевод [на идиш] такой ответственной книги, как «Как закалялась сталь» Н. Островского. Понятно, что Дунец испортил эту книгу». Практические последствия это выступление имело: перевод книги Островского на идиш поручили Кульбаку. Поэтому я бы отдал предпочтение Зельманской улице (в честь героев романа)… или хотя бы Зельманскому переулку где-нибудь в районе Ляховки.

Иосиф Лангбард (1882–1951). О нем написано так много, что достаточно процитировать «Википедию»: «Заслуженный деятель искусств Белорусской ССР (1934), доктор архитектуры (с 1939). Один из выдающихся зодчих Европы XX века, чье художественное наследие оказало значительное влияние на развитие современной архитектуры. Его архитектурные работы в большой степени повлияли на формирование облика Минска и являются образцами белорусского зодчества». Впрочем, добавлю: Дом правительства, Дом офицеров, Театр оперы и балета – это всё его творения. Возле театра висит курьёзная мемориальная доска, где рядом стоят фамилии архитектора Лангбарда и президента Лукашенко, в ХХІ в. отдавшего распоряжение отреставрировать здание. Можно было бы переименовать в честь зодчего идущую к театру улицу Чичерина, тем более что вклад ленинского наркома иностранных дел в жизнь Минска неочевиден, а кроме того, в столице Беларуси несколько лет назад появилась улица Чичурина (созвучие названий может привести к путанице, если уже не приводит).

И. Лангбард

Осип (Иосиф) Лунц (1842–1930), терапевт, ученый, основатель в Минске системы противотуберкулезной помощи, председатель Общества минских врачей (1879–1883), инициатор первого в Беларуси детского санатория для больных туберкулёзом (1898), один из организаторов Белгосуниверситета (1921). Считается также, что Хоральная синагога – нынешний Национальный драматический театр им. Горького на ул. Володарского – построена по инициативе О. Лунца. Подробная статья о нём и его потомках – здесь.
Абрам Михельсон (1902–1971). Уроженец Минска, где трагически погиб от руки пациента. А. Михельсон был учеником Ю. Иргера, тоже доктором медицинских наук и профессором. Далее уместно процитировать сайт Белорусской медицинской академии последипломного образования (belmapo.by): «В 1958 г. организовано научное общество урологов Белоруссии, председателем которого являлся до 1970 г. С 1959 по 1969 гг. — главный уролог министерства здравоохранения БССР. В 1968 г. присвоено звание Заслуженного деятеля науки БССР». Описал «симптом Михельсона», разработал уникальные методики лечения.

А. Михельсон; А. Печерский

Александр Печерский (1909–1990). Уроженец Кременчуга, офицер Красной Армии, попавший в плен. Некоторое время содержался в минском «рабочем лагере» СС. А. Печерский известен во всем мире благодаря восстанию, организованном им вместе с другими узниками в лагере смерти Собибор (1943 г.). Многим из них удалось выжить после побега. Сам Печерский воевал в партизанском отряде на территории Беларуси; таким образом, имеются и формальные основания, чтобы назвать его именем столичную улицу. Кстати, улицы Печерского уже имеются не только в Кременчуге и Ростове-на-Дону, но и в израильском Цфате, где герой никогда не бывал.

Г. Пласков

Григорий Пласков (1898–1972). Уроженец Минска, выдающийся военачальник. Сам маршал Жуков ходатайствовал, чтобы генерал-лейтенанту артиллерии Пласкову присвоили звание Героя Советского Союза, но не сложилось… Как писал кандидат исторических наук Борис Долготович в «Вечернем Минске»: «В январе 1919-го Григорий Пласков начал службу в артиллерии и остался верен ей в течение 45 лет… был пять раз ранен, причем один раз настолько тяжело, что не только мог, но и не должен был возвращаться на фронт. Но генерал Пласков вернулся в строй, к своим боевым друзьям, даже не дождавшись полного излечения ран».
Соломон Розенталь (1890–1955). Уроженец Вильно, однако жил в Минске в конце 1900-х, в 1921–1931 гг., бывал у нас и в первой половине 1950-х гг. (похоронен в Ленинграде). Доктор медицинских наук, профессор, в своё время – один из самых авторитетных в СССР венерологов и дерматологов. Разработал множество методик лечения, которые во время войны очень пригодились при лечении раненых. Заведовал клиникой кожных болезней в БГУ, его многочисленные книги выходили и на белорусском языке. Придумал «жидкость Розенталя». «С. К. Розенталь с учениками разработал весьма эффективное лекарственное средство для лечения ран, жирной себореи и алопеции, не утратившее своего значения до настоящего времени», – писали специалисты с pharmjournal.ru в 2013 г. Прославился С. Розенталь также тем, что был первым чемпионом Беларуси по шахматам (в 1924 и 1925 гг.), хотя звание мастера спорта получил уже в Ленинграде (1934).

Л. Шапиро

Лев Шапиро (1864–1932). Цитирую некролог по изданию «Новый хирургический архив» (№ 3, 1932 г.): «12 января 1932 г. в Минске умер 68 лет от роду Л.Н. Шапиро – один из основоположников хирургии в Минске. По окончании Дерптского университета он проработал два года в Москве, в лечебнице “Кни”, а затем с 1890 г. работал в Минске. Здесь он имел свою хирургическую лечебницу; пользуясь большой популярностью среди местного населения и далеко за пределами Минска, он немало способствовал популяризации хирургии в Белоруссии. С 1900 по 1914 год заведовал хирургическим отделением Минской еврейской больницы, работал хирургом во время войны… Умер Лев Наумович от сердечного поражения, внезапно, во время лечения больного, работая до самого последнего момента своей жизни». Известен Л. Шапиро и как основатель первой на территории Беларуси школы по подготовке зубных врачей (1907).
Федор Шедлецкий (1924–1988). В некоторых источниках называется «первым партизаном из Минского гетто». Израильский историк д-р Ицхак Арад в книге «Они сражались за Родину: евреи Советского Союза в Великой Отечественной войне» писал о нём так: «Связь между подпольем Минского гетто и 208-м партизанским отрядом была установлена благодаря Феде Шедлецкому, появившемуся в гетто по заданию Сергеева, чтобы попросить юденрат помочь партизанскому отряду с одеждой и медикаментами. Деятель подполья Григорий Смоляр, встречавшийся с Шедлецким, обещал отправить партизанам помощь и предложил переправить к ним подпольщиков из гетто. В начале 1942 г. Шедлецкий вновь пришел в гетто с ответом от Сергеева, который согласился принимать евреев с условием, что они будут вооружены и снабжены медикаментами. Результатом этих контактов стал уход из гетто в феврале 1942 г. трёх групп общим числом 50 человек, в основном бывших военных. Шедлецкий взял на себя обязанности проводника». Уточнил сведения И. Арада в 2017 г. Феликс Хаймович – писатель, сын Бориса Хаймовича (одного из организаторов подполья в Минском гетто): «Федю Шедлецкого я знал лично, и достаточно близко: он дружил с моим отцом, а дружба эта началась в августе 1941 года в Минском гетто. Федя был связным отца. Не Сергеев направил его в гетто, а Исай Казинец направил его в лес на поиски партизан, чтобы выводить в лес людей из гетто. Казинец его связал и с Кабушкиным (Жаном), который, кстати, не один раз ночевал в доме, служившим штабом папиной подпольной группы. Немцы его искали, но им и в голову не могло придти, что “партизанский бандит“ прячется в гетто. Так что не Сергеев вышел на Шедлецкого, а Шедлецкий на отряды Сергеева и Покровского, действовавшие вместе. В партизаны Федя перешёл вместе со всей папиной группой, которую он и Миша Рудицер (обоим было по 17 лет) и выводили в лес. Первым же партизаном из Минского гетто считали не Федю, а моего отца. В книге Смоляра “Мстители гетто”, вышедшей в издательстве “Дер эмес” в 1947 году, раздел, посвящённый моему отцу, так и назывался: “Первый партизан из Минского гетто“».

Фото из книги Г. Смоляра. Справа налево: сидят А. Релькин и Ф. Шедлецкий, стоят Г. Гордон и Б. Хаймович

Фактически, начиная с осени 1941 г., Ф. Шедлецкий вместе со своими товарищами спас десятки узников гетто. В партизанском отряде он командовал разведгруппой, был награждён медалями «За Отвагу» и «Партизану Отечественной войны I степени». Возможно, влияние на дух людей имело даже большее значение, чем ратные подвиги: «Его смелость, его осознанное решение – никогда не носить жёлтую звезду на одежде, его уверенность в победе, были подобны глотку свежего воздуха» – об этом в 1994 г. рассказывал бывший узник Минского гетто Евсей Залан.

* * *

Конечно, наивно надеяться, что все названные фамилии найдут своё место на карте Минска, но тем, кто претендует на звание «общественных», а тем более политических деятелей, не помешало бы иметь такой список под рукой. Oбращения же «простых смертных» топонимическая комиссия при горисполкоме, как правило, игнорирует.

В списке – несколько врачей, и это неспроста. Считаю, что их труд недооценен в названиях столичных улиц, проспектов и переулков. Сейчас, во время эпидемии COVID-19, это ещё более очевидно, чем 5 лет назад.

Нужна в столице Беларуси и улица (проспект? площадь?) «Праведников народов мира», а лучше просто Праведников. Между прочим, готов согласиться со многими идеями, высказанными еще в 1993 г. художником Маем Данцигом в открытом письме к белорусскому правительству: тогдашний председатель объединения еврейской культуры имени Изи Харика предлагал, в частности, вернуть название «Еврейская» улице Коллекторной. «Не возвращено историческое название улице Еврейской в Минске. Этот вопрос остается нерешённым, несмотря на то, что все остальные улицы этой части города получили свои исконные названия», – говорил президент Всемирной ассоциации белорусских евреев Яков Гутман в речи перед депутатами Верховного Совета Беларуси (20.10.1994). Полный текст его выступления на белорусском можно прочесть здесь

Я бы приветствовал появление в Минске улицы Трёх Подпольщиков (Маши Брускиной, Кирилла Труса и Володи Щербацевича, публично казнённых нацистами 26 октября 1941 г. за связь с подпольем). О том, что неэтично было бы называть улицу в честь одной М. Брускиной – а такие предложения звучали – уже приходилось писать («Мы яшчэ тут!», № 32, 2007).

Кроме того, заслуживает внимания идея с улицей Владимира Высоцкого. Замечательный певец и актер (1938–1980) не раз приезжал в Беларусь, снимался у нас в кино и выступал с концертами. Его творчество до сих пор почитается самыми разными людьми, некоторые песни переводились на белорусский язык (например, Михасём Булавацким) и иврит (например, Михаилом Голдовским)… Присвоение улице его имени стало бы, между прочим, знаком покаяния за бестактность небезызвестного Пал-Изотыча, утверждавшего, что Высоцкий в Минске «потерпел фиаско», что его «обвели вокруг пальца» (см. подробнее: «Знамя юности» 23.03.1980 и здесь).

Подготовил Вольф Рубинчик,

политолог, член Союза белорусских писателей

wrubinchyk[at]gmail.com

Первая публикация – 18 мая 2015 года. Пять лет спустя вниманию читателей предлагается исправленный и дополненный вариант. Фото взяты из открытых источников.

Опубликовано 18.05.2020 19:29

Отклик

“Если быть объективным, в нынешней реальности шансы на свою улицу имеют только Лангбард и Зельдович” (Вадим Зеленков, краевед, г. Минск). Оказывается, В. З. (под ником “Минчанин”) обращался к властям с предложением об улице Лангбарда ещё 20 сентября 2007 г.

Сегодня, 19.05.2020, историк Иван Сацукевич, который входит в “топонимическую” комиссию при горисполкоме, ответил г-ну Зеленкову так: “Попробуем реализовать в ближайший год, главное, чтобы была новая большая улица – с этим из-за запрета на освоение ценных сельскохозяйственных земель проблемы” (пер. с бел.). Ура?

Добавлено 19.05.2020 14:14

***

Спрашивали – отвечаю

Об инициативе «улица имени Зиссера». Появилась интернет-петиция, где Ю. А. Зиссер (1960–2020) представлен так: «Меценат, общественный деятель, предприниматель, основатель портала TUT.BY, активный участник стартап-движения в стране, ментор, инвестор. Человек, не афишировавший свои подарки, но сделавший огромный вклад в сохранение и развитие белорусской культуры, национальной идеи и самоидентификации» (c 18.05.2020 она собрала почти 4000 подписей). В газете «Новы час» вижу и статью-обоснование.

Всегда радует общественная активность, которая идёт «снизу», не сопровождаясь угрозами и насилием. Бесспорно, Ю. Зиссер был заметным деятелем в Беларуси начала ХХI века, но… Вот в соседней России был принят закон, по которому «назвать улицу в честь умершего человека можно не ранее, чем через 10 лет после его смерти». Впрочем, правило не без исключений; улица Солженицына появилась в Москве уже через несколько месяцев после смерти писателя.

В законе РБ «О наименованиях географических объектов» сказано: «Географическим объектам могут присваиваться наименования в ознаменование исторических событий, а также имена лиц, имеющих заслуги перед государством и обществом». Российский «лаг» не предусмотрен; запрещается лишь прижизненное увековечение заслуженных людей в названиях географических объектов. Теоретически улица (или площадь, проезд, переулок…) могла бы получить имя Зиссера хоть завтра. Нужно ли?..

Имею основания сомневаться в том, что успешный предприниматель был велик во всех своих «ипостасях», перечисленных в петиции. Должно пройти несколько лет (возможно, пять), чтобы оценить влияние Юрия Зиссера на развитие Минска и Беларуси. Пока суд да дело, наследники долларового миллионера могли бы учредить мемориальную стипендию для молодых талантов. И/или выпустить о Ю. Зиссере книгу, благо многие вспоминают о нём.

В ближайшее время не собираюсь выступать ни «за», ни «против» предложения «назвать улицу города, чтобы быть благодарным за всё, что он сделал для страны», поддержанного, в частности, дочерью Ю. Зиссера Евгенией. Но если бы пришлось выбирать, я предпочёл бы видеть в родном городе всё-таки улицу Иосифа Лангбарда или, к примеру, Соломона Розенталя, чьи труды не забыты и спустя десятилетия после смерти авторов.

После выхода «Великолепной двадцатки» художник Андрей Дубинин напомнил о замечательном минском докторе Сергее Урванцове (1863–1937), инициаторе создания в городе «скорой помощи», не отмеченном, однако, в городской топонимике. Разумеется, я двумя руками «за» улицу (или даже проспект) Урванцова.

В. Рубинчик, г. Минск

20.05.2020

Опубликовано 20.05.2020 13:33

* * *

Уход Ю. Зиссера в мир лучший опять всколыхнул тему увековечения памяти людей, оставивших заметный след в истории города и общества.

В. Рубинчик подмечает про закон соседней Российской Федерации, что «назвать улицу в честь умершего человека можно не ранее, чем через 10 лет после его смерти». Мне на ум приходят воспоминания о смерти Папы Иоанна Павла ІІ (в то время я как раз был в Италии). Традиционно для горячих итальянцев, сразу поднялась кампания «Santo subito» – то есть требование объявить главного иерарха католического мира святым без предварительных процедур (то же случилось по смерти падре Пио, знаменитого францисканского монаха). На такие случаи католическая церковь за свою долгую историю выработала механизм – процедура рассмотрения и утверждения человека в статусе официально признанного святого может быть не ранее пяти лет после его смерти. Страсти утихают, свежесть утраты проходит, и сам человек может быть оценен в некоей исторической перспективе. Видимо, опыт сгоряча утверждённых персон не всегда проходил испытание временем.

Думаю, это применимо и в нашем случае.

В материале В. Рубинчика я выделил бы среди несомненно достойных фигур несколько моментов, отозвавшихся во мне лично. Безусловно, это улица (или переулок) Зельманцев (у автора Зельманская), также историческая Еврейская улица и улица Трёх подпольщиков.

Андрей Дубинин, г. Минск

20.05.2020 22:54

Страсти по короне (2)

Досье в карикатурах: Мир выходит из карантина

18-05-2020 Олег Новиков (газета «Новы час»)

После почти двух месяцев карантина, который был введён в связи с пандемией, всё больше стран постепенно начинают отменять ограничения. Однако, похоже, мир ещё долго не будет таким, как в марте 2020-го, когда они начали вводиться. В пользу этого тезиса говорит и содержание современных карикатур.

Надпись на воде: «Открытие после закрытия»

Во время карантина жителям Европы приходилось отказываться от многих привычных вещей. Одной из наибольших проблем была невозможность посещать парикмахерские. После ослабления карантина сюда и побежал народ, спровоцировав настоящий ажиотаж. Владелец копенгагенской парикмахерской рассказал службе ВВС, что работа всех его сотрудников полностью расписана на ближайшие три недели. Одновременно клиентам и парикмахерам приходится привыкать к новым правилам — ожидание в очереди на улице, постоянная дезинфекция, проветривание. А художник издания Hamilton Spectator не исключает даже появления новых инструментов для стрижки.

Frameworks to reopen economy now being considered as COVID-19 deaths continue – Editorial Cartoon by Graeme MacKay, The Hamilton Spectator – Saturday April 25, 2020

Также в Европе осторожно открывают пляжный сезон. Пионерами тут стали Франция, Италия и Греция. Однако желающих попасть на море оказалось так много, что люди вынуждены были часами ждать в очередях. Кое-где посещаемость ограничена 40 человеками на 1000 квадратных метров. Но это ещё не все требования. На пляже от людей требуют выполнения норм дистанцирования — пляжные зонтики должны размещаться не ближе чем в четырёх метрах друг от друга, а лежаки – не ближе метра. При этом власти предупреждают, что полиция будет разгонять отдыхающих, если те начнут скапливаться в толпы. Комментируя новации, художник Tampa Bay Times (США) опасается, что скоро места на пляжах придётся бронировать, как места в гостиницах.

Позволили работать и пунктам питания, но и здесь хватает хапае новых жёстких правил. Так, в Нью-Йорке меры безопасности предписывают хозяевам кофеен и ресторанов соблюдать дистанцию в два метра между посетителями, обеспечить официантами масками и перчатками, а заполненность помещения не должна превышать 25%. По мнению многих, открываться на таких условиях нет смысла – кофейни будут работать без прибыли. Возможно, компенсировать потери удастся за счёт продажи в кафе новых товаров? На карикатуре немецкого Spiegel официант предлагает посетителям ресторана антисептик.

Появились сообщения, что в Европе собираются возобновить сразу несколько национальных спортивных чемпионатов. Но после карантина большой спорт вы тоже не узнаете. Во многих спортивных лигах сейчас рассматривают даже вариант устроить специальные закрытые лагеря. Туда хотят завести все клубы, чтобы те соревновались – естественно, без присутствия зрителей. Критики идеи, в свою очередь, говорят, что спорт без зрителей — это профанация. Художник ресурса Political cartoons предложил компромиссный вариант — пускать зрителей на трибуны по очереди, на несколько минут.

Всё это даёт основания не впадать в излишнюю эйфорию из-за скорой отмены введенных в марте ограничений. Адаптация к новым реалиям будет очень болезненной во всех смыслах. Нельзя исключать (и вероятность этого высока), что карантин будет введён снова. А затем снова отменен – и снова введён. Поэтому испанский художник Рамсес Морасалес сравнивает тех, кто говорит о близком окончании карантина, с полоумными сектантами. Последние, как известно, любят утверждать о приближении конца света.

Источник

Перевод с белорусского – belisrael.info

***

Предлагаем вниманию наших читателей также интересную запись москвички (взято с fb-страницы Е. Трофимовой). Вполне вероятно, что не все советы жительницы российской столицы будут полезны белорусам и израильтянам, но тем не менее…

9 мая 2020, после выписки из клиники 15 мая 2020 (Фото из фб)

Елена Трофимова 15 мая в 03:34

Сегодня ровно месяц, как я заболела. Covid-19 наконец-то ушёл из моего организма. Все показатели в норме. Кровь, сатурация, температура — всё супер. Я почти окрепла и очень рада новой жизни. Не буду сейчас пускаться в описание эмоций и физических страданий, которые я испытала. Просто хочу прояснить некоторые моменты, если вас вдруг захватит коронавирус. Итак:

– Вирус даёт пневмонию. Она атипична! Поэтому не прослушивается фонендоскопом.

– Болезнь будет длиться две-три недели, плюс пара недель восстановления. Поэтому готовьтесь к борьбе длиною в месяц-полтора.

– Симптомов заболевания может либо не быть совсем, либо они будут очень слабые. Но что будет наверняка — это температура (от 37 и выше).

– Кашель бывает далеко не у всех, отсутствие обоняния и вкуса — тоже. Но у всех в какой-то момент появится сдавленность дыхания.

– Тесты почти все ложно-отрицательные, поэтому делать их за деньги нет никакого смысла.

– Единственное, что действительно стоит сделать за свои средства, — это КТ лёгких. Обязательно просите отметить процент поражения! Сейчас многие клиники этого избегают, но это именно та отправная точка, относительно которой будет понятна динамика.

– При прохождении КТ обязательно берите снимок! Это делается за отдельную плату, но медики работают только с ним.

– Делать КТ сразу — тоже не стоит, заметные изменения происходят в течение первых пяти дней.

– Сбивать невысокую температуру даже не вздумайте! Этим вы лишите организм сил бороться самому. Учитывая, что лекарств от Ковида нет, это единственная надежда на победу.

– Измеряйте температуру три раза в день и записывайте её в график. Этим вы облегчите задачу медикам, если вдруг придётся ехать в больницу.

– Обязательно соберите сумку заранее. Плохо стать может очень резко. Всего за несколько часов вы можете потерять возможность ровно дышать.

– При стремительном поражении Ковидом может сильно заболеть сердце. Это у многих, хотя описывают по-разному.

– В больницу возьмите с собой: беруши (когда храпит весь этаж, уснуть очень трудно), полотенце (их там не дают), побольше влажных салфеток, кружку, ложку, тарелку, пижаму, тёплые носки и кофту, побольше футболок и обязательно воду! Но самое главное — многоразовую маску!!! В ней вам придется провести очень много времени.

– Возьмите самый необходимый набор лекарств, в больницах с ними перебои.

– Вызывайте врача, но знайте, что ждать его придётся очень долго. Обязательно гуглите всё, что он прописал. В больницах обычно дают плаквенил, азитромицин и цефтриаксон (антибиотики, которые помогают избежать осложнений).

– Цефтриаксон внутримышечно — это адская боль. Если вы остались дома, смешивайте его с лидокаином (при условии, что у вас нет на него аллергии).

– Больше чем 7 дней принимать терапию не стоит, она крайне токсична. Максимум 11 дней (только если очень плохо).

– Очень важный момент: будьте чуткими к своему организму. Ковид хозяйничает, затаясь. Почти все ковидники не чувствуют опасности. В этом кроется ужас атипичной пневмонии. Мозг затуманен, телу просто хочется спать и не беспокоиться.

– Ничего не бойтесь! Приятного мало, но вытерпеть можно. Чем быстрее вы обратитесь за медицинской помощью, тем быстрее прогоните хворь.

– Большинство переболевших выписывают домой ещё с признаками пневмонии, но с этим ничего не поделаешь. Восстановление длится около месяца.

– В больницах вас будут лечить ортопеды, офтальмологи и хирурги. Но сегодня это нормально. Капельницы может ставить кто угодно, в том числе и те, кто не умеет этого делать. Надо быть благодарным каждому человеку в «скафандре». Их осталось очень мало, поэтому те, кто ещё в больницах — это настоящие люди, они действительно хотят вам помочь.

– Кормить будут плохо, так что берите с собой ништяки. Во всех больницах принимают доставки, поэтому поначалу можно взять совсем чуть-чуть.

– Побольше санитайзеров и вообще любого вида антисептиков! С мытьём рук в стационарах туго.

– Если есть возможность, возьмите свой градусник! Но только ртутный! Цифровые дают погрешность в целый градус.

– Если вдруг есть свой пульсоксиметр, его тоже берите.

– Скажите родственникам, что обязательно вернётесь. Лишняя нервозность мешает восстановлению.

– Будьте уверены, что в больнице вы приобретёте новых друзей. Это важно. Проходить испытание вместе — очень помогает.

– Делайте всё, чтобы не попасть под ИВЛ. В большинстве случаев это путь в один конец.

– Если «скорая» кочевряжится и намекает, что лучше вам остаться дома, смело кошмарьте ситуацию. Ваше здоровье важно только вам и вашей семье.

– Не стесняйтесь молиться, плакать и жаловаться. Все мы люди. Весь спектр эмоций естественен для человека.

– Температура у ковидных больных держится около месяца. Это нормально.

– Ещё какое-то время после выздоровления мы являемся вирусоносителями. Так что следите за тем, чтобы никого не заразить!

(Мнение чисто субъективное, надо учитывать, что я не медик!)

Люблю вас, ценю и всем желаю здоровья!

Опубликовано 18.05.2020 15:36

Олег Новиков листает «Вожык»…

По страницам «Вожыка». Как в БССР с зимой боролись

06-02-2020 Алег Новікаў (газета «Новы час»)

Тёплая зима 2019/2020, возможно, пополнила клуб тех, кто ностальгирует по прошлому, когда такого понятия, как «смена климата», вообще не существовало. Между тем, как свидетельствует архив журнала «Вожык», каждая зима была для БССР и её населения серьёзным вызовом.

Больше всех от зимы страдала деревня с её слабой инфраструктурой. Сюжет о коровах, которые мёрзнут на холодных фермах зимой, почти на протяжении 45 лет (!) присутствовал в карикатурах журнала. На тех рисунках менялся исключительно антураж, поскольку, пока коровы мёрзли, технический прогресс не стоял на месте.

Однотипность рисунков на тему жизни деревни легко объясняется состоянием зимних дорог республики. Из-за него художникам при всём желании было трудно попасть в деревню. И не только, кстати, им.

Что касается городов, то они во время зимы больше всего страдали от гололёда. Утешало прохожих, если верить «Вожыку», только то, что жертвами коварного льда иногда были и чиновники.

Тема вечного дефицита зимой играла новыми красками.

Зима во времена БССР была суровым временем для любителей искусства и кино. Практически ежегодно «Вожык» возмущался низкими температурами в клубах. Однако поскольку фейсбука тогда не было, культурные объекты всё равно не пустовали.

Впрочем, присущие временам БССР бесхозяйственность и разгильдяйство имели позитивные стороны для детей. Зимой пионеры (а как же октябрята? – belisrael) превращали заброшенные строительные площадки в настоящие игровые парки.

Правда, долго кайфовать никому не приходилось. Любимая партия стремилась нон-стоп держать общество в своём информационно-политическом поле, в том числе за счёт всякого рода кампаний. Об одной из них – охоте на стиляг в БССР — мы с помощью карикатур «Вожыка» расскажем в следующий раз.

* * *

«Здесь не танцуют буги-вуги». Как «Вожык» со стилягами боролся

03-04-2020 Алег Новікаў (газета «Новы час»)

Продолжаем вояж по страницам флагмана белорусской советской сатиры. В этот раз вспоминаем, как «Вожык» боролся против стиляг — молодёжной субкультуры в СССР 1940-1950-х годов.

Журнал «Вожык», помимо всего, является индикатором социальных процессов в советской Беларуси. Городская тематика захватила издание только в начале 70-х, когда пришла вторая волна индустриализации и наш край стал преимущественно урбанистичным.

Соответственно, до того больше внимания уделялось проблемам деревни. Среди прочего «Вожык» безжалостно боролся с теми молодыми сельчанами, которые филонили посевные и уборочные, пьянствовали, крали с колхозных складов, ставили личное выше общественных и партийных задач.

Что касается городской молодёжи, то приблизительно до середины 50-х «Вожык» интересовался ей редко. Разве что время от времени от его авторов доставалось хулиганам.

Пасторальные мотивы преобладали в журнале «Вожык», пока в Москве не объявили «крестовый поход» против космополитов – любителей Запада, под каток которого также попали молодые люди, которые интересовались джазом и прочими импортными культурными фишками. В 1949-м на страницах московского «Крокодила» вышла статья «Типы уходящего века», которая стала манифестом войны со стилягами, кульминация которой придётся на 50-е.

Постепенно пришлось подключиться к той кампании и Минску. В октябрьском номере «Вожыка» за 1955 год имело место историческое событие: впервые в качестве антисоциального элемента был показан типаж, похожий на стилягу. Помимо всего это означало, что Минск вышел из алгоритма жизни города, который зализывает раны войны. Белорусская столица начинала жить в нормальном ритме большого города с соответствующей полифонией потребительских предрассудков его жителей.

«Был на конкурсе я джазов,

обалдел от джазов сразу.

Буги-вуги, самба-мамба,

чувствую, приходит амба».

Примерно так звучали на советском радио куплеты против стиляг. А у «Вожыка» были свои методы борьбы с «плесенью» (так в официозе часто называли стиляг). Он крыл неконструктивную молодёжь стихами и карикатурами.

Кульминация борьбы со стилягами у «Вожыка» пришлась на 1958 год. Одновременно его авторы пытались агитировать за некий альтернативный позитивный стиль. Согласно журналу, молодой белорус хорошо работает и в свободное от трудовых рекордов время вместо разных буги-вуги пляшет в ритме народных танцев. Однако вскоре от таких поисков отказались. Стало ясно, что нужна своя эстрада.

Листая страницы «Вожыка», можно заметить интересный феномен. Судя по карикатурам, все, кто не хотел вести советский образ жизни в 50-е годы, постепенно так или иначе заимствовали фишки стиляг. На рисунке 1959 года типичный тунеядец носит так называемые «ботинки на манной каше» — характерный атрибут гардероба стиляг.

Культурологи утверждают, что стиляги в СССР начали постепенно исчезать после Московского всемирного фестиваля молодёжи и студентов, который состоялся в 1957-м. По его следам был легализован джаз и либерализирован дизайн молодёжной одежды. Кроме этого, благодаря Гагарину и десталинизации, Запад охватила волна симпатии к СССР, присущая также молодёжным субкультурам (например, американским битникам).

До начала рок-революции и эры хиппи (примерно 1964-1967) тема враждебной Советам юношеской контркультуры в журнале «Вожык» почти исчезает. Хотя осторожное отношение к тем, кто не соответствует стандартам обычного советского трудящегося, как видим на карикатуре 1961 года, всё же присутствовало.

Перевод с белорусского – belisrael.info

Опубликовано 04.04.2020 18:53

Independent Israeli site / אתר ישראלי עצמאי / Независимый израильский сайт

From Israel to Australia. About Jews and everything else / מישראל לאוסטרליה. על היהודים ועל כל דבר אחר / От Израиля до Австралии. О евреях и обо всем на свете

Tag Archives: газета «Новы час»

В. Рубінчык. Коўзкае становішча

«Долой самодержавие!»: как в Беларуси за демократию сражались

В Беларуси всё только начинается?

А. Церашкова. Вязні ў небяспецы / Е. Терешкова. Узники в опасности

Предвыборные суждения (от В. Р.)

В Куропатах кое-что проясняется…

В. Рубинчик о минской топонимике

Страсти по короне (2)

Олег Новиков листает «Вожык»…