Category Archives: Об интересном и разном из израильской жизни

Б. Гольдин. Заветная мечта сбылась

Борис Гольдин, кандидат исторических наук, доцент, член международной ассоциации журналистов.

МАЗУРКА ШОПЕНА

(непридуманные истории)

ПОПЫТКА НЕ ПЫТКА

Вот и снова снег февральский тает,
Тает в небе синяя звезда.
Незаметно детство уплывает
Лодочкой с тетрадного листа.

Что нас ожидает, мы не знаем,
И какие ждут нас города?
Мы ещё не скоро осознаем,
Что уходит детство навсегда.

С детством позабыли мы проститься
Мы совсем не думали о том,
Что оно нам будет только сниться,
И во сне лишь к детству мы придём

С. Лапиков

Детство миленькой и симпатичной девочки Марины прошло в солнечном Ташкенте. Она читала запоем, книги для нее были всем , обожала плавать в озере и наслаждаться красочным пейзажем, словом, ее увлекало многое.

Вот только с музыкой  не повезло. Она  “прошла”  рядом с ней, помахав ручкой.  И  это случилось не по ее вине.

Дело было так. Начала брать уроки музыки у  частного учителя.  Казался  хорошим. Но  это только на первый взгляд. Этот, так называемый, “профессионал”  на уроках стал бить  длинной линейкой маленькую девочку по маленьким ручкам. Оказывается, у него был такой “метод” обучения  юных пианистов. Результат быстро сказался: лупил по пальчикам и отбил  любовь к музыке, которая только-только зарождалась.

– В то время в Узбекистане  такое обращение с учениками не каралось законом, всё сходило с рук, не берусь сказать, как сейчас. А в Израиле такой учитель с линейкой  добром бы не кончил. Тут другие законы, – констатировала  дочь.

Хорошо сказал Антон Чехов:

“Кто не может взять лаской, тот не возьмет и строгостью.”

Жизнь у каждого  складывается по-разному… Когда  Мариночка стала взрослой, то  переехала в Израиль, а мы совершили настоящий чкаловский перелет –  аж за океан, в Калифорнию.

Марина Славинская и Семен Захрин

– Мы с  Семеном подумали:  наш сын подрос и было бы неплохо, если бы он  попробовал себя в музыке. Семен, к слову, полюбил музыку с юных лет. Успешно окончил музыкальную школу и готов  был помогать Ариэлю с домашними заданиями. Купили  новое пианино, –   рассказала Марина, когда приезжала к нам в гости.

Если дружат музыка и дети,
Ничего прекрасней нет на свете.
Музыка и дети, музыка и дети –
Ничего прекрасней нет на свете.

В музыке, в музыке свет волшебный есть,
Нам приносит музыка радостную весть.
С музыкою встретиться мы спешим скорей,
С нею мир становится,
С нею мир становится,
С нею мир становится лучше и добрей.

М. Пляцковский

–  Стал сын ходить на занятия к частному  учителю, опытному и знающему. Музыка  стала его увлекать. Но вот отношения с педагогом не складывались. Как-то на уроке  пожурил за то, что не выучил какие-то ноты.  Да и что-то  у Ариэля  постоянно не ладилось, – вспоминает дочка. – Как говорят, первый блин всегда комом.

ПАУЗА – ПЕРЕДЫШКА НА ХОДУ

Марина хороший психолог. Понимала, что в этом вины музыки  нет и точку ставить рано. Она решила, что надо  сделать паузу. Тут на горизонте появилась верховая езда. Тренеры и новые друзья пришлись по душе, и он  им понравился.

И знайте, что нету счастливее папы,

Который стал папою ДОЧКИ когда-то!

Она его нежно целует при встрече

И папа счастливейший ходит весь вечер!

Korki, Lol

Несколько лет тому назад  мы с младшим сыном Константином приехали в  Беер-Шеву.  Марина пригласила в  гости.  На это время пришелся пик увлечений Ариэля компьютером и английским языком. Это была первая встреча дяди и племянника, и увлечения внука их быстро сблизили. Когда он узнал, что Константин работает в  компьютерной компании и английский знает с пеленок, буквально не отходил от него. Даже на прогулку с  собачкой Энди они выходили вдвоем. Да и  не забывали  о вкусном мороженом.

–  Ариэль  старался обо всем узнать, задавал  сотни вопросов, и они были интересными. – говорит Константин, – в том числе и о музыке. Когда узнал, что я  окончил музыкальную школу, сказал:

–  Когда я был маленьким , я тоже начинал учиться игре на пианино.

Был я на тренировках Ариэля  по плаванию. Мне понравилось, что он освоил практически все стили. Легко плавал и на спине,  и на боку, и кролем, и брассом.

–  Парень старается, – похвалил тренер. – очень способный.

Марина Славинская

Гостеприимство Марины не знало границ.

На земле всего дороже,
Коль имеешь про запас
То окно, куда ты сможешь
Постучаться в некий час.
А. Твардовский

Однажды дочка села  в машину и, как заправский водитель, сказала: «Поехали!», и мы помчались в Эйлат –  город- жемчужину, который находится на берегу Красного моря.

– Это одна  из главных достопримечательностей, – сказала  дочь, проводив нас в обсерваторию  “Эйлатский морской музей”. На глубине  шести метров, сквозь стеклянные стены двух смотровых залов,  открылся яркий и красочный подводный мир.  Здесь была и одна из главных  красот — коралловый риф “Японские сады”.

Обстановка  располагала  к доверительному разговору .

– Знаешь, папа, –  сказала  дочь, – мысль о музыке не оставляет меня. Хотела бы увидеть Ариэля  за игрой на пианино и  послушать  Шопена в его исполнении.

У Марины  два высших образования.

Вполне понятно, что у нее очень серьезная работа. В ее окружении можно услышать, что Марина Славинская – отличный специалист, решает  важные вопросы.

– Моя мама – офицер, – с гордостью сказал нам  Ариэль.

– Смотрю, ты, как белка в колесе, а  уделяешь много времени воспитанию сына. Открой секрет, где ты его берешь? – шутя, спросил  Марину.

– Я – мама и  вот весь секрет, – улыбнулась она. – Да и Семен  не стоит в стороне.

Однажды Марина очень  удивила меня. На страничке популярного сайта  “Одноклассники” она разместила фотографию Ариэля – актера, который играл одну из ролей в пьесе Антона Павловича Чехова “Чайка”. Я знал, что внук хорошо говорит по-русски. Но то, что  дочка смогла привить ему любовь к русской литературе и к русской драматургии, это было для меня приятной новостью.

МЕЧТА ДОРОГУ ОСВЕЩАЕТ

Сбылась мечта – задумывай другую,
Сбылась другая – третью загадай.
Мечтай – чтоб жизнь прошла не вхолостую,
Чтоб не впустую жизнь прошла – мечтай…

А. Балуменко

Как-то она поделилась с  сыном:

–  Думаю, Ариэль, что многие из твоих друзей хотели бы услышать популярную мелодию в  твоем исполнении. Давай! Пойдешь учиться в Консерваторию.

(Не удивляйтесь. В Израиле  я мог услышать от мальчика из соседнего  дома без иронии:

–  Я  люблю музыку и уже второй год занимаюсь в Консерватории)

И это было не шуткой.  Дело в том, что здесь именуют так музыкальные школы.  Интересно, что в  Сан Хосе, где мы живем,  иной раз детский сад  называют  “Академией”. Везде свои причуды.

Мечта – есть движущая сила,
Мечта – предшественница цели,
Мечта дорогу мне осветит,
Чтоб дни все радостно летели.

А чтоб достичь желанной цели,
Одной мечты, конечно, мало,
Вот здесь придет черёд для действий…
Мечта же для всего – начало!

О. Партала

–  Ариэль стал заниматься  в Консерватории с прекрасным учителем по классу  фортепиано, – писала мне Марина. –  Думаю, что понравились ему и занятия по сольфеджио, которые развивают музыкальный слух и  знакомят с музыкальной теорией. Со временем в расписании появилась и музыкальная литература.

Что и говорить, а время летит быстрее скорости звука. Ариэль теперь делит свое свободное время  между любимым компьютером и  полюбившимся ему музыкальным инструментом. Иногда Ариэль и Семен садятся за пианино и играют, играют в … четыре руки.  Я  себе представляю, как  в это время Марина, удобно примостившись на диване,  наслаждается приятными звуками.

МАЗУРКА ШОПЕНА

Ариэль Славинский играет на конкурсе в Консерваториуме

Мне стало радостно на душе, когда Марина недавно прислала видеозапись. Молодой пианист  – мой внук, симпатичный Ариэль в нарядной белой рубашке увлечённо исполнял  “Мазурку”  Фридерика  Шопена.

Мы сидим с тобою, друг любимый,
тишиной захваченные в плен…
И внезапно в тишь Иерусалима
ворвался с мазуркою Шопен.

Хорошо играет незнакомый,
сердцу очень близкий пианист,
и звучит напев родного дома,
серебрист и, словно детство, чист.

В. Броневой

Уже не помню, кто из философов написал эти чудесные строчки,  адресованные своей  дочке:

“Ты – теплее солнечного света и гораздо ценнее любого драгоценного камня.”

Я думаю, что нет на свете отца, кто мог бы сказать лучше.

Маринка, слушай, милая Маринка,
Прекрасная, как детская картинка,
Ну кто сейчас ответит — что есть то?
Ты, только ты, ты можешь — и никто.

Владимир Высоцкий

Опубликовано 18.03.2018  00:28

Сто лет Юрия Любимова (1917-2014)

Интервью Полины Капшеевой (Лиоры Ган) из цикла «Обнаженная натура», опубликовано здесь. К столетнему юбилею мэтра перепечатываем с несущественными сокращениями. – belisrael.info.

* * *

Двадцать третьего апреля 1564 года в Стратфорде-на-Эйвоне родился Уильям Шекспир. Прошло ровно четыреста лет — и в тот же самый апрельский день в Москве родился “Театр на Таганке”. Еще через тридцать лет, в апреле 1994 года, мне удалось взять интервью у Юрия Петровича Любимова. В Иерусалиме.

Ю. Любимов с женой (здесь ему уже за 90). Фото с посвященной ему страницы.

— Юрий Петрович, сегодня в Москве “Таганка” празднует свой юбилей, а вы в такой день почему-то здесь…

— Вот я прямо сейчас достаю из кармана факс от артистов театра. Прочитать? “Дорогой Юрий Петрович! Если вы помните (это они так шутят), двадцать третьего апреля, в день рождения театра, мы всегда вместе. И сейчас мы ждем вас, несмотря на войны, террор и прочие безобразия. Подтвердите приезд факсом. Билет мы высылаем. Ваши артисты”.

— Не поехали?

— Но ответный факс послал. Цитирую: “Дорогие артисты, вы ставите меня в абсурдное положение, пригласив к тридцатилетию несуществующего театра. Театр закрыт, нам негде играть наш репертуар. Власти это отлично знают. Мой приезд возможен только в случае официального открытия Театра на Таганке — для работы. Ваш Ю.Любимов”.

— Что же происходит с “Таганкой”?

— Ни артистам, ни зрителям это сегодня неведомо. Увы, все они — жители несчастного нового государства, которое называется Россией, но которое, по существу, осталось все тем же СССР. Коллектив платит аренду, играет премьеру “Доктора Живаго” в чужом клубе, а свой театр в это время стоит пустой.

— Но зал, хоть и не свой, все равно полон.

— Даже тогда, когда они уже основательно развалили без меня театр, спектакли проходили с аншлагом.

— “Они” — это кто?

— Те, кто, во главе с Губенко, развалили театр.

— И что же теперь? Есть ли будущее у “Таганки”?

— Это зависит от артистов. Репертуар у них остался, я им разрешил играть все, что мной поставлено. Вы только посмотрите, что получается: советская власть меня выгоняла, лишала гражданства, но театр в покое оставила, а сегодняшние правители пошли дальше. В начале июля прошлого года Губенко просто захватил театр. Физически — охрану поставил. Что же мне, на старости лет, — со стражниками воевать? Или я должен стоять, как собака, у дверей своего театра и ждать, пустят меня или нет? Они совсем обалдели, по-моему. Даже странно всерьез говорить на эту тему.

— Народ, как всегда, безмолвствует?

— Жизнь в России сейчас проходит в поисках хлеба насущного, у каждого куча своих забот. Многие говорят, что раньше было лучше — и, действительно, для люмпенизированного большинства было лучше. А сегодня все идет по анекдоту. Помните: японец попал в какой-то советский НИИ, и через три дня извинился за то, что не присоединился к общей забастовке. Дело-то ведь никого не интересует, но раньше, все-таки, люди хотя бы сидели на местах, а теперь просто все разворовывают. Стул, стол — все, что под руку подвернется.

— А как актеры отнеслись к тому, что вас не пускали в театр?

— Одни элементарно боялись протестовать: семья, дети. В конце концов, советские гебисты просто перерядились в российских, а работают по-прежнему… Шостакович в свое время говорил: “Они мне бумажку хоть кверху тормашками дадут — любую подпишу, только бы отстали и не трогали.” Кого-то сумел сагитировать Губенко, посулив разные блага. За ним пошли, в основном, уборщицы да билетеры. Он же говорил конкретно, как на большой дороге: “У него получал десять? Я тебе дам двадцать”, — соответственно росту цен. Мне кажется, он просто стремился убить театр — и, тем самым, отомстить мне. За что — не знаю.

— Да, я помню фразу из его телевизионного выступления: “Неужели мы отдадим какому-то израильтянину русский театр?”

— Вы тоже слышали? Приличные люди после этого с ним вообще не здороваются, а всякие коммуняги поддерживают. Многие актеры, правда, остались мне верны, борются за театр, как могут. В общем, жизнь идет по репертуару нашего театра; разделились, как в “Годунове”: кто — за Бориса, кто — за Самозванца.

— Но ведь когда вы были выдворены из страны, именно Губенко возглавил театр, дабы, как он утверждал, сохранить его для Мастера. Именно Губенко официально пригласил вас в Россию…

— Ну, иллюзий относительно Губенко я не питал никогда. Правда, я не предполагал, что он озвереет до такой степени. Он — свой парень для партийной черни, я же всегда был им чужим.

— И, все-таки, пригласил вас Губенко.

— Никак не могу понять, откуда у всех такая уверенность, что я хотел возвращаться? Почему никто не догадался спросить меня? Между прочим, идея приглашения появилась до Губенко: артисты прислали мне в Вашингтон письмо с просьбой вернуться и возглавить театр. Там была подпись и покойного Анатолия Васильевича Эфроса. Когда же я, согласившись на предложение Губенко, приехал и уехал вновь, он продолжал оставаться директором. И во многом “преуспел”: за два года окончательно развалил театр. Наверное, я пострадал из-за излишней своей самонадеянности. Полагал, что смогу договориться с теми, с кем, на самом деле, договориться невозможно.

— Юрий Петрович, вас действительно вышвырнули из страны против вашей воли, или вы как-то спровоцировали этот процесс?

— Во-первых, я — не такой дурак, как вам кажется. У меня были заманчивые предложения еще тогда, когда мой сын Петя был в люльке. Я мог бы сто раз подписать выгодный контракт и разбогатеть, но мне было жалко бросать театр, да и у родных возникли бы неприятности. Между тем, большинство моих спектаклей “закрывали” — и за каждый я должен был драться: за “Годунова”, “Высоцкого”, “Живого”, “Театральный роман”… А знаете, как бывает? Артисты репетируют — хороший режиссер, нет репетиций — плохой. Роль удачно сыграл — актер хороший, плохо сыграл — режиссер сволочь, диктатор, деспот — с ним же невозможно. Тяжелый характер.

— А какой на самом деле?

— Я считаю, что основным качеством режиссера должно быть терпение. У меня оно, думаю, совершенно феноменальное. Как-то Марк Захаров, пришедший на “Таганку”, чтобы взять телеинтервью, оказался свидетелем диких истерик некоторых моих артисток — климакс, что поделаешь. Марк безмерно удивился моему самообладанию, поначалу решив даже, что эта истерика перед камерой заранее подготовлены.

— Почему же, в таком случае, так много говорят о тяжести вашего характера?

— Спросите у тех, кто эти слухи распространяет. Видимо, лицемерят: мне в лицо никто ничего такого не говорил. В чем именно меня обвиняют?

— В непредсказуемости, во вздорности.

— Но это разные вещи! Если художник предсказуем — он не интересен. А вот обвинение во вздорности действительно обидно. Иногда многим казалось, что я задумал вздорную вещь — а я выигрывал спектакль у этих партийных долдонов. Очень может быть, что подобные слухи специально распространяли партийно-кагебистские круги.

— Но ведь не станете отрицать, что некоторая авторитарность вам свойственна?

— А как может быть иначе? Кто-то ведь должен выбрать пьесу, распределить роли — словом, взять на себя ответственность. Сейчас я собираюсь ставить “Медею” — перевод делает Иосиф Бродский (Иосиф Александрович умер 28 января 1996 года — П.К.) Вот о нем тоже говорят, что он капризный, своевольный. Со мной же он был деликатен и абсолютно не капризен. Очень удобно говорить о каких-то людях, что они невыносимы. Но, возможно, невыносимы как раз те, кто утверждает подобное? Во всяком случае, они убоги.

— Какие отношения складывались у вас с актерами “Таганки”?

— В основном — нормальные, рабочие. Актеры знали: если перехожу на “вы”, то только для того, чтобы сказать: “Будьте добры, уйдите с репетиции”.

— Часто “шли на “вы”?

— Редко, но случалось. Никто не застрахован от срывов, наверное, и я бывал грубым. Помню, шли тяжелые репетиции “Гамлета”, а Володя покойный начинал спектакль с того, что пел стихотворение Бориса Леонидовича “Гамлет”: “Гул затих. Я вышел на подмостки…” Именно так я и представлял себе; знаменитый бард играет Гамлета; откладывает гитару — и: “Я играть согласен эту роль”. И вот на репетиции Высоцкий произносит: “Я вышел на подмостки”, резко выделяя местоимение “я”. “Вышел? — говорю. — А теперь иди отсюда”. Он ушел и запил. Это было, конечно, дурно с моей стороны, но я не сдержался, потому что он очень плохо репетировал.

— Теперь сожалеете?

— Чего уж жалеть… В работе надо уметь прощать друг другу, я же им тоже прощал черт-те что. А уж Володе сходило с рук такое… Когда он умер, Давид Боровский пришел ко мне в пять утра. Я лежал больной, Петя был совсем маленьким, Катя, жена, очень испугалась назойливых звонков в дверь: в пять утра к больному человеку пришли — арестовывать, что ли? А тут вошел Давид и произнес историческую фразу: “Ну, вот и кончилась ваша тяжба с артистами за Володю”. То есть, мне постоянно предъявляли претензии в том, что я все ему прощаю.

— Упреки были справедливыми?

— Не думаю. Однажды, когда он того заслужил, я его уволил на полгода. Мне казалось, что этим я Володю спасу, заставлю задуматься… Не получилось…

— “Театр на “Таганке” был любимовским, но публика-то шла на Высоцкого. И, отчасти, на других актеров.

— Это потом уже говорят, как замечательно играет тот или иной актер, но исходит-то все от режиссеров. Появился Вахтангов — и родился Вахтанговский театр. Точно также возникли театры Мейерхольда, Станиславского и Немировича-Данченко. Режиссеры умерли — умерли и их театры. При чудовищном российском дилетантизме режиссеру приходится слишком многое держать в голове. Когда сезон кончался, все уходили в отпуск на два месяца; возвращались — и никто ничего не помнил: ни помрежи, ни осветители, ни радисты. И только один старый идиот Любимов все должен был держать в башке. Может быть, именно это и помогло мне выжить на Западе. Я много знаю про свою профессию, меня трудно обмануть; прекрасно понимаю, что такое сметы, — и не ношусь в эмпиреях. Поэтому я смог работать во многмх странах и сотрудничать с огромным количеством замечательных коллективов. Финны, немцы, Ковент-Гарден, Ла-Скала, Мюнхен, Гамбург, Штутгарт…

— “Габима”?

— Сложный вариант. Тут, по-моему, никто не может работать. Вайда, думаю, второй раз не приедет. Марк Захаров, видимо, тоже.

— В чем причина?

— Да уж не в Вайде и не в Захарове — они настоящие профессионалы. Просто “Габима” — не театр, а проходной двор. Кто-то подобного не скажет в надежде получить там работу, а так как я в этом не нуждаюсь, — мне все равно. Хотя и там, после “Заката”, мне было легче и спокойнее делать вторую работу — брехтовского “Доброго человека из Сезуана”. А вообще в Израиле нет театральных традиций, да и не может их быть: здесь ведь все “с бору по сосенке”.

— Как вам живется с двумя гражданствами?

— Мне-то нормально, а вот пограничникам все время создаю проблемы. Прохожу в Израиле паспортный контроль — предъявляю “даркон” (международный паспорт израильтянина — П. К.). Спрашивают визу — предъявляю советский паспорт. При этои в одном документе написано, что родился я в четырнадцатом году, в другом — что в семнадцатом. Каждый раз обещаю исправить, но не сейчас: самолет улетит. Прилетаю в Москву — показываю советский паспорт. Ищут соответствующую отметку и не находят. Спрашивают, когда же я уехал из Москвы. Говорю, что давно, точнее не помню. “Где же вы болтались все это время?” А я, действительно, заезжал по делу в несколько стран — этого они уже совсем не могут понять. Предлагаю позвонить в театр, родственникам, друзьям, в конце концов, — в канцелярию Ельцина. “Нам, — говорят, — Ельцин не указ: у нас закон”. А что, правильно. Ленин ведь награждал часового, если тот убил кого-то за срубленную елочку. А уж если лампочку Ильича вывинтишь — наверное, просто повесят прямо на том же шнуре от лампочки. Правда, сегодня лампочки вывинчивают, а перегоревшие продают. Недаром говорят: “Страна Чудес”.

— Юрий Петрович, давайте представим себе такую ситуацию: Губенко нет, закончилась возня, ничто не мешает вам вернуться в свой театр. Вернулись бы?

— Каверзный вопрос. В этом случае, наверное, выбрал бы небольшую группу — и с ней бы работал совершенно на другой основе, чем российские театры. Сейчас в России невозможно выйти на высокий уровень: там просто нет культуры производства. Зато прекрасно могу все это делать в других странах. Известно ведь: “Где хорошо — там и родина”. Надоело мне бесконечное патриотическое сюсюканье.

— А в Израиле вам хорошо?

— Да, но здесь я гость: я же русский. Меня радушно приняли. Катя — венгерская еврейка, а я — при ней, как Солженицын при Ростроповиче. Люблю Иерусалим, где мы живем. Жаль, приезжаю сюда довольно редко, и сейчас вы меня поймали здесь только потому, что расстроились мои московские планы. Нет худа без добра: я получил возможность немного прийти в себя. Но уже скоро еду работать в Афины, затем — в Бонн, ставить “Пиковую даму”.

— Все-таки чего-то я не понимаю: в Израиле, что, для вас работы нет?

— Я ведь ее не ищу, а работодатели, похоже, не ищут меня. Видите ли, тут столько безработных — зачем я им буду мешать?

— Масса безработных, и все, как один, — уровня Юрия Любимова… Не приходила ли вам в голову мысль возглавить здесь, скажем, музыкальный театр?

— Пока не зовут, хотя мне, наверное, это было бы интересно: работаю в опере много лет и даже называю себя опер-уполномоченным. Думаю, опера здесь не скоро станет на ноги, а я уже старый. Во всяком случае, найти меня просто: чай, не иголка. И потом, я ведь не соглашусь на любые условия. Мне как-то предложили возглавить курс актерского мастерства в Иерусалимской академии при профессорской зарплате в три тысячи шестьсот шекелей — зачем мне так уж надрываться на старости лет?

— Жена не работает?

— Сейчас нет: перенесла сложные операции. Раньше работала — и доработалась до двух с половиной тысяч. Сами знаете, зарплаты в Израиле низкие, а налоги, наоборот, высокие.

— Это единственный повод для огорчения?

— Если бы! Мы тут недавно измеряли Петькин рост, и выяснилось, что он — метр восемьдесят три, а я был — метр семьдесят восемь. Решили перемерить и меня — оказывается, во мне осталось только метр семьдесят пять, усох на три сантиметра. Я страшно расстроился, хотя и знал, что к старости становятся ниже. Целый день ходил и страдал: трех сантиметров уже нет…

— Ивритом вы овладели?

— В совершенстве: слова четыре знаю. Даже когда в Венгрии жил, — выучил по-венгерски “налево” и “направо”. Потом в Союзе, если меня выводили из себя, произносил: “У, йобра бара мини мат!” Когда возмущались моим поведением, переводил: “налево, направо и маленькая стиральная машина”. Но знаете, разочаровался: думал, “йобра” — налево, а оказалось — направо.

— На каком же языке вы разговариваете?

— На разных. Я — на русском. Катька с Петькой уже боится по-английски говорить: он лучше язык знает. Венгерским пока лучше владеет она. По-русски тоже хорошо говорит, хотя и с акцентом. У Петьки родной — английский. Сейчас он перешел из английской школы в ивритскую. Года три назад мы его отдали в Москве в обычную русскую школу. Приняли с почетом, директор ему школу показывает, а мальчик спрашивает: “Зачем у вас один и тот же дядя везде висит?” — “Этот “дядя” — Ленин. Он создал…” “А что, — спрашивает Петька, — он создал? Эту вонь?” Сын уже к тому времени имел печальный опыт: зашел в туалет, сразу вышел и сказал: “Мам, я до дома потерплю”. В итоге, пришлось его отдать в дорогущую школу для детей американских дипломатов. Боюсь, поезд ушел: Петька жить там уже не сможет. Он грустно так мне по вечерам говорил: “Зачем ты меня сюда привез? Я не хочу здесь жить”. Что же мне над ребенком насильничать? Зачем? А эти идиоты обижаются на дитя. На себя обижайтесь, что вы довели страну до такого ничтожества, негодяи. Знаете, по-моему, я вам уже наговорил на целый том собрания сочинений имени Карла Маркса.

— Подождите-подождите! Я ведь еще не успела расспросить вас, например, о маленьких слабостях. Что вы в жизни любите?

— Выпить и закусить. Скажем, сушеную маслинку обожаю — и вам горячо советую.

— Совет принимаю. А пить что будем?

— Предпочитаю крепкие напитки — от сорока — и выше. Лучше всего — финская водка. У финнов (я с них возьму за эту рекламу) тройная очистка, а водка делается из зерна, которое они высаживают, когда начинаются белые ночи. Именно это, как выяснилось, придает напитку некоторый “цимес”.

— Ну и какое же застолье без “вкусной” без театральной байки?

— Работал в нашем театре директор-идиот — бывает. При этом — личность сильно политизированная. Фамилия неприличная, называть ее не буду: он еще жив. Были мы с театром на гастролях в Болгарии, и он все время просил у меня разрешения сделать сюрприз. Я, предчувствуя неладное, объяснял, что на концерте — не нужно, а потом уж — ладно. И вот наконец накрыли стол метров пятьдесят длиной, и собрались за ним все “сливки” Софии. Не обошлось без “представителя в штатском” — из всего его облика я запомнил только роскошные усы. Болгарские братья официально принимают наш театр, посланца великой страны. И тут наш директор, бывший актер, достает какую-то бумажку и начинает читать: “Проклятые болгарские фашисты! До каких же, наконец, пор вы будете поганить эту прекрасную землю?” У всех ста слушателей опрокинулись лица: вероятно, болгары решили, что в политике произошли резкие перемены. У нашего “представителя” усы опустились и выступила испарина: ему-то о переменах тоже ничего не было известно. Я почувствовал, что задыхаюсь. Начал плакать от смеха — и не нашел ничего лучшего, как спрятаться за портьеру. Она вся заколыхалась от моего хохота, и я, взрослый пожилой человек, стал пробираться по портьере, чтобы исчезнуть из зала. А директор продолжает… Я сбежал вниз по лестнице, обнял дерево — и в тот момент понял, что действительно можно умереть от смеха. Плачу и соскальзываю по дереву вниз. Подходит этот вспотевший с опущенными усами и с глазами, от ужаса округлившимися, как у совы, и интересуется, что со мной. Объясняю, что не могу слышать про фашистов. Как услышу — плачу. И тут появляется идиот-директор и гордо сообщает, что привез болгарам в дар старый документ подпольной партийной организации Софии…

Опубликовано 30.09.2017  21:59

Беседа с актрисой Анной Хитрик

Хитрик: Говорили: «Надо валить», когда получали зарплату в театре, и привыкали

(материал Маши Колесниковой на euroradio.by, 07.09.2017; см. также более полную аудиозапись здесь)

Анна Хитрик, актриса Купаловского театра и лидер группы «Sounduk», переезжает жить в Израиль. Переезжает ради сына Стёпы. У мальчика аутизм, а в Израиле для детей с таким диагнозом созданы все условия для благополучной жизни.

Идея переехать появилась у семьи после того, как в 2015 году Стёпа проходил коррекционное лечение в одном из израильских центров. Лечение помогло. Аня поискала и нашла еврейские корни. Поэтому было решено подать документы на переезд. Ожидание ответа тянулось два года.

Фото «Еврорадио»

Анна Хитрик: Когда ты подумал: «Всё, отказали», Бог улыбнулся и сказал: «Подожди». И нам позвонили. Я стояла в коридоре, собирала мужа на работу, отдавала ему пакет с мусором и не могла понять, что от меня хотят. Мне повторили: «Добро пожаловать в Израиль». Я растерялась: «Когда?». А они говорят: «Уже. Можете приходить оформлять документы».

Я стала бегать из комнаты в комнату. Раньше я представляла себе, что звоню маме, гордая и счастливая, и говорю: «Мы переезжаем». А дальше американский фильм, яркие краски, я продаю свою жизнь как лот, включая книжки и мисочки, и уезжаю с красивым багажом. А происходит всё по-белорусски, по-нашенски, по-советски: я плачу над любимыми книжками, цветочками, но продолжаю собираться.

Хочу стать мегаспецом, приехать в Беларусь и помогать аутистам здесь

Еврорадио: Ты придумала, чем будешь заниматься в Израиле? Или пока вы едете в никуда?

Анна Хитрик: Не совсем в никуда. Мы выбрали город. В нем есть друзья. Это люди, к которым мы в 2015 году приехали с нашим сыном, как к специалистам. Мы с ними познакомились, они прочистили нам мозг, мы их называли на «вы», и они нас на «вы» и между нами были рыночно-денежные отношения. Мы получили результат, были им очень благодарны. Они меня «заразили», и я стала благодаря увиденному результату менять профессию – училась и занималась с детками в нашем городе. Пошли результаты, я стала делиться с ними, советоваться, получила обратную связь. И так рабочие отношения перешли в теплые, а теперь они дружеские. Эти ребята замечательные готовы нас принять, кормить, одевать. С другой стороны, мы не едем работать актерами в какой-либо крутецкий театр. В этом смысле мы едем в никуда. Но мы едем в город, в страну, в которой можно бесплатно учить язык и она всячески помогает своим жителям.

А вообще, планирую работать с детьми с аутизмом. Хочу стать мегаспецом, приехать в Беларусь и помогать таким детям здесь.

Пинигин – уникальный человек, я его боюсь. Он сказал мне нужные вещи

Еврорадио: Не жаль карьеры актрисы? Ты же ведущая актриса!

Анна Хитрик: Так любят говорить, но мы обе знаем, что это не так (смеётся). Когда-то я много играла. Благодаря тому, что происходит с нашей семьёй, руководство театра пошло мне навстречу. Разрешили что-то не играть, где-то заменили. Время всё изменило, я стала просто актрисой, не ведущей, и совершенно не парюсь по этому поводу. Работаю в театре 17 лет, но у меня никогда не было каких-то корон на голове, что все падут у моих ног и скажут: «О, великая покорительница Мельпомены, Аня Хитрик» (смеётся).

Еврорадио: Окей, у тебя есть новая профессия, а чем будет заниматься твой муж, актёр?

Анна Хитрик: Я не знаю. Но знаю, что у меня хороший муж, который является очень хорошим отцом нашему ребёнку. Уверена, что он не будет просто лежать на диване, и уверена, что всё будет просто хорошо. Ведь сейчас что угодно можно придумать! Хотя, когда мы приедем туда, надо будет собирать бумажки, будет незнакомый язык и незнакомые люди, Стёпа ничего не поймёт. И мы не знаем, как это будет. Может, он будет плакать, а может, раз, и заговорит на иврите через три дня! Я не люблю долгосрочные планы.

Еврорадио: Стёпа знает о переезде? Как он к нему относится?

Анна Хитрик: Прекрасно! Потому что Стёпа не понимает, что он поедет «пахать». Он был в Израиле, все ему улыбались, дарили всякие штуки. Плюс, когда с ним там занимались, мы не работали, всегда были с ним. А для него это самая большая награда. Я говорю: «Стёпа, ты понимаешь, что ты будешь ходить там в садик?». «Мама, ты шутишь», — отвечает. Он ненавидит одевать куртки, так что ему там будет хорошо.

Еврорадио: Как восприняли коллеги из театра новость о вашем отъезде?

Анна Хитрик: Предполагаю, что коллегам из театра глубоко не всё равно, что с нами происходит (смеётся). Не знаю. Мне никто не звонил и ничего не говорил. Николай Николаевич Пинигин принял всё так, как я этого хотела в мечтах. Не обрадовался, но и не сказал: «Блин». Меня пару человек обвиняли, что я специально говорю хорошести о нём, чтобы выслужиться. Но сейчас-то мне это не нужно, я практически не работаю в театре, и скоро уже не буду работать там вообще. Это уникальный человек, он для меня был всегда важен, я его дико боюсь. Он сказал нужные вещи, сказал, как мне кажется, по-отечески.

https://www.youtube.com/watch?v=RmDnifxb6w8

Песня группы «Sounduk» «Мир»

Понимаю, что пройдёт время, и никто не будет помнить, кто такая Аня Хитрик

Еврорадио: С твоим театром всё более-менее ясно. Что будет с группой, с музыкой?

Анна Хитрик: Недавно я пила какой-то алкоголь по «Скайпу» с Юлей Глушицкой, нашей виолончелисткой. Мы дружим очень много лет, она живёт в Москве, у Юли самой ребёнок с особенностями, и мой отъезд для нас обеих — это серьёзный удар. Мы обе импульсивные, обе плаксухи… Мы чокались в «Скайп», напились, и решили, что я обязательно приеду на концерт. Обязательно. Я не знаю, кому это будет нужно на тот момент, кроме меня и Юли. Но почему нет? Не в смысле, что я приеду как «звезда из Израиля». Я прекрасно понимаю, что пройдёт время и вообще никто не будет помнить, кто такая Аня Хитрик… Я надеюсь, что кто-то будет меня ждать, очень надеюсь. Сделаем маленький зал уютный.

Буду работать с особенными детьми и буду писать особенные песни

Еврорадио: Второго октября будет последний концерт, и вы приостанавливаете деятельность. Не собираешься продолжить музыкальную деятельность в Израиле с новыми музыкантами?

Анна Хитрик: Я не думала о новых музыкантах, но думала о том, что музыка может мне помочь в работе с детьми, где я, как терапист, использую свои песенки. Детям чаще всего это нравится. Я говорила мужу о том, что мы можем придумать музыкальную сказку для детей, идея понравилась… Я не смогу жить без музыки, это просто невозможно! Дело не в том, что я какая-то «звезда» и на меня ходят люди, а в том, что я не могу. Детки будут слушать, их родители будут слушать — это большое счастье, когда ты попадаешь в человека. Окей, я буду работать с особенными детьми, я буду писать особенные песни.

Еврорадио: Ты говоришь, что со временем в Беларуси появятся специалисты, которые помогут детям с аутизмом. Но какие шаги делаются сейчас, чтобы этим детям было проще жить?

Анна Хитрик: У нас замечательные родители. Есть мастерская Тани Голубович, сделаная родителями, подчёркиваю. Есть Центр помощи аутичным детям, в котором я работала, и он тоже сделан родителями. Вот когда всё это срастётся с инициативой государственной власти, когда будет исходить инициатива от них, а не мы, как дятлики, будем ходить и долбить эту стену, тогда всё будет хорошо. Пока же девчонки и ребята копят деньги для того, чтобы поехать учиться (например, в Москву) и работать с такими детьми. Я таким людям кланяюсь, потому что не все они столкнулись с этой проблемой, как я, чтобы болело и плакало. Они просто добрые и хорошие люди. Но очень нужны мощные финансовые вливания. Нужно всё перевернуть и поменять. Это не решит какая-то важная тётя или какой-то важный дядя, а круглый стол во главе с королём Артуром. Это трудный шаг, но его необходимо сделать. Потому что [иначе] дальше будет только хуже. Но я знаю, что всё равно сделаю очень много в этом плане для наших детей.

Семья Анны Хитрик. Фото Tut.by

Мы говорили, что надо валить, когда получали зарплату в театре

Еврорадио: Если бы Стёпа был обычным ребёнком, вы бы собрались уезжать из Беларуси?

Анна Хитрик: Я бы не узнала о своих израильских корнях! Я и об аутизме не знала-то. Я бы была из тех тёть, которые читают об аутизме, потому что о нём все пишут, и делала бы пожертвования. Вряд ли бы углубилась в проблему и изменила свою жизнь. И конечно, мы бы никуда не переехали. Такая мысль в голову не приходила. Мы говорили, что надо валить, когда получали зарплату в театре. А потом, как любой белорусский человек, ко всему привыкали.

Еврорадио: Ощущать то, что через месяц всё изменится, больно?

Анна Хитрик: Страшно. Прямо по-детски… Обижаюсь, когда кто-нибудь говорит: «Ты подумала о том, что ты теряешь!?» А я думаю: «А вы не подумали, что я могу приобрести?». Для меня странно, когда люди держатся за всё на свете, даже если у них, по сути, особо не за что держаться. Может быть, нас так научили, что лучше синица в руке?

Еврорадио: Что ты обязательно с собой берёшь в Израиль?

Анна Хитрик: Несколько любимых книжек, которые нужны в работе с детьми, несколько книг для Стёпки. Серёжа берёт гитару, я — микрофон, маленькую коробку с дисками, чтобы дарить, кеды и ещё велик. Разрешено 120 килограммов везти (смеётся). А ещё вилки-ложки.

Еврорадио: Анна Бонд спрашивает: «Что для вас патриотизм и любовь к родине?»

Анна Хитрик: Только люди. Больше ничего. Если есть люди, которые верят в людей, для меня это патриотизм и страна. Я живу здесь, я белоруска, и мне нравится Маша не потому, что кудрявая, а потому что я знаю, что у неё красивая душа. Это проявление моего патриотизма. Знаете почему? Потому что Маша — белоруска. Только поэтому. Не из-за дорог, не из-за домиков, рыбок в воде, не из-за лесов и бусликов (аистов). Для меня патриотизм и любовь к своей родине — это уважение к людям, которые здесь работают и хотят сделать свою страну лучше, возможность «заразиться» этим желанием сделать лучше. Люди, которые говорят на белорусском языке, когда говорят на нём от души, а не чтобы заработать бабла, для меня — гордость и мой народ. Я не могу сейчас говорить по-белорусски, потому что волнуюсь и говорю на очень болезненные для себя темы. Я улыбаюсь, но, надеюсь, вы настолько умны, что понимаете, как для меня это тяжело. Но если бы мы говорили о Купаловском и о ролях, я бы заливалась песней.

Опубликовано 10.09.2017  01:02

В. Рубінчык. КАТЛЕТЫ & МУХІ (63)

Шалом!? Скора ўжо, скора, чырвона-жылістая восень, як той Майсей Саламонавіч пісаў, затупаціць меднымі нагамі ды загрыміць па ўсіх шляхах… А пакуль цёпла на дварэ, што не значыць – на сэрцы.

У мінулай серыі анансавалася «ідышная» прагулка па Мінску з Аляксандрам Фурсам; 13 жніўня яна-такі прайшла, прывабіўшы амаль два дзясяткі аматараў. Няможна адмаўляць своеадметнага артыстызму А. Ф., але ў змястоўным плане тлумачэнні «экскурсавода» хутчэй расчаравалі… Наўрад ці варта было некрытычна падыходзіць да кнігі пра яўрэйскіх савецкіх пісьменнікаў 2006 г., даволі тапорна перакладзенай з ідыша па смерці Гірша Рэлеса. Арыгінал выйграе ўжо таму, што рыхтаваўся і выйшаў пры жыцці аўтара ў 2004 г., пісьменнік меў шанс вычытаць карэктуру. Калі ў 2005 г. бібліятэкарка «Хэсэда» Фаіна Злоціна папрасіла мяне за тры дні адрэдагаваць пераклад дваіх энтузіястаў (дагэтуль не цямлю, нашто было так спяшацца – кніга выйшла друкам толькі праз некалькі месяцаў – але ў Злоцінай ужо не спытаць, памерла яна), то я зрабіў, што мог, прыбраў самыя відавочныя памылкі… На жаль, некаторыя потым былі занесены зноў: адсюль і «Бойтрё» (знакамітая п’еса Кульбака называецца «Бойтра», а па-руску – «Разбойник Бойтре», і «Хайзекиль» Дунец (слушна «Хацкель» або «Иехезкель»), і многае іншае.

А. Фурс руліць

З другога боку, няблага, што хоць такое знаёмства з яўрэйскім красным пісьменствам мае месца. Да таго ж Аляксандр – чалавек яшчэ малады, і быццам бы схільны да самаадукацыі.

Зноў вярнуся ў думках і словах да паездкі ў Ізраіль і па Ізраілі сёлета, у чэрвені-ліпені. Чым далей, тым менш успамінаецца недарэчнасцей, а больш «плюсоў». Напрыклад, як цешылі нашыя з жонкай вочы яркія дрэвы і аўтамабільчыкі на аднаго-двух пасажыраў…

Знята ў Рышон Ле-Цыёне і Петах-Тыкве

З’явіліся ў краіне ў апошнія гады, працуюць на электрычнасці, асабліва зручныя для пенсіянераў, інвалідаў (бадай, аналаг савецкіх «Запарожцаў» :)). Каб яшчэ ізраільцы іх самі рабілі – а то, кажуць, з Японіі прывозяць. І кошт немалы.

Ізраіль пазіцыянуе сябе як краіна хай-тэку і разумных людзей, але вось што выпала прачытаць: «Згодна з дакладам інстытута “Шорэш”, апублікаваным перад пачаткам новага навучальнага года, Ізраіль займае перадапошняе месца па якасці сярэдняй адукацыі сярод 25 развітых краін, апярэджваючы толькі Славакію… 39% нашых навучэнцаў, якія здавалі міжнародныя экзамены PISA, не здолелі прадэманстраваць хаця б мінімальны ўзровень умення будаваць стратэгію рашэння задач». Так, я ў курсе, што ізраільцяне паважаюць навуку і шмат грошай на яе выдаткоўваюць (сам гэта згадваў тут), але можа стацца так, што паступова «яйкагаловыя» з’едуць або распусцяцца ў масе недавукаў…

Яшчэ адзін трывожны факцік (на мой одум, нашмат больш трывожны, чым нестабільнасць урада Нетаньягу): «Закон аб чысціні, прыняты 10 год таму па ініцыятыве тагачаснага міністра экалогіі Гілада Эрдана, не выконваецца… Хаця на вуліцах гарадоў з’явіліся рознакаляровыя сметніцы…, 80% ізраільскага смецця нават пасля сартыроўкі і раздзялення па-ранейшаму закопваюць у зямлю… Ізраіль па-ранейшаму адстае ад усіх развітых краін у сферы другаснай утылізацыі адкідаў». У Беларусі праблема таксама вострая: спецыялісты пісалі, што тутака ў агульным аб’ёме высокая доля небяспечных адкідаў (8%), што варта пераймаць вопыт Еўрапейскага Саюза ў перапрацоўцы. Але нямала і зараз перапрацоўваецца, асабліва побытавага смецця. Мо нават ізраільцам ёсць чаго павучыцца…

Мінулі сто дзён з прыходу на пасаду «новага» пасла Ізраіля ў Беларусі. З пазітыўнага адзначу тое, што ён устрымаўся ад заяў пра палітзняволеных у стылі свайго папярэдніка, і ўвогуле выказваецца больш дыпламатычна. Не сядзіць у Мінску, стараецца наведаць як мага больш перыферыйных гарадоў аж да Оршы, робіць акцэнт на сваіх захапленнях (ён і рыбак, і кулiнар). У той жа час пан Алон, выглядае, праводзіць тую ж «прагматычную» лінію, што і яго папярэднікі: ёсць улада, з ёй і будзем працаваць, а людзі альтэрнатыўных поглядаў «ідуць лесам».

Характэрная карцінка на галоўнай старонцы сайта пасольства Ізраіля ў РБ…

Вісіць чацвёрты месяц – няўжо за гэты час больш не было чым ганарыцца? Лёгкі сум навявае і тое, што пасол (пакуль) не жадае адказваць на запыт belisrael.info наконт нядаўніх інцыдэнтаў у аэрапорце Бен-Гурыёна, праз якія турысты з Беларусі былі адпраўлены назад.

Тым часам Эран Ласер, ізраільскі «гуру» IT-cектара, ручкаецца ў Мінску з адыёзным ідэолагам Я. і дакляруе стварыць у Беларусі адзін з найлепшых адукацыйных цэнтраў у свеце, бо «Ваш прэзідэнт паставіў амбітную мэту – у кароткія тэрміны стварыць ІТ-краіну» (ага, з «айфонамі, плафонамі»). Арыентацыя сіёнскіх ізраільскіх мудрацоў на тых, хто пры ўладзе, у нечым зразумелая… Вунь і нобелеўская лаўрэатка, якую ў канцы 2015 г. лічылі адной з самых уплывовых жанчын Беларусі, 12.08.2017 заявіла ў Гомелі, на рэгіянальным пасяджэнні свайго «інтэлектуальнага клуба», што Лукашэнку – «моцную, харызматычную постаць» – гадоў 20 падтрымліваў народ, дый цяпер бачыць у краіне «60 працэнтаў» яго прыхільнікаў. Паводле маіх назіранняў, працэнт, як для 2010-х гадоў, завышаны разы ў тры. У чэрвені 2016 г. манаеўскі інстытут (а да разгрому ён быў асцярожны, не схільны заніжаць папулярнасць Лукашэнкі…) ацэньваў рэйтынг даверу «правадыру» ў 38,6%, а галасаваць за яго, паводле НІСЭПД, гатовыя былі 29,5%. Ясна, што «антыдармаедская» кампанія ў пачатку 2017 г. ды працяглае зніжэнне даходаў (няхай у апошнія месяцы спад і прытармазіў) адно абнізілі гэтую лічбу. Але «дэмактывістам» Гомеля не хапіла ведаў – а мо смеласці – паспрачацца з «аўтарытэтам». Чаму сярэдні ізраілец мае паводзіць сябе неяк іначай?

З дабраславення А. Шогама ў Радуні намячаецца «стварэнне цэлага турыстычнага комплекса побач з месцам пахавання вядомага яўрэйскага праведніка Хафеца Хаіма. Ён будзе ўключаць гасцявыя домікі, рэстаран кашэрнага харчавання, мікве (рытуальную лазню), краму сувенірнай прадукцыі, сінагогу, паркоўку для машын і аўтобусаў. Паводле ўмоў інвестыцыйнага дагавора аб’ект зойме амаль тры гектары зямлі, будзе пабудаваны цягам трох гадоў». Цікава, што падпісант дамовы з ізраільскага боку, Барыс Беразоўскі, раней кіраваў лазняй і кропкамі хуткага харчавання. Цяпер, падобна, вырашыў сумясціць тое і другое, прыправіўшы «страву» малельняй. Што называецца, пажывем-пабачым…

Не без скепсісу пазіраю на маштабныя праекты, якія рэалізуюцца паводле прынцыпу «мухі (палітыка) асобна, катлеты (эканоміка) асобна». Моцна на іх апёкся небезвядомы прадпрымальнік Аляксандр Кныровіч, які са студзеня сядзіць у беларускай турме, дарма што суд не прызнаў яго злодзеем. Да Барыса ж могуць прычапіцца нават за імя і прозвішча. Не, не хацеў бы «каркаць»… Зычу яму поспеху, і адсутнасць валасоў прадпрымальніку толькі ў плюс – у зносінах з чыноўнікамі можна будзе выдаць сябе за сына лейтэнанта Шмідта брата Лужкова.

Цешыць пашырэнне ізраільска-беларускіх культурных сувязей, а ў прыватнасці, гастролі ізраільскага ТЮГа Шауля Тыктынера, якія адбудуцца ў канцы верасня. Ізраільцы пакажуць рускамоўны спектакль «Марк Шагал. Апошні палёт».

Квіткі адносна недарагія. Калі верыць анонсу, 70-гадовы пан Тыктынер будзе выяўляць 98-гадовага Шагала, які рэфлексуе-спавядаецца на парозе смерці. Аналагічнае відовішча летась прапаноўваў мінчанам Сяргей Юрскі ў пастаноўцы паводле п’есы Зіновія Сагалава «Палёты з анёлам».

Папраўдзе, як мне здаецца, мясцовых гледачоў крыху «перакармілі» Шагалам (колькасць не пераходзіць у якасць), і нават усяжэрны Аркадзь Шульман пабурчэў на гэтую тэму ў інтэрв’ю. Дарэчы, падзівіцеся, які несамавіты, аблудны падыход да мінуўшчыны прадэманстраваў віцебскі выдавец: «У цэлым, з майго пункту гледжання, гісторыя – гэта зборнік міфаў і легенд. Але потым мінае час, і мы прымаем іх за рэальныя падзеі». Ну, зараз так модна…

Дваццаць пяць гадоў існавання прыватнага тэатра ў Ізраілі – гэта цуд і маленькі подзвіг. Хочацца, каб Тыктынер не расчараваў мінчукоў, як і мінчукі Тыктынера.

Да гастроляў – месяц, а неўзабаве нас чакаюць, магчыма, не менш цікавыя падзеі. Першага верасня ў рамках праекта «(Не)расстраляная паэзія» будзе вечарына, прысвечаная Юлію Таўбіну (1911-1937), яўрэю, які пісаў па-беларуску… Апрача лекцыі ды музычнай часткі, адбудзецца прэзентацыя новай кнігі Таўбіна. Тут яго называюць «паэтам рэдкага таленту і на дзіва ранняй творчай сталасці, адной з найбольш недаацэненых постацяў у айчыннай літаратуры 20-30-х гадоў ХХ ст.».

Між іншага, як сведчыць Лявон Баршчэўскі, у друку знаходзіцца ўжо і зборнік паэтычных твораў Хаіма Нахмана Бяліка. Пан Лявон прыслаў нават выяву вокладкі…

І яшчэ адна добрая навіна ад таго ж Л. Баршчэўскага. Філолаг-педагог паведаміў, што «вучні Беларускага гуманітарнага ліцэю падчас чарговай летняй сесіі ў Варшаве два дні працавалі на прыборцы Варшаўскіх габрэйскіх могілкаў у межах міжнароднай валанцёрскай праграмы, у якой удзельнічае моладзь з Польшчы і дзясяткаў краін Еўропы… Працы там папраўдзе яшчэ вельмі і вельмі шмат. Могілкамі апякуецца варшаўская габрэйская абшчына. Ідэя паўдзельнічаць у дабрачыннай акцыі належала варшаўскаму Клубу каталіцкай інтэлігенцыі (КІК)».

Здымкі Наталлі Аляксандравай, 22.08.2017

Можна толькі вітаць такую ініцыятыву. Як і кур’ёз ад ружанскага палацавага комплексу, які ўплішчыў у сайт rozana.by ідыш-версію. Праўда, пераклад аўтаматычны, і далей за галоўную старонку не распасціраецца… Ды ўсё ж зарана, выходзіць, адзін расійскі бард 10 год таму спяваў «кончился идиш, вечная память».

Прынтскрын музейнай старонкі – спяшайцеся бачыць

Першага верасня – і працяг суда паводле пазову анархіста Мікалая Дзядка супраць «галоўнай прэзідэнцкай газеты», якая 29.05.2017 (у асобе нейкага Андрэя М.) шчодра паліла яго дзярмом. Як высвятляецца, іменна гэты былы палітзняволены для нападу быў выбраны таму, што «прозвішча смешнае». Як там у класіка? «Хто смяецца апошнім»?

Новаму кіраўніцтву «галоўнага яўрэйскага саюза», мяркуючы па гэтай публікацыі, хапіла глуздоў вывесці з праўлення Галіну Левіну, знакамітую найперш тым, што яна – дачка знакамітага дойліда, але не хапіла глуздоў (а можа, і смеласці) развітацца з Паўлам Якубовічам. Між тым прысутнасць такога «мацёрага чалавечышчы» проста цягне «яўрэйскі рух» на дно – папярэджваў жа ў 2015-м…

Сумна і тое, што інтэрнет-газета саюза цягне да сябе розную брыду з ідэалагічна павернутых крыніц, той жа «СБ». Нагадаю, сёлета ў ліпені памёр расійскі блогер, яўрэй Н-к, якому было крыху за 50. Ён часта і рэзка лупцаваў расійскія ўлады, ажно прэс-сакратарка МЗС РФ віртуальна плюнула яму на магілу. Напэўна, у жніўні беларусы і яўрэі абавязкова мусілі даведацца, што Н-к «памёр ад кардыяміяпатыі. Да гэтага прывялі няправільнае харчаванне і нездаровы лад жыцця. У апошнія гады блогер скардзіўся на здароўе і злоўжываў алкаголем»?! Гэткі недвухсэнсоўны сігнал для (патэнцыйных) крытыкаў істэблішменту: сядзіце ціха, а то і пасля вашай смерці раскажам urbi et orbi пра «шкілеты ў шафе»…

17 верасня «клуб аматараў Якубовіча» ладзіць чарговы «Дзень яўрэйскай культуры» ў Мінску, на плошчы Свабоды. Год таму мы з жонкай хадзілі – уражанні засталіся дваістыя, і я разумею тых скептыкаў, якія прагназуюць: «Зноў свіныя шашлыкі будуць смажыць, Грыша ўсім запар будзе даваць дакранацца да світка Торы…» З іншага боку, дзе многа яўрэяў, там не засумуеш.

Ніколі не пытаўся ў чытачоў парады, што рабіць, а зараз спытаюся: ісці? Не ісці?

Вольф Рубінчык, г. Мінск

wrubinchyk[at]gmail.com

Апублiкавана 29.08.2017  10:06

Віталь Станішэўскі пра Ізраіль

Ад рэд. Некалькі месяцаў таму Віталь Станішэўскі, лінгвіст і прадпрымальнік з Мінска, наведаў Ізраіль, а нядаўна ён падзяліўся з намі сваімі думкамі ды ўражаннямі. Яны шмат у чым не стыкуюцца з назіраннямі іншага нашага аўтара-мінчаніна; чытачам, вядома, застаецца выбіраць тое, што ім бліжэй.

ПАДСУМУЮ СВАЕ ЎРАЖАННІ…

Вось што ўразіла з пункта гледжання тэмы ўзнаўлення нацыянальнай дзяржавы з нуля:

– Шчыльнае моўнае асяроддзе аж да моўнага бар’еру. Собіла ж мне паехаць туды без базавых ведаў іўрыта. Многія не разумелі англійскай, у такіх выпадках даводзілася камунікаваць ледзь не на мігі.

– Даведаўся ад экскурсавода, што назва горада Тэль-Авіў (“Узгорак вясны”) узята з назвы іўрыцкага перакладу кнігі “Старая новая дзяржава” Тэадора Герцля, якая выйшла раней за кнігу “Яўрэйская дзяржава” (насамрэч на 6 гадоў пазней. – belisrael.info). То-бок: горад названы ў гонар кнігі. Як нейкая ідэя і кніга можа захапіць людзей – гэта ўражвае!

 

– Таксама ад экскурсавода: вялікі мегаполіс Тэль-Авіў быў заснаваны першымі 60 сем’ямі пасяленцаў. Што такое 60 сем’яў? Практычна сяло. Але вось яскравы прыклад, ува што можа перарасці такое сяло пры стараннай працы і матываванасці.

– У Іерусаліме звярнула ўвагу тое, што ў Старым горадзе ёсць яўрэйскія кварталы. Таму-сяму гэта можа здацца парадоксам. Як гэта – яўрэйскія кварталы ў яўрэйскай жа дзяржаве? Але ўсё лагічна. Гэта гістарычна склалася, і там жа ёсць кварталы іншых нацыянальнасцей. Але ніхто не абураецца, нібыта яўрэі загналі самі сябе ў рэзервацыю на сваёй жа зямлі. Ніхто не лічыць гэта прыніжальным. Як я лічу, у Беларусі людзям, прыязным да беларушчыны, варта гуртавацца таксама, не саромеючыся, нібыта гэта вельмі мала і гэта ніжэй іх годнасці. Галоўнае – каб датрымліваўся свой стандарт.

– У музей і на магілу Герцля не трапіў, прыехаў к закрыццю. А на наступны дзень мусіў ад’язджаць. Варта зазначыць, аднак, што яўрэі ўшаноўваюць сваіх герояў і лідараў годна. Знітаваная народная памяць ва ўсім.

– Яшчэ Ізраіль уразіў сваёй дагледжанасцю і ўпарадкаванасцю. Вось зусім нядаўна ты назіраў з ілюмінатара пустыню і горы, потым праляцелі мора, і пачынаецца зеляніна, роўныя дарогі, хмарачосы. А кліматычная зона не змянілася, экватар стаў бліжэйшы. Таксама добрая ілюстрацыя таго, як можна стварыць паспяховую краіну праз старанную працу і веру ў поспех.

Магу яшчэ дадаць наконт простых рэчаў, пра жыццё:

У Тэль-Авіве ўразіла, як шмат лётае людзей на роварах. Проста лётаюць! Едучы на машыне, адчуваеш гэта, перад машынай шыбуюць. Як рэагуюць вадзіцелі? Ды ніяк, спакойныя, прывыклі. У нас бы аблаялі адразу. Затое, у выразах наконт братоў-аўтамабілістаў тэль-авіўцы не саромеюцца. Ад аднаго пачуў запазычанне “абанамат”.

У Тэль-Авіве заўважныя геі. То бачыш нейкую парачку хлапцоў на Задыякальным мосце, якія абдымаюцца, а калі прыглядзецца, то яшчэ і шчаку цалуе адзін аднаго. То сцяг з вясёлкай вісіць з акна. То хлопчыкі субтыльнай знешнасці і ў не надта мужным адзенні… Крыху шакіруе з улікам таго, што на чале ўтварэння Ізраіля стаялі артадаксальныя вернікі і ўвогуле іўдаізмам прасякнута жыццё яўрэяў. Зрэшты, артадаксальнасць нікуды з Тэль-Авіва не дзявалася. Помніцца навіна з прэсы, калі артадокс напаў з нажом на ўдзельнікаў гей-параду ў Тэль-Авіве, фатаграфія яго з барадой і пейсамі, як яго вядзе паліцыя (хутчэй за ўсё, аўтар мае на ўвазе інцыдэнт у Іерусаліме 30 ліпеня 2015 г. – рэд.).

У Тэль-Авіве віруе начное жыццё, шмат начных клубаў. Забаваў хапае. Ідзеш па ўзбярэжжы, раптам чуеш барабаны. Гэта нейкі самадзейны гурт ці проста група таварышаў (не распытваўся) зладзіла шоу для людзей. Пасядзеў, паслухаў.

А яшчэ Ізраіль – гэта цяпло. Вылятаў у лістападзе, калі ў Беларусі быў нават мароз. Прыляцеў у вясновую цеплыню. Таксама прыемна.

Ізраіль – гэта вайскоўцы і абарона. З чыгуначных станцый проста так не выйдзеш, проста так туды не зойдзеш. Цягнік у горадзе едзе па “жолабе”, выхад на станцыю праз эскалатар. На станцыях металічныя роль-шторы, адчыняюцца для пасажыраў пры пасадцы і высадцы. На станцыях і на аўтавакзале рэнтгены, правяраюць рэчы.

У нядзелю бачыў шмат вайскоўцаў з аўтаматамі. Мясцовыя ў Тэль-Авіве так і казалі, маўляў, убачу шмат вайскоўцаў, як паеду ў Іерусалім, бо вяртаюцца ў казармы з пабыўкі (на шабат адпускаюць). Так ці інакш, мноства людзей з аўтаматамі крыху трывожыць напачатку, нібыта ваеннае становішча ці надзвычайная сітуацыя. У Ізраілі службу праходзяць і дзяўчаты, таму паглядзеў ужывую на маладых ізраільскіх аўтаматчыц.

Сцяна плачу – таксама ўражанні. Час ад часу да яе падыходзяць тыя ж жаўнеры з аўтаматамі і моляцца. З левага боку цёмная галерэя ці праход, поўны іўдзеяў у іх кананічным адзенні. Яны моляцца. Некаторыя разгойдваюцца. Ля сцен – кнігі. “Гатычна”, зачароўвае. Нібы творыцца таінства.

У Іерусаліме могуць і падмануць небараку-турыста. Напрыклад, таксісты. Або здалёк ты бачыш, як у Старым горадзе самотнага разяваку абступае тройка людзей у касцюмах, першы амаль прымусова вітаецца за руку, двое па баках нешта гавораць, першы прыстаўляе кніжачку да галавы разявакі, двое па баках нешта гавораць, гавораць. Разявака дае кожнаму па купюры, галоўны дае яму штось чырвонае (тыя самыя чырвоныя ніткі, відаць). Усё адбываецца пару хвілін, і тройка пакідае турыста, разасяроджваючыся па прасторы. Турыст ідзе пару крокаў, спыняецца, азіраецца, нібы пытаючыся “Што гэта было?” (так свае тавары, у прыватнасці, «чароўныя» ніткі, звычайна распаўсюджваюць кабалісты. – belisrael.info).

Назад ты ляціш з ізраільцянінам, які таксама спяшаецца на мінскі самалёт. Стыкоўка кароткая, мы паспяваем. Разгаворваемся (па-англійску). Расказваю яму пра нахабных таксістаў, ён абураецца, як псуюць імідж краіны такія паскудныя людзі. У аэрапорце яго сустракае нявеста. О, якая хватка і напорыстасць у маёй зямлячкі. Яна вырашае ўсе яго пытанні і дае распараджэнні. А ізраільцянін такі лагодны. Вось такія розныя людзі ў народзе Ізраілевым.

Ніжэй – некаторыя цытаты з маіх артыкулаў, дзе я закранаю збудаванне Ізраіля, ролю Герцля і яўрэяў.

Да ідэі беларускамоўнага арэала

Тэадор Герцль напісаў “Яўрэйскую дзяржаву” (беларускі пераклад ужо ёсць, пакуль чарнавы), гэты твор дапамог у стварэнні рэальнага Ізраіля. Там апісаны розныя крокі. Аснова падобных захадаў – аб’яднанне людзей у грамаду, якая прагне супольнага жыцця ў сваёй культуры, капітал і пэўная суверэннасць тэрыторыі. Ад сябе дадаў бы, што пры адсутнасці суверэннасці мусіць быць унутраны стрыжань і пасіянарнасць, каб не паддавацца вонкавым уздзеянням, салідарнасць і пачуцце локця. Таксама, паводле Герцля, мусіць быць гаспадарчая дзейнасць, людзі мусяць неяк жыць і выжываць на месцы пасялення.

Паводле Герцля, пачынаць мусяць самыя бедныя і абяздоленыя, якім няма чаго губляць і якія маюць шанс палепшыць на каліва сваё становішча. Ідышамоўныя паселішчы ў ЗША пачыналі з пары дзясяткаў сем’яў. Пры гэтым колькасць носьбітаў ідышу цяпер каля 200 тыс. людзей. Тэль-Авіў таксама пачыналі пару дзясяткаў сем’яў. Мільён – завоблачная лічба.

Пакажыце мне беларускамоўную вёску, я буду рады. Зрэшты, вось Свабода пісала пра Ручаёўку, а Гурневіч – пра Налібакі. Пашыраць тое, што ёсць, інакш праект аўтаноміі і застанецца праектам.

Багатыя і не такія апантаныя будуць з радасцю фінансаваць паляпшэнне галотай сваіх жыллёвых умоваў? – Калі агульная справа і агульны капітал на такое прадпрыемства, то так. Потым, у той жа “Яўрэйскай дзяржаве” апісана і тое, як галота ўсё адпрацуе потым, і тое, як адбудзецца маёмасны абмен, у выніку страт не будзе ці будуць мізэрныя.

Запасны план для неасіміляваных беларусаў

Многія народы доўгія часы жылі без сваёй дзяржавы. Напрыклад, яўрэі ці цыганы. Цяпер і неасіміляваныя беларусы адчуваюць сябе нібы без дзяржавы, бо цяперашняя дзяржава – намінальная і залежная ад фактычнага стану большасці грамадзян, утворанага за дзесяцігоддзі. У гэтых умовах трэба ўсю адказнасць за свой лёс ускласці на саміх сябе, як яе ўскладалі яўрэі і цыгане.

Але, шчыра кажучы, мы, неасіміляваныя, не маем нават і гэтага. Напрыклад, сутнасцю сіянізму (перасялення яўрэяў у Ізраіль) было “перасаджванне” той цывілізацыі, якая склалася ў яўрэяў сярод іншых народаў, у новую краіну. Як дрэва разам з каранямі, перасаджвалася інфраструктура паселішчаў і гандлю. У цыганоў ёсць свае пасёлкі, а калі іх няма – у іх ёсць свае рухомыя табары. Некалі свайго былі пазбаўлены крымскія татары, іх дэпартавалі. Але яны згуртаваліся і вярнуліся. І крымскія татары рэгулююць сваё жыццё не праз дзяржаву Крым, а праз свой Меджліс. Вось такая іронія лёсу, у татараў таксама ёсць сваё адзінае дзяржаўнае ўтварэнне, але іх самазахаванне вырашаецца праз іншы механізм.

Беларускамоўныя, гуртуймася

Калі будзем туліцца адно да аднаго, рабіць справы разам, жыць разам – то сцвердзім сваю прысутнасць і сваё права. Гэта будзе не ізаляцыя, а стварэнне цэнтра ўплыву, ядра. У той жа Амерыцы ёсць і індзейскія рэзервацыі, і кітайскія чайнатаўны. Розніца ў тым, хто стварае і для чаго стварае, а таксама ў тым, адчуваеш ты сябе гаспадаром ці ахвярай. Лепш узгадаць яўрэйскія кварталы ў Старым горадзе Іерусаліма. Яўрэі ў сваёй краіне, у сваім горадзе – і пры гэтым у асобным квартале. І ніхто не кажа пра гета ці канцлагер, хаця яўрэі ведаюць пра гэта нашмат болей.

Сацыяльна-тэрытарыяльнае ядро захаваных беларусаў: бізнес-асяродкі

Тэадор Герцль, айцец сіянізму і аўтар “Яўрэйскай дзяржавы”, пісаў пра здабыццё суверэннай тэрыторыі, на якой можна будаваць новае грамадства з нуля. У нашым выпадку пачаткам будавання беларускамоўнага грамадства мусіць стаць супольнае набыццё ва ўласнасць у першую чаргу – гандлёва-дзелавой нерухомасці, у другую – жыллёвай нерухомасці. Жыллёвая нерухомасць найперш мусіць прызначацца для працаўнікоў гандлю, каб быў стымул яе набываць, каб не было рызыкі заўчаснай траты грошай. Потым жыллёвую маёмасць можна здаваць у арэнду ці прадаваць захаваным беларусам, што падзяляюць прынцыпы беларускамоўнага арэала. Такім чынам кола замыкаецца, беларускамоўны арэал творыцца на тэрытарыяльным і сацыяльным узроўнях.

Віталь Станішэўскі, г. Мінск

Апублiкавана 04.08.2017  16:35

Жизнь как чудо. Шимон Грингауз (3)

(окончание; начало и продолжение здесь и здесь)

До войны я учился только в первом классе или во втором, ходил учиться к раввину, но после войны пошел сразу в седьмой класс. Я как следует не знал русский язык, говорил «две мужчины»… В Израиле дети так говорят, смешивают роды, в этом нет ничего страшного, но в середине 1940-х в школе с меня сильно смеялись. Когда я открывал рот в классе, то стоял такой смех, что из других классов приходили смотреть. Я был один еврей в классе, и в математике всегда был силен. Через месяц-два я овладел языком и стал даже учить моих товарищей. Был учитель математики, пришедший с фронта. Он любил выпить. Бывало, он допускал ошибки, а я со всем уважением поправлял – это было большое развлечение. Мои друзья говорили: «Ну, Семён – иди, поправь там ошибки».

Я окончил белорусскую среднюю школу, русский изучался в ней только как предмет. На уроках мы читали стихи Якуба Коласа, Янки Купалы. Окончил с золотой медалью, это мне дало возможность поступить без экзаменов в университет. Я пошел в Белорусский государственный университет на физико-математический факультет, и одновременно учился на юриста. Юридический институт находился ближе к парку Челюскинцев, через пару лет этот институт присоединили к университету, сделали факультетом.

   

Шимон Грингауз в 1949 г. и с матерью у памятника в Красном (1950 г.)

Помню двоих шахматистов, которые играли без доски, вслух обменивались ходами. Мы всегда ходили за ними и слушали, как они играют. Одним из них, кажется, был гроссмейстер Исаак Болеславский.

Я окончил два факультета с отличием. Получал стипендию; мне, как отличнику, платили повышенную – 150%.

Тогда в СССР было принято, что окончившие юридический факультет с отличием сразу получают работу или в прокуратуре, или в МВД – не самую высокую должность, но и не самую низкую. Но был и сильный антисемитизм… Я помню, когда я начал учиться на юридическом, большинство преподавателей были евреи, и либеральные… Их главный тезис был такой: «каждое преступление можно защищать, оно могло оказаться более тяжелым». В конце, когда я уже был на 4-м курсе, они все исчезли. Пришли профессора, связанные с госбезопасностью. Мы всегда смеялись с их позиции: «Дайте нам человека, а статья для него найдется».

Я тогда понял, что карьеру ни в каком министерстве не сделаю, потому что еврей, а это «преступление» еще усугубляется тем, что мои родители – капиталисты, буржуи… Отец, как я говорил раньше, занимался бизнесом, а моя мама Роза вела домашнее хозяйство, но много времени уделяла и помощи бедным. До войны на обеды и на ужины к нам приходили евреи-солдаты, которые служили в военном городке. Приходили, помню, и ешиботники. Мама очень много работала с группой женщин, которые помогали населению. После войны она много лет работала на консервном заводе в Красном – простой рабочей. Ее братья и семья – из Докшиц, были очень богатые. Но коммунистические идеи ей нравились, и когда мы приехали в Израиль – тоже.

Я решил, что буду учителем, и пошел учительствовать в район, где партизанил. Между Ильей и Вилейкой. Там не было ни железной дороги, ни автобуса, повсюду болота. Ученики приходили зимой через леса, шли по 10 км, иногда по пояс в снегу…

Поездка в школу на грузовике, 1955 г

В 1956 году в Израиле была Синайская война. Помню, мы ходили на собрания, где надо было «осудить агрессоров». Но я смотрел на изображения израильских танков, и душа радовалась.

В 1957 году проходил фестиваль молодежи в Москве. Помню, мы ехали туда из Беларуси, чтобы увидеть израильтян, просто подержаться за их одежду, услышать их слова… И я понял, что нет у меня места в Советском Союзе, хоть я и советский гражданин. Мне можно было выехать в Польшу, где всем заправлял Гомулка. Но не было у меня документов, подтверждавших, что я имел польское гражданство.

Из Беларуси трудно было выехать за границу. Я поехал в Вильнюс, фиктивно там женился и там подал документы. В Радошковичах я написал заявление начальнику милиции, что был гражданином Польши, и он подписал это, переслал в Вильно. Это был 1958 год. Полковник МВД передал заявление выше, но его вернули, опять переслали в Радошковичи на проверку. Мы дали деньги начальнику милиции, он проверил еще раз, переслал – и мы в конце года наконец получили разрешение, переехали. В Польше я был примерно полтора года, там мы с мамой получили разрешение переехать в Израиль. Пока не пришло разрешение, я работал инсталлятором от «Джойнта» на границе с Германией. Там были дома из камня. Мне поручали сверлить отверстия – иногда нужно было целую неделю сверлить одну дырку, настолько прочные были стены. Я считался учеником у польского инсталлятора, для него это было хорошо, ему это оплачивали.

В феврале 1960 года я приехал в Израиль, зная на иврите всего сто слов. Пошел в ульпан. У меня были тети в киббуцах Эйн-Харод и Ифат, так они нас взяли туда (в Ифат – меня и мать; это на севере, между Нацеретом и Афулой). Нам дали там какую-то квартиру маленькую, а я почти там не жил, я был в ульпане с общежитием в Гиватаиме. Проучился четыре месяца, а потом проходил специальный курс физико-математической терминологии. Можно было пройти курс юридический и стать адвокатом в Израиле, но почему-то я не пошел на это. В СССР я тоже не работал адвокатом. Пошел на учительство в том же 1960-м году, в Петах-Тикве получил квартиру… И начал работать в школе, в нескольких школах. Квартира была 30 или 35 метров на улице Ицхака Садэ. Слов у меня было мало, но очень хорошо приняли, ученики мне помогали. В классах было мало детей олим – 3-4 из 30-40.

Я начал работать в технической школе, не в гимназии, называлась «Амаль». Директор школы был тоже из России, и большинство учителей. Я чувствовал себя так, как будто в России. Работал я и в гимназии, преподавал физику. В это время строили атомный реактор – не в Димоне, а в Нахаль-Сореке. На берегу моря. Чтобы обмануть, говорили всем, что это текстильная фабрика… И государство выбрало 10 школ в Израиле, чтобы там преподавали атомную физику. Инспектору, наверное, понравилось, как я преподаю, или ученики были хорошие, и нашу школу тоже выбрали. Мы каждую неделю ехали туда, на стройку, и техники, профессора объясняли, давали задания, лабораторные работы. Я видел единственный раз в жизни, как строят ядерный центр, как вставляется топливо. Всё это мы ученикам показывали. Мы расстались очень хорошо, и ученики на стройке себя вели прилично.

Через какое-то время я получаю письмо от инспектора физики, ему было лет 80, и он пишет, что я вел себя, как хулиган, обижал профессоров, лаборантов, а мои ученики сломали инструменты… Темно в глазах. Я думаю: «Что делать?» Подумал: поеду туда, увижу профессоров, техников, мы же с ними обнимались, когда окончилась практика… Не было еще прямого транспорта, я поехал в Реховот, пешком дошел до атомной станции… И тут служба «Шин-бет» меня арестовала. Не дали даже говорить ни с кем, и думали, что нашли шпиона из России! Два агента спецслужбы, точно как в кино: один хороший, один плохой. Один тебе как будто помогает, а другой угрожает… И к концу дня они сломали меня, я уже думал подписать всё, что они хотят, готов был подтвердить, что всё правда. Но они куда-то, наверное, обратились еще, им сказали «оставьте его». И к вечеру они меня освободили, и «хороший» проводил меня, сказал: «Я тебе советую больше сюда не приближаться. Если приблизишься – исчезнешь, семья твоя тебя уже никогда не увидит».

Я не знал, что делать, как быть в школе? Я пошел к директору и рассказал ему всю историю, не зная, получил ли он копию письма от инспектора. Директор говорит: «Знаешь что, я тебе верю. Давай пошлем ему письмо». Я не знал, как писать, так он сам написал и послал. Инспектор жил в Хайфе, долго не было ответа. Однажды директор говорит: «Я сам поеду к нему». Он поехал, они с инспектором подняли документы, и вот что обнаружили. Моя фамилия Грингауз, а меня спутали с каким-то Гринбергом из киббуца, который пришел в центр неподготовленным… И я получил письмо с извинением, храню его до сих пор.

Я всегда это рассказываю и говорю, насколько судьба на работе может зависеть от твоего начальника, от его доверия… Надо верить в человека. А чем могло бы кончиться? Меня бы уволили – и всё, больше никуда бы не взяли.

Потом я стал заместителем директора (завучем), а когда директор вышел на пенсию, на его место назначили меня. Я вообще не хотел быть директором, мне хорошо работалось завучем. Директор больше интересовался политическими вопросами, брат его был одним из самых близких к Менахему Бегину людей, чуть ли не лучшим другом. И даже когда я был завучем, я фактически исполнял многие функции директора, только не получал за это ни почета, ни наказаний. Но учителя, наверное, были довольны мной, так они написали письмо в министерство…

Когда меня позвали на собеседование, я, наверное, вёл себя немножко нахально. Потому что я не думал о должности: назначат директором – хорошо, а нет, так нет. И всё-таки назначили меня. Это было в 1978-м, и 20 лет я проработал директором.

Когда я принял школу «Амаль бет», в ней было 300 учеников, когда я оставил должность, было 1500. Я делал довольно рискованные вещи: если можно было открыть новое отделение, я всегда был к этому готов. Добивался разрешения и открывал.

В директорском кресле

С учениками я был в очень хороших отношениях. В классе я очень строгий, диктатор. Но я диктатор либеральный – я разрешаю ученикам дышать! И они должны меня слушать, я должен это видеть всегда. Я не понимаю, как может быть нехорошая дисциплина у учеников. Они всегда сидят у меня, нельзя говорить, я должен видеть их глаза, иначе я уже чувствую себя не очень хорошо.

Будучи директором, я продолжал преподавать. Кроме уроков, старался помогать ученикам, всегда они толпились в моем кабинете, секретарша приносила им кофе. Когда я вышел на пенсию, то еще ни одного дня не был без работы. Начал работать учителем и до сегодняшнего дня работаю. Больше шестидесяти лет.

С Шимоном Пересом – президентом Израиля, тёзкой и земляком

Я думал, что Бог и судьба меня оставили – столько меня били… Но они меня не оставили. Мой сын Гиль серьезно заболел в 13 лет, и он боролся 20 лет с болезнью. У него была опухоль мозга – не злокачественная, но агрессивная. Ему делали операции в Канаде, Израиле… Он сумел окончить школу, университет. Он был очень способный по компьютерам: с товарищами открыл фирму «хай-тек» на международном уровне. В последний свой день он еще давал инструкции работникам. Эта фирма до сегодняшнего дня существует.

Гиль с родителями

Его болезнь была для меня еще хуже, чем война. Но я чувствую, что он всё время со мной. Я всегда с ним советуюсь, о чем буду говорить. Через два года после того, как он умер, я заболел раком – врачи говорят, что под влиянием его смерти. Но судьба или Бог сделали так, что болезнь обнаружилась перед каникулами, в Песах. Я тогда готовил учеников по математике на самом высоком уровне. И сразу в первый день каникул мне сделали операцию – длинную, на семь-восемь часов.

После операции я очень скоро очухался. Я пошел к врачу, который меня оперировал, спросить, какой прогноз. Он сказал: «Очень хороший прогноз – 50% остаются живы». Когда я через пару дней встал на ноги, он был как будто недоволен, говорил: «Ты такой… не худой, не молодой, старик, как ты так быстро очухался?» Сначала было очень много лекарств. В семь часов я проходил химиотерапию, а в восемь жена меня забирала на работу. Это было в 2003 году. С тех пор каждые полгода я хожу на проверку, врач дает письмо… Я рассматриваю это письмо как пропуск еще на год жизни.

Сейчас я работаю по шесть дней в неделю. Прихожу в школу в семь с четвертью – учеба начинается в восемь с половиной… Помогаю ученикам решать задачи по математике. У каждого есть мой телефон, после девяти вечера они мне звонят, мы решаем задачи, они могут задавать вопросы… До двенадцати ночи. Жена недовольна, конечно. Ложусь обычно в час, встаю в пять с половиной. Полагаю, я как верблюд в отношении сна. Когда я учился в университете, то, бывало, за неделю перед экзаменом почти ничего не знал. Мои товарищи смеялись: «Что, и этого ты не знаешь?» Я мог сидеть по 80-100 часов – не спать, не есть, только пить и учить, учить, учить… За три дня до экзамена я достигал уровня моих товарищей, за два дня они уже собирались вокруг меня, и я их обучал.

 

Дипломы, призы, наградные листы и именные подарки Шимона Грингауза

Когда я устраиваю экзамены, то проверяю всё в тот же день. К утру я уже ввожу в компьютер оценки. Ученики просыпаются – и уже знают, какую оценку они получили.

С юными спортсменами

Однажды наша школа выиграла мировой чемпионат по гандболу (среди школ, конечно). Нет, шахматами ученики сейчас почти не занимаются. Много времени уходит у них на компьютеры, электронику. Пишут программы, строят роботов.

Свидетельство Ш. Грингауза для «Яд Вашема» и его мнение об израильской молодежи

Что за история с судами? Да, трижды родители подавали на меня иски в суд. Однажды мы с учениками поехали на экскурсию в Синай, ребята катались с крутой горы, а учителя стояли внизу, не допускали, чтобы они вылетели на автостраду. Тогда я еще не был директором, но был среди тех учителей. Один парень всё-таки ударился головой, у него сдвинулись позвонки. Я ездил к нему в больницу, так как чувствовал себя виноватым. Парень долго лечился, потом поступил в университет, но не выдержал – последствия травмы сказались. В детстве он занимался волейболом; родители посмотрели доходы известного волейболиста и в суде запросили, чтобы школа выплатила ему 10% от этих доходов. Ничем это не кончилось.

Второй раз один ученик из выпускного, 10-го класса (у нас десятилетка) связался с группой воров. Родители не пускали его к этим «товарищам», так он повесился. Нам предъявили иск, мол, мы недосмотрели – якобы он 40 дней не посещал школу (на самом деле пропустил 40 учебных часов).

И третий случай, когда ученики поехали куда-то с молодежной организацией, и одного убило машиной. Тут уже я был совершенно ни при чем, но, видимо, у юристов такой порядок – подавать в суд на школу, на директора. В тот раз я даже не появлялся в суде.

Что вы еще хотели узнать?

Пару лет назад мы приезжали в Красное. Думаю, после отъезда в Израиль я приезжал в Беларусь три раза, один раз – с семьей. Да, новый памятник жертвам Шоа в Красном заказал я. Человек, который выполнил заказ, ставил памятник также и в Городке.

В Беларуси во время съемок фильма; у памятника в Красном

Я встречался с послом Беларуси в Израиле, где-то в 2001 году. Его отец тоже был в партизанах, посол сам рассказывал мне об этом.

  

Польша-1995; зажигание памятной свечи на горе Герцля

Участвовал в первом «Марше жизни» в Польше. Несколько лет назад меня выбрали зажечь огонь в День Холокоста – в Иерусалиме (выбирают шесть человек). А в этом году я получил премию «за всё, что сделал в жизни» – наградил президент, вручал министр образования Нафтали Беннет. Первый раз дали такой приз учителю. Иногда дают профессорам, учёным.

Премьер-министр Беньямин Нетаньягу с Ш. Грингаузом; на церемонии вручения президентской премии. Справа президент Реувен Ривлин

Не очень слежу за тем, что происходит в Беларуси. Но держу связь с учительницей Красненской школы. По скайпу иногда общаемся, или она вечером звонит. Ее зовут Алла Шидловская. Она прислала нам книгу Сергея Старикевича.

  

Шимон с учителями и учениками Красненской школы; пишет А. Шидловская

Мой старший сын Таль – 1963 года рождения. Окончил гимназию в Тель-Авиве, пошел учиться в Технион на инженера… Служил в разведке, имел высокое звание, но уже больше 20 лет в отставке. Проверяет лифты, краны. Его жена Циля – юрист в нашем муниципалитете, ее корни из Турции. У них сын и дочь.

   

Циля и Таль; их сын Гай и дочь Амит

Сын Нир, 1971 г. р., инженер-электроник, окончил Тель-Авивский университет, работает в фирме «Панасоник», поставляет компьютерное оборудование для крупных предприятий. Его жена Инбаль – врач, работает в клинике «Тель а-Шомер», ее отец из Марокко, мать имеет корни в Венгрии. У них тоже сын и дочь. Их семья живет в Гиватаиме.

  

Нир получил майорское звание; Нурит во время службы в армии

Дочь Нурит родилась как раз в войну Судного дня (1973 г.), Лиза родила ее в своей же клинике. Время было тревожное, ждали, что будет много раненых. Старшая медсестра спрашивает: «Что, тоже явилась на мою голову?», а жена – она акушерка – отвечает: «Я сама всё сделаю». Муж Офер Бар, его предки тоже приехали из разных стран (Румыния, Марокко). У них трое детей. Особо хочу отметить внучку Яэль, которая учится в 3-м классе, но уже отлично разбирается в компьютерах, делает для меня презентации.

Как я выдержал всё, что пришлось перенести в войну, да и позже? Сам не знаю. Нет, не вера в Бога помогала. Много работал. Думал о близких.

Опубликовано 28.07.2017  23:26

 

***

Из комментов в фейсбуке:

Alexander Gabovich Потрясающе!

29 июля в 10:48

Людмила Мирзаянова Личная история, дарящая надежду и укрепляющая веру в людей.

***

Все 3 ч.  также опубликованы в переводе на иврит и англ.

 

Выставка AgroMashov 2017 / Exhibition AgroMashov 2017

(English and Hebrew text & photos is below)

27-28 июня 2017 в выставочных павильонах Тель-Авива в 27-й раз подряд состоялась крупнейшая сельскохозяйственная выставка “Fresh AgroMashov”. 

Это единственная выставка в Израиле, которая организует встречи между фермерами, оптовиками и распространителями продукции в Израиле и за рубежом. Международная выставка “Fresh AgroMashov” для производства и распространения свежей сельскохозяйственной продукции, новости в технологических областях, которые касаются сельского хозяйства, это центральная сцена для встреч профессионалов.    

  

В эксклюзивном интервью belisrael.info д-р Нимрод Исраэли, основатель и директор небольшой компании Biofeed Ltd, специалист по экологии и энтомологии, сказал следующее:

 

 

Н. Исраэли и белорусский корр. belisrael.info В. Рубинчик во время интервью

На разных континентах, особенно в Азии и Африке, очень распространены различные виды опасного вредителя – фруктовой мухи. Для сельского хозяйства многих стран фруктовая муха – одна из самых больших угроз, и по этой причине на следующей неделе я встречаюсь с премьер-министром Индии Нарендра Моди. Я буду одним из шести человек, которые встретятся с ним лично. Почему? Дело в том, что после десяти лет поисков и исследований нам удалось найти средство, которое радикально улучшило возможности в борьбе с заражением плодов. Наша технология позволяет обходиться без опыления растений ядохимикатами; мы пошли другим путем, сосредоточившись на запахе. Запах – самая мощная штука в животном царстве, в том числе и среди мух. Что мы делаем? Берем маленькую емкость с пахучей жидкостью и выдавливаем несколько капель в желтый мешочек, а потом вешаем его на дерево. Какая жидкость? Это наш секрет, что-то вроде формулы “Кока-колы”. Жидкость привлекает самок мух, она губительна для них, но не для человека, выдавливается из контейнера автоматически. Фруктовые мухи дохнут в течение пятнадцати минут. Эффективность достигает 90%, т. е. плантации плодов практически освобождаются от вредителей.

Мы только начали выход на международные рынки, но к нашей технологии уже проявляют огромный интерес в Индии, Африке, Китае, странах Юго-Восточной Азии. Поступают предложения из Казахстана, где распространен другой вид сельскохозяйственных вредителей. Нас поддержали израильские министерства экономики, иностранных дел и бюро по инновационному развитию (Israel Innovation Authority), но основную работу мы сделали сами. Мы заинтересованы в решении крупных сельскохозяйственных проблем, ищем решения для борьбы с другими вредными насекомыми, например, с москитами, тараканами. Тем, кто хочет видеть, как мы справляемся с восточной фруктовой мухой (Bactrocera dorsalis) в Индии, рекомендую посмотреть новый ролик: https://youtu.be/XbJYC7Pmr5s 

 

 

 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

На правом фото при галстуке – зам. министра промышленности и торговли Татарстана Денис Валеев, который тоже заинтересовался израильским опытом

 

 

 

Рики Лю (представитель китайской фирмы ЕКРАС) и корр. belisrael.info

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 ***

The 27th annual largest agricultural exhibition “Fresh AgroMashov” was held in Tel Aviv exhibition pavilions оn June 27-28, 2017.

Over the last twenty seven years the international “Agro-Mashov” agriculture exhibition in Israel has developed into the central and most important meeting point for the members of the agricultural industry from Europe, Asia and Africa. The participants of these continents came to Tel Aviv with the aim of finding fascinating meetings with key players in the agricultural sector of the world within two days to find solutions to the problems that farmers, traders and entrepreneurs working in this area are currently facing.

 

Dr. Nimrod Israely, the founder and CEO of Biofeed Ltd, specialist in ecology and enthomology, told belisrael.info about his work:

 

 

Nimrod Israely and Wolf Rubinchyk (belisrael.info) during the interview

Pest infestation is the most important threat in the world today, and because of this next week I’m going to meet prime minister of India Mr. Narendra Modi. I’m going to be one of six people to have a personal meeting with him. The reason is, after ten years of research we have found an innovative technology to cope with different insects. We have managed to solve the problem without any sprays, any chemicals. We are not focused on the poison: we are focused on the smell. Smell is the most powerful thing in the animal kingdom. Drops of a special liquid attract flies and they are dead in fifteen minutes, there is no need to use chemicals. India is one of the main countries where we are working now. For more information I recommend to see https://youtu.be/XbJYC7Pmr5s

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

  

 

 

Ricky Lv, representative of Ekpac China Ltd, and Wolf Rubinchyk

 

 

 

   

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

***

תערוכת Fresh AgroMashov הינה התערוכה היחידה בישראל המפגישה בין מגדלי תוצרת חקלאית טרייה לבין קניינים, סיטונאים ומשווקים מהארץ ומחו”ל.

התערוכה הבינלאומית Fresh AgroMashov לייצור ושיווק תוצרת חקלאית טרייה, חדשות בתחומים הטכנולוגיים הקשורים לחקלאות, אשר תתקיים בפעם ה-27 ברציפות, מהווה במה מרכזית ויחידה למפגש מקצועי בין מגדלים, סיטונאים, יצואנים ויבואנים של שיווק תוצרת חקלאית טרייה (ירקות, פירות, פרחים ותוצרת מן החי).

 ,Biofeed Ltd ד”ר נמרוד ישראלי, מייסד ומנכ”ל של חברה קטנה , belisrael.info  בראיון בלעדי לאתר

    

מומחה לאקולוגיה ואנטמולוגיה, אמר את הדברים הבאים:

ביבשות שונות, במיוחד באסיה ואפריקה, ישנה תופעה שכיחה של כמה סוגי מזיקים מסוכנים מאוד של זבוב הפירות.

לחקלאות של מדינות רבות, זבוב הפירות – הוא אחת הסכנות הגדולות ביותר, בגלל זה בשבוע הבא אני נפגש עם ראש ממשלת

הודו נארנדרה מודי. אני אהיה אחד מ-6 אנשים שייפגשו איתו אישית. 

למה? העניין הוא שלאחר 10 שנים של מחקר, הצלחנו למצוא חומר ששיפר בצורה רדיקאלית את המאבק בהרעלת הפירות.

הטכנולוגיה שלנו מאפשרת לנו להימנע מריסוס כימיקאלים על הפירות; אנחנו הלכנו בדרך אחרת, בריכוז בריח. הריח – הדבר

הכי חזק בממלכת הבטן וזה כולל גם את הזבובים. מה אנחנו עושים? לוקחים כלי עם קיבולת קטנה של נוזל ריחני, וסוחטים ממנו

כמה טיפות לשקית צהובה, ואחר כך תולים אותו על עץ. איזה נוזל? זה הסוד שלנו, משהו בסגנון הנוסחה של “קוקה קולה“.

הנוזל מושך אליו את נקבת הזבוב, הוא קטלני בשבילהן, אבל לא לבני האדם, הנוזל יוצא מהשקית בצורה אוטומטית.

זבובי הפירות מתים תוך רבע שעה. האפקטיביות של זה מגיע ל-90%, זאת אומרת שהשטח החקלאי כמעט ויוצא לגמרי מכלל סכנה.

לא מזמן יצאנו לשוק הבינלאומי, אבל לטכנולוגיה שלנו כבר מראים המון עניין בהודו, באפריקה, בסין ובמדינות דרום מזרח אסיה.

מגיעות פניות מקזאחסטאן, היכן שיש תופעה אחרת של מזיקים לחקלאות. תמכו בנו, משרד הכלכלה, משרד  החוץ והלשכה לחדשנות

 אבל את רוב העבודה אנחנו עשינו לבד. אנחנו מעוניים לפתור את הבעיות הכי

גדולות של החקלאות, מחפשים פתרונות למאבק במזיקים מסוכנים אחרים, למשל, יתושים ותיקנים. לאלה  שרוצים לראות, איך

אנחנו מסתדרים מול זבוב הפירות המזרחי  בהודו, אני ממליץ לראות את הסרטון הבא :

י https://youtu.be/XbJYC7Pmr5s

 

Текст и фотографии Арона Шустина

Опубликовано 30.06.2017 11:02 Обновлено 03.07.2017 23:57

Text & photos by Aaron Shustin 

Published 06/30/2017 11:02 Updated 07/03/2017  23:57

 

AgroMashov 2017 in Tel Aviv / אגרו משוב 2017

AgroMashov ‏(международная выставка сельхозпродукции в Тель-Авиве, 27-28 июня 2017. Вся информация, включая русский)

05/06/2017

– הודעה לעיתונות –

אדום אדום:

חברות הזרעים הוציאו לאחרונה פיתוחים חדשים לכוכבת הסלט- העגבנייה. אספנו לכם את המעניינים והחדשים ביותר אשר יוצגו לראשונה בתערוכת החקלאות הגדולה בישראל “פרש –אגרו משוב” שתתקיים בגני התערוכה בתל אביב בסוף חודש יוני.

 

מה כבר לא נאמר על יתרונותיה של העגבנייה? היא לא רק מרכיב חיוני לסלט ירקות ולקטשופ, אלא גם מקור מצוין לחיזוק גופנו. הודות לפיתוח מואץ, זני עגבניות חדשים שהורכבו בישראל בעלי חיי מדף ארוכים, יבול רב וטעים יותר כל עונות השנה, יתרונות בריאותיים וצורות מגוונות. לקראת תערוכת “פרש אגרו משוב” שתתקיים בגני התערוכה בתל אביב בתאריכים ה-27-28 ליוני אספנו לכם את העגבניות החדשות ביותר שבקרוב כולנו נראה על המדפים.

תציג את הזן החדש “שלהבת” שקיבל את שמו המקומי בשל צבע האשכול המשתנה בגווניו, אשר מזכיר את שלהבת הלהבה. מדובר בזן עגבנייה בסגמנט קוקטייל שצורת הפרי מזכירה לב או טיפה. מביני עניין יעידו על הזן שהוא מאפשר למגדלים לחסוך בידיים עובדות, מאחר ואשכולותיו נקטפים בקלות. בנוסף לכך, ניתן לגדל אותו כל השנה. זרעים גדרה גם יציגו בתערוכה את הזן האקזוטי שעושה לכל אחד חשק להשתזף בשמש החמה “סיישל” – זן עגבניית צ’רי מאורך ומיוחד בטעמו המתוק-חמצמץ.

      

זני העגבניות של חברת “הזרע” מבטיחים עגבניות המכוונות ישירות לטעמו של הצרכן הסופי. עגבניית “דורה” היא אחת מהן שבגלל צורתה נקראת גם עגבניית תמר. זוהי עגבנייה גדולה ואחידה בצורת ביצה, חלקה מאוד, בעלת אחידות פרי מצוינת וצבע אחיד אדום עז. העגבנייה מכילה ליקופן גבוה מהרגיל ויתרונותיה העיקריים, מוצקות יוצאת דופן, בעלת מרקם וטעם טובים מאוד אשר מצוינים לסלט ולבישול, והכי חשוב- ניתנת לקילוף עם קולפן.

חברת “א.ב זרעים” תשיק השנה בתערוכה את “עגבנית אשכול”. זהו זן תוצרת הארץ- כחולבן, ולו יתרונות בולטים כמו מוצקות פרי גבוהה, חיי מדף ארוכים במיוחד, פחת נמוך, יבול, נראות טובה עם צבע אדום חזק ועז ושימור גבוה מפני ריסוסים- סבילות טובה לווירוס הנבילה ולווירוס צהבון האמיר. הזן “אשכול” מאפשר למגדלים גם לקטוף אותו כאשכול וגם כעגבנייה בודדת והוא מתאים לגידול בבתי רשת.

ולבסוף נקנח בעגבניית ‘זוהרה’ מחברת “מכתשים” – פיתוח ישראלי, כחולבן שמגיע היישר מנתיב העשרה. זו העגבנייה שנותנת את הפתרון ל”עגבנייה הטורקית” שכולנו שמענו עליה אשר בעלת חסינות ממרבית הווירוסים ובכך מצריכה פחות ריסוסים. חיי המדף שלה גבוהים במיוחד (עד שבועיים) והיא עשירה בליקופן (אנטי אוקסידנט בעל תכונות מניעה של מחלות שונות כגון מינים שונים של סרטן).

פורסם 05/06/2017  08:42

Макарычевы о Владимире Либерзоне

24.03.2017 00:01:00

Шахматный небожитель

Гроссмейстеру Владимиру Либерзону 23 марта исполнилось бы 80 лет

шахматы, юбилей, владимир либезон

Шахматы для Владимира Либерзона были любимым делом, но не основной профессией. Фото Национального архива Нидерландов

На этой неделе насыщенный календарь отечественных и международных шахматных соревнований взял своеобразный тайм-аут, предоставив нам возможность бросить взгляд в прошлое и отдать долг памяти человеку, которому вчера, 23 марта, исполнилось бы 80 лет.С Владимиром Либерзоном нам довелось познакомиться в конце 1960-х  на учебно-тренировочном сборе школьной команды Москвы, которой предстояло выступить на одном из самых важных и престижных соревнований тогдашнего шахматного календаря – Спартакиаде народов СССР. Можем похвастаться, что всегда выступали на этих соревнованиях достаточно успешно и трижды становились чемпионами страны. Не было ничего необычного и в визитах на наши сборы «высоких гостей». Однако гроссмейстер Либерзон, приехавший к нам, чтобы проконсультировать и напутствовать «молодую поросль», чем-то незримо выбивался из привычного ряда.Чтобы понять и почувствовать всю экзотичность описываемых событий, необходимо вспомнить, как воспринимались в СССР гроссмейстеры, каким представлялся тогда стереотипный образ этих шахматных небожителей, счет которым шел если и не на единицы, то максимум на десятки. Пожалуй, наиболее близким аналогом гроссмейстера был в те годы в глазах общественности академик – действительный член АН СССР, которого, как и гроссмейстера, отличали высочайшая интеллектуальность, не обязательная, но весьма вероятная очкастость, глубочайшая погруженность в проблематику своей загадочной деятельности и, как следствие, «оторванность от народа» – то есть от сует повседневной жизни. Этих людей очень уважали, они представлялись неким штучным товаром, что подтверждалось и высочайшим статусом шахмат в Советском Союзе, и общей численностью как отечественного, так и международного гроссмейстерского поголовья. В качестве иллюстрации сообщим, что полученное в 1977 году одним из авторов этой заметки удостоверение «Гроссмейстер СССР» имело порядковый номер 44. Что же говорить о человеке, ставшем гроссмейстером 12 годами ранее – в тогда еще весьма близком 1965-м?

Впрочем, внешний вид Владимира Либерзона, точнее его вид издалека,  нисколько не противоречил  условному стандартному гроссмейстерскому облику. Ведь, сидя за доской, он в полной мере проявлял характерную для истинного интеллектуала вдумчивость, подкрепленную интеллигентными очками. Поэтому, наблюдая за игрой тогда еще довольно молодого московского гроссмейстера из зала, мы даже в принципе не могли предположить, насколько эта видимость окажется обманчивой. Кто бы мог подумать, что, только-только появившись на школьном тренировочном сборе, 30-летний гроссмейстер сразу же изъявит желание поиграть с молодежью в футбол и тут же предстанет перед коллективом в форме, состоявшей из видавших виды спортивных трусов и футболки ядовито-оранжевого цвета? Но еще более поразительным оказалось сочетание отнюдь не филигранной футбольной техники шахматного маэстро с его великолепной общефизической подготовкой, позволявшей обладателю худощавого мускулистого тела азартно носиться по площадке и вступать в борьбу едва ли не на каждом участке импровизированного футбольного поля. Было очевидно, что гроссмейстер полностью отдается игре, а это, при всех достоинствах столь искреннего отношения к процессу, создавало реальную опасность получения юными шахматистами не слишком характерных для своего вида спорта травм. Именно поэтому в последующие дни гроссмейстер (по просьбе тренеров команды) в футбол с нами уже не играл.

Творческая индивидуальность Владимира Либерзона сразу же ярко проявила себя и на шахматных занятиях. В отличие от его коллег-гроссмейстеров, с которыми нам доводилось общаться прежде, он не только не держал подопечных на дистанции, играя органичную в подобной ситуации роль непревзойденного знатока и шахматного мэтра, а, напротив, эту дистанцию демонстративно обнулял. Гроссмейстер нисколько не скрывал и не стеснялся того, что очень многое в шахматах является не только для нас, но и для него терра инкогнита, словно бы призывая нас не робеть, не сотворять себе кумира и не слишком доверяться мнению авторитетов.

Вспоминая обо всем этом, невольно задумываешься, в какой степени ментальность Владимира Либерзона была связана с тем, что его лишь отчасти можно было считать шахматным профессионалом. Ведь значительную часть времени он работал по своей инженерной специальности, оставаясь без каких-либо оговорок представителем уже канувшей в Лету советской научно-технической интеллигенции, привыкшей в случае чего не брать дурного в голову и решать, что называется, на коленке действительно серьезные технические проблемы. И хотя тогда – почти полвека назад – «мужицкий» подход Либерзона вряд ли реально помог нашей команде при подготовке к конкретному соревнованию, но он, безусловно, оставил глубокий след в наших душах.

В следующий раз одному из нас довелось встретиться с этим необычным человеком более чем через 10 лет – на рождественском турнире 1979/80 года в Гастингсе. Он уже сменил к тому времени гражданство, первым из гроссмейстеров официально уехав в 1973 году в Израиль. В принципиально ином качестве, чем раньше, выступал и его собеседник, прибывший в Англию сразу по завершении Высшей лиги чемпионата Союза. Так сложилось, что вечерами после туров мы подолгу гуляли по набережным и улочкам знаменитого города, Владимир рассказывал о своем житье-бытье на исторической родине, о триумфальном выступлении в 1975 году на выигранном им турнире в калифорнийском Лон Пайне, вспоминая попутно и о тогдашних трудностях израильтян при оформлении американских виз, и о главной своей проблеме, связанной с тем, что надолго отвлекаться от своей основной научно-технической работы гроссмейстеру в Израиле практически невозможно. Ведь по чисто материальным причинам он не мог считать шахматы своим основным занятием, профессией. Эти разговоры выливались в долгие монологи Владимира, которые при всей специфичности некоторых его оценок всегда подкупали прямотой, абсолютной интеллектуальной честностью и невероятной, поистине обезоруживающей искренностью.

В последний раз нам довелось увидеть Владимира Либерзона в конце ноября 1989 года, в день отъезда сборной СССР из Хайфы с чемпионата Европы, который, кстати, наша команда выиграла с огромным трудом. Во время завтрака, тыча своим назидательным перстом в направлении украшавших шведский стол многочисленных яств, хозяин поля решительно напутствовал нас: «Ребята, жрите, жрите еврейскую еду! Где еще… и когда… предложат вам столько кошерного?!»

Оригинал

***

Отдельные комменты в фейсбуке в группе Еврейская шахматная энциклопедия к посту о В. Либерзоне 23 марта 2017 в 08:40

Alexei Shirov Da, pobeda nad Petrosianom ( v 15 hodov, esli ne oshibaius’) – svoego roda rekord, hotya, samo soboi, tam ne oboshlos’ bez grubogo proscheta ili dazhe mozhno skazat’, zevka. Tak i Anand odnazhdy v 6 hodov proigral. 🙂 23 марта в 12:17
Павел Сиротин Приезжал в Воронеж в свое время. Помню рассказывали что человек был достойный. 23 марта в 14:47
Vladimir Sheinkin Не знаю, работал ли он учителем, но он много лет работал в Электрической компании, в отделе изоляции котла и считался большим специалистом (я много лет играл с ним в команде предприятия). 23 марта в 19:01
Опубликовано 24.03.2017  13:48

Откровенно о разном (ч. 2)

Продолжение. Начало Откровенно о разном (ч. 1)

Уже ничему не удивляюсь, но каждый раз поражаюсь, что происходит с людьми. Звонит хороший знакомый и поздравляет с праздником. В какой-то момент начинает хвалить, что так много делаю для всех, что его сыновья также нередко вспоминают обо мне и благодарны за то, что делал для них в те далёкие годы. А еще извиняется, что не всегда понимал меня, когда приходилось всерьёз конфликтовать с разными партийными начальничками и иметь немалые неприятности. Но как только я спрашиваю, знает ли он, чего и сколько стоит вся эта работа, находится причина, чтоб закончить разговор. Елы-палы, люди давно, чуть ли не сразу после приезда, получили государственное жилье, на хорошую жизнь хватает, дети также в полном порядке. И тут же возникает в голове мысль: «А как это он оторвёт от себя что-то?!»

Или долго ищешь, как связаться с ещё одной землячкой, имя отца которой упоминается в нескольких материалах. Никакие справочные не помогают. Вспоминаешь, кто с ней мог бы перезваниваться. Получаешь телефон, звонишь, называешь себя. Сразу вспоминает. Спрашиваешь о житье-бытье, как её сын, которого я много лет назад случайно встретил на новой тахане мерказит Тель-Авива (в здании автостанции проходили медкурсы по сдаче психометрии). Говорит, что всё в порядке, хорошо устроен в больнице. Рассказываешь о сайте и задаешь вопрос, есть ли у них компьютер. Отвечает, что нету. Просишь телефон сына, чтоб послать линк сайта. И тут же в ответ: «он так сильно занят на работе, да и дома семья, потому ему некогда будет читать…»

Люди, люди… Или из Германии получаю вопрос, а где это материал о родственниках, который давно читала, да никак не может найти. Приходится помогать. В ответ – молчание. А ещё было, в одной соцсети увидел знакомую, одно время и вовсе соседку, ныне также живущую в Германии. Написал о сайте, что там рассказывается и о семье её мужа, отправил линк, на что в ответ получил: «Примем к сведению».

***

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

   

   

 

 

Недавно смотрел финал теннисного матча Кубка Дэвиса, в котором играли Хорватия и Аргентина. Если б не знал, где играли, то и не сразу разобрал бы, так много аргентинских болельщиков, в том числе знаменитый Марадона, приехали за тысячи км, чтоб поддержать своих. И аргентинцы, которые четырежды в истории проигрывали в финале, в этом матче, казалось, также готовы были сдаться, проигрывая по партиям 1:2 и по ходу 4-й 0:2. Мне жаль было смотреть на известнейшего Хуана Мартина дель Потро, который, казалось, сам хотел, чтоб скорее закончился его матч с Марином Чиличем (тот вроде бы не давал никаких шансов своему сопернику). Но уже в 3-м сете дель Потро начал совершать чудеса, а Чилич, наоборот, ошибаться, и счет в матче сравнялся. Всю решающую 5-ю партию, когда аргентинец Федерико Дельбонис играл против сербского гиганта Иво Карловича, дель Потро не было видно… Так он выложился в игре, и лишь когда Дельбонис разгромил Карловича 3:1, дель Потро выбежал на площадку. Общая победа 3:2. Сумасшедшая радость на трибунах, да и хорваты, как бы ни обидно было проигрывать у себя дома чуть ли не выигранный матч, тепло и долго аплодировали. Вообще это был 3-й подобный случай за последние 100 лет. А у нас, вместо того, чтоб поддержать и порадоваться тому, что их знакомые, а для кого-то просто земляки по прошлой жизни в Беларуси, чего-то добиваются, делают вид, что ничего не происходит.

***

Я тянул всё сам, но нашлись люди, увидевшие, что сайт является хорошей площадкой для их материалов, часть которых в других местах не были бы опубликованы, и стали их готовить и присылать. Назову некоторых: историк Владимир Кравцов из Южно-Сахалинска, журналист Филипп Улановский из Тбилиси, врач и шахматист Дмитрий Ной из Бостона, библиотечный работник Юрий Тепер из Минска, театральный режиссёр и общественная деятельница Валерия Айдина из Киева, Мария Гольцова – преподаватель и научный работник, жительница Донецка, вынужденная переселиться в  Беларусь (с февраля 2015 г. работает в Национальном техническом университете), и круг авторов расширяется. При этом взамен они ничего не требовали, но я-то знал, сколько времени вкладывается, что любая работа имеет свою цену. А разве кто-то другой не понимает? Отлично понимал каждый, но делал вид, что его это не касается, когда можно пользоваться на халяву.

Но вот совсем недавно случайно в фейсбуке на страничке Филиппа Улановского из Тбилиси заметил камешек в мой огород. «Многие предпочитают иметь мои произведения на халяву. Отдал первую часть “Носа царицы Клеопатры” (Альталена-2) в газету “Итон”; статью об евреях Грузии – на белорусско-еврейский сайт. Вообще, давно не видел денег, кроме моей мизерной пенсии...» (22.11.2016, 16:20).

Еще в 2011 г. я познакомился с Филиппом, отослал линк сайта, после чего он ответил: «Спасибо! Меня это действительно интересует как пресс-секретаря белорусского землячества в Грузии. Сам я никаким боком к Белоруссии отношения не имею, если не считать того, что мой папа освобождал Белоруссию в годы войны...» (06.06.2011).

Спустя почти 4 года я предложил написать материал для обновленного сайта, на котором появился и раздел о Грузии. Получил ответ: «Начал работать над статьей. Но получается что-то типа рассказа гида о Тбилиси и Мцхета для израильских туристов. Устроит?» 08.03.2015: «Интересно! Думаю, что потом еще что-нибудь напишу о Грузии самой. И о деятельности Союза белорусских соотечественников в Грузии “Сябры”, пресс-секретарём которого я являюсь сейчас… А также о национальных диаспорах в Грузии, ибо хорошо знаком со многими их руководителями – Валерием Сварчуком (русские), Макой Филиной (поляки), Гарри Аугстом (немцы), Гарольдом Шмальцелем (чехи), Региной Якобидзе (латыши), Камальдином Таировым (татары), Василием Каденцом (казаки), Тенгизом Гаглоевым (осетины)».

25.03.2015 материал Ф. Улановского появился здесь: Филипп Улановский. Грузия и евреи

Разговора об оплате никакого не было, но я хорошо понимаю Филиппа. Он ведь видит, что сайт существует многие годы, и не мог себе представить, что всё держится на энтузиазме. А работа, на которую он потратил 3 дня, плюс ещё день на поездки и фотографирование, несомненно заслуживала того, чтобы её не просто прочли. Пришлось мне объяснить, почему так происходит, что лишь благодаря выдержке и безразличию к финансовым потерям я не оставляю это дело. Не подаваться же в прислужники к белорусскому хозяину или нашим израильским политическим прохиндеям. Тогда бы точно было бы чем платить другим, да и свои деньги не выкладывать. В начале 2017 года мне предстоит в очередной раз оплатить продление хостинга, и это опять немалые деньги…В связи с этим хочу сказать, что даже если б у меня был лишний миллион, это не значит, что должен был бы постоянно самостоятельно нести расходы. Тем более, что это сайт никак не обо мне.

***

Итак, сайт давно вышел за рамки местечковости, и если раньше я считал, что в первую очередь его должны поддерживать и показывать пример другим мои земляки, живущие в Израиле и других странах, то сейчас это касается и каждого читающего, имеющего возможности, не обязательно большие. Жаль, что никто не обращает на это внимание. Что же касается многих моих многолетних знакомых, то до сих пор их душит жаба и зависть: как бы, не дай бог, за их счет кто-то не разбогател?!

Вместо того, чтоб порадоваться, что кто-то делает полезное дело, вкладывая всего себя, и самим хоть как-то помогать, не просто игнорируют, но еще и вредят. А потому уже перестал удивляться, как могло такое произойти, что случайно встретив знакомого или позвонив по тел. и начав говорить о сайте, узнаешь, что впервые слышит о нем, или ассоциирует его с местечковой группой в одноклассниках??!  

Все это результат того, что те многие, кто давно и хорошо знает о сайте, привыкли вести пустые разговоры в тех же самых одноклассниках, ставить Класс! ко всему, что появляется, и, согласно моде, открыв стр. в фейсбуке, практически ничем не изменили себе, лайкая все те же снимочки, хотели бы, чтоб с ними на одной волне оставались и др.

Я уже писал, кто повел себя подло. А вот еще один пример, о чем вынужден был 15.12.2013 рассказать в дополнении к материалу «Куйбышева» http://belisrael.info/?p=28 (там говорится о том, как Олег Л. присвоил вещи, переданные для Владимира Лякина). Недавно я общался по скайпу со своим давним приятелем, которого не видел с 2000 г. Рассказав ту историю, услышал в ответ ёмкое еврейское слово «шлэпер».

Наум Рошаль, которому 10 июля 2016 г. исполнилось 90 лет, однажды в письме из Америки мне написал: «Я возмущен нашими земляками, почему никто не хочет помочь?» Сам же он живет, как и любой другой пенсионер-эмигрант, но трижды переслал по 100$, да ещё и поддерживает живущую в России семью своего друга, военного однополчанина. В конце материала я укажу фамилии и других людей, оказавших помощь.

 

***

Чего я только не слышал от того, кто считал меня своим другом, с кем сидел за одной партой в 10 классе, хорошо устроенного в Израиле. Вместо помощи, рекламирования сайта, каких-то пожертвований, такое: “да брось ты это дело, оно никому не нужно“, при  этом не забывая загружать меня просьбами и многочасовыми пустыми разговорами. Особо преуспел в этом, переехав в Канаду после выхода на пенсию.

***

Я несколько сомневался, стоит ли рассказывать об ещё одном моём знакомом, даже родиче, пусть и не близком. Уж не помню, как часто я его видел после того, как в 69-м он был на обеде по случаю моих проводов в армию. В 1972-м вместе с родителями и сестрой уехал в Израиль, но где-то через год перебрался в Бельгию, а оттуда в Канаду, где и преуспел.

Помню, в начале 90-х некоторое время переписывались по обычной почте, затем в году 2003 и 2004, когда я был в Болгарии, он меня просил что-то там прозондировать и поискать для «выгодных» дел. В то время я уже наелся подобных просьб еврейских хахамов, мультимиллионеров с кипами и без, русим или исраэлим с американскими корнями, и мне только не хватало ещё одного. Потому и решил не зарабатывать себе очередную головную боль. А лет 8 назад вскоре после появления сайта мы снова некоторое время переписывались… тогда он похвалил меня за создание сайта, но не более. Переписка оборвалась, вновь начали контактировать в 2015 году, накануне 70-летия Победы. Тогда я много времени потратил на подготовку публикации о земляках, евреях-ветеранах войны, выбирая их из общего списка в более чем 1300 человек. Так появился материал «К 70-летию Победы».

Среди тех, кого я хорошо знал, но не обнаружил в списках, был и Борис Серебренников (1920–2001). Его сыну Мише, о котором, собственно, только что рассказывал, я написал и задал вопрос об отце.

17.05.2015 я получил ответ с приложением двух снимков и скана от руки ранее написанного им письма в местную газету, где Миша извинялся за ошибки, упоминал, что очень тяжело печатать на русском, поскольку за последние более чем 40 лет ему не приходилось им пользоваться в письменном виде, и рассказывал об отце, где и кем служил, какие имел награды. Заканчивалось же письмо послесловием: «Постоянно читаю вашу газету».

Поскольку я внимательно просматривал все номера районной газеты, то знаю точно, что его письмо в ней не было опубликовано. Предложил Мише, что перепечатаю текст и опубликую на сайте. С этого и возобновилось наше общение по мэйлу, хотя я почти сразу предлагал перейти на телефонное общение. Тем более, что в прежние годы некоторое время общались и в скайпе.

После того Миша начал мне присылать некие малозначимые материалы, прочитанные им в той самой газете, с пометкой для сайта. Пришлось объяснить ему, что это не более чем местная новость, слишком мелко для большинства посетителей. Вообще меня начало удивлять, что успешный человек вдруг стал читать далёкую ему газету. Я всё ждал, что он проснётся и, если уж не в живом разговоре, то по мэйлу изложит что-то дельное. Наконец-то договорились поговорить по скайпу 8 июня. И вдруг получаю:

Mne nado exat na vstrechu teper. Sorry. Zavtra ?ok. On Jun 8, 2015, at 9:56 AM

И после этого он пропал. Я выждал месяц и тогда написал: «Что-то ты поехал на встречу и пропал совсем. Хоть жив, с тобой всё в порядке? Или как остальным также все пох?»

И тут уже Мишка показал, кто он и что он. Я получил письмо, написанное от руки, в ряде мест зачёркнутое и перечёркнутое, но все-таки разобрать можно было, что он хотел сказать. Посколько писал не какой-то посторонний человек, я пропущу лишь самое начало, а остальное дословно, только исправлю некоторые орфографические ошибки.

Моя мама всегда искала справедливость, как она ее понимала, т.е. в одностороннем порядке. В этом году ей 92 года, она узнаёт меня и сестру, но спрашивает, как её мама, и знает ли папа, как нас найти. Арончик, справедливость это слово в моём понимании без логики, даже ты, как очень хороший шахматист, никак его не просчитываешь. Я не знаю причины создания твоего сайта (hobby, mitzvah или Business), поэтому не могу понять твои требования к нашим евреям. Я работаю в бывшем СССР с 89 г. Когда я приехал в первый раз обратно, я уже имел компанию в 40 чел. Я уже объездил Европу, Азию и USA. Было очень сложно привыкнуть к нестандартному западному обслуживанию и обращению. Но я приехал сам и должен был адаптироваться к среде, в которой нужно было работать. Чем старше я становлюсь, тем меньше я понимаю, т.к. каббалу я не учил, т.е. не понимаю смысла жизни. Когда я хожу к маме в дом престарелых и это очень хороший дом, невольно начинаю думать НАХ…Я всё это, тогда я себе сам отвечаю, ты не создал этот мир, так бери, что дают, и скажи спасибо (там с ней на одном этаже есть люди, которым может даже нет ещё и 50 лет). Чем меньше мы сами себя еб…м, тем здоровее будем (я не доктор, это моё персональное мнение). В заключение, Арончик, определись с сайтом для себя. 100 или 200 или даже 1000 – это не те деньги (даже 40 лет назад), на которые можно выжить. Как один мудрый еврей сказал, лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным. Единственное, что я могу добавить, это где взять деньги, чтобы купить первый вариант. Арончик, делай то, что ты можешь изменить, всё остальное, это как писать против ветра. Могу тебе позвонить, но не знаю когда. Если ты хочешь оспорить то, что я написал, давай. Michael.

К этому могу добавить то, что слышал от Миши не раз в прежние годы, когда мы переписывались, а бывало, и перезванивались, что его, в числе других канадских бизнесменов, принимал в Израиле Шимон Перес. Ну, это «великое достижение», которое, может, и позволяет парить мозги. Я, конечно, ответил… А может быть действительно правы те из его школьных друзей, кто после возвращения из поездки в Канаду, говорили, что вообще-то он банкрот. Но даже если это так, то могу вспомнить, что когда один из богатейших людей Израиля Лев Леваев из-за своих ошибок в последние годы начал терять огромные деньги, то не отказался от помощи своей бухарской общине. А здесь бизнесмен приводит какие-то смешные суммы, что-то объясняет. И при этом ранее готов был также заниматься пустопорожней перепиской и, по его письму в редакцию местной газеты, находил время постоянно ее читать, что говорит также о многом.

Пусть бы этот умник из Канады задался вопросом, как он может помочь её автору Владимиру Лякину. Тем более, что многие материалы мог видеть на этом сайте, и, прежде всего, касающиеся еврейской тематики, которые не публиковались нигде. Возможно, указывая цифры до 1000, он хотел сказать, что больше дать ему не позволяет жадность, а меньше – это как бы и себя не уважать. Если б он реально помог Владимиру, спросив меня, как это можно сделать, то хоть как-то реабилитировал бы себя. Но приведенное выше письмо более чем охарактеризовало этого «успешного» Майкла… И мало шансов, что он изменится.

Напомню, что вот это писала младшая сестра Миши, приведенное в 1-й ч.: You doing a great job we appreciate Raisa Rivkin ( Serebrennikova ), 56 лет, Торонто, Канада 27.12.08

***

В процессе написания материала наткнулся на свежий пост в фейсбуке от 15 декабря:

Такой вот вопрос – может, кто знает ответ? А то у меня совсем нет объяснения этому факту. Два года назад мы выпустили Путеводитель по Храмовой горе на русском языке. Очень быстро нашли средства (как у частных спонсоров, так и организаций) для перевода этой книги на иврит и английский. Уже в работе перевод и на немецкий. Но мы никак, ну совсем никак не можем найти средств для перевода путеводителя на украинский язык. Исходили из предположения, что огромному количеству туристов и паломников с Украины должно быть интересно иметь такую книгу. Или это не так? А почему тогда на немецком кому-то нужно? В течение последнего года к кому только мы не обращались – и к украинским еврейским олигархам, и в различные организации Украина-Израиль – глухо. Ну совсем глухо. Просто не понимаю, в чем дело. Как, на ваш взгляд, нужна кому-нибудь такая книга? Тем более, что перевод уже сделан (на него мы все-таки нашли небольшие деньги, но нужна ведь еще редактура, дизайн и т.д…). И если такая книга нужна, то почему никто не дает на это деньги?

Люди просят и находят деньги на чисто коммерческое дело и лишь удивляются, почему не дают на перевод на украинский того, что есть и на русском? А сейчас пусть каждый сравнит с сайтом и подумает о себе, о своём отношении.

***

Современная Беларусь, конечно, ещё та страна. Лишь «полезные», да и то до определенного момента, могут чувствовать себя спокойно. Потому и страхуются, а некоторые, многие годы живущие вдалеке от Беларуси, открыто подыгрывают власти. Но нельзя делать вид, что так и должно быть, какое, мол, нам дело…

Скажу о так называемом Всеизраильском объединении выходцев из Беларуси. С момента основания, и особенно в 1970-е и 90-е годы, оно выполняло свои функции, но как только вместо ушедших в мир иной председателем стал Михаил Ольшанский, начало лоббировать в Израиле интересы лукашенковских властей, а также небезызвестной «русской» партии.

Лидеры последней приезжали на ежегодные встречи в лесу Бен-Шемен, где вместе с белорусскими послами, особенно последними двумя, клялись в любви к выходцам из Беларуси. Ну, а главную роль играл человек с наганом за поясом, М. Ольшанский. Мало кто слушал его славословия, и уж точно не за этим ехали в лес, но это не мешало ему посылать от имени всей общины (есть ли она, большой вопрос?) поздравления хозяину Беларуси по случаю очередного «успешного» избрания. Зато и удостаивался он участия в «событии пятилетки» – «Всебелорусском народном собрании».

Правда, на последнем (июнь 2016 г.) Ольшанского уже не было, а министра абсорбции Ландвер, естественно, пригласили за «выдающиеся заслуги». Но бог с ней, с Софой, она тоже уже скоро станет историей, несмотря на все её трепыхания, поскольку от её нескольких десятилетий пустозвонства подустали все, за исключением малосоображающих людей (её возраста и постарше), а также явно приблатнённых.

Мне же интересно, почему контора Ольшанского получает госфинансирование, которое тратится непонятно на что, разве только на мелкие подачки руководителям местных организаций. В лес с каждым годом приезжает всё меньше народа, даже когда за автобусы надо платить символические деньги. Но хорошо известно, что объединение присоединилось к роспольству через культурный центр, имеющий целью привести в Израиль «русский мир». Все молчат, и ничего не меняется, контора успешно осваивает финансирование…

***

Сайт belisrael.info за последние годы стал более популярен, чем несколько вместе взятых еврейских cайтов Беларуси, существующих уж точно не на общественных началах. Но большинство моих дважды земляков упорно игнорируют ресурс. Я мог давно всё бросить – чего-чего, а славы никогда не искал – и за потраченное на него время спокойно заработать сотни тысяч, объездить кучу стран и, выставляя фоточки, наверняка получал бы множество лайков. Вместо этого нажил себе кучу врагов, которые не могут простить, что не сдался, что их местничество и желание выглядеть «героями-интернационалистами» оказалось пшиком. 

И плевать им, что в этом году, когда наступило 75-летие расстрела местных евреев и 20-летие установки памятника, никто не вспомнил о трагедии. После того, как на это обратил внимание  Виктор Борисенко, давно живущий в Житомире, я внимательно просмотрел материалы местной газеты, как до указанных дат, так и после. Даже намёка не оказалось.  Допустим, в газете не было, а все-таки, какие-то люди вспомнили. В таком случае, если будут присланы фото или видеоматериалы, опубликую на сайте в продолжение материала К 75-летию расстрела евреев Калинкович).

* * *

В первой части я писал, что первым, кто решил не оставаться в стороне, был Наум Рошаль. Затем мозырянин Валера Френклах, живущий в Америке, написал, что благодарен за сделанное и в память о своей бабке Басе высылает перевод. Следующим был Борис Комиссарчик, живущий в Гомеле, затем Гена Штаркер из Германии и совсем неожиданно – 81-летний минчанин Дмитрий Ной из Америки. Мы давно были знакомы, но он, отправляя письмо, не знал, кому пишет, и обратился ко мне как к редактору. Начал с того, что, увидев на петербургском е3е5.сom ссылку на один из материалов сайта и прочитав его, готов оказать помощь, а также поделиться своими воспоминаниями. И всего аж 5 человек за 8.5 лет!

Тем не менее, никак не жалею, что продолжил заниматься сайтом, хотя на многое придётся посмотреть иначе. Да, в последние 4-5 лет я потратил массу усилий на то, чем, уверен, не следовало бы заниматься… 

В заключение хочется сказать, что сайт мы планируем не только удержать «на уровне» (так, на belisrael.info нередко ccылаются авторитетные ресурсы Беларуси и России, да и «Википедия», наши статьи вызывают дискуссии), но и значительно развить. Будем продолжать говорить о сохранении памяти, о состоянии еврейских кладбищ в Беларуси, об осуществлении благотворительных проектов, а также, о важности оригинальных публикаций на иврите/английском и их переводе на русский, о том, что ряд материалов следует переводить на иврит и англ.

Как и ранее, намерен со своими помощниками делать независимый, народный израильско-белорусский сайт, где найдётся место для самых разных материалов.

Несомненно, важнейший вопрос, это поддержка сайта. Редакция открыта для предложений.

Пока же приглашаю к сотрудничеству хорошо знающих иврит и английский, желательно и белорусский, а также студентов Израиля и Беларуси, да и не только, которые могли бы совмещать работу для сайта (включая его совершенствование) – в основном на волонтёрских началах – с выполнением своих учебных заданий.

Хочу думать, что со временем сайт станет очень известен и каждый, участвующий в его работе, помогающий ему, ощутит это и на себе. В связи с этим требуются серьезные и инициативные, включая вебмастеров и дизайнеров сайтов, специалистов в маркетинге и рекламе, журналистов, филологов, культурологов, краеведов, потенциальных дипломатов.

Окончание следует.

Опубликовано 20.12.2016 16:21

***

P.S.

Уже есть люди, кто не желают, чтоб их имя оставалось в данном материале и просят убрать приведенные куски, посвященные им. Согласен и на такое, но при простом условии. Достаточно прислать письмо и признать свои ошибки, что готовы и начинают реально помогать, а также активно рекламировать сайт, и наиболее интересные материалы, к чему также призвать своих друзей и знакомых,

22.12.2016  10:56

***

 

Уходящий год мало кого оставил безучастным. «Благодаря» политиканам из сверхдержав он оказался крайне трагичным и ещё более разделил людей.

Хочется надеяться, что в наступающем 2017-м станет поменьше проблем у людей, прекратится эта невыносимая ненависть, люди одумаются, перестанут безмозгло верить диктаторам и их лживым пропагандистским СМИ, начиная с телевидения, которое по-прежнему у многих остаётся главным источником информации.

Здоровья, счастья, успехов, всего доброго!

Добавлено 29 дек. 2016 10:23

***

Получил поздравление из Канады с Новым годом от упоминавшегося в тексте,  с таким вот продолжением “как дела, куда пропал?”.  Итак, мой очень давний хороший приятель, упорно не хочет даже открыть сайт и задает подобные вопросы. Пришлось повторить то, что когда-то ему уже писал  в ответ на его “не понял о ком ты конкретно и что произошло?“

Заставил он меня еще дописывать и разжевывать ответ, коль совсем уж не понял, на чем и закончилось общение. И что еще подумалось. Это какой-то комплекс, возможно, даже многих местечковых евреев. Лично против тебя ничего не имеют, отдельные даже не забудут поздравлять с праздниками, но мыслят одинаково. А вдруг за “его счет” другой начнет жить лучше его самого, да не дай бог вообще разбогатеет!. И даже не собираясь ни на грамм помочь, упорно все игнорируют. И начинает такой размышлять, что если начать читать, то скорее всего немало понравится, даже нехотя, но придется рассказать другим, а те дальше. Кто-то, из совсем не земляков, обратит внимание, что негоже оставаться в стороне, если люди тратят массу времени и энергии. А если таких будет много, то сколько же может получиться, того и гляди, мульён!  Так лучше ничего не читать, ну а кто хочет считать себя за “друга“, будет лишь присылать поздравления и спрашивать стандартное “как дела?”. А то, что если даже получилось бы нормально заработать, так надо понимать, насколько все это непросто. Нередко забываешь отдыхать, ложишься далеко за полночь и встаешь очень рано, проводя много час. возле компа, и лишь отходя от него, понимаешь насколько устали глаза, как натружена шея. 

То, что комплекс местечковости преследует земляков, заметил лет 7 назад, поехав в Иерусалим, где решил также увидеть своего дальнего родича, зная, что с начала 90-х в центре города содержит книжный. Покрутившись немного, отыскал и заглянул. После того как заговорил о сайте в ответ услышал: “я после школы уехал из города учиться в универе (в Воронеже) и у меня нет никакой ностальгии ни по чем и ничто не интересно”. В тоже время, когда ему кто-то позвонил по тел. и спросил какие есть новые поступления, услышал “Веллер“. На вопрос звонившего, а чем тот интересен, последовало: “учит правильно жить!”

Удивительные все-таки люди. Спустя много десятилетий помню, как он, увлеченный шахматами, успешно играл за сборную школьников области, и уже перед выпускными экзаменами был на республиканских сборах, когда шел отбор в команду. И  каждый раз, возвращаясь поздно вечером или в выходные из шахматного клуба домой, всю дорогу обсуждали шахматы, да и разное другое, затем немало стояли возле его дома, после чего расходились. И это “меня ничего не интересует…“, такой вот местечковый совковый комплекс зависти. 

Но при этом, разъехавшись по миру, многие, по-прежнему, не могут оторваться от русских каналов, их новостей и бесконечных концертов с одними и теми же певцами, песнями года, да еще и обсуждают…

И это вместо того, чтоб увидеть, что на этом сайте масса материалов, где вспоминают и идиш, который в крови был у всех предков, и еще в 70-е можно было его слышать на улицах небольших городков. И тогда были некоторые соседи-белорусы, кто когда-то учился в еврейских школах, не забыл его, и в разговорах с евреями использовал. А ведь сейчас, за исключением единиц, евреи могут вспомнить “вос герцах”, “зайн гизунт”, и еще несколько, включая всем известное неприличное. И сайт со временем мог бы помочь интересующимся хотя бы вспомнить то, что ранее знали многие, а может быть и молодое поколение заинтересовалось. Тем более, что есть у кого поучиться.

***

Часть из того, что ранее планировал включить в эту часть, выбросил. Но сейчас добавлю хоть одно. Достаточно, показательно. 

Здравствуйте уважаемый Арон!

Сегодня случайно попал на Ваш сайт.

Был приятно удивлен, так как увидел своё родовое древо, которое собираю с 2000 г. Начал его собирать, когда жил в Израиле.

Сейчас живу в России, в Липецке. Ныне у меня в родовом древе 735 человек. Благодаря Вашему сайту добавится еще, так как линия Журавель тоже в моей родословной присутстствует.

Хотелось бы узнать, кто Вам дал моё родовое дерево. И если можно Ваш телефон. Я бы Вам позвонил, хотелось бы пообщаться.

ОГРОМНОЕ ВАМ СПАСИБО за ВАШ титанический труд и НИЗКИЙ ПОКЛОН!!!!!!!!

С нетерпением жду от Вас ответа!!!

Борис Аронович Вольфсон 23 апреля 2011 

В дальнешем мы продолжили общение по скайпу, где Борис попросил меня связать с его обнаружившимися родственниками, что я и сделал. И затем поговорили каким образом он может помочь. Сошлись на его предложении, что летом мать из Беер-Шевы приедет в гости и тогда он ей передаст некую сумму. С тех пор прошло 5.5 лет, больше со мной никто не связывался, а сам он перестал отвечать как на письма, так и на попытки поговорить по скайпу. Хотя и жив-здоров. 

***

Сегодня отправил обращение к Лукашенко и копию израильскому послу в Минске. Казалось бы, прочитало немало людей. Чего уж проще прислать не помощь, а всего лишь свои фамилии под обращением. Откликнулись белорусы из Минска, из Армении, никакого отношения к Беларуси не имевший, из Канады, Америки, Израиля, хотя большинству из подписавшихся пришлось несколько дней звонить и еще объяснять, что происходит на еврейских кладбищах. Но вот еще и такая реакция в одноклассниках, на отправленный линк с просьбой прочесть и подписаться, от незнакомого, живущего в Могилеве  Сначала пишет:  “В Могилеве это очень наглядно на еврейском кладбище“. На мой же вопрос, а почему не подписывается, последовало: “А все происходит незаметно есть могилы которым сто и более лет на участке старого захоронения где похоронены мой дед и бабушка вокруг уже могилы православных а кладбище так и числится еврейским а что касается подписи тут я абсолютно уверен что никакого влияния хоть их тысяча будет я здесь прожил и все мне понятно“.

Несомненно в Беларуси ощущается пассивность местных евреев. Но основная проблема в том, что власти давно не прислушиваются к “народу”, потому у многих и нет веры, что от подписи что-то изменится.

В скором времени помещу на сайте материал о старте нового мероприятия и его условиях. Из того с чем сталкиваюсь уже многие годы, если кто-то и заинтересован в приведении порядка на кладбищах, недопущении их исчезновения, восстановлении истории совместной жизни двух народов, так это больше белорусы, чем сами евреи. И, думаю, на этих людей можно будет положиться. 

08.01.2017  14:35

Обновлено 03.06.2018  18:55