From Israel to Australia. About Jews and everything else / מישראל לאוסטרליה. על היהודים ועל כל דבר אחר / От Израиля до Австралии. О евреях и обо всем на свете
Уже долгое время журналисты крайне левых взглядов в израильских официальных сми стараются всячески поддержать наших врагов. Это выражается буквально во всех темах которые они обсуждают в теле и радиостудиях. До появления соцсетей и каналов освещающих другую точку зрения, повестка диктуемая правящими элитами считалась и воспринималась большинством как единственно верная и правильная. Когда появлялся другой голос, его всячески старались прикрыть, как например 7 канал на радио. С момента появления соцсетей и альтернативных сми выяснилось, что рупоры левых элит десятилетиями отмахивались от иного мнения, издеваясь, осуждая и объявляя его полностью нелегитимным. Речь Смотрича в Кнессете свидетельствует об этом
Ася Энтова пишет “Как сложилась такая ситуация, что Израиль вынужден периодически воевать в Газе и совершать спецоперации в Иудее и Самарии? До проклятого “договора Осло” (1993 г.) я спокойно ездила через Калькилию, Шхем и Рамаллу, и так же спокойно гуляла по прекрасному берегу моря в секторе Газа.
Интифада 1989 года захлебнулась. Конечно, арабы могли изредка камень бросить, но в начале 90-х в Иудее, Самарии и Газе, а тем более внутри “зеленой линии”, евреям было спокойнее, чем сейчас в Европе.
Кто завез террористов в “Газу и Йерихон сначала”? (Именно под таким лозунгом, “Газа ве-Йерихо тхила”, начинался “мирный процесс”). Кто завез, те и виноваты в сегодняшних жертвах: Перес, Рабин и далее по списку. А НЕ виноваты те, кто резко выступали против договора “Осло”, и выходили на многочисленные и многолюдные демонстрации, зачастую рискуя своим здоровьем, карьерой и свободой.
Многие из моих родных и друзей, кричавших на тех демонстрациях “не давайте террористам оружие”, познакомились тогда с израильской тюрьмой и с безжалостной судебной системой, выматывающей тебя многочисленными заседаниями, вроде тех, что проходит сейчас наш премьер.”
СМИ разумеется полностью поддерживали и восхваляли “мирный процесс” и объявили жертв кровавого террора “жертвами мирного процесса”. Над предупреждениями правого лагеря все смеялись и их прогнозы на проникновение террористов в еврейские поселения с целью убийства называли дикими фантазиями. После того как эти сценарии стали реальностью, никто из этих журналистов не признал что был не прав. Вернемся к статье Аси Энтовой.
“Выходили мы на эти демонстрации и детей своих выводили не только потому, что дорожили Землей Израиля и предвидели многочисленные жертвы среди евреев. Мы жалели и арабов, и их детишек, отданных в полную власть привезенных из Туниса бандитов.
Кто жалел тогда арабов, с которыми арафатчики зверски расправлялись – подвешивали вниз головой, отрезали у живых куски тела – еще до того, как начали разбираться с евреями?
Мы и жалели. А сторонники “Осло” только приговаривали: “Они сами виноваты, они с евреями сотрудничали”. Обвинители Израиля, почему вам совсем не жаль арабов, которых убивают сами арабы? Что-то я по этому поводу ничего от таких, как вы, ни тогда, ни сейчас не слыхала.
Ну это ж были Арафат и ФАТХ, – скажете вы. – А в Газе – ХАМАС.
Полистаем еще учебник недавней истории.
До августа 2005 года никаких ракет из Газы не летело, а те болванки, что летели, падали в многострадальных еврейских поселках Гуш-Катифа и Нецарим, долетая максимум до пролетарского Сдерота. Кто решил устроить евреям трансфер и превратить весь сектор Газа в большой заповедник арабского террора? Заповедник с разветвленными тоннелями и заводами по производству ракет. Шарон и державший его за нежные места дипстейт.
Добрейшая, но, может, не очень проницательная женщина, покойная Марина Солодкина, обещала тогда с трибуны Кнессета: “Если они только посмеют, мы их будем бомбить по площадям!”. То есть, если даже она такую возможность предполагала, то более изощренные “архитекторы размежевания” прекрасно понимали, что воспоследует за трансфером евреев. Им не жалко было еврейских “жертв мира”, а уж арабских и подавно.”
Так продолжалось и дальше. СМИ одной рукой критиковали правительство за обстрелы юга и севера, за теракты, с другой критиковали и призывали как можно быстрее их закончить. Раскрутили троих матерей и антивоенные процессы, восхваляли Барака за позорный побег из Ливана и предательство армии Южного Ливана, наших союзников. Пропагандировали его идею “ маленькой умной армии”. Но бомбежки севера и юга, теракты и похищения не прекращались. Они же раскрутили огромную общественную кампанию давления на ПМ по освобождению Гилада Шалита а после 7 октября стали обвинять Нетаньягу в том, что именно он освободил Синуара, при этом удобно забыв про их пропагандистскую кампанию давления.
Послушайте как Бен Каспит в 2022 году убеждает нас, что не будет никакой резни на юге страны.
Почти сразу они стали вторить пропаганде ХАМАСа. Они тут же радостно публикуют хамасовские фейки Паллививуда, такие как в примере по ссылке
Наши левацкие СМИ приняли сторону врага в тот момент, когда стали публиковать и транслировать все требования ХАМАСа Израилю сдаться и прекратить войну. Здравомыслящие объективные журналисты, такие как Амит Сегаль, не устают повторять им, что даже в случае нашей капитуляции террористы не освободят ВСЕХ заложников, но они игнорируют это предупреждение и опять вторят Хамасовской пропаганде, и продолжают служить рупором ХАМАСа не хуже Аль Джазиры.
К счастью, появились другие источники информации которые предоставляют сцену людям с другими взглядами и те, кто раньше безоговорочно верил 11, 12 и 13 каналам, начали сомневаться, задавать вопросы и признавать свою неправоту.
Среди прочего, Либскинд написал левым, что они дискредитируют министра финансов и министра поселений: «Посмотрите, в каких монстров вы превратили Бецалеля Смотрича и Орит Струк. Эти двое были почти единственными в политической системе, кто годами предупреждал о надвигающейся катастрофе. Они предупреждали, когда Ицхак Рабин привез террористическую организацию из Туниса, вооружил ее, дал ей территорию и надеялся, что все закончится хорошо. Они предупреждали, когда Ариэль Шарон решил бежать от террора в Газе и собственными руками создал там государство ХАМАС. И они снова и снова предупреждали, что единственный способ справиться с тем, что происходит в секторе, — это физическое вторжение сил ЦАХАЛа и агрессивное обращение, подобное тому, которое мы вынуждены делать сейчас, пройдя через то, что мы пережили.
В здравом уме нам следовало бы сделать этих двух моделями для подражания. Относиться к ним как к пророкам. Заявлять, что не будет кабинета, в котором они бы не сидели. В конце концов, пока армия, Шин Бет и пресса мечтали и высмеивали их концепции, именно они осознали опасность. И что же произошло на самом деле? Вместо того чтобы принять их, Бени Ганц и Гади Айзенкот, которые были по уши в тех же пагубных концепциях, в которых был погружен Нетаньяху, объявили, что присоединятся к правительству при условии, что Смотрич (и Бен Гвир) не будут сидеть в военном кабинете; Яир Лапид заявил, что он готов присоединиться только в том случае, если Смотрич откажется от своего портфеля; СМИ представляют его и Струк как двух опасных мессианцев — и для всех это звучит логично».
«И когда вы видите все это, вы понимаете, что 7 октября — это не история. Мы — история. Мы, то есть все те, кто голосовал за всех тех, кто вам не нравится. Вы не хотите нас. Избиратели Смотрича, Струк и Бен-Гвира могут заполнить ряды на военных кладбищах, могут записаться в резерв в гораздо большем проценте, чем их доля в населении, могут отправить в Кнессет единственных людей, которые знали, как указать на опасность, и потребовать, чтобы были сделаны правильные вещи перед лицом ее, но в конечном итоге они не легитимны, потому что левые и пресса решили, что они и их избиратели отвратительны. Так должен ли я согласиться с этой кампанией и поддержать отправку их домой?
Если мы положимся на публичные заявления всех членов команды израильской политики, мы можем определить, что если бы не Нетаньяху и Смотрич лидировали в последние полтора года, а Яир Голан или Яир Лапид или Бени Ганц или Гади Айзенкот – Государство Израиль давно бы вывесило белый флаг, прекратило войну и позволило ХАМАСу «объявить о полной победе. Если бы Армия обороны Израиля прекратила боевые действия, когда все эти люди требовали от нас этого, Синуар и Насралла были бы с нами сегодня, Хезболла все еще сидела бы на заборах северных поселений, и даже с помощью сложного телескопа мы не смогли бы увидеть день, когда жители окруженных поселений смогут вернуться в свои дома».
Простите за “лонгрид”, накипело, делюсь важным для тех, кто не знал, или забыл.
***
То, что происходит у нас уже не одно десятилетие и которое достигло уровня национального безумия, называется, одним словом – “Де-мо-кра-тья”, то есть невиданная ни в каком цивилизованном социуме вакханалия узурпации власти невыборными патрициями, именуемая БАГАЦ.
Аарон Барак сейчас в 88 лет
И один человек, который посвятил всю свою жизнь тому, что называется “судебная революция”, или, скорее, узаконенный путч – это никто иной, как бывший Председатель Верховного Суда, а также в бытность правительства Менахема Бегина, юридический советник последнего – Аарон Барак. Человек, который, по слабости и не особо провидческой черте характера премьер-министра Бегина, сыграл одну из наиболее судьбоносных и разрушительных ролей как в истории судебной власти, так в траектории направленности политического вектора в Израиле.
Достаточно вспомнить, как он, будучи советником Бегина на переговорах в Кемп-Дейвид по согласованию условий “мира” с Египтом, предложил формулировку о “законных правах палестинского народа”, от которой до Осло оставалась совсем немного в историческом контексте.
Но мы о ХАОСЕ, а именно о том, с помощью чего и каких последовательных шагов, опять невиданных ни в одной демократической стране, особенно в Америке, Аарон Барак совершил судебный путч и описал его в своем трактате под наглым название “Судья в демократии”.
Когда этот писание попало в поле зрения бывшего Федерального судьи, видного американский юриста и ученого-правоведа и профессора права в Иллинойском университете, Ричарда Познера, последний потерял дар речи.
Но вскоре пришел в себя и сказал – “Когда я учу своих студентов как не надо строить конституционное законодательство, я привожу пример Аарона Барака”
Ричард Познер, продолжил и предложил критическую оценку судебной философии Аарона Барака и его пребывания на посту Председателя Верховного суда Израиля.
В рецензии на книгу Барака “Судья в демократии” Познер знаменито назвал Барака “просвещенным деспотом”, а также “судебным пиратом” подчеркнув свое восприятие доминирующего влияния Барака на израильскую правовую систему.
Вот краткое изложение его ключевых моментов:
Критика судебного активизма:
Познер критиковал то, что он воспринимал как чрезмерный судебный активизм Барака, утверждая, что Барак расширил власть Верховного суда Израиля за пределы надлежащих границ.
Он выразил обеспокоенность по поводу опоры Барака на широкие, абстрактные принципы, такие как “разумность” и “справедливость”, которые Познер рассматривал как позволяющие субъективные и потенциально произвольные судебные решения.
Опасения по поводу судебной власти:
Познер утверждал, что Барак создал такую степень судебной власти, которая была бы сочтена экстремальной даже самыми активными американскими судьями.
Он подверг сомнению подход Барака к Основным законам Израиля, которые Барак рассматривал как имеющие конституционный статус, тем самым ограничивая способность Кнессета отменять их.
Различия в правовых системах:
Познер подчеркнул различия между израильской и американской правовыми системами, утверждая, что подход Барака был “чужд” американским правовым нормам.
По сути, критика Познера была сосредоточена на его убеждении, что судебная философия Барака привела к чрезмерному расширению судебной власти, потенциально в ущерб демократическим процессам.
Вот разбивка масштаба постановлений и доктрин, которые, имел в виду Познер:
1. Устранение критерия “правоспособности на иск” (locus standi):
“Право на обращение в суд” относится к юридическому требованию, согласно которому сторона, подающая иск, должна понести прямой и конкретный ущерб либо иметь достаточно прямой и ощутимый интерес в рассматриваемом деле. Это обеспечивает рассмотрение судами дел, возбужденных сторонами, которые действительно затронуты данным вопросом.
Барак значительно либерализовал правила правоспособности на иск, позволив частным лицам и организациям обращаться в суд, даже если они не имели прямого личного интереса в исходе дела.
2. Расширение юрисдикции (все подсудно):
Расширение круга подлежащих судебному разбирательству вопросов: Барак утверждал, что практически любое правительственное действие подлежит судебному пересмотру. Это включало области, традиционно считавшиеся политическими вопросами или находящиеся в исключительной компетенции исполнительной и законодательной ветвей власти, такие как приказы о призыве на военную службу во время войны.
Это открыло двери для судебных разбирательств под предлогом “общественных интересов” и позволило суду пересматривать гораздо более широкий спектр правительственных действий. Познер рассматривал это как предоставление суду возможности вмешиваться в вопросы, которые ранее считались находящимися вне его компетенции.
3. Принцип “разумности”:
Барак возвел принцип “разумности” в центральный принцип административного права и широко применял его к правительственным решениям. Это позволило суду отменять административные действия, которые он считал “крайне неразумными”, даже если они были юридически допустимы. Познер критиковал это как субъективный стандарт, который давал судьям чрезмерную свободу усмотрения подменять свои политические предпочтения предпочтениями избранных должностных лиц.
4. Конституционная революция и Основные законы:
Возведение Основных законов в конституционный статус: Барак отстаивал интерпретацию Основных законов Израиля (первоначально задуманных как обычное законодательство) как имеющих квазиконституционный статус. Это позволило Верховному суду отменять законы Кнессета, которые он считал несовместимыми с этими Основными законами, фактически предоставив суду право судебного надзора над первичным законодательством – право, прямо не предоставленное законом. Познер рассматривал это как значительное расширение судебной власти без четкого демократического мандата.
“Неперечисленные права”: Барак утверждал, что Основные законы подразумевают признание неперечисленных прав помимо тех, которые прямо указаны, которые суд затем мог бы обеспечивать. Это еще больше расширило сферу судебного вмешательства на основе принципов, прямо не закрепленных в законе.
5. Роль Генерального прокурора:
Барак значительно укрепил роль Генерального прокурора (он же юридический советник правительства), установив эту должность как независимый юридический орган, который мог признавать правительственные действия “неразумными” и, следовательно, незаконными, причем такие решения не подлежали судебному пересмотру. Барак сделал это абсолютно ложным и обманным путем, утверждая, что подобное толкование якобы прозвучала в выводах комиссии Агранта, которое на самом деле было совершенно обратным, то есть установило статус советника как исключительно совещательный.
Познер рассматривал это как еще один пример концентрации чрезмерной власти вне прямого контроля избранного правительства.
Влияние Аарона Барака на израильское право глубоко связано с его интерпретацией и применением Основных законов Израиля, особенно после того, как Кнессет принял определенные ключевые законодательные акты “Основного закона: Человеческое достоинство и свобода” и “Основного закона: Свобода занятия профессией” в 1992 году в период кризиса правительства Шамира, как говорится, “под покровом ночи” большинством голосов 32 за, 21 против!!!
Эти законы, предназначенные для кодификации основных прав, предоставили Бараку правовую основу для продвижения его “конституционной революции”, что значительно изменило правовой ландшафт в Израиле.
Барак интерпретировал эти Основные законы как имеющие квазиконституционный статус, что предоставило Верховному суду право пересматривать и, при необходимости, отменять законодательство Кнессета, которое им противоречило.
Эта интерпретация вызвала споры, поскольку критики утверждали, что Кнессет не намеревался, чтобы эти Основные законы имели такие далеко идущие конституционные последствия.
Влияние на судебную власть: Эта интерпретация значительно расширила полномочия Верховного суда, позволив ему оказывать большее влияние на законодательные решения.
Что подорвало разделение властей, предоставив судебной власти чрезмерный контроль над законодательным процессом.
По сути, подход Барака, основанный на Основных законах 1992 года, привел к значительному изменению баланса сил между судебной и законодательной ветвями власти в Израиле.
Но основной свой труд в размере 6 томов по 1000 страниц каждый Аарон Барак посвятил судебно-правовой алхимии под названием Трактат о толковании законов:
В котором постановил, что роль судей заключается в формировании смысла законов, и этот аспект его юриспруденции был особенно спорным. Он сформулировал точку зрения, согласно которой законы – это не статические тексты, а скорее рамки, требующие судебного толкования для их применения к конкретным делам.
То есть “Рамочное” представление о законе: Барак утверждал, что законы часто пишутся в широких и общих терминах, оставляя место для толкования.
Он считал, что судьи несут ответственность за заполнение пробелов и определение конкретного смысла законов в свете ценностей и принципов правовой системы.
Эта точка зрения подразумевала, что судьи обладают значительной степенью усмотрения в том, как они применяют закон.
Активная роль судей: Философия Барака продвигала активную роль судей в формировании закона, а не чисто пассивную.
Он считал, что судьи должны не просто применять буквальный смысл текста, но также учитывать цель закона, его основные ценности и его влияние на общество.
Критика: Критики утверждали, что этот подход давал судьям чрезмерную власть навязывать свои личные взгляды и ценности закону, потенциально подрывая верховенство закона и разделение властей.
Они выражали обеспокоенность тем, что это создавало неопределенность и непредсказуемость в правовой системе, поскольку смысл законов мог варьироваться в зависимости от толкования судьи.
Идея о том, что судья может толковать любой закон, вызвала обеспокоенность тем, что судьи создают законы, а не Кнессет.
Многие, кто выступал против его взглядов, считали, что это позволяет судьям выносить решения, основываясь на их личном мировоззрении, а не на законе.
“Целевое толкование”: Барак выступал за “целевое толкование” закона, которое предполагает рассмотрение предполагаемой цели законодательства.
По сути, представление Барака о законах как о “рамках” и его акцент на целевом толковании привели к значительному расширению судейского усмотрения, которое некоторые рассматривали как подрыв традиционной роли законодательной власти и принципа правовой определенности.
Все вышесказанное, имеющее целью просто напомнить вам некоторые моменты истории правового имаго метаморфоза, родившего конституционный хаос и катастрофу, в которой мы находимся.
А вот о практических моментах этого “правоприменения” вам подробно и литературно остро расскажет вторая часть “мини серии” в изложении непревзойдённой Ирит Линур.
*
ЭТО НЕ КОНСТИТУЦИОННЫЙ КРИЗИС — ЭТО ХАОС.
№2
Здесь представлен наглядный и практический пример того, как “просвещенный деспотизм” Аарона Барака, описанный в части №1 нашел практическое применение в повседневной порочной практике БАГАЦ . Как без зазрения совести и не гнушаясь ничем, в том числе полным отсутствием разъяснения логики и правовых аргументов своему “электорату”, нынешняя оппозиция имеет нас по полной в нескончаемой череде возмутительных “атирот ле БАГАЦ”, подобного которому нема ни в одной цивилизованной стране.
А вы еще спрашиваете откуда у Либермана 16 мандатов, он просто знает кто его люди и сколько у них извилин, поэтому не утруждается с аргументами.
*****
Ирит Линур в программе “Патриотим” на 14 канале. 11 июня 2025
Теперь, когда власть «стражей» сменила демократию — власть народа через избранных представителей — можно откинуться в кресле и понаблюдать за результатами.
Полномочия премьер-министра давно урезаны: из-за конфликта интересов (читай: расследования, предъявленное обвинение и судебный процесс) ему запрещено заниматься судебной реформой.
Нетаньяху принял это, как ранее смирился с ограничением своих полномочий в вопросах, касающихся СМИ.
Возможно, это выглядит чисто и красиво — для тех, кто верит в безупречность «стражей» и считает, что у них нет политических взглядов и личных интересов.
Но в демократии премьер-министр избирается для того, чтобы заниматься всеми вопросами, стоящими перед правительством. Он не должен покидать зал заседаний только потому, что судебная система — та самая, что уже три срока подряд разбирается с делом о сигарах и “чрезмерной благосклонности”, — занята рассмотрением очередного эпизода.
Министр национальной безопасности на этой неделе также согласился на ограничения, наложенные юридическим советником правительства: он может определять политику — но издалека, лишь в общих чертах. Поэтому ему ни в коем случае нельзя приказывать начальнику полиции, который ему подчинён, разогнать протестующих друзов, часами блокировавших шоссе №6. Если бы он осмелился это сделать — юридический советник немедленно присоединился бы к искам о его увольнении.
“Стражи” могут запрещать, отменять, аннулировать — но одного они не могут: управлять. Для этого и избирается правительство — исполнительная власть. Кнессету уже давно фактически запрещено принимать законы. Формально — можно, но только если представить итоговый конспект на утверждение БАГАЦ.
Сам БАГАЦ прекрасно охраняет “вход” — не дай бог демократия проникнет в закрытый клуб.
Но когда он приказывает улучшить условия содержания заключённых, он сам утром на смену в тюрьму «Сде-Тейман» не выходит.
Такова особенность этих «стражей»: срок их полномочий дольше, чем у избранных лиц, ответственности они не несут и выполнять решения не обязаны.
Они и не хотят.
Они сидят рядом с водителем и указывают ему, куда ехать. Может, они и знают, как проложить маршрут — или им кажется, что знают — но водительские права никто из них так и не получил.
Обсуждение дела Ронена Бара (глава ШАБАК) даёт интересный взгляд на утопию верховенства БАГАЦ над избранными лидерами. Речь идёт не только об отмене его увольнения, но и о вмешательстве в процесс общения между правительством и главой службы, которого оно уволило единогласно, как положено по закону.
В коротком временном постановлении суд запретил правительству ограничивать полномочия Бара, назначать ему замену или отклоняться от “принятых норм взаимодействия” с ним и с ШАБАКом.
Когда позже правительство попросило отменить этот запрет и разрешить увольнение — суд ответил категорическим отказом, добавив для успокоения: “Нет оснований утверждать, что у правительства отняты полномочия в сфере безопасности. Оно по-прежнему отвечает за принятие решений в этих вопросах, а судебный контроль над назначением, даже столь высокопоставленным, ничуть этого не умаляет”.
Любопытно: решение БАГАЦ — это последняя инстанция. Он запрещает увольнение и диктует правила взаимодействия с тем, кого уже хотели уволить. И всё же — полномочия правительства, якобы, не пострадали. Ни на йоту.
Всё это выглядит красиво, но так невозможно управлять государством права.
ЗАКОН ДОЛЖЕН БЫТЬ ОСНОВОЙ, А НЕ ПРЕДМЕТОМ ПОСЛЕДУЮЩЕЙ ИНТЕРПРЕТАЦИИ.
ЕСЛИ ТЫ НЕ ПРЕВЫСИЛ СКОРОСТЬ — ТЕБЯ НЕЛЬЗЯ ШТРАФОВАТЬ ЗА ПРЕВЫШЕНИЕ.
ЕСЛИ У ЧЕЛОВЕКА ЕСТЬ ДОКУМЕНТЫ, ПОДТВЕРЖДАЮЩИЕ ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ НА КВАРТИРУ, УНАСЛЕДОВАННУЮ ОТ РОДИТЕЛЕЙ, В КОТОРОЙ ОН ЖИВЁТ 40 ЛЕТ — СУД НЕ МОЖЕТ ПОДСЕЛИТЬ ЕМУ ЖИЛЬЦА НА БАЛКОН.
ЭТО НЕ КОНСТИТУЦИОННЫЙ КРИЗИС — ЭТО ХАОС.
Правление БАГАЦ превращает все законы в условные. Любое действие правительства висит в воздухе до решения суда. Любое назначение, любое увольнение, даже проведённое строго по закону — под вопросом. Любой закон, даже основной, даже принятый квалифицированным большинством — черновик на рецензию в БАГАЦ.
Забудьте о вопросе “подлежит ли это рассмотрению в суде?” — мы давно за этим рубежом. Если всё — предмет толкования, если только судьи имеют право окончательного прочтения — то даже сам суд не всегда понимает, на чём основано его решение. Что уж говорить об обычных гражданах.
Любая НКО, которая возомнила себя совестью нации и подаёт петицию против очередного шага правительства — может добиться его отмены через БАГАЦ.
К петиции против увольнения Бара присоединились партии «Кахоль-лаван», «Еш Атид», «Исраэль Бейтейну» и «Авода».
Зачем же они вообще участвуют в выборах? Лучше бы создали свою НКО или вступили в “Движение за качество власти” — оно уже отменяет законы эффективнее, чем все четыре партии вместе взятые.
В письме о своей отставке Бар просит суд расширить власть суда ещё больше. «Необходимо прояснить институциональные гарантии, которые позволят каждому главе службы исполнять свои обязанности — в соответствии с правительственной политикой, на благо общества, но при этом — независимо и без давления».
Независимый и свободный от давления глава ШАБАК, по определению, не подчиняется правительству. Это парадокс, который БАГАЦ, конечно, способен разрешить — не нарушая при этом полномочий правительства ни на йоту, разумеется.
Но в реальности такой конструкции просто не существует.
———–
КАПЛАН -РЕКЛАМНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ, ОТКЛОНЁННОЕ ПЕРЕД 7 ОКТЯБРЯ
1. Разоблачение: После резни 7 октября в интервью проектор протеста Каплана, Илан Шилох, раскрыл поразительную историю. В серии его реклам, предсказывающих нападение ХАМАСа (“Провал 73, Разрушение 23”), одна реклама была отклонена как “чересчур радикальная”, по мнению СМИ. В заголовке этой рекламы было написано: “Вы всё покрываете — и тысячи погибнут”, а также: “Великий кризис в ЦАХАЛ — по вашей вине”. Шилох выражает сожаление, что знал: тысячи погибнут в результате кампании, призывающей к отказу от службы, но ему не дали возможности предупредить. Это свидетельство в интервью с Гаем Рольником (канал Кан 11) помогает обществу сложить пазл ночи 7 октября, включая ШАБАК, ЦАХАЛ и протест Каплана. По словам Шилоха, он понимал силу движения отказников, осознавал, как отреагирует враг, и знал, что цена будет высокой — в человеческих жизнях.
2. Эта реклама Каплана, которая была опубликована в других вариантах, похожих по содержанию, с теми же пугающими заголовками, задним числом доказывает, что движение Каплана действовало методами военного подполья.
Оно предупреждало: если их политические требования не будут выполнены — армия будет парализована, и погибнут граждане.
Однако у подполья Каплана были связи с ШАБАКом: муж Шикмы Бресслер (одной из лидеров протеста), главы ШАБАК, которые дружили с движением «Братья по оружию», а также глава ШАБАК Ронен Бар,
(который провёл угрожающий разговор с журналистом Бардуго.)
В то время как широкая публика видела в протестах Каплана просто левую демонстрацию, перешедшую границы демократии, на деле это было нечто гораздо более устрашающее. Сами протесты были лишь маркетинговым подразделением более глубокой и опасной деятельности.
3. Список VIP-персон, поддержавших и публично высказавшихся в пользу Каплана, также должен был бы зажечь красный свет: Эхуд Барак, Боги Яалон, Ами Айалон, Эхуд Ольмерт, Юваль Дискин, Надав Аргаман, Тамир Пардо, Аарон Барак, Яир Голан, Эстер Хают, Гали Бехарав-Миара, Дорит Бейниш.
Бывший глава ШАБАК Надав Аргаман уже был допрошен полицией по подозрению в угрозах в адрес премьер-министра. А экс-глава ШАБАК Йорам Коэн — ещё один пенсионер от службы безопасности, который вдруг решил обрушиться с резкой критикой на Нетаньяху.
Бывшие высокопоставленные фигуры из системы безопасности возглавили процесс давления, чтобы правительство испугалось и отступило.
4. Прогноз миллионера-рекламщика Шилоха — «тысячи погибнут» — нужно связать с упомянутыми иконическими фигурами, почти каждая из которых является опорой движения Каплана. К ним следует добавить и твиты Шикмы Бреслер: «В сентябре не будет армии, ШАБАКа и Моссада» и что «Израиль будет слеп в Ближнем Востоке». Всё это — параметры в цепочке обстоятельств, которые прямо и осознанно привели к 7 октября.
(Как известно, Ронен Бар звонил обозревателю Яакову Бардуго и просил не раскрывать, что муж Бреслер — сотрудник ШАБАКа. Это указывает на скрытый интерес главы ШАБАК в успехе протеста).
Это тот самый Ронен Бар, который, по сути, усыпил систему в момент, когда ХАМАС прорвался в Израиль. И теперь вся старая, высокомерная элита сплотилась, чтобы защитить главу ШАБАК 7 октября — как одного из «своих».
Простая математика.
5.. Реклама «Тысячи погибнут», даже если бы и была опубликована, вряд ли что-то изменила бы.
Как наивные люди, мы не были способны приписать нашим политическим противникам тот уровень жестокости и зла, который они сами спокойно готовы приписать себе.
Говорят, что дьявол не только умеет существовать среди нас хитроумно, но и убеждать нас, что его вовсе не существует.
7 октября общество очнулось к катастрофе всех времён, но правовая система осталась там же и отказ от службы снова набирает обороты.
Сегодня ведётся новая кампания по отказу от службы. Лидеры протеста (снова!!!) призывают отказываться служить — в то время как ЦАХАЛ срочно мобилизует десятки тысяч солдат на передовую.
Общество вне себя от ярости, но правовая система не реагирует.
Эхуд Барак говорит: «Я призываю к гражданскому неповиновению, не знаю, сколько погибнет с каждой стороны» — в эфире у Мории Ашраф на 13 канале.
А Гали Бахарав-Миара (генпрокурор) позволяет тьме продолжать существовать — как будто это не наша судьба как страны, окружённой угрозами со всех сторон, а кино.
6. На социологическом уровне в израильском обществе происходят противоположные процессы.
Правый лагерь осознаёт, что он — большинство на ближайшие годы, и стремится к легитимности, чтобы эффективно управлять в рамках закона.
А у лагеря Каплана и радикальной левой больше нет интереса в легитимности — он проходит процесс гангстеризации, исходя из предположения, что еврейский электорат уже утерян, и остаться актуальным можно только через юридический переворот (отстранение премьер-министра) или через военный и политический насильственный переворот (гражданская война).
В этом хаосе, к которому общество относится очень эмоционально, мы видим, как писатели и поэты ругаются, как на базаре, в защиту Ронена Бара, а министр Бен Гвир, напротив, переписывается с Миарой, как “пай-мальчик из Иерусалима”.
Смена элит.
7. Напоминаю, что лидер движения «Каплан» Шикма Бреслер подала против меня политический иск с целью запугивания (SLAPP-иск) на сумму в четверть миллиона шекелей, и при этом она продолжает своё агрессивное протестное движение, подрывающее сдерживающую силу Израиля — даже во время войны.
Вы можете помочь мне победить в суде против Бреслер, отправив пожертвование через Bit по номеру 0544-564-886.
Спасибо всем щедрым сторонникам.
Вы не просто хотите заменить премьер-министра – вы хотите изгнать его. Силой. С подстрекательством. Агрессивно. Представляя его как монстра, членов коалиции – как сумасшедших, а их избирателей – как нелегитимных.
Многие мои друзья, левые и сторонники оппозиции, с удивлением и почти ежедневно спрашивают: “Почему такие, как ты, так сплоченно поддерживают премьер-министра? Что хорошего вы в нем находите? Как вы можете поддерживать такое правительство? Не кажется ли вам, после 7 октября, что пора ему уйти?”
Братья мои, люди левых взглядов, и все, кто считает себя политическими оппонентами этого правительства, – этот текст написан для вас. Вы – его целевая аудитория. Чтобы попытаться помочь вам понять нас, правых, которые сейчас не спешат требовать отставки Нетаниягу и роспуска правительства, даже после той страшной катастрофы, я попытаюсь на короткое время провести для вас экскурсию по нашему сознанию.
Прежде всего, краткое вступление: я никогда не был ярым поклонником Биньямина Нетаниягу. Я признаю его сильные стороны, я признаю его слабости, я много критиковал его в прошлом, и около пяти лет назад я поделился здесь с вами своими чувствами, что ему пора было уйти. Я против многих решений правительства, мне неприятны многие высказывания членов коалиции. Меня отталкивает страсть к конфликтам. Мне не нравится, что премьер-министр продолжает ссориться с политическими противниками в те дни, когда большинство граждан обеспокоены судьбой сыновей, которых он отправил на фронт. Если бы он спросил меня, я бы уже давно посоветовал ему не бояться сказать “на мне ответственность” и время от времени приезжать в приграничные поселения и разговаривать с людьми, пережившими ужас. Так почему не сказать – хватит?
Что ж, я начну ответ на все эти вопросы с цитаты из той же колонки 2020 года, в которой я рекомендовал Биньямину Нетаниягу уйти в отставку, и в этом отрывке я изложил свои личные переживания по этому поводу. “Я предполагаю, что некоторые читатели, особенно из лагеря сторонников премьер-министра, – писал я тогда, – воспримут призыв к Нетаниягу покинуть свой пост как своего рода капитуляцию. Капитуляцию перед прессой, которая кричит о подстрекательстве, но не колеблется сравнивать его с Адольфом Гитлером. Капитуляцию перед журналистами, которые шокированы его нападками на прокуратуру и полицию и которые сами были самыми большими хулителями прокуратуры и полиции, когда те действовали против Эхуда Ольмерта. Капитуляцию перед невнятным стилем речи таких людей, как Буги Яалон и Яир Голан, которые когда-то воспитывали солдат, а сегодня – во имя государственности – не перестают на них клеветать. Капитуляцию перед бесчестным поведением полиции и прокуратуры”. “И да”, добавил я, “я также слышу голоса, подобные голосу моего брата и друга Эреля Сегаля, который объясняет мне, что если эта подстрекательская и бесчестная война против Нетаниягу увенчается победой – то есть, если Нетаниягу вернется домой, – то такова будет судьба каждого правого премьер-министра, с сегодняшнего дня и до конца всех поколений”. “Нетаниягу – это символ”, – снова и снова объяснял он мне. Для его противников он и есть “правые”. “Честно говоря, – признался я в той колонке, – я не уверен, что знаю, как сказать генералу, что он неправ”.
С тех пор это стало только более очевидным. Даже если можно вести дискуссии – быть за или против Нетаниягу, становится все труднее спорить с актуальностью того, что сказал тогда Сегаль: в борьбе против Нетаниягу и его коалиции почти нет ничего сущностного.
Когда Нетаниягу был избран в 1996 году, его изображали злодеем, и с тех пор его изображали злодеем в каждой предвыборной кампании. Таким его изображали до правовой реформы, таким его изображали и после того, как она была сорвана. Так его изображали до 7 октября, так его изображали после 7 октября. Ни на минуту он не получил объективную оценку своих действий. Его недоброжелатели – в прессе и на левом фланге – изображали его как опасного врага с самого начала. И с тех пор, каждое утро, они находят новые поводы и предлоги.
Скажем кратко: призывать к роспуску правительства в нынешних условиях – при постоянной подстрекательской кампании, насилии на улицах, односторонней ненависти в СМИ, оппозиции, которая одной рукой хочет сдаться ХАМАСу, а другой – угрожает отомстить правым, если те вернутся к власти – это то, чего разумный человек с правыми взглядами не скажет.
Потому что если бы вы рассуждали по существу и пытались убедить людей, почему недостатки Нетаниягу перевешивают его достоинства и почему после стольких лет пришло время попробовать что-то другое, мы могли бы устроить дискуссию и относительно некоторых аргументов даже прийти к согласию. Но в том-то и суть, что вы не хотите убеждать Нетаниягу, что ему не следует оставаться на своем посту. Вы хотите уволить его с должности. Его и его соратников. И вы делаете это всеми возможными способами, без красных линий, когда развал армии и призывы к резервистам отказаться от службы – для вас допустимы, если они помогут вам достичь цели. Нельзя допустить, чтобы восторжествовал выбранный вами способ попытаться заменить избранное правительство и, в не меньшей степени, избирателей этого правительства, многих очень хороших граждан Израиля, вся вина которых в том, что они думают не так, как вы.
Делегитимация как норма
Всем тем, кто указывает на Нетаниягу и говорит: “Ты во главе, ты виноват”, и требует выборов – у меня один вопрос: допустим, выборы состоятся, и он снова победит. Вы признаете его легитимным премьер-министром или продолжите относиться к нему как сейчас? Перестанете ли вы называть его “предателем”?
Признайтесь: вам не нужно был 7 октября, чтобы отрицать его легитимность. Почему я спрашиваю? Потому что если для вас он в любом случае не может быть премьером, независимо от того, что решают избиратели – как откровенно признал бывший глава ШАБАК Надав Аргаман – то в чем тогда смысл выборов? Чем вы отличаетесь от ребенка, который снова и снова кидает кубики, пока не выпадет нужная грань?
Знаете что? Допустим, Нетаниягу уходит, кто-то другой занимает его место. Например, Ярив Левин. Вас это устраивает? Нет. Он ведь продвигал реформу, то есть “государственный переворот”. Хорошо, убрали и его. А как насчет Дуди Амсалема? Йоава Киша? Мири Регев? Шломо Караи? Тали Готлиб? Нисима Ватори? Нира Барката? Галит Дисталь-Атбарьян? Боаза Бисмута? Почти всех членов нынешней коалиции – 68 депутатов – вы преследуете на улицах, на мероприятиях, в кафе, считая их нелегитимными. Может, дело не в Нетаниягу? Может, вы просто не принимаете никого, кого выбирают “ликудники”?
Проблема – не в лидере. Проблема – в народе. Другими словами: может, ваша проблема не с лидером “Ликуда”, а с его избирателями и их предпочтениями?
Селекция: Ганц и Айзенкот
Призыв к отставке этого правительства, на фоне происходящего за последние полтора года, – это капитуляция перед лживым нарративом, который оппозиция – в прессе, на улицах и в Кнессете – пытается навязать относительно событий 7 октября. В Израиле уже много лет действует негласное правило: если ты с Нетаниягу – ты злодей. Если ты против него – ты герой.
И вот Герци Халеви, который отвечал за охрану границы в то страшное утро, уходит из ЦАХАЛа под ваши дружеские объятия. Ронен Бар, глава ШАБАКа, не давший предупреждение, которое могло бы предотвратить крупнейшую резню в истории страны – преподносится как борец за “надлежащее управление”, хотя сам цепляется за кресло.
А Нетаниягу? Он глава, и он виноват. Только он. Это правда, нет никаких сомнений в том, что премьер-министр несет ответственность за все, что происходит под его руководством, но разве это Биньямин Нетаниягу должен был слушать Яхью Синуара ночью, чтобы знать, что тот планирует? Разве кто-то ожидал, что он лично приедет в Беэри в утро Симхат Тора, чтобы спасти людей из бомбоубежищ? А вот от Халеви и Бара – ожидали. И если после провала ШАБАКа и исчезновения ЦАХАЛа, Нетаниягу остается единственным “злодеем” 7 октября в глазах прессы – той самой, что сама была рупором ложной концепции – значит, тут нет и тени честности.
И это не только история Нетаниягу и “Ликуда”. Посмотрите, в каких монстров вы превратили Бецалеля Смотрича и Орит Струк. Эти двое были (почти) единственными в политической системе, кто годами предупреждал о надвигающейся катастрофе. Они предупреждали, когда Ицхак Рабин привез террористическую организацию из Туниса, вооружил ее оружием, дал ей территорию и надеялся, что все закончится хорошо. Они предупреждали, когда Ариэль Шарон решил бежать от террора в Газе и собственными руками создал там государство ХАМАСа. И они снова и снова предупреждали, что единственный способ справиться с тем, что происходит в секторе Газа, – это вторжение ЦАХАЛа и агрессивное давление, подобное тому, которое мы оказываем сейчас, пройдя через все то, что нам пришлось пережить.
В здравом уме нам следовало бы сделать этих двух образцами для подражания. Относились к ним как к пророкам. Они должны быть в любом кабинете. В то время как армия, ШАБАК и пресса дремали и насмехались над их взглядами – они были единственными, кто видел опасность. И что произошло на самом деле? Вместо того чтобы нести их на руках, Бени Ганц и Гади Айзенкот – погруженные по уши в те же провальные концепции, что и Нетаниягу – заявили, что они войдут в правительство только при условии, что Смотрич (и Бен-Гвир) не будут в военном кабинете. Яир Лапид тоже заявил, что согласится присоединиться только если Смотрич откажется от своего портфеля. Пресса выставляет Смотрича и Струк как опасных мессианских фанатиков. И все воспринимают это как норму.
Когда видишь все это, понимаешь: 7 октября – не суть вопроса. Мы – суть. Мы – то есть все, кто проголосовал за людей, которых вы не любите. Вы не хотите нас. Избиратели Смотрича, Струк и Бен-Гвира могут заполнять ряды на военных кладбищах, могут служить в резерве в пропорциях, превышающих их долю в населении. Они могут отправлять в Кнессет тех, кто единственные видели опасность и требовали действий. Но в итоге – они не легитимны. Потому что левая пресса и политический лагерь решили: они и их избиратели – изгои. И что, мне теперь соглашаться с этим и помогать выгонять их?
Я снова и снова перечислял недостатки Нетаниягу в этом тексте. Многие из них касаются его политики в отношении палестинцев и ХАМАСа, катарских денег, чрезмерной зависимости от “Железного купола” и многого другого. Но есть факт, который важно понять: концепцию, в рамках которой и вы, и Нетаниягу считали возможным позволить врагу жить в метре от наших населенных пунктов, невозможно исправить задним числом. Но можно глядеть вперед, в будущее. И здесь, после 7 октября, именно Нетаниягу выглядит как один из немногих, кто осознал происходящее.
Если опереться на публичные заявления всех ведущих политиков Израиля, можно сказать: если бы в последние полтора года страной руководили не Нетаниягу и Смотрич, а Яир Голан, Яир Лапид, Бени Ганц или Гади Айзенкот – Израиль давно бы уже поднял белый флаг. Война была бы остановлена, и ХАМАС уже объявил бы себя победителем. Если бы ЦАХАЛ прекратил боевые действия, как требовали все эти люди, – Синуар и Насралла все еще жили бы рядом с нами. “Хизбалла” все еще сидела бы у заборов северных поселений и даже в мощный телескоп мы не смогли бы увидеть день, когда жители приграничных поселков смогут вернуться домой.
Недееспособность – это переворот
Я слышу, как вы, друзья мои на левом фланге, возмущены языком, грубостью и тоном многих членов коалиции. И во многом я с вами согласен. Мне тоже это не нравится. Но вот что: из-за усилий израильской прессы скрыть то, что ей неудобно, большинство людей в стране даже не знают, что на ваших митингах премьер-министра регулярно сравнивают с Гитлером, что вы называете его “предателем” и “палачом”, и что призывов к его убийству – не сосчитать.
Только на этой неделе я видел видео, где одна женщина-врач, ставшая героиней “газеты всей страны” и получившая фото на обложке, стоит на сцене, и, под аплодисменты публики, называет Нетаниягу и его правительство “предателем и проклятыми пособниками” и обещает: “Мы привлечем к ответственности всех, одного за другим, до последнего. Они будут привлечены к ответственности за преступления, которые они совершили против израильского общества и против человечности”. Она призывает “раздавить голову змеи” и “свергнуть диктатора”. Говорит, что это не произойдет “посредством вежливых демонстраций”, потому что “мы боремся с преступной организацией”.
Если бы не 14-й канал и активисты, которые публикуют эти видео в соцсетях, 99% таких заявлений остались бы неизвестны. Как и тот призыв с другой трибуны: “приготовить петлю для Нетаниягу и его жены”. Почти ничего из этого не появляется ни на одном канале, кроме 14-го. Потому что остальным каналам все это просто неинтересно, если это не служит цели – свержения правительства. И если путь к этой цели проходит через сокрытие реальности от граждан – у большинства СМИ с этим нет никаких проблем.
Когда я вижу эти кадры, слышу эти речи – полные подстрекательства – неделю за неделей, я понимаю: роспуск правительства в таких условиях – это капитуляция перед этим безумием. Это касается и уличных протестов, и телестудий, где Нетаниягу изображают монстром, а его министров – как людей, которым плевать на государство, на заложников, которые ради политических интересов отправляют солдат на смерть.
И учитывая этот фон, любой, кто сейчас призывает к отставке премьер-министра, должен знать, что он единолично устанавливает эти стандарты как достойную норму, которая отныне будет сопровождать Государство Израиль. Потому что заявлять, что это правительство должно уйти домой, несмотря на столь безудержные нападки на него, означает нормализовать все то безумие, в которое вы нас втянули в последние годы. Жестокие нападения на членов Кнессета и министров, преследования и притеснения каждого из них по всему миру и попытки сорвать каждое незначительное мероприятие, в котором они участвуют.
Если у вас есть доводы против правительства – я готов слушать. Иногда даже соглашаться. Но если это ваш способ борьбы – у людей вроде меня нет интереса быть с вами. Когда избранным депутатам, за которых я голосовал, угрожают убийством – и это даже не проходит в новостные выпуски – я понимаю: мы живем в мире, где факты не важны, реальность не имеет значения, в мире, в котором правые политики и их избиратели для вас ничего не значат, мире, где власть можно сменить силой, мире без красных линий, где все допустимо, если это служит вашим политическим целям.
На этой неделе я увидел письмо, в котором депутат Кнессета Мерав Коэн от партии “Еш Атид” просила Кнессет заявить о своей приверженности проведению свободных выборов. Вы понимаете, что ее беспокоит? Она и председатель ее партии считают Биньямина Нетаниягу и избранное правительство нелегитимными. Она и председатель ее партии уже несколько лет отказываются принять волю избирателей, но их беспокоит то, что правые не допустят проведения следующих выборов.
Возьмем, к примеру, историю с недееспособностью – это государственный переворот, которая слишком долго была на устах у слишком многих людей. “Недееспособность” – это просто другое слово для переворота. Нет другого способа назвать ситуацию, когда народ избирает правительство и премьер-министра, а кто-то решает, что можно выбросить голоса миллионов в мусор – потому что ему не нравится результат и сделать это, сетуя на состояние демократии. Так что любой, кто хотя бы мыслит в этом направлении, участвует в антидемократическом насилии. Он показывает, что у него нет проблемы ни с политикой, ни даже с премьером. Проблема у него – с народом, который хочет именно эту политику и именно этого премьера.
Народ скажет свое слово
И есть еще кое-что, что заставляет таких людей, как я, откладывать следующие выборы как можно дольше. Это – ваши политики. Да, я признаю, что боюсь того, что они сделают после выборов, если придут к власти. На этой неделе я увидел заявление, опубликованное организацией журналистов после публикации “Всемирного индекса свободы прессы”, в котором выражается обеспокоенность ухудшением положения свободной прессы в Израиле при нынешнем правительстве. Я не знаю людей, ответственных за этот индекс, поскольку они не живут с нами, но кое-что я знаю.
Я знаю, что петицию о закрытии “Аруц 7” подали левые депутаты. Я знаю, что петиции против радио “Галей Исраэль” подавали левые организации. Я знаю, что “закон против “Исраэль ха-йом”” – единственной альтернативной ежедневной газеты – продвигали не “бибисты”. Я знаю, кто угрожает сегодня 14-му каналу – Яир Лапид и Яир Голан. Так что не нужно нам рассказывать о демократии. В конце концов, я боюсь, что если они придут к власти – они заткнут рот огромной части общества.
Вот почему мне подходит это правительство. На фоне всех его недостатков, оно мне ближе, потому что Яир Голан и Яир Лапид меня пугают. Я не хочу помогать им уничтожать правую прессу. Я не хочу, чтобы они закрывали школы подготовки к армии, которые им не нравятся – как они обещали. Я не хочу, чтобы они “исправляли” религиозное сионистское образование – как пообещал новый кумир левых.
Если народ выскажет свое мнение на выборах, когда они состоятся, то это будет демократическим способом принятия решений. До тех пор решение о роспуске правительства – на фоне безумия на улицах, на фоне разгула подстрекательства против премьер-министра, на фоне безудержной кампании в СМИ, стремящейся представить членов избранной коалиции как нелегитимных, – было бы официальным заявлением о ликвидации израильской демократии и объявлением половины граждан страны гражданами второго сорта.
Источник: Walla
Перевод: Гарри Резниковский
***
13 мая
Миха Коби, бывший высокопоставленный сотрудник Шабака, прослуживший 34 года
.
Опубликовано 11.6.2025, 13:15 Обновлено 11 июня в 22:06
В ФБ очередной ср@ч по поводу поста мадам, которой жалко газовских детишек. И виноватит она, конечно, Израиль. А ей отвечают – виноват ХАМАС и приведшее его к власти подхамасовское население. Неконструктивный диалог получается.
Мне тоже жалко детишек. И взрослых жалко. И ХАМАС, конечно же, виноват. И, согласна, евреи тоже во многом виноваты. Вот только не надо всех поголовно евреев виноватить, скопом, хоть мы к этому и привычные.
А давайте попробуем разобраться КТО из евреев и В ЧЕМ виноват. А для этого не достаточно умильно лить слезки над жалостной картинкой, а нужно хоть немножко, хоть по наслышке знать историю вопроса.
До проклятого “договора Осло” (1993) я спокойно ездила через Калькилию и Шхем и гуляла по прекрасному берегу моря в секторе Газа. Интифада захлебнулась, могли, конечно, изредка камень бросить, но было спокойнее, чем сейчас в Европе.
Кто завез террористов в “Газу и Йерихон сначала”? Кто завез, те и виноваты в сегодняшних жертвах: Перес, Рабин и далее по списку. А НЕ виноваты те, кто демонстрировал против, рискуя своим здоровьем, карьерой и свободой. Многие из моих родных и друзей, кричавших на тех демонстрациях “не давайте им оружие”, познакомились тогда с израильской тюрьмой и безжалостной судебной системой, выматывающей тебя многочисленными заседаниями, вроде тех, что проходит сейчас наш премьер.
В частности, мой сын, тогда 8-летний, зимой, в холодном Иерусалиме чуть не угодил по мощные ледяные водометы, которые направляли против нас, мирных демонстрантов, не применяющих никакого насилия. А в другой раз мы с ним вполне могли быть затоптанным разгонявшей нас конной полицией или убегающей от нее толпой. Я тогда просто спрятала его за помойными ящиками, благо он был достаточно маленьким. И выходили мы на демонстрации и детей своих выводили не только потому, что предвидели многочисленные жертвы среди евреев. Мы жалели и арабов и их детишек, отданных в полную власть привезенных из Туниса бандитов.
Кто жалел тогда арабов, с которыми арафатчики зверски расправлялись – подвешивали вниз головой, отрезали у живых куски тела – еще до того, как начали разбираться с евреями?
Мы и жалели. А сторонники “Осло” только приговаривали: “Они сами виноваты, с евреями сотрудничали”. Мадам, вам совсем не жаль арабов, которых убивают сами арабы? Что-то я по этому поводу ничего от таких, как вы, не слыхала.
Ну это ж Арафат и ФАТХ, скажете вы. А в Газе – ХАМАС. Полистаем еще учебник недавней истории.
До августа 2005 года никаких ракет из Газы не летело, а те болванки, что летели, падали в многострадальных еврейских поселках Гуш-Катифа и Нецарим. Кто решил устроить евреям трансфер и превратить весь сектор Газа большой заповедник арабского террора? Шарон и державший его за нежные места дипстейт, при содействии прессы абрамовичей, твердивших, что “итнаткутчика” Шарона нужно оберегать как этрог в Суккот. Вот они и виноваты!
Добрейшая, но может не очень проницательная женщина, покойная Марина Солодкина обещала с трибуны Кнессета: “Если они только посмеют, мы их будем бомбить по площадям!”. То-есть, если даже она такое предполагала, то более изощренные “архитекторы размежевания” прекрасно понимали, что воспоследует за трансфером евреев. Им не жалко было “еврейских жертв мира”, а уж арабских и подавно.
А кто НЕ виноват? Центр Ликуда, который освистал Шарона и ликудники, которые в подавляющем большинстве проголосовали на референдуме против “итнаткута”. Оранжевые девочки, которых арестовывали на демонстрациях и подолгу держали в тюрьме без адвоката и передач из дому. Демонстранты, прожарившиеся несколько дней в Кфар Маймоне на летнем солнышке, но не решившиеся неподчиниться окружившей их армии.
Не виноват мой сын, который к тому времени был уже на офицерских курсах, и твердо сказал начальству при всех, что это – нелегитимный приказ, и он выселять евреев не пойдет и своих подчиненных не пустит. Он похоронил тогда свою армейскую карьеру, но когда припекло и понадобилось “пушечное мясо”, его опять позвали в боевые части, рядовым.
И не надо в очередной раз заводить шарманку про то, что отступали и уступали в письпроцессе “не так, как надо” и “все испортил Игаль Амир и злые поселенцы”. Ага, социализм тоже прекрасная штука, только вот строят его всегда “не так, как надо” и с морем крови.
Итак, рождение ХАМАСа из духа “Осло” было легко прогнозируемым вместе со всеми последствиями. Где были вы все, жалельщики газских детишек, когда те гибли как побочные жертвы вооруженной борьбы в Газе ХАМАСа с ФАТХом? Вряд ли вы, мадам, рисковали сунуться туда и понаблюдать за их страданиями. А мы опять писали и выходили на демонстрации и опять предупреждали, не дожидаясь, пока они сообща накинутся на евреев.
И теперь вы смеете обвинять моего сына, который провел уже в общей сложности год в милуиме в этой самой Газе? А ведь у него работа в хай-теке, маленькие дети, одна жизнь в конце-концов…
А мы опять ходим и кричим: “Дайте им уехать! Они этого хотят больше всего на свете. Дайте им увезти оттуда своих детей! ” Но мадам юрсоветница Миара не разрешает созданному решением правительства отделу эмиграции спасать деток от войны. Может вы на нее обратите свой праведный гнев? Я уж не говорю о всех тех де-генералах и прочих капланистах, которые боятся или намеренно не дают воевать эффективно, быстро победить и избавить нас и арабов от ХАМАСа.
Так что давайте сначала разберемся, кто из евреев и в чем виноват, а потом уже будем ахать и охать и возводить кровавые наветы.
Я на берегу моря в Шират а-Ям (Гуш Катиф)
10 ава 2005 г. в Неве Дкалим (“столице” Гуш Катифа)
Эта история – первая из задуманного мной цикла. Я взялся за описание пережитого благодаря неустанным просьбам моих друзей и благодарен им за это. Нижеприведенный рассказ – единственный среди задуманных мною, т.к. он основан на скупых воспоминаниях близких и 2 книгах о войне. Весь цикл этих рассказов я объединил под названием “Ручейки мои серебряные”.
В самом начале войны Минск, где я родился год назад и жил вместе с родителями, подвергся воздушным бомбардировкам. В городе пылали пожары и многие дома были разрушены фашистской авиацией. Моя мама договорилась с папой, что он приедет на машине и поможет эвакуироваться ей и всем близким родственникам, которые собрались вместе. В назначенное время папа с машиной не появился и мама приняла решение идти пешком. ( Поезд из Минска уже не ходил). Всего было четверо детей и пятеро взрослых. Мама (Софья Наумовна Бондарь, урожденная Кацович) была младшей из взрослых, но самой решительной и все её слушались. И вот вся “команда” двинулась по направлению к Борисову, который расположен примерно в 50 км от Минска в направлении к Москве. Шли по дороге вместе с остальными беженцами. Тётя Бася (старшая мамина сестра) везла своих двоих детей на велосипеде. Одно время удалось посадить детей на телегу, которая ехала в том же направлении. Иногда налетали вражеские самолеты и обстреливали мирных беженцев. Тогда взрослые бежали в лес или, если не успевали, то падали в канавы и прикрывали собой детей. Люди рассказывали, что немцы сбрасывали десанты, которые заставляли беженцев возвращаться назад в Минск. Но мама сказала: “Бегите и не слушайтесь, пусть лучше убьют”. (Зная теперь, что ожидало оставшихся или вернувшихся, можно оценить прозорливость моей отважной мамы). И вот, наконец, дошли до Борисова. Железнодорожная станция, масса людей, которые рвутся уехать. Мама пошла к начальнику станции и сказала, что семья прокурора области (мой отец) должна эвакуироваться. Он ответил, что мест в этом составе совсем нет, но на следующий он всех нас обязательно посадит. Мы шли вдоль состава, видели как переполнены вагоны. И, вдруг, в одном из окон маму узнали её бывшие ученики курсанты. Она была у них учительницей немецкого языка. Они помогли всем нам забраться в вагон (детей просто подали в окна). Еще одно чудесное спасение. Следующий (последний) состав был разбомблен. Так мы оказались в эвакуации в Пензенской области в деревне с символическим названием Бессоновка. Что же случилось в Минске, когда караван наших беженцев двинулся к Борисову, Мой отец приехал на машине, но уже никого не застал . Он узнал, что они пошли пешком по направлению к Борисову. Вместе с ним был старший мамин брат дядя Яша. Они решили ехать на машине, выходить по дороге и искать. Так они проехали много километров, но не нашли своих беженцев. Кроме того их ожидала еще одна неприятность – шофер машины сбежал. Мой дядя тогда не знал, что его жена осталась в Минске. Она с двумя детьми решила остаться. Попала в гетто и все они были убиты фашистами вместе с десятками тысяч других евреев. (Всего в Минском гетто с 20 июля 1941 – 21 октября 1943 было уничтожено более 90 000 человек. В гетто осталось 13 живых, которые прятались в подвале одного дома около еврейского кладбища и вышли из убежища в день освобождения Минска 3 июля 1944 г).
Так мой папа не знал о нашей судьбе несколько месяцев (об этом речь впереди). Дядя Яша узнал о гибели своей семьи только несколько лет спустя, когда вернулся в Минск вместе с действующей армией. Мой папа был оставлен в тылу врага специально для организации партизанского движения в составе подпольного Минского обкома. Они организовывали партизанские отряды, подрывали вражеские эшелоны, активно воевали в немецком тылу. За долгие месяцы борьбы с гитлеровцами в тылу врага было много удивительных событий. Я расскажу лишь об одном эпизоде. Мой отец Алексей Бондарь однажды был направлен на разведку с 3 бойцами. Это был один из самых тяжелых дней подпольного обкома партии. Они должны были разведать дорогу для выхода из окружения партизанского отряда. По дороге им встретился отряд одетых в гражданское, но вооруженных людей. Разведчики подумали, что это идет к ним подкрепление, которое они просили у соседнего партизанского отряда. И вдруг это “подкрепление” открыло огонь из винтовок и пулеметов. Оказалось, что это был отряд полицейских и эсэсовцев, специально переодетых в гражданское платье. Они направлялись, чтобы уничтожить партизанский отряд. Четверка партизан, отстреливаясь, стала отходить к зарослям лозника, которые были сзади. Не успев добежать до них, Алексей почувствовал, что его левую ногу как кипятком ошпарило. Он упал. Гитлеровцы увидели это и усилили огонь. В грохоте пальбы и суматохе боя товарищи должно быть не заметили, как упал Бондарь. До зарослей оставалось всего около сотни шагов. Алексей заметил ложбинку, которая была наполнена водой. Он соскользнул в неё и пополз по воде. У самых кустов его начали окружать фашисты. Совсем близко он услышал голос: “Заходи, заходи с той стороны, надо взять его живым.” Собрав силы, Алексей поднялся и швырнул гранату в ту сторону. Потом пополз в кусты. Уже наступили сумерки. В это время в деревне неподалеку затрещали выстрелы. Поэтому каратели решили прекратить преследование и отступили. Когда враги ушли, раненый почувствовал сильную боль в ноге. Голенище сапога наполнилось кровью. Никого из его бойцов не было близко. До партизанского отряда оттуда было не меньше трех километров. Дорога была трудно проходима – заросли, болото. Он перевязал ногу ремнем выше колена и пополз в глубь зарослей. Прошло больше часа. Не было никаких признаков, что его ищут. В голову лезли дурные мысли: “Может убили моих товарищей? Может их в плен захватили?” Напрягая последние силы Алексей пополз, а точнее поплыл к стожку сена, который стоял недалеко. Он не помнил, сколько времени понадобилось, чтобы добраться до этого стожка, но показалось, что очень долго. Когда добрался, то не было сил, чтобы вытащить из него сено. Полежав немного и отдышавшись, он начал вырывать у стога клоки сена и подкладывать его под себя. Становилось немного теплее. В это время ему послышалось, что кто-то зовет его по имени. Трудно было разобрать, знакомый ли голос, т.к. звуки были хриплые, приглушенные. Какие-то люди приближались к стожку. Алексей на всякий случай приготовил гранату, чтобы живым не сдаваться. Потом он услышал, как один из двоих людей, приближавшихся к стожку, говорит: “Ванька, добирайся до стога, может, он там?” Ваня был один из бойцов Алексея. Потом он услышал: “Алексей, отзовись, если ты здесь. Это я, Ваня”. Больше Алексей ничего не помнил: от большой потери крови, от усталости и волнения он потерял сознание. Партизаны, которые нашли и спасли Бондаря, не могли лечить его и он не мог находиться в лагере, так как отряд сражался с фашистами. Решили оставить его в одной деревне у женщины, которую звали Настя, с 3 маленькими детьми. Однажды эту деревню заняли эсэсовцы. Они слышали, что недавно там находился партизанский отряд. На следующий же день фашисты устроили повальный обыск. Узнав, что в деревне идет обыск, хозяйка пошла на хитрость. Она набросала на полу мусор, вылила на пол полведра воды, разбросала везде дрова и сама вышла, оставив детей дома. Старшей дочери приказала, чтобы она не пугалась, а, если спросят, где мама, ответить, что она ушла за дровами. Каратели зашли в дом. Старший из них ступил в жижу на полу и сапог погрузился в грязь. Он махнул назад, взял чистое полотенце на стене и вытер испачканный сапог. На этом “обыск” дома закончился. Они пошли в хлев, обыскали клеть, сени, а в хату не возвращались. В эти мгновенья Алексей, спрятавшись в боковушке, думал: “Найдут, все патроны им, последний – себе”. Было еще несколько опасных моментов. Однако, таких критических ситуаций больше не возникало. Когда немного зажила рана, отца забрали в партизанский отряд. При первой же возможности его отправили на большую землю с партизанского аэродрома. Так папа попал в Москву.
Алексей Бондарь стоит крайний справа
Случайно он узнал, что его семья жива и мы находимся в в эвакуации в деревне Бессоновка Пензенской области. Ему удалось связаться с мамой и добиться нашего приезда в Москву. В то суровое время Москва была закрытым городом и на въезд нужно было специальное разрешение. Так мы с мамой попали в суровое время в столицу СССР. Но это уже другая история.
Бессоновка – Москва – Минск
Первое эссе было посвящено началу войны, нашей эвакуации, папиному ранению в партизанах и воссоединению семьи в военной Москве.
Cемья Бондарь в военной Москве
В этой “страничке нашей жизни” я повествую о московском периоде и переезде в только что освобожденный от фашистов Минск. Значительная часть эпизодов основана на моих детских воспоминаниях и впечатлениях.
Отец хотел убедиться, что я с мамой живы и здоровы и добился разрешения, чтобы мы поскорее приехали в Москву. Моему отцу (Алексею Георгиевичу Бондарю) предстояла операция. Во время стычки с отрядом эсэсовцев ему пуля пробила нижнюю часть голени. Его чудом спасли (об этом см. в первом эссе). Однако, в суровых партизанских условиях кости срослись неправильно. Необходимо было снова сломать кость и соединить правильно. К чести московских врачей операция прошла отлично. Когда все зажило, отец совсем не хромал, нога практически не болела, только оставался небольшой шрам.
В Москву мы с мамой приехали из деревни Бессоновка Пензенской области. Там мы не голодали, но жили скромно, как положено эвакуированным, ничего не успевшим взять с собой. Приведу забавный эпизод из московской жизни. В этой же гостинице жила семья Василия Ивановича Козлова. Рассказывали, что когда я (двухлетний мальчик) вместе с родителями заходил к ним, то показывал на шкаф с требовательным “булька”. Оказывается, в первый приход к ним меня угостили белым хлебом, который был в шкафу. Сейчас это трудно представить, но тогда для меня это было ох какое лакомство! Еше один кадр – воспоминание. Мама внушает мне, что нельзя кататься на перилах, потому что можно упасть и разбиться. Она долго и убедительно рассказывает и объясняет, как это опасно. Намного позже я понял, что разговор на эту тему произошел после 28 июня 1942 года. Это был день трагической гибели выдающегося белорусского поэта Янки Купалы. Существуют различные версии происшедшего. Самая правдоподобная и, на мой взгляд, реальная выглядит так. Янка был подшафе и потянулся к одной горничной, стоя у перил 10 этажа со словами “Даражэнькая моя!” Она его толкнула и он полетел в пролет до 9 этажа. Смерть была мгновенной. Встречались в последнее время такие конспиралогические версии, что его специально убили агенты КГБ. Я думаю, что это – бредовые теории.
В моей детской памяти сохранился такой эпизод. Мама гоняется за мной вокруг стола (наверное, с ремнем в руках). Я ухитряюсь как-то убегать. Не помню ни самого наказания (если мама меня догнала), ни провинности, за которую меня следовало отшлепать. Это мог быть один из двух случаев, о которых позднее поведала мне мама.
Случай №1. Однажды папа с мамой куда-то пошли, а меня оставили одного в номере гостиницы (Было и такое время, когда даже малыша родители оставляли без присмотра). Когда они вернулись, то застали удивительную картину – я самозабвенно катал какое-то колёсико. Присмотрелись и ужаснулись. Это были папины часы, но … без заводного колёсика. Оказывается я нашел эти часы, пытался их покатать, но рубчатое колёсико на боку мешало. Проблему я решил просто…
Случай №2. Мама обнаружила, что меня нет в номере. Стала бегать по этажу, спрашивать обслугу, но никто меня не видел. Она ужасно разволновалась, т.к. приходили на ум всякие слухи и рассказы. Однако, моя мама была человек решительный. Она договорилась, что во все номера одновременно зайдут горничные. И меня обнаружили в номере у одного из офицеров, которому я напомнил его сына, и он повёл меня к себе угощать шоколадом.
Яркими, но обрывочными воспоминаниями были в моей памяти салюты в Москве. Они отмечали крупные победы Советской армии. Помню, что детвора охотилась за разноцветными металлическими кружочками, которые оставались от использованных ракет.
Общеизвестно, что детские впечатления очень живучи и влияют на формирование характера человека. Есть мнение, что уже к 3-5 годам определяется личность. Приведу один пример. Однажды я смотрел детский фильм, в котором герой попадает в ловушку паука, задающему ему 3 вопроса, от правильного ответа на которые зависит спасение. Ночью я проснулся со страшным криком – мне снился этот огромный ужасный паук.
С тех пор я страдаю арахнофобией, говоря проще, боюсь, ненавижу пауков. Хотя с десятилетиями это чувство постепенно притупляется. Наше пребывание в Москве, которому посвящены предыдущие строки, закончилось в 1944. Папа в 1943-44 годах был уполномоченным ЦШПД (Центрального Штаба Партизанского движения ) при штабе Брянского фронта. С 1944 года он был председателем Верховного Суда БССР, с 1945 секретарь Президиума Верховного Совета БССР. В военные годы был награжден орденами “Красной Звезды ” (1942) и “Красного Знамени (19943). Мы с мамой переехали в Минск, когда война продолжалась, хотя она и отодвинулась далеко от родного города. Помню, что весь город лежал в развалинах. Из крупных зданий сохранились считанные, которые фашисты не успели взорвать при отступлении. Мы жили на втором этаже двухэтажного чудом сохранившегося дома недалеко от Дома Правительства. Одно из первых воспоминаний думаю пятилетнего малыша. На второй этаж вода не поступала и её нужно было набирать этажом ниже. Я брал большую кастрюлю и нёс её, поднимая со ступеньки на ступеньку. Припоминается, что очень был рад, когда меня хвалили и готов был повторять свой “подвиг”. Одно событие этого периода было очень важным и, безусловно, повлияло на формирование моей личности. Речь пойдет о маминой сестре Риве, которая была немного старше мамы. Она много лет была ангелом-хранителем нашей семьи и заслуживает целой книги.
Тётя Рива воспитывала не только своего сына Володю (1929 г.р.), но и меня с моей младшей сестрой Ларисой (1945 г.р.). Когда я был маленьким, то называл тётю Риву мамой, а маму – мамой Соней. Ревекка Наумовна Кацович была инвалидом. Ещё до войны ей оторвало руку на мельнице, где она работала. Однако, все домашние дела она делала так ловко, как будто у неё 4 руки, как у бога Шивы. Тётя Рива всё время была с нами, озаряя наше детство своей добротой, теплом и заботой. Мои родители очень много работали, особенно мама. Она (Софья Наумовна Бондарь, урожденная Кацович) была преподавателем немецкого языка в минском мединституте, защитила кандидатскую диссертацию, а затем стала завкафедрой иностранных языков. Мама написала много учебников и словарь для медвузов.
В 1947 году я пошел в первый класс 42-ой школы, но это будет другой “ручеёк” [следующая история].
Опубликовано 09.6.2025, 14:30
Об авторе
Бондарь Леонид Алексеевич, (р. 22.04.1940, Минск), международный арбитр по шахматам (1998). С 1999 живет в США.
Окончил Белорусский политехнический институт (машиностроительный факультет по специальности “Станки и обработка металлов резанием”). Работал на Белорусском автозаводе технологом, а потом конструктором (1962-1967).
Учился в аспирантуре, а затем работал и преподавал в Белорусском политехническом институте. Кандидат технических наук. Доцент кафедры шахмат белорусской Академии физвоспитания и спорта (1984–99). В Чикаго вместе с женой, мастером Тамарой Головей, организовал школу «Kings & Queens», юные воспитанники которой не раз побеждали в чемпионатах США. Многократный участник чемпионатов мира среди сеньоров. чемпион США старше 65 лет (2013), старше 70 (2011), старше 75 (2015, 2016). Обладатель одной из крупнейших коллекций шахматных значков, медалей и жетонов
Составитель сборника: «Стратегия, тактика, стиль. Творчество белорусских шахматистов» (1979), соавтор книг «Шахматные семестры» (1984), «Мемориалы Сокольского» (1989).
Обстановка не оченнь располагает к занятию сайтом, тем более в том режиме, когда сидел с утра до и после полуночи. Но что-то надо делать. И для начала некоторые изменения внес в лого сайта.
Украина и Беларусь оказались совсем не близки к Израилю, как виделось лет 10-15 назад. Впрочем, и ранее практически не было случая, чтоб Украина не поддерживала антиизраильские резолюции в ООН, а сейчас еще и открыла посольство несуществующей палестины в Киеве и посылала гуманитарную помощь «мирным газоватам», которые с детства начинают поддерживать хамасовских террористов, в тоже время после российской агрессии настойчиво требовала военной помощи от Израиля и обвиняла нас, что не хотим ей помочь, хотя это было далеко не так, и Израиль, что бы не говорили интересанты, среди которых хватает и израильских левых журналистов, блогеров и “общественных” деятелей, несомненно на стороне Украины. И наиболее это стало заметно во время голосования на последнем Евровидении, когда Юваль Рафаэль получила от профессионального украинского жюри аж целых 2 балла, а народное голосование выделило и вовсе один, в то время как от Азербайджана максимальные 12 баллов.
Что касается Беларуси, то ситуация еще более печальна. Полностью находясь в орбите российского агрессора, Израиль оказывается всегда осуждаемым. Решиться поехать в диктаторскую страну, значит подвергнуть себя тому, что тебя не пустят, если только обнаружится что-то подозрительное в твоем телефоне, вроде невинных лайков, снимков, подписок на «экстремистские» каналы, группы, или кто-то из близких «отличился» в этом.
Но разгговор здесь не о самой Беларуси, а об откровенной подлости, которую совершил свалившийся некогда на сайт, называющий себя политологом, автор огромного количества опусов, написанных на белорусском, Вольф Рубинчик, который на самом деле Владимир Павлович, и, именно, этим именем он подписывается, когда изредка отправляет свои “смелые” послания белорусским чиновникам.
Израиль его интересовал лишь как возможность побольше урвать за свою писанину, потому что в Синеокой все дорожает и ему тяжело живется.
Как я уже писал,в материале об итогах года, его “борьба с режимом за улучшение жизни в Беларуси” привела к тому, что сайт был заблокирован.
Человек который обезопасил себя тем, что не оставил след на какой-либо протестной акции, не имеющий стр. в соцсетях, гордящийся тем, что живет без сотового, несколько лет назад заявил, что если я перестану печатать его озабоченную писанину, то остальное ему не интересно. И последние 3 года проявляет себя заумными постиками на канальчике с 3 десятками подписчиков, а читающих и вовсе полтора-два чела, среди которых его щучинская теща. Ущерб, который нанес сайту этот разоблачитель всех и вся, тяжело оценить.
И, как бы не хорохорилось это существо, для которого крайне важно, чтоб стояли на месте запятые, не были пропущены буквы, предложение заканчивалось точкой, а потому обнаружив подобные “ошибки”, в том числе в своих текстах, и не только свежих, а даже опубликованных годы назад, просил исправить, в том числе стилистику предложений, крадя дополнительно массу времени на подобную прихоть, ему придется вернуть награбленное.
*
Я мог бы вставить не один десяток скринов с его канальчика, показывающих что представляет этот потерявший всякие берега “политолог”. Ограничусь парочкой из последних от 8 июня и добавлю сегодняшний от 11 июня.
5 лет назад в Минске был задержан Павел Северинец – казалось, что после “выборов” 9 августа 2020 его быстро отпустят, но мужественный общественный деятель и литератор до сих пор за решеткой. В июне 2017 я готовил отрывок с его романа для публикации на частном израильском сайте (линк см. в коментах). К сожалению, в последние пару лет belisrael сильно деградировал…
Итак, он переживает за Павла Северинца, а раньше вспоминал Сергея Тихановского, Владимира Мацкевича…тех, кто сознательно вступили в схватку с режимом, зная чем это грозит. Я ему, диванному борцу, не раз предлагал выйти на улицу и показать свою смелость. Но в этом постике нелюдь еще добавил, что в последние пару лет сайт belisrsel сильно деградировал.
Певец лукашизма и путинизма с кадыровщиной восхваляет современную израильскую систему… на месте израильтян, я бы насторожился. Что касается Греты и ее серьезных товарищей, то они, скорее всего, не нанесли бы больше вреда “еврейскому государству”, чем Израиль сам себе. Военным было что скрывать, поэтому они не пустили в Газу группу мирных жителей.
Итак, вновь существо показало себя. Оно защищает отпетую антисемитку Грету и товарищей, которые плыли в Газу, чтоб прорвать блокаду и оказать “гуманитурную помощь”, но по указанию министра обороны Исраэля Каца были задержаны, получили бутерброды и воду, после чего переправлены в ашдодский порт, где завели в комнату и предложили посмотреть фильм о зверствах хамасовцев 7 октября, но газострадальцы отвернулись от экрана. Им это не интересно. Многие комментирующие в фб высказали мысль, что надо было их к привязать к стульям и крутить фильм на всем пространстве, но израильтяне не могут быть такими “жестокими”.
А еще он повторил самые антисемитские нападки на Израиль насчет войны с хамасовцами и “мирным” населением.
Добавлено 11 июня в 23:58
*
На этом существо не успокоилось в защите приплывших подлецов и 13 июня уже оперся на мнение бывшего мэра Иерусалима, а затем премьера Эхуда Ольмерта, называя его не леваком. Напомню, что отсидевший в тюрьме Ольмерт из тех подлецов, наряду с Эхудом Бараком и многими дегенералами, благодаря кому случилось 7 октября.
В ночь на 13 июня Израиль атаковал Иран, чтоб не допустить создания ядерного оружия, смертельно опасного в руках аятолл. И тут “эксперт” высказывает мнение, что если 10- млн. страна “прет рогом” на 90-млн. и при этом не может справиться с Газой, где 2 млн, то это, как минимум, спорный шаг.
***
Sabina Huseynova & Fuad HuseynovSabina Huseynova & Regina Maharramova
Это только часть из большого числа представителей Азербайджана на 30-й международной турвыставке IMTM в Экспо Тель-Авив
Венгерский павильон на турвыставке. Слева Agnes Molnar (hotel Europa Fit), в центре Gyulai Matias (hotel Carbona)
Представители Узбекистана Oleg Ivanov и Jakhongirkhon Abrorkhonov (Air Samarkand)
Than Nguyen Ha & Phuong Nguyen (Ftrip Vietnam)
Nir Klichevsky(Tel Aviv Gl)obal & Tourism)
Michael Ginosar (Thinkers Distillery)
Lores Abu Saleh (catering, Sokhnin) / לוריס אבו סאלח (הקייטרינג של סבתא אמנה)
Bishvilod
Tomer Edlstyin (Bishvilod)
Мэр Лода Яир Ревиво / Yair Revivo – Mayor of Lod
У меня было желание вовсе удалить из лого флаги Украины и Беларуси, но пока развел их подальше от Израиля, а вместо них рядом добавил Азербайджана и Венгрии. Кстати, на недавней очередной международной турвыставке в Экспо Тель-Авива, Азербайджан и Вегрия были среди немногих стран, отважившихся прилететь.
Из насущного, о чем хотелось ранее писать.
Юваль Рафаэль даже не мечтала, что когда-нибудь попадет на «Евровидение». Последним крупным музыкальным мероприятием, которое она посетила, был фестиваль Nova в Израиле, где ее едва не убили. 7 октября 2023 года Юваль удалось сбежать от боевиков ХАМАС, которые открыли огонь по участникам фестиваля.
Когда место, где проводился фестиваль, стали окружать боевики ХАМАС и стрелять по людям, она вместе с друзьями побежала спасаться в бетонном бомбоубежище на обочине дороги.
Но спасения не было и там. Боевики стреляли в укрывшуюся внутри толпу, а затем бросали ручные гранаты.
Около 50 человек погибли на месте, лежа друг на друге.
Юваль успела позвонить отцу в слезах, как слышно на записи, вошедший в израильский документальный фильм о нападении.
«Папа, много людей погибло. Пришли сюда полицию. Пожалуйста, папа, пришли полицию, это срочно… они давят меня», — сказала она.
«Пока», — сказала напоследок Юваль, думая, что это конец.
Она стала одной из 11 человек, выживших в том убежище. Они прятались под грудой трупов в течение восьми часов, пока их не спасли.
Юваль Рафаэль по итогам народного голосования в 35 странах намного опередила всех на Евровидении, а вместе с абсолютно политическим жюри, большинство из которых сочувствовали “угнетенным” газоватам, стала второй после австрийского антисемита.
В ожидании баллов австрийцу
Буквально за 2 мин до полуночи в момент объявления окончательных результатов, в ряде мест Израиля прозвучала сирена. Справа их названия. Так хуситы решили “поздравить” Юваль и всех израильтян
Поздравления с победой
Вот как выглядят итоги зрительского голосования:
12 баллов: Австралия, Азербайджан, Бельгия, Великобритания, Германия, Испания, Люксембург, Нидерланды, Португалия, Франция, Швеция, Швейцария, а также остальной мир (страны, не представленные на Евровидении).
10 – Кипр, Ирландия, Чехия, Норвегия, Сан-Марино
8 – Грузия, Греция, Италия
7 – Австрия, Латвия, Черногория
6 – Словения
5 – Албания, Мальта
4 – Исландия
3 – Литва
2 – Эстония и Сербия
1 – Украина
Голосование жюри:
12 баллов – Азербайджан
7 – Франция и Ирландия
6 – Хорватия
5 – Нидерланды, Албания, Кипр
3 – Дания и Германия
2 – Украина, Финляндия
1 – Люксембург, Греция, Грузия.
Семь стран – Швеция, Испания, Швейцария, Бельгия, Австралия, Португалия и Великобритания – продемонстрировали самый большой разлет баллов: жюри – 0, зрители – 12.
Абсолютный 0 баллов (жюри+зрители) Израилю дали две страны – Армения и Польша.
В Хорватии зрители дали 0, но жюри дало 6.
Израильское жюри распределило свои голоса так: 12 баллов – Греция, 10 – Германия, 8 – Мальта, 7 – Латвия, 6 – Австрия, 5 – Армения, 4 – Украина, 3 – Италия, 2 – Люксембург и 1 – Польша.
Не успел покритиковать Украину, как вроде бы начала исправляться.
Впервые за много лет и впервые с начала полномасштабной войны в Украине, в Израиль прибыла делегация Верховной Рады Украины. Делегацией из семи депутатов руководит Ольга Василевская-Смаглюк (фракция “Слуга народа”) – глава парламентской группы Украина-Израиль.
В центре Амир Охана
Фото: Ольга Василевская-Смаглюк
Визит проходит 9-11 июня. В воскресенье украинские парламентарии встретились со спикером Кнессета Амиром Оханой, с главой комиссии Кнессета по иностранным делам и обороне Юлием Эдельштейном и депутатом Зеэвом Элькиным. Эдельштейн и Элькин являются сопредседателями парламентской группы Израиль-Украина.
Состоялись также встречи с заместителем гендиректора МИДа Израиля Ювалем Фуксом, с главой департамента международного сотрудничества МИДа Ашером Саломоном и с главой “Натива” Алоном Шохамом.
На встречах в министерстве юстиции и в минфине Израиля украинские депутаты обсуждали противодействие в отмывании незаконных активов и вопрос о санкциях против РФ.
10 июня украинские парламентарии посетят медицинский центр “Шиба” и в Управление тылом ЦАХАЛа.
11 июня украинские парламентарии посетят израильские посёлки и кибуцы на юге страны, пострадавшие от нападения террористов ХАМАСа 7 октября 2023 года.
10.6.2025, 15:22
Правда, в ООН вновь осудили Израиль после ударов по Ирану. При том, что уничтожение иранской угрозы также в интересах Украины.
Вот и заканчивается тяжелый и ужасный 2024 год.. До сих пор, хоть и были уничтожены практически все главари хамасовских террористов, на северной границе разгромлена Хизбалла, Иран получил серьезный урок, и наверняка на этом на закончится, в Сирии неожиданно для многих стремительно пал диктаторский режим, в чем также есть заслуга Израиля, после чего в Москву был вывезен Асад, но при этом за год погибло очень много израильских военных, среди которых немало из религиозного сектора, против которых без устали ведут внутреннюю войну левые, как и всех правых во главе с ПМ Нетаньягу, не вернулись похищенные 7 октября 2023, а их на сегодняшний день 96, из которых неизвестно сколько осталось живыми, но, вероятно, очень мало.
.
Постоянные посетители сайта наверняка заметили, что давно на нем не появлялось материалов. Этому есть ряд причин, в том числе личных. Я держался годами, сидя возле компьютера днями, а нередко отрывая часы ото сна. К тому же попался в ловушку, поставленную, живущим в Минске, “политологом”.
.
Имею ввиду автора многочисленных материалов Вольфа Рубинчика. Уже давно можно было понять, что его интересует только самопиар, разборки с помощью сайта с теми, кто ему не по нраву, среди которых ряд еврейских деятелей прошлого, и почти все бежавшие в разные годы от несменяемой более 30 лет белорусской улады. При этом в своих опусах он делал вид, что ничего не боится, а потому критикует и существующую власть, но так, что никому от этого ни холодно ни жарко. Отлично понимая, что его писанина ничего кроме воровства тысяч часов моего времени и здоровья не приносит, он еще и занялся выцыганиванием финансов, рассказывая в личной переписке, что все дорожает и дорожает, и ему нужны деньги. Оглядываясь назад эта моя жалость к тому, кто никогда не собирался уезжать, поскольку не видел себя вне окружения, говорящего на белорусском, к тому же не имея детей, его устраивало существование в синеокой, не говоря о том, что более тяжелой работой, чем некоторое время разносчиком почты, не занимался, обошлась очень дорого. И таким образом вытянул многие тысячи долларов. Дошло до того, что не стеснялся писать, что его компьютер уже совсем не пашет и вскоре получил от меня новый. Но я продолжал быть в плену иллюзии, что такой здоровый после августа 2022, а тем более начала войны в Украине, репатриируется, получит помощь от Израиля, поживет хотя бы год, поработает, а вернуться всегда сможет. Тем более, что он себя обезопасил, не имея никогда стр. ни в одной соцсети, не засвечиваясь ни на одной протестной акции. Но нет, ему лучше было заняться вымогательством, а в дополнение к этому писать мне, что надо финансово поддерживать его знакомых писателей, а некоторых пригласить в Израиль. Если говорить о предоставлении места для проживания на несколько недель, то не было проблем, но он ведь хотел, чтоб еще и отдельным купил билеты. Ну и чуть ли не главным для него было, чтоб в текстах не было пропущено букв, или оказались описки, правильно проставлены запятые. А поскольку такое случалось, то уже после публикации просил поправить, но нередко обнаруживал в давних материалах, даже в 2-х летней давности. Правил также стилистику отдельных фраз в давно опубликованных материалах.
.
И когда 2 года назад я ему написал, что устал от его желания “переустроить” синеокую, что ничего кроме вреда это не приносит, то в ответ получил: “Тады мяне сайт не цiкавiць”. Спрашивается, как вообще такое существо могло свалиться на сайт и так запарить мозги? В тоже время он начал “развивать” свой ютюб-канальчик, где достиг успеха в три десятка! подписчиков, о чем не стесняется говорить, а читают его постики и вовсе пару чел.
.
В них упорно называющий себя политологом сразу после 7 октября 2023 высказался: “Я быў не раз у Ізраілі і ведаў, што ў іх не такое моцнае войска, як заўсёды распавядалі, ды і наогул вакол бардак… Ізраіль павінен скласці мірную дамову з хамасаўцамі i заняцца адукацыяй мірнага насельніцтва Газы, хоць гэта і цяжка”. Лазя по израильским левотным сайтам и стр. в Фб, куда заходит левым путем, поскольку своей нет, соглашается с таким же мнением давнего противника Нетаньягу, 90-летнего Эфраима Меламеда из алии 90-х.
.
Того самого Меламеда, кто был среди трех десятков “общественных” деятелей, финансово поддерживаемых Гришей Лернером, и подписавших в 2003 вместе с русскими политиками обращение за его условно-досрочное освобождение, что в итоге привело уже спустя полгода после выхода и отдыха к новой еще более наглой афере: циничному обману около трех тысяч вкладчиков на более чем 62 млн шекелей и бегству в середине марта 2006 по поддельному паспорту на частном самолете из Хайфы в Европу, а оттуда в не имеющим с Израилем дипотношений Парагвай, где и был обнаружен горничной спустя две недели пьянствующим в номере гостиницы вместе с прилетевшим из Москвы, подельником Сергеем Смоляницким и по запросу Интерпола 29 марта переправленным в Израиль, где получил 18 годков очередной отсидки.
Кстати, откуда взялось имя Вольф, если он Владимир по паспорту. Его дядька, приезжавший из Минска на пару недель в Израиль незадолго до короновируса и останавливающийся у меня, называл его Вова. Ведь не было большой проблемой поменять на Вольф при получении паспорта в 93-м или позже, но умник решил, что в документах лучше оставить.
.
Вообще этот минский “политолог”, позиционирующий себя и как еврей, своими высказываниями на канальчике еще не раз отметился как враг Израиля. Так после того как в октябре палестинские журналистки были награждены премией Политковской за то, что “показали страдания своего народ”, появилось мнение “лица премии” Светланы Алексиевич, что вызвало возмущение очень многих русскоязычных даже не столько в Израиле, сколько в мире. И этот самый минский “еврей” высказался, что “раньше не раз критиковал С.А., но в данном случае ее поддерживает, к тому же все эти премии ни о чем не говорят”. Сама же нобелевская лауреатка, увидев какая поднялась волна возмущения, спустя некоторое время высказалась, что она ничего не подписывала, но не отказывается, что в Газе погибли десятки тысяч мирных жителей, фактически опираясь на данные хамасовских террористов, устроивших резню 7 октября.
.
Добавлю к этому, что еще 13 февраля на сайте “Радыё Свабода”
опубликовано большое интервью Светланы Алексиевич.
.
Был и вопрос, касающейся нашей войны с хамасовскими террористами.
И вот эта человеколюбивая сказала, что Израиль неправильно себя ведет. Слишком много убито мирных палестинцев. “Надо убивать человеконенавистнические идеи, а не людей”.
.
— Вы в начале нашей беседы говорили о кризисах, которые охватили мир, и упомянули новую войну на Ближнем Востоке. Она породила в мире волну солидарности с Израилем, но также и еще одну волну солидарности- с палестинцами, вплоть до оправдания или, по крайней мере, понимания зверств ХАМАС. Каковы корни и причины этой второй волны? Похоже, что сейчас среди тех, кто придерживается этой второй, пропалестинской, позиции на Западе, преобладают левые. Это случайно?
.
— Я думаю, это не только левые. Очень много людей в мире против крови, и я в том числе. Речь ни в коем случае не идет о поддержке ХАМАС. Но я не поддерживаю и то, что в результате были убиты 25 тысяч палестинцев. Я не считаю, что это приемлемая форма борьбы сегодня. Как и тысячи российских танков в Украине. Надо убивать человеконенавистнические идеи, а не людей. В Газе же живут 2 миллиона человек. Когда это закончится? Их что, всех надо убить?
Когда люди выходят на улицу, это не то, что они поддерживают ХАМАС. Вовсе нет. Но они не хотят видеть столько пролитой крови. Эти гражданские палестинцы беззащитны перед такой военной силой Израиля. Когда я вижу убитых палестинских детей, у меня появляются такие же слезы, какие были, когда я видела убитых израильских детей. Это отчаяние современного человека перед тем, что люди, как в Средневековье, решают проблемы кровью”.
.
Что касается того, кого иначе как мародером назвать не могу, то пару мес. назад он написал на своей канальчике:
.
“В Беларуси мининформ ограничил доступ к израильскому сайту, с которым я сотрудничал в 2014 – 2023 гг, на котором было немало заслуживающих внимания материалов. При чем на многое ссылаются госорганизации, поэтому министерство навредило прежде всего своим же”.
.
Итак, существо, который своими опусами о “смелой борьбе” с белорусской властью, нанесший огромный вред belisrael, привел к тому, что сайт заблокировали в синеокой. При этом он продолжает в своих постиках ссылаться на публикации на сайте.
.
Вообще он давно перешел все рамки. Грузя своими просьбами, отказывался выполнить самое элементарное, а уже после того как заявил, что если я отказываюсь от продолжения превращения сайта в его хотелки, то его больш сайт не цiкавiць, и соскочивши, начал атаковать и новых, среди которых оказался известный в прошлом шахматист и тренер Альберт Капенгут. После того как вышла книга его воспоминаний, ряд глав из которой опубликованы на сайте, этот спец во всем, набросился на А.К. за то, что она издана во время войны под эгидой федерации шахмат России, в наблюдательный совет которой входят Песков, Шойгу…, хотя отлично знал, что рукопись была отдана автором в печать задолго до 24 февраля 2022 и уж совсем наглостью автора является, что рекламируется как ее можно можно купить живущим в Европе, Украине и др. странах. Но и на этом не остановился, обвинив Капенгута в том, что тот искажает статистику встреч с Купрейчиком, написав: “кали ёсць базарныя бабы, дык чаму ня быць базарным дзядам”.
.
Об ответе не только “политологу”, но и “историку” белорусских шахмат, можно прочесть в конце 6-й части воспоминаний Капенгута, опубликованной 2 марта нынешнего года.
.
Если посчитать сколько смародерило это существо, при этом советовшего: “шукайце новых аўтараў, аднак адразу кажыце, што нiчога не плацiце, таксама як i ад iх не пытаеце”, не говоря о нанесенном огромном ущербе сайту, то этого хватило бы на хорошее поощрение нескольких десятков авторов, которые привели бы новых, что принесло бы доход и возможность также оплаты тому, кто возьмет на себя редактуру и размещение публикаций, а также модернизацию сайта, а не продолжение того, что я по-прежнему все делаю сам, как и оплачиваю домен и хостинг.
.
Но любая подлость должна быть наказана, и я буду делать все, чтоб самовлюбленный, потерявший всякие берега, вернул в полной мере грабанутое, а также частично за нанесенный ущерб.
.
***
.
Еще почти до конца мая я продолжал волонтерить. К чему это привело, опишу ниже.
.
На следующий день после 7 октября я вовлек себя в занятие с утра до ночи. До конца прошлого года это было вообще сумашествие. Не говоря о том, что уже несколько лет продолжала стоять разрушенной по вине каблана (строительного подрядчика) квартира в результате ее “улучшения” по программе ТАМА38. Весной этого года я решил переселяться и начинать ремонт. Заниматься сайтом и публиковать очередной материал, для которого собралось много десятков снимков, было просто некогда.
Я все откладывал, собираясь как-то приступить. Периодически в волонтерском центре в Экспо Авива находились тетки, которые говорили мне, чтоб не фотографировал, мол люди не хотят? Хотя все было наоборот, а если изредка кто- то просил его не снимать, или не называл свое имя, так мне и без них хватало потом сидеть многими часами.
В последнее время я изредка появлялся там, только, чтоб была какая-то смена от бесконечного перетаскивания вещей в квартиру, где была разрушена кухня, ванная, в туалете осталось только сиденье, даже начав менять отвалившуюся плитку на стенах, заднюю стенку оставили голой. А новые розетки и включатели в мамаде (пристроенной комнате безопасности) и в салоне оказались без крышек!, а, как потом выяснилось, некоторые были вовсе не подключены, как и электрический бойлер, на что 21 декабря 2020 никак не обратили внимание, а скорее всего не захотели, пришедшие принимать дом 3 инспектора электрической компании (хеврат хашмаль), как и на то, что проведенная проводка на коридоре в электрошкаф шла не внутри стены, а сбоку, чего, кстати, нет ни в одной др. квартире в доме, зато сказали, что не в порядке часть из старых розеток, что было враньем. И тогда же отключили электричество в квартире, хотя об этом не сказали. После чего Х.Х. в течение года каждые 2 мес. присылала счета с постоянным платежом, упорно заявляя, что линия подключена. Не сомневаюсь, что инспекторы отключили свет по просьбе того же каблана, который сказал им, что в квартире никто не живет и дал им утром мой тел, после чего те позвонили и попросили придти и открыть квартиру. А уже буквально ч-з мин “проверявший” розетки вышел, а др., стоявший с тетрадью перед дверью, сказал, что могу ее закрывать. На мое замечание, что 2 года квартира стояла открытой, в нее иногда заходили строители, они же пользовались электричеством, используя розетки во всех комнатах, и пусть скажет каблану заняться устранениием неполадок, которых, не было, не отреагировал. И вот спустя 3.5 года когда я позвонил в Х.Х. и попросил включить линию, услышал, что сначала надо им заплатить около 650 шах, после чего пригласить для осмотра частного электрика с израильским ришайоном, передать им его данные, после чего вместе с ним проведут приемку.
.
.
.
.
И спустя 20 дней после моего обращения (вместо заявленных 7 дней) я услышал от проверяющего возмущение тем как подведены провода на входе в электрошкаф, и в таком виде он не примет, надо исправлять, хотя бы одеть защитные трубки, а затем заглянув за окно где расположен бойлер, еще больше возмутился тем, что тот вовсе остался не подключенным, не подведен кабель и не установлена розетка, на полу просто валялся временный красный провод, а ведь это должны были видеть приходившие еще в декабре 2020 проверяющие и заставить каблана выполнить работу, как и исправить вход в электрошкаф на коридоре. Но, как я писал выше, они не сделали элементарного, что могло быть только по просьбе каблана. Сейчас же вместе с оплатой частному электрику пришлось выложить около 3 тыс.
.
Несколько снимков вида разрушенной квартиры
О том в каком состоянии была квартира говорит удивление пришедшего техника подключать интернет и тв. “Здесь что, прошла война?”
.
***
.
.
.
.
.
.
.
Редко когда сплю более 5 час, а часто менее. 21 мая решил съездить в Экспо. Когда пришел, то увидел группу молодых французов, приехавших по программе Таглит. Как раз был обед. Начал фотографировать, показав где будут размещены снимки. Все с удовольствием позировали, да и всегда за время после трагедии 7 октября большинство с кем общался благодарили за работу. Но тут появилась старая тетка, с которой никогда не сталкивался, хотя видел ее не раз, заявив, что не имею права снимать! и чтоб удалил снимки. А кроме этого начала говорить французам, чтоб не общались со мной, после чего обратилась к раздавашей еду Белле, чтоб уже та сказала мне удалить снимки. Белла, естественно, промолчала, но спустя минуту ко мне подошла шустрая Таня и начала требовать удалить, иначе у нее будут проблемы!!! Вообще охренела. К тому же это та самая, которая знала меня уже немало мес.
.
На мое напоминание, что мне хватает дел с разрушенной квартирой, историю которой знала, услышал, что ее это никак не волнует.
.
Перед этим спросил, а что это за начальница, на что услышал, что менаэль махлака (начальница отдела). Короче, балшая начальница среди волонтеров. Тогда сказал, что ничего удалять не буду и это был мой последний приход. Всего можно было ожидать, но такой наглости от тех, кто по большей части приходили, чтоб потусоваться, даже если б я зарабатывал на снимках, хотя каждая из этих волонтерок не может не знать, что кроме огромной головной боли ничего не имею, при этом рекламирую и рассказываю о них и приезжающих поддержать Израиль, а еще о погибших солдатах.
.
Мне есть еще что сказать, к тому же осталось большое количество снимков приезжавших волонтеров для последнего материала на трех языках, большинство которых надо подписать, а это огромная работа, потому засесть за него никак не получалось, от чего становилось не по себе. Потому с волонтерством покончено.
.
***
.
Я достаточно поздно, чуть ли не в середине декабря, узнал, что
среди арестованных еще в октябре израильтян за шпионаж в пользу Ирана, есть белорусский земляк из Ноф аГалиль (Нацрат-Иллита) Евгений Иоффе.
Я знал его родителей, особенно семью матери Инны Крейнин. Дед Мендель Моисеевич был известным адвокатом и большим любителем футбола. Старший сын Марат (1940) трагически погиб в 36 лет на работе, когда оказался зажатым между двумя вагонами на ж.д.
.
Когда летом 2016 в Н-Иллите умер младший из 3-х братьев Ян (1946), который возвращаясь с работы упал за несколько десятков метров до своего подъезда, я ч-з пару дней приезжал на шиву. Там был прилетевший из Америки брат Саша (1944). Его я знал похуже, поскольку после школы тот уехал в Минск и до эмиграции работал мастером на заводе. Помню рассказывал, что его дочка, подруга Челси Клинтон и потому помогает Хиллари перед выборами, которые выиграл Трамп, и как бы кто не относился к нему, для Израиля было благо, а нынешняя его победа, надеюсь, еще более значима.
Из всего что я узнал о шпионе в последние дни, так его возраст, 47 лет, что брат работает в местном муниципалитете, а Инне 69 лет, разведена, живет в амидаровской (государственной) квартире, но почему-то за нее не платит, а страдает гарант. До репатриации в 1991 работала в регистратуре стоматологии. А ее муж Макс Иоффе, мозырянин, фотографом в калинковичской районной газете.
.
А вообще Н-Иллит значимое место для калинковичан. Туда еще с начала 70-х отправилось большинство репатриантов, а в году 95-м города даже стали побратимами. Это особая история благодаря кому это произошло и в чем был интерес, но я неплохо знал калинковичского мэра Михаила Акунца, ранее работавшего гл. инженером фабрики бытовой химии, а затем директором завода железобетонных изделий, и хорошо помню его приезд в Израиль.
.
И вот сейчас один из арестованных за последние 2 мес. шпионов, работавших на Иран, оказался опозорившим выходцев из двух еврейских городов белорусского Полесья. Наверняка, кто-то знает чем он занимался по жизни (мои поиски пока ни к чему не привели), и как мог встать на путь предателя и подвергнуть жизни, в том числе, и ближайших родственников.
.
Интересно, на что он рассчитывал? О разоблаченных первыми выходцах из Азербайджана, из почти уже 30 шпионов, писали, что им обещали вывезти в Москву. А его может в Беларусь? Там ведь любят иранцев и не только.
В последние дни хозяин синеокой, гастролируя по дзяржаве и встречаясь с рабочими перед скорыми очередными белорусскими “выборами”, отметился высказыванием, что в интересах Америки и Запада свергли хорошего человека Башара Асада, которого знал, как и его отца Хафеза.
.
«Какой Асад диктатор? Врач по профессии, я его знаю давно. У нас добрые были человеческие отношения. Никакой он не диктатор. Он лечил людей как врач. Он никогда никого не убивал».
.
Добрым словом вспомнил и др. своих дружков, Саддама Хусейна, Муамара Каддафи, Фиделя Кастро.
.
***
.
При всем этом, хочется надеяться, что в начале наступающего года в Израиль вернутся похищенные хамасовскими террористами, станет спокойнее внутри Израиля, закончатся выступления “капланистов”, которые даже в тяжелые времена не успокаиваются и действуют по принципу: “или будет по нашему либо гари все синим пламенем”. Хочется думать и о том, что прекратится ужасная война в Украине, но не на условиях агресора.
.
В связи с этим привожу интересный разговор украинского журналиста с известным расследователем Христо Грозевым, осветившем многие вопросы настоящего и того, что может быть в наступающем году.
4 июля исполняется 80 лет известному шахматисту, тренеру и теоретику Альберту Капенгуту. В предверии юбилея он прислал очередной материал воспоминаний. Хочется пожелать ему доброго здоровья, оптимизма, хотя это и не так просто в нынешнее время, а также оставаться таким же принципиальным в отстаивании исторической правды.
1978 год
В конце июня в Даугавпилсе стартовал очередной отборочный к чемпионату СССР . Среди 64 участников было только 7 гроссмейстеров, но сейчас, спустя почти полвека, я насчитал 24! В «Шахматы» (Рига) №18 в обзоре турнира напечатана рубрика «Подарки в день рождения» и сопутствующий текст: «У двух мастеров – В. Купрейчика и А. Капенгута – дни рождений пришлись на время турнира. Обоим судейская коллегия преподнесла сувениры, но и сами юбиляры позаботились о подарках. Купрейчик, не без помощи мастера Э. Магеррамова, «подарил» себе эффектную победу. Капенгут был «скромнее»: он решил, что пол-очка против чемпиона Европы среди юношей, вице-чемпиона Москвы мастера С. Долматова – тоже неплохо. Мирное соглашение было заключено задолго до предусмотренного регламентом 30-го хода, но на сей раз судья не возражал…».
К этой ситуации подходит название одной из моих статей «Правда, только правда, но… не вся правда». Перед началом тура 3 июля была зачитана пышная телеграмма-поздравление Купрейчику, подписанная директором республиканского шахматно-шашечного клуба. На следующий день судьи поздравляют меня, но телеграммы нет, и масса моих друзей пристает с вопросом: «Почему?». Пришлось отшучиваться: « Купрейчик – национальный герой, и его поздравляют с днем освобождения Минска, а меня поздравлять с днем независимости США, что ли?». Однако в этой безобидной, на первый взгляд, истории, как в кривом зеркале, можно разглядеть контраст в восприятии своих лидеров местным руководством.
1978 год
Газета «64» №29 20-26 июля 1978 года подводит итоги: «Единственную путевку в высшую лигу завоевал самый юный участник турнира бакинец Г. Каспаров. Это выдающийся успех 15-летнего школьника. Чемпион Узбекистана И. Иванов также набрал 9 очков, но уступил Каспарову по системе коэффициентов Бухгольца. Иванов совершил, кажется, невозможное. Начав турнир с двух поражений, он в последующих одиннадцати партиях набрал девять очков. Право сражаться в первой лиге завоевали набравшие по восемь с половиной очков А. Капенгут, В. Купрейчик, А. Михальчишин, А. Панченко и В. Цешковский. За чертой призеров – отставшие на пол-очка (в порядке мест по Бухгольцу) С. Палатник, Л. Альбурт, С. Долматов, С. Макарычев , Н. Рашковский и К. Лернер». «Шахматы в СССР» №10 за 1978 год, стр.10 отмечает: «Расчетливо вели борьбу А. Михальчишин и А. Капенгут. Они завершили турнир без поражений, одержав по 4 победы».
Для тех, кто интересуется историей шахмат в Беларуси, несколько слов о Леониде Ильиче Прупесе (почти Брежнев!).
Директор республиканского шахматно-шашечного клуба Леонид Ильич Прупес
С первых дней войны участвовал в боях за Могилев в сводном батальоне НКВД. Затем в партизанской бригаде «Беларусь» был заместителем начальника особого отдела. После войны стал чемпионом республики по легкой атлетике, впоследствии заслуженный тренер БССР, более 20 лет возглавлял Минскую областную физкультурную организацию, а потом руководил республиканской спортивной базой. На сайте «Партизаны Беларуси» сохранилась автобиография героя.
На самом деле его отчество – Израилевич. В элите республики его терпели из-за партизанского прошлого, но только до пенсионного возраста, «сослав его к своим». За десятилетия руководящей работы виртуозно смотрел, куда ветер дует, старался не делать резких движений. Придя в шахматный клуб, открытый еще в 1959 году, он сменил непотопляемого Рокитницкого и первое время прислушивался исключительно к советам незаменимого завхоза Абрама Моисеевича Сагаловича – ведущего судьи в Белоруссии. Я уже писал о нем. На войне Сагалович остался без ног, с усилиями передвигался на протезах, но для подавляющего большинства любителей был верховным авторитетом в течение нескольких десятков лет. При новом директоре, не разбиравшемся в нашем виде спорта, он был своего рода «серым кардиналом». Однако через пару лет ЛИ поднаторел в конъюнктуре и снова «держал нос по ветру».
На фоне успехов нельзя было забывать и об обязанностях. Вместо тренировочного сбора к первой лиге, мне поручили подготовку сборной республики к XY Всесоюзной Спартакиаде школьников. Шефство было возложено на комсомол. Достаточно было одного моего визита к зав. отдела спорта ЦК ЛКСМБ Рыженкову (тогда еще Володе – будущему министру спорта, чтобы нас устроили в пансионат «Юность» на Минском море, где ребята могли не только заниматься шахматами. Выделялись Петя Корзубов и Андрей Ковалев. Продуктивные занятия сыграли свою роль – команда заняла 1 место! Однако поехать с ними я не мог из-за участия в первой лиге и лавры достались другим. Кстати, вскоре Петя на юношеском первенстве мира (декабрь 1978 г. – январь 1979 г.) занял четвертое место.
За неделю до начала первой лиги я послал телеграмму в Ашхабад организаторам с просьбой принять меня на несколько дней раньше для акклиматизации, но отрицательный ответ получил не я, а гостренер Мочалов, не соизволивший поставить меня в известность. Хотя командировал Спорткомитет БССР, о тренере пришлось просить родной «Спартак», но больше, чем командировочные 2,6 руб. они платить не могли. Оставалось приглашать кого-то из своих. Я выбрал Веремейчика, незадолго до этого ставшего мастером с моей помощью, начавшейся ещё со времён нашей «очень важной» партии командного первенства Белорусского политехнического института среди факультетов в 1967 году, её фрагмент можно увидеть в «Теоретик, Игрок, Тренер» на стр.386.
В первом туре черными я играл со старым партнером Игорем Ивановым. На 21-м ходу предложил отравленную жертву фигуры. Он прельстился, не заметив временной жертвы ферзя на 26-м ходу. В начале турнира голова была ещё как в тумане, и продумав 40 минут над потенциальным матом, я попал в цейтнот и занервничал. Лишняя пара слонов соперника и, при случае, встречные угрозы чёрному королю заставляли найти форсированное решение и, вместо мата надо было ограничиться просто выигранной позицией. Вместо этого я загнал белого короля на h6 при полной доске фигур, где он оказался в безопасности. Пришлось ограничиться вечным шахом.
Чтобы компенсировать расходы по поездке, я предложил Володе оформить совместные комментарии, используя мои подборки, и напечатал в журнале «Шахматы» (Рига) №3 за 1979 год. Как оказалось, в нашей гостинице остановилась турецкая съемочная группа. От нечего делать Веремейчик познакомился с кем-то, пригласившим Володю на роль стражника без слов. Я дал добро на это развлечение и он 2 недели снимался в кино!
Вскоре я простудился и пропустил несколько туров. Дальше пропускать не мог и вынужден был в неважном состоянии играть со Свешниковым в день доигрывания. В дебюте черными я на 5-м ходу пожертвовал пешку, применив разработанный мной гамбит. Освободившиеся от отложенных участники с интересом смотрели на нашу позицию. Особенно эмоционально наблюдал Гургенидзе. Прямо на сцене я у него спросил после 7-го хода: «Бухути, узнаешь?» Он ответил: «Что-то страшно знакомое, не могу понять!» Как все же цвет меняет позицию – он не мог узнать свой коронный вариант! Ведь эта жертва пешки уже встречалась…с переменой цвета, только черная ладья еще стоит на f8, а у грузинского гроссмейстера уже на е1! На 14-м ходу Женя предложил ничью, а я хотел побыстрее вернуться в постель и согласился, но пришлось еще доигрывать до 30 ходов. По дороге в гостиницу Свешников спросил, встречался ли 5-й ход черных.
Евгений Свешников с женой и автор в Хаммеровском центре в Москве во время чемпионата СССР 1988 г
Естественно, я сослался на свою статью. «Нет. Там этого хода нет». Я не поверил, и он в гостинице показал журнал «Шахматный бюллетень» за 1974, № 3 стр. 63–67, и варианта действительно не было. Я не знаю, как у других авторов, но для меня тема закрывается с последней точкой в рукописи. Конечно, надо ее отослать, увидеть публикацию, наконец, получить гонорар, но все это, как бы «за кадром», не имеет отношения к содержанию. Естественно, я не выверял журнал по рукописи. Потом я спрашивал редактора, милейшего Германа Самуиловича Фридштейна, и он признался, что какую-то «галиматью» выкинул из-за нехватки места. Хотя он был большим педантом, на него невозможно было обижаться.
Туркменские нравы дали себя знать – врачом турнира была оформлена дама, имевшая смутное представление о медицине, в чем ей неудобно было признаться, и от обыкновенной простуды довела до воспаления легких. Тут на дыбы встал главный судья Уфимцев, наотрез запретивший выбывать из турнира. Это было тяжелое испытание!
В 1979 году в издательстве «Беларусь» вышел очередной сборник «Стратегия, тактика, стиль», посвященный республиканским шахматам 70-х. Предыдущие – «Дома и за рубежом» в 1968г. и «Шахматисты Белоруссии» в 1972г.- в основном освещали 60-е. Я послал свежую книжку своему корреспонденту в США международному мастеру Сэйди, в свое время врачу-профилактику Роберта Фишера. Мы играли на турнире в Люблине в 1973 году, где я применил интересную новинку уже на 6-м ходу. Антони рассказывал немного о себе. Он ливанец, христианин-маронит, с болью рассказывал, как Организация освобождения Палестины разрушила его цветущую родину. В ответе на бандероль он заметил: «Так ты в Белоруссии король!». Увы, для этой оценки надо было жить в Калифорнии!
Начало 1979 года было омрачено конфликтом, о котором мало кто знал. Обычно я предпочитал приглашать «варягов» не менее чем за месяц до начала очередного Мемориала Сокольского. На этот раз я был рад приезду своего друга Юры Разуваева. Однако за несколько дней до старта ему подвернулась поездка в Италию. Озадаченный потерей ключевого гостя, я спросил, не может ли он сосватать вместо себя кого-нибудь из друзей-мастеров. Последовала долгая пауза, и растерянно-извиняющимся голосом он произнёс: «А у меня, кроме тебя, не осталось друзей-мастеров.» Для спасения призового фонда, на заседании федерации за несколько дней до старта, я предложил 14-м мастером включить Любошица, трижды игравшего ранее. Список участников был утвержден. Не был против и Купрейчик, однако в день жеребьевки он выразил сомнение в целесообразности этого. Замотанный всевозможными проблемами перед началом турнира, я отмахнулся, ответив лишь, что он не возражал при голосовании. Заведшись, Витя пишет заявление в Спорткомитет БССР, где категорически возражает против участия ветерана, вплоть до отказа играть.
На следующий день я поставил в известность председателя Белсовета «Спартак», созвонившегося тут же с зам. Председателя Спорткомитета республики. Они приняли решение в тот же день повторно собрать федерацию с их участием. Кворума не было, но Мисюк объявил об изменении своей позиции из-за ультиматума лидера сборной. Любошиц был утвержден почетным судьей. Я опасался реакции Борсука, потерявшего много времени из-за ненужного скандала, но в его глазах прочел сочувствие и понимание с кем мне приходится работать. Остаток дня я завис на телефоне, фрахтуя недостающего участника, готового тут же вылететь. Нервотрепка не прошла бесследно, и я отстал на очко от Вити, разделив 2-е место с Дыдышко. Некоторым утешением было блестящее выступление чемпиона Белсовета Бори Малисова, выполнившего мастерскую норму.
Настала пора задуматься о перспективе. После описанного цирка со всей очевидностью стало понятно, что «лбом стену не прошибить», ни «штатный чемпион», ни счет личных встреч ничего не изменят – шахматная карьера зашла в тупик и надо в жизни что-то менять. Напрашивался отказ от дальнейшей борьбы за место в элите страны. Поэтому звонок 8-го чемпиона мира с предложением стать секундантом в претендентском цикле попал в нужный момент. Первым делом я поинтересовался, могу ли при этом сыграть в отборочном к ч-ту СССР, куда я выбыл из первой лиги. Таль тут же пообещал международный турнир взамен (конечно, потом Миша свое слово не сдержал). Вопрос о моих условиях, заданный напряженно искусственным голосом, я обратил в шутку: «Одиночный номер». Я надеялся на 15-летний стаж дружеских отношений и безоговорочно верил ему.
Потом директор Латвийского шахматного клуба Н. Захаров объяснял мне технологию выбора секунданта, включающую проверку в КГБ возможности выезда за рубеж, и я понимал, откуда ноги растут, когда за 3 чемпионских титула подряд мне не дали ни одного турнира даже в соц. странах. Хотя, когда через год, вернувшись с матча Таль – Полугаевский, я получил приглашение зав. спортивной редакции Белорусского телевидения рассказать об этом, Володя Довженко проболтался, что меня, наконец, вычеркнули из «чёрного списка», но объяснять подробнее категорически отказался.
На работе в «Спартаке» согласились с моим продолжительным отсутствием. Второй тренер Наум Каган договорился с директором Дворца культуры профсоюзов о переносе работы нашего клуба в их помещение, и иногда я читал там лекции для нашего актива. Попутно Наум помогал с квалификационными материалами.
После выхода в конце 70-х закрытого постановления ЦК КПСС об увеличении выхода шахматной литературы, Республиканская Федерация получила соответствующий запрос, и с подготовленными предложениями Шагалович и я пришли к зам. председателя Госкомиздата БССР. В ходе обсуждения В.Ф. Борушко удивился, почему я сам не предлагаю что-нибудь написать. Я сослался на работу с Талем, но пообещал по окончании написать серьезную монографию, которая и была внесена в план. Вскоре с аналогичной идей обратился зав. редакцией “ФиС” Витя Чепижный, но я отказался, наивно предполагая, что дома будет легче с редактированием.
Неожиданно возникли трудности – гос. тренер БССР Мочалов не захотел отпускать меня с тренировочного сбора команды республики, попортив немало крови мне и Мише. При учреждении этого поста инструктор республиканского спорткомитета Евгения Георгиевна Зоткова с санкции руководства предлагала мне перейти сюда, (аналогичное предложение в 1975 году поступало из Ленинграда, я уже писал об этом однако, как я понимал, турнирная практика резко сократится, хотя в то время трудно было представить, как изменится моя спортивная жизнь после отказа.
В конце концов я доказал зам. председателя Спорткомитета БССР, что работа с экс-чемпионом мира, мягко говоря, не менее полезна для подготовки к Спартакиаде, чем «бить баклуши» на сборе под Минском, и оказался в Юрмале. Быстро пролетел сбор и началась Спартакиада народов СССР.
Недостаток опыта работы секундантом сказался. В партии с Евгением Владимировым черными я пошел на вариант, в котором на сборе придумал интересную новинку и не смог перестроится. После партии извинился перед Мишей, но неприятный осадок остался.
Конец 70-х
В 1979 г. очередная Спартакиада была для КГБ генеральной репетицией будущей Олимпиады, и знакомый по сборам в минском мотеле чекист Федя появился на нашем турнире, первым делом спросив у меня о пресс-баре. Потом, впрочем, мне сказали, что через год он поймал шпиона и был награжден орденом.
В полуфинале запомнилась партия с чемпионом Европы по переписке Говбиндером. Очень медленно разыгрывая дебют, он повторял мою партию с Дорфманом трёхлетней давности. Оставалось только догадываться, на что он хочет поймать. Я наметил контрольным 23-й гроссмейстерский ход белых, не зная который заранее шахматист его уровня может найти с трудом только после длительного раздумья, однако он был сделан сразу, что подтвердило мою мысль, что позиция возникла не случайно, несмотря на 2 часа времени, истраченного Говбиндером. Дело в том, что в “Шахматы в СССР” за 1976 г. №9 стр.12 опубликованы примечания мастера А. Чистякова к упомянутой встрече, где дальнейшая борьба получила неточное освещение. Однако ещё при совместном анализе с Иосифом мы видели, как игру чёрных можно усилить. Партия продолжалась ещё 6 ходов, а заключительная позиция тремя годами ранее стояла на доске у меня дома! Я решил обыграть парадокс и прокомментировал в “Шахматы в СССР” за 1979 г. №10 стр. 13, 21. (см. партию№58).
В последнем туре полуфинала мы встречались с Арменией. Москва и Грузия обеспечили себе первый финал, а от нас зависели наши партнёры, боровшиеся с Казахстаном за второй. В конечном счёте всё решал Боря Марьясин, который предпочёл отложить, хотя мог выиграть сразу. Начав переговоры с Ваганяном, он всё же испугался обстановки в команде. Впоследствии поэтому друг Рафика «главный спартаковец» Женя Кузин исключал Борю из любых кандидатских списков на участие, где бы там не было. Однако казахи, которых мы пустили во второй финал, отплатили чёрной неблагодарностью, сплавив в последнем туре финала матч узбекам 1- 8.
Перед последним туром, в котором встречались Латвия и Белоруссия, Таль попросил меня зайти к нему. Он как бы нехотя предложил ничьи на двух досках (по просьбе Гипслиса), но поставил условие, что свою партию он играет, хотя и с гарантированным результатом. Таль в разменном варианте славянской защиты долго мучил Купрейчика. Тот после тура сказал мне, что никогда больше в подобных сделках не участвует и был абсолютно прав. Лучше всех в команде сыграл Мочалов 6,5 из 9, хуже других– Купрейчик 3,5 из 9.
Встреча с 8-м чемпионом мира в АН БССР. Минск 79 г
Конечно, по эффективности прежде всего вспоминается моя идея, реализованная против Полугаевского, задавшая тон блестящему выступлению Миши, но можно напомнить о поединках с Романишиным (прокомментирована мной в сборник «Межзональные турниры Рига-79 и Рио-79» стр.92-94), Меднисом и Римсдейком, где Таль применял мои разработки. О событиях после триумфа в Рижском межзональном, когда 8-й чемпион мира стал третьим, покорившем вершину 2700 после Р. Фишера и А. Карпова, я рассказывал. Однако здесь кое-какие моменты освещу подробнее.
Конечно, я разделял эйфорию, охватившую Мишу и близких, однако не мешало бы подумать и о дальнейших планах. Зная нашего героя, я понимал, что он видит свой матч с Карповым, но работа, необходимая для достижения цели, оставалась за кадром. Поскольку в этом цикле статей я стараюсь осветить мою шахматную жизнь в рамках республики, остановлюсь только на его приезде в Минск. При обсуждении календаря Таль захотел через полтора месяца сыграть в чемпионате СССР. Я безуспешно пытался отговорить его. Его статусу в этот момент мог соответствовать только очередной титул, а это “бабушка надвое сказала”. Поэтому наивным выглядит диалог
«В. Р. И нужен был Талю, уже попавшему в претендентский цикл, этот чемпионат?
Ю. Т. Мне кажется, Таль хотел отблагодарить минчан за ту помощь, которую ему оказывал в межзональном турнире Альберт Капенгут (кстати, помню, как Таль стоял в дверях клуба Дзержинского после тура, курил и жаловался Капенгуту: «Зевнул колоссальный темп!»). Или же посчитал, что лучшим способом поддержания формы перед матчем со Львом Полугаевским для него, Таля, будет игра.»
Естественно, ему хотелось расслабиться после трудной для него самодисциплины до и во время межзонального, но он в очередной раз “слетел с катушек”. Апофеозом были недельные гастроли где-то в Полтаве, откуда Таль прилетает «с корабля на бал» в Минск на турнир высшей лиги. совершенно простуженным, считая себя обязанным стать чемпионом. Это всегда трудно, а при недомогании — вдвойне.
На чемпионате СССР 1979 г. у нас не было такого обилия справочных материалов, как на межзональном, поэтому нам приходилось больше полагаться на его феноменальную память. Например, перед партией с Геллером, покончив с завтраком, Миша сосредоточился и начал бормотать: “Где Фима играл последний год?”. Насчитав 4 турнира, он начал вспоминать по порядку все партии, сыгранные там нужным цветом. “Так, он проиграл в этой системе, да и в похожей встрече, хоть и выиграл, но стоял подозрительно”. Наметив 4-5 точек соприкосновения репертуаров, он начал новый круг. “А что в этой позиции было сыграно интересного за последнее время?”. Ботвинник, который в последние годы жизни работал над созданием «электронного гроссмейстера», дал этому феномену своеобразную оценку: «С точки зрения кибернетики и вычислительной техники, Михаил Таль – устройство по переработке информации, обладающее большей памятью и большим быстродействием, чем другие гроссмейстеры; в тех случаях, когда фигуры на доске обладают большой подвижностью, это имеет важнейшее, решающее значение.”
В итоге, после 15 минут такой активности, которой я не уставал поражаться, мне поступал заказ найти конкретные партии, и мы приступали к анализу во всеоружии, причем КПД был очень высок – новинки сыпались как из рога изобилия. Я немало времени провёл за доской с великими шахматистами, но Таль был уникален! Как следствие, в турнирах его талант раскрывался полнее, ибо подобный выбор дебютной стратегии эффективнее многочасовой подготовки соперников.
Фото Миша с Жанной в полулюксе гостиницы «Минск» 1979
В такие минуты я с горечью вспоминал время, потерянное на десятки, если не сотни часов нашего блица в 1964-66 гг. Ведь займись мы тогда подобными анализами, Таль мог бы гораздо полнее реализовывать свой гигантский потенциал, растраченный порой почём зря, да и мне бы это не помешало. А ведь я говорю только о нескольких годах его творчества!
Мое обращение к глав. врачу республиканского физкультурного диспансера мало что дало Мише, избалованного вниманием медиков. Пришлось даже пропустить партию третьего тура против Романишина, оказавшуюся роковой для экс-чемпиона мира. Во время очередного доигрывания, когда игралась пропущенная встреча, Геля и я сидели в девятом ряду, когда Миша в цейтноте на 38-м ходу опустил коня на е3, потом тут же его подобрал и поставил на f6. Я успел пробормотать ей:” Он подставлял коня!” и побежал за сцену. В комнату участников заходят игроки, отложившие партию, начинается анализ. В ключевой позиции происшествия, Таль искусственным голосом, пытаясь быть непринуждённым, произнёс:” Я чуть было не подставил коня”. Надо было видеть долгий кинжальный взгляд Олега в ответ. У столика в тот момент стоял судья из Гомеля Феликс Гилютин, ничего не сказавший, а чуть поодаль был зам. главного судьи Лева Горелик. Потом он мне сказал:” Таль как бы выронил этого коня, но я рад, что не стоял рядом”. Спустя несколько недель мы с Романишиным вдвоём парились в Новогорске на Олимпийской базе. Зашла речь об инциденте. Мой приятель, с которым играли ещё 12 лет назад, со злостью на партнёра произнёс:” Если бы я знал, что за моей спиной стоял Аршак, я, конечно же, заявил бы об этом. Но полагаться на незнакомого судью, возможно преклоняющегося перед авторитетом экс-чемпиона мира, я не мог себе позволить”.
Я думаю, что раздвоенность между желанием выиграть турнир любой ценой и предательством любимого дела всей жизни сослужили плохую службу (А как назвать иначе?). Достаточно было при доигрывании после одиннадцатого тура вместо желательных трех очков в четырех партиях, которые выводили на первое место, взять лишь полтора, чтобы «посыпаться» не останавливаясь.
Еще в начале нашей работы проскакивала обида на Карпова, от гонорара за работу в Багио до дележа в Монреале. (Геля говорила, что Миша не мог себе позволить обогнать чемпиона мира.) Думаю, что это послужило мощным тонизирующим фактором для подготовки и игры в межзональном.
Апофеозом был визит чемпиона мира в Минск на несколько дней во время 47-го чемпионата СССР. Их комнаты в гостинице “Минск” были почти рядом, но никаких контактов не было. Карпов прилетел в Минск, чтобы встретиться с главой республики Машеровым. Интересен протокол этой встречи. По рассказу Толи, формально его пригласил, кажется, председатель Совета министров республики, не интересовавшийся шахматами, но вскоре зашёл Петр Миронович и в ходе разговора пообещал новый шахматный клуб, документы на который пару лет путешествовали по кабинетам.
Я думаю, что мой друг Юра Разуваев в ходе работы с будущим чемпионом мира с восторгом отзывался о моей библиотеке по живописи, особенно в своё время его восхитили альбомы галереи Сукарно. Толя, сам собиравший книги по искусству, позвонил, и мы договорились о его визите, но потом он всё же ещё раз звякнул, что не сумеет выбраться.
Впрочем, я был так поглощен работой с Талем, что обращал мало внимания на остальное, хотя приметил шустрого мальчугана, перескакивающего через ступеньки в зале клуба Дзержинского, где меня самого когда-то принимали в пионеры. Во время турнира в «Советском Спорте» появилась статья Ю. Васильева о сессии школы Петросяна с теплыми словами об одиннадцатилетнем Боре Гельфанде, и, услышав от мэтра советской шахматной журналистики А. Рошаля негативный отзыв, вызванный, на мой взгляд, его отношениями с Тиграном и Юрой, я подумал, сколько еще в будущем будет рикошетить на Боре!
Поскольку я жил в 5 мин. ходьбы как от гостиницы «Минск», так и от клуба Дзержинского, а Геля предпочитала кормить Мишу домашней едой, то довольно часто местом подготовки, используя обширную библиотеку со свежими западными изданиями, а также обеда и отдыха перед очередным туром стала моя квартира, а, поскольку жена уезжала на работу в НИИ ЭВМ (не скажу, что ей такой режим гостей нравился), то Геля готовила что-то сама. Как-то я вспомнил, как жалел о книгах одного из своих учителей, так и не подписанных Сокольским, и попросил, вроде бы, моего друга подписать свои и был ошеломлен его категорическим отказом. Вспомнил, как на аналогичную просьбу также у меня дома реагировал Багиров: «Но ведь я их тебе не дарил!», хотя тут же подписал. Увидев, какое это произвело на меня впечатление, Таль предложил компромисс – подписать их моему десятилетнему сыну. Изредка такие вспышки – попытки трансформации наших отношений в более доминантные случались и ранее.
Не скрою, мне было приятно слышать на закрытии межзонального:” Я пользуюсь случаем, чтобы выразить огромную благодарность минскому мастеру А. Капенгуту, который очень помог мне в подготовке дебютов, и в анализе позиций.” “Шахматный межзональный Рига-79” №20 стр.3.
За анализом М.Таля и его секунданта А.Капенгута наблюдают участники межзонального Л.Любоевич и Ф.Тройс, а также А.Войткевич, помогавший при подготовке к турниру
Однако, после серии таких, вроде бы мелких эпизодов, мне не мешало бы задуматься, хотя в то время я еще безоговорочно верил ему.
Несколько месяцев после чемпионата СССР были «под завязку» заполнены подготовкой и матчем Таля с Полугаевским, о чем я подробно рассказал в статье «Глазами секунданта» (некоторые фрагменты повторяются и в других материалах).
Я не случайно повторил название своего отчета в “Шахматы, шашки в БССР” №4 за 1980 г. стр. 7-9. На заседании редколлегии Купрейчик назвал статью украшением номера. Журнал издавался уже полгода, но, к сожалению, нам запретили ставить №№, ибо он издавался под фиговым лепестком «информационно-методического сборника». Всего вышел 61№. Не знаю, чья роль в «его рождении» оказалась решающей, но слышал о помощи известного писателя, возможно, Ивана Шамякина, неравнодушного к шахматам. В его дневниках это проскальзывает («Патоличев и Крапива сели в кабинете играть в шахматы», упоминание относится к 1955г.). Другая версия – «пробитый» [в Москве] через Кирилла Мазурова при помощи Максима Танка».
При распределении обязанностей в редколлегии я взялся за теоретический раздел, причем не только регулярно публиковал свои материалы, но и старался расширить круг авторов, особо горд появлением статьи будущего чемпиона мира! Также привлек спартаковцев А. Парнаса и И. Эпштейна, хотя работа над их статьями требовала значительно больше времени, чем написать самому. Не случайно Петя Корзубов, вспоминая уже в этом веке наш журнал, упомянул и мой труд.
К слову, возвращаясь к дискуссии на сайтеи На одном из заседаний редколлегии при обсуждении только что вышедшего журнала, я заметил, что первым белорусским гроссмейстером стал 6-кратный чемпион БССР А.С. Суэтин, на что Купрейчик снисходительно заметил: «Этот вопрос согласован в ЦК».
Ещё один момент. Один любитель написал: « Ён не пра лік у бітвах двух тутэйшых “К”, і ўсё-ткі: чэмпіянаты БССР & мемарыялы Сакольскага 1970-79 гг далі перавагу Аліка над Віцем “+3”, не “+6. Дарэчы на пошук вынікаў турніраў – з кніг “Стратегия, тактика, стиль”, “Мемориалы Сокольского” сайта патраціў мінут 5-7».
Купрейчик -Капенгут
Ему невдомёк, что в БССР 60-80 гг. регулярно проводились не только командные первенства республики, как среди областей, так и обществ, а также и столицы. Даже в «Теоретик, Игрок, Тренер» на стр.386. можно увидеть «очень важную» партию командного первенства Белорусского политехнического института среди факультетов в 1967 году (с Веремейчиком). Несколько раз мы с Витей встречались даже на первенстве города среди ВУЗов, не говоря уже о матчах «Динамо» – «Спартак» или всесоюзных турнирах. Вспомнил об этом, чтобы дать совет критику хотя бы полистать подшивку нашего журнала, чтобы уточнить для себя счёт. К слову, Купрейчик в середине 90-х был расстроен, но не мог возразить, когда, в силу ситуации, как капитан Олимпийской команды Беларуси, я был вынужден напомнить ему баланс нескольких десятков наших встреч.
Весной 1980 года в Судаке состоялось очередное командное первенство ЦС ДСО «Спартак». Я уже рассказывал об аналогичном в 1974 г., когда команда в составе Капенгут, Вересов, Марьясин, Веремейчик, Головей, Арчакова разделила первое место с ленинградцами. Веремейчик вспоминает (правда, перепутав года): «…обошли команду Москвы, которая имела тогда в составе Петросяна, Лейна, Григоряна, Затуловскую. Те даже на закрытие не пришли».
Володя мог и не знать, что на публикацию и обсчет результатов Тигран наложил табу, ибо в соперничестве первых досок Рашковскому и мне удалось обогнать экс-чемпиона мира.
На этот раз к трём ветеранам – Капенгуту, Веремейчику и Головей прибавились Артишевский, Батюта и Цифанская.
Команда Белсовета ДСО «Спартак»: А.Капенгут, Ф.Батюта, Т.Головей, Л.Цифанская, В.Веремейчик и С.Артишевский
Опять слово Володе: «Перед последним матчем мы отставали от команды Москвы на 2 очка и встречались с ней в последнем туре. Нам предложили ничью. Яков Ефимович Каменецкий, который был тогда нашим представителем, сказал, что, наверное, нужно соглашаться.
Я.Е. Каменецкий отмечает нашу победу
А мы с ребятами из команды сели, посудачили и решили, что нет большой разницы, займем мы второе место или третье, будем бороться за первое. На следующий день вышли на тур, выиграли со счетом 4: 2 и стали чемпионами». Немного странным выглядит в мемуарах игнорирование роли старшего тренера Белсовета, не только всё время «державшего руку на пульсе», но и в обоих турнирах выигравшего первую доску, по принципу «…с глаз долой, из сердца вон».
Судак 1980
Во время соревнований мы выбирались в горы и однажды, в полутьме я оказался в полшага от стометрового отвесного обрыва – «Есть упоение в бою, И бездны мрачной на краю».
Т.Головей и А. Капенгут в крымских горах. Фото Ф.Батюты
В заключение хочу повеселить читателей забавной ситуацией. В купе по дороге домой с Т.Головей, Л.Цифанской и Л.Лысенко мы играли в преферанс. Люба незадолго до турнира не очень удачно вышла замуж. За окном уже мелькают пригороды её родного города, и она произносит с тоской: «Киев неумолимо приближается!»
Еврейская община в Беларуси обладает богатой многовековой историей. Первые известные упоминания о присутствии евреев на этой земле относятся к XIV веку. Великий князь Литовский Витаутас в 1388 году предоставил особые привилегии евреям в Бресте, а в 1389 году – в Гродно. В 1495 году евреи были вынуждены покинуть Беларусь, вместе с литовскими евреями, но вернулись в 1503 году. Особую роль в экономическом развитии Беларуси играли евреи из Бреста-Литовска, многие из которых были зажиточными купцами и откупщиками налогов. В 1506 году была создана еврейская община в Пинске. В конце XVI века евреи поселились в Новогрудке и затем в Минске, Полоцке, Витебске, Могилеве и Орше. На протяжении столетий Беларусь была одним из важнейших центров еврейской образованности. В конце XVI века были основаны первые иешивы в Бресте и Гродно, а в 1685 году в Минске была открыта иешива раввина Моше бен Мордехая, где в 1722 году начал преподавать выдающийся талмудист и историк И. Гейлприн. В 1733 году А. Л. Гинцбург (1695–1785) основал в Минске вторую иешиву. В Беларуси зародились некоторые хасидские движения, включая Хабад. В то же время, митнагдим (противники хасидизма) также оказали сильное влияние на белорусских евреев. В XIX веке в Беларуси появились “литовские” иешивы в городах Воложин, Ивье, Мир и Ружаны, из стен которых вышло множество выдающихся ученых и раввинов. Местные еврейские общины сформировали свой особый уклад жизни, а идиш в этом регионе стал диалектом северо-восточного региона. Белорусские евреи внесли большой вклад в мировую культуру. В Беларуси родились писатель Менделе Мохер Сфарим, художник Марк Шагал, историк Симон Дубнов, дирижер Борис Хайкин (1904–78) и многие другие. Многие будущие лидеры Израиля, такие как Хаим Вейцман, Менахем Бегин, Ицхак Шамир и Шимон Перес – уроженцы Беларуси. В Пинске долгое время жила Голда Меир. В Полоцке учился Эльезер Бен-Иехуда, который сыграл ключевую роль в возрождении современного иврита в Эрец-Исраэль. В Гомеле появился один из первых отрядов еврейской самообороны, участники которого, переселившиеся вскоре в Эрец-Исраэль, положили начало второй алие и основали организацию Ха-Шомер. Беларусь также была первым и одним из самых значительных центров еврейского рабочего движения.
В настоящее время в Беларуси активно развивается еврейская жизнь. Работают общества еврейской культуры, еврейские школы, религиозные общины, отделения израильских институтов, издается международный еврейский журнал Мишпоха. Некоторые из этих организаций выпустили свои значки, отмечающие либо принадлежность людей к этим организациям, либо в память о культурных или исторических событиях. Эти значки, являясь предметами коллекционирования собирателей иудаики, становятся свидетелями и памятниками событий общественной жизни еврейской общины Беларуси. Целью автора этой заметки является поиск и описание таких значков, выпущенных на территории Республики Беларусь.
В апреле 1991 года в Минске был основан Союз белорусских еврейских общественных объединений и общин, который тесно взаимодействует с государственными и общественными организациями Республики Беларусь. Союз является членом Координационного Совета по правам национальных меньшинств при Кабинете Министров Республики, а также входит в состав Республиканского центра национальных культур. Основными целями Союза являются возрождение и консолидация национальной и культурной общности евреев в Республике Беларусь, защита чести и национального достоинства членов общественных объединений, входящих в состав СБЕООО, а также благотворительная деятельность. На рисунке 1 показан значок, посвященный десятилетию Союза белорусских еврейских общественных объединений и общин, а на рисунке 2 – значок делегата девятого съезда этой организации. Диаметр значка делегата – 40 мм.
Рис 1 Рис 2
В столице республики работает Минский Еврейский Общинный Дом, открытый 24 апреля 2002 года. Открытие Минского еврейского общинного дома стало возможным благодаря поддержке Конференции по материальным претензиям евреев к Германии, еврейских федераций Атланты, Филадельфии, Хартфорда и Берген Каунти (США) и Американского Еврейского Объединенного Распределительного Комитета «Джойнт». Значок, выпущенный этой организацией изображен на рисунке 3.
Рис. 3
9 марта 2008 года в Минском еврейском общинном доме прошел День еврейских знаний “Хеврута” (с иврита — “обучение в паре”). Ко Дню еврейских знаний, программа которого состояла из более чем 50 мероприятий, была подготовлена выставка “Лица нашей истории. Деятели еврейской культуры в творчестве Заира Азгура”. В завершение состоялся концерт ансамбля “Ник джаз бэнд”. Этому событию посвящен значок, изображенный на рисунке 4.
Рис. 4
В девяностые годы в Минске работала еврейская школа, выпустившая пластиковый значок (рис. 5) диаметром 49 миллиметров.
Рис. 5
В 2000 году в Минске прошел III Республиканский фестиваль национальных культур получивший статус «Всебелорусский». В рамках фестиваля прошли 9 фестивалей польской песни, 5 — искусства украинцев Беларуси, 4 — еврейской культуры. Жюри фестиваля возглавлял народный артист Республики Беларусь, лауреат Государственной премии Михаил Дриневский. Во время проведения семинара был заложен сквер «Дружба». Этому фестивалю посвящен значок, изображенный на рис. 6.
Рис. 6
Следующие, описываемые нами три значка (рисунки 7 – 9) посвящены 500-летию еврейской общины Пинска. История еврейской общины города началось в августе 1506 года, когда пинский князь Федор Иванович Ярославич подписал жалованную грамоту пинским евреям на просимые ими участки для строительства синагоги и устройства кладбища. В Пинске жила Голда Меир, учился первый президент Израиля Хаим Вейцман. В настоящее время многое из того, что связано с 500-летней историей пинских евреев, утрачено безвозвратно. Застроены кладбища, снесены синагоги и многие еврейские дома. С начала 90-х годов прошлого века еврейская жизнь в Пинске возобновилась. Были созданы еврейское культурно-просветительское общество им. Хаима Вейцмана, «Общество милосердия», клуб одиноких «Нышоме», еврейская воскресная школа. Активно работает религиозная община Пинска. Автору известно 3 значка посвященных юбилею еврейской общины Пинска. Значок (рис. 7) диаметром 39 мм раздавался участникам и гостям праздника, устроенного в Пинске к 500-летию поселения евреев в городе. Пятисотлетие еврейской общины Пинска совпало с столетним юбилеем Якова Маркмана, первого в Пинске тренера по теннису, благодаря которому в городе начал развиваться и приобрёл популярность этот вид спорта. В Пинске уже много лет проводится турнир памяти Якова Маркмана одним из спонсоров которого является Еврейская община Пинска. Значок, изображенный на рисунке 8 посвящен этим двум юбилеям. Значок изображенный на рисунке 9 посвящен 70-летию видного члена пинской еврейской общины Леонида Романовского тоже совпавшего с празднованием пятисотлетия пинской еврейской общины. Страстное увлечение господина Романовского рыбалкой нашло отражение в сюжете рисунка значка.
Рис. 7
Рис. 8
Рис. 9
К юбилею еврейской общины Пинска были выпущены конверт (Рис. 10), специальная ермолка (Рис. 11) и наручные часы производства Пинского завода «Камертон» (Рис. 12).
Рис. 10
Рис. 11
Рис. 12
Несколько значков, выпущенных в республике посвящены памяти жертв Холокоста. Они важны как напоминание о важности сохранения исторической памяти о жертвах трагических событий в истории еврейского народа. И здесь наверно уместно вспомнить о значке, выпущенном в республике еще во времена Советского Союза. Это значок, диаметром 32 мм выполненный в технике горячей эмали посвященный памяти девяти тысяч евреев погибших в гетто города Борисов (рис. 13).
Рис. 13
Витебское гетто существовало с 25 июля по декабрь 1941 года как место принудительного переселения евреев города Витебска и близлежащих населённых пунктов, Всего в гетто Витебска были замучены и убиты около 20 000 евреев. В октябре 2001 году к шестидесятой годовщине трагедии гетто Витебской фирмой «Принткомпани» тиражом около 1000 экземпляров был выпущен значок диаметром 55 мм, показанный на рисунке 14.
Рис. 14
21-23 октября 1943 года было уничтожено Минское гетто, самое большое из существовавших на территории Беларуси. Минское гетто использовалось германским командованием как ресурс для принудительного труда. Одновременно оно стало местом уничтожения более 70 тысяч евреев Минска и 7 тысяч депортированных евреев из Германии, Австрии и Чехословакии. Автору заметки известно 3 значка выпущенных в память о жертвах минского гетто (рис. 15–17). На значке диаметром 47 мм посвященном пятидесятой годовщине минского гетто кроме дат и надписи на белорусском языке помещена фраза на иврите «память жива».
Рис. 15
Рис. 16
75 годовщине этого трагического события посвящен значок, (рис. 17), изготовленный в октябре 2018 года предприятием «СЭНС-ГЕРАЛЬДИКА» по заказу Союза белорусских еврейских общественных объединений и общин. Значок диаметром 20,5 миллиметров отчеканен из латуни и покрыт эмалью.
Рис. 17
К еврейским значкам автор относит и значки, посвященные дружбе республики Беларусь с Израилем. По-видимому, первый такой значок — это пластмассовый значок диаметром 25 мм с цифрой 50, флагами Беларуси Израиля и надписи «Беларусь Израиль» на белорусском языке и иврите (рис. 18). Возможно значок выпущен к пятидесятилетию принятия решения ООН об образовании Государства Израиль. Белорусская ССР тогда проголосовала за это решение.
Рис.18
Следующий значок (рис. 19) посвящен двадцатилетию установления дипломатических отношений между Государством Израиль и Республикой Беларусь.
Рис. 19
Существуют еще два значка с флагами Израиля и Беларуси (рис. 20, 21). На одном из них флаг являвшийся государственным до 1995 года (рис. 20), а на другом (рис. 21) – современный.
Рис. 20
Рис. 21
Автор не сомневается, что им описаны далеко не все еврейские значки Беларуси и был бы очень благодарен тем, кто пришлет информацию о других значках или новые подробности (кто инициатор выпуска значка, тираж, предприятие изготовитель, дизайнер и т.д.) об описанных в этой заметке значках на почту fnbern@gmail.com
В заключение автор считает своим приятным долгом поблагодарить Аркадия Шульмана, Аркадия Подлипского, В. Рубинчика, а также Директора Музея истории и культуры евреев Беларуси за предоставленные информацию и фотографии.
Поскольку в конце автор высказывает благодарность В.Рубинчику, вынужден коротко повторить о нем то, о чем уже писал.
Последние мес. 3 я вынужден был полностью отключиться как от сайта, так и наблюдению чем он занимается. Мой переход в начавшуюся разрушаться еще лет 6 назад израильским строительным подрядчиком квартиру, осуществлявшего израильский проект ТАМА38, которую он постепенно добивал, не оставлял ни времени ни сил. Побывавший в ней с месяц назад техник телевизионной компании с порога заметил: “здесь что, прошла война?”.
Потому и эту статью, которую получил еще в начале мая, публикую только сейчас, хотя впереди еще немало работы, а также финансовых затрат, чтоб привести жилье в то состояние, в котором должна быть.
И В.Р. зная, в том числе, и о проблемах с квартирой, годами грузил своими статейками, борьбой с “диктатурой”, да еще, называя вещи своими именами, занимался вымогательством. В Израиль, называющий себя политологом, конечно, ехать не хотел, здесь-то надо будет и работать, а вот писать, что все в любимой ему краине дорожает и таму трэба грошы на тое i тое, i iх можна перадаць цераз знаемую дзядькi, якая будзе ехать у Мiнск, или: я мог бы прыехаць на некалькi дзен i забраць 2 тысячы далярау, – в итоге вытянул 5 тыс, не считая огромного времени, в том числе оторванного ото сна, когда надо было сразу же опубликовать очередной его опус, именно так он охарактеризовывал свои творения, при этом отказывался выполнить элементарные просьбы. Когда же я ему написал, что устал от его желания превратить израильский сайт в думы о том, как “улучшить Беларусь”, то в ответ получил: тады мяне сайт не цiкавiць, после чего перестал отвечать на мои письма.
Потому вред он принес значительный. И я ему не однажды писал, и повторю здесь, что за ним большой долг.
Хочу напомнить читателям, хотя ранние главы этого цикла перекликаются с книгой «Теоретик, Игрок, Тренер» (но не тождественны), последние только изредка дублируют отрывки.
В чемпионате республики 1976 года я сделал только 5 ничьих, причем с участниками из нижней половины таблицы – сказалась застарелая болезнь недооценки партнеров, уступающих в классе. Витя отстал на очко, проиграв не только мне, но и Юферову с Мочаловым.
Это фото, подаренное Купрейчику, могло напомнить ему предыдущую за несколько месяцев встречу, но здесь он также просмотрел эффектный удар, а затем растерялся в тактических осложнениях
В апреле 1976 г. в Тбилиси прошёл очередной Кубок страны среди обществ. Кавказское гостеприимство вылилось в гигантский банкет в древнейшем городе Грузии Мцхете, построенном на слиянии Куры и Арагви. Несколько часов мы пировали на открытом воздухе рядом с храмом XI века Светицховели и могли любоваться ещё более старым Джвари на другом берегу реки. Когда я занимался с Наной Александрией, она привезла в Минск в подарок чеканку с видом монастыря на доске, как она сказала, из того, что там осталось.
Запомнилось, как Боря Гулько в долгой буфетной очереди в гостинице “Сакартвело” увидел в мусорной корзине обрывок газеты с шахматной диаграммой, разгладил её и начал решать. Очень интересной получилась партия с Дорфманом. Спустя полгода в Минске он выиграл 1-ю лигу, где я руководил пресс-центром, и Болеславский сказал: “Смотрите, Алик, восходит звезда первой величины”.
Пресс-центр 1 лиги, Минск, 1976 г. Нина Гавриловна Болеславская печатает обзор руководителя пресс-центра А. Капенгута. Сидит демонстратор (будущий ММ) Валерий Смирнов
Этому знаменательному для Минска событию предшествовала основательная встряска. В газете «Знамя Юности» была напечатана статья Г. Вересова, В. Купрейчика и В. Холода «Ни шагу… вперед», перепечатанная «Советским Спортом» и даже «Шахматы» (Рига) №21 за 1976 год. (В отличие от газет, эту перепечатку легко найти.). Авторы убедительно говорят о застое в шахматной жизни республики, иллюстрируя фактами, и непосвященного читателя охватывает волна возмущения. Однако центр тяжести критики смещен со Спорткомитета БССР, делавшего непозволительно мало для нашего вида спорта, на общественный орган – республиканскую федерацию, не имеющую ни финансов, ни штатных работников. К слову, «А судьи кто?». Оба автора – члены президиума федерации, отнюдь не замеченные в активном вкладе в ее работу, порой даже не представлявшие составы комиссий, которые они якобы возглавляли.
Статья троих
Безусловно, ситуацию с клубом можно считать критической. Я даже не говорю о сравнении с Дворцами шахмат в Ереване и Тбилиси, Домом шахматиста в Таллине и, конечно, клубами в Москве и Ленинграде. Правда, говоря о Латвии, авторы поверхностно отмечают второстепенное направление работы. Мне, прослужившему в Риге несколько лет, работа местного клуба известна в деталях. Когда в 1966 году А.Н. Кобленц возглавил разворованное хозяйство клуба, он наладил производство магнитных досок и шахмат, получив деньги для поддержки дышащих на ладан периферийных клубов, для чего создал Республиканский объединенный шахматный клуб, отказавшись от государственного финансирования не только клубов, но также всех соревнований. Маэстро организовал выпуск шахматной литературы, которая при огромных тиражах оставалась дефицитом, но поскольку в Советском Союзе по идеологическим соображениям книги невозможно было печатать не централизовано, то пришлось ограничиться ротапринтами тиражом в 2 000 экз. Кобленц добился большого помещения в старой Риге под методический кабинет, где много перспективных шахматистов пополняло пять(!) различных картотек. К слову, хотя масштаб университета шахматной культуры нам и не снился, справедливости ради надо отметить, что все же Рокитницкий «с барского плеча» иногда «отстегивал» оплату лекций для кандидатов в сборную.
А статистика результатов сборной с 1963 по 75 гг. нуждается в расшифровке. Третье место в 1963 году было спортивным подвигом, а не нормой. В реальности мы не могли бороться на равных с командами Москвы, России, Ленинграда и Украины. Несколько уступали Грузии и Латвии. Поэтому наш диапазон от 5 до 7 места, но многое зависело от жеребьевки. При попадании в группу с парой из большой четверки мы были обречены на второй финал, а занять там первое место еще надо постараться.
Кстати, тогда в 1963 году, после приема у В.Ф. Шауро Гавриил Николаевич пальцем не пошевельнул, чтобы подготовить запрошенный хозяином кабинета проект постановления ЦК КПБ о развитии шахмат. Об «успешном выступлении» Вересова на Спартакиаде 1967 года – 0,5 из 5, было сказано немало, а меня из-за этой Спартакиады республика оставила без участия (и, скорее всего, еще, как минимум одной, золотой медали) во Всемирной студенческой Олимпиаде. Да и партия Купрейчика с К. Григоряном в последнем туре Спартакиады Народов СССР 1972 года лишила нас первого места во втором финале.
В конечном счете цель тройки была достигнута – А.И. Шагалович подал в отставку. Купрейчик отомстил за попытку заменить его Шерешевским в первенстве СССР среди молодых мастеров 1974 года!
Если попытаться взглянуть на работу Федерации шахмат БССР изнутри, то бросается в глаза систематическая работа юношеской, судейской, квалификационной комиссий, а также и по переписке, композиции, а существование остальных только на бумаге, причем я говорю это, основываясь на 30-летнем членстве в президиуме федерации. Например, будучи постоянно членом тренерского совета, я был приглашен на его заседание только один раз в 1984 году, когда потребовалось после отказа ряда мастеров заставить Гельфанда играть в Спартакиаде БССР, стартующую в день его возвращения домой. Правда, я допускаю мысль, что в случаях возможного проблематичного обсуждения на президиуме, нужные для гос. тренера решения оформлялись протоколами тренерского совета.
Я уже рассказывал, как в начале 70-х мне понадобилось создать картотеку спартаковцев – кандидатов в мастера. После очередных перевыборов, по-моему, в 1972 году, я заменил Диму Ноя во главе квалификационной комиссии и расширил документацию на всю республику. Ранее писал, что в начале 1960 года в БССР было 7 мастеров и только 5 кмс, а норму можно было выполнить лишь в финале чемпионата республики. Но лёд тронулся, и за десятилетие их число выросло больше чем на порядок. Вначале мы утверждали норму КМС в турнирах, а также проверяли наличие 2 кандидатских баллов, но вскоре это стало ненужным.
Запомнилось несколько нестандартных ситуаций. В спартаковских турнирах выполнил норму политэмигрант из Ирана Хакшенас. Хотя он неплохо говорил по-русски, у меня (единственного судью и секретаря на 14 столиков) не было времени выяснять его подноготную, но я не сомневался, что он должен быть в контакте с КГБ. Неожиданно Мочалов объяснил мне, что его кураторы возражают против присвоения. Долгие годы судейскую коллегию возглавлял Лёва Горелик. Когда он выполнил норму, против присвоения резко выступил Витя Купрейчик. Аргументов против не было, но документы отложили. В кулуарах я поинтересовался у Лёвы, может был судейский конфликт, но Горелик предположил другие мотивы. Возможно, на следующем заседании Вити не было, и все прошло автоматически.
Переписочников чаще всего возглавлял Яков Ефимович Каменецкий. Вспомнил забавную ситуацию. У нашего ветерана всегда находилось много недоброжелателей из-за острого пера, и при очередных выборах его забаллотировали. Когда начали распределять комиссии, выяснилось, что возглавить переписку некому. Пригласили ЯЕ на заседание и спросили, может ли он продолжить возглавлять этот специфический вид шахмат, не будучи членом президиума. Каменецкий горячо начал: «Вот, когда унижают и оскорбляют…». Дима Ной прервал его: «А когда Вы других унижаете и оскорбляете, это как?». Тот отмахнулся: «Это – другое дело!», вызвав всеобщий хохот.
Не думаю, что раскрою большой секрет, если напишу, что в то время переписочники охотно спрашивали эпизодического совета у практиков. Например, я предполагаю, что какой-то вклад в победы Г. Несиса внес его подопечный А. Халифман. Многие помогали известному меценату Й. ван Остерому. В 70-е у меня порой консультировались спартаковцы: чемпион Европы А. Парнас, призер Я. Каменецкий, участники отборочных к чемпионатам и кубку мира А. Габрилович, Г. Шмуленсон и др., а иногда даже динамовец Э. Балендо. Некоторые партии, которые игрались по моим рекомендациям, я печатал с примечаниями, иногда даже в Информаторе.
Все же в чем-то статья, (а, скорее, постановление ЦК КПСС) помогла – Каменецкий пробил выход странички “64” в газете “Физкультурник Белоруссии»
Я считал своим долгом печатать в “ФБ” творческие отчеты об участии во всесоюзных, а иногда и в международных соревнованиях, хотя “злые языки” трактовали это по-другому: “В. Р. …И сам Альберт Зиновьевич не брезговал публикациями в советских изданиях”.
Спорткомитет БССР согласился на проведение в Минске 1 лиги. Громадную роль в ее успешном проведении сыграл тогдашний председатель городской федерации Л.Н. Христофоров. Будучи членом коллегии Министерства промышленного строительства, он уговорил министра отдать актовый зал почти на месяц.
На переднем плане Рашковский – Карасев, руководитель пресс-центра А.Капенгут наблюдает за встречей Купрейчик – Чехов
Газета «Советская Белоруссия» пригласила меня сделать несколько еженедельных обзоров. Я старался в маленький объем воткнуть максимум информации. После третьего обзора меня пригласил ответственный секретарь и, с трудом сдерживая улыбку, рассказал про летучку накануне, когда главный редактор – член ЦК КПБ, обсуждая очередной №, оставил за собой сокращение на несколько строк моего обзора. Он не подозревал, что там слова были как шестеренки в часовом механизме, и, промучившись несколько часов, распорядился гнать меня взашей. Для меня это было признание журналистской зрелости!
К слову, в то время я уже несколько лет сотрудничал с журналом «Промышленность Белоруссии».
«Промышленность Белоруссии»
Однако в какой-то момент на совещании идеологического актива республики П.М. Машеров коснулся этого издания, которое: «…печатает что угодно, от уроков английского до истории шахмат в БССР, только не то, для чего оно было создано».
Я уже рассказывал, что Болеславский терпеть не мог ходить по кабинетам, но всюду его встречали с огромным уважением. Например, ИЕ со смехом рассказывал мне про заседание штаба по подготовке республики к Спартакиаде народов СССР 1975 г., который возглавлял первый заместитель председателя Совета министров БССР Владимир Фёдорович Мицкевич. Когда все расселись, заслуженный тренер СССР Генрих Матвеевич Бокун, возглавлявший тогда спорт, спросил у ВФ: «С кого начнем?”, не сомневаясь в выборе фехтования как коронного для Белоруссии олимпийского вида спорта, и был шокирован ответом: “О чем речь, когда здесь сам Болеславский”.
Я это вспоминал, когда этот член Бюро ЦК КПБ со свитой приехал на турнир. Я уговорил его сесть за доску и поставил знаменитый пешечный этюд Рети, который он решил, но при следующей позиции начал бегать глазами по сторонам, кто его спасет. В ходе дальнейшей беседы мы акцентировали проблему нового помещения для шахматного клуба, и он не только пообещал, но и реально пробивал решение, принятое еще до визита А. Карпова в Минск в 1979 году.
Наш земляк выступил неплохо, но в высшую лигу не попал. Вспомнил рассказ Юрия Тепера: «Хорошо помню фразу одного моего знакомого во время первой лиги чемпионата СССР 1976 г. в Минске: «Ни Капенгут, ни Болеславский помогать Купрейчику в чемпионате не будут».
После отставки Шагаловича стал остро вопрос о кандидатуре председателя федерации. Было ясно на опыте Гольденова, Суэтина, Зворыкиной, что выбор из собственной среды не работает. Был брошен клич искать влиятельную персону со стороны. Мой друг Саша Любошиц, отдыхая в Сочи, познакомился с членом-корреспондентом Академии медицинских наук СССР Николаем Семеновичем Мисюком.
Мисюк и Любошиц, 1976
Как мне говорили со стороны, положение в элите зав. Кафедрой нервных болезней Медицинского института пошатнулось. Его сотрудник Арнольд Гурленя, о котором писал ранее, как я слышал, в свое время женился на Наташе Машеровой, и Николай Семенович был в фаворе, по квоте республики его выбрали в АМН СССР. Однако злые языки шептались, что к первому секретарю ЦК КПБ попала информация о их совместных похождениях, и он выгнал зятя. Мисюку хотелось реабилитироваться в глазах руководства, потому зондаж Любошица встретил взаимопонимание. Дальше по цепочке – Саша поговорил со мной, я с Болеславским, затем вчетвером собрались у ИЕ. Вскоре на заседании федерации утвердили нового председателя.
В конце года очередной мемориал Сокольского впервые проводился по новой формуле, заложенной в упомянутое закрытое постановление ЦК КПСС по развитию шахмат, продублированное заинтересованными организациями. (Я думаю, что именно благодаря ему такой резонанс обрела статья трех, процитированная вначале). Среди многих полезных нововведений для нас ключевым стал статус подобных соревнований, резко облегчающий финансирование их проведения. Раньше надо было из кожи вон лезть, чтобы обеспечить приглашенным, как правило, сильнейшим мастерам страны, по несколько оплаченных лекций с сеансами. В постановлении были регламентированы 3 категории турниров. Для нашего мемориала (по низшей категории) предусматривалось участие 14 мастеров, позволяющее «Спартаку» выплачивать денежные призы. По-прежнему ключевым осталось приглашение 2 КМС – победителей пирамид отбора по «Спартаку» и по республиканскому календарю. Поскольку к участию мы стали привлекать не только мастеров – кандидатов на участие в сборной республики, но и мало играющих, можно было ограничиться тремя приглашенными. Старожил турнира Володя Савон повторил прошлогодний успех, а финалисты чемпионатов СССР Янис Клован и Эдик Бухман разделили 3-4 места, устроив белорусским участникам суровый экзамен. По «спартаковской» пирамиде в турнир попал Веремейчик. Еще со времен учебы в БПИ я взял над ним шефство, посылал на «спартаковские» турниры, несколько раз содействовал его участию в мемориалах. Для выполнения мастерской нормы Володя попросил меня не обыгрывать его в последнем туре, хотя итог предыдущих встреч был разгромный.
В феврале 1977 г. случилось несчастье – умер И.Е. Болеславский. Снова, как 11 лет назад после смерти отца, меня вызвали из Вильнюса в Минск. На похоронах мне даже не дали слова. Нелепейшая смерть этого милого, обаятельного человека была для всех тяжелым ударом, но по-настоящему начинаешь постигать утрату через годы.
Перед несостоявшимся матчем Карпова с Фишером в 1975 г. С. Фурман заказал ИЕ широкий обзор современного состояния теории. После преждевременной кончины Болеславского перед матчем в Багио, Семен Абрамович предложил мне сделать работу учителя, но я не обладал его энциклопедическими знаниями, и мы договорились о свободном поиске.
Письмо С.А. Фурмана
Когда я сдал эту работу, меня тут же попросили сделать еще одну. К тому времени я ежегодно печатал 3-4 теоретические статьи, зачастую перепечатываемые за рубежом. Еще в 1972 году Болеславский вез готовящиеся к печати теоретические работы к Спасскому перед матчем с Фишером. В начале 1978 года я работал над продолжением статьи по системе Анлийского начала, названной впоследствии моим именем. Меня попросили предоставить этот материал Карпову для подготовки к матчу с Корчным, гарантируя возможность публикации после матча. Когда же после Багио я предложил рукопись в журнал, редактор “Шахматного бюллетеня”, милейший Герман Самуилович Фридштейн, который был большим педантом, попросил справку, что чемпион мира не возражает против публикации. Я махнул рукой на этот облом, и статья пополнила ряд других моих неопубликованных материалов.
В 1984 г., уже работая в штабе чемпиона мира, я напомнил Толе об этих материалах, и выяснилось, что первый, с 30 новинками под “злодея”, до него не дошёл. Я заметил, что одну из новинок применил Полугаевский на Спартакиаде в 1979 г., хотя шахматист его уровня, безусловно, мог и сам найти эту идею. Чемпиона мира это задело, и он в тот момент захотел разобраться в детективной ситуации с утечкой, однако впереди был матч с Каспаровым.
Завоевав признание как известный теоретик, стал получать приглашения и на тренерскую работу. Я уже как-то писал, что побывал в роли тренера Гуфельда на 33-м чемпионате CCCР, однако не скажу, что мне это понравилось. В предыдущей главе я рассказывал о работе с Аршаком Петросяном. Запомнилось, как еще в 1962 году в Тбилиси Вахтанг Ильич Карселадзе указывал на 12-летнюю Нану Александрия, как будущую соперницу Ноны Гаприндашвили, что в тот момент казалось немыслимым. В какой-то момент 1976г. Нана обратилась ко мне за помощью. Я провел несколько сборов, но не был готов к большим масштабам работы с ней и рекомендовал обратиться к Марику Дворецкому.
В Кисловодске-1976 занимаюсь с Наной, рядом Леня Верховский
Когда-то перед одной из партий я показал Тамазу Георгадзе одну кривую новинку, однако Подгаец опроверг её за доской. Тем не менее тбилисец доверял моим знаниям в дебютной стадии и однажды даже приехал ко мне в Минск позаниматься. Апофеозом наших отношений была история с материалом для “Modern Chess Theory”. Грузинский шахматист ехал в Англию и я попросил его передать мою статью. Он «перевыполнил» просьбу – издал как свою, соответственно и гонорар забрал. Несколько лет назад в Нью-Йорке на матче Карлсен – Корякин вспоминали с Альбуртом работу на международном турнире в Одессе , где у себя дома Лева выполнил гроссмейстерский балл, но на первой лиге у меня дома выступил неудачно. Готовились к партии в его квартире на Льва Толстого, потом я возвращался в «Аркадию» на трамвае. В ходе подготовки к Марику Цейтлину, одессит показал свежую идею в остром варианте защиты Алехина, которую постоянно применял. В трамвайной тряске я мысленно возвращался к намеченному варианту и вдруг увидел эффектную жертву фигуру за белых, заканчивающую игру. Срочно на полпути вышел, нашел телефон-автомат и успел предупредить. Запомнилась партия Альбурта с Бронштейном, дважды откладывавшаяся, где Лева записанным 77-м ходом пожертвовал слона. Когда начали смотреть, я нашел отличную возможность за партнера и пришлось искать ничью. Однако маститый гроссмейстер не ожидал жертвы и быстро проиграл.
Похожая ситуация случилась в том же городе спустя 12 лет на чемпионате СССР, где я был с Гельфандом, а Илюшка Смирин – с Ильей Ботвинником. Партию последнего тура с Ваганяном мой бывший ученик отложил в позиции, близкой к ничье. Его тезка к моменту откладывания уже набрался, и мы смотрели втроем. Нашли крепость, и я пошел спать. Очевидно, уже во сне я увидел, что стойка пробивается, вскочил, но по телефону ребят не нашел. Пришлось проверять комнаты их друзей, чтобы откорректировать. К слову, в нашей среде находки такого рода во сне не такая уже редкость!
Приезжали заниматься и другие. Доводилось работать и со сборными республик. Как-то в Паланге я занимался с мужской командой Литвы, а Миша Цейтлин – с женской. Оригинальный путь избрал А. Гипслис. Меня пригласили тренером команды Латвии на сбор с просьбой прочитать цикл лекций по Анти-Бенони. Айвар все конспектировал, а потом я увидел свои анализы на страницах 5-го тома Югославской энциклопедии, естественно, под его именем. Периодически приглашали читать лекции на профсоюзных семинарах тренеров высшей квалификации.
В очередном чемпионате БССР не играл Купрейчик, и борьба развернулась между прошлогодним чемпионом и Юферовым. Наша встреча была отложена в безрадостной позиции, но в силу обстоятельств доигрывалась незадолго до финища. Участникам и прессе ситуация с лидерством казалась неясной, ибо они не подозревали, что я нашел шансы на спасение, и не только повторил прошлогодний успех, но и оторвался на 1,5 очка от Сережи, которого на финише нагнал Слава Дыдышко. В сердцах, мой конкурент признался в своем убеждении о разнице в нашей силе … «на цвет». Т.е., если он играет белыми, то равная игра…До тех пор я не слышал такого сравнения.
Оба стали чемпионами ЦС ДСО «Спартак», Фрунзе 1977 г.
Забавно, что в 1970 году с нами делил еще Гена Сосонко, но победитель определялся по Бергеру, зато в 1975 году я обогнал Игоря Иванова на пол-очка. Тогда еще ленинградец, он меня поражал, когда делал ход, менял очки, брал лежавшую рядом скучнейшую, на мой взгляд, книгу Теккерея “Ярмарка тщеславия” и с увлечением читал, не вставая из-за доски. После ответа партнера все повторялось в обратном порядке. Я не удержался и спросил об этом. Он пожал плечами и ответил: “ Я каждый ход как бы решаю логическую задачу. Выдав результат, моя голова чиста”.
Для полноты картины еще один штрих. Во время моих игровых странствий по Союзу я старался всюду записываться в библиотеки, очаровывая дам, которые имели все права отказать временному читателю, и даже получал доступ к полкам. В Челябинске я взял с собой Игоря, памятуя о его интересе к чтению. Тот попросил посоветовать что-то. Когда мы вышли из библиотеки, он достал из-за пазухи несколько рекомендованных книг и, заметив что-то в моих глазах, добавил: “А что, Софья Власьевна не обеднеет” – “Что-что?” – “Ну, Советская власть”. При первой же, заработанной победой над А. Карповым, поездке за рубеж на Кубу, он отказался лететь с Ю. Разуваевым в пользу следующего рейса, дозаправлявшегося в Канаде, и там сбежал.
Вскоре состоялся очередной Мемориал Сокольского. Как я уже писал выше, формула для установления денежных призов разрешала участие только 2 кмс – победителей отборочных пирамид федерации шахмат БССР и Белсовета “Спартака”, который финансировал турнир. У всех на слуху блестящая победа 15-летнего Каспарова в этом состязании в 1978 г., с которой обычно начинается его послужной список. В книге «Мой шахматный путь. 1973-1985» Гарик замечает, что его допустили к участию только благодаря просьбе М. Ботвинника. К нашему позору, помогло не это обращение к спортивному руководству республики, имеющим отдалённое представление о личности автора письма, а разрешение зампредседателя Спорткомитета СССР В. Ивонина, позволяющее бухгалтерии позиционировать Каспарова как мастера, чтобы его участие не отразилось на выдаче денежных призов. Поскольку я сам занимался этим оформлением, то очередной легенде должен быть положен конец, хотя Гарик, я думаю, просто не знал этих деталей.
Далее он пишет: «Во время жеребьевки я с некоторым замиранием сердца разглядывал грозных соперников: неоднократные финалисты чемпионатов страны Анатолий Лутиков (гроссмейстер!), Альберт Капенгут (замечательный теоретик и тренер), Виктор Купрейчик, Янис Клованс и Александр Захаров, а кроме них – десяток крепких мастеров, практически вся белорусская рать».
Капенгут -Захаров
С юным вундеркиндом приехала целая команда – тренеры Никитин и Шакаров и, конечно, мама. Когда я их пригласил к себе, первым делом Гарик ринулся к библиотеке, где было немало свежих томов, изданных на Западе. Пришлось Аиде его оттаскивать, когда сели за стол. О старте будущего чемпиона мира вспоминает Александр Никитин: «…первые же его партии потрясли всех – болельщиков, тренеров и, главное, самих участников. Турнир сразу стал заметным событием в спортивной жизни города. На Каспарова пошли зрители. Игра бакинца выделялась необычайной свежестью и какой-то загадочной силой. От хитроумных маневров его фигур у соперников буквально кружилась голова. Соревнование он провел вдохновенно…» Все же, в какой-то момент возраст сказался. Гарик вспоминает: «…в 9-м обиднейшим образом выпустил местного кандидата в мастера Валерия Смирнова, чего долго не мог себе простить. За несколько ходов до контроля у меня был начисто выигранный эндшпиль, но когда я прогуливался по сцене, Альберт Капенгут дружески шепнул мне на ухо, что в гостинице меня ждет второй том романа «Граф Монте-Кристо» (книгу принесла родственница Капенгута – мастер Тамара Головей). Я так обрадовался, что сразу же «поплыл», и вместо элементарного выигрыша получилась ничья». Тем не менее уже за 5 туров до финиша юноша выполнил норму мастера! Обычно всесоюзная пресса обходила наш турнир стороной. На этот раз газета «Советский Спорт» снизошла: «Восьмой мемориал Сокольского удался особенно. Накал борьбы был необычайно высок: из 153 партий лишь 60 закончились вничью. Героем турнира стал чемпион СССР среди юношей Гарик Каспаров из Баку. Так уж получилось, что не мастера экзаменовали школьника, а школьник давал урок мастерам!».
Каспаров и Никитин, примерно, во время Мемориала
Вскоре прошел очередной чемпионат БССР. Несмотря на участие Купрейчика, как и в прошлом году конкуренцию составил только Юферов. Все же мне удалось обогнать его на очко. Сережа мрачно констатировал: «У нас штатный чемпион».
Если же подходить совсем серьёзно, то вспоминается недавнее интервью Бориса Марьясина программе «Шахматное ретро», когда он простодушно сказал: «Капенгут у нас всё выигрывал». Возьмем статистику по чемпионатам CССР, то Витя к этому времени играл 3 раза, 6,5 из 22 , 3,5 из 15 и 6 из 17, всюду последнее место. У меня только 2 раза – 10,5 из 21 и 9,5 из 21. Он набрал 16 из 54 (30%), я – 20 из 42 (47%).
Если же взять статистику по чемпионатам БССР и Мемориалам Сокольского 70-х годов, то разница по результатам соперников еще более впечатляющая, счёт личных встреч (+6) соответствующий, но на международные турниры по плану республики ездил исключительно Витя, а автору, так и не получившему в свое время международного звания, по достижении 35-летного возраста, впрочем, как и другим, вообще запретили участие во всесоюзном календаре.
Подпевалы, типа горе-историка шахмат в БССР (по газетным вырезкам) В. Рубинчика пытались объяснить счёт: «Как будто кто-то отрицал, что Капенгуту, когда он жил в БССР, случалось побеждать за доской Купрейчика, который на 5 лет моложе!». Для сведения псевдоисториков я написал в книге Теоретик, игрок, тренер, стр. 390: «Не раскрою большого секрета – я обратил внимание на способного мальчика ещё со времени сеанса одновременной игры М.М. Ботвинника в 1962 году и, когда Витя стал кандидатом в мастера, предложил приезжать ко мне поработать.
Ботвинник задумался над ходом в партии против Вадима Мисника. Рядом сидят Толя Ахремчук и Витя Купрейчик. Подсказывают Капенгут и Миша Павлик
Даже после моего перевода в Прибалтийский округ приказом Р.Я. Малиновского я достаточно часто бывал дома и назначал ему встречи. Когда пришло время играть между собой, я предложил делать короткие ничьи, но к 1968 году боевой характер известного задиры захотел бури». Да и для сравнения напомню, что Каспаров и Гельфанд выигрывали Мемориалы Сокольского в 15 лет!
Продолжение следует
PS.
От редактора belisrael
В конце публикации А. Капенгут неодобрительно высказывается о В. Рубинчике, многолетнем авторе материалов на сайте по различным белорусским вопросам, в начале прошлого года исчезнувшего с сайта, и его можно понять, после того, как тот в комментариях в ютюб на “Шахматном ретро” беседы с А.К. написал:
Well, я не ўзор бескампраміснасці. Але ці стаў бы пасля 24.02.2022 выдаваць сваю кнігу пад грыфам федэрацыі шахмат Расіі (прыўладнай суполкі, дзе сярод куратараў – Пяскоў, Шайгу & Co.), ці хваліўся б гэткім выданнем на ўвесь свет? Не стаў бы і не хваліўся.
Well, я не образец бескомпромиссности. А вот стал бы после 24 февраля 2022 издавать свою книгу под знаменем федерации шахмат России (привластной организации, где среди кураторов – Песков, Шойгу и Со.) или хвастался такой публикацией на весь мир? Не хвастался бы и не хвалился.
Добавлю, что книга была написана и отправлена в издательство 4 года назад. И второе, 3 марта 2022 ведущие шахматисты России обратились к Владимиру Путину. Они призвали прекратить войну на Украине.
“Ошибка может привести к роковой точке невозврата”.
Соответствующее письмо подписали 33 шахматиста из Российской Федерации. Также против войны высказались ряд др. известных шахматистов.
In this material I present photographs taken on February 18 to 21.
Every day a have interesting meetings.
In one of the days I met a group of people from different countries who had arrived to Israel the day before through the Taglit program.
Steve Kagan, 60 years old, from Bergen. Came with a group of Americans. Family in Israel
On the right, Julie Altman from Cambridge and Beryl Youngleson, a teacher from San Diego, came for 10 days
Stuart Bear, 64 years old, MN Lawyer from Minneapolis, came for 2 weeks
On the right is Daniela Pupkin, 21years old, a new immigrant from Chile, living in Herzliya
Birthday of Amnon Epstein, who came to the “Eran’s Angels” volunteer center every day for 2 months
Stuart Bear with wife and Caren Hammerman, 64 years old, from Scarsdale, a town and village in Westchester County, New York. Came for 2 weeks with her daughter who lives in Israel
On the left are Oliver Stanton, 59 years old, a businessman from Florida, Jan Lampit, 21 years old, from Hadera, raleased from the army in december 23 was fighter in search and rescue unit, and Gonen Barlev from Netanya
Vered Golan, an Israeli designer, she lived in Dallas for many years. Father is from Petah Tikva
Photos of February 18
***
Maya Lior Moscowitch, architect, from Tel Aviv
Sam Pittman, 18 years old from New Jersey. Im on a program spending the year in israel before I go to an american college. I love to volunteer here
Jonan Shainberg, 22 years old, from New York, just graduated college and working. Arrived through with Masa program for 6 weeks
Angelica Schanzer from New York, Special education teacher. Reading specialist, speaks Hebrew, family in Raanana. Here for a week visiting my family and daughter Brianna, who is studying on a year-long course in Midreshet Amit in Jerusalem
On the right is Shiri Tsuk from Atlanta, speaks Hebrew.
Luda Kupstaitis Kushnir from Tel Aviv and Terry Duffy, 67 years old, from Maryland. He speaks Hebrew, completed 3rd grade in kibbutz Maagen Michael in 1980, after which he volunteered in kibbutz Misgam Am. Married, three sons, daughter and four grandchildren
Annabelle Kersner. I moved to Israel about 30 years ago and work as a school psychologist. My sister from New York came to Israel now to volunteer during these difficult times. When we are united, we are strong!
from left Howard Blady, 67 years old, and Kenneth Marcus, 69 years old, from New York
Stuart Katz, 60 years old, from Israel, Scott Taub, 42 years old, from North Woodmere – is an unincorporated hamlet in the Town of Hempstead, New York, located in far western Nassau County on the South Shore of Long Island in the Town of Hempstead and Samantha Blady from New York
Alice Edery, 47 years old, from America, architect and realtor, speaks Hebrew, sister lives in Petah Tikva and Daniela Pupkin
On the left Janina Dujovne from Santa Fe, Argentina, a teacher at Bialik High School, Esther Zafrati, an accountant, and her daughter Limor from New York. We arrived for 16 days
Jody Comins, 56 years old, from Framingham, YSA divorce mediator, speaks Hebrew. Came for 6 weeks
Rivka Lang, 27 years old, from Melbourne. Tel Aviv University student
Photos of February 19
***
On the left is Sharona Yunayev from Or Yehuda, PWC Israel volunteer
On the right is Nathan Teichert, 29 years old, a cowboy and brother Lincoln, 27 years old, a university student from Wyoming. Arrived for 3 weeks
The Hamburger family from Manchester, England. Marissa is a pharmacy student, Cindy is a teacher and schoolgirl Libby. Pictured below is Dan Hamburger. Came for a week
Ella Cohen from London, came with Masa program and American
On the left are Tal Navon and Eli Argaman, PWC Israel volunteers
Alannah John, 24 years old, a university student in Georgia, arrived for 3 weeks
Tal Segal, 32 years old, came with the group from Utah. Hebrew at native level
On the left are Jen Kimel, 30 years old, from Toronto, and Israeli Ayelet Wolf
Dan Hamburger from Manchester
On the left is Chaya Simon, a repatriate from America, 2 years in the country, lives in Jerusalem
26-year-old Russian-speaking security guard, lives in Netanya, accompanies groups of foreigners on bus trips around Israel
Photos of February 20
***
Max Pickman, 22 years old, student from New York. Arrived through the Taglit program for 10 days
Matthew Shore, 32 years old, from Westchester, New York, work in healthcare operations as a project manager. Volunteering with Taglit Birthright Israel’s Onward program. Speaks Hebrew
Joshua Friedman, 25 years old, from Vancouver. Works in high-tech and Rachel Haimovich, 24 years old, graduated from college
Nikita Afanasyev, 24 years old. I study politics in Heidelberg. Moved to Germany in 2003 from Belgorod-Dnestrovsky, Odessa region and Ari Gavriel Frausto, 25 years old, from Colorado. Arrived through the Taglit program
Irene Kaufman, 26 years old, from Chicago, finance commercial real estate, David Adatto, 70 years old, from Scottsdale, Arizona, and Noam Shapiro, 31 years old, from New York, theater producer & director
Irene Kaufman from Chicago. My family immigrated from St. Petersburg (Leningrad) in 1989. My dad a mathematics professor, was in Israel in January volunteering
Robert Liveanu, 32 years old, forester, from Montreal
Benji Davila, 22 years old, student, from London
On the right are Michelle Stern, 33 years old, entrepreneur, from Sydney, and Julia Horowitz, 26 years old, retail, from California
A group of volunteers who arrived through the Taglit program, and Luda Kupstaitis Kushnir, who joined them at the bottom right
After the end of the volunteer day, we stopped at the wall with the pictures of the abducted on October 7. On the left an Israeli from Jerusalem, on the right is a volunteer from America
