From Israel to Australia. About Jews and everything else / מישראל לאוסטרליה. על היהודים ועל כל דבר אחר / От Израиля до Австралии. О евреях и обо всем на свете
18 марта 2021 г. на 59-м году жизни умер мастер спорта, многолетний ответственный секретарь Белорусской федерации шашек Павел Шацов. Павел Аронович более 20 лет занимался текущей работой федерации, сыграл огромную роль в ее становлении в суверенный период. Был мудрым, ироничным и добрым человеком, готовым всегда дать полезный совет. Был нам другом и старшим товарищем. Выражаем искренние соболезнования родным и близким.
– Сколько себя помню, столько играл в шашки, поэтому первое знакомство вспомнить невозможно. Первый турнир – чемпионат семьи, состав турнира: отец, мать, брат и я. Первый тренер – Леонид Сергеевич Витошкин.
–Что Вас увлекает кроме шашек?
– Вообще-то приходится еще и работать. Тоже достаточно интересно. А вообще, я с удовольствием могу поиграть в шашки в интернете, люблю почитать художественную литературу, выбраться на природу.
–Остается ли у Вас время на семью?
– Время на семью остается. У меня есть жена и двое уже взрослых сыновей, им 19 и 24 года. Дети занимаются математикой, программированием. Может быть, сделают что-то интересное и для шашек.
* * *
Анатолий Гантварг вспоминает Павла Шацова:
Друзья мои уходят один за другим в течение года.
Ушли Хенк де Вит, Рома Климашов, Алик Рац.
Я называю тех друзей, с кем меня связывал шашечный спорт.
И вот новый удар – ушёл из жизни Паша (друзья называли его только так) Шацов, ушёл, или, как в таких случаях говорят, быстро сгорел.
Мне хотелось написать слова прощания с каждым из друзей, все они сыграли большую роль в моей жизни.
Все они талантливо проявили себя в своей работе или в своих увлечениях.
Хенк был художником и самым артистичным человеком в шашечном спорте. Он также находил деньги и был организатором прекрасных турниров в Делфте.
Рома организовывал большое количество турниров с достойными призами. В значительной мере спас шашечный спорт в России в годы Перестройки.
Алик в начале 60-х годов был одним из сильнейших игроков, затем ушёл в науку, стал доктором наук, занимался ракетами. Иногда возвращался в шашки, показывал высокие результаты. Его обаяние было общепризнанным, а по способности излагать свои мысли трудно кого-либо сравнить с ним.
Но самое большое потрясение я испытал и испытываю от ухода из жизни Паши.
Возможно потому, что он был более молод и ушёл слишком рано.
Возможно потому, что мы часто виделись и много общались.
У него не было проблем со здоровьем, как у моих более возрастных друзей.
Ещё в ноябре мы часто встречались, ходили регулярно в сауну, много беседовали. Разговаривали о его дальнейшей жизни, которую он должен был круто изменить, то есть, воссоединиться с сыновьями, которые работают в Берлине и Амстердаме.
Это позволило бы ему часто видеться и с Сашей Пресманом, другом, с которым его связывала вся жизнь.
Воспитание сыновей, реализация их способностей в избранной профессии, были главным проектом в его жизни.
Проект удался, Рома и Виталик выросли людьми, востребованными в профессии, порядочными. Паша гордился ими и был счастлив.
Несмотря на все ужасы, которые случились в Беларуси и принесли ему много переживаний, дальнейшие перспективы жизни вблизи родных и лучшего друга заглушали бы боль от происходящего беспредела в родной и любимой стране.
Судьба распорядилась иначе.
Напрашивается замена одного слова в строчке песни Булата Окуджавы «Ах, судьба, что ж ты сделала, подлая».
Мне трудно определить таланты Паши в какой-либо деятельности.
Великий актёр Алексей Баталов когда-то сказал: «Талант – это умение сопереживать людям». В этом смысле Паша, конечно, был талантлив.
Возможно, острая боль от потери друга объясняется в моментальной реакции Игоря Койфмана, когда я сообщил ему о смерти Паши: «Как? Он же такой добрый». Так реагируют и другие люди, знавшие Пашу.
Конечно, боль от ухода Паши связана не только с его добротой.
Он был Человек с большой буквы. Ему были присущи лучшие качества, которые мы ценим в людях: порядочность, верность, отзывчивость, доброта и т. д.
У меня в Минске много друзей, но в последнее время я сузил общение с друзьями из-за недостатка энергии. И наоборот, всё больше и больше было общения с Пашей, к которому меня тянуло всё сильнее.
И не только из-за качеств, перечисленных выше. Они могут быть присущи и скучному человеку.
Паша был учеником известного тренера, моего друга Миши Каца, человека с невероятным чувством юмора. Его способности моментально реагировать на сказанное кем-либо с использованием игры слов, их похожести, двусмысленности просто поразительны.
Можно вспомнить многие его остроты. Я приведу одну из них.
Когда однажды 8-го марта Миша позвонил, чтобы поздравить мою жену с праздником, я сообщил ему, что ко мне в гости пришли три студента из Мавритании. На что Миша моментально отреагировал: «Так вы празднуете восьмое маврта!»
Миша вырастил гроссмейстеров и чемпионов мира, но некоторые его воспитанники и, в первую очередь, Саша Пресман и Паша, оказались достойными учениками по части юмора. Возможно, и это дополнило и сложило пазл их крепкой дружбы.
Таллинн, 1977. Cлева направо: Павел Шацов, Михаил Кац, Виталий Ворушило, Ирина Пашкевич, Елена Альтшуль. Фото отсюда
Верность Паши проявилась не только в отношении к семье и лучшему другу, но и в обожании своего тренера. Он понимал, что общение с юмором он во многом унаследовал от Каца.
Когда год назад он решил поработать тренером с детьми, то во время тренировки решил спросить, запомнили они его имя и отчество (Павел Аронович) или нет. Он спросил у одного из учеников семи лет. Тот ответил: «Вас зовут Павел Коронович»
Паша был доволен ответом – это было очень смешно. Юмор для Паши был очень важен.
Другим важным в его жизни проектом был шашечный спорт в Беларуси.
Более 20-ти лет он занимал общественную должность ответственного секретаря Федерации шашек Беларуси.
Он тратил много времени, энергии, нервов, так как часто фактически исполнял обязанности руководителя Федерации, выполнял всю техническую работу.
Приходилось балансировать между двумя видами шашек, между людьми с разным интеллектом, разной степени порядочности. Конфликты постепенно съедали здоровье.
Он вёл переписку с международной федерацией, защищал интересы белорусских игроков. Часто это требовало больших нервных затрат, что также не способствовало крепкому здоровью.
Помогала в работе его безупречная репутация.
К нему с большим уважением относились руководители Национального Центра по шахматам и шашкам, а также коллеги по шахматной работе, что важно было для шашек.
В том, что шашечный спорт в Беларуси сохранил высокий уровень результатов и организации чемпионатов за последние 20 лет, есть и его большая заслуга.
В тексте песни «Друзья уходят как-то невзначай» есть такие строки:
«Друзья уходят – кто же остаётся?
Друзья уходят – кем их заменить?»
Я не сомневаюсь, что мы, оставшиеся друзья, будем хранить память о Паше, вспоминать о нём, о его добрых делах.
Шалом пасляпейсаховы! Сёння – зноў пра тое, што тут адбываецца… Зірнем таксама, як падзеі прарастаюць скрозь каўтуны… пардон, адлюстроўваюцца ў свядомасці «лідараў думак».
Разумна, па-мойму, напісаў расійскі публіцыст Зміцер Шчарбачоў (22.03.2021):
Паняцце рэвалюцыі, хутчэй метафізічнае, чым сацыяльна-палітычнае, імплікуе не надлом, а карэнны пералом, злом. У цяперашні час на сваім троне застаецца ранейшы суверэн. Яго заявы наконт новых прэзідэнцкіх выбараў акрэслена здзеклівыя. Палітычныя зняволеныя працягваюць знаходзіцца ў турмах (некаторыя – у калоніях і на «хіміі». – В. Р.), вінаватыя ў катаваннях і забойствах пратэстоўцаў не пакараныя, некаторыя з вінаватых атрымалі падвышэнні. Ніякага злому няма.
Ёсць аўтары, якія прызнаЮць, што перамога ў Беларусі (яшчэ) не дасягнутая, але, маўляў, затое надышла Рэвалюцыя Свядомасці – маці ўсіх рэвалюцый. Чаму? Між іншага таму, што ў 2020 г. людзі значна болей пачалі дапамагаць адно аднаму, з’явіліся дваровыя ініцыятывы, і г. д.
Калі я чую пра беларускую рызому, то хапаюся за кошык для грыбоў… Так, багата было цікавых & карысных ініцыятыў, вось толькі ў вызваленне вязняў яны не канвертуюцца, дый нават у з’яўленне новых аўтарытэтных лідараў, якіх «народ» абараняў бы на мясцовасці, а не ў віртуальнай прасторы. Ініцыятыва «Сход» працуе, і на здароўе; з’явіліся ў яе нават старшыня (экс-пасол Ігар Ляшчэня) і сакратар (Юрый Данскоў). Аднак мне яна здаецца «рэччу ў сабе»… і пакуль што для сябе.
Прыпамінаю надпартыйны «Усебеларускі Кангрэс за незалежнасць» (прайшоў 21.12.2014) – яго дэлегаты таксама былі «выбраны грамадзянамі Беларусі наўпрост», прымалі рэзалюцыі, мелі сваю Раду і намер сабраць мільён подпісаў. Пяць год таму яны яшчэ з’язджаліся на сесіі, але дзе цяпер той кангрэс? Яго прадстаўніца Алена Анісім у 2016–2019 гг. пабыла дэпутаткай «парламента», а потым ціхмяна сышла з палітыкі, дарма што двойчы (2015, 2019) голасна заяўляла пра свае прэзідэнцкія амбіцыі.
Карацей, варта шчэ давесці, што «Сход» – гэта не «Кангрэс». Асобныя, нават яркія праекты, на жаль, не сведчаць пра «рэвалюцыю свядомасці», якая вымагае: а) адрознага ад «праўладнага» набору каштоўнасцей; б) узаемадаверу жыхароў Беларусі, без якога нашмат цяжэй тыя каштоўнасці трансляваць.
Што там з даверам? Сумна, але праўда: шматлікія акцыі салідарнасці ў цэлым яго не ўмацавалі. Паводле снежаньскага даследавання, праведзенага нямецкім інстытутам ZОiS сярод жыхароў беларускіх гарадоў з насельніцтвам звыш 20 тыс.:
Толькі 10% беларусаў сталі больш давяраць іншым за апошняе паўгоддзе. Сярод іх нямала тых, хто пацярпеў ад рэпрэсій сілавікоў і адчуў падтрымку іншых. У той жа час 30% рэспандэнтаў адзначылі зніжэнне ўзроўню даверу да іншых людзей. Сярод іх нямала прыхільнікаў цяперашняга рэжыму.
Большасць насельнікаў буйных і сярэдніх гарадоў (каля 53%), выглядае, прагаласавалі ў жніўні 2020 г. за Святлану Ціханоўскую з матывацыяй «абы не за Лукашэнку», ды не гатовыя былі бараніць сваю пазіцыю. Адна з арганізатарак даследавання, прафесарка Гвендалін Засе, звяртае ўвагу на «вялікае нездавальненне існуючым становішчам, якое, аднак, не выкрышталізоўваецца ў адназначную падтрымку пратэстаў або акрэсленыя ўяўленні пра тое, якой павінна быць палітыка ў Беларусі». Усё так, і дзе ж тут месца для «рэвалюцыі»? Глухое нездавальненне трывае ў краіне шмат гадоў, час ад часу выходзячы на паверхню (забурэнні ў снежні 2010 г., мітынгі і маршы недармаедаў у пачатку 2017 года…)
Праф. Г. Засе
Усё-такі беларускі палітолаг Андрэй Казакевіч мяркуе, што зменаў у параўнанні з 2019 г. «мноства». Пра гэта ён паведаміў мне… у каментах да вып. 1 свайго відэаблогу на Youtube-канале «еPramova».
https://www.youtube.com/watch?v=5uJlbYr41Zg
Само ўступленне ў нефармальную дыскусію калегі, старэйшага па навуковым званні (Андрэй даўно абараніў доктарскую дысертацыю), сведчыць пра пэўныя перамены; у ліпені 2020 г., аспрэчваючы яго думкі, на дыялог я не дужа разлічваў. А што перамянілася к вясне 2021 г. паводле самога А. Казакевіча? Яго заўвагі ад 02.04.2021:
Сістэма існуе ў рэжыме «ваеннага становішча» і цалкам змяніла правілы палітычнай гульні. Наперад выходзяць радыкалы з радыкальнымі праграмамі. Бюракраты і «памяркоўныя» адсоўваюцца на перыферыю. Упершыню ў гісторыі на першае месца выходзяць «сілавікі», а не бюракраты.
Упершыню за 20 год існуе рэальна папулярная альтэрнатыва, якая можа выйграць выбары і прыцягвае ўвагу грамадства на ўзроўні ўлады. Папулярнасць недзяржаўных медыя вышэй за дзяржаўныя, і сітуацыя, калі недзяржаўныя значна больш папулярныя (заслугоўваюць даверу) за дзяржаўныя, нетыповая. Такое раней фіксавалася толькі як спарадычны ўсплёск, а не як устойлівы трэнд, які з’явіўся ў жніўні 2020 г. Улада вымушана рэагаваць і праз рэпрэсіі, і праз планаванне рэформаў. Сістэма існаваць так, як існавала да лета 2020 г., ужо ніколі не будзе. Таму і пачынаюцца партыйная рэформа, кадравыя перастаноўкі, гісторыя з канстытуцыяй. Але гэта, натуральна, не значыць, што развіццё пойдзе па дэмакратычным шляху.
А.Лукашэнка стаў «кульгавай качкай», незалежна ад таго, колькі яшчэ будзе ва ўладзе. І ён сам, і яго атачэнне пастаянна кажуць пра транзіт. Гэта змяніла гарызонты палітычнага планавання.
Ё што запярэчыць. «Ваеннае становішча» ў сучаснай Беларусі, як і «1937 год» з тутбаеўскага інтэрв’ю Паўла Мацукевіча – хутчэй метафары, чым рэальнасць. Калі мець на ўвазе жорсткую цэнтралізаваную ўладу, якая рашае, што з канстытуцыйных норм выконваць, што ігнараваць, то ў РБ яна існуе не з 2020 года. Разам з тым хунты ў класічным выглядзе ў нас дагэтуль няма, каменданцкай гадзіны не прадбачыцца, Беламорканалы з працоўнымі арміямі (пакуль?) адсутнічаюць.
З ваенным становішчам выбарчыя кампаніі, нават імітацыйныя, спалучаюцца кепска; вось жа, у Беларусі-2021 склікаўся «Усебеларускі народны сход», дый у сваім роліку А. Казакевіч разважае пра мясцовыя «выбары»… Згодна з планам, яны маюць адбыцца ў пачатку 2022 г. – значыць, пакуль што «правілы палітычнай гульні» не змяніліся цалкам. Хоць пра гібрыдную, не(да)абвешчаную вайну адміністрацыі з грамадствам гаварыць можна і трэба.
«Альтэрнатыва» мела пэўныя шансы ў жніўні 2020 г., але потым у значнай ступені дыскрэдытавала сябе. Ну, а «давер» недзяржаўным медыя набыў характар, аналагічны галасаванню за Ціханоўскую, – гэта найперш недавер дзяржаўным… Рэальны давер ператвараўся б у вялікія наклады і разбудову эфектыўнай сістэмы распаўсюду, чаго, як адзначалася ў лютым 2021 г., не відаць. «Бясплатная» інфармацыя з сацсетак і тг-каналаў, пры ўсёй павазе да распаўсюднікаў і спажыўцоў, – пераважна фастфуд, які наўрад ці мацуе грамадзянскую супольнасць. Зрэшты, і «сур’ёзныя» недзяржаўныя СМІ нярэдка тлумяць галаву; прыклад – сакавіцкі артыкул «Хто такая Вольга Карач, якая хоча падсядзець Ціханоўскую?» (каму пільна трэба – знойдзе). Рост даверу да такіх выданняў можа не быць знакам пазітыўных зрухаў у масавай свядомасці…
Улада заўжды рэагавала на праблемы, ужываючы пугу і пернікі, а Лукашэнка рэгулярна праводзіў кадравыя ператрахі перастаноўкі. Выходзіць, і тут, параўнальна з «давыбарным» перыядам 2020 г., у ісце мала што змянілася. Уплыў рэжымных «радыкалаў», расцярушаных па міністэрствах і ведамствах, я б не перабольшваў: як і раней, «шэрыя пачынаюць і выйграюць».
Узор «шэрага» ўрадавага паведамлення (26.03.2021) – з канцылярызмамі, жаргонам і паўпраўдай. Пра COVID-19 у санаторыях РБ гл. артыкул 2020 г.
Думаю, неўзабаве нас чакае традыцыйны торг з Захадам вакол вызвалення палітвязняў і зняцця санкцый.
Пра транзіт у апошні год сапраўды гамоняць часцей, ды зноўку, ніц радыкальна новага. Я-та пачаў узважваць кандыдатуры магчымых пераемнікаў у сакавіку 2019 г., але ж і апалагеты рэжыму нашмат раней за 2020-ы прасоўвалі тэзіс аб тым, што палітык Лукашэнка – не вечны. Так, Аляксей Дз-т жаваўтэмку яшчэ ў жніўні 2016 г.
«Кульгавай качкай» першы прэзідэнт РБ зрабіўся пасля вышэйзгаданых «недармаедскіх» пратэстаў 2017 г., а мо і раней (дапусцім, пасля скандальнай дэвальвацыі 2011 г., якая моцна лупянула па кішэнях «люду паспалітага»). Што не адмяняе трываласці выбудаванай за чвэрць стагоддзя сістэмы… «Стратэгічна рэжым даўно ўжо “едзе з кірмашу”, але ён трымаецца дзякуючы інэрцыі ды праз разрозненасць сваіх апанентаў(цяжка сказаць, які фактар “важыць” болей)», – маё назіранне ў чэрвені 2020 г. У ліпені ўдакладніў: «сістэма здольная захавацца, нават ахвяраваўшы некалькімі сваімі ключавымі фігурамі (пасля 9 жніўня напэўна, адбудзецца “разбор палётаў”, “пакаранне невінаватых і ўзнагароджанне недатычных”)». Па-мойму, так і сталася: у першыя тыдні сышлі сакратар савета дзяржбяспекі, старшыня КДБ, генпракурор, міністр аховы здароўя… а гібрыдны аўтарытарызм астаўся. Этас яго хутчэй пірацка-мафіёзны, чым ваенны.
Папусціцеся – паглядзіце нешматслоўны мульцік пра піратаў…
Не выключаю, што ў нейкіх істотных аспектах дзяржсістэма такі змянілася параўнальна з 2019 г., але, каб ведаць дакладна, трэба правесці комплекснае даследаванне, а як яго правядзеш, не будучы інсайдэрам?.. Ні «партыйная рэформа», ні праца над новай Канстытуцыяй не сведчаць пра глыбінныя змены, а выглядаюць пакуль што як звычайная бюракратычная валтузня + спроба пусціць пыл у вочы «замежным партнёрам»… i, у другую чаргу, наіўным суграмадзянам (іх яшчэ гарою).
* * *
Чарговы «іспанскі сорам»: гутарка з доктарам палітнавук Уладзімірам Мельнікам, у брэжнеўскі час – лектарам райкама партыі. У 1990-х я дзівіўся з кандовых тэкстаў выкладчыка Акадэміі міліцыі… A як вам заявачка ў «прэзідэнцкай» газеце ад «найбольш кампетэнтнага суразмоўцы» (sb.by, 31.03.2021): «бчб-сцяг ніколі не з’яўляўся сімвалам рэальнай беларускай дзяржавы».
Добры дзядуля з «Кнігі Народнай Славы»… Фота адсюль
Няхай дохтур не палюбляе БНР – так, уплывовасць гэтага дзяржутварэння можна аспрэчваць – але як наконт Рэспублікі Беларусь 1991–1995 гг.? Забаўна, што Мельнік і аўтар інтэрв’ю Осіпаў «падстаўляюць» свайго вярхоўнага боса: невялікі быў бы гонар служыць дэпутатам і выбірацца першым прэзідэнтам «нерэальнай» беларускай дзяржавы 🙂
Мінск, цырымонія прывядзення да прысягі, 20.07.1994
Названы сцяг «ад самага пачатку стаў сімвалам калабарацыянізму»? Цікава, канешне, каму прыслугоўвалі суполкі вайскоўцаў-беларусаў і арганізатары Першага Ўсебеларускага з’езду, якія карысталіся адпаведнымі колерамі ў 1917 годзе…
А вось і прыклады «чытання дупай»: Першай устаўнай граматай 21.02.1918 быццам бы «абвяшчалася БНР» (як лёгка бачыць, не гаварылася там пра рэспубліку; прахвесар хіба паблытаў Першую грамату з Другой, прынятай 09.03.1918); ССРБ, абвешчаная 01.01.1919 на злосць БНР i задуманая бальшавікамі як «буфер» паміж Расіяй і Польшчай, нібыта была ўтворана як суверэнная дзяржава (харош суверэнітэт на штыках Чырвонай Арміі – гл. «Маніхвэст»; да таго ж праз колькі тыдняў савецкую Беларусь на ініцыятыву бальшавіцкага ЦК у Маскве фармальна злучылі з савецкай Літвой…) І г. д.
Рэзюмэ трывіяльнае: не кожны, хто лічыць сябе «аналітыкам і палітолагам», ім з’яўляецца. Паставіў бы смайлік, аднак ад лухты а-ля Мельнік неяк ужо не смешна. Праз гэткіх «экспертаў» людзі зазнаюць канфіскацыі, плацяць штрафы, а цяпер і рызыкуюць надоўга прысесці па абвінавачваннях у экстрэмізме.
Сейчас, в начале 2024, а следовало значительно раньше, я должен сказать, что сделал огромную ошибку, когда позволил тому, кто называет себя политологом, завалить сайт огромным количеством материалом о том, как “борется” за улучшение Синеокой, поливая всех, как во власти, так и сбежавших, да и не имеющих отношение к политике, в отличие от него, остающегося в Минске.
Обезопасив себя тем, что не имеет страниц в соцсетях, не выходивший протестовать, он свалился на израильский сайт, решив, что можно превратить его в свою собственность, и за свои опусы, поскольку в Беларуси все дорожает и дорожает, начал выцыганивать финансы, которые достигли с десяток тыс. баксов, а к ним надо прибавить еще пару десятков тысяч за украденное невероятное количество времени, в том числе оторванного ото сна, поскольку присылаемые материалы надо было поставить вовремя, а иной раз они поступали под ночь, к тому же в придачу рекомендуя для публикации выкопанные на разных сайтах заумные материалы, которые и вовсе мало кого могли заинтересовать, но нагружая меня прочтением их. К этому надо добавить, что страшась оставить следы, не пользовался мобильным, хвалясь, что он ему не нужен, перенеся на меня все, что связано с фейсбуком.
В итоге было потрачено еще масса времени на запощивание его статеек в Фб, ответы на иногда случавшиеся комменты, а затем еще и пересылку ему того как реагируют. Чего только в голову ему не приходило. Забросить материалы в какие-то фейсбучные группы, отправить тем, кого он задевал и посмотреть как отреагируют, запостить на моей странице “радi прыколу” пришедшую в голову “умную” мысль. Хорошо помню, как просил отправить линк материала бывшему министру здоровья, а затем губернатору Гродненской области Каранику и ждать реакцию на критику и т.д. Мне, живущему в Израиле с 1990 года, редактору и основателю сайта, больше не о чем было думать, как о более чем странном белорусском еврее и выполнять его хотелки.
Для него главное было, чтоб не была пропущена ни одна запятая, ошибка или описка, и потому, иной раз, даже спустя пару лет, просил поправить, в том числе стилистику предложения. Вот такой перфекционист!
После того как я ему в середине 2022, и особенно в начале 2023. написал, что бесконечные публикации о Беларуси, и особенно, как он их подает, вредят сайту, тем более, что еще давно не раз предлагал ему репатриироваться, в крайнем случае пожить хотя бы год, к тому же была возможность бесплатно у меня, и при этом заработать значительно больше, чем он имеет в Минске, да и получить корзину абсорции, а это тысяч семь долларов, если не больше, и вернуться, слышал в ответ (все письма он мне писал на белорусском) сначала: “Трэба было гэта рабiть даўно, а цяпер не…я люблю Беларусь, тут i памру”. После августовских выборов 2020, когда начался массовый отъезд из Беларуси: “Яшчэ не час, мо пазней”. Уж казалось бы 24 февраля 2022 должны были стать решающими, но нет.
А в начале 2023:
“Калі ў сайта зараз і ёсць перспектывы, то яны – у супрацы з блогерамі, якія пішуць пра сучасную Беларусь. Таксама можна было б пакласці з прыборам на “спіс экстрэмісцкіх матэрыялаў” і паціху публікаваць фрагменты, напр., з гэтых кніг. Думаю, многія чытачы былі б за гэта ўдзячныя – а заблакаваць belisrael улады РБ не наважваюцца (відаць, баяцца канфлікту з Ізраілем ;)) (22 января 2023)
“OK, далей тады – без мяне. Добрага дня і шчасліва заставацца! и вскоре продолжил: “Карацей, Вы стаміліся. Я таксама стаміўся. Сайт мяне доўгі час цікавіў, але свет на ім клінам не сыходзіцца. Сем з нечым гадоў пісаў, як умеў, і многім падабалася. А што не ўсім – ну, я не купюра з партрэтам Франкліна. Бывайце здаровы. (23 января 2023)
Все это брехня, поскольку сам писал, что посылает ссылки своим знакомым и из 10, в ответ получал 1 реакцию. Да и зачем Израиль, где надо было бы и поработать, когда можно сходить в библиотеку, на улице выискать непорядки и сфоткать, после чего сварганить статейки и за них еще вытаскивать немалые бабки.
.
А весной 2022 он открыл свой ютюб-канальчик и сообщил в конце 2023, что достиг пусть не большого, но все-таки успеха – было 5 подписчиков, стало 22!
.
То, что на нем пишет в своих постиках практически ежедневно, за исключанием шабата (уж очень правоверный яурэй, на самом же деле безнациональное существо, назвавшее себе Вольфом ради прикола, но так и оставшийся уладзjмiрам паўлавiчам, как он подписывает свои писульки белорусским чиновникам), говорит о том, что этот непризнанный гений, к тому же “смельчак”, продолжая покусывать белорусскую уладу, при этом не забывая ее хвалить за некоторые успехи, достойно помещения в закрытое отделение психушки в Новинках. А возможно, кому-то во власти выгоден такой “еврей”.
.
Да еще тот, кто после трагедии 7 октября высказался, что несколько раз был в Израиле и не понравилось. Да и вообще знал, что не такая сильная израильская армия, как всегда говорили о ней, к тому же кругом бардак. А военную операцию в Газе нельзя начинать, если не поставить цель заняться образованием палестинцев, хотя это будет сделать очень тяжело.
.
Вот такой вот минский “политолог”, который вслед за израильскими и международными леваками жалеет “мирных” палестинцев, в основной своей массе помогающим хамасовским террористам и желающим уничтожения Израиля.
.
Правда, он никому не расскажет, что приехав ко мне на 3 недели на свое 40-летие в июне 2017, решил съэкономить на страховке, и уже на 2-й день все могло кончиться печально с его женой, которая добравшись до моря в Тель-Авиве так обрадовалась, что подойдя к воде подпрыгнула, и сразу завыла от боли. И даже после того, как на пляже была оказана медпомощь, вернувшись домой плача говорила ему, что надо улетать назад. Хорошо, что все обошлось и ч-з 2 дня ожила, а если б пришлось обратиться в больницу, то никаких денег не хватило бы. Да и сам, проявляя свою “храбрость”, полез вечером в море на диком арабском пляже возле Яффо и еле выплыл. Что смародерил многие тысячи долларов, а кроме этого писал, что уже совсем перестает работать комп и тогда я ему передал новый, который взял знакомый, летевший в Москву, а оттуда доставил в Минск. И это существо на нем не останавливаясь выливает помои в адрес ПМ Нетаньягу и нынешнего правительства Израиля.
,
23 февраля 2024
***
Наверное, шалом! Думал-думал, над кем бы посмеяться 1 апреля, чтобы выглядело безобидно, но и не бесцельно… Звиняйте, для начала не выбрал объекта получше, чем газета «Авив», что была основана в 1992 г. «главной еврейской организацией» страны. Собственно, теперь это уже не газета – её учредители «не осиливают» даже один бумажный выпуск в год – а сайт, заполняемый выдержками из русскоязычной википедии, повествующий, кто в какой день родился. Почему-то на фоне Цецилии Мансуровой и Вальтера Рудольфа Гесса (это швейцарский физиолог, а не тот, о ком вы подумали) забытыми оказались «именинники» марта – большие еврейские поэты, уроженцы Беларуси. Да, я-таки об Изи Харике и Мойше Кульбаке. Пять лет назад газета вела себя корректнее, вплоть до того, что отозвалась на презентацию сборника стихов М. Кульбака в книжном магазине «Галіяфы» («Он писал на языке мамы»).
Вставил на этот счёт шпильку в одном из текстов на belisrael, забросил в «Авив» ехидную реплику – нуль реакции. Что ж, ситуация видится так: союз под руководством г-на Черницкого сейчас очень запуган и боится лишний раз упомянуть жертв сталинского террора, поскольку администрация и госпропаганда «сильную власть» (в частности, методы Сталина) с 2020 г. не порицают, а скорее одобряют. Ну, охота «поколению отцов» бояться – бойтесь… Беда в том, что вы и детям, и внукам свой f*cking страх передаёте.
Любопытна оговорка в самопрезентации газеты: о да, история, культура и юмор для издания именно «проблемы»…
То, что забыт один из главных редакторов, Геннадий Холявский, говорит об отношении к людям в этой странной организации.
«Шапка» и выходные данные единственного «холявского» номера газеты «Авив» – № 1, 1995
По-своему логичны «открытия» вроде того, что у нас сейчас 5871 год (на минутку, 5781-й):
Ещё, оказывается, Песах выпадает на период «солнцестояния»… Tак его в декабре надо праздновать? Али в июне? 🙂
Не то, чтобы я сильно надеялся на перемены к лучшему… Рыбёшка-то гниёт с головы; кое-какие примеры приводил не далее как на прошлой неделе. Дополнительное любопытное заявленьице с «главного сайта страны»:
Вообще-то «Белкоопсоюз» – это государство в государстве союз потребительских обществ, который по закону НЕ является коммерческой организацией. Но «иногда не до законов», это да.
Когда бюрократическая нашлёпка, подконтрольная правительству, рулит торговлей и производством, получаются интересные казусы. Глава «Белкоопсоюза» Сергей Сидько, выдвинутый Рыгорычам в 2009 г., был арестован в 2013 г., обвинён в злоупотреблении властью и получении взятки, приговорён к 12 годам с конфискацией имущества (вроде сидит ещё). В декабре 2013 г. и. о. царя назначил нового руководителя, Валерия Иванова, и в январе 2014 г. потребовал от него «кардинального улучшения ситуации в потребкооперации, повышения масштаба и качества обслуживания населения, а также наращивания позиций “Белкоопсоюза” на внутреннем потребительском и внешнем рынках».
Докоронавирусной осенью 2019 г. госконтроль обнаружил, что:
Доля потребкооперации в розничном товарообороте организаций торговли республики сократилась с 9,1% в 2014 году до 4,6% в январе-августе 2019 года. Не выполнено поручение главы государства по доведению удельного веса непродовольственных товаров в розничном товарообороте торговли организаций потребительской кооперации до 25% (на сегодняшний день – менее10%). За последние 7 лет количество магазинов потребкооперации сократилось в 1,6 раза (с 7 тыс. на 1 января 2012 года до 4,5 тыс. на 1 января 2019 года). Не выполнено требование президента о функционировании не менее 1000 автомагазинов (на 1 января 2019 года насчитывалось 622 автолавки)… Справедливые нарекания у населения вызывает качество обслуживания… Снижаются темпы заготовки сельхозпродукции и сырья…
И т. д., и т. п. А ведь много лет предприятия потребкооперации обладали немалыми привилегиями.
Этот фейспалм был бы где-то даже и смешным, не будь он столь грустным… И Лукашенко, и его протеже Иванов (бывший замглавы администрации президента и экс-вице-премьер, т. е. не с неба свалился) до сих пор у власти; от одного зависят судьбы миллионов, от другого – десятков тысяч.
Лет сорок назад Борис Борисыч Гребенщиков написал песню «Странный вопрос», где такие слова:
Ты пришла ко мне утром,
Ты села на кровать,
Ты спросила, есть ли у меня
Разрешенье дышать
И действителен ли мой пропуск,
Чтобы выйти в кино?
Теперь ты говоришь: «Ну, куда же ты отсюда?»
Ты знаешь, главное — прочь, а там всё равно.
Она уже почти на 100% описывает нашенские реалии, разве нет?
Я думаю, сторонники перемен в Синеокой до сих пор действовали не в том направлении. Многие сознательно или подсознательно стремились «прочь» из страны, а прилагать усилия следовало бы к тому, чтобы прочь двигались их оппоненты. Тем более что, как демонстрируют примеры Владимира Ермошина, Урала Латыпова (и «видных государственных деятелей» рангом пониже, с дымом пожиже), особой привязанности к белорусским берёзкам и клёникам у них не наблюдается: после отставки охотно оседают в России или хз где-то ещё.
Надо бы нам скинуться на сверхпроект для Илона Маска, чтобы он в конце концов отправил свою ракету на Марс и отыскал там покорный народец, готовый разводить бульбу, выписывать газету «Советский марсианин», потреблять продукцию Марскоопсоюза и беспрекословно участвовать в субботниках. Не отыщет? А мы хорошенько попросим – и скажет, что отыскал; Илон же по природе своей фантазёр 🙂 Такая новость, безусловно, порадует здешний правящий класс, и его элита (как идеологи, так и «крепкие хозяйственники») захочет переселиться на новую планету. Ну, а то, что может произойти дальше, описано в романе Александра Беляева «Прыжок в ничто»…
Пока звездолёт не построен, кушаем то, что имеем. Помните, в феврале 2020 г. «главный» обещал, что к концу года Добрушская бумажная фабрика «выйдет на работу в нормальном режиме, мы полностью запустим производство»? В октябре вице-премьер РБ Юрий Назаровпередвинул получение первого мелованного картона указанной фабрикой уже на первый квартал 2021 г. Квартал закончился, а где же новинка? Выяснилось, что в феврале c. г. председатель «Беллесбумпрома» Михаил Каськозаявил: «На Добрушской бумажной фабрике “Герой труда” мы должны в апреле начать выпуск принципиально новой продукции. Это двухслойный, трехслойный мелованный и немелованный картон». В апреле 2021 г., если кто не врубился.
Тут и комментарии, и уколы «Вожыкам» излишни. Кстати, важный вопрос: помогают ли сатира с юмором решать важные вопросы? Чем дольше живу, тем больше сомневаюсь. Однако есть и те, кто не сомневается. Вот месяц назад Юлия Шимкевичписала на «РС» (пер. с бел.):
Если мы все начнём смеяться (искренне, дружно, много, и смех наш будет хором среди этого горя), проклятия и заклятия спадут с нашей горемычной земельки.
Ибо страшные, отвратительные, досадные вещи делаются только и исключительно с серьёзными, мрачными лицами. Мы пытаемся им противостоять, как обезьяны или попугаи, тоже с серьёзными и мрачными лицами. Это не работает…
Не смешно – но надо смеяться. Долго, от всего сердца, «во всю мощь». Только так разрушим эти чары и заклятье.
А кандидат философских наук Владимир Ровдо (1955–2021), о котором я пару слов говорил здесь, в мае 2006 г. разъяснял:
«Плошча» не была агрессивной по отношению к режиму и его руководителю. Она, скорее, с издевкой, чем с гневом, выражала свое отношение к действующей власти и ее все более очевидной глупости, подлости и непрофессионализму. Смех– это более сильное оружие, чем ненависть. И когда им заражаются тысячи людей, пришедших к администрации президента, чтобы из уст ведущего услышать новый анекдот про Лукашенко или цитату из его косноязычной речи, то это означает, что дни действующего президента сочтены, потому что сама ситуация анекдотична. Имидж «грозного и ужасного диктатора» тут же улетучивается, вместо него появляется образ слабого и трусливого человека, который допустил это.
Полтора десятилетия минуло после мартовских событий 2006 г. – по Ровдо, «революции белорусского духа» – а воз и ныне слушает да ест. Кстати, высмеивание и вышучивание А. Лукашенко началось ещё до его победы на президентских выборах (июль 1994 г.), а уж сколько анекдотов народилось за 27 лет… Видно, что-то не сработало в схеме «ситуация анекдотична – имидж улетучивается».
В общем, не уверен, что следует смеяться, когда не смешно, да и «отвратительные вещи» делаются в этом мире отнюдь не только с серьёзными лицами. Уважаю мнение Ивана Штейнера («Смех подобен демону, уничтожающему того, кто вызвал чудовище»; схожая идея была и у Владимира Набокова в «Истреблении тиранов»), но к смехотворным околосатирическим проектам вроде «Саўка ды Грышка» или «Красная зелень» отношусь… никак не отношусь. Да и «Арт-каментары» Олега Минича на «Радыё Рацыя» – то хороши, то так себе.
Это пять! Cоздатели агента Смита из «Матрицы» что-то предвидели…
Характерно, что газета «Навінкі» блистала, пока выходила беспорядочно – вернее, по мере накопления материала. Качество сатиры и юмора чуть упало, когда «Навінкі» примерно в 2002-м сделались еженедельником.
Что касается меня, то вслед за Сальвадором Дали со всей ответственностью заявляю: я никогда не шутил, не шучу и шутить не собираюсь! Ну, товарищи, с первым апреля, и в качестве подарка – первый куплет ценнейшего стиха от Ляли Б.:
Люди читают жопой. Жопой люди читают.
Люди в целом хорошие, но жопой читают они.
Дык ничего, что жопой. Главное, что читают
Можно читать и жопой, в жопе особый смысл…
Дальше ищите сами – сами дальше ищите… И, если уж вы найдёте, – дайте, пожалуйста, знать.
Несколько примиряет меня с жопочтением текстов нижеследующий Бенькин стих:
Из той самой анонимной (возможно, даже экстремистской – кто докажет обратное?) книжечки, о которой упоминалось прошлой осенью.
Артём Шрайбман вернулся с военных сборов, и я не мог пройти мимо этой фотки… Отсюда
Минск, 31.03.2021
Здесь мы наблюдаем один из народнейших способов протеста в нашей Каштановке – вывешивание белых бумажек на окна. Да-да, это про тесто. А вот и ссылка на витиеватую статью россиянина Дмитрия Щербачёва о том, что в Беларуси «настоящих буйных мало».
От belisrael.info.Продолжаем знакомить наших русскоязычных читателей с материалами минской газеты «Новы час», которые не понравились «Межведомственной комиссии по безопасности в информационной сфере при совете Безопасности Республики Беларусь» и стали поводом для вынесения редакции белорусскоязычной газеты официального предупреждения. Первый материал, переведенный нами на русский, см. здесь.По этой же ссылке можно найти чуть более подробное изложение претензий, выдвинутых госорганами РБ в марте с. г. Правда, что означает казённая формула «публикации газеты “Новы час” создают предпосылки для воспрепятствования обеспечению эффективного функционирования государственных институтов в интересах общества», мы не понимаем до сих пор…
* * *
«Уголовный» 2020-й
Как и за что протестующие получали сроки лишения свободы
Впрошлом протестном году всуверенной истории Беларуси был поставлен рекорд поначатым уголовным делам ивынесенным приговорам, прямо или косвенно связанным спредвыборной кампанией иеерезультатами. Спомощью данных лишенного регистрации правозащитного центра «Весна» TUT.by собрал судебную статистику, атакже решил вспомнить наиболее заметные приговоры понекоторым уголовным статьям.
На момент подготовки материала база данных «Весны» содержала информацию о почти тысяче фигурантов уголовных дел. Для 619 из них точно были известны статьи Уголовного кодекса. Самые распространенные – статья 293 «Массовые беспорядки», по ней проходят 184 фигуранта; статья 342 «Организация или участие в действиях, грубо нарушающих общественный порядок», – 178 фигурантов; и статья 364 «Насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел» – 91 фигурант. При этом 35 человек привлекли сразу по нескольким статьям. Самая распространенная комбинация: статьи 342 и 364 — по такому сочетанию проходят 16 человек.
89 лицам уже вынесены приговоры. Судьи не всегда наказывали лишением или ограничением свободы; в некоторых вердиктах присутствуют многотысячные штрафы. В среднем в прошлом году в колонию отправляли на три года, на «химию» – на два.
Самый большой срок – 7 лет колонии строгого режима
Утверждалось, что 47-летний Владимир Горох планировал массовые беспорядки в родном Новогрудке и соседних Кореличах. По версии следствия, для этого он с июля по август встречался с местными жителями, призывал их к активному сопротивлению властям после президентских выборов. Мужчина предлагал противостоять силовикам «с помощью арматуры, телескопических дубинок, говорил о возможности забросать „коктейлями Молотова“ здание местной милиции, перекрыть спиленными деревьями дорогу между Кореличами и Новогрудком, а также разбить на Замковой горе в Новогрудке палаточный городок».
На встречах с Горохом каждый раз бывало всего от двух до пяти человек. Свидетели на суде заявляли, что или не воспринимали слова мужчины всерьез, или думали, что он является сотрудником правоохранительных органов, а это своеобразная проверка. Владимир Горох свою вину не признал, заявив, что собирал местную команду поддержки кандидата Светланы Тихановской, а о беспорядках говорил для того, чтобы проверить собеседников на адекватность.
Ничего из того, о чем говорил Горох, не было сделано — 7 августа об этих встречах стало известно правоохранителям. По словам самого мужчины, увидев милицейскую машину возле дома, он убежал в лес и затем скрывался в Лидском районе, пока не был задержан 18 августа. За это время Горох успел публично оскорбить президента в одном из вайбер-чатов. Сам он объяснил такое поведение тем, что был «не в себе» из-за задержания после выборов его двоих детей — медиков, которые оказывали помощь пострадавшим. При этом, по его словам, его сын был сильно избит.
Еще одним громким делом, связанным с политикой, стали два параллельных процесса по поводу «циничных» надписей на стихийном народном мемориале возле места гибели Александра Тарайковского в Минске. Всего по ним проходили пять человек, все они после задержания находились под стражей, а двое в итоге получили реальные сроки.
Все фигуранты обвинялись в нанесении на тротуар возле метро «Пушкинская» надписей «Не забудем» 9 сентября. Предварительно ущерб был оценен в колоссальные суммы: 7,5 тысячи рублей и более 10 тысяч рублей. Однако на суде выяснилось, что реальные затраты на удаление надписей составили 211 рублей 20 копеек и 255 рублей 99 копеек. Адвокаты обратили внимание, что при таком размере ущерба вменять в вину их подзащитным 218-ю статью нельзя, поэтому дальше все фигуранты проходили только по статье за хулиганство.
Приговоры по обоим судам были вынесены 8 декабря: Мария Бобович получила полтора года «домашней химии», Максим Павлющик — два года колонии общего режима; Денис Греханов и Игорь Самусенко – по полтора года «химии». Владислав Гулис, который имел непогашенную судимость по «наркотической» статье и за пару месяцев до инцидента вышел по амнистии, был приговорен к двум годам колонии строгого режима.
ВРЕЗКА
В новой Беларуси политзаключённые будут реабилитированы и получат компенсации. Но компенсации заплатит не государство, а те, кто задерживал, обвинял и судил. Так было во всех странах, которые избавились от своего режима.
КОНЕЦ ВРЕЗКИ
Назначенный 30-летнему гомельчанину Сергею Верещагину приговор — пять лет колонии общего режима — входит в топ самых жестких, вынесенных в прошлом году. Причем было отмечено, что мужчина причинил пострадавшему милиционеру «телесные повреждения, не повлекшие за собой кратковременное расстройство здоровья».
Дом, где живёт Верещагин, расположен напротив цирка, рядом с которым в августе собирались протестующие. Обвинение утверждало, что вечером 12 августа пьяный подсудимый кричал из окна угрозы и оскорбления в адрес милиционеров, которые в этот момент разговаривали с прохожими. Затем он начал бросать в них пластиковые и стеклянные бутылки. Мать, которая открыла дверь четверым силовикам, попросила о помощи: сын разбушевался, его одежда была в крови. Милиционеры заявили, что он вел себя агрессивно, так что пришлось его скрутить, при этом мужчина бился головой о стены и пол. Пока зафиксированного наручниками Верещагина спускали вниз, на лестничной площадке тот якобы намеренно ударил одного из милиционеров ногой в глаз.
На предварительном следствии мать обвиняемого говорила, что он был визуально в состоянии опьянения, но на суде заявила, что не может этого утверждать. Она также отрицала, что просила милиционеров о помощи и что у ее сына были какие-то травмы до прихода правоохранителей.
По словам Верещагина, он не бросал в милиционеров бутылки, а обратился к ним из окна из-за их жесткости по отношению к участникам протестной акции, среди которых были девушки. Не признал он и то, что ударил милиционера. Его адвокат утверждала, что ее подзащитный вообще не мог нанести удар милиционеру так и при таких обстоятельствах, как это описано: его рост около двух метров, а лестничная площадка имеет размеры 1 м на 80 см, так что его могли нести только в согнутом положении.
Защитник сумела попасть к Верещагину лишь на третий день после задержания: он оказался сильно избит, адвокат потребовала его немедленной госпитализации. Обследование показало наличие черепно-мозговой травмы, ушиба головного мозга и других серьезных повреждений — адвокат заявила, что он получил не менее сотни ударов. По словам Верещагина, били его не только при задержании, но и в РОВД: «Били, прыгали по голове, оскорбляли и смеялись», — рассказал мужчина.
Фото Яны Трусило
Он написал заявление в Следственный комитет по факту избиений, однако за несколько дней до начала процесса выяснилось, что этот материал выделен в отдельное производство. Помимо вынесения решения о лишении гомельчанина свободы, суд также обязал его компенсировать моральные страдания потерпевшего милиционера, оценив их в тысячу рублей.
Приговоры женщинам: «химия», арест и реальные сроки
Среди попавших под уголовное преследование 549 мужчин и 104 женщины. Пол еще 12 человек не выяснен.
20-летняя Мария Сафонова в ночь на 7 октября нарисовала бело-красно-белый флаг и нанесла надпись «Жыве Беларусь» на асфальте в одном из минских дворов, откуда ей с другом до приезда милиции не дали уйти местные жители. В постановлении следователя надпись значилась как «циничная» и «оскорбляющая чувства граждан»: защите с привлечением экспертов Национальной академии наук Беларуси пришлось доказывать в суде, что она таковой не является. Суд назначил в виде наказания для девушки двухмесячный арест.
Фармацевта из Гродно, 55-летнюю Марину Поликарпову, судили за события, произошедшие 9 августа. По версии обвинения, она принимала участие в протестной акции, а когда ее задержали, возмущалась, хватала сотрудников милиции за одежду. Пытаясь покинуть микроавтобус силовиков, она нанесла травмы двум сотрудницам ОМОНа: одну ударила по лицу, другую укусила за руку. В протоколе указано, что женщина была с подругой и знала об акции протеста, но пошла посмотреть на нее из любопытства.
Сама Марина Поликарпова утверждает, что ни в каких протестах участия не принимала, специально отошла на некоторое расстояние от эпицентра событий и ожидала своего брата, с которым должна была вернуться домой. Она подумала, что милиционеры всего лишь проверят у нее документы. По ее словам, сотрудницы ОМОНа начали оскорблять и избивать ее уже в спецтранспорте. Женщины позвали на помощь какого-то мужчину, затем Марина почувствовала удар в затылок, на нее надели наручники. Позже она сняла побои (было зафиксировано 51 телесное повреждение) и обратилась с заявлением в Следственный комитет. Адвокат обратил внимание суда на нестыковки в описании поведения подзащитной и сопутствующих обстоятельств, которые сотрудницы ОМОНа не смогли объяснить.
Женщину признали виновной и назначили наказание в виде двух лет «домашней химии». Также она должна выплатить моральную компенсацию пострадавшим сотрудницам — по 1,5 тысячи рублей каждой (просили по 5 тысяч).
Самый жесткий «женский» приговор — за царапину и порванную балаклаву. 51-летняя Наталья Херше вместе с несовершеннолетней дочерью более 12 лет проживает в Швейцарии и приезжала на родину примерно раз в год. Инцидент произошел 19 сентября в Минске, когда в районе улицы Якуба Коласа двигались участницы женского протестного марша. Одной из задержанных стала и Херше. Обвинение утверждало, что женщина сопротивлялась правоохранителям, а в какой-то момент сорвала с одного из сотрудников в форме без опознавательных знаков балаклаву, при этом оставив ему на лице ссадину.
Милиционер рассказал, что на видео задержания Херше его опознали и стали угрожать ему и его семье. Из-за мер секретности для обеспечения безопасности потерпевшего фото его травмы, которые сделал судмедэксперт, не были приобщены к делу. Видеозапись инцидента с милицейской камеры якобы не сохранилась, хотя адвокат настаивала, что делала соответствующий запрос о ее выдаче.
Наталье Херше назначили наказание в виде 2,5 года лишения свободы в колонии общего режима, а также обязали выплатить моральную компенсацию милиционеру в размере тысячи рублей. Бело-красно-белый флаг, изъятый у Натальи, по решению суда должны были уничтожить.
В самой Швейцарии дело не осталось без внимания: местная пресса его активно освещала, также им занялись депутаты парламента и, конечно, посольство страны в Беларуси.
Светлана Тихановская, комментируя начатый уголовный процесс над авторам YouTube-канала «Слуцк для жизни» Владимиром Неронским, пообещала, что в новой Беларуси политзаключённые будут реабилитированы и получат компенсации. Но компенсации заплатит не государство, а те, кто задерживал, обвинял и судил. «Так было во всех странах, которые избавились от своего преступного режима», — отметила она.
Источник: газета «Новы час», № 3, 22.01.2021. С. 5.
Перевод с белорусского: belisrael (c использованием статьи tut.by)
Даже в самые трудные и смутные времена есть место для настоящей любви, храбрости, стойкости и непоколебимой веры в чудо. Это доказывает и история, что произошла во время войны в Волковысском гетто, которое в 1943 году было полностью уничтожено. В живых тогда осталось всего несколько десятков человек. В том числе и 18-летняя Мира Каплинская, которая смогла убежать, а потом белорусская семья Новосад почти год прятала беглянку в подполье (в прямом смысле — под полом дома). В 1994 году Александру Новосаду за спасение девушки посмертно было присвоено почетное звание Праведника народов мира. Получала награду от израильского института «Яд ва-Шем» его вдова — Мария (Мира) Новосад — в девичестве Каплинская.
Еврейские лавочки в Волковыске до войны. Фото: tutejszy.ru.
Молодые люди — еврейская девушка Мира и белорусский парень Шура — до войны, конечно, были знакомы. Каплинские держали небольшую пекарню в центре Волковыска. Александр работал у Якова — отца Миры и дружил с его сыном Ицхаком.
Дочь хозяина молодому человеку очень нравилась, но дальше легкой и светлой юношеской влюбленности дело не заходило.
А потом молодым людям пришлось многое пережить: отправку Миры и всей ее семьи в гетто, побег девушки из лагеря и год ее жизни в подвале дома семьи Новосад, куда в любой момент могли прийти немецкие солдаты. За укрывательство евреев тогда грозил расстрел — и Саша об этом прекрасно знал. Но большая семья Новосадов — в ней было семеро детей — упорно прятала Миру.
Мира и Александр. Фото: yadvashem.org.
И именно в таких условиях росла и крепла та настоящая любовь, которую пронесли Мира и Саша до его смерти в 1977 году. Почти через 20 лет Мария Новосад написала письмо в институт «Яд ва-Шем»: она очень хотела, чтобы история ее спасения стала известна как можно большему количеству людей, а ее Шура, к которому она в панике прибежала после своего побега из Волковысского гетто, остался в памяти людей как человек, который, рискуя своей жизнью, спас еврейскую девушку.
Во время войны в Беларуси погибло более 800 тысяч евреев. Выжили около 30 тысяч человек. Многие из тех людей остались в живых только благодаря тем, кто спасал и укрывал их, приносил еду в гетто и помогал убегать, порой рискуя своей жизнью. Во всем мире звание «Праведник народов мира» получили более 23 тысяч человек. Беларусь находится на восьмом месте по количеству награжденных, которые спасали евреев во время Холокоста. В нашей стране более 700 человек получили звание «Праведников мира», но список все еще открыт: имена некоторых все еще не установлены.
Первыми звание «Праведников народов мира» в Беларуси получила семья Станько. Было это в 1965 году. Потом из-за разрыва дипломатических отношений между СССР и Израилем награждение на время приостановилось. В тот период истории спасений евреев советские граждане из-за осторожности предпочитали не рассказывать. Вручение наград снова начали в 1979 году, и данная традиция продолжается до сегодняшнего времени.
Избежали отправки в Сибирь, но попали в Волковысское гетто
В Волковысском районе трое были признаны «Праведниками народов мира». Это семья Янковских, Рахиль Вайнштейн и Александр Новосад — за спасение своей будущей жены Миры Каплинской.
Фото: foto.volkovysk.by.
Семья Миры жила в центре Волковыска. Их двухэтажный дом стоял на улице Широкой (сейчас — Ленина. — Прим. TUT.BY) недалеко от церкви. Отец Миры Яков держал на первом этаже пекарню, где трудились двое его сыновей, а также наемные работники.
Дом он построил в 1928 году, получив наследство: в Америке на пожаре погибли две его родные сестры, которые уехали несколько лет назад за океан в поисках лучшей жизни.
В 1939 году после прихода советской власти пекарню временно закрыли. А дом «уплотнили» и подселили к еврейской семье тогдашнего начальника милиции Павла Чегодаева. Судя по всему, у хозяев и постояльца сложились хорошие отношения: в 1940 году, когда готовились списки для отправки в Сибирь «контрреволюционных элементов», он предупредил Якова о том, что тот есть в документах. Пекарь на время спрятался, и таким образом он и вся его семья избежали депортации.
Фото: foto.volkovysk.by.
Еврейский район в Волковыске до войны назывался Торговые ряды. Там было много мастерских и лавочек: семья Шиффов держала ювелирную и часовую мастерские, Бараш — литейную фабрику, Каплинские — пекарню. Торговые ряды находились на месте городской площади.
В 1905 году в большом пожаре сгорела главная Волковысская синагога, и большая часть евреев переехала в Гродно. Перед войной в Волковыске оставалось чуть больше пяти тысяч евреев — около трети населения.
27 июня 1941 года в город вошли немецкие войска. Как вспоминали местные жители, за несколько дней до этого город заполнили беженцы с запада, видели волковычане и советских военных, которые отступали. Потом была бомбежка города немецкой авиацией.
Местные не сразу поняли, что происходит.
— Когда началась война, мне было 13 лет. Мы жили в Волковыске на улице Медведева. В тот день все мы — мама, сестры — отдыхали дома. Часов в одиннадцать на улице раздался сильный гул, загремели один за другим взрывы. Я выскочила из дома и увидела в небе самолеты. Мимо проходил военный, который был нашим соседом. Я спросила его: «Что произошло?» Он сказал, что ничего страшного, это маневр немцев. Тогда я спросила, что же нам делать. Он ответил: «Бегите в поле, только завяжите белые платки, чтобы было видно, что вы не военнослужащие, а мирные жители. Не волнуйтесь, все будет хорошо». Мы так и сделали. В поле возле речки собрались почти все жители нашей улицы. Здесь мы и узнали, что это не маневры, а война. Самолеты бомбили воинскую часть, казармы. Нас не трогали. За городом мы провели 3 дня, там же готовили еду, ночевали. Потом вернулись домой, — вспоминала одна из местных жительниц.
И во время войны. Фото: foto.volkovysk.by.
Как только немцы вошли в город, они начали зачистки еврейского населения. 13 июля 1941 года были расстреляны 11 местных евреев-врачей. Потом убили еще 200 человек.
Как и в других городах, местные евреи должны были носить желтые повязки, помечать свои дома специальными знаками, им запретили ходить по тротуарам, а также заходить в магазины в определенное время и покупать некоторые продукты.
Однако какое-то время евреи жили в своих домах, ходили на работу. Был создан еврейский совет — юденрат. Торговые ряды стали первым гетто Волковыска — территорию охраняли немецкие солдаты, — но жизнь какое-то время походила на прежнюю.
Каждый день в лагере умирали 15−20 человек
А потом в Волковыске создали второе гетто — на месте бывших армейских казарм на улице Желудева. Территорию обтянули колючей проволокой. Сюда согнали евреев Волковыска и окрестных городов и местечек. Всего около 10 тысяч человек.
В 1994 году в интервью местной газете Мира Каплинская вспоминала, что ранней осенью 1942 года на рассвете ее семья была разбужена стуком прикладов в окна дома. Было приказано выйти на улицу. Из динамиков доносилось, что еврейское население будет отправлено в гетто на три дня, а с собой можно взять только продукты на короткое время. Людей построили в шеренгу и повели по улице Широкой к территории гетто.
Выходить в город из лагеря можно было только по специальным пропускам или по списку для выполнения общественных работ. Например, евреев отправляли на расчистку улиц от завалов после бомбежки. Отец Миры имел специальный пропуск: его специальность ценилась и он продолжал работать в пекарне — правда, уже не был ее хозяином.
В гетто люди жили в бараках-бункерах. Очень быстро закончились продукты, которые евреи брали с собой, потом — одежда, обувь, золотые украшения, которые люди выменивали на еду. Каждый день в лагере умирало 15−20 человек. Здесь были плохие санитарные условия и отсутствовала чистая питьевая вода. Поэтому достаточно быстро начали вспыхивать локальные эпидемии тифа и дизентерии.
Во время войны в конюшнях, которые на заднем плане, был лагерь военнопленных. Между конюшнями и казармами немцы устроили гетто. Евреи и военнопленные, которые умерли там или были расстреляны, похоронены возле моста через реку Волковые рядом с судмедэкспертизой. После войны конюшни использовались как лагерь для немецких военнопленных. Немецкие солдаты, которые умерли в том лагере, похоронены на территории завода КСОМ, там где заводской ФОК. Фото: foto.volkovysk.by.
В конце ноября 1942 года Волковысское гетто начали, как это называли немцы, «эвакуировать» — отправлять эшелоны с людьми в Освенцим и Треблинку. Евреям говорили, что их перевозят в Германию на работу, но к тому моменту жители уже знали и о газовых печах, и об условиях в тех лагерях. Многие пытались убегать, однако только единицы смогли это сделать, присоединившись к партизанским отрядам. Большая же часть тех, кто совершал побег, погибали. Некоторым не удавалось найти партизан, и они возвращались в гетто, некоторых расстреливали вместе с местными жителями, которые прятали беглецов, некоторым не хватало сил отойти достаточно далеко от гетто — и их находили патрули.
В начале декабря 1942 года в гетто осталось менее двух тысяч человек.
К середине января 1943 года в живых было уже только 800 человек, из которых треть болели тифом.
26 января 1943 года 600 последних оставшихся в живых евреев Волковыска отправили в Освенцим.
После войны обратно в белорусский город вернулось всего несколько десятков человек.
Всего несколько человек смогли спастись бегством из Волковысского гетто и выжить. В их числе — и Мира Каплинская.
Ноябрь 1942 года. Побег через туалет
20-летний Шура Новосад продолжал трудиться в пекарне вместе со своим бывшим начальником — Яковом Каплинским — и думал, как можно помочь еврейской семье. Он прекрасно знал, что происходит в гетто: Яков рассказывал о положении дел.
Несколько раз молодой человек смог переправить для людей в гетто хлеб и продукты.
— Однажды ему удалось передать в лагерь мешок с батонами. С бесценным даром я заспешила в барак к детям. Увы, хлеб им не понадобился — они уже не могли есть. Просто глядели на ароматные белые булки и по их распухшим щекам текли слезы, — вспоминала через много лет Мира (ее воспоминания записаны в книге «Трагедия евреев. Волковыск» Николая Быховца).
С первых дней пребывания в гетто она, как и многие там, планировала побег. Каждое утро девушка отправлялась на работу в центр города. Убирала мусор, расчищала улицы, таскала дрова около почты. Тогда у девушки была реальная возможность убежать, но она надеялась, что сможет сделать это со своими родными. Однако никак не получалось собрать семью в одном месте.
Потом был другой план. Каждое утро из гетто вывозили тела умерших за ночь людей. Мира подумала, что может спрятаться между трупов. Ее мама идею поддержала, сказав, чтобы девушка бежала одна. Но выяснилось, что на выходе охранники протыкают тела штыками. От плана пришлось отказаться.
Девушка подумала, что можно было бы попробовать дать взятку охраннику. Она подошла к нему и предложила все свои золотые украшения. Он же отвел ее к начальнику лагеря.
За подкуп охранника полагался расстрел, но девушке повезло. В тот момент, видимо, у немецких офицеров было хорошее настроение. Она вспоминала, что кто-то из начальства решил проверить ее «еврейское счастье».
— Вот монета. Если она упадет на стол орлом вверх — останешься жива, выпадет решка — расстреляем, — засмеялись офицеры.
Девушке повезло: выпал орел — и ее отпустили.
Железнодорожная платформа, с которой во время войны отправлялись поезда в Освенцим. Фото: wikipedia.org.
Мира должна была вернуться в женский бункер, однако решила спрятаться в мужском. Это спасло ее от смерти: «постоялиц» ее барака в ту ночь отправили в Освенцим. Маму она больше не увидела. В гетто оставались еще ее отец и братья.
После неудавшегося побега девушка продолжала выезжать в город, не оставляя надежду на спасение. Она снова и снова записывалась на тяжелую работу.
Мира знала, что наблюдает за евреями на улице только один охранник. Но у него была собака, натасканная нападать на людей. Несколько раз девушка видела, как это происходит. Мира решила приручить пса. Она незаметно стала подкармливать хлебом овчарку, и вскоре животное начало вилять хвостом при виде девушки. Так продолжалось несколько недель.
В один из ноябрьских дней 1942 года девушка решила бежать.
Дом Каплинских находился за зданием на фотографии. Он стоял на улице Широкой, ныне — Ленина, возле магазина «Мелодия», был снесен на «Дожинки». Фото: foto.volkovysk.by.
Мира помнила все события того дня до мельчайших деталей.
Вот к ней подходит брат и говорит, что ей надо убегать. И что он тоже попытается это сделать. Он обещает девушке, что спасет и отца. Забегая вперед, скажем, что, к сожалению, двое братьев и родители Миры погибли в Освенциме.
Вот она заходит в старый покосившийся уличный деревянный туалет и отодвигает плохо прибитую к стене доску — и уходит. Она идет так, чтобы не привлекать к себе внимание. Медленно и осторожно. Внутри у нее все сжимается от страха. Мире хочется повернуть голову назад, но она боится, что так может выдать себя.
В этот момент охранник замечает девушку и командует собаке: «Фас». Пес бросается к Мире, но не набрасывается на нее, а бежит рядом, играя.
Охранник начинает стрелять — но пули в девушку не попадают. Немец зовет собаку, но со своего места не уходит. Он не может оставить заключенных одних на улице.
Девушка добегает до православного кладбища и прячется там до наступления темноты. Что делать дальше — она не знает. Единственный знакомый человек «на воле» — белорусский парень Саша Новосад. К нему и пошла.
Молодой человек понимал, что искать Миру будут именно у его семьи, поэтому он отвел ее к знакомому на хутор Коненцы.
— Мой папа говорил, что дедушка был очень добрый и веселый человек, у него было много друзей, и он никогда никому не отказывал в помощи, — рассказывает TUT.BY внучка Миры и Александра Жанна Кондратюк. — Не помочь девушке, оказавшейся в трудной и опасной ситуации, он не мог.
Прятали девушку в подвале целый год
Мира вспоминала, что прятали ее за городом всего месяца два — пока было чем платить хозяину. Зимой 1943 года Александр забрал ее обратно в Волковыск. Семья соорудила в подвале комнату для девушки и скрывала ее там вплоть до освобождения города.
— В семье было 6 детей. Родители Александра воспитывали еще и мальчика Ваню, который в начале войны в неразберихе потерял родителей. Как семья относилась к спасению еврейки и к тому, что она жила в их доме? Я могу лишь предположить, что положительно, ведь не выдали ее, согласились принять, а риск был огромный. Дедушка тогда был совсем молодой, именно родители приняли главное решение — и разрешили ему спрятать бабушку. Лично я их всех причисляю в мыслях к Праведникам народов мира, — говорит сейчас внучка Жанна.
После войны Мира и Александр поженились. У них родилось двое сыновей: в 1947 году Яков и в 1952-м — Михаил.
Мира признавалась, что их юношеские отношения не были любовью с первого взгляда, хоть симпатия между молодыми людьми и до войны, несомненно, была. А вот то самое настоящее и глубокое чувство зародилось тогда, когда Александр, рискуя своей жизнью, начал прятать девушку.
Фото: yadvashem.org.
После войны Александр Новосад работал кондитером в Волковыске.
— Он без преувеличения был знаменитым на весь город, мне кажется, что я до сих пор помню запах его булочек. Бабушка же попыталась вернуть свой дом, но документов у нее на него не было. Да и какие документы! Когда их забирали в гетто, то обещали, что это на несколько дней, а потом, уже в лагере, люди думали лишь о том, чтобы выжить. Дом так семье и не вернули. Хотя в городе было много свидетелей того, что там жила Мира. Но ей пригрозили тюрьмой, и бабушка решила за дом не сражаться. Она была — а я ее прекрасно помню — очень миролюбивым человеком, никогда не шла на конфликт, — рассказывает TUT.BY внучка Жанна.
В 1977 году Александр умер.
Фото: из личного архива семьи.
А Мира стала писать письма — сначала в «Красный крест», а потом — в израильскую организацию «Яд ва-Шем», — где подробно рассказывала историю своего спасения. Женщина очень хотела, чтобы о подвиге ее мужа узнали и помнили его.
И его признали «Праведником народов мира».
Спасенная еврейская девочка Мира получила награду за своего мужа-спасителя в 1994 году в Минске в посольстве Израиля.
Фото: yadvashem.org.
Через два года она уехала в Израиль, но вскоре вернулась в Беларусь и умерла здесь в 2001 году.
Сын Новосадов Яков умер в 2013 году, его дети и внуки живут в Израиле. Сын Михаил и сейчас вместе с семьей живет в Волковыске.
— Трудно сказать, какие чувства переживала бабушка и во время получения награды, и каждый день после войны, — говорит внучка Жанна. — Она пронесла через всю жизнь память и скорбь о родных, которые не выжили во время войны. А еще у нее была удивительная, неимоверная жажда жизни. Мы же, ее внуки и правнуки, мы просто все это — и чудесное спасение бабушки, и ужасы, происходившие в Волковысском гетто, и Холокост в общем — помним, мы постарались рассказать эту историю нашим детям, чтобы они в свою очередь рассказали своим — и чтобы такая беда больше никогда и нигде не повторилась.
Говорят, в споре рождается истина. Возможно… Откуда неуверенность? Она от жизни. Кто и когда в последний раз был свидетелем спора (дебатов, дискуссии или чего-то подобного) в СМИ между политическими оппонентами?
– Вы отказываетесь от диалога?! Я правильно понял?!
Мы имеем две информационные реальности, которые практически никак не сталкиваются. В одной реальности Беларусь представляют как донора европейской стабильности, Беларуси завидуют близкие и далёкие соседи. В другой – единственный политик в стране (ЕП) не может расслабиться даже в выходные. В этом он признался в интервью российской журналистке Наиле Аскер-заде: «Ну, ты же знаешь. У нас протестуны ходили по улицам по выходным, поэтому и выходных не было, если уж так открыто говорить».
Скопытившаяся белка
Когда нет споров — соответственно, нет и истины. В результате страна в географическом центре Европы всё больше начинает напоминать «Остров невезения», где у жителей периодически возникали проблемы с отловом крокодилов и сбором кокосов (с ростом ВВП и средней зарплаты в долларовом эквиваленте).
Отсутствие споров щедро компенсируется в официальной информационной реальности разговорами об общенациональном диалоге, который ведётся на так называемых «диалоговых площадках». За пределами же таких площадок, как показывает практика, диалог между сторонниками и оппонентами власти принял форму допроса.
Площадки для такого рода диалогов, как правило, организуются в СИЗО. Вот как своё участие в диалоге описал ЕП: «Я увидел людей (ну, выже меня в России до сих пор подталкиваете— давайте с оппозицией, особенно ваше либеральное крыло). Ну, вот я и поговорил. Я увидел людей, которые хотели быть у власти, стремились прийти к власти. Я их выслушал.Я понял, какой была бы Беларусь, если бы они пришли к власти. Ну и многое-многое другое. Я тем самым продемонстрировал, что мы можем вести диалог с кем угодно, если этого кто-то хочет».
Немного статистики. По сведениям правозащитников, на 22 ноября число задержаний участников протестов превысило 30 тысяч, на политических оппонентов власти было заведено более 900 уголовных дел. Не приходится сомневаться, что каждому уголовному делу предшествовал допрос.
Откроем Википедию: «Допрос — следственно-судебная процедура, в рамках которой проводится получение от допрашиваемого известной ему информации, попадающей под определение предмета доказывания. Допрос может осуществляться только в соответствии с действующим законодательством в рамках налогового, уголовного и гражданского (арбитражного) процессов».
У мяне нет оснований сомневаться, что все диалоги «протестунов» со следователями осуществлялись только и исключительно в полном соответствии с законом и только и исключительно в рамках. Вот и утверждай после этого, что у белорусского государства не налажена связь с народом! Наоборот: самая что ни на есть прямая связь. С её помощью на вершину властной вертикали поступает информация – всегда свежая и всё время из первых рук.
Ох, нелёгкая это работа — ежедневно обрабатывать такой объём оперативной информации. Отсюда — образ белки в колесе, неспособной остановиться: «Вот колесо крутится — ты бежишь, бежишь, бежишь. Наверное, пока, как в народе говорят, не скопытишься, не свалишься».
Статья 83, пункт 6
Однако оставим белку наедине с её колесом и представим себе на минуту, что диалоговые площадки из СИЗО перенесут в телестудии. Многое ли при этом изменится? Сомневаюсь. Перемены, если и произойдут, то отнюдь не в сближении позиций участников дискуссий.
Припомню слова политолога Дмитрия Некрасова: «Опыт показывает, что обмен противоположными точками зрения, как правило, не ведёт к выработке консенсуса, а лишь к поляризации мнений. Члены группы с первоначально незначительными расхождениями в оценке определённого вопроса после длительного спора меняют своё мнение на более радикальное — и после обсуждения расходятся во взглядах значительно сильнее, чем до его начала. В рамках этой модели — чем жёстче аргументы противоположной стороны, тем сильнее ты укрепляешься в своей первоначальной точке зрения».
Для того, чтобы в споре родилась истина, целью обсуждения должен стать… поиск истины. Но среди родных берёз и осин те, кто спорит, как правило, заняты доказательством своей правоты. Истину они не ищут. Она им известна ещё до начала спора. Поэтому всю свою энергию направляют на опровержение аргументов оппонентов. Здесь не до выработки консенсуса. Как бы от слов к рукоприкладству не перейти.
Но это ещё полбеды. Сближение позиций в процессе спора возможно лишь при условии нахождения точки отсчёта, с которой начинается расхождение. Для политических споров в Беларуси такой точкой является отношение к референдуму 1996 года.
Вспомним парней в гражданском, выбросивших председателя ЦИК Виктора Гончара из его кабинета. Чей приказ они выполняли? Насколько этот приказ соответствовал действовавшей на тот момент Конституции?
Открываем текст Конституции. В статье 83 «Верховный Совет Республики Беларусь», описывающей полномочия высшего представительного и единственного законодательного органа государственной власти Республики Беларусь, находим пункт 6: «образует Центральную комиссию по выборам и проведению республиканских референдумов».
Казалось бы, какие здесь возможны разночтения? Тем не менее, результаты референдума ЦИК подводил под руководством Лидии Ермошиной, а не Виктора Гончара.
Такая вот картина мира
Сказав «А», следует сказать и «Б». Если признать результаты референдума законными, нечего удивляться, что «в 2020-м нам фактически объявили войну». Такова официальная оценка. Ничего удивительного, ничего личного и ничего оригинального она не содержит — идеологема врага стара как мир.
Привожу фрагмент из книги трёх российских авторов: «Когда существует военная угроза – реальная или воображаемая, но ощущаемая как реальная, когда люди воспринимают страну как “осаждённую крепость”, а общество атомизированно и лишено самоорганизации, тогда первое лицо легитимизируется как военный вождь, способный обеспечить победу, и как спаситель, от которого зависит выживание всех и каждого».
С марта 2003 года лучшие государственные умы пытались найти стержневую идею для государственной идеологии. Что только не предлагалось: от патриотизма до претензии Беларуси на роль донора европейской стабильности, страны, которая инициирует проведение «Хельсинки-2». Но 2020 год всё расставил на свои места. Он показал, что модель «имитационной демократии», модель «электорального авторитаризма» (кому как больше нравится) — не резиновая.
У любой самобытности существует свой предел, за которым у тех, кто хочет играть в общей песочнице, начинают формироваться проблемы. Перефразирую 16-го президента США Авраама Линкольна: «Можно обманывать часть западных партнёров всё время и всех — некоторое время, но нельзя обманывать всех западных партнёров всё время».
Неспособность вписаться в современность требует идеологического обоснования. Но нет таких политических практик, для которых не нашлось бы специалистов-интеллектуалов, способных их оправдать. Почему против нас настроились? Потому что белорусское государство, «несмотря на скромное место карте мира, может позволить себе проводить независимую внешнюю и внутреннюю политику. Именно в этом причина. Если бы мы были слабыми, с нами бы разобрались без этих событий и без войны».
Дело не в нас. Мир так устроен, и так он был устроен всегда. Вспомним басню Ивана Крылова «Волк и ягнёнок». В XXI веке ничего не изменилось. Любая страна, отважившаяся на проведение независимой внешней и внутренней политики, оказывается костью в горле для своих соседей.
***
Такая вот картина мира. Она всё ещё актуальна для миллионов белорусов. Путём диалога её не изменить. Какой тогда смысл обсуждать результаты «выборов» с теми, кто верит в законность референдума 1996 года? В их системе ценностей закон никакой ценности собой не представляет. Юридические формальности, выполнение процедуры и прочие глупости — лишь препятствие на пути к цели, намеченной вождём.
Перевод с белорусского: belisrael.info
Ниже – фрагмент письма министерства информации Республики Беларусь от 25 марта 2021 года, касающийся оригинала этой и трёх других статей. Цитируем для истории:
«Согласно Решению Межведомственной комиссии по безопасности в информационной сфере при совете Безопасности Республики Беларусь (далее — Межведомственная комиссия) от 1 марта 2021 г. содержание вышеуказанных статей целенаправленно способствует формированию источников угроз национальной безопасности, заключающихся в искусственном нагнетании напряженности и противостояния в обществе, между обществом и государством (абзац 5 пункта 29 Концепции национальной безопасности Республики Беларусь, утвержденной Указом Президента Республики Беларусь от 9 ноября 2010 г. № 575 (далее — Концепция национальной безопасности)), изменении шкалы жизненных ценностей молодого поколения в сторону ослабления патриотизма и традиционных нравственных ценностей (абзац 12 пункта 32 Концепции национальной безопасности), распространении недостоверной или умышленно искаженной информации, способной причинить ущерб национальным интересам Республики Беларусь (абзац 2 пункта 34 Концепции национальной безопасности).
Формируемые источники угроз, в свою очередь, обуславливают возникновение реальных и потенциальных угроз национальной безопасности, к которым относятся посягательство на конституционный строй (абзац 2 пункта 27 Концепции национальной безопасности), дезорганизация системы государственного управления, создание препятствий функционированию государственных институтов (абзац 16 пункта 27 Концепции национальной безопасности), деструктивное информационное воздействие на личность, общество и государственные институты, наносящее ущерб национальным интересам (абзац 20 пункта 27 Концепции национальной безопасности), резкое или масштабное снижение доверия граждан к основным государственным институтам (абзац 27 пункта 27 Концепции национальной безопасности).
Таким образом, вышеизложенные публикации газеты “Новы час” создают предпосылки для воспрепятствования обеспечению эффективного функционирования государственных институтов в интересах общества (абзац 4 пункта 9 Концепции национальной безопасности), реализации конституционных прав граждан на получение, хранение и распространение полной, достоверной и своевременной информации (абзац 2 пункта 14 Концепции национальной безопасности) и эффективному информационному обеспечению государственной политики (абзац 6 пункта 14 Концепции национальной безопасности), то есть могут нанести вред национальным интересам Республики Беларусь в политической (пункт 9 Концепции национальной безопасности) и информационной (пункт 14 Концепции национальной безопасности) сферах.
Межведомственной комиссией сделан вывод о том, что информация, опубликованная в газете “Новы час” (№ 3 от 22.01.2021 и № 4 от 29.01.2021), способствует нанесению вреда национальным интересам Республики Беларусь».
* * *
От ред.: Ознакомиться с «крамольными» статьями, в связи с которыми редакции газеты «Новы час» было вынесено письменное предупреждение, можно по следующим интернет-ссылкам:
Мы пока внимательно прочли только первый материал и не видим, каким образом он «способствует нанесению вреда национальным интересам» (может быть, наши читатели, среди которых попадаются и чиновники из Беларуси, внесут ясность?)
Не обещаем министерствам и ведомствам, что откажемся от перевода с белорусского языка остальных материалов, ставших мишенью для «Межведомственной комиссии», поскольку: а) ориентируемся на разноязычную публику; б) ценим свободу слова и печати.
Ну, а коллегам из «Новага часу» желаем не пропадать, подобно тому, как желали осенью 2020 г. коллегам из TUT.by.
Привет! Благодаря весеннему сезону и наступлению Песаха, с которым поздравляю причастных, жить стало лучше и веселее, но происходящее в столице РБ всё чаще напоминает гражданскую войну (по крайней мере, «холодную»). В виду имеются, конечно, и события 25-27 марта. Вот показательная новость:
Всубботу, 27марта, врайоне площади Бангалор вМинске задерживали людей. ВМВД заявили, что акций протеста небыло, информация омассовых задержаниях несоответствует действительности, алюдей доставляют втерриториальные органы внутренних дел для разбирательства. РИА Новости соссылкой наМВД Беларусисообщило, что свыше 100 человек доставлены вотделения заадминистративные нарушения, втом числе пикетирование.
В общем, как в небезызвестной пьесе гр-на Шварца: «На фронтах ну буквально, буквально-таки ничего интересного не произошло. Всё обстоит вполне благополучненько. Объявляется осадное положеньице… Все по домам! Стража, очистить площадь!»
Злости ныне многовато в обоих станах. Никто не запретит утверждать, что у «них» – злость и даже злобность, а «у наших» – «ярость благородная», но… недопуск белорусской делегации на «Евровидение» и реакция на сей бан меня обескуражили.
Предистория. 21 января 2021 г. «Белорусский фонд культурной солидарности», вероятно, вдохновлённый отменой проведения в Минске чемпионата мира по хоккею, инициировал кампанию #stopBTRC. Целью было лишить Белтелерадиокомпанию права на трансляцию «Евровидения», а в перспективе – исключить БТРК из Европейского вещательного союза.
В конце января – начале февраля ряд белорусских артистов, в т. ч. «Елена ЖелудОК» со своей стёбной «Шчучыншчынай», изъявляли желание участвовать в национальном отборе к «Евровидению». После длительной паузы 09.03.2021 было объявлено, что БТРК выбрала барановичскую группу «Галасы ЗМеста». И кулуарная процедура отбора, и её результат (с 2020 г. группа открыто высмеивала оппонентов Лукашенко) не устроили многих. Назавтра Европейский вещательный союз заявил о том, что песня «Я научу тебя» не соответствует правилам конкурса, запрещающим политпропаганду в выступлениях, и должна быть заменена, в противном же случае Беларуси грозит дисквалификация.
Эксперт Ирвинг Вольтер в интервью «Немецкой волне» 11.03.2021 «не мог себе представить то, что организаторы конкурса запретят песню из-за политического подтекста». Он предполагал, что, раз в ней «нет таких очевидных намеков, как в песне “We Don’t Wanna Put In”, с которой в свое время запретили выступать Грузии, что-то тут предпринять трудно». Вольтер назвал случай с «Я научу тебя» испытанием для Европейского вещательного союза: «У ЕВС не может быть разных подходов. Он разрешил песню Джамалы “1944” с неявным политическим месседжем [в 2016 г.] и не может запретить другую песню, где намек еще тоньше». Тем не менее ЕВС пошёл ва-банк…
Бывший КВНщик, лидер «Галасоў…» Дмитрий Бутаковзаявил, что может сам отказаться от участия в конкурсе, но, почесав репу, срочно сварганил ироничную песню взамен.
Подобное творчество не близко мне, предпочёл бы видеть на «Евровидении», к примеру, опус Беньки…
…но «Галасы…» сыграли так, как умели. 26 марта ЕВС бортанул и «Зайчика», вновь усмотрев в песенке неправильный подтекст. И вот уже медиа трещат от возмущений лукашенских пропагандистов, искренних и нет.
Независимо от писанины «СБ-БС», нужно признать, что «истинные европейцы» действительно попали впросак – и «потеряли лицо», как справедливо указал блогер Александр Розов. Ладно, это в большей степени их проблемы; меня же больше заинтриговала реакция наших деятелей культуры.
Именитый музыкант Игорь В. в фейсбуке (26.03.2021, пер. с бел.): «Мне до одного места Евровидение, но приятно! Дудочку отобрали у кгбшных квнщиков )))». Ряд «невероятных» поддержали пост, в очередной раз проявив свою схожесть с лукашистами.
Помню аналогичную волну злорадства в декабре 2016 г., когда режим посадил нескольких публицистов по делу «Регнума», тоже вычитав в их текстах какую-то небывальщину. Кому интересно, ознакомьтесь с началом «Катлет & мух (34)». Время показало, что я был прав; сажать «регнумовцев», при всей их несимпатичности, не следовало, никто от их тюремного заточения не выиграл. И уж тем более не следовало здешней «д-д-демократической» тусовке радоваться их несчастьям.
Пинать руководство БТРК есть за что – да, это «фабрика лжи» и т. д., и т. п. Но вариант наказания, выбранный ЕВС при поддержке части белорусских оппонентов режима, – проявление цензуры, а значит, «лекарство хуже болезни». В отмене чемпионата мира по хоккею я видел и плюсы, и минусы, но здесь минусы явно перевешивают 🙁
Кстати, если «борцы с чемпионатом» надеялись деморализовать и ослабить режим, то у них это, мягко говоря, не очень вышло. По состоянию на 13.01.2021 в Беларуси политзаключёнными признавались 178 человек, а в конце марта их число превысило 300 (26 марта сообщалось о 302 политзэках). К тому же первого марта вступили в силу репрессивные поправки в кодекс об административных правонарушениях.
Можно, конечно, утешать себя тем, что у Лукашенко забрали «любимые игрушки» (так высказывались и о чемпионате, и о «Евровидении»), но по мне, лучше б уж играл… Меньше времени/сил оставалось бы на закручивание гаек.
Наслушавшись Макса Ж., возразите, что государствам, не разделяющим «европейские ценности», вообще нечего соваться в «калашный ряд»? Так ведь в 2004–2019 гг. в РБ тоже был «не фонтан» с правами человека, да и БТ не уставало продуцировать мутные потоки лжи, пропаганды, полуправды… Тем не менее пев(и)цы из Беларуси ездили на «Евровидение». Минчанин Пётр Резванов в своём блоге 27.03.2021 резонно вспомнил, что в «Евровидении» когда-то участвовали «и франкистская Испания, и салазаровская Португалия, и даже Греция “чёрных полковников”… Чем Рыгорыч хуже?!»
В некотором смысле Европейский вещательный союз «отзеркалил» поведение властей Гродно, которые при помощи прокуроров сорвали показ спектакля «Кадиш» 20.03.2021 в «Центре городской жизни». Один принцип на двоих – «как бы чего не вышло»… Впрочем, гродненские власти напрямую действо не запрещали, а «всего лишь» пугнули артистов применением статьи 130 Уголовного кодекса РБ (шалом, великоразумная Кэрэн, призывавшая применить ту же статью против борисовских музыканток), ибо: «В спектакле “Кадиш” осуждается фашизм. А именно с фашистами часть белорусского общества ассоциирует нынешнюю власть. Такие сравнения нежелательны в нынешних политических условиях, нельзя предсказать эмоции и реакцию зрителей».
Можно себе представить настроение творческих людей, вызванных в прокуратуру накануне спектакля: «Им объяснили, какая административная ответственность наступает в случае участия в незаконных массовых мероприятиях — вплоть до уголовной, если звучат определенные лозунги и призывы, влияющие на разделение общества и разжигание вражды по признаку отнесения к тем или иным группам населения» (по словам нач. управления взаимодействия со средствами массовой информации и редакционной деятельности Генпрокуратуры Беларуси Анжелики Курчак). Неудивительно, что Игорь Уланов, Алексей Стонога, Полина Левина и Оксана Машинкова решили не рисковать. Так или иначе, история об их злоключениях вышла далеко за пределы Синеокой; упомянул её в своём очередном обзоре и рав Борух Горин.
* * *
В прошлый раз досталось от меня премьер-министру РБ – который, как и (почти) вся нынешняя верхушка, не брезгует демагогией, перекладыванием ответственности, засекречиванием того, что по определению должно быть открытым (постановления о социально-экономическом развитии страны на 2021 год…). Однако речь Романа Головченко в Хатыни 22.03.2021 мне по душе – во всяком случае, фразы, приведенные на government.by:
Сегодня, когда открылись многие архивы, мы знаем о трагедии Хатыни гораздо больше, чем десятилетия назад. «Речь не о национальностях. Кто-то спекулирует на этой теме, спорит, кто внес больший “вклад” в уничтожение Хатыни. Но зло не имеет национальности. Речь о том, что люди, которые участвовали в этих злодеяниях, делали свой выбор», – подчеркнул Премьер-министр. Он отметил, что в полицейском батальоне, который сжег Хатынь, были люди разных национальностей. «Но в основном это были в прошлом советские люди…»
Шеф Головченко в марте 2014 г., связывая трагедию Хатыни с действиями Украинской повстанческой армии, как раз таки спекулировал – то ли с подачи россиян, то ли самонадеянно опираясь на обрывочные сведения и ассоциации (118-й полицейский батальон в 1941 г. был сформирован в Киеве – значится, в нём служили боевики-бандеровцы?). А ведь и до весны 2014 г. настоящие историки хорошо знали, что батальон – одно, УПА – другое. Отсылаю хотя бы к работамПера Андерса Рудлинга, которые ваш покорный слуга перевёл с английского на белорусский…
Вполне в духе разглагольствований «главнокомандующего» – недавние реляции заместителя начальника генштаба Вооружённых сил Беларуси, д-ра кукольных военных наук Николая Бузина. Не на политинформации с подчинёнными, а на международной научно-практической конференции в Минске 23.03.2021 выдал особо важную инфу:
Ну, то, что кое-где у нас порой «демократия» – страшное слово, идущее в одном строю с «исторической фальсификацией», понятно… Но всё-таки, была подрывная продукция или нет? Пара элементарных поисковых операций – и вуаля!
Во-первых, в США два года назад выпустили не монету, а монетовидную медаль (жетон)… И служащие генштаба, не владеющие английским, могли бы заметить, что номинал не обозначен.
Во-вторых, и это важнее, отчеканила «нумизматический шедевр» частная фирма Bradford Exchange; нет сведений о том, что она выполняла госзаказ.
В-третьих, из подписи под картинкой ясно, что речь идёт о первом выпуске. В дальнейшем, как следует из описания, фирма намеревалась выпустить продукцию, посвящённую вкладу в победу над нацизмом иных союзников – СССР, Канады, Австралии.
Есть неплохой принцип – не объяснять злым умыслом то, что может быть объяснено глупостью. С американской стороны не усматривается ни злого умысла, ни глупости, а вот со стороны замначгенштаба?.. Что думаете? 🙂
Любопытно, что sb.by повторила замолот о монете ещё в двух материалах: здесь и здесь. Видимо, «атака Бузина» рассматривалась в качестве прелюдии к феерическому ответу МИДа РБ посольству США (традиции П. П. Шарикова живут и процветают). Устыдился даже Виталий Макей, сын министра…
Кстати, заявление посольства США, ставшее поводом для эскалации конфликта, отнюдь не идеально: так, 25 марта было уже поздновато поздравлять «всех белорусов со 103-й годовщиной объявления Белорусской народной республики». Многие в курсе, что БНР была провозглашена 9 марта 1918 г. (см. Вторую уставную грамоту), а 25.03.1918 Рада БНР заявила о независимости. Но многие таки не знали: увы, среди них очутилась и уважаемая Тамара Эйдельман (см. kasparov.ru, 25.03.2021).
https://www.youtube.com/watch?v=EX-nTsHaI6Y
Взгляните на пока ещё недостроенный еврейский центр в Могилёве («деньги для Chabad Jewish Center of Mogilev собирают евреи по всему миру»)…
Минск, ул. Червякова. Февраль 2021 г.
А здесь аппликация, долго висевшая во дворе, где до ноября 2020 г. жил Роман Бондаренко. Найдите флажок 🙂
Шалом, таки да? Приведу – в переводе с белорусского – абзац из письма, полученного с адреса Союза белорусских писателей 24.03.2021 (поздравительный текст от имени Рады и секретариата СБП я обнаружил и здесь):
В эти праздничные дни мы с большой надеждой смотрим на нынешнее пробуждение белорусского общества и приветствуем обращение к настоящим ценностям – исконным национальным символам и фундаментальным составляющим нашей культуры: белорусскому языку и литературе. Без них невозможны те качественные перемены, за которые борется большинство граждан и которые так нужны нашей Отчизне сегодня. Искренне надеемся, что в это непростое время именно они будут тем надёжным основанием, на котором возникнет новая демократическая Беларусь.
Оптимистично… Увы, в современном мире литература – любая, в т. ч. белорусская – выглядит, скорее, не как основание-фундамент, а как элемент архитектурного декора, какой-нибудь пилястр или сандрик (с ним хорошо, но можно и обойтись). Наверно, ситуацию ещё можно изменить, но я не уверен, что знаю, как. Вот литературный журнал «Дзеяслоў»…
В 2019 г. тираж был 700 экземпляров, ныне – 500. Причём издание-то хорошее, и хуже, по-моему, не стало. В № 109 – рассказы Авраама Суцкевера, впервые переведенные с идиша на белорусский Феликсом Баториным.
Или взять сборники мастеровитого поэта Василя Жуковича, также выпущенные в Минске 2019-2020 гг.:
Прекрасное содержание, но тираж этих книг!.. Одной – 99 экз., другой – 111.
В день, когда упала стрела было получено поздравление от СБП, незадолго до полуночи хорошенько бабахало в нашем Центральном районе… «Народные умельцы» решили отметить наступавший День Воли, а заодно напомнить о карательной статье из кодекса об административных правонарушениях (ст. 23.34). Соответственно, фейерверки начались 24.03.2021 в 23:34 и, как я узнал позже, были устроены в разных районах Минска.
Угораздило же меня в тот вечер проходить мимо телевизора с включённой «Панорамой»… Около 21:40 ведущая, подхихикивая (дело, конечно, не в ней, а в её начальстве, начиная с Ивана Э.), рассказала, как Владимир Зеленский «сам себя уволил» указом об отстранении от должности главы одной из районных администраций. Затем, мол, документ убрали с сайта офиса президента Украины, но «в кэше гугла он остался». О, сие так важно было знать зрителям «главной» белорусской новостной телепрограммы!
На самом деле в Киеве где-то произошёл «косяк», но систему больше характеризуют не ошибки, а реакция на них. Люди Зеленского хотя бы прислушались к замечаниям – скоренько убрали корявую формулировку из распоряжения №206/2021-рп, объяснились… А проверил я, остались ли в официальном отчёте о «Всебелорусском народном собрании» слова «Глава ударства» (упоминал об этом казусе 18.02.2021)… Ещё как!
За месяц с лишним те, кто шил королю «новое платье», т. е. за народные рублики обновлял президентский сайт, не залатали «дырку». Но, может, это досадное исключение из правил? Спустимся на уровень совета министров РБ.
По состоянию на 25.03.2021 в списке министерств – что на белорусском языке, что на русском, что на английском – не был упомянут министр по чрезвычайным ситуациям Вадим Синявский, назначенный на должность ещё 11 марта. Насколько я знаю, сведения о такого калибра чиновниках должны вноситься на официальные интернет-ресурсы в течение трёх дней – а тут две недели прошло.
В англоязычной версии, кстати, отсутствовал не только полный тёзка знаменитого спортивного комментатора, но и министр архитектуры и строительства РБ Руслан Пархамович, которого утвердили аж в июне 2020 г.
Раньше маякнул бы ведущим правительственного сайта (что и делал весной 2019 г.), указав на недоработки. Сейчас мне это неинтересно по двум причинам: 1) два года назад ошибки-то исправили, но поблагодарить «указчика» не сочли нужным; 2) к 2021 г. правительство, похоже, cовсем скатилось в г…, и активно вытаскивать его оттуда – Сизифов труд. Если имеются у кого-то в аппарате совмина остатки здравого смысла – доберутся до этой страницы, прочтут, скорректируют. Если нет… ну, тогда и моё письмо вряд ли поможет.
Всё же не исключено, что после моей публикации телепропаганда свой тон чуток сбавит. И человек, называющий себя главой правительства, чуть меньше будет заниматься ерундой вроде произнесения грозных речей на киностудии «Беларусьфильм»:
Несмотря на то, что вы люди творческие, требования к Министерству культуры и киностудии будут самыми напряженными и жесткими… Как итог нашего собрания от министра культуры я хочу услышать ответ на вопрос, когда будет результат, которого ждет в первую очередь белорусский зритель. А результат в вашем случае это кинолента, которая является хитом или блокбастером. Кассовый фильм, который будет не только демонстрировать мастерство белорусских кинематографистов, но и принесет коммерческую выгоду.
Приятель, найди для начала толкового корректора/стильредактора и у себя на сайте кое-что поправь – это попроще, чем с твоими подчинёнными бюрократами создать «хит или блокбастер». Один талантливый режиссёр уже попробовал (я об Андрее Кудиненко с его «Масакрой», снимавшейся на «Беларусьфильме» в 2009–2010 гг.) – и сам он больше не хочет, и последователей у него не видно. Ну, можно выписать из-за границы «тоже-режиссёров» типа Уильяма де Виталя, aka Виталий Васильков, которые склепают очередной «Код Каина» («Мы, братья», 2015)… Тут пишут, что бюджет фильма превысил 2 миллиона долларов, а сборы в России не дотянули до $7280 – без комментариев.
Вот ещё штришок. Между минскими улицами Червякова и Кропоткина, на месте снесённого фарфорового завода (о нём и о состоянии промышленности в современной Беларуси упоминалось полгода назад), с 2019 г. строится жилой комплекс. За-ради этой стройки намеревались снести часть гаражей во дворе:
Уведомления на гараже № 1 гласят: «В соответствии с решением Минского городского исполнительного комитета №752 от 02.03.2017 металлические гаражи по пер. Торфяному подлежат сносу»; «ЖРЭО Центрального района г. Минска уведомляет: в связи со срочной реконструкцией теплотрассы вам необходимо в срок до 18 сентября 2020 г… снести временные металлические гаражи №1, №3, №5, №6»
Фото сделано 25.03.2021. Т. е. местная власть чего-то решила – и не выполнила. А может, гараж вообще не мешал стройке и реконструкции теплотрассы? Тогда зачем было принимать решение о его сносе, пугая судом?
Короче, всегда посмеиваюсь, когда инфоклоаки болтают о развале системы госуправления в Украине: «Чем кумушек считать трудиться, не лучше ль на себя, кума, оборотиться?» Синеокая, пожалуй, в чём-то могла бы дать фору… Здешние «косяки» не так бросаются в глаза, но вреда от них как бы не больше (раз они менее заметны, то хуже поддаются искоренению).
Интересные вещи рассказал «Нашай Ніве» подполковник МВД, в конце 2020 г. бежавший именно в Украину:
Пока не будем называть фамилии, но у одного бывшего министра люстра дома – 60 тысяч долларов. Откуда? А «подарили». Его не посадишь и вопросов не задашь, хоть бы он и за миллиард люстру повесил, т. к. система построена так: если человек в кадровом резерве Лукашенко, то без его согласия ничего произойти не может.
Хочешь обоснованно отправить в СИЗО министра? Надо писать рапорт на имя Лукашенко со всей фактурой, описать противоправную деятельность, а он почитает и наложит резолюцию, как ему захочется. Может быть резолюция «Действуйте» – значит, можно брать. А может быть резолюция «Продолжать наблюдение», чтобы ему докладывали всё, слушали, собирали компроматы. Это может никаким делом и не окончиться, но понадобится для управления человеком в будущем, чтобы манипулировать им через угрозу посадки. Вот такие люди у нас на высоких должностях.
Примерно о том же, помнится, писал анархист Игорь Олиневич (см. его умную книгу начала 2010-х «Еду в Магадан»), но любопытен сам факт свидетельства от офицера, который ещё в конце 2020 г. служил системе… Лишний раз подтверждается, что «силовики» в Беларуси – слабовики, сословие подневольное; идеологи, особенно те, кто расставляет кадры, способны заблокировать решения «людей в погонах». И очевидно, что система не перазагружается путём удаления отдельно взятых держиморд (привет всем, кто видел «корень зла» в Шуневиче, а затем в Караеве).
Прав Станислав Лупоносов и рассуждая о том, что в августе 2020 г. «Народ не поверил в свою мощь и не понял, какой силой владеет. Высказал негодование, но власть не взял». Однако бессмысленным ли было то «негодование»? «Ничто на Земле не проходит бесследно» (С), или, как в октябре 2020 г. я писал Инне Соркиной, «Не так с протестным движением хорошо, как без него было бы плохо». Мысль развёрнута у молодого минского политолога Павла Каторжевского (zanovo.media, 25.02.2021): «Ни одна революция не застрахована от того, что её реальные результаты будут далеки от желаемых.За эти месяцы белорусский народ накопил значительный опыт борьбы. На многих предприятиях появились стачкомы и ячейки независимых профсоюзов. Во дворах организовались “соседские комитеты”.Сотни тысяч людей вышли из анабиоза и не собираются сдаваться. Усиливая репрессии и изливая на население потоки пропаганды, диктатура фактически признаёт, что трон уже не настолько крепок, как раньше».
П. Каторжевский
Единственное, пока не вижу в протестной «движухе» 2020–2021 гг. необходимых и достаточных признаков революции, о чём говорил не раз – по-русски и по-белорусски. Ну, Павел из партии «Справедливый мир» позиционировал себя как троцкист, и его читателям, видимо, следует делать поправку на wishful thinking. А может, здесь и сейчас куётся какой-то особый, неклассический вид революции – всему миру на удивление? 🙂
Мысль же об усилении репрессий оспорить трудно. Правда, переводчица Ольга Калацкая за пару пощёчин, выписанных телепропагандону, получила два года «домашней химии» (всё-таки не годы колонии).
Ольга на выходе из суда, 24.03.2021
С другой стороны, идут наезды на белорусско-польских активистов, растёт давление на адвокатов, бравшихся защищать «политических»… Эти адвокаты – например, Сергей Зикрацкий – вдруг перестали удовлетворять требованиям министерства юстиции, устроившего массовую переаттестацию.
Лидеру Объединённой гражданской партии Николаю Козлову, похоже, светит срок в рамках уголовного дела – не иначе как месть за «сбежавших» однопартийцев, работающих на штаб Светланы Тихановской. Ночь с 22 на 23 марта Николай провёл в одноместной камере в компании нескольких человек, дыша хлорными испарениями; сейчас отбывает 15 суток административного ареста 🙁 И взятых в плен журналистов администрация не спешит отпускать, даром что за них «вписались» 50 руководителей журналистских союзов из 33 стран мира.
«Здесь есть правило: никогда не груби официанту, потому что это твой будущий работодатель. У каждого есть стартап», — говорит про Израиль уроженец Минска Егор Стронгин. Белорус переехал в Тель-Авив в 2014-м, начинал с работы в небольшом стартапе и дорос до хорошей должности в Dynamic Yield — компании, которую купил McDonald’s. О жизни в Израиле, опыте работы в ИТ, разнице между белорусами и израильтянами и том, почему иногда личные качества важнее профессиональных, разработчик рассказал в интервью 42.TUT.BY.
Снимок Егора на выставке в Эдинбурге, Шотландия. Фото из личного архива Егора Стронгина.
«У нас антисемитизм не по какой-то конкретной причине, а по традиции»
Егор Стронгин родился и вырос в Минске. Еще в школе он загорелся программированием, но родители видели парня в медицине. Поэтому Егор поступил в БНТУ на специальность «Биотехнические и медицинские аппараты и системы».
Но парень все равно не отказался от мысли об ИТ — так, на третьем курсе он стал программировать для деканата, даже написал программу автоматической печати справок для студентов. Параллельно работал в Центре детской онкологии, гематологии и иммунологии в Боровлянах, участвовал в разработке программы «Журнал операций», которая собирала и анализировала данные по всем операциям в больнице. Конечно, трудиться на двух работах в дополнение к учебе было нелегко, появились «хвосты», но, к счастью, студенту позволили перейти на свободное посещение.
После университета Егор трудился менеджером в представительстве немецкой медицинской компании, вел различную документацию по медицинским препаратам, написал и администрировал сайт. Платили ему немного — но зато в евро, что было важно во время очередного «финансового кризиса» в Беларуси.
— Не могу сказать, что эта работа приносила мне удовольствие. Получал копейки, ездил на стареньком Volkswagen моего года рождения. Но зато в этой компании я познакомился с будущей женой, которая однажды пришла в офис распечатать реферат у знакомой. Я сделал ей предложение на третий день знакомства! Ее мама была в шоке: кто женится через три дня? Но мы в браке больше десяти лет — и счастливы, — улыбается Егор.
В 2012 году буквально за один день парень решил: надо заниматься тем, что ты любишь, а не тем, что приходится, и ушел с работы.
— Открыл ИП и нашел первого клиента — знакомого, которому нужен был веб-сайт, — вспоминает он. — У меня за плечами не было ни курсов, ни сертификатов, всему учился по ходу работы. Деньги платили небольшие, но я был счастлив, что занимаюсь любимым делом, даже физически стал лучше себя чувствовать. В это время жена меня фактически содержала. Но мы решились на это ради будущего.
Через год Егор устроился в белорусский филиал российской компании «Телеконтакт», где его за несколько месяцев «подтянули» до среднего уровня программирования. Айтишник стал больше зарабатывать, семья купила машину поновее, сняла четырехкомнатную квартиру. Казалось, жизнь вошла в привычную колею — и тут брат Егора решил переехать в Израиль.
— Мы с женой подумали, что нам нечего терять, и мы тоже поедем — ведь всегда можно вернуться. Но за две недели до переезда брата взяли работать в «Яндекс» в Москву, так что в итоге в 2014-м уехали мы одни, — говорит Егор. — Я даже не знал, что у меня еврейские корни. Из-за того, что в 1990-е был очень сильный антисемитизм, отец не рассказывал о своем происхождении. Родители опасались, что в школе надо мной бы постоянно издевались. Даже когда уезжал, одна знакомая сказала: «Вообще-то жидов не очень люблю». Спрашиваю: «Почему?», а она отвечает: «Не знаю, родители так с детства говорили». У нас антисемитизм не по какой-то конкретной причине, а по традиции.
До переезда разработчик был в Тель-Авиве только в командировке и до конца не понимал, что это за страна.
— Тогда было можно взять 40 килограммов на человека. Мы купили большие тряпичные сумки, сложили вещи и полетели, — вспоминает айтишник. — В аэропорту по прибытии нам выдали израильские паспорта, около 2000 долларов в эквиваленте на семью, документы для открытия медицинской страховки и счета в банке. Государство оплатило и такси из аэропорта до места проживания.
Первый час в Израиле — оформление документов в аэропорту 29 августа 2014 года. Фото из личного архива Егора Стронгина.
Для репатриантов правительство выделяет жилье. Так семья оказалась в маленькой квартире в Раанане — пригороде Тель-Авива. Чистый и красивый, но очень дорогой и религиозный город — «с вечера пятницы и до вечера субботы все было закрыто». Месячная аренда обходилась в районе 250 долларов — «для Израиля это почти бесплатно».
— Вся квартира — это кухня, санузел и единственная комната — по площади примерно 15−20 квадратных метров. Все жуткое, старое, в плесени. Я говорил жене: «Юля, а что мы только что сделали?» Переезд — это резкое падение уровня жизни. Живешь в комфортной квартире, каждый день можешь позволить себе ходить в ресторан, встречаешься с друзьями… И вдруг практически начинаешь все сначала.
У нас было очень мало денег — около 10 тысяч долларов. Для Израиля это ничто. Но жилье и денежные выплаты от государства (около 1000 долларов в месяц) делают переезд возможным, и полгода тебя бесплатно учат языку.
«Директор сказал: «Вот твой стол, чтобы в воскресенье был в офисе»
Иврит пара начала учить еще в Минске и прилетела в Израиль уже с базовым уровнем языка.
— В Израиле начали посещать школу иврита — ульпан. Занятия проходили с 8.00 до 13.00. Я всю жизнь был троечником, а тут меня вернули за парту, откуда я всегда хотел сбежать. Начал ныть жене, что больше не хочу ходить на занятия. На тот момент я буквально год назад поменял свою жизнь, стал программистом, и мне все нравилось — а тут отказался от того, что приносило удовольствие, — честно рассказывает разработчик.
Через месяц «без иврита, со школьным английским на уровне «London is the capital of Great Britain» и чистым опытом в ИТ-компании всего в один год Егор начал искать работу. Чтобы продать себя побыстрее, поставил низкую цену. Но и эта сумма «превышала минскую зарплату раза в четыре».
— Вскоре мне позвонил крупный инвестор и пригласил в стартап. Компания занимала одну маленькую комнату квадратов в десять. В ней работало четыре человека, и спинки стульев терлись друг о друга. У меня уже было предложение от другого стартапа, но директор ничего не хотел слышать. Такой наглости я раньше не видел. Он сказал: «Вот твой стол, чтобы в воскресенье был в офисе». Так «насильно» меня взяли в компанию, которая писала игру для фотографов.
Речь идет про стартап GuruShots, разработавший онлайн-игру для фотолюбителей, — на тот момент он был в зачаточном состоянии.
На первой работе в GuruShots был очень маленький офис и свой ноутбук, но потом стартап вырос и переехал. Фото из личного архива Егора Стронгина.
Егора вначале взяли на Backend — писать на PHP, но вскоре ему пришлось начать изучать JavaScript: из стартапа уволился Frontend-разработчик, а другого найти не могли, так как «местные не пойдут в такой офис» — с маленькой зарплатой и без «плюшек». К счастью, Егору помогли ребята из его первой белорусской фирмы — «подтаскивали» его по скайпу. «Я даже платил им за консультации по часам как репетиторам», — добавляет айтишник.
«Я излечился от рака полностью. Мог остаться немым, но живу обычной жизнью»
К сожалению, через несколько лет после переезда Егору пришлось перенести еще одно испытание — онкологию. В 2017-м у мужчины на шее появилось уплотнение.
— Еще до переезда у меня были подозрения на рак легких. Постоянно болел зимой, наши врачи видели на флюорографии затемнения в легких и предполагали такой диагноз. Сделали мне около семи снимков за год и радиоактивное исследование в Боровлянах, даже предлагали вскрывать грудную клетку. Но до этого не дошло, — рассказывает айтишник. — Через три года работы в GuruShots у меня обнаружили рак щитовидной железы с метастазами на третьей стадии. Нужно было делать операцию, поэтому я обрадовался, что оказался в Израиле. Помню, местные врачи открыли карту поражений после аварии на ЧАЭС и сказали указать место, где я родился, после чего сказали: «Ну, все понятно».
К счастью, знакомые Егора нашли ему хорошего частного врача.
— Этот крутой профессор заверил: «Да я даже с закрытыми глазами это сделаю». Рак на третьей стадии оперировали один врач и медсестра. Сказали, что я родился в рубашке — я излечился от рака полностью. Мог остаться немым, но живу обычной жизнью. Инвалидность мне сняли через два года.
Это была частная операция, но страховка все покрыла. Более того — Егора не уволили, не отправили на больничный или в отпуск, а продолжили платить зарплату и дали после операции 3000 долларов.
— Сказали: «Ты там страдаешь, ну купи себе что-нибудь приятное! Порадуйся!» И это не богатые люди, а маленькая фирма, где спинки стульев трутся друг о друга, — вспоминает Егор. — Здесь очень важны семейные ценности. Тебя не выбрасывают на улицу, если что-то случилось. Допустим, если женщина беременна, все счастливы — беременных приглашают на интервью, нанимают на работу и повышают в должности перед родами.
К слову, в Израиле запрещено спрашивать про детей, беременность, возраст, статус и так далее. Здесь по закону тебя должны оценивать только как специалиста, который будет выполнять определенные функции. Если тебя спросят о семейном статусе, ты можешь подать в суд и получить компенсацию.
Это не гостиничный номер, как вы могли подумать, а платное послеродовое отделение в больнице Ихилов. У пары были естественные совместные роды без врачей. Фото: из личного архива Егора Стронгина.
— В Израиле классная медицина. Ты платишь за страховку из своей зарплаты. Но, что бы ни случилось, государство тебя вытащит. Здесь существует страховка от потери работоспособности. То есть если я смогу доказать, что больше не смогу быть программистом из-за болезни или травмы, мне до конца жизни будут выплачивать мою зарплату.
Пенсия копится не из «чистых», а из «грязных» денег. Может дойти до того, что твоя пенсия будет равна зарплате. В случае смерти ее станут получать жена или дети. Пенсия — твой счет, твои деньги. Ты сам выбираешь фонд, который будет инвестировать твою пенсию. Ее можно снять до пенсионного возраста, заплатив подоходный налог. Многие, рискуя своим будущим, обналичивают деньги и покупают жилье.
В Израиле практически нет бездомных. Государство сделает все, чтобы ты заработал какие-то деньги. Здесь тебя не бросят на улице, существуют специальные фонды, которые помогают вытащить людей из нищеты.
И, конечно, стоит отметить нынешнюю вакцинацию: по словам Егора, в Израиле привита уже практически половина населения, выздоровело более 800 тысяч, и те, кто получил вакцину или перенес заболевание, являются обладателями «зеленого паспорта», с которым можно посещать людные места — от тренажерных залов до свадеб.
«Ночью пришло сообщение: «Поздравляю! Теперь вы сотрудник McDonald’s»
Через четыре с половиной года работы, добравшись до должности Head of Frontend, Егор решил, что пора переходить в более крупную фирму. Рассудил так: чем больше компания, тем больше возможностей.
— В 2019-м устроился в качестве Senior Web Developer в Dynamic Yield — компанию, которая занимается персонализацией данных. Через 28 дней произошло невероятное событие: ее за 300 миллионов долларов купил McDonald’s. Это приобретение стало крупнейшим для гиганта фаст-фуда за почти два десятилетия. Американская корпорация стала единственным владельцем, но Dynamic Yield сохранила определенную самостоятельность.
Ночью пришло сообщение: «Поздравляю! Теперь вы сотрудник McDonald’s». Корпорация, как оказалось, имеет отличную ИТ-базу. У нее больше 700 программистов по всему миру. В коронавирус это нас спасло, потому что McDonald’s никого не увольнял.
Сейчас я Frontend Expert и отвечаю за архитектуру JavaScript проектов компании, делаю Code Review и обучаю сотрудников. У нас классный офис в Тель-Авиве, но с апреля 2020-го работаем удаленно — нам выдали все необходимое оборудование. Мы с женой специально поменяли квартиру — взяли плюс еще одну комнату, чтобы у нас был полноценный домашний офис.
Офис Dynamic Yield. Фото из личного архива Егора Стронгина.
Жена Егора тоже работает — она окончила университет по специальности «экономист»: работала репетитором по математике, главным бухгалтером, тестировщиком, была директором стартапа и бизнес-аналитиком в 1С. В Израиле сама каждый день по 8−9 часов в день учила программирование и через год без проблем нашла работу. Сейчас она возглавляет отдел разработки в крупной новостной компании.
«В компании, где я работал, была даже доля инвестиционного фонда Романа Абрамовича»
ИТ-сферу в Израиле называют high tech («хай-тек»). По словам разработчика, практически вся ИТ-активность приходится на три города: Тель-Авив, Герцлию и Хайфу.
Самый крупный центр — Тель-Авив. Практически все большие компании сосредоточены в Герцлии — у моря расположен целый район «хай-тека»: там находятся офисы Apple, Microsoft, Google, IBM, «Яндекс» и других корпораций. В этой стране также много средних и мелких ИТ-фирм — израильтяне даже называют себя нацией стартапов.
— В Израиле есть правило: никогда не груби официанту, потому что это твой будущий работодатель, — шутит Егор. — У каждого есть стартап. Здесь мыслят по-другому.
Как начинает работать стартап в Беларуси? Выбирают лучшие кадры, прорабатывают архитектуру — все должно быть идеально — подходят ко всему гиперответственно. А в бизнесе важна скорость. В Тель-Авиве важно быстро написать проект, продать его и думать над следующим.
Условный официант может написать демоверсию и получить за нее миллион долларов! Не надо годами сидеть над тем, что не получается, пробуй что-то новое. Здесь люди очень смелые. Подойди к любому на улице, спроси: «Ты хочешь быть директором стартапа?», и он скажет: «Конечно хочу». Подойди в Беларуси, и тебе ответят: «Нет, это надо долго учиться, много знать, я не справлюсь».
В офисе можно работать с собаками. Фото из личного архива Егора Стронгина
На собрании в офисе. Фото из личного архива Егора Стронгина
Егор рассказывает, что государственной поддержки стартапов нет, зато в этой стране много инвесторов.
— За счет надежной репутации Израиля они готовы вкладывать деньги в стартапы. Спрос на инновации такой, что зачастую крупных и средних компаний не хватает, и бизнес-ангелы идут даже в мелкие. Предпринимателям невыгодно держать деньги в банках — проценты очень маленькие — выгоднее рискнуть и вложить в стартап.
Есть и местные, и иностранные (в основном американские и китайские) инвесторы. Как оказалось, в компании GuruShots, где я работал, была даже доля инвестиционного фонда Романа Абрамовича.
В Израиле прогрессивный подоходный налог: чем больше зарабатываешь, тем больше платишь.
— Налоги бешеные. Надо мыслить так: почти половину своего дохода ты отдаешь государству. Когда продают стартап — треть суммы уходит в бюджет, как будто государство является совладельцем. Поэтому экономика страны растет так быстро.
Егор говорит, что самые высокие зарплаты в Тель-Авиве, потом идет Герцлия. В стартапах небольшие деньги, но зато ты получаешь долю в компании — если ее продадут, получишь свою часть.
— Из-за прогрессивного налога бывают ситуации, когда тебе неинтересно зарабатывать больше. «Чистыми» ты получишь наравне с теми, у кого зарплата меньше, — добавляет собеседник. — В крупных компаниях сразу говорят, насколько они готовы повышать зарплату в год. В маленьких популярно пользоваться трюком оффера: идешь на собеседование в другую компанию, приносишь оттуда предложение о найме своему начальнику и говоришь: «Вот сколько я стою!» И ему приходится идти на уступки или расставаться с сотрудником.
«Нехватка кадров в ИТ катастрофическая. Если приехать в Израиль с опытом в программировании, то тебя оторвут с руками»
Тель-Авив. Фото из личного архива Егора Стронгина.
По мнению Егора, в Израиле уровень знаний программистов гораздо ниже, чем в Беларуси. После полугодовых курсов — зарплаты, которые в нашей стране «крутому сеньору даже не снились».
— Здесь вся страна на ты, и людей берут по личным качествам. Есть такое понятие — «пожениться». На собеседовании вы должны «пожениться» с будущим работодателем. Люди подходят ко всему душевнее, им важно, какой ты человек. А если ты чего-то не знаешь, то тебя всему научат. Если увидят потенциал, то возьмут. Это больше азиатский принцип.
Рынок специалистов очень низкий: «сеньоров» почти нет, «мидлов» мало. Есть люди, которые не слишком близки к программированию. В Беларуси этот человек был бы профнепригоден, а здесь после курсов можно устроиться на 4000 долларов «грязными». Людей после университетов мало, обучение платное.
Нехватка кадров в ИТ катастрофическая. Если приехать в Израиль с опытом в программировании, то тебя оторвут с руками. Мы в свою компанию до сих пор не можем найти технического лидера. Но на «удаленку» не берем.
Возможностей для поиска работы много: LinkedIn, специальные сайты, HR-агентства. Очень популярен сайт runner.co.il. Загружаешь туда резюме, его получают все агентства — и твой телефон начинает разрываться.
Конечно, всегда сложно найти первое место работы, но потом уже будет легче. Поэтому рекомендую поставить цену ниже рыночной, получить опыт. Если вы хороши в программировании, то вас возьмут даже без особого знания языков. Говори как угодно, лишь бы тебя поняли. Я вот до сих пор не выучил иврит. Мой английский — на уровне Present Simple. Мне иногда говорят: «Егор, ты говоришь, как Борат из фильма». Что поделать: мне даются только языки программирования.
«Они удивляются белорусам, у которых к 35 годам уже 15 лет стажа. В Беларуси очень жесткий подход к кадрам»
Север Израиля очень зеленый. Фот из личного архива Егора Стронгина.
Поначалу было много непривычного. Например, Егора впечатлило, что в Израиле человек считается взрослым только после 30 лет.
— До этого возраста местные много путешествуют, пробуют себя в разных сферах, и только потом задумываются о карьере. Они удивляются белорусам, у которых к 35 годам уже 15 лет стажа.
В Беларуси очень жесткий подход к кадрам: если у людей конфликт на работе — это их личная проблема, люди по-настоящему обижаются друг на друга. Здесь вы с начальником можете орать друг на друга, потом он смотрит на часы — пришло время обеда — и говорит: «Пошли кофе пить». Все, конфликт окончен.
В Израиле все на ты. Здесь нет разницы между директором-миллионером и уборщицей. Они могут вместе пить кофе, дружить и встречаться за пивом после работы. Дресс-кода нет вообще. Директор крупной компании может ходить в сандалиях на босу ногу, шортах и майке. Здесь никто не гладит одежду — это трата времени. Сушить голову — тоже ерунда. Моешь утром голову, едешь на работу с мокрыми волосами, по дороге они высыхают. Белорусы не могут пойти «в люди» с пятном на майке, а израильтяне могут.
До переезда в Израиль Егор путешествовал мало. Но теперь все изменилось благодаря доступности лоукостеров.
— По площади Израиль меньше Могилевской области. Ты очень быстро объезжаешь всю страну. Поэтому израильтяне много путешествуют по миру. До коронавируса и рождения ребенка мы летали по два раза в месяц. Могли на выходные слетать попить кофе в Будапеште или поужинать в Париже. Билет в Европу у нас может стоить 50 долларов — здесь в кафе дороже сходить.
После прочтения этого текста может сложиться впечатление, что по приезде в Израиль все сложится само собой. Но, конечно, не все так просто. По словам Егора, у человека в эмиграции бывает несколько этапов осмысления новой реальности. Сначала эйфория — классная погода, жарко, море. Потом «снимаешь розовые очки» — все дорого, надо снимать жилье, платить по счетам, адаптироваться, искать работу. Дальше могут ухудшиться отношения в семье: переезд — большое испытание. Однако если это все преодолеть, то дальше станет легче.
— В чем-то мы потеряли: у нас нет своей квартиры. Аренда хорошей квартиры в Тель-Авиве обходится в 2100 долларов в месяц. У нас нет своей машины — но если ты живешь в Тель-Авиве, то она тебе не нужна. В Израиле развит общественный транспорт: поезд, автобусы. Можно взять такси, а для путешествий по стране — арендную машину.
Многие продукты стоят дешевле, чем в Беларуси. Когда мы последний раз были на родине, сильно удивились ценам в магазинах. Ну и в местном ИТ очень много бонусов: например, на еду компания выделяет мне 250 долларов в месяц.
Погода прекрасная! Голубое небо, солнце — ты заряжаешься позитивом и улыбаешься. Люди здесь неагрессивные. Те, кто приезжает, удивляется, что дети не дерутся, не отбирают друг у друга игрушки. Это что, какие-то особенные дети? Нет, обычные!
Когда-то здесь было страшно: обстрелы, теракты… Но сейчас в Израиле одна из самых сильных армий в мире. У нас все население боеспособно, в каждом доме есть бомбоубежище. Служить в армии престижно. В боевые войска конкурс! Люди подают в суды, если их не берут в определенную часть. Во всех резюме указано подразделение, в котором ты служил. И есть альтернативная служба — учить новых репатриантов ивриту, разрабатывать код для армии, смотреть на снимки из космоса, писать сайт учета продуктов в столовой, помогать старикам.
В армии каждый месяц платят стипендию, и по окончанию службы ты получаешь разовую выплату 6−12 тысяч долларов. Сумма зависит от вида войск.
Я переехал в Израиль и не разочаровался. Все трудности уже решены, мы привыкли к местному менталитету и традициям. Научились ходить на работу по воскресеньям, а по пятницам отдыхать. Переезд — самое большое испытание в жизни, очень трудное решение. Но не нужно бояться менять свою жизнь и пробовать что-то новое — ведь жизнь одна.
От ред. belisrael
Присылайте свои истории репатриации в Израиль и эмиграции в др. страны, а также выскажитесь по данной публикации.
Беларусь, чыё габрэйскае насельніцтва на пачатку ХХ стагодзьдзя складала больш за мільён чалавек, або да 15 адсоткаў агульнай колькасьці жыхароў, дала культуры гэтага народу і культуры сусьветнай цэлае сузор’е выбітных асобаў. Віцебск і мястэчка Сьмілавічы пад Менскам – месцы нараджэньня мастакоў Марка Шагала і Хаіма Суціна. У Капылі прыйшоў на сьвет клясык габрэйскай літаратуры Мэндэле Мойхер-Сфорым. Беларускім клясыкам стаў Зьмітрок Бядуля (Самуіл Плаўнік). Сьпіс можна доўжыць і доўжыць.
У савецкай Беларусі габрэйская мова (ідыш) у 1924 годзе – разам зь беларускай, польскай і расейскай – стала адной з чатырох дзяржаўных. У рэспубліцы дзейнічалі габрэйскія школы, тэатар (дакладней, шэраг тэатраў – belisrael), на ідышы выходзілі газэты і часопісы. Выглядае, што якраз такая культурная сытуацыя сталася галоўнай прычынаю пераезду Кульбака ў 1928-м зь Вільні ў Менск.
На той момант ён ужо быў ня проста папулярны пісьменьнік, які пісаў на ідышы (першы ж надрукаваны верш Мойшэ «Штэрндл» («Зорачка») зрабіўся народнай песьняй), але і старшынём Усясьветнага габрэйскага ПЭН-клюбу. Творы Кульбака вылучаліся пошукам новых формаў, выразным уплывам заходнеэўрапейскай літаратуры і філязофіі, а ўадначас іх афарбоўвалі габрэйскі містыцызм і непаўторны фальклёр. (Перачытайце ягоную выдадзеную да 120-годзьдзя кнігу вершаў «Eybik» («Вечна»).)
Кульбак працаваў у габрэйскім сэктары Акадэміі навук, у часопісе «Штэрн» шмат перакладаў зь беларускай. Блізкае знаёмства зьвязвала яго зь Янкам Купалам, Якубам Коласам і Кузьмой Чорным. Іх часта бачылі разам на канапе ў Доме пісьменьніка. Мойшэ быў дасьціпным апавядальнікам зь нязводнай «сьмяшынкай-залацінкай». З Чорным ён размаўляў на ідышы, які той ведаў ад жонкі.
У Менску Мойшэ стварыў адзін з найлепшых сваіх твораў – раман «Зэльманцы», сапраўдную Атлянтыду габрэйскага жыцьця, паказанага праз гісторыю старасьвецкага менскага двара на Ляхаўцы, дзесьці каля цяперашняй фабрыкі «Камунарка». (Там было б добрае месца для помніка Кульбаку.). У наш час пераклад «Зэльманцаў», зроблены Віталём Вольскім, перавыдадзены ў сэрыі «Мая беларуская кніга». Па-беларуску дзякуючы Сяргею Шупу прагучаў і знакаміты, напісаны яшчэ ў Вільні раман «Панядзелак» – «мэлянхалічны, вар’яцкі, тонкі, іранічны» (Альгерд Бахарэвіч), а затым і раман-містэрыя «Мэсія з роду Эфраіма».
А ў нетрах НКВД чакала свайго часу складзеная ў 1934-м даведка: «Прибыл нелегально из Польши, где состоял заместителем председателя национал-фашистской еврейской организации»…
В 1937-м імя Кульбака занесьлі ў расстрэльны сьпіс, які сталінскія каты «полностью закрыли, приведя приговор в исполнение», у страшную ноч 29 кастрычніка. У сьпісе быў і паэт Ізі Харык, што таксама пісаў на ідышы. Можа, на адвітаньне з гэтым сьветам Мойшэ й Ізі засьпявалі разам «Зорачку»?
Мойшэ Кульбак. 20.03.1896, Смаргонь – 29.10.1937, Менск. Месца пахаваньня невядомае.
Крыніца: Арлоў, Уладзімер. Імёны Свабоды. Выданьне 4-е, дапрацаванае й дапоўненае. 2020. С. 164-165.
* * *
Владимир Орлов. Мойше Кульбак
Беларусь, еврейское население которой в начале ХХ века составляло более миллиона человек, или до 15% общего числа жителей, дала культуре этого народа и культуре мировой целое созвездие выдающихся личностей. Витебск и местечко Смиловичи под Минском – места рождения художников Марка Шагала и Хаима Сутина. В Копыле пришёл в мир классик еврейской литературы Менделе Мойхер-Сфорим. Белорусским классиком стал Змитрок Бядуля (Самуил Плавник). Список можно продолжать и продолжать.
В советской Беларуси еврейский язык (идиш) в 1924 году – вместе с белорусским, польским и русским – стал одним из четырёх государственных. В республике действовали еврейские школы, театр (точнее, ряд театров – belisrael), на идише выходили газеты и журналы. Похоже, что как раз такая культурная ситуация стала главной причиной переезда Кульбака в 1928-м из Вильно в Минск.
На тот момент он уже был не просто популярным писателем, писавшем на идише (первое же напечатанное стихотворение Мойше «Штерндл» («Звёздочка») сделалось народной песней), но и председателем Всемирного еврейского ПЕН-клуба. Произведения Кульбака отличались поиском новых форм, явным влиянием западноевропейской литературы и философии, а в то же время в них присутствовали оттенки еврейского мистицизма и неповторимый фольклор (Перечитайте его изданную к 120-летию книгу стихов «Eybik» («Вечно»).)
Кульбак работал в еврейском секторе Академии наук, в журнале «Штерн» много переводил с белорусского. Близкое знакомство связывало его с Янкой Купалой, Якубом Коласом и Кузьмой Чорным. Их часто видели вместе на диване в Доме писателя. Мойше был остроумным рассказчиком с неистребимой «смешинкой-золотинкой». С Чорным он разговаривал на идише, который тот знал от жены.
В Минске Мойше создал одно из лучших своих произведений – роман «Зелменяне», настоящую Атлантиду еврейской жизни, показанную через историю старосветского минского двора на Ляховке, где-то возле нынешней фабрики «Коммунарка». (Там было бы хорошее место для памятника Кульбаку.) В наше время перевод «Зелменян», сделанный Виталием Вольским, переиздан в серии «Моя белорусская книга». По-белорусски благодаря Сергею Шупе прозвучал и знаменитый, написанный ещё в Вильно роман «Понедельник» – «меланхоличный, сумасшедший, тонкий, ироничный» (Альгерд Бахаревич), а затем и роман-мистерия «Мессия из рода Эфраима».
А в недрах НКВД ждала своего времени составленная в 1934-м справка: «Прибыл нелегально из Польши, где состоял заместителем председателя национал-фашистской еврейской организации»…
В 1937-м имя Кульбака занесли в расстрельный список, который сталинские палачи «полностью закрыли, приведя приговор в исполнение», в страшную ночь 29 октября. В списке был и поэт Изи Харик, также писавший на идише. Может, на прощание с этим миром Мойше и Изи запели вместе «Звёздочку»?
Мойше Кульбак. 20.03.1896, Сморгонь – 29.10.1937, Минск. Место захоронения неизвестно.
Источник: Арлоў, Уладзімер. Імёны Свабоды. Издание 4-е, доработанное и дополненное. 2020. С. 164-165.
