Author Archives: Aaron Shustin

О леваках. И о сталинском терроре

От ред. belisrael

Вчера,17 мая,  сочувствующий “мирным”, пластелинцам и почитатель сумасбродной греты и нескольких сотен др. швали, в очередной раз собравших флотилию судов, в эти дни приближающихся к Израилю, на прорыв блокады газы к  “голодающим”,  которого иначе как бульбяная гнида назвать не могу, скрывающий свое происхождение, в котором от еврейского ничего не осталось, по приколу в 90-е назвавший себя вольфом, но так и оставшийся уладзiмiрам паулавiчам, как и подписывает свои писульки чиновникам, вспомнил свой материальчик 5-летней давности.

В нем в конце он упоминал Сергея Спариша, задержанного 25 июня 2020 года сотрудниками милиции в штатском, которые с применением физической силы вытащили его из квартиры. Был освобожден 11 сентября 2025 года при содействии США и вывезен в Литву.  Пару мес. назад я пообщался с Сергеем и спросил помнит ли он Рубинчика и рассказал что на самом деле  представляет минский “смелый борец” с лукой. В ответ услышал: “а я всегда считал, что он живет в Израиле”.

В то время, как  в Синеокой не прекращаются аресты и посадки на много лет за любую давнюю хренотень, подлейшее существо не трогают. Не иначе как мародер выгоден власти.

18 мая 2026, 13:31

***

Начиная с 1990-х годов я время от времени высказывался о крайне правых в Беларуси – натурально, без особого пиетета (хотя среди них, как во всех группировках, не замазанных включённостью во власть и не обязанных «прогибаться», попадаются неглупые и мужественные люди). Сегодня – для равновесия, что ли – захотелось поговорить о местных ультралевых. Или, если угодно, о леваках…

Замшелые сталинисты, которым «в обед сто лет», мало меня интересуют – любопытно было послушать новое поколение (успеть, пока оно ещё теоретизирует, а не перешло к практическим действиям по захвату власти :)). Возможно, репрезентативными в этом смысле являются «три богатыря» – Дмитрий с ресурса «Полиграф» и два Константина из кружка, названного «КрасноBY», пожалуй, не без иронии («Краснобай» ;)). Эти могучие мужи решили дать отлуп автору канала «Вам показалось» («ВП»), не так, по их мнению, снявшему ролик о коммунизме. Вот этот:

https://www.youtube.com/watch?v=x4XRop79YwU

Разумеется, за восемь минут глубокий анализ сложного «-изма» невозможен, но анонимный автор «ВП» нигде и не претендовал на особую глубину (мультипликационные вставки намекают). Тем не менее по нему решили пальнуть «изо всех стволов»: немудрёный апрельский ролик разбирался в начале мая около часа… «На серьёзных щах», под заголовком, из которого так и сквозила обида: «Когда им надоест? Антисоветская пропаганда в Беларуси».

Всю «дискуссию» перетряхивать не буду – остановлюсь на теме, волнующей с конца 1980-х (школьником собирал вырезки и выписки из журналов, газет, книг, в которых говорилось о Сталине и репрессиях, даром что, как осенью 2017 г. подчёркивал Анатоль Сидоревич, вернее было бы говорить о сталинском терроре).

«ВП» (4:58 – 5:03): «Оценки масштабов [сталинских] репрессий очень разные: от четырёх до сорока миллионов человек».

Казалось бы, к чему придраться в этой фразе? Но «нет таких крепостей, какие не могли бы взять большевики» (С):

Дмитрий (31:51 – 33:11): «В конце 80-х была создана специальная комиссия, которую пустили в архивы посмотреть, сколько же расстреляно. И с тех пор это официальные мейнстримные цифры, которые признают и западные историки-советологи, и местные историки-советологи… Ознакомиться с ними можно в книжке Земскова «Сталин и народ. Почему не было восстания», написанной по горячим следам (не совсем так, указанная книга вышла в 2014 г. – В.Р.) Эти цифры до сих пор никто не оспорил. Если не ошибаюсь, за всё время советской власти на территории советской страны было расстреляно в пределах миллиона, из них в 1937–38 годах – 680 тысяч (экстраординарная мясорубка, расстреляли больше, чем за всё остальное время). 2,5 миллиона – максимальная численность заключённых в ГУЛаге. Это признаваемые наукой цифры – не 4 и не 40 [миллионов], а сильно меньше. Это неприятно, это плохо, но систематическое враньё – это тоже плохо. И говорить о 40 миллионах, зная, что их не 40, десятилетиями, навевает странные мысли… Зачем это делается?»

Константин-1 (33:13 – 33:25): «Автор ролика не приводит никаких доказательств, никаких подтверждений. Когда он говорит, что есть историки, которые говорят (собственно об историках у “ВП” речь не шла, cм. выше. – В.Р.), фамилии историков не приводятся…»

Константин-2 (33:49 – 34:09, к «ВП»): «Вы бы те тезисы, которые озвучиваете, хотя бы материалами подкрепляли, пусть кривыми, чтобы можно было нам углубиться и истину откопать. Стыдно!»

Виктор Земсков, указ. соч.: «Всего за 1929–1933 годы в “кулацкую ссылку” было направлено более 2,1 млн человек… Много людей умирало в пути следования… Особенно велика была детская смертность… Выселение “кулацкого элемента” с направлением его на спецпоселение осуществлялось и в 1934–1935 годах, и даже позднее… По нашим оценкам, общее число раскулаченных в 1929–1933 годах и позднее крестьян (всех трех групп) могло максимально составлять 3,5 млн».

Российский историк Земсков (1946–2015), приведя вопиющую статистику и факты насчёт сталинского террора, попытался тем не менее смягчить общее впечатление, в т. ч. путём полемики с иными исследователями. Например:

Большой резонанс в обществе вызвала публикация Р. А. Медведева в «Московских новостях» (ноябрь 1988 года) о статистике жертв сталинизма. По его подсчетам, за период 1927–1953 годов было репрессировано около 40 млн человек, включая раскулаченных, депортированных, умерших от голода в 1933 году и др. В 1989–1991 годах эта цифра была одной из наиболее популярных при пропаганде (? – В. Р.) преступлений сталинизма и довольно прочно вошла в массовое сознание.

На самом деле такого количества (40 млн) не получается даже при самом расширенном толковании понятия «жертвы репрессий». В эти 40 млн Р. А. Медведев включил 10 млн раскулаченных в 1929–1933 годах (в действительности их было около 4 млн), почти 2 млн выселенных в 1939–1940 годах поляков (в действительности – около 380 тыс.), и в таком духе абсолютно по всем составляющим, из которых слагалась эта астрономическая цифра.

Боюсь, что допуск В. Земскова к архивным делам в конце 1980-х не сделал его специалистом по «всем составляющим». И трудновато на 100% доверять автору, который в соседних главах своей книги пишет о числе раскулаченных то «максимально 3,5 млн», то «около 4 млн». Также надо понимать, что доктор наук, выпустивший книгу в издательстве «Алгоритм» (не «мейнстримном» и уж точно не академическом), – ещё не вся современная наука.

Довольно убедительно с Земсковым – в 2007 г., т.е. до выхода его opus magnum – полемизировал, к примеру, его соотечественник, доктор философских и кандидат исторических наук Николай Копосов, констатировавший, что «Понятие “пострадавшие от репрессий”, действительно, размыто». Во всяком случае, уровень аргументации у Копосова не выглядит хуже… Его выводы о том, что «общее количество хотя бы приблизительно учитываемых жертв террора составит для периода 1921–1955 гг. 43-48 млн. человек», допустимо поставить под сомнение, но они существуют и имеют право быть.

Итак, у «ВП» в апреле 2021 г. промелькнула вполне корректная фраза о разных оценках масштабов сталинских репрессий, а его оппоненты, мягко говоря, облажались. Верну ведущему «Полиграфа» его же вопрос: «Зачем это делается?» Кажется, вот и ответ:

Дмитрий (34:16 – 35:06): «Почему важно бороться с этой чушью антисоветской? Потому что мы живём в такое время, когда гражданские конфликты полыхают то там, то здесь… И если мы не отлепим репрессии от советской власти (это не уникальное свойство советской власти репрессировать собственных граждан – раскачивание психоза с утерей контроля над спецслужбами может произойти везде, при любом строе, и происходило при любом строе)… Когда мы это слепливаем с СССР, то считаем, что у нас этого быть не может – мы же не СССР. И такое начинается, как мы видели в Украине».

Сравнение современной Украины с её сотнями политзаключённых (допустим, данные Ларисы Шеслер, представительницы украинского «Союза политзаключенных и политэмигрантов», базирующегося в Москве, верны), и СССР, где уже в начале 1930-х насчитывались миллионы потерпевших от режима, – типичная демагогия… Да, приступы массового психоза много где случаются, но лишь в таких государствах, как сталинский СССР и гитлеровская Германия, он: а) длится многие годы; б) насаждается сверху; в) оправдывается всеобъемлющей идеологией. В результате непосредственно страдают миллионы, а «рикошетом» ломаются жизни десятков миллионов людей.

«Отлепить» репрессии – чего уж там, террор! – от советской власти 1917–1953 гг. не представляется возможным. Уникальность этой власти на просторах бывшей Российской империи – как в разнонаправленности террора, когда трудно было найти категорию населения, им не затронутую, так и в разнообразии методов, и в многочисленности/вездесущести карательных органов. Раскрыл сборник «Улада і грамадства: БССР у 1929–1939 гады» («Логвінаў», 2019; спасибо Павлу Костюкевичу за то, что поделился экземпляром). Читаю предисловие составительницы, историка Ирины Романовой о начале 1930-х гг. в БССР (с. 7, пер. с бел.):

Само раскулачивание и выселение превратилось в настоящую вакханалию. Выявление и выселение кулаков проводили органы ГПУ, местные органы власти, группы бедноты, рабочие бригады, работники политотделов машинно-тракторных станций и совхозов, уполномоченные районных и окружных партийных, советских, комсомольских, профсоюзных и кооперативных органов… Результаты раскулачивания были катастрофическими. Конфискация имущества превращалась в примитивный и повальный грабёж.

Если углубиться в документы из этого сборника (кстати, высоко оцененного Алексеем Кудрицким, исследователем, авторитетным в левых кругах), то волосы дыбом становятся. Сельская местность, где в БССР 1930-х проживало около 80% населения, сделалась настоящим полем гражданской войны… И. Романова: «Угрозы, насилие, репрессии являлись составными частями повседневности крестьянства 1930-х гг.» (с. 8). Подобного, конечно, нет и не предвидится в современной Украине, да и в современной Беларуси.

На мой взгляд, белорусским левым (касается далеко не только «трёх богатырей») следовало бы не релятивизировать опыт сталинского СССР, вольно или невольно обеляя указанный период и лично тов. Сталина, а прямо заявить: «увы, всё это было, но мы не такие и такими не будем». Следовало бы ориентироваться на еврокоммунизм, более или менее успешно враставший в политическую жизнь Франции, Италии и проч. даже после «хрущёвских разоблачений» 1956 и 1961 гг., сближаться с социал-демократией. Правда, такое «движение к центру» небезопасно; можно, как минчанин Сергей Спариш, покинувший КПБ ради развития «Народнай грамады» Николая Статкевича, надолго угодить за решётку (на днях его приговорили к шести годам колонии усиленного режима – видимо, среди прочего за партийную активность). Куда проще и безопаснее сражаться с ветряными мельницами вроде «антисоветской пропаганды»…

С. Спариш и пиво. Это фото Сергей прислал для belisrael в 2019 г.

Добавлю, что заигрывание левых с приверженцами сталинской эпохи ещё как-то можно объяснить в России (с точки зрения «имперцев», влиятельных в соседней стране, антизападник Виссарионыч был крут независимо от его большевизма). В Беларуси же оно бесперспективно даже тактически; движение национал-большевиков здесь всегда было настолько маргинальным, что власти, в отличие от кремлёвских, по большому счёту и не пытались интегрировать нацболов в свои структуры. К тому же в РБ Сталин, по моим ощущениям, куда менее популярен «в народе», чем в РФ.

Возможно, единственный жилой дом в Минске (Центральный район), где и серп, и молот, и звезда… Фото 10.05.2021

У нас вообще поменьше тоски по большевизму и веры в коммунизм, чем у восточных соседей, как бы ни суетились чиновники вроде министра образования Игоря Карпенко и его «цепного пса» Андрея Л-на. Достаточно вспомнить, что на относительно свободных президентских выборах 1994 г. кандидат от компартии (Новиков) занял последнее, 6-е место, в то время как в России-1996 Зюганов пользовался поддержкой примерно половины избирателей. А вот общественный запрос на левые идеи в Беларуси, как не раз говорилось, есть, и немалый.

Вольф Рубинчик, г. Минск

10.05.2021

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 10.05.2021  22:33

ТРЫ МАГІЛЫ АРЫКА ФЕРГАСА

У музейшчыцы былі вялікія лупаватыя вочы і нейкая нязграбная фігура — Сяргей звярнуў увагу на яе вуглаватасць, калі жанчына паднялася з-за канторкі. Сіні пінжак з узнятымі плячыма надаваў ёй афіцыйны і адчужаны выгляд.

У краязнаўчы музей мужчыну занесла наяўнасць лішняга часу і нежаданне вяртацца ў гатэльны нумар, дзе яго чакаў камфорт ікееўскага шаблону. Што яшчэ рабіць камандзіраванаму ў раённым гарадку ў выходны дзень, калі ты ўжо выспаўся і вырашыў уважліва паглядзець, куды цябе закінуў лёс.

Невялікі музей размяшчаўся ў будынку пачатку ХХ стагоддзя. Шурпатыя чырвоныя цагліны, паедзеныя молем часу. Тоўстыя сцены, за якімі, бы за шкарлупінай яйка, хаваецца іншае жыццё.

У тым, засценным жыцці застаўся цёплы травеньскі дзень, дзе мяшаюцца пахі маладой травы і бензіну. Там раслі каштаны, уздымаючы ўгору свае ўрачыстыя кандэлябры. Там па-ранейшаму стаялі невысокія трох-чатырохпавярховыя дамы, пафарбаваныя ў вясёлыя колеры — салатавы, вохрысты, лімонны, ружовы…

У гэтым, музейным свеце час застыў, быццам у нейкай крыягеннай камеры, і халоднае паветра вечнасці сухімі пальцамі абмацвала твар наведнікаў.

Жанчына запаліла святло, і Сяргей пачаў вывучаць сцісла выкладзеную гісторыю райцэнтра, у які яго занесла камандзіроўка.

Надпіс на стэндзе ў першай зале паведамляў наведнікам, што горад згадваецца ў летапісах з ХІV стагоддзя, хаця археалагічныя раскопкі паказваюць, што людзі тут жылі і раней. У якасці доказаў жыцця ранейшых людзей музейшчыкі прапаноўвалі паглядзець нейкія цёмныя пацеркі ды аскепкі посуду, што больш нагадала Сяргею сляды сямейнай сваркі, чым нечае ціхамірнае жыццё.

Акрамя бітага посуду ды некалькіх манет Сярэднявечча, як выглядала, не пакінула заўважных слядоў у гісторыі горада.

Наступная зала пераскоквала адразу ў ХІХ стагоддзе. Каля чыгуннага шара быў прымацаваны цэтлік, дзе горда паведамлялася, што гэта ядро, якім войска Напалеона абстрэльвала горад падчас вайны 1812 года. Стэнд, прысвечаны гэтай значнай падзеі, інфармаваў, што праз горад праходзіў корпус аднаго з напалеонаўскіх маршалаў, чыё імя Сяргей забыў, як толькі зрабіў крок ад стэнда.

ХХ стагоддзе, рэвалюцыя, калектывізацыя, будоўлі заводаў у 1930-х… Вайна. Тая, каторую ў нас па-ранейшаму называюць Вялікай Айчыннай.

Музейшчыца пастаянна следавала за мужчынам, запальваючы святло ў чарговай зале і выключаючы ў той, якую ён пакінуў. «Шчоўк! Шчоўк!», — раз-пораз чуў Сяргей у сябе за спінай. Штучнае белае святло напаўняла залы, быццам лабараторыі, у якіх прэпарыруюць час.

У зале, прысвечанай нацысцкай акупацыі, мужчына запыніўся каля стэнда з фатаграфіямі падпольшчыкаў. Сярод засяроджана-насупленых твараў Сяргей запыніўся на адным фатаздымку: лапавухі мужчына, у якім без ваганняў угадваўся габрэй, глядзеў з вясёлай нахабнасцю. Так глядзяць заўсёдныя пераможцы — людзі, якія нават з цяжкой сітуацыі ўмеюць выйсці з мінімальнымі стратамі.

— Гэта герой нашага горада, кіраўнік гарадскога падполля, — музейшчыца падышла так ціха, што Сяргей здрыгануўся ад нечаканасці. — Таварыш Арык Фергас узначаліў падполле і кіраваў ім да канца 1942 года. Падпольшчыкі дзейнічалі і на чыгунцы, і на заводах, і нават у гарадской управе. Але агент гестапа здолеў трапіць у іх шэрагі і выдаў патрыётаў. Фергаса арыштавалі, калі ён прыйшоў на адну з явак. Ён паспеў крыкнуць «Засада», што ўратавала жыццё людзям, якія ішлі разам з ім.

У голасе музейшчыцы не чулася прафесійных інтанацыяў гіда, які механічна выдае завучаны тэкст, не асабліва пераймаючыся зместам. Сяргей звярнуў увагу, што яна нават неяк падабралася і пахарашэла. Не, прыгожай ён яе ўсё адно не назваў бы, але цяпер у ёй быццам праз корку афіцыйнай адчужанасці прабілася абаяльнасць.

— Вы так падрабязна расказваеце, быццам гэта ваша сямейная гісторыя, — зрабіў ён камплімент.

— А гэта і ёсць мая сямейная гісторыя: мой дзед застаўся жывым дзякуючы гэтаму папярэджанню. Арык Фергас і на допытах маўчаў, нікога не выдаў.

Яна сцішылася, а потым нясмела, быццам адкрываючы яшчэ адну сямейную таямніцу, сказала:

— У нас паставілі помнік падпольшчыкам на месцы іх пахавання. Менскі скульптар рабіў, вельмі прыгожы помнік… Каля яго штогод у гэты дзень адбываецца прыём у піянеры. Усё вельмі ўрачыста. Калі хочаце, я вам пакажу помнік — усё адно ў музеі экскурсіяў няма, а так да нас мала хто заходзіць…

Сяргей пабачыў, што яна глядзіць нясмелым поглядам дзіцяці, які баіцца, што старэйшыя дзеці адбяруць у яго падораны на дзень народзінаў мячык.

І пагадзіўся.

***

Да помніка, які размяшчаўся ў цэнтры горада, вяла асфальтаваная дарожка, абсаджаная ліпамі. Яшчэ здалёк Сяргей пабачыў вялікі натоўп, нібыта прысыпаны крухмальнай беллю параднай формы школьнікаў — белыя кашулі хлопчыкаў, белыя каснікі дзяўчынак…

Там гучалі прамовы, ад якіх у мужчыны загадзя пачало зводзіць скулы: нават не слухаючы, ён мог сказаць, што прагучаць «памяць продкаў», «гонар за дзядоў», «доўг перад Радзімай»… Здаецца, з ягонага дзяцінства ў гэтых прамовах не памянялася ніводнага слова, не была перастаўленая ніводная коска ў тэксце, які чытаў прамоўца.

А помнік Сяргея сапраўды зацікавіў. Гэта была гранітная пліта, на якой скульптар паказаў цэлы комікс: і хата гарэла, і вагоны выбухалі, і кудысьці брыла чарада людзей з сагнутымі галовамі, над якімі ўзвышалася характэрная нямецкая каска. Усё гэта было фонам, на якім выступаў ужо вядомы па музейным фатаздымку лапавухі твар Арыка Фергаса.

Залачоныя літары пад «коміксам» паведамлялі, што тут пахаваныя героі падполля, якія змагаліся з нямецка-фашысцкімі захопнікамі. Першым ішло імя Арыка Фергаса, пад ім размяшчалася яшчэ пара дзясяткаў прозвішчаў.

— Калі горад вызвалілі, целы падпольшчыкаў перапахавалі ў адной братняй магіле, — нягучна тлумачыла музейшчыца, якая паспела ўзяць Сяргея пад левую руку. — Помнік гэты паставілі адносна нядаўна, у савецкі час тут быў сціплы абеліск. Але потым гарадскія ўлады вырашылі ўшанаваць памяць загінулых герояў. Як бачыце, імя кіраўніка падполля Арыка Фергаса ідзе ў спісе першым…

— Госпадзе, якая лухта!

Сяргей азірнуўся на голас. Чарнавалосы мужчына, які стаяў злева ад яго, апусціў фотаапарат і глядзеў на музейшчыцу позіркам, у якім шкадаванне мяшалася з абурэннем. Так малады бацька глядзіць на немаўля, якое абгадзілася, як толькі яму ўздзелі новы памперс.

— Нават дзятлу зразумела, што тут кенатаф, што ніякія парэшткі падпольшчыкаў сюды не перакладалі! Які сэнс цягаць косткі з магілы ў магілу? — наваяўлены сусед не мог стрымаць эмоцыі.

— Ведаю я вашыя тэорыі, вы ўжо сто разоў іх сказалі і, мабыць, столькі разоў пра іх пісалі, — жанчына адмахнулася, быццам адганяючы надакучлівую муху, і працягнула гаварыць з Сяргеем: — Не зважайце, гэта наш мясцовы «змагар». Прыдумаў сабе тэорыю і прапіхвае яе паўсюль. Ну, і піша ў розныя недзяржаўныя газеткі, сайты… Карацей, спрабуе перапісаць гісторыю.

Пры апошніх словах яна фыркнула маладой кабылкай і наравіста скасавурыла вочы на помнік.

Чалавек, названы змагаром, бесцырымонна сунуў Сяргею працягнутую далонь і назваўся:

— Цімур.

Сяргей адказаў на рукапацісканне і назваў сябе. Рука ў Цімура была мяккая, без мазалёў — інтэлігенцкая рука.

— Давайце я вам пакажу сапраўдную магілу Арыка Фергаса, — хаваючы фотаапарат у сумку, прапанаваў журналіст, ці хто ён там быў.

Сяргей азірнуўся на музейшчыцу, але тая ўжо не толькі адпусціла яго руку, але і карцінна адвярнулася ўбок — маўляў, вось гэтае ўсё мяне не датычыць, і я з гэтым не жадаю мець нічога агульнага.

Ваганні мужчыны былі нядоўгімі: паміж не вельмі прывабнай спадарожніцай і нечаканай прыгодай ён абраў прыгоду.

І пайшоў за сваім новым знаёмцам.

Цімур запэўніў, што ісці недалёка. Зрэшты, Сяргей у гэтым не сумняваўся: у невялічкіх райцэнтрах усё размяшчаецца на даўжыні выцягнутай рукі. Зробіш з цэнтральнай вуліцы крок убок — і ты ўжо ідзеш па неасфальтаванай дарозе, у атачэнні невялікіх прыватных дамкоў, а недзе ўзбоч яшчэ могуць і квактаць куры, заклапочана праводзячы нараду над знойдзенай у зямлі цікавінкай.

Амаль вясковая вуліца вывела спадарожнікоў да могілак — старых, з ужо знесенымі агароджамі. Сяргей ішоў, з цікаўнасцю разглядаючыся па баках, нібы гартаў новую кнігу. Старонкі ў ёй былі запоўненыя самымі размаітымі надпісамі — пліта-старонка з дарэвалюцыйным рускім правапісам, дзе кідаліся ў вочы яці ды юсы, суседзіла з чырваназорным слупком без усіх гэтых моўных фальбонаў. А наступнай старонкай магла быць пліта з польскім надпісам.

— Вы будзеце здзіўленыя, калі пабачыце гэтае пахаванне — гэта я гарантую, — праваднік не мог схаваць у голасе задавальнення.

Надмагілле, да якога яны падышлі, паведаміла Сяргею, што тут пахаваны чырвоны падпольшчык Арык Фергас, які загінуў…

— Што-о? Ад рук белапалякаў у 1920-м?

На твары Цімура расплывалася самазадаволеная ўсмешка гульца ў «Што? Дзе? Калі?», які правільна даў датэрміновы адказ на пытанне: прынёс камандзе бал і дадатковую хвіліну.

— Гэта нейкі іншы Арык Фергас, ці што? — агаломшана пытаўся мужчына, і разгубленасць тачылася з кожнай поры ягонага твара.

— Не ведаю, не ведаю… З гэтым Арыкам Фергасам усё ясна — пра яго ёсць успаміны, дакументы. Некаторыя я сам у архіве бачыў. Не ў нашым гарадскім, ясная рэч, а ў абласным. І я вам скажу, што нават на гэтым помніку хлусня напісаная — ну, не маглі камуністы не збрахаць!

Паводле Цімура, Арык Фергас арганізаваў чырвоную абарону горада, калі наступалі войскі Пілсудскага. Атрад самаабароны, названы Чырвонай гвардыяй, на ўскрайку горада даў бой палякам, але стрымаць іх не здолеў. Кавалерыйская атака, паслярэвалюцыйная рамантыка!..

Карацей, конская лава проста знесла чырвонагвардзейцаў, ацалелыя хаваліся ў бліжэйшым лесе — дзякаваць богу, праблемы з лесам не было. Арык Фергас, якому таксама пашчасціла выжыць у баі з палякамі, камандаваў гэтым атрадам. А калі палякі сталі адступаць, яго атрад першым заняў горад і абвясціў уладу бальшавікоў. Ну, а сябе, вядома, кіраўніком мясцовага рэвалюцыйнага камітэта. Чырвоны сцяг над будынкам былой гарадской думы, мітынг на базарнай плошчы — усе бальшавіцкія тагачасныя вабноты.

Аднак следам у горад увайшла Чырвоная армія, і камандзіру палка не спадабалася, што акрамя яго ў горадзе ёсць нейкі яшчэ камандзір. Ды яшчэ такі, што яму не падпарадкоўваецца… Дайшло да баёў: чырвонаармейцы пачалі перастрэлку з чырвонагвардзейцамі. Перамаглі тыя, у каго быў лепшы баявы досвед і забяспечанасць патронамі — у сэнсе, чырвонаармейцы. А таварыш Арык Фергас загінуў у баі з імі.

Пісаць, як камуніст загінуў у баі з чырвонаармейцамі, палічылі палітычна няправільным, таму на магіле напісалі, што загінуў ад рук белапалякаў.

Закончыўшы свой аповед, Цімур дастаў з сумкі, якая вісела на плячы, невялікую бутэлечку з бурштынавай вадкасцю і прапанаваў:

— Ну што, памянем ідэаліста таварыша Арыка Фергаса, які верыў у сусветную рэвалюцыю і аддаў жыццё ў баях з бальшавікамі?

— А якім жа чынам ён раптам стаў змагаром з фашыстамі? — спытаў Сяргей, добра лыкнуўшы з прапанаванай пляшачкі.

— Мне здаецца, — задуменна цэдзіў Цімур, — хтосьці ўзяў сабе гэты псеўданім для канспірацыі, не раскрываючы імя нават для сваіх паплечнікаў. Я шукаў па архівах і ніякіх звестак пра чалавека з такім імем у міжваенны перыяд у нашым горадзе не знайшоў. Вось проста зніадкуль выплыў Арык Фергас праз 20 гадоў пасля сваёй гібелі — і зноў узначаліў падполле.

— Genius loci, — прыгадаў Сяргей чутае калісьці лацінскае выслоўе.

— Так, дух месца, — пагадзіўся журналіст, які, аказалася, таксама ведаў гэты выраз. — З’яўляецца ў цяжкую часіну выпрабаванняў, дапамагае гараджанам, потым зноў знікае… Прыгожую гарадскую легенду можна было б забубеніць! Але ж праўда — яна заўжды цікавейшая.

Сяргей развітаўся з журналістам, якому трэба было бегчы і здаць фатаздымкі піянераў і напісаць тэкст да іх. Мужчына адмовіўся ад прапановы свайго нечаканага гіда вывесці яго назад у цэнтр горада:

— Дзякую, знайду дарогу. А калі што якое, дык і распытаю — язык у мяне ёсць.

***

Пасля сыходу журналіста Сяргей яшчэ троху пабадзяўся паміж магіл, чытаючы надпісы на плітах. На шмат якіх надпісы былі нечытэльныя — стары гарадскі некропаль неахвотна дзяліўся сваімі таямніцамі з мінаком, якога занесла сюды пустая цікаўнасць.

Фота з pixabay.com

У адным з куткоў мужчыну зацікавіла незвычайнае відовішча: чатыры бярозы быццам вартавыя, высока ўзняўшы галовы, атачылі чыёсьці пахаванне.

Падышоўшы бліжэй, Сяргей пабачыў, што старая пліта парасла мохам, які хавае ад вачэй надпіс. Абадраўшы смарагдавы параснік, ён не паверыў сваім вачам — надмагілле было ўпрыгожанае зоркай з сярпом і малатком, а пад імі размяшчаўся надпіс: «Тут пахаваны таварыш Арык Фергас, які загінуў ад рук царскіх жандараў у 1905 годзе. Яму было толькі 18 гадоў. Спі, дарагі таварыш, Рэвалюцыя адпомсціла за цябе».

Трэцяя!

Трэцяя магіла Арыка Фергаса…

— Ну, што вы хочаце — такая вось неспакойная душа! Але ніякі не «геніюс лоцы»…

Сяргей быў настолькі агаломшаны сваёй нечаканай знаходкай, што нават не спалохаўся незнаёмага рыпучага голасу, які прагучаў недзе за спінай. Калі ён павярнуўся паглядзець, хто з ім размаўляе, незнаёмец ужо сыходзіў. Невысокая шчуплая фігурка, лысая галава з адтапыранымі вушамі…

Нібыта адчуўшы Сяргееў позірк, скіраваны яму ў спіну, мужчына спыніўся, павярнуўся і падміргнуў.

Гэта быў твар, які Сяргей ужо двойчы бачыў сёння — у музеі і на помніку ў цэнтры горада.

Зміцер Дзядзенка

Апублiкавана 09.05.2021  21:11

Ко Дню Победы. Калинковичи. Военврач 3-го ранга Семен Гроссман

Июль 1941 года. Калинковичи. В городе размещен штаб 3-й Армии. Западнее за рекой Птичь на рубеже Петриков – Копцевичи ведут оборонительные бои бойцы 75-й стрелковой дивизии, пограничники 18-го Житковичского погранотряда, 6-й дивизион бронепоездов  БеПо N 50,51 и 52 под командованием подполковника Л.B. Курмышева , бронекатера Пинской военной флотилии. В Калинковичском ДЕПО ремонтируют поврежденные вражеским артобстрелом платформы бронепоездов.

 

С линии боев  несмотря на ежедневные бомбежки на станцию прибывают санлетучки с ранеными – разновидность временного военно- санитарного поезда, состоявшая из оборудованных товарных вагонов и предназначавшаяся для эвакуации раненых и больных на короткие расстояния; применялась в Великую Отечественную войну 1941- 1945 гг. , подвижное формирование, выделявшееся военно-медицинскими учреждениями для развертывания вблизи боевых порядков войск с задачей оказания первой врачебной помощи. Их движение организовал начальник сортировочного отделения 87-го  ППГ (передвижного полевого госпиталя) военврач 3-го ранга Гроссман Семен Моисеевич, за что в июне 1942 года будет награжден медалью “За боевые заслуги”. В наградном листе так и отмечено: В г. Калинковичи сумел организовать и оформить санлетучки и этим самым во время выхода наших частей из боя под активной бомбежкой вражеских самолетов эвакуировал санлетучками до 1000 человек раненых. В дальнейшем Семен Моисеевич будет награжден орденами Красная звезда и Отечественной войны 2-й степени.

УВЕКОВЕЧЕН В КАЛИНКОВИЧАХ

87-й ППГ размещался восточнее ж.д.станции среди высоких сосен (возможно на месте старого роддома, теперь район детского сада по ул.Интернациональной). Туда и был доставлен тяжело раненый капитан Елкин К.П.

В документе 87-го ППГ в графе о поступлении раненного указано: “Принят умершим I\VIII-41г”. Похоронен на городском кладбище (воинском захоронении N3924 ) в г. Калинковичи.  Кем же был умерший от полученного ранения капитан?

Константин Павлович Елкин капитан, комендант 3-го участка 18-го Житковичского погранотряда ПВ НКВД БССР.

 

18-й Житковичский погранотряд с 7 июля 1941 года под командованием полковника Аканина Матвея Радионовича в течении 23-х суток совместно с частями 75-й стрелковой дивизии вел бои на Припятском Полесье, препятствуя продвижению немецких подразделений на г. Гомель.  В бою 24-25 июля в районе станции Копцевичи с превосходящими по численности частями противника, отряд не только отбил его нападение, не дав себя окружить и уничтожить, но и нанес врагу большой урон, обратив его в паническое бегство. Разгромили 510 и 512 пехотные полки 293-й пехотной дивизии вермахта. (293 пехотная дивизия на 60 % состояла из австрийцев, 510 пех.полком командовал полковник Фаттер, 512 пех.полком полковник Шиткин. На Полесье дивизия с 20-х чисел июля 1941 года. В боях на Гомельском направлении убитыми потеряла 3000 солдат и офицеров.) Были захвачены важные штабные документы. На месте боя осталось более 500 убитых фашистских солдат и большое количество оружия. Захвачены 2 склада с боеприпасами и 1 продсклад, 3 – 150 мм орудия и 6 противотанковых пушек (4 из которых были исправны), минометы, повозки с лошадьми, мотоциклы и велосипеды. Часть трофеев была отправлена в штаб фронта который размещался в г. Калинковичи. Во время наступления 1 августа был освобожден районный центр г. Петриков и другие населенные пункты района.

Аканин Матвей Родионович

В ходе боев пограничники под командованием М.Р.Аканина уничтожили немецкий 512-й пехотный полк 293-й пехотной дивизии вермахта. Противник потерял только убитыми до 500 солдат и офицеров, были захвачены все штабные документы. Остатки фашистского полка в панике бежали. Отряд потерял 25 человек, ранено было 80.

Из воспоминаний красноармейца пограничника Соловьева:  Немцы, используя метод обхода с флангов, вынудили наше командование перебросить заставу в район 11-й погранзаставы… Ожесточенный бой завязался в районе ст. Копцевичи. Немцы решили взять этот пункт любыми средствами. Пьяные, во весь рост они шли в атаку с дикими воплями и криками.
Нам приходилось в тяжелых условиях вести оборонительные бои. В нашем распоряжении было личное оружие, бронепоезд и 3 танка, из которых 2 были вскоре выведены из строя.
Но чекистское упорство, инициатива и находчивость помогали беспощадно истреблять живую силу и технику врага. По меньшей море в этом бою небольшое наше подразделение уничтожило до 75 солдат и офицеров противника, а раз мы ходили в рукопашную атаку против пьяных фашистов. После больших потерь в личном составе они все же потеснили нас, и им удалось завладеть этим железнодорожным пунктом…
Спустя непродолжительное время неожиданно для врага наши регулярные части РККА нанесли два мощных удара и Коржевка оказалась снова в наших руках. Отступающего врага мы застали врасплох: очевидно начальник какого-то склада, немецкий полковник, растерявшись, застрелился, а весь караул, охранявший склады разбежался, преследуемый нашими частями.
Нами были захвачены хорошие трофеи. Среди них: 13 пушек и несколько складов с хозяйственным имуществом. В этом бою погиб смертью храбрых наш командир капитан т. Елкин…,,

Старший лейтенант Анкудинов Иван Андреевич. Комендатура под его командованием отбила атаку превосходящих сил противника, нанеся немцам большие потери. Анкудинов был тяжело ранен, но остался в строю до потери сознания.

Командованием 18-го пограничного полка 17 августа 1942 года за умелую организацию боя в районе станции Копцевичи Петриковского района, ныне Гомельской области Республики Беларусь, лейтенант Анкудинов был представлен к награждению орденом Красной Звезды.

Строки из наградного листа: «24 июля 1941 г. противник, подтянув свежие силы и артиллерию в р-н ст. Копцевичи, перешел в наступление. Завязался упорный бой. Т. АНКУДИНОВ умелым руководством и личным примером обеспечил решительный разгром врага, оставившего на поле боя большое количество фашистских трупов. Будучи тяжело раненым, поле боя не оставил, пока не потерял сознание. Воодушевленные бесстрашием своего командира, бойцы комендатуры нанесли в этот день уничтожающий удар врагу».

Подполковник Анкудинов погиб 30 ноября 1944 года в бою при форсировании реки Ондава на подступах к городу Требишов в Чехословакии (ныне Словакия). Похоронен в городе Ужгороде в Закарпатской области в Украине, на холме Славы. 6 декабря 1944 года представлен к званию Героя Советского Союза.

Анкудинов Иван Андреевич

24 июля 1941 года комендатура под его командованием отбила атаку превосходящих сил противника, нанеся немцам большие потери. Анкудинов был тяжело ранен, но остался в строю до потери сознания.

 

Огромную роль в успешном наступлении сыграли бронепоезда N51,52 а так же созданный еще в Пинске импровизированный бронепоезд состоящий из паравоза с  железнодорожными платформами на которых были установлены  четыре танка Т-34 обложенные мешками с песком под командыванием лейтенанта Шуваликова. Один из танков был на ходу, и по приказу начальника погранотряда он был снят с платформы и пущен в атаку совместно с танком мл.лейтенанта Седова. При поддержке артогня с бронепоезда БП 51 оба танка и подразделения пограничников пошли в атаку. Немцы открыли по танкам огонь из пушек, Т-34 шел впереди стреляя на ходу уничтожая орудия врага. Пограничники довершили разгром  перейдя к преследованию врага. Противник потерял всю противотанковую артиллерию.

В этих боях у БП- 51 снарядами вражеской артиллерии был поврежден тормоз цистерны и пробит центральный бак. Бронепоезд решили отвести на ремонт в Калинковичское ДЕПО, на бронепоезде в Калинковичи отбыл раненый в бою начальник 18-го Житковичского погранотряда Аканин М.Р., а так же двух пленных.

 

Из воспоминаний командира взвода 115 стрелкового полка 75-й стрелковой дивизии лейтенанта Куделина Вениамина Григорьевича. ( с 1941 по 1944 гг , начальник штаба партизанского отряда  125-й Копаткевичской бригады Полесского соединения,  С 1971 по 1980 годы –  директор музея, директор Мемориального комплекса “Брестская крепость-герой”. )

– “10-12 июля полки 75-й сд отошли за реку Случь где до 1939 года проходила старая граница между Советским Союзом и Польшей. На бывшей границе встретили пограничников, которые сохранили дежурные наряды, проверяя документы у гражданского населения, у тех кто отходил на восток вместе с войсками. На  разъезде Дедовка батальон принял бой при поддержке 2-х средних танков, атака была отбита, враг в панике бежал. С боями отходили на восток. В районе Бринев приняли бой вплоть до рукопашной схватки. Воины 75-й стрелковой дивизии при недостаточном вооружении оказывали упорное сопротивление врагу. С фашистского самолета в расположение 115-го стр.полка были сброшены листовки с персональными угрозами на имя командира полка майора Лобанова. В сложных условиях отступления от самых границ полк сохранил боеспособность и уже не раз наседавшие фашисты несли  потери. По железной дороге маневрировал бронепоезд, который был большой помехой для немцев, они вели по нему артобстрел, бомбили с воздуха, даже пустили по железной дороге дрезину, начиненную взрывчаткой, в сторону станции Копцевичи, расчитывая, что она столкнутся с бронепоездом. Но дрезину уничтожили еще на подъезде к станции. От мощного взрыва содрогнулись окрестности.

Основные оборонительные бои вдоль ж.д. вели пограничники. Артиллерийскую поддержку им оказывал бронепоезд который называли “Борис Петрович” – БП.  В Районе Рудни Оголицкой находилась вражеская артбатарея с которой артиллеристы бронепоезда завязали дуэль. По маневрирующему БП фашисты выпустили более 100 снарядов, но ни один не причинил ему серьезных повреждений.

Под Копцевичами мы встретили капитана пограничника и с ним двух бойцов вооруженных ручным пулеметом Дегтярева. А сам капитан был вооружен винтовкой с примкнутым штыком и пистолетом. Познакомились. Фамилия капитана была Елкин. Он оказался из сводного пограничного полка, занимавшего оборону на рубеже станции Копцевичи. Моя встреча с капитаном Елкиным оказалась не последней.

 

В один из дней получил приказ комбата отправиться к соседям справа, – пограничникам, – в качестве командира по связи. Прибыв в их подразделение я вновь встретил капитана Елкина. И за два дня пребывания у соседей проникся глубоким уважением к воинам в зеленых фуражках. На КП полка я слушал донесение о ходе ожесточенного боя небольшой группы пограничников возле д. Рудня Оголицкая. Они сражались в течении нескольких часов, не отступив без приказа ни на шаг. Под натиском врага подразделениям пришлось отойти и занять новый рубеж обороны по линии разъезд Коржевка – д.Конковичи. Подразделения 115-го стр.полка по прежнему совместно с пограничниками занимали оборону вдоль ж.д.

В последние дни июля в полках началась подготовка к наступлению. 1 августа при поддержке БП, под прикрытием его артиллерии и пулеметов перешли в наступление, которое для фашистов было неожиданным, враг отступал, завязывались рукопашные схватки. Коржевка отбита силами пограничников, разгромлен штаб полка. Взяты документы и много трофеев – артиллерийские орудия и стрелковое оружие. Но из за сильного минометного обстрела пришлось отойти. Но и фашисты в Коржевку не пытались войти. Подразделения 115 стр.полка заняли оборону восточнее разъезда Коржевка. Во время наступления другие полки 75-й сд совместно с матросами Пинской военной речной флатилии освободили районный центр г. Петриков и другие населенные пункты Петриковского района. В Петрикове фашисты появились по рассказам жителей только в первых числах сентября.

Успехи радовали нас, тогда поговаривали, что возможно приходит конец отступлению, ведь позади нас река Птичь, а там Укрепрайон.  Но действительность оказалась на много сложнее чем думалось… Тем не менее в этом месте под станцией Птичь мы задержались довольно долго, почти 2 недели. Штаб 75-й сд находился недалеко от военного городка Мышанка в д.Михновичи.” –

Фашистское командование зная что впереди находятся бетонные укрепления  65-го Мозырского Укрепрайона не решились в этих местах продолжать наступление форсируя реку Птичь и прорывать линию  ДОТов Укрепрайона. Они начали обход с севера через населенный пункт Колки .

 

В начале сентября 1941 года подразделения 75-й сд в дни отступления на Черниговском шоссе лейтенант Куделин В.Г. встретил пограничников 18-й Житковичского отряда. Они то ему и рассказали, что в день наступления 1 августа на подступах к Коржевке атаку  прервал огонь вражеского пулеметчика. Подавить огневую точку врага не получилось. Гибли бойцы. Тогда капитан Елкин переползая начал приближаться к пулеметчику с фланга и почти подобравшись вплотную был тяжело ранен. Но капитан нашел в себе силы подняться и броситься в штыковую атаку на вражеского пулеметчика, которого достал четырехгранным штыком.  Бойцы пограничники вынесли тяжело раненого командира с поля боя, доставили к железной дороге и первой санлетучкой отправили в госпиталь. Но по дороге отважный капитан пограничник умер. 

 После войны Куделин Вениамин Григорьевич стал наводить справки о капитане Елкине, знал только его фамилию да военное звание. Это затрудняло поиск. Обратившись в Центральный архив пограничных войск получил сведения что Константин Павлович Елкин  родился 3 июня 1907 года в д. Гульнево Молвитинской волости Буйского уезда Костромской губернии. Оказалось, что он земляк легендарного Ивана Сусанина. Русский. Член ВКП(б) с 1929 года. Участник Великой Отечественной войны с 3 июля 1941 года на Западном фронте. Капитан. В 1930-1940 годах проходил службу в пограничной охране на Дальнем Востоке. В городе Кирове после войны проживали его жена и двое сыновей – Юрий и Владимир.

“26 января 2016 года Управление по увековечиванию памяти МО РБ  что на основе информации  исследователя истории пограничных войск Владимира Анатольевича Тыльца капитан Елкин Константин Павлович внесён в списки похороненных на воинском захоронении № 3924 в г. Калинковичи. И хоть могила утеряна, имя отважного капитана увековечено на мраморной плите на братском захоронении по улице Куйбышева. В августе 2018 года Белорусским союзом ветеранов пограничной службы в Коржавке был установлен памятный знак коменданту 3-го пограничного участка 18-го Житковичского пограничного отряда капитану Елкину Константину Павловичу.

 Евгений Сергиенко, Калинковичи

Опубликовано 09.05.2021  14:00

 

 

Три аккорда, «Шалом» и музыка, полная смысла

Три аккорда, «Шалом» и музыка, полная смысла. В творческой гостиной «Лідскай газеты» – Екатерина Климович

1 апреля 2021

Часто доводится слышать: Лида красива своими людьми!.. Талантливыми, умными, добрыми, неординарными, трудолюбивыми… Сегодня у нас в гостях молодая и талантливая, яркая и заметная личность на лидской сцене – певица Екатерина КЛИМОВИЧ.

– Катя, попробую представить тебя читателям: ты певица, которая любит и умеет исполнять джаз. Кроме того, ты поешь в народном эстрадном оркестре Лидской детской музыкальной школы искусств «Esperanto», ты также солистка народного ансамбля еврейской музыки «Шалом». Ты преподаватель по классическому и эстрадному фортепиано, клавишному синтезатору, концертмейстер… И просто лидчанка, которая любит свою родную Лиду. Следует сказать еще, что ты выросла в музыкальной семье. Не так ли?

– Да, действительно. Очень красиво пели обе мои бабушки, да и многие в нашем роду обладали музыкальными способностями. Отец Александр Александрович Сыманович работал дирижером, много лет служил военным музыкантом, он также аранжировщик, композитор (в том числе шахматный). Моя мама Ольга Васильевна – социальный педагог ДЦРР №1, но тоже знает толк в музыке. У отца дома всегда были кларнет, аккордеон, гитара, фортепиано, барабаны. Во время праздников все дружно пели под аккомпанемент папы. Эта традиция сохранилась и по сей день. Мои «музыкальные гены» дали знать о себе довольно рано. В шесть лет я поступила в музыкальную школу по классу фортепиано, в класс Ларисы Парц.

– А как начала петь?

– Мне всегда хотелось петь. Но до определенного времени, кроме родственников, мое пение почти никто не слышал. На четвертом курсе музучилища у меня появился дополнительный предмет – вокал. Однако проучилась я у опытного певца Михаила Булыги недолго. Правда, успела исполнить несколько романсов. Ведь я пела и до сих пор пою во всех жанрах. Это и был мой первый маленький шаг в освоении вокала. Параллельно пела в академическом хоре Людмилы Пясецкой, а затем в хоре пианистов под руководством большого знатока хорового искусства, композитора Сергея Бугасова. Кстати, по фортепиано занималась также у прекрасного педагога Лилии Кудряшовой. Окончив музучилище с красным дипломом, поступила в Белорусский государственный университет культуры и искусств на эстрадное отделение (инструментальная музыка). С этого времени джаз прочно вошел в сферу моих интересов.

– Джаз – очень красивая, но и сложная музыка…

– Несомненно. По сложности исполнения с джазом в одном ряду могут стоять только классика и, пожалуй, некоторые образцы авангардистского течения. Но мне в джазе уютно и комфортно. Эта музыка мне близка по миро-ощущению. В ней я нашла себя.

– Что, на твой взгляд, главное для исполнителя джаза?

– Свобода, хотя это касается практически любого направления или стиля музыки. Поскольку джаз – чувственно-эмоциональная музыка, ритмически сложная, важны и импрессия, и экспрессия, внутренний взрыв всего тебя и  пение самой души. Джаз – афроамериканская музыка, поэтому безупречно владеть английским языком – очень важный фактор при ее исполнении. Хотя сегодня можно услышать все, что угодно, но импровизация (конечно же, на приличном уровне) только приветствуется. Среди главного и самого сложного в джазе – это в техническом плане владеть множеством трудноисполнимых вокальных приемов – таких, как  рык, хрип, сип, заглубления, интонационные подъезды, субтоны, мелизмы. Нужно мастерски владеть постановкой дыхания и артикуляцией. Поскольку джазовый вокал определяется индивидуальными особенностями артиста, должна вырабатываться и манера исполнения. Вокальные приемы должны впоследствии трансформироваться в более сложные джазовые художественные способы исполнения: шаутинг (шепот, крик, стон, фальцет), глиссандо, дерти-тоны, бендинг, скэт и др. Только тогда это будет поистине профессиональный, потрясающий джаз-вокал. Это очень-очень сложно. Но зато невероятно притягательно и интересно.

– В каком направлении развивается твой джаз-репертуар?

– Если в самом начале мне нравился исключительно традиционный джаз (а это Элла Фицджеральд, Билли Холидей, Луи Армстронг, Дина Вашингтон, Сара Вон и другие аксакалы жанра), то на данный момент с удовольствием изучаю и творчество более молодых исполнителей, выступающих в более поздних стилях smooth jazz, relax, soul. Очень нравятся funk и всевозможные популярные песни в джазовых обработках. В моем репертуаре есть композиции в этих направлениях, и с ними я выступаю.

– Несколько лет назад у тебя состоялся собственный сольный концерт «Джаз и не только». Тогда в твой адрес звучали пожелания писать собственную музыку. Есть ли пробы аккорда?

– Да, и это получилось не запланировано, а совершенно спонтанно. Я даже не представляла, как это делается. Но однажды, весной минувшего года, я что-то наигрывала: один аккорд, другой, третий… И на этом все. Получилась небольшая песня, точнее музыкальная зарисовка. Она на белорусском языке, называется «Мая вясна». Короткая песенка, так и осталась… на трех аккордах. Если ее будет слушать музыкант, возможно, скажет: «Ну что это такое – три аккорда?» Но я не композитор. Какой с меня спрос? Но если вдохновение пришло, стоит ли ему перечить? Я поместила мелодию в социальную сеть, и она нашла отклики у некоторых слушателей. Для меня это радость.

– Катя, хочу спросить у тебя еще об одном… Ты солистка  народного ансамбля еврейской музыки «Шалом». Как так произошло, что ты попала в его состав?

– Случайно. Предыдущая солистка временно не смогла выступать из-за того, что ушла в декретный отпуск, и предложила мою кандидатуру вместо себя. То, что я по национальности белоруска, тоже не стало препятствием. В «Шаломе» отношения между музыкантами очень теплые, дружеские, а это один из главных залогов творческого успеха. В этой команде мне нравится все!  Да и как может не нравиться  чуткое, заботливое и всегда уважительное отношение друг к другу?!

– Еврейская музыка – какая она? Какие ощущения у тебя вызывает?

– Я бы сказала, особенная: глубокая, философская или, напротив, заводная, легкая и озорная. А вообще, она разная. У нее есть и свои отличительные особенности – это изысканные интонации, ее всегда узнаешь и отличаешь от любой другой национальной  музыки. Еврейская музыка добрая и искренняя. Она вызывает ощущение естественной грусти и безграничной радости, а в итоге культивирует и утверждает жизнелюбие.

– Расскажи подробнее о работе в составе «Шалома».

– Мы исполняем песни на русском, белорусском языках, на идише и на иврите. Много репетируем. Играем, что называется, живую музыку, а также поем под минусовые фонограммы. Мне посчастливилось с «Шаломом» побывать и выступить в Эстонии, Литве, Польше, Словении, Австрии, Италии, Молдове, Украине. Участвуем в республиканских фестивалях национальных культур в Гродно. Сейчас активно готовимся к знаменательному концерту, посвященному 25-летнему творческому юбилею «Шалома». Прозвучат и две новые песни – это «Шалом» и «Гимн любви». Последняя – в дуэте с Ларисой Шабалиной, талантливой вокалисткой, которая недавно была приглашена к сотрудничеству с ансамблем. В этом году у нас есть хорошая новость:  ансамбль «Шалом» снова выиграл грант голландского еврейского гуманитарного фонда (кстати, уже не в первый раз). Используя эту финансовую поддержку, мы выпустили юбилейный диск, издаем буклеты, записываем в студии новые песни и готовим наш большой концерт.

– В репертуаре ансамбля «Шалом» есть уникальная песня «Мястэчка», и даже снят редкостный по замыслу клип. Как осуществлялся этот проект?

– Да, особое место в репертуаре ансамбля «Шалом» занимает песня “Мястэчка”. И это действительно, как вы заметили, редкостное выражение творческой идеи. Эта песня не простая – она имеет необычное патриотическое и историческое значение. Однажды папин шахматный приятель Вольф Рубинчик из Минска подарил отцу книгу стихов еврейского поэта Ильи Злотника, писавшего главным образом на идише. Поэт Илья Леонидович Злотник родился в 1922 г. в местечке Лапичи Могилевской области. Во время войны служил корреспондентом в Красной Армии прямо на линии фронта. Имел боевые награды. После войны долгое время работал журналистом в «Настаўніцкай газеце». А в 1990 году вместе с семьей переехал в Израиль и прожил там остаток своей жизни – до 2006 года. Другой еврейский поэт Феликс Хаймович, проживающий в Беларуси, перевел этот сборник стихов с идиша на белорусский. И вот Вольф Рубинчик предложил моему отцу, как композитору, переложить хотя бы одно из стихотворений из этого сборника  на музыку. Отцу сразу же приглянулись стихи под названием “Мястэчка”. Так в 2010 году появилась еврейско-белорусская песня “Мястэчка”. Мой брат Алексей Сыманович сразу же снял клип к этой песне, и мы ее записали. Примечательно, что видеоряд начинается со звуков природы, плавно переходя в обзор городской окрестности, панорамы величественного Иерусалима. В этом месте звучат завуалированные интонации древнееврейской музыки с одновременным сочетанием часто используемых эолийского, дорийского и фригийского ладов народной музыки, которые наиболее свойственны еврейскому музыкальному этносу. При этом в аккомпанементе используются еще и тембры забытых этнических еврейских музыкальных инструментов. После интродукции, как знак народности, вдруг начинают вокально проговариваться еврейские народные междометия. И вдруг звучание внезапно и в то же время плавно переходит в советско-белорусские песенные интонации. Однако и здесь можно услышать внутри мелодических построений так называемые вставки – “спрятанные” реплики-подголоски еврейского фольклора. А как же иначе?! Зазвучав по-белорусски, еврейская песня не перестает быть еврейской. И не случайно в качестве эпиграфа в клипе мы читаем слова самого Ильи Злотника: ”На кавалкі парэжце – ажыву, уваскрэсну – варта толькі пачуць мне дзе яўрэйскую песню!” После завершения “белорусской” темы композиция снова обрамляется еврейскими интонациями в виде измененной  репризы. Получился своеобразный стилистический синтез-воплощение двух музыкальных культур. Родина еврейского поэта – Беларусь. Она осталась навеки в сердце поэта – даже там, на “земле обетованной”. Недвусмысленно и сам поэт Илья Злотник пишет: ”Ні таты-маманькі, ані сяброў маіх, мястэчка роднае мне толькі мроіцца. О, жаль нязбыўны  мой, мая самотанька! Ну, як жа сэрцайка маё загоіцца?”

Когда я попала в ансамбль “Шалом”, руководитель Михаил Яковлевич Двилянский обратил внимание в одной из моих песен на слишком знакомое слово «мястэчка». Это слово всегда имело историческое значение для совместно проживавших и мирно сосуществовавших много лет на одной территории белорусов и евреев. И он загорелся желанием не пройти мимо белорусско-еврейской истории. И песня быстро и прочно вошла в репертуар ансамбля. Спасибо всем здесь упомянутым людям – они, каждый по-своему, дали жизнь этому замечательному произведению – песне о малой родине.

– Катя, и в завершение  расскажи о своих интересах вне сцены. Чем еще увлекаешься и где черпаешь вдохновение?

– Занимаюсь саморазвитием. Люблю живопись, поэзию, литературную классику. Читаю книги о счастье, о любви, о подсознательном. Из последних прочитанных – «Искусство любить» Э. Фромма, «Парадигма и парадокс счастья» Р. Эйра. Общаюсь с друзьями, выезжаю с ними на природу, путешествую по Беларуси. Прошлым летом побывала в Гомеле, Могилеве, Витебске. В связи с закрытием границ появилась возможность увидеть красоту родного края. Созерцаю природу: закаты, рассветы. На велосипеде исколесила близлежащие деревни, леса, берега озер. Их так много – прекрасных уголков родного края! И мой творческий запал возбуждает не что иное, как Природа!

 

Текст: Ольга Яхонтова
.
Опубликовано 05.05.2021  21:27 

9 мая 1945 в Калинковичах

ДЕНЬ ПОБЕДЫ

 

К весне 1945 года нанесенные Калинковичам войной страшные раны кое-где уже начали затягиваться, но все еще явственно проступали на теле города. Деревянное здание вокзала наполовину сгорело, оставшаяся часть наскоро отремонтировали брусом и досками из разобранных построек. Вокруг него было пусто: полностью уничтожена  каменная водокачка, сгорели клуб железнодорожников, столовая ОРСа, контора и мастерские депо, жилые казармы, хлебопекарня, здания милиции и НКВД, магазин, многие прилегающие к станции жилые дома. Капитальные, еще дореволюционной постройки, каменные здания депо и дома отдыха паровозных бригад устояли, но у последнего при последнем большом налете фашистской авиации прямым попаданием бомбы был снесен весь третий этаж. В тупиках и на запасных путях стояли искореженные останки сгоревшего восстановительного поезда, остовы десятков разбитых вагонов, с которых унесли уцелевшую обшивку на устройство землянок и другого временного жилья.

В городе, как и на железнодорожной станции, тоже имелось много разрушений. Еще при отступлении советских войск в 1941 году сгорели находившиеся в начале улицы Фрунзе большие склады с медицинским и военным имуществом. Здание бани было наполовину разрушено при падении на него и взрыве боезапаса сбитого фашистами в начале января 1944 года советского самолета. Сгорели при бомбежке магазин «Торгсин» и все жилые дома на отрезке улицы Советской от Круглой площади до речки Каленковки. На другом ее берегу лишь груда обгорелого кирпича обозначала место, где находилась когда-то городская электростанция. На улицах Калинина, Красноармейская, Больничная и Крестьянская, по переулку Мозырскому там и здесь чернели пепелища на месте сгоревших жилых домов. Городской жилфонд уменьшился на треть, половина домов стояли без крыш, с забитыми досками окнами. На обширной территории промкомбината за сильно разросшимся городским кладбищем уже были возведены бараки-времянки электростанции, мельницы, бондарной, столярной и слесарных мастерских, но кирпичные здания маслобойки и крупорушки все еще лежали в развалинах. Не были завершены восстановительные в артелях «Зорька», «Ударник», «Прогресс», «Большевик», в МТС и на мебельной фабрике. На правом берегу речки Кавни (где сейчас гаражный кооператив), валялся немецкий бомбардировщик, сбитый около года назад девчатами из прикрывавшего железнодорожную станцию 546-го зенитно-артиллерийского полка. Его медные и алюминиевые детали были уже частично растащены калинковичской детворой для разных поделок, но оставшегося хватит еще лет на пять. На берегу пруда по левой стороне улицы Пушкина (ныне территория рынка) застыл, покосившись набок там, где его остановил в ночь на 14 января 1944 года снаряд, немецкий бронетранспортер. Он простоит до конца 40-х, а купавшая летом в пруду ребятня будет развешивать на поржавевшей махине свою одежду.

В ночь на 9 мая громкоговорители молчали (городской радиоузел вел трансляцию с 06.00 до 24.00). Однако все, кто имел дома радиоприемники и не спал, а также дежурные на железнодорожной станции, телеграфе, в райкоме партии, горисполкоме, райотделе милиции, госпитале и расквартированных тут воинских подразделениях в 2 часа ночи узнали, и сообщили по телефону своему руководству, что скоро будет передано важное правительственное сообщение. В 2 часа 15 минут в Москве диктор Ю. Левитан зачитал Акт о военной капитуляции фашистской Германии и Указ Президиума Верховного Совета СССР об  объявлении 9 мая Праздником Победы. «…В ознаменование победоносного завершения Великой Отечественной войны советского народа против немецко-фашистских захватчиков и одержанных исторических побед Красной Армии, увенчавшихся полным разгромом гитлеровской Германии, заявившей о безоговорочной капитуляции, установить, что 9 мая является днем всенародного торжества — ПРАЗДНИКОМ ПОБЕДЫ. 9 мая считать нерабочим днем».

Оповещенный дежурным по телефону 1-й секретарь Калинковичского райкома КП(б)Б недавний командир 99-й Калинковичской партизанской бригады, затем Полесского партизанского соединения К.М. Бакун распорядился собрать к 06.00 на инструктаж все городское руководство и партийный актив. Система оповещения была подобна военной и хорошо отработана. Вначале распоряжения поступали из райкома партии в городскую пожарную часть (находилась рядом с «Нардомом»), дежурному дислоцированной в военном городке на южной окраине города воинской части и дежурному расположенного в северной залинейной части батальона НКВД, обеспечивавшего охрану железной дороги. Те посылали оповестителей по ближайшим адресам, а оповещенные по пути следования забегали по еще 2-3 адресам.

На улице было темно, но в окне дома 62 по улице Мархлевского уже виднелись слабые отблески  света керосиновой лампы. Хозяйка, Ольга Алексеевна Шманцарь, разожгла огонь в печи и пекла блины, ее муж Семен Николаевич, недавний старший лейтенант  стрелкового полка, а ныне заместитель начальника сельхозотдела райисполкома, и дети, шестилетняя Аза и четырехлетний Георгий, еще спали. Заведующий районным отделом народного образования Леонид Волков, бывший начальник штаба отряда им. Щорса 99-й Калинковичской партизанской бригады, живший на соседней улице Революционной, осторожно постучал по стеклу. Отворивший ему дверь хозяин дома увидел своего обычно спокойного, и даже немного флегматичного товарища необычайно возбужденным:

– Семен, по радио передали – Победа, Германия капитулировала! Всех в райисполком срочно вызывают, быстро собирайся, нам еще за Иваном Лисецким забежать надо!

К 6 часам утра зал заседаний Калинковичского райисполкома, где обычно собирали на инструктажи и совещания городской актив, был полностью заполнен. Кому не хватило мест на установленных рядами скамьях, стояли вдоль стен. Были тут районный военный комиссар старший лейтенант Брусов, начальник расположенного в калинковичском военном городке эвакогоспиталя № 1397 капитан медслужбы Тиллес, начальник райотдела НКВД капитан Лыков, начальник райотдела милиции А.А.Костриченко, начальник Калинковичского отделения Бел. ж.д. В.Г. Стеблев, начальник депо М.К. Рубанов и секретарь парткома железнодорожного узла З.В. Шило, директор Калинковичской МТС А.Ф. Коростелев со своим парторгом М.Р. Ленкевичем, начальник калинковичского телеграфно-телефонного узла связи М.П. Сергеенко, главный врач районной больницы Н.А. Тимофеев, калинковичский судья А.И. Солодуха, районный прокурор З.Ф. Филимонов и многие другие, несколько десятков человек.

Шум и говор обменивающихся радостными новостями людей стих, когда место за покрытым кумачом столом президиума заняли одетый в офицерский френч со следами недавно снятых погон  К.И. Бакун, и люди, тоже в недавнем прошлом воевавшие: секретарь райкома комсомола А.А. Осокин, председатель райисполкома М.Т. Емельянов и председатель горисполкома И.А. Бондарь.  Бакун обвел взглядом притихший зал:

– Полагаю все уже в курсе дела, что с эту полночь в Берлине был подписан Акт о безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Его уже передали по радио, а также Указ об объявлении сегодняшнего дня праздником Победы, нерабочим днем. Как и обещал в своей речи в начале войны наш великий вождь товарищ Сталин, враг разгромлен, победа за нами. Ура, товарищи!

Подождав, когда закончатся рукоплескания вставшего в едином порыве зала, секретарь жестом предложил всем сесть, и продолжил:

– Праздник праздником товарищи, но сегодня он для населения, а для нас, партийцев, рабочий день не отменяется. После совещания всем разойтись по воинским и трудовым коллективам, поздравить людей, смотреть за порядком, проблемы решать, ведь вопиющие случаи происходят. Вот пришли ко мне вчера вечером директора и председатели месткомов наших школ, принесли жалобу…

Взяв из лежащей перед ним папки листок бумаги, он громко прочел:

«…Секретарю райкома райкома КП(б)Б Бакуну. Дирекции, месткомы школ г. Калинковичи от имени школьных коллективов вынуждены обратиться к Вам по одному жизненно важному вопросу – получение хлеба учителями и учащимися, т.к. только ваше вмешательство в данном вопросе может оказать воздействие на калинковичские органы торговли. Учительство за май месяц не получает хлеб с 4-го мая, а учащиеся с 1-го мая. Такие факты наблюдаются неоднократно: так в марте месяце хлеб не отдан в 7-8 дней. Просим вашего содействия в неотложном разрешении поднятого нами вопроса». Подписано директорами школ Лившицем и Пинкевичем, председателями месткомов. Где у нас директор горторга Субботин? Ты что, специально подальше сел, чтобы на глаза не попадаться? А выглядишь совсем неплохо, не то что наши заморенные учителя и детишки… Не надо, не надо оправданий, сам знаю и про лимиты и про транспорт и все прочее. Пойдешь прямо сейчас с Волковым в обе школы. А затем со Шманцарем в школу животноводов. Хоть ее директор Фролов эту бумагу не подписал, думаю и там дела не лучше. Жду вас в райкоме партии с докладом к 20.00.

За четверть часа были обсуждены основные  организационные вопросы, и в заключение совещания секретарь сказал:

– В этот великий день предлагаю почтить минутой молчания наших погибших, умерших от ран и замученных в фашистской неволе боевых товарищей, всех патриотов, советских людей, не доживших до этого великого праздника…

Между тем новость о завершении войны уже облетела весь город. Люди выбегали из домов и радостно поздравляли друг друга с долгожданной победой.

Вспоминанет калинковичанка Г.Н.Тосова: «Весной 1945 года мне исполнилось 19 лет, я работала телефонисткой в калинковичской пожарной части, которая находилась тогда на площадке перед нынешним Свято-Казанским храмом. Наш дом, что стоял возле Круглой площади, во время войны уцелел. В соседних жилых домах до войны в основном жили еврейские семьи, а когда они уехали в эвакуацию или были расстреляны немцами, туда заселились семьи полицейских и работавших в немецкой администрации. После освобождения в первые месяцы старые хозяева этих домов из эвакуации еще не вернулись, на улице мало людей проживало. Начало мая было теплым, солнечным, цвели жасмин и сирень, и по сводкам Совинформбюро видно было, что война идет к победному финалу. В военном городке был госпиталь, и некоторые из выздоравливающих, молодые парни, гуляли по улицам в своих госпитальных халатах коричневого цвета, заходили к местным жителям попить воды из колодца, знакомились, их приглашали в гости. 8-го мая я сменилась с дежурства, и следующий день был свободный. Помню, утром я и мама услышали со двора крик одного из соседей: «Победа! Победа!». Мы выбежали на улицу, и все люди из соседних домов по нашей улице Советской тоже выбегали, рассказывали друг другу, что передали по радио о нашей победе над фашистами и окончании войны. Что тут началось! Все кричали «Ура! Победа!», молодежь пела и танцевала, женщины постарше плакали – от радости, что кончилась эта страшная война, от горя по своим погибшим мужьям и детям».

Вот строки из воспоминаний В.А. Корбаль: «После освобождения города началось восстановление железнодорожного узла. В этой работе активно участвовали и мы – недавние подпольщики и партизаны. Я работала тогда в бухгалтерии локомотивного депо. Помню, пришли по гудку в контору, начали работу и вдруг открывается дверь, вбегает наш начальник, главный бухгалтер и говорит с радостью: «Девчата, сегодня великий праздник – объявили по радио о нашей Победе!». Все выбежали во двор, кричали «Ура!», танцевали и пели песни».

Таким запомнился этот великий день А.Ф. Ермоловичу: «9 мая 1945 года, я ученик 1-го класса 14-й железнодорожной школы как всегда пришел на занятия около 8.45 утра. Школа была переполнена, т.к. только первых классов было около десятка, и в каждом было человек по сорок. Я ходил в школу, как и мои одноклассники, босиком и с холщовой торбочкой для книжек и тетрадок. Мы собрались в нашем классе на втором этаже (сейчас там школьная библиотека), сидели за столами на длинных лавках (парт не было) и ждали начала занятий. В 9 часов прозвенел звонок, и в класс вошла наша учительница Варвара Дмитриевна Горобьева. Она сказала: «Дети, сегодня в нашей стране объявлен великий праздник – День победы над фашистской Германией, объявлен выходной день, так что можете идти по домам». Мы все закричали «Ура!», вскоре ликовала вся школа, и мы побежали домой».

Вспоминает М.М. Котик: «Весной 1945 года я училась в 5-м классе 14-й железнодорожной школы. Нас в классе было человек 30 или больше, классным руководителем была Надежда Федоровна Ясновская. За день или два до окончания войны наша школьная группа художественной самодеятельности (руководителем был физрук, демобилизованный по ранению военный) давала концерт в госпитале, который находился в бывшем клубе военного городка. Я играла на гитаре, преподаватель на мандолине, было еще несколько гитар и балалаек, вся наша группа была человек пятнадцать. Нас провели через боковой вход в большое помещение бывшее до войны кинозалом. Оно было сплошь заставлено множеством двуярусных кроватей для раненых, за исключением одного угла, где мы и давали свой концерт. Читали стихи, танцевали, пели под гитару фронтовые песни. Нас встречали очень тепло, после каждого номера были аплодисменты, а многие раненые даже плакали, наверное, глядя на нас, они вспоминали своих детей. Помню, что 9 мая был солнечный день, погода теплая и безветренная. Утром я, как обычно, пришла в находившуюся недалеко от нашего дома школу. Часов тогда ни у кого не было, взрослые на работу, а мы, дети в школу ходили по гудкам, которые давали на железнодорожной станции. В 7.30 утра давали два коротких, а в 8.00 один длинный гудок. Пришла в свой класс на 1-м этаже, заняла место за длинным столом на 8 человек (парт тогда не было), достала из холщовой сумки, что сшила мне мама, чернильницу, ручку с пером и газетные обрезки, которые были нам вместо тетрадей. Все собрались, и Надежда Федоровна уже хотела начинать урок, как внезапно открылась дверь, вошел кто-то из учителей и сказал, что объявлено о конце войны, нашей победе. Что тут началось! Все классы высыпали на школьный двор, все кричали «Ура! Победа!». Потом мои одноклассники взялись за руки, образовали круг и начали водить хоровод. И весь школьный двор покрылся этими хороводами, все кричали, пели, радовались, смеялись. Это долго продолжалось, пока все не пошли по домам, в этот день занятия отменили».

К 12.00 у вывешенных на радиоузле громкоговорителей собралась густая толпа калинковичан, ожидавших правительственного сообщения. Это двухэтажное здание, в отличие от стоявшего напротив однотипного, в ходе войны сильно пострадало. Второй этаж был поврежден авиабомбой, разобран и восстановлен уже деревянным. Первый этаж, стены которого избороздили наскоро зацементированные трещины, остался каменным. Среди людей, беседовавших о последних новостях и поглядывающие на черные раструбы громкоговорителей, кое-кто уже стоял  тут 22 июня 1941 года. Это 23-летняя Броня Комиссарчик  с улицы Советской. В августе того года она ушла с формировавшимся в городе батальоном связи, служила в армии до октября 1943 года, несколько месяцев назад вернулась домой, устроилась работать в артель «Энерготруд». А вот 35-летний Леонид Харланов, уволенный по ранению красноармеец, ныне домоуправляющий Калинковичским горкомхозом. Тут же на костылях и 28-летний Самуил Комиссарчик. Он ушел на фронт 23 июня 1941 года, был связистом, в июле 1944 года  демобилизован по ранению, вернулся в Калинковичи в свой дом на Аллее Маркса. Рядом, в группе выздоравливающих из находящегося в военном городке госпиталя, 20-летний Николай Кирщин. В октябре 1944 года он из партизанского отряда был зачислен в 43-й стрелковый полк освобождавшей Калинковичский район 106-й стрелковой дивизии, но провоевал недолго, через три недели был тяжело ранен немецкой пулей в плечо. В густой толпе много детей разного возраста. Сын погибшего несколько месяцев назад в Польше солдата 12-летний Володя Пословский ведет за руки двух 5-летних малышей: свою сестричку Надю и соседского мальчика Колю Шпака, отец которого тоже убит на фронте. Известно, что в этот день в Минске и Гомеле проходили праздничные митинги в честь победного завершения войны, но в воспоминаниях калинковичан и архивных документах сведений о подобном митинге в Калинковичах нет. Очевидно, в тот день его не было, но большой торжественный митинг трудящихся и военнослужащих состоялся в городе 3 июля 1945 года. Он был посвящен Дню освобождения Белоруссии от немецко-фашистских захватчиков и там, как гласит документ, «…было принято письмо т.Сталину от белорусского народа».

После полудня 9 мая на станцию Калинковичи прибыл товарно-пассажирский состав из Гомеля, и первое, что увидели приехавшие – как несколько рабочих крепили в верхней части здания вокзала большой транспарант об окончании войны и победе над Германией. В числе прочих сошли с поезда и простились перед расставанием три демобилизованных фронтовика, лечившиеся в Гомельском военном госпитале. Сильно хромающему и опирающемуся на трость 26-летнему лейтенанту Аркадию Курцеру нужно искать на привокзальной площади подводу, что довезет его до улицы Красноармейской, самому не дойти. Студент мозырского педагогического техникума, он надел военную форму 23 июля 1941 года, дошел со своим полком до Варшавы, где и настиг офицера осколок немецкого снаряда. Его ровесник сержант Петр Леничко и домой приехал домой с еще перебинтованной головой. До войны работал парень слесарем в депо, в 1940 году был призван в Красную армию, воевал в пехоте. В июле 1944 года на земле Румынии был тяжело ранен осколком в висок, чудом остался жив. Ему нужно в переулок Парковый, это совсем недалеко. Еще ближе 19-летнему красноармейцу Юрию Лотошинскому – на Подольскую сторону, только железнодорожную колею перейти. Попрощались товарищи и разошлись в разные стороны, сопровождаемые группками восхищенной малышни…

А толпа на привокзальной площади все густеет, люди слушают по радио новости, радуются, где-то уже и гармошка играет. Были там 32-хлетний сменный дежурный по депо Николай Иванович Кучеров, мастер погрузочной конторы 27-летний Борис Верчик, машинисты локомотивного депо 45-летний Сергей Дорошко и 23-летний Петр Корбаль. А недавнего партизана Николая Киселюка тогда в Калинковичах не было – учился в городе Щорс на курсах паровозных машинистов. Радость, большая радость пришла в этот день на эту многострадальную, истерзанную войной землю. Свершилось то, о чем мечтали долгие четыре года, за что отдали свои жизни миллионы советских людей. Раздавлен, уничтожен подлый фашизм, и никогда ему уже не возродиться. Понятно, что не было в этот день радости в лагере для немецких военнопленных, находившемся в урочище «Макарово болото» на западной окраине города. Однако «фрицы» особо и не горевали, понимали: как восстановят ими же разрушенный железнодорожный узел, решится вопрос их возвращения  домой.

Когда на улице стемнело, к радиоузлу подъехала передвижная киноустановка, и начальник райотдела кинофикации Биберман вместе с двумя киномеханиками быстро приладили на входной арке в сквер большое белое полотно. К радости всех присутствующих, особенно детворы, демонстрировали новый, снятый лишь несколько месяцев назад художественный фильм «В 6 часов вечера после войны» с популярными артистами  Мариной Ладыниной и Евгением Самойловым в главных ролях.

В 20.45, когда репродукторы сообщили, что в 21 час по радио выступит Председатель Совета народных Комиссаров СССР товарищ Сталин, и количество людей у громкоговорителей стало еще больше увеличиваться. В объявленное время из них раздался знакомый миллионам хрипловатый голос вождя. «Товарищи! Соотечественники и соотечественницы! Наступил великий день победы над Германией. Фашистская Германия, поставленная на колени Красной Армией и войсками наших союзников, признала себя побежденной и объявила безоговорочную капитуляцию. …Великие жертвы, принесенные нами во имя свободы и независимости нашей Родины, неисчислимые лишения и страдания, пережитые нашим народом в ходе войны, напряженный труд в тылу и на фронте, отданный на алтарь Отечества, — не прошли даром и увенчались полной победой над врагом. Вековая борьба славянских народов за свое существование и свою независимость окончилась победой над немецкими захватчиками и немецкой тиранией. Отныне над Европой будет развеваться великое знамя свободы народов и мира между народами. …С победой вас, мои дорогие соотечественники и соотечественницы! Слава нашей героической Красной Армии, отстоявшей независимость нашей Родины и завоевавшей победу над врагом! Слава нашему великому народу, народу-победителю! Вечная слава героям, павшим в боях с врагом и отдавшим свою жизнь за свободу и счастье нашего народа!»

Густеет ликующая людская толпа в центре Калинковичей, то в одном, то в другом месте звучат радостные песни под гармонь, возгласы «Ура! Победа!» Ровно в 22.00 радиоприемники и громкоговорители донесли из Москвы мощный грохот первого залпа из 1000 орудий, за которым последовали другие. После праздничного салюта транслировались военные марши и ставшие всенародно любимыми песни военных лет. Наступила полночь, но люди еще долго не расходились по домам. Так завершился в Калинковичах последний, 1418-й день Великой Отечественной войны.

Судьбы упомянутых здесь людей сложилась по-разному. Л.А. Волков до выхода на пенсию работал завучем в Калинковичской СШ № 1, умер в 1989 году. С.Н. Шманцарь продолжил работать в сельхозотделе райисполкома, ушел из жизни после тяжелой болезни в 1961 году. К.И. Бакун в 1947 году был переведен из Калинковичей в Мозырь, работал в Полесском облисполкоме и в других местах, скончался в 1993 году. С.З. Комиссарчик до своей смерти в 1952 году  работал там же, где и до войны, в мебельной артели «Энерготруд».  На этом же предприятии, а также на калинковичской фабрике бытовой химии много лет проработает бывшая фронтовая связистка Б.И. Комиссарчик, жизнь ее завершится в 2008 году. Г.Н.Кирщин несмотря на свою инвалидность (не действовала правая рука) проработает долгие годы завхозом в конторе связи, уйдет из жизни в 1985 году. Калинковичский подпольщик врач Н.А. Тимофеев вскоре после Победы будет награжден орденом Отечественной войны 1 степени, но умрет от туберкулеза совсем молодым в июле 1946 года. А.Ф. Курцер завершит свое педагогическое образование и до самого выхода на пенсию будет преподавать в СШ-1 и затем СШ-6, в 90-х годах эмигрирует в Израиль. П.Ф. Леничко из-за тяжелой раны работать уже не мог, из-за нее и скончался в 1950-м году.  Ю.В.Лотошинский проживет до 1990 года, освоит профессии художника и музыканта, станет известным человеком в Калинковичах. Школьник Коля Шпак так и не стал взрослым, подорвался весной 1950 года в лесу на мине. Владимир и Надежда Пословские станут известными в городе железнодорожником и педагогом, по их инициативе в январе 2016 года был открыт памятник погибшим на войне калинковичанам.

 

В.А. Лякин

От ред. belisrael

Если у кого-то сохранились снимки того времени или воспоминания очевидцев, присылайте. Они будут добавлены к подготовленному несколько лет назад материалу  калинковичского историка и краеведа, автора множества публикаций, заслуживающего поддержки. Для оказания помощи и связи с ним, обращайтесь на сайт.

Опубликовано 05.05.2021  10:33

Письмо о поиске. Миша Гдалевич из Радошковичского гетто

Здравствуйте, создатели сайта.

Пишет вам дочка Голубович Анны Бонифациевны, 1932 года рождения, она просила разыскать родных или знакомых Михаила Гдалевича. Очень хотелось бы узнать, жив ли Михаил, смогли его спасти родственники после страшных событий 1943 года, когда фашисты массово уничтожали еврейское население на белорусских землях? Моей маме почти 90 лет. Она все хорошо помнит и не раз рассказывала мне и моему сыну о том, как судьба свела ее и Мишу Гдалевича:

“Детство моё пришлось на военное время, на время Великой Отечественной войны. Наш хутор располагался в 5 км от поселка Радошковичи Молодечненского района, Минской области. Недалеко от нашего хутора находился лес и деревня Сычевичи. В поселке Радошковичи стояла немецкая воинская часть. Мой отец был тяжело болен и лечился он у врачей-евреев по фамилии Немзер и Шустер.

Это было в 1942 году, но когда евреев стали убивать, то эти врачи первые исчезли, я не знаю даже по какой причине: или их убили, или они успели скрыться от расправы. Беда пришла в нашу семью, отец в  декабре 1942 года умер. Лечиться не смог, врачей не стало. В 1943 году всех евреев собрали в одно сооружение-сарай, и подожгли. Я была маленькая и мне с хутора был виден этот пожар, дым. Я видела, когда приходили с мамой в поселок евреев, их заставляли прицепить на одежду из жёлтой материи звёзды, женщины носили их на воротнике или на груди. Я помню, что они очень хотели кушать, их выгоняли из гетто на работу полицаи с собаками, а жители бросали им хлеб через ограду. Один еврей, владелец банка, хорошо знакомый моему отцу, привёз нам на хутор своего сына лет 8, попросил  спрятать на время, звали его Миша, фамилия мальчика была Гдалевич. Он знал сам, что скоро их в гетто всех убьют. Отец Миши сказал, что за ним скоро придут 2 женщины и заберут.  Мама мне объяснила, что его родители специально решили вывезти и спрятать мальчика, а сами должны вернуться обратно в гетто. Мы с мамой сделали из двух скирд соломы место в углу сарая, проделали в соломе проход, спереди его закладывали тоже соломой. Миша сидел в углу за соломой,  в стене сделали отверстие, чтобы было видно немножко свет и была видимость на дорогу. Вечерами тайком я приносила ему кушать. Когда было тихо вечерами он выходил на улицу. Его вскоре забрали, как договаривались, две женщины.

Я очень хорошо помню, что совершили фашистские каратели на нашей земле, что от голода и болезней в эти годы в нашей семье ушли из жизни мои младшие брат и сестра. На склоне своих лет и всего пережитого, очень хотелось бы узнать – жив ли остался Миша? Как сложилась судьба нашего тайного гостя? Помнит ли он свое пребывание в соломе на хуторе, может и меня помнит (мою маму)? Мама Голубович Елена хорошо понимала, что она рискует и своими детьми и своей жизнью, но она была доброй и смелой, трудолюбивой и очень несчастной, потеряв в годы войны и мужа и детей. Мамы давно нет среди нас, да и мне скоро 90.”

Моя бабушка Елена Голубович с подругой в национальном костюме, для которого сама ткала ткань, шила и вышивала почти все сама вручную.

Буду благодарна, если среди читателей вашего сайта кто-нибудь откликнется из прошлого. Буду ждать от вас вестей вместе с мамой.

Елена Колосок, преподавала историю в школе г.п. Радошковичи

Опубликовано 04.05.2021  14:47

Таямніца Ірмы Яўнзем / Тайны Ирмы Яунзем

04-05-2021 Ніна Стужынская

Калі запаволіць на пару хвілін хаду ля дома №29 па вуліцы Карла Маркса, можна заўважыць шыльду, якая паведамляе, што вядомая савецкая спявачка Ірма Яўнзем вучылася ў жаночай Марыінскай гімназіі, якая знаходзілася ў гэтым будынку з 1899 года і да пачатку Першай сусветнай вайны.
.

Цудоўны голас, мужны характар, на першы погляд, бліскучая сцэнічная кар’ера. Яе навучэнкамі былі Жанна Бічэўская і Ала Пугачова. Ірма, латышка па паходжанні, нарадзілася ў Мінску ў верасні 1897 года. Як сведчыць рамантычная сямейная гісторыя, бацькі Ірмы апынуліся ў беларускай сталіцы, каб пабрацца шлюбам, які быў немагчымы на радзіме. Няроўны саюз маладых людзей не віталі дзядуля і бабуля па маці Ірмы.

Шлях да славы і прызнання Ірмы Яўнзем у Савецкім Саюзе быў вельмі няпросты, і толькі вонкава выглядаў узорна: удзельнічала ў камуністычным агітцягніку на франтах Грамадзянскай вайны, аб’ездзіла краіну з народнай песняй, спявала ледзь не на ўсіх мовах народаў СССР. Рэпертуар быў насычаны песнямі з новага калгаснага фальклору, якія выдаваліся за народныя. Як і многія творчыя людзі той эпохі, Ірма Пятроўна аддала належнае ўслаўленню «Двух сокалаў» — Леніна і Сталіна. Біяграфія спявачкі пакідае ўражанне, што яна ўвесь час мусіла сведчыць пра сваю звышлаяльнасць да ўлады, падкрэсліваць сваю савецкасць і адданасць савецкай дзяржаве.
.

І.П. Яўнзем сярод працоўных завода Марці

І.П. Яўнзем сярод працоўных завода Марці

Падчас вялікага канцэртнага турнэ ў 1926–1927 гадах Ірма пісала дзённік. У Харбіне 20 лютага 1926 года пасля канцэрта ў чыгуначным калектыве савецкіх спецыялістаў яна пакінула наступны запіс: «Які жах… Ва ўсе газеты дасланы ананімныя лісты за подпісам “ахвяра” пра тое, што я быццам “чэкістка”, служыла ў ЧК, у Кіеве, Харкаве, і што маё мінулае — крывавая стужка. Як цяжка, калі кідаюць неабгрунтаваныя абвінавачанні». Беспадстаўнае абвінавачанне, хутчэй за ўсё, выклікала яе латышскае прозвішча. Як вядома, у тагачасных спецслужбах латышоў хапала. Тым не менш, спявачка адзначае грандыёзны поспех, які мелі яе выступленні. Немцы прапаноўвалі кантракты ў Заходняй Еўропе і Амерыцы. З гонарам піша яна пра канцэрт у прысутнасці імператарскай сям’і ў Японіі.

.

У аўтабіяграфічных зацемках спявачка не забывала падкрэсліваць факт свайго знаёмства з Міхаілам Фрунзэ, начальнікам Мінскай гарадской міліцыі, згадвала знаёмства з «правільнымі людзьмі», сяброўства з жонкамі чэкістаў. У трагічныя для Латвіі дні лета 1940 года адбыліся гастролі Ірмы Яўнзем у Рызе. Цыганскія рамансы, песні ў яе выкананні суправаджалі першыя крокі савецкага акупацыйнага рэжыму, які замацоўваўся турботамі Андрэя Вышынскага, пракурора-ката, жахлівага сімвала той эпохі.

У 1932 годзе Яўнзем атрымала званне заслужанай артысткі РСФСР, а ў 1957-м — народнай артысткі РСФСР. Народнай артысткай СССР Ірма Яўнзем так і не стала. Якая сямейная таямніца не дазволіла спявачцы дасягнуць вяршыні савецкага афіцыйнага прызнання?

Адчувалася, што было нешта ў біяграфіі Ірмы Яўнзем, што ўвесь час карэктавала яе паводзіны, уплывала на творчасць. Толькі пасля перабудовы ў выказваннях дачкі спявачкі (пляменніцы, насамрэч) прамільгнула, што «ў 1921 годзе здарылася трагедыя — бацьку (Ірмы. — Аўт.) расстралялі за неіснуючую сувязь з падпольнымі арганізацыямі Барыса Савінкава. Яўнзем вымушана была вярнуцца дамоў (у Мінск. — Аўт.) разам з мужам». Дачка паведаміла таксама пра некаторыя абставіны гібелі Пятра Яўнзема. «У 1921 годзе мой дзед быў расстраляны быццам за дапамогу ад’ютанту Савенкова (Савінкава. — Аўт.). У гэты час Ірма Пятроўна адсутнічала ў Мінску, яна была на гастролях… Як я чула ад маці, сутнасць была ў тым, што малады ад’ютант Савенкова некалькі разоў быў у доме майго дзеда, паколькі заляцаўся да яго малодшай дачкі — Эльфы (Эльфрыды. — Аўт.)».

Наступствы візітаў таямнічага «ад’ютанта» для сям’і былі жахлівыя. Сёстры трапілі ў ЧК. Эльфрыда звар’яцела. Доўгі час у біяграфічных зацемках спявачка пісала, што ў пачатку 1920-х гадоў голад і нястача прымусілі яе і сясцёр вандраваць па беларускіх вёсках і абменьваць свае рэчы на прадукты. Гэта праўда, як і тое, што маладыя жанчыны з’ехалі далей ад Мінска, дзе чэкісты праводзілі масавыя арышты контррэвалюцыянераў. У беларускай сталіцы пачалася аперацыя па ліквідацыі антысавецкага падполля, савінкаўскай і зялёнадубскай агентуры.

Вымушаныя вандроўкі мелі і добры вынік. Будучая зорка сабрала каля 100 беларускіх песень, заслуга яе перад беларускай культурай у поўнай ступені не ацэненая і сёння.

.

Палітычнае і культурнае жыццё ў сталіцы савецкай Беларусі ў 1921 годзе, яшчэ не заціснутае ў рэпрэсіўныя абцугі, віравала ў адкрытую і ўпотайку. Савецкая ўлада была слабая, яе хісткае становішча давала надзею палітычнай апазіцыі на хуткія змены.

Вельмі актыўным быў падпольны рух супраць новай улады. Лясная партызанская вайна, што разгарнулася на беларускіх тэрыторыях, суправаджалася стварэннем шырокай падпольнай сеткі ў гарадах і мястэчках. Цэнтры ўзброенай апазіцыі — Беларуская сялянская партыя «Зялёны дуб» з атаманам Дзергачом (сапр. Адамовіч) на чале і яго хаўруснік Народны саюз абароны радзімы і свабоды (далей — НСАРС, Саюз) пад кіраўніцтвам Барыса Савінкава — знаходзіліся за мяжой. У Мінску дзейнічала агентура антысавецкіх арганізацый.

У сваю чаргу, чэкісты правялі аперацыю «Крот», мэтай якой была ліквідацыя ў Беларусі контррэвалюцыйных камітэтаў. Агульная зводка ЧК Беларусі за тэрмін са жніўня па верасень 1921 года пад назвай «Крот», падрыхтаваная для маскоўскага кіраўніцтва, засведчыла, што выкрыццё ўзброенай апазіцыі ў Мінску і Мінскай губерні стала магчымым толькі пасля тэлеграмы гомельскіх чэкістаў з інфармацыяй пра явачныя кватэры Саюза ў Мінску. У мэтах праверкі на кватэры, пазначаныя ў тэлеграме, спачатку былі накіраваны сексоты. З Гомеля ў Мінск прыехалі аператыўнік Уладзімір Марчанка з палатняным (каб абгарнуць цела) пасведчаннем НСАРС і савінкавец-здраднік Іосіф Зянкевіч. Апошні павінен быў прадставіць чэкіста мінскім калегам як новага сябра.
.
.

У гомельскім спісе былі пазначаныя кватэры мінскіх актывістаў савінкаўскай арганізацыі. Да сваіх землякоў — латышоў Яўнземаў — у студзені завітаў Эдуард Аперпут, легендарны правакатар, якому прысвечаны цэлы тузін літаратурных твораў, герой фільмаў пра шпіёнаў і доблесных чэкістаў. У гэты час ён падтрымліваў Савінкава, займаў адну з кіруючых пасад у Заходнім (Гомельскім) камітэце Народнага саюза. Але пасля арышту лёгка быў перавербаваны чэкістамі (ці адразу быў агентам-кратом з пэўным заданнем) і адыграў адну з галоўных роляў у разгроме мінскіх антысавецкіх структур. Чалавек без сумлення, ідэйных перакананняў, з хісткай мараллю. З вялікай верагоднасцю можна казаць, што менавіта гэты лавелас і сноб зайшоў у нядобры час у гасцінны дом Яўнземаў.

Ірма Яўнзем праводзіла заняткі ў сваёй кватэры

Ірма Яўнзем праводзіла заняткі ў сваёй кватэры

Гаспадары явачнай кватэры, — Яўнзем Пётр Іванавіч, 44-гадовы бухгалтар, лютэранін, і яго жонка Эвеліна, бацькі 4-х дачок — Ірмгарды, Фларэнціны, Эвеліны і Эльфрыды. Пётр Яўнзем паходзіў з вёскі Ландзіны Унгермуйжскай воласці Дзвінскага павету (цяпер Латвія). Адрас, які пазначаны быў у чэкісцкай тэлеграме з Гомеля, дзе пражывала сям’я, — Мінск, Новакаломенскі (на сямейных фота пазначаны Каломенскі) завулак, 3, кватэра 1 (цяпер вуліца Свярдлова). Анкета падследнага паведамляе, што Пётр Іванавіч меў сярэднюю адукацыю, валодаў сталярным майстэрствам, не цураўся грамадскай дзейнасці. У той час Пётр Іванавіч займаў пасаду казначэя Мінскай губернскага земскага камітэта дапамогі хворым і параненым байцам.

Яўнзем быў арыштаваны за контррэвалюцыйную дзейнасць, прыналежнасць да Саюза па так званай «Справе 48». Самыя розныя людзі з багата якіх куткоў Беларусі трапілі ў гэтую злавесную лічбу «48». Агенты Народнага саюза з Бабруйска, арыштаваныя ў сакавіку 1921 года (ці не з іх затрымання пачалася раскрутка савінкаўскага клубку?), свае людзі з памежжа на Мазыршчыне, Случчыне, дзяўчаты з канцылярый розных савецкіх устаноў і тэрарысты, якія чакалі сігналу на паўстанне, фігуруюць у спісах з прыпіскай «справа П. Яўнзема».

Турэмны сшытак П. Яўнзема пачаў запаўняцца 6 чэрвеня 1921 года. Пэўны тэрмін перад ДОПРам (Дом грамадска-прымусовай працы — мінская турма, сёння Валадарка), ён знаходзіўся ў падвалах ЧК. Адтуль яго перавялі з прыпіскай: «Трымаць асобна, у ізаляцыі», тым самым яму адводзілася роля аднаго з важных чальцоў арганізацыі. Разам з бацькам была арыштаваная 20-гадовая Эвеліна.
.
.
Справа Эльфрыды ў турэмным фондзе адсутнічае. Па заканчэнні следства яна звярталася да каменданта турмы з просьбай аб сустрэчы з Эвелінай. Просьба была задаволена. Пра што гаварылі сёстры перад расстрэлам бацькі? Невядома. Трагедыя паклала пачатак многім сямейным цяжкавырашальным праблемам.

Па справе Пятра Яўнзема праходзілі і іншыя людзі з такім прозвішчам — 33-гадовы Яўнзем Юльян Карлавіч, магчыма, сваяк, паходжаннем з Рэчыцкага павета, жыхар Мінска і, што цікава, справавод адной з дзяржаўных устаноў. У першай дзясятцы асуджаных да расстрэлу пасля Яўнземаў мінская сям’я Мезенаў — чатыры сястры і брат.

26 жніўня 1921 года Яўнземы былі вернутыя ў ЧК. Хутчэй за ўсё, у гэты час Пётр Яўнзем быў расстраляны разам з астатнімі фігурантамі справы. ЧК дасылае ў турму распараджэнне выкрасліць іх са спісаў вязняў. Можна меркаваць, што Эвеліна нейкі час адбывала пакаранне ў Мінскім канцлагеры, які быў адкрыты ў сакавіку 1921 года з мэтай утрымання нелаяльных да савецкай улады людзей і выкарыстання іх у якасці таннай працоўнай сілы.

.

30-я гады прынеслі Яўнземам новыя выпрабаванні. У 1933-м за мяжу збег муж Эвеліны. Трэба было чакаць непрыемных наступстваў. Сям’я і так не знікала з поля зроку НКУС. Ірма Пятроўна ўдачарыла пляменніцу, дачку Эвеліны, пры жывой маці. Гэта быў крок, каб прадухіліць бяду. У 1937 годзе памерла маці. Трагічна склаўся лёс яшчэ адной сястры — Флоры (Фларэнціны). На пачатку снежня 1940 года пасля выкліку ў Ленінградскае КДБ яна была знойдзена ў сябе дома ў пятлі з перарэзанымі венамі.

Можа быць, таму Ірму Яўнзем так краналі несправядлівыя абвінавачванні ў супрацы з ЧК?

 

Крыніца

Апублiкавана 04.05.2021  13:56

В. Рубінчык. «Ты навошта БЧБ?»

Навіны з Ізраіля зноў бянтэжаць: у гэтую ноч (29/30 красавіка) пад Цфатам у цісканіне загінула звыш 40 чалавек, ёсць сотні параненых. Спачуваю родзічам ахвяр і не збіраюся нікога абвінавачваць, а пагатоў даваць няпрошаныя парады, але… Становішча «баарэц» у апошнія два гады ўсё больш нагадвала тое, пра што пісаў Эфраім Кішон дзесяцігоддзі таму ў фінале свайго сатырычнага твору «Ліса ў куратніку». Толькі там пра асобна ўзятую вёску недзе на поўначы Ізраіля.

З сумам пазіраў я на працэсы дэградацыі, але ж не меў магчымасцей, каб змяніць нешта ў лепшы бок. Зрэшты, які з мяне мудрэц: усе (ОК, пераважная большасць) разумелі, што бясконцая серыя парламенцкіх выбараў у Ізраілі недарэчная, што вялізныя грошы, выдаткаваныя на іх, маглі б пайсці на больш карысныя мэты…

Хтосьці меркаваў, што Кішон – гэта пра даўно мінулыя «мапаеўскія» часы з іх чыноўнікамі-недарэкамі, а выявілася, што пра ХХІ стагоддзе. Ну, вось горкі ўрок і падказка: не варта грэбаваць старымі кнігамі, мастацкай літаратурай увогуле. Бадай, не толькі для ізраільцаў урок – для ўсіх нас.

Год таму, калі многія ў Беларусі адчулі, што «мы на парозе грандыёзнага шухеру», неяк мацней пацягнула мяне да публіцыстыкі. За гэты час (травень 2020 – красавік 2021 гг.) на belisrael выйшла каля 80 фельетонаў з няхітрымі расповедамі пра тутэйшую палітыку & культурку. Зараз… хочацца ужо крыху памаўчаць і паназіраць за тым, як у наступным месяцы будзе выконвацца план па трансферы ўлады – «Стратэгія перамогі беларусаў», прэзентаваная ў пачатку лютага 2021 г. Мудрыя, дальнабачныя людзі пісалі – не раўня мне!

Сатырычны тэлеграм-канал «Советская Белоруссия» таксама вёў разумны хлопец («Сяргей, рабочы гадоў 30», як ён адрэкамендаваўся ў інтэрв’ю). Не быў бы разумны – не казаў бы ўвосень 2020 г.: «Строга кажучы, у нашай краіне ўсё жыццё ператварылася ў адзін вялікі жарт, таму нічога прыдумляць і не трэба. Узяць тую ж забарону на плясканне ў далоні — гэта што? Гумар ці рэальнасць? У Беларусі досыць проста спакаваць рэальнасць у тэкст — вось вам і жарт».

Я быў пачаў ужо радавацца, што ў Сінявокай нарэшце з’явіўся аналаг ізраільскага «Бэсэдэра?». Ды незалежны гумар, а пагатоў сатыру, тутэйшыя ўлады не вельмі ўмеюць талераваць («самі не жартуем і іншым не дамо»), таму… 29.04.2021 паступіла навіна, што адмін парадыйнай «СБ» перастаў выходзіць на сувязь – мабыць, зараз ён на Акрэсціна або ў СІЗА. Будзем спадзявацца, што на яго месца прыйдуць іншыя… Зрэшты, хтось ужо прыйшоў – як у знакамітай познесавецкай фільме «Чалавек з бульвара Капуцынаў».

Тым часам я выбраў колькі пастоў з пабліка, якія пацешылі найбольш, пераклаў подпісы на беларускую. Пакуль выбіраў, «Наша Ніва» пакрочыла тым жа шляхам. Але густы з названым выданнем у нас заўсёды розніліся, таму супаў толькі адзін жарцік.

З 1 траўня ў Беларусі ўводзіцца асабісты падатак на выкіды вуглякіслага газа (СО₂). Грамадзян з аб’ёмам лёгкіх да 3 л абавяжуць сплаціць 50 рублёў за месяц, а тым, у каго аб’ём лёгкіх перавышае 5 л, давядзецца раскашэліцца на 80 рублёў 1 капейку штомесячна. Дыхайце разважліва і радзей! (20.04.2021)

Cтаршыня федэрацыі прафсаюзаў Міхаіл Арда: «Усе спробы дэструктыўных сіл расхістаць рэжым вырачаны на правал. У бліжэйшую тысячу гадоў рэвалюцый у Беларусі не будзе. Я не агаварыўся. Устойлівасць нашай улады гарантаваная на тысячу гадоў наперад!» (20.04.2021)

Плашчаніца ўдачы. Лукашэнка прапанаваў расійскім інвестарам выкупіць у яго плашч, у які ён быў апрануты ў час патэнцыйнага выкрадання і забойства змоўшчыкам Фядутам. Пачатковая цана лота – $2 млрд. (22.04.2021)

Патрыёты Беларусі запусцілі новы праект па раздрукоўцы праўладных ётуб-ролікаў на паперы. Зараз легітымным грамадзянам, казакам, шматдзетным афіцэрам і ветэранам без доступу ў інтэрнэт будуць укідваць у паштовыя скрыні двухгадзінныя анімацыйныя ролікі на паперы з высмейваннем дэструктыўных БЧБ-змагароў (24.04.2021)

Ты навошта БЧБ? КазАчка Вольга Бондарава звярнулася з заявай у Генпракуратуру з патрабаваннем вывучыць сямейства бусліных на прадмет апраўдання злачынстваў нямецка-фашысцкіх захопнікаў і іх памагатых на тэрыторыі Беларусі ў час Вялікай Айчыннай вайны (24.04.2021)

Падвышэнне радыяцыйнага фону не болей чым на 1мЗв за месяц! У сувязі са стабільнай работай БелАЭС Лукашэнка падпісаў дэкрэт аб увядзенні прамога прэзідэнцкага кіравання ядзернымі працэсамі на станцыі (25.04.2021)

Прэс-сакратар МУС Вольга Дыпламатава: «Пацвярджаем затрыманне радыкальнага баскетбаліста Аляксандра Куля. Ён абвінавачваецца ў публічных закліках супраць гвалту і за сумленныя выбары. Па сукупнасці злачынстваў яму пагражае да 10 год турмы» (27.04.2021)

Дарэчы, пра фон… Паслухайце харошую песню ў выкананні беларускага панка Фёдара Жывалеўскага.

Пра ўкіды ў паштовыя скрыні. Пісаў ужо, што непрыемна мне было чытаць тую псеўдагістарычную інфу, якой шпігавалі мінчукоў у красавіку. Звярнуўся ва ўстановы Мінгарвыканкама, каб даведацца, хто аўтар і ініцыятар размяшчэння лухты на «жыроўках» – і 28.04.2021 атрымаў-такі рэакцыю.

Ой-вэй, каторы раз мушу дзякаваць за тое, што па-беларуску, а ў астатнім… Думаеце, пане Букатаў, ваша інфармацыя мела «сацыяльны характар»? «Асацыяльны» было б у кропку: тут у мяне патлумачана, чаму (а тут і не ў мяне).

У сярэдзіне красавіка дапускаў я наступнае: «сілавікі» самі не ведалі, што ім рабіць са Сцяпанам Латыпавым – прадпрымальнікам, які к таму часу каля сямі месяцаў мадзеў за кратамі. 27.04.2021 стала вядома, што справу яны ўсё ж «расследавалі», але як? Сабраўшы ў кучу ўсялякае здубавецце, кшталту «ўвядзення ў зман спажыўцоў». Маўляў, Сцяпан купляў «несертыфікаванае ў Беларусі» рэчыва для апрацоўкі раслін, прычым таннейшае, чым абяцаў кліентам – во дзе прычына кідаць чалавека ў СІЗА да суда! «Супраціў пры затрыманні» – гэткае ж абы-што; на відэазапісе 15.09.2020 відаць, што Латыпаў не супраціўляўся, а спакойна папрасіў міліцыянта паказаць пасведчанне.

Зараз адчайна спрабуюць давесці, што тэлеграм-канал, які адміністраваў С. Латыпаў у жніўні-верасні 2020 г., быў «экстрэмісцкі», бо пры яго дапамозе арганізоўваліся дваровыя сустрэчы і г. д. Назіраецца чарговая спроба нацягнуць «саву на глобус» – ні муралы, ні бел-чырвона-белыя сцягі, ні нават чаяванні з канцэртамі грамадскай небяспекі не ўяўлялі. Праблемы пачаліся толькі тады, калі ў чужы двор, абсталяваны самім жыхарствам суседніх дамоў, палезлі шэрыя знішчальнікі муралаў, сцягоў і стужак (не магу нават назваць гэтых людзей «чырвона-зялёнымі», таму што за свае колеры яны не змагаліся). Іхнія вылазкі скончыліся збіццём Рамана Бандарэнкі 11.11.2020 і яго смерцю ў рэанімацыі на наступны дзень.

Найбольш «важкая» прычына для выбару жорсткай меры стрымання, агучаная на БТ у верасні 2020 г., – намер С. Латыпава атруціць людзей у пагонах загадкавым дыфасфінам – або зусім знікла з матэрыялаў следства, або не будзе разбірацца ў судзе. Ну, раздзьмуванне з мухі слана – адзін з улюбёных прыёмаў тутэйшых «праваахоўнікаў», а ў выніку «гара нараджае мыш»… Прыпамінаю працэс над кіраўніком Іудзейскага рэлігійнага аб’яднання Юрыем Дорнам, на якога пасля арышту ў 2012 г. «вешалі» некалькі сур’ёзных злачынстваў, што агулам цягнулі гадоў на 7-8.

Ю. Дорн на фота В. Заміроўскага («БелГазета», 2013 г.)

На судзе ў 2013 г. пракурорка прасіла пасадзіць Дорна на 5 гадоў. У выніку з пяці прад’яўленых абвінавачванняў было даказана адно (ухіленне ад сплаты падаткаў), і Юрыя вызвалілі ў зале суда – к таму часу «злачынца стагоддзя» адседзеў сваё. Пракуратура пратэставала, але марна.

Яўрэя Дорна сувязямі з «амерыканскім яўрэйскім лобі» не папракалі – ну, магчыма, таму, што ён не займаўся палітыкай, дый час быў не той… А вось беларуса Юрася Зянковіча, затрыманага надоечы ў Маскве, падобна, сёй-той хацеў бы зрабіць агентам «яўрэйскага капіталу». Іначай навошта спатрэбілася гэтая публікацыя ў газеце «адміністрацыі прэзідэнта» (28.04.2021)?

Дзіва дзівоснае – які-такі «яўрэйскі капітал» мог стаяць за Зянковічам? Усе гэтыя камітэты & кангрэсы i тутэйшым яўрэйскім суполкам дапамагаюць гады ў рады… Хто для іх беларускі палітык сярэдняй рукі, якія праблемы яны маглі вырашаць пры яго дапамозе? Хутчэй за ўсё, тут нейкі блеф, падхоплены КДБ-ФСБ, – службамі, каторыя дагэтуль не выкідваюць старыя метадычкі пра хаўрус яўрэйскіх і беларускіх «буржуазных нацыяналістаў». І пададзены ён так неакуратна няйначай у разліку на тое, што «піпл усё адно схавае»…

Днямі скончыў чытаць другую частку рамана Паўла Севярынца «Беларусалім», названую «Сэрца сьвятла». Аўтар амаль 11 месяцаў сядзіць незразумела за што, яго перавялі ў Магілёў, і 12 траўня тамака мае пачацца судовы працэс (закрыты, а як жа – «часам не да законаў») над ім і актывістамі «Еўрапейскай Беларусі». Кніга, нагадаю, была надрукавана ва Ўкраіне ўвесну 2020 г., там ёсць і «яўрэйскія старонкі». Але больш уразілі нават не яны, а тое, што некаторыя моманты проста рыфмуюцца з тымі падзеямі, што распачаліся крыху пазней…

– масавае абуджэнне беларусаў у розных гарадах («Беларух») і пераезд «штабу» ў Вільню;

– візіт кіраўніка дзяржавы ў мінскую турму да палітвязня;

– імя міністра ўнутраных спраў Беларусі – Уладзіміраў Уладзімір Уладзіміравіч (параўн. з тым, як пачалі «шыфравацца» сведкі-міліцыянты з восені 2020 г.: Іваноў Іван Іванавіч, Аляксандраў Аляксандр Аляксандравіч, і г. д.);

– дазвол страляць па вокнах дамоў, дадзены «сілавікам»…

Карацей, кнігу варта прачытаць нават тым, хто не зусім падзяляе погляды аўтара на палітычнае і рэлігійнае жыццё (а такіх багата).

Прадстаўлю тут яшчэ адну кнігу, з якой вы наўрад ці знаёмыя. Змест яе гаворыць сам за сябе…

Гэта зборнік успамінаў, пакінутых вязнямі гродзенскага (і не толькі гродзенскага) гета, укладзены Б. Ерузалімам. Ён жа – ініцыятар стварэння яўрэйскага музея пры Вялікай Харальнай сінагозе ў цэнтры Гродна (музей дзейнічае з восені 2012 г., а сінагога – аж з XVI ст.). У канцы пан Ерузалім, загадчык аддзела іўдаізму Гродзенскага музея гісторыі рэлігіі, крыху распавядае пра сябе і сваю сям’ю – пра тое, як ён «дайшоў» да таго, каб апекавацца яўрэйскім музеем.

Наклад кнігі чамусьці ўсяго 30 асобнікаў (я гартаў яе ў Нацыянальнай бібліятэцы). Не верыцца, што ў Гародні-2020 было менш за 30 чалавек, здольных набыць такое важнае выданне.

Вольф Рубінчык, г. Мінск

30.04.2021

wrubinchyk[at]gmail.com

Апублiкавана 30.04.2021  20:24

***

Ирина Афремова   30.04.2021 в 16:36
Трагедии случаются.
Разные. Пожары, землетрясения. Падающие дома, наводнения.
Природные бедствия и дело нерадивых или непрофессиональных рук человеческих. Ошибки, которые приводят к бедствию, халатность, недосмотр, неправильные решения.
Погибают люди. На поле боя, в борьбе за освоение космоса или ради спасения других людей.
.
А еще вот так, в давке, среди таких же, ни в чем не повинных, пришедших и приехавших на праздник.
.
Вчера утром они еще молились, разговаривали с друзьями и детьми, танцевали, радовались, что добрались до Святого места, надеялись на лучшее.
Все. Их нет.
.
Потом, после того, как будут преданы их тела земле, потом, когда закончится день траура, потом будет осознание происшедшего. Потом будут работать комиссии, потом будут искать виновных.
.
Сегодня надо только сочувствие близким погибших и пожелание здоровья раненым.
И если нет сочувствия в душе, если безразлична судьба тех, кто оказался на больничной койке, то, неужели, нельзя хотя бы просто помолчать. Не писать гадости, не издеваться над жертвами этой беды. Перетерпеть, сдержать свою ненависть, антипатию по отношению к людям, погибшим на горе Мерон, презрение к их образу жизни.
.
Не знаю, красота ли спасет мир, но злоба в день трагедии может его погубить. Уже губит тех, кто её множит, они просто этого еще не замечают, не замечают что теряют своё человеческое лицо.
*
.
Michael Lobovikov 30.04.2021 в 18:58
.
Трагедия на Мероне – это не только скорбь о погибших. Это еще и стыд. За отношение к ней многих израильтян, и особенно русскоязычных.
.
Когда мою спасательную часть привели вчера ночью в готовность выехать на Мерон (чего в итоге не произошло – завалов там не было, и ЭТИ наши знания не пригодились) – я вспомнил про книгу Зоар.
Не вообще – а именно про эту, на снимке. Который я сделал в Мексике 4 года назад, во время нашей спасательной миссии после землетрясения там.
.
Стопку этих карманных Зоаров я увидел, пложив свою каску в машине, в которой местная еврейская община перевозила нас к местам нашей “работы”. Кто-то из мексиканских евреев посчитал, что нам может потребоваться учение р.Шимона Бар-Йохая – основоположника Каббалы. В память о котором проходит этот праздник на горе Мерон.
.
Лаг БаОмер – это день его кончины, который он завещал отмечать именно как праздник.
Вот этой способности найти в нашей традиции силы встретить катастрофу – естественной для общины Мексики – так не хватает многим русскоязычным израильтянам. С точностью до наоборот – трагедия гибели незнакомых и ни в чем не виноватых людей вызвала мутные всплески глумления, ненависти и презрения к погибшим. С употреблением классической антисемитской лексики…
.
Потому, что там были религиозные евреи. А их нашу уважаемую публику учили ненавидеть и презирать сначала советская власть – в затем здесь, в Израиле, воинствующие дособорцы из местных “просвещенных” безродных быв.евреев. С примкнувшей к ним мелкой секторальной партией, построившей на этой ненависти свое электоральное выживание.
.
Эта тотальная оторванность от еврейства и открытые враждебность и презрение ко всему, что его представляет свойственны слишком многим русскоязычным израильтянам. Многих из которых и “израильтянами” трудно назвать. Они тут, с нами – но так, в гостях. “Спасибо, пешком постоят.”
.
И это наша национальная трагедия. Ведущая нас к отдалению друг от друга, раздору, расколу и распаду. До полного ослабления и поражения. На радость всему прогрессивному человечеству, не теряющему надежды избавится от нас в один прекрасный день.
.
В Лаг Баомер мы отмечаем не только “йорцайт” Рабби Шимона. В этот день закончилась эпидемия, от которой умерли 24.000 учеников рабби Акивы. Которые были так наказаны за отсутствие уважения друг к другу, распри и раздоры. За столь любимую нами “беспричинную ненависть”.
.
Для всех искалеченных советским прошлым и современной израильской системой “просвещения” – это примитивные сказки отсталых “досов”. Но все, кому ценности человеческой морали – основанные во многом на нашей традиции и философии иудаизма – более знакомы и близки, видят в этом призыв к единству. Основанном на уважении.
.
Даже если ты чего-то не знаешь, и не понимаешь. Это еще не делает тебя лучше. Хотя так хочется преодолеть комплексы своего незнания собственной традиции презрением к ней…
.
Книга Зоар написана на арамейском. Который я не знаю. К сожалению. Но там, в машине, я положил ее в карман. Для меня она была символом единства нашего народа и нашей традиции. Без уважения к которой мы не останемся народом.
А пока давайте научимся уважать друг друга.
И помолимся за выздоровление раненых, и за утешение семьям погибших. Каждый как может. В этот шабат, по нашей традиции.
.
Шабат шалом.
.
*
.
,
Misha Levin  1 мая в 00:38
.

Сутки назад я сидел у костра в Бней Браке и планировал написать большой текст про взаимодействие светских и харедим. Пожарных, обеспечивающих безопасность, не просто благодарили, нас постоянно угощали чем было, в основном чипсами и колой, к нам специально подходили сказать спасибо (когда у тебя коляска с младенцем плюс пять бегающих вокруг детей разного калибра, в толпе между кострами по песку сделать крюк на 50 метров не так просто). Дети, естественно, просили дать полить из пожарного ствола и надеть каску. Множество просто очень теплых улыбок от проходивших мимо суровых харедимных семей, причем и от детей, и от родителей. Мне хотелось про все это подробнее рассказать, там есть над чем подумать…

Около 2 часов ночи (может быть раньше, не заметили потому что тушили) посыпались соообщения в пожарно-спасательных группах, потом мы стали читать новости. Пожарные у нас вчера подобрались абсолютно светские, но все были в ужасе. Ехать туда смысла уже не имело, нас и не вызывали, все были растеряны и подавлены. Если бы можно было поехать и хоть как-то помочь было бы легче… В первых сообщениях было про 20 погибших, потом около 30, потом 35, потом 38. Все хотели понять что случилось, но никто не пытался сразу назначить виноватых. Пожарные слишком часто видят трагедии, чтобы считать, что всегда есть виноватый.

2 года назад на лаг баомер я дежурил как раз на горе Мерон. Мы заняли позиции в первой половине дня и мне казалось, что такое количество медиков, полиции и спасателей мог собрать в одну точку только параноик. Пожарные машины с экипажами стояли буквально раз в 200 метров на всем пути паломников. Полицию я даже не считал. Там же, естественно, амбулансы и парамедики. Идущие между всеми этими машинами и группами в форме люди выглядели забавно, как будто их всех подозревают в намерении немедленно устроить беспорядки или внезапно заболеть. Но вечером стало несмешно. По широкой деревенской улице сплошным потоком поднимались люди. Шли небыстро, но плотно. А навстречу им шел такой же поток спускающихся с горы. У нас кормежка и палатка для отдыха были прямо напротив машины, через дорогу, но перейти дорогу было непросто. Люди шли непрерывно до утра, на рассвете поток начал слабеть. Нам тогда сказали, что прошло больше милиона, я не проверял эту цифру. Но поверьте – таких толп я, выросший в пятимиллионном городе, не видел никогда.

Сейчас многие говорят, что в трагедии виноваты то ли раввины, которые не запретили этот праздник, то ли полиция, которая не туда направляла поток людей, то ли еще кто-то, кто должен был построить дополнительные дороги для входа и выхода… Очень многие пытаются найти виноватых. Может быть там и произошла какая-то ошибка, не знаю, это всё будут расследовать. Но если в таком потоке людей кто-то упал, то случится или нет давка с погибшими вопрос случайностей. Если за ним было чуть больше свободного места, то он встанет и пойдет дальше, или его поднимут и вынесут к обочине. Но если именно за ним шла плотная группа, то начнется давка. Если всё это происходит в узком месте давка будет нарастать. Если на лестнице, причем на спуске, то трагедия весьма вероятна. Чтобы этой вероятности не было участники должны уметь ходить в толпе. Не просто уметь – этот навык надо тренировать постоянно. В метро в Питере скорее всего обошлось бы  – почти каждый, кто там ходит, бывал прижат толпой к ограждениям и знает, что это такое. Там достаточно тех, кто при возникновении затора рефлекторно тормозит движение толпы освобождая себе место не толкая впереди идущего, как хочется сделать инстинктивно, а ложась спиной на идущего сзади. Но это люди, выросшие в толкучке. Те, кого еще в детстве чуть не задавили. Они может быть и не увидели, но почувствовали, как шедший сзади взрослый откинулся назад чтобы их не задавить. Они это делают автоматически.

У нас просто нет мест, в которых тренируется этот навык. Раз в год пройти по узкой лестнице на горе Мерон не в счет, этого мало. Если обошлось, то и запоминать нечего, никто ничему не научился. А если не обошлось… Те, кому не повезло, уже тоже никому не расскажут, насколько важно не толкать в спину идущего впереди. И всё, больше в Израиле практически нет мест и ситуаций, в которых возникает такая давка и можно научиться правильно ходить в толпе.

И еще один момент, про который мало кто знает. При правильной организации мероприятий с большим количеством людей несчастные случаи неизбежны. Я могу это довольно просто объяснить, но не сейчас. Сейчас это будет неуместно.

Выздоровления раненным и соболезнования родственникам погибших.

ברוך דיין האמת…

Израильские новости. Трагическое окончание апреля 2021

29.04.2021

Вакцинация против коронавируса: полностью привито около 75% взрослого населения, Израиль – мировой лидер

По данным минздрава Израиля на 29 апреля, первую дозу вакцины против коронавируса получили 5399050 человек (около 4 тыс. за последние сутки), вторую дозу – 5081978 человек (около 7 тыс. за последние сутки).

Полностью вакцинированы более 54% населения страны и около 75% взрослого населения (старше 16 лет). Первую прививку получили около 58% израильтян, более 79% взрослого населения.

По числу вакцинированных по отношению к численности населения в ТОП-10: Израиль, ОАЭ, Чили, Бахрейн, США, Великобритания, Венгрия, Сербия, Германия, Франция.

***

“Коронавирусный светофор”

По состоянию на 29 апреля, в Израиле нет ни одного населенного пункта со статусом “красного” с точки зрения эпидемиологической ситуации в связи с распространением коронавируса. Двум населенным пунктам присвоен статус “оранжевого”, в том числе городу Пардес-Хана-Каркур.

“Желтых” населенных пунктов четыре. Среди них ни одного города.

***

29.04.2021

Утверждено положение, обязывающее проходить карантин всех возвращающихся из семи стран, включая Украину

В четверг, 29 апреля, генеральный директор министерства здравоохранения Хези Леви утвердил поправку к Приказу об общественном здравоохранении, согласно которой все возвращающиеся из Украины, Эфиопии, Бразилии, ЮАР, Индии, Мексики и Турции должны будут в обязательном порядке соблюдать режим самоизоляции.

Это положение распространяется как на тех, кто не сделал прививку, так и для прошедших вакцинацию.

Срок обязательного карантина зависит от наличия отрицательного результата тестов на коронавирус. Без прохождения тестов – 14 дней, при наличии двух отрицательных тестов – 10 дней.

Ожидается, что это положение войдет в силу 3 мая после утверждения правительством или парламентской комиссией, уполномоченной вводить подобные ограничения.

***

 

29.04.2021

Утверждено создание бизнес-квартала в Бат-Яме: жилье и офисы рядом

Окружная комиссия по планированию и застройке утвердила предложение муниципалитета Бат-Яма о строительстве нового квартала – района смешанного использования, где рядом с жилыми домами будут находиться современные офисные здания и центры занятости.

Строительный план распространяется на территорию на юго-западе города, неподалеку от моря, от центральных районов города и от транспортных артерий. План предусматривает строительство свыше двух миллионов квадратных метров офисных площадей и около 9.200 квартир.

Жителей нового района и тех, кто будет работать в новых офисных зданиях, будет обслуживать всевозможный транспорт – неподалеку и железнодорожная станция, и линия городского трамвая “ракевет а-кала”, запуск которой ожидается в будущем году, (слишком оптимистично – belisrael) и две станции метро М1, строительство которых было утверждено недавно.

Для реализации проекта муниципалитет перестроит один из последних старых районов, сохранившихся в Бат-Яме, и превратит его в современный квартал для бизнеса, торговли и проживания. План предусматривает строительство зданий общественного пользования, таких как учебные заведения, развлекательные и культурные учреждения, которые будут компактно интегрированы в жилой и офисный массив. Квартал будет соседствовать с новым районом Парк а-Ям, где вскоре будут заселены около 6.500 квартир.

“Строительство нового района будет ключевой частью плана повышения эффективности нашего города, – отметил мэр Бат-Яма Цвика Брот. – Будут построены жилые дома, магазины, отели, создано множество рабочих мест. Этот квартал изменит облик города и принесет сотни миллионов в муниципальную казну, позволив нам увеличить инвестиции в услуги для жителей Бат-Яма. При этом план адаптирован к эпохе “пост-коронавируса” как с точки зрения вместимости офисов, так и с точки зрения технического прогресса. Это прекрасная новость для нашего города”.

Скорее всего  Бат-Ям станет еще более “русско-украинским”

***

29.04.2021

Intel Israel объявил о строительстве нового центра в Хайфе и наборе 1000 сотрудников

В среду, 28 апреля, Intel Israel объявила об инвестициях в размере 200 миллионов долларов в строительство нового центра в Хайфе.

Новое здание, строительство которого начнется в 2023 году, будет расположено рядом с существующими офисами Intel в Хайфе, и будет предназначено для возможности “гибридной” работы, как из офиса, так и из дома.

Параллельно компания объявила о наборе 1000 сотрудников на широкий спектр ставок, от студенческих ставок и ставок молодых специалистов, до ставок специалистов высокого класса с опытом, во всех своих филиалах в Израиле.

***

29.04.2021

Евробаскет 2022: сборная Израиля сыграет в Праге

На официальном сайте чемпионата Европы 2022 года опубликованы составы групп первого этапа чемпионата.

Группа А Матчи пройдут в Тбилиси

Испания, Россия, Турция, Грузия, Бельгия, Болгария

Группа В Кельн

Франция, Литва, Словения, Германия, Венгрия, Босния и Герцеговина

Группа С Милан

Греция, Италия, Хорватия, Украина, Великобритания, Эстония

Группа D Прага

Сербия, Чехия, Польша, Финляндия, Израиль, Нидерланды

Турнир должен пройти с 1 по 18 сентября 2022 года.

Хочется надеяться, что ч-з почти 1.5 года во всей  Европе, да и мире, не будет сегодняшних проблем с короной.  Если выбирать куда ехать, то на 1-м месте поставил бы Прагу, далее Тбилиси… 

Опубликовано 29.04.2021  20:21 

______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

К сожалению, последний день апреля начался с тяжелых трагических событий

30.04.2021  00:54

Hundreds of ultra orthodox Jews celebrate the lighting of a bonfire during the celebrations of the Jewish holiday of Lag Baomer on Mt. Meron in northern Israel on April 29, 2021. Photo by David Cohen/Flash90

На горе Мерон, где проходят празднования Лаг ба-Омер, уже находятся приблизительно сто тысяч человек. Ближе к полуночи министерство транспорта сообщило, что в дороге находятся еще 1500 автобусов с 50 тысячами пассажиров.

Ранее гендиректор министерства здравоохранения Хези Леви в интервью израильским СМИ, комментируя происходящее на горе Мерон, заявил, что при массовом скоплении людей, которые не соблюдают меры предосторожности, резко возрастает угроза распространения вируса. По его словам, “остается только надеяться на чудо”.

Порядок на горе Мерон обеспечивают 5000 полицейских. Пресс-служба полиции передала, что в оперативном штабе, развернутом на месте, этим вечером находились министр внутренней безопасности Амир Охана, генеральный инспектор полиции, начальник полиции северного округа. Полиция даже не пыталась добиться от участников празднования соблюдения карантинных ограничений.

По данным пресс-службы “Маген Давид Адом”, верным на 23:30, в течение дня к парамедикам за медицинской помощью обратились 148 человек, из которых 16 были доставлены в больницы.

***

На горе Мерон во время празднования Лаг ба-Омер при спуске людей с одной из трибун возникла давка. В первых сообщениях с места происшествия говорилось об обрушении трибуны.

Пресс-служба “Маген Давид Адом” передала, что пострадали более 150 человек, пострадавшим оказывается необходимая медицинская помощь. Организована доставка людей в больницы.

Состояние 20 пострадавших оценивается как критическое. Вызваны вертолеты медицинской службы и ЦАХАЛа для эвакуации пострадавших.

Парамедики “Ихуд Ацала” сообщили, что есть погибшие.

Полиция сообщила, что дороги к горе Мерон перекрыты для любого транспорта. Разрешено движение только машин спасательных служб.

Вечером 29 апреля на горе Мерон находилось более ста тысяч человек.

Добавлено 30.04.2021  02:38

***

Официально подтверждена гибель 44 человек

Трагедия произошла в том районе горы Мерон, где праздновали хасиды “Толдот Аарон”. По словам свидетелей, на других участках не сразу поняли, что произошла трагедия и десятки людей нуждаются в помощи, и еще продолжала играть музыка.

Гендиректор службы скорой помощи “Маген Давид Адом” Эли Бин сообщил, что в результате трагедии погибли не менее 44 человек. Около 150 получили травмы, из них шестеро находятся в критическом состоянии, 18 в тяжелом состоянии. Среди пострадавших немало детей.

Число жертв может возрасти.

Журналист портала Walla Яки Адамкер написал в своем микроблоге Twitter, что трагедия произошла в небольшом переходе, вход в который был открыт, а выход, по неизвестным причинам, был заблокирован полицией. В какой-то момент люди начали падать друг на друга и возникла давка, в результате которой пострадали сотни человек.

Пострадавшие доставлены в больницы “Зив” (Цфат), РАМБАМ (Хайфа), “Пория” (Тверия), медицинский центр “Галиль” (Нагария), “А-Эмек” (Афула), “Адаса Эйн-Керем” (Иерусалим).

МАДА и добровольцы ЗАКА в 3 часа ночи сообщили, что завершилась эвакуация пострадавших, на месте происшествия остаются тела погибших.

Полиция опрашивает свидетелей происшествия.

Депутат Кнессета Итамар Бен Гвир также находился на горе Мерон. В интервью радиостанции “Кан Бет” он прокомментировал происшедшую трагедию.

Празднование Лаг ба-Омер, в котором принимали участие  несколько сот тысяч представителей ультрарелигиозной общины, прекращено. Полиция организует вывоз людей с горы Мерон.

На горе Мерон во время празднования находились министр внутренней безопасности Амир Охана, генинспектор полиции Коби Шабтай и начальник полиции Северного округа. Радиостанция “Кан Бет” передала, что перед началом мероприятия полиция сообщала, что гора Мерон подготовлена для приема от 200 тысяч до 300 тысяч человек.

Министерство транспорта сообщило, что сотни автобусов и поездов направлены на север для экстренной эвакуации всех находившихся на горе Мерон. Министр транспорта Мири Регев распорядилась прекратить все работы на магистралях, чтобы позволить осуществить беспрепятственную эвакуацию людей.

Комментарий Бен-Гвира

Депутат Кнессета Итамар Бен-Гвир (“Ционут Датит”) в эфире радиостанции “Кан Бет” рассказал, что в ночь на пятницу, 30 апреля, находился на горе Мерон среди праздновавших Лаг ба-Омер и стоял в 30-40 метрах от места, где произошла трагедия.

По словам Бен-Гвира, когда люди начали спускаться, его увлекли в другую сторону, иначе он мог бы оказаться среди пострадавших.

Бен-Гвир отметил, что не раз участвовал в подобных празднованиях, но на этот раз людей было больше, чем обычно. Это депутат объясняет тем, что празднование в этом году пришлось на четверг-пятницу, и многие прибыли на гору Мерон заранее, стремясь успеть вернуться домой до наступления шаббата. Кроме того, людей было больше обычного, так как в прошлом году празднование не проводилось из-за карантинных мер.

Итамар Бен-Гвир говорит, что на горе Мерон в праздничную ночь находились не только “харедим”, но также светские граждане. Он назвал Лаг ба-Омер “праздником объединения и объятий”.

Отвечая на вопросы ведущего, Бен-Гвир подчеркнул, что требуется тщательное и объективное расследование всех обстоятельств случившейся трагедии. Он считает, что полиция не может провести такое расследование, так как, по одной из версий, именно действия полиции могли привести к трагедии, а значит расследование должны проводить другие структуры.

30.04.2021  08:14

*

Ирина Афремова   30.04.2021 в 16:36
Трагедии случаются.
Разные. Пожары, землетрясения. Падающие дома, наводнения.
Природные бедствия и дело нерадивых или непрофессиональных рук человеческих. Ошибки, которые приводят к бедствию, халатность, недосмотр, неправильные решения.
Погибают люди. На поле боя, в борьбе за освоение космоса или ради спасения других людей.
.
 .
А еще вот так, в давке, среди таких же, ни в чем не повинных, пришедших и приехавших на праздник.
Вчера утром они еще молились, разговаривали с друзьями и детьми, танцевали, радовались, что добрались до Святого места, надеялись на лучшее.
Все. Их нет.
.
Потом, после того, как будут преданы их тела земле, потом, когда закончится день траура, потом будет осознание происшедшего. Потом будут работать комиссии, потом будут искать виновных.
.
Сегодня надо только сочувствие близким погибших и пожелание здоровья раненым.
И если нет сочувствия в душе, если безразлична судьба тех, кто оказался на больничной койке, то, неужели, нельзя хотя бы просто помолчать. Не писать гадости, не издеваться над жертвами этой беды. Перетерпеть, сдержать свою ненависть, антипатию по отношению к людям, погибшим на горе Мерон, презрение к их образу жизни.
.
Не знаю, красота ли спасет мир, но злоба в день трагедии может его погубить. Уже губит тех, кто её множит, они просто этого еще не замечают, не замечают что теряют своё человеческое лицо.
*
.
Michael Lobovikov 30.04.2021 в 18:58
.
Трагедия на Мероне – это не только скорбь о погибших. Это еще и стыд. За отношение к ней многих израильтян, и особенно русскоязычных.
.
Когда мою спасательную часть привели вчера ночью в готовность выехать на Мерон (чего в итоге не произошло – завалов там не было, и ЭТИ наши знания не пригодились) – я вспомнил про книгу Зоар.
Не вообще – а именно про эту, на снимке. Который я сделал в Мексике 4 года назад, во время нашей спасательной миссии после землетрясения там.
.
Стопку этих карманных Зоаров я увидел, пложив свою каску в машине, в которой местная еврейская община перевозила нас к местам нашей “работы”. Кто-то из мексиканских евреев посчитал, что нам может потребоваться учение р.Шимона Бар-Йохая – основоположника Каббалы. В память о котором проходит этот праздник на горе Мерон.
.
Лаг БаОмер – это день его кончины, который он завещал отмечать именно как праздник.
Вот этой способности найти в нашей традиции силы встретить катастрофу – естественной для общины Мексики – так не хватает многим русскоязычным израильтянам. С точностью до наоборот – трагедия гибели незнакомых и ни в чем не виноватых людей вызвала мутные всплески глумления, ненависти и презрения к погибшим. С употреблением классической антисемитской лексики…
.
Потому, что там были религиозные евреи. А их нашу уважаемую публику учили ненавидеть и презирать сначала советская власть – в затем здесь, в Израиле, воинствующие дособорцы из местных “просвещенных” безродных быв.евреев. С примкнувшей к ним мелкой секторальной партией, построившей на этой ненависти свое электоральное выживание.
.
Эта тотальная оторванность от еврейства и открытые враждебность и презрение ко всему, что его представляет свойственны слишком многим русскоязычным израильтянам. Многих из которых и “израильтянами” трудно назвать. Они тут, с нами – но так, в гостях. “Спасибо, пешком постоят.”
.
И это наша национальная трагедия. Ведущая нас к отдалению друг от друга, раздору, расколу и распаду. До полного ослабления и поражения. На радость всему прогрессивному человечеству, не теряющему надежды избавится от нас в один прекрасный день.
.
В Лаг Баомер мы отмечаем не только “йорцайт” Рабби Шимона. В этот день закончилась эпидемия, от которой умерли 24.000 учеников рабби Акивы. Которые были так наказаны за отсутствие уважения друг к другу, распри и раздоры. За столь любимую нами “беспричинную ненависть”.
.
Для всех искалеченных советским прошлым и современной израильской системой “просвещения” – это примитивные сказки отсталых “досов”. Но все, кому ценности человеческой морали – основанные во многом на нашей традиции и философии иудаизма – более знакомы и близки, видят в этом призыв к единству. Основанном на уважении.
.
Даже если ты чего-то не знаешь, и не понимаешь. Это еще не делает тебя лучше. Хотя так хочется преодолеть комплексы своего незнания собственной традиции презрением к ней…
.
Книга Зоар написана на арамейском. Который я не знаю. К сожалению. Но там, в машине, я положил ее в карман. Для меня она была символом единства нашего народа и нашей традиции. Без уважения к которой мы не останемся народом.
А пока давайте научимся уважать друг друга.
И помолимся за выздоровление раненых, и за утешение семьям погибших. Каждый как может. В этот шабат, по нашей традиции.
.
Шабат шалом.
.
*
.
,
Misha Levin  1 мая в 00:38
.

Сутки назад я сидел у костра в Бней Браке и планировал написать большой текст про взаимодействие светских и харедим. Пожарных, обеспечивающих безопасность, не просто благодарили, нас постоянно угощали чем было, в основном чипсами и колой, к нам специально подходили сказать спасибо (когда у тебя коляска с младенцем плюс пять бегающих вокруг детей разного калибра, в толпе между кострами по песку сделать крюк на 50 метров не так просто). Дети, естественно, просили дать полить из пожарного ствола и надеть каску. Множество просто очень теплых улыбок от проходивших мимо суровых харедимных семей, причем и от детей, и от родителей. Мне хотелось про все это подробнее рассказать, там есть над чем подумать…

Около 2 часов ночи (может быть раньше, не заметили потому что тушили) посыпались соообщения в пожарно-спасательных группах, потом мы стали читать новости. Пожарные у нас вчера подобрались абсолютно светские, но все были в ужасе. Ехать туда смысла уже не имело, нас и не вызывали, все были растеряны и подавлены. Если бы можно было поехать и хоть как-то помочь было бы легче… В первых сообщениях было про 20 погибших, потом около 30, потом 35, потом 38. Все хотели понять что случилось, но никто не пытался сразу назначить виноватых. Пожарные слишком часто видят трагедии, чтобы считать, что всегда есть виноватый.

2 года назад на лаг баомер я дежурил как раз на горе Мерон. Мы заняли позиции в первой половине дня и мне казалось, что такое количество медиков, полиции и спасателей мог собрать в одну точку только параноик. Пожарные машины с экипажами стояли буквально раз в 200 метров на всем пути паломников. Полицию я даже не считал. Там же, естественно, амбулансы и парамедики. Идущие между всеми этими машинами и группами в форме люди выглядели забавно, как будто их всех подозревают в намерении немедленно устроить беспорядки или внезапно заболеть. Но вечером стало несмешно. По широкой деревенской улице сплошным потоком поднимались люди. Шли небыстро, но плотно. А навстречу им шел такой же поток спускающихся с горы. У нас кормежка и палатка для отдыха были прямо напротив машины, через дорогу, но перейти дорогу было непросто. Люди шли непрерывно до утра, на рассвете поток начал слабеть. Нам тогда сказали, что прошло больше милиона, я не проверял эту цифру. Но поверьте – таких толп я, выросший в пятимиллионном городе, не видел никогда.

Сейчас многие говорят, что в трагедии виноваты то ли раввины, которые не запретили этот праздник, то ли полиция, которая не туда направляла поток людей, то ли еще кто-то, кто должен был построить дополнительные дороги для входа и выхода… Очень многие пытаются найти виноватых. Может быть там и произошла какая-то ошибка, не знаю, это всё будут расследовать. Но если в таком потоке людей кто-то упал, то случится или нет давка с погибшими вопрос случайностей. Если за ним было чуть больше свободного места, то он встанет и пойдет дальше, или его поднимут и вынесут к обочине. Но если именно за ним шла плотная группа, то начнется давка. Если всё это происходит в узком месте давка будет нарастать. Если на лестнице, причем на спуске, то трагедия весьма вероятна. Чтобы этой вероятности не было участники должны уметь ходить в толпе. Не просто уметь – этот навык надо тренировать постоянно. В метро в Питере скорее всего обошлось бы  – почти каждый, кто там ходит, бывал прижат толпой к ограждениям и знает, что это такое. Там достаточно тех, кто при возникновении затора рефлекторно тормозит движение толпы освобождая себе место не толкая впереди идущего, как хочется сделать инстинктивно, а ложась спиной на идущего сзади. Но это люди, выросшие в толкучке. Те, кого еще в детстве чуть не задавили. Они может быть и не увидели, но почувствовали, как шедший сзади взрослый откинулся назад чтобы их не задавить. Они это делают автоматически.

У нас просто нет мест, в которых тренируется этот навык. Раз в год пройти по узкой лестнице на горе Мерон не в счет, этого мало. Если обошлось, то и запоминать нечего, никто ничему не научился. А если не обошлось… Те, кому не повезло, уже тоже никому не расскажут, насколько важно не толкать в спину идущего впереди. И всё, больше в Израиле практически нет мест и ситуаций, в которых возникает такая давка и можно научиться правильно ходить в толпе.

И еще один момент, про который мало кто знает. При правильной организации мероприятий с большим количеством людей несчастные случаи неизбежны. Я могу это довольно просто объяснить, но не сейчас. Сейчас это будет неуместно.

Выздоровления раненным и соболезнования родственникам погибших.

ברוך דיין האמת…

*

“Едиот Ахронот”: план мероприятий на горе Мерон был утвержден генинспектором полиции и министром внутренней безопасности

*

В воскресенье, 2 мая, в Израиле траур по погибшим.

Имена погибших:

1. Шраги Гешттнер (35), певец, репатриант из Канады
2. Менахем Закбах (24), из Модиин-Илита
3. Симха Буним Дискинд (25), из Бейт-Шемеша
4. Шимон Матлон (37), из Бейтар-Илита
5. Ханох Солод (52), из Ашдода
6. Элиезар Мордехай Гольдберг (37), из Бейтар-Илита
7. Едидья Фогель (22), из Иерусалима
8. Йоносон Хеврони (27), из Гиват-Шмуэля
9. Моше Бен Шалом (21), из Бней-Брака
10. Моше Мордехай Эльхад-Шарф (12), из Иерусалима
11. Йосеф Давид Эльхад-Шарф (18), из Иерусалима
12. Хаим Озер Селер (24), из Иерусалима
13. Йегуда Лейб Рубин (27), из Бейт-Шемеша
14. Моше Натан Энгландер (14), из Иерусалима
15. Иешуа Энгландер (9), из Иерусалима
16. Яаков Эльханан Старковски (20), из Эльада
17. Нахман Киршбаум (15), из Бейт-Шемеша
18. Исраэль Альнаква (27), из Бейт-Шемеша
19. Абрахам Даниэль Амбон (21), гражданин Аргентины
20. Довид Краузе (33), из Бейт-Шемеша
21. Элиэзер Цви Йосеф (26), гражданин США
22. Шмуэль Цви Клагсблад (34), из Бейтар-Илита
23. Элиягу Коэн (16), из Бейтар-Илита
24. Ариэль Цадик (57), из Иерусалима
25. Едидья Хайют (13), из Бней-Брака
26. Хаим Рок (18), из Бейт-Шемеша
27. Йосеф Амрам Таубер, гражданин США
28. Моше Царфати (65), из Иерусалима
29. Шломо Залман Лейбович (19), из Цфата
30. Нахман Даниэль Морис (19), гражданин США
31. Йосеф Иегуда Леви (17), из местного совета Рехасим
32. Дов Штейнмец (21), гражданин Канады
33. Ишай Муалем (17), из Рехасим
34. Моше Леви (14), из Бней-Брака
35. Йосеф Масторов (18), из Рамле
36. Йосеф Гринбаум (22), из Хайфы
37. Элиэзер Ицхок Колтай (13), из Иерусалима
38. Менахем Кнобловиц (22), гражданин США
39. Элькана Шило (28), из Иерусалима
40. Элазар Гефнер (52), из Иерусалима
41. Йоси Коэн (21), гражданин США
42. Ариэль Ахдут (21), из Тель-Авива
43. Моше Бергман (24), из Иерусалима
44. Хен Дорон (41), из Холона
45. Мордехай Йоэль Фекете (23).

В. Рубинчик. Фейхтвангер отдыхает

От ред. belisrael
.

Когда весной 2017 напросился приехать ко мне в июне с жонкой на 3 недели из Минска на свое 40-летие борец с лукой, я никак не мог предполагать, что столкнусь с циничным подлецом.

Хотя уже тогда можно было заметить его  хитрые заходы. В дальнейшем все более проявлялась патологическая трусость того, кто спрятавшись за израильским сайтом, сидя в минской квартирке, «боролся» с диктатором и его опричниками, гордо заявляя, что никто его не заставит уехать, при этом жаловался на тяжесть жизни и годами занимался вымогательством, вытащив огромные финансы. Засыпав сайт бесконечными опусами, украл тысячи часов времени на публикацию, да еще и кроме своих присылал массу др, отысканного в сети, в большинстве своем заумного и интересного только самому «политологу». Когда же окончательно достал переустройством своей любимой Синеокой, услышав, что принес много вреда, то ответил: «у такім выпадку сайт мяне не цікавіць».

А после израильской трагедии 7 октября, эта нечисть на своем канальчике с тремя десятками подписчиков, чем« гордится!, хотя среди них никто не обращает внимание на полнстью съехавшего с катушек,  уже 2 года показывает себя как защитника «бедных газоватов». Как он шел к этому в материале Хронология бесконечной подлости Вольфа Рубинчика

21 декабря 2025    23:09

***

Снова здорОво! Не знаю, как вам, а мне «первое лицо государства» где-то чуть-чуть и жаль. Его имиджмейкеры, как бы они ни назывались cогласно штатному расписанию, воленс-неволенс топчут репутацию «вождя».

Неужто всего 10 млн изъеденных молью инфляцией баксов было выделено на «госпереворот»? Выходит, стоило каждому из жителей Синеокой скинуться по три рубля, и?.. Гонорар снайперу – миллион долларов за убийство главы государства – вообще курам на смех. Я, конечно, не спец в пальбе по президентам, но, по-моему, для киллеров, особенно западных, это уже давно не деньги. Даже если допустить, что такая сумма где-то промелькнула в оперативных материалах, не стоило «главному» её озвучивать: обесценил он себя, обесценил. За убийство азербайджанского «вора в законе» в прошлом году обещали несколько миллионов американских денег…

Или что это за встреча – «президент vs. депутат Верховной рады Украины»? Если уж ты «и. о. царя», встречаться бы тебе со своим коллегой (заодно поучить его дипломатичности тет-а-тет, а не за глаза), в крайнем случае – с премьер-министром… Правда, Евгений Шевченко, один из 450 депутатов Рады, баллотировался от вроде как правящей в Украине партии «Слуга народа» – чем и интересен белорусскому агитпропу: визит, очевидно, призван был показать, что элита соседей неоднородна в своём отношении к здешнему режиму. Тем не менее касательно «гостей президента» вспомнился древний анекдот… Про «так мы скоро до мышей дое**мся».

И ладно бы сей Шевченко был столь же талантлив, как его однофамилец из XIX века, так ведь, судя по интервью, очередной наивняк или суперциник: «Вы уникальный народ, потому что вы ничего не разрушили и всё сохранили. А после всё это ещё и приумножили и модернизировали. У нас, к сожалению, была другая политика: где-то приватизировали, где-то просто останавливали предприятия».

Да, во время своих поездок в Украину середины 2010-х гг. я заметил – есть у части её жителей тяга верить, что у нас тут всё сохранилось с советских времён, цветёт, пахнет и неплохо работает. Но государственный человек должен сначала думать, а потом говорить, нет?..

Посмотрим для примера на один регион – Полоцкий. Там живёт предприниматель Александр Лукашок, с которым когда-то доводилось контактировать по шахматным делам. Ему под 40, он – большой босс в «Республиканской партии труда и справедливости», традиционно лояльной к власти. Всё-таки сей представитель РПТС три года назад возмутился тем, что происходило на его родине в XXI веке: «“Каждый год уничтожь один завод” – таков лозунг местных руководителей…». И составил таблицу в подкрепление своих слов:

Крупные промышленные предприятия, уничтоженные в г. Полоцке за последние годы:

Наименование предприятия Год основания / реорганизации Год уничтожения
Полоцкая мебельная фабрика 1956 2002
Полоцкий завод железобетонных изделий 1946 2003
Полоцкий комбинат строительных материалов 1929 2005
Полоцкий рыбозавод 1931 2005
Фариновский домостроительный комбинат 1990 2007
Полоцкий комбинат надомного труда 1974 2009
Полоцкий мясокомбинат 1931/1988 2010
Полоцкая фабрика художественных изделий «София» 1945 2012
Полоцкое производственное объединение по производственно-техническому обслуживанию сельского хозяйства (Сельхозтехника) 1961 2012
Полоцкий завод «Проммашремонт» (Авторемзавод) 1947 2013
Полоцкий льнозавод 1952 2014
Полоцкая универсальная база 1944 2017
Строительно-монтажный трест № 22 1989 Ликвидация с 2016
Полоцкий винодельческий завод 1929 Ликвидация с 2016

Каждый случай я не проверял, однако не имею причин не доверять сведениям о крахе региональных предприятий. Нечто подобное наблюдал в Щучине Гродненской области (закрытие хлебозавода, МПМК…), да и в Минске, где к концу 2000-х обанкротился и был ликвидирован, в частности, фарфоровый завод по ул. Кропоткина.

А. Лукашок приложил к своей статье «шокирующие» снимки, подчеркнув, что с сельским хозяйством в Полоцком районе тоже так себе. Вот с выводом о том, что виновата «декоммунизация», я вряд ли соглашусь…

В любом случае, не следовало Е. Шевченко корчить из себя Лиона Фейхтвангера, знающего подноготную лучше, чем обитатели страны, «осчастливленной» его визитом (ср. «Москва-1937»): «Лукашенко олицетворяет справедливость» и т. д.

В Минске живёт моложавый сталинист Иван Турлай – кандидат экономических наук, работал в министерстве иностранных дел и БГУ… Недавно опубликовал книженцию с характерным названием: «Нацистский путч 2020 года в Беларуси. Батька, держись!» Даже он, при своём пиетете к «Батьке» и вере в то, что на «выборах» А. Л. набрал 80%, ещё в 2018 г. усматривал в стране массу проблем:

— лоббирование бизнесменами и инвесторами с большими капиталами своих коммерческих проектов на государственном уровне в ущерб интересам общества, влияние административного ресурса на успех приближенных частных предпринимателей;

— факты коррупции и кумовства во властных структурах, а также крупных хищений в окологосударственной бизнес-среде;

— использование некоторыми чиновниками своих полномочий не для служения народу, а в целях личного обогащения и карьеры, их отстраненность от необходимости решения насущных вопросов простых людей;

— больший престиж в обществе (исходя из возможностей заработка и самореализации) банковско-финансовой и торгово-посреднической деятельности, а не науки, образования, культуры, здравоохранения;

— формальное отношение к проведению государственной идеологической работы.

Симптомы в общем-то правильно описаны; другое дело, что автор предлагал «методы лечения», характерные для СССР 1930-х годов… За что и пострадал: похоже, его опусы отказывалась брать на реализацию «Академкнига», да и для госиздательств И. Турлай стал чересчур радикальным. Лишнее подтверждение того, что в современной Беларуси возможно лишь фрагментарное возрождение сталинизма: нет и не будет у него массовой поддержки.

Впрочем, и фрагменты выглядят отталкивающе. Акцент на признательных показаниях по делу о «покушении на президента» напоминает подготовку к пресловутым процессам с участием Андрея Вышинского… И мог ли я подумать лет 30 назад, когда приобрёл в букинистическом на проспекте Скорины сборник лауреата Сталинской премии III степени Платона Воронько и со смехом зачитывал из него отдельные перлы классным товарищам, что в 2021 г. нечто подобное снова будет публиковаться всерьёз, да ещё для чтения с компьютера?

Это Воронько! (Пер. с укр. П. Шубина)

А эти стихи жительницы Бобруйского района рекомендует журналистка sb.by Марина Кузьмич (09.04.2021)

«Словно бы ответ» землячке от бобруйчанина Дмитрия Растаева, который отнюдь не перестал публиковаться в масс-медиа (но этот стих я взял из fb-аккаунта Дмитрия, 26.04.2021):

Намёк мой и прозрачнее воды

и тоньше самых трепетных травинок:

как всё же символично, что Дрозды

стоят через дорогу от Новинок.

Бизнесмен Александр Малашко по-шахматному считает, что у главного «дроздуна» цугцванг: «Каждый шаг, все, что он делает, приводит его в худшую позицию. Чем он жёстче, чем больше издаёт сумасшедших законов, тем быстрее даже не сук пилит, на котором сидит, а выкорчевывает лес, который сам садил. С каждым событием всё больше и больше изменяется и сознание людей. Их отправляют за решетку, репрессируют… То есть власти продолжают гнуть ту же ветку, и рано или поздно она сломается» (gazetaby.com, 27.04.2021). Очень хочется верить вместе с Малашко, что «перемен осталось ждать совсем недолго», но я-то ждал их полжизни.

Д. Растаев и А. Малашко. Фото: shanson-e.tk и «Салідарнасць»

Режим ожидания не сильно мешает подмечать всякие курьёзы. Например, Взяткин – отличная фамилия для чиновника!

Возможно, Ляпкин-Тяпкин было бы ещё круче, но уж имеем, что имеем.

Влияние фамилии на судьбу – тема, которую нельзя недооценивать. Яков Сусленский, сидевший в советской тюрьме и рассылавший жалобы по разным адресам, знал в теме толк:

Как было обойти Марию Ивановну с такой выразительной фамилией – Поросенкова? Владимирская газета «Призыв», подавая список депутатов Владимирского областного совета депутатов трудящихся 18 июня 1975 года, сообщила, что М. И. Поросенкова является заведующей фермой. А какой именно, не указала. Пришлось домысливать.

Помнится, во времена Сперанского, когда шла кампания поголовной фамилизации, то фамилии многим давались в зависимости от их рода занятий: Кузнецов, Аптекарь, Учитель, Подметайлов. И я пошёл таким путём, но в обратном направлении: посчитал, что М. И. Поросенкова должна заведовать свиноводческой фермой. Но дал маху: она заведовала молочной.

Это из книги «Перо моё – враг мой» (Иерусалим, 1999). А ведь и правда, существует какая-то вербальная магия – случайно ли в сентябре 2020 г. Виталий и Владислав Кузнечики, отец и сын, гонимые здешними властями, перепрыгнули забор посольства Швеции в Минске? Вскоре Секретариат Управления Верховного комиссара ООН по правам человека прислал письмо от Комитета против пыток по ситуации с Кузнечиками, в результате чего их не выдали властям Беларуси. Кажется, прыгуны доселе живут на территории посольства.

Министр внутренних дел 2019–2020 гг. Караев сделал многое для того, чтобы оправдать свою грозную фамилию… Зато комично для тех, кто мало-мальски знаком с ивритом, прозвучала новость о недавнем визите посла РБ Евгения Воробьёва в израильский технопарк «Ципорит» (условно говоря, «Птичий»). Как сказал бы тов. Макробий, similis simili gaudet – «подобный подобному радуется».

Две недели назад рассказывал о позорных «жировках», рассылаемых в Минске. Мне такая тоже пришла, обратился к ответственным с вопросами… Не я один, как выяснилось. «Ответственные» ответить мне (пока) не соизволили, но кого-то из минчан таки заверили 27.04.2021, что «Текст предоставленной информации соответствует государственной политике по сохранению исторической памяти и правдивости развития белорусского государства». Окей, я давно подозревал, что «Джельсомино в стране лгунов» Джанни Родари – весьма актуальная для нас сказка.

Кстати, о бело-красно-белых нашивках, с которыми «жгли Хатынь» и проч. Аналитик Егор Лебедок отчитался об опыте переписки с Белорусским государственным архивом кинофотофонодокументов:

Написал запрос с просьбой составить список имеющихся в Архиве фото- и кинодокументов за период 1939-1946 годы с запечатленными на них людьми под бело-красно-белым флагом или гербом «Погоня» (или с аналогичной расцветки шевронами и иными опознавательными знаками), которые охраняют, конвоируют, пытают или убивают других людей. Оплатил эту услугу (всё-таки объем работ хороший) и получил ответ: «в фондах архива по интересующей Вас теме фото- и кино-документов не выявлено».

Е. Лебедок

Кому-то может показаться, что обращение было признаком слабости (вроде как «змагары оправдываются»), но в стратегическом плане кандидат наук Лебедок сделал верный ход.

Вольф Рубинчик, г. Минск

27.04.2021

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 27.04.2021  23:49