Author Archives: Aaron Shustin

Б. Гольдин. «СУВЕНИРЫ» СТЕНФОРДА

(необычная история о том, как голосовая связка помогла спасти сердце)

БОРИС ГОЛЬДИН

Кандидат исторических наук. Доцент

Член международной ассоциации журналистов

 

“Все будет хорошо! Я узнавала!” –
Гласила надпись на асфальте мелом.
Я долго в умилении стояла
И уходить, признаюсь, не хотела.

Все будет хорошо? Конечно, будет!
И хочется поверить в это смело!
Как здорово дарить надежду людям,
Пусть даже просто на асфальте мелом.
Наташа Смирнова

Я ждал наступления теплых весенних  дней. Мне так хотелось  хоть немного поплавать. Но с приходом злодея – диверсанта-коронавируса наш плавательный бассейн закрыли. Да, не просто закрыли, а все три входа заковали настоящими цепями. Думаю, что даже главный герой известного фильма  «Геркулес в Нью-Йорке»  Арнольд Шварценеггер  их  не смог бы сломать.

Но, как гласит русская пословица: свято место пусто не бывает. Этой ситуацией тут же воспользовалась одна парочка … из семейства утиных: красавец – селезень и его смазливая подружка. Они спокойно приземлялись на голубую гладь  и  с удовольствием  плавали, затем, не торопясь, бродили по бортику. Иногда перелетали через высокий забор бассейна и, важно переступая с лапки на лапку, вышагивали по зеленой траве: что-то вкусное искали. Им людские проблемы были нипочем.

Однажды утки прошагали  рядом с моими ходунками, как бы говоря:  ну, кто из нас быстрее?!. Что  тут говорить: я проиграл… И пробежавшая рядом зеленая  ящерка тоже была первой. Пролетали желтые и красные бабочки и, мне казалось, что они  “хихикали”.

Тут же под деревом сидела  белка:

Белка песенки поет
И орешки все грызёт…

Всем нам с детства знакомы эти строчки А.С.Пушкина.

Так вот, белка  была судьей.

– Какой слабак, –  если бы  она могла говорить, то так бы и сказала.

И  утки, и ящерка, и бабочки, и белка были бы правы.

Я  был очень слаб. Судите сами: прошло только две недели после операции на открытом сердце.

Но, как сказал поэт Алексей Плещеев:

– Ладно, ладно, детки, дайте только срок,
Будет вам и белка, будет и свисток!

ЗАЧЕМ ГАДАТЬ? ШАГАЙ К ВРАЧУ!

…Сыновья Юра и Костик торжественно и незабываемо организовали мой юбилей  –  80- летие в русском ресторане. Столы, можно смело сказать, ломились от вкусных блюд. Чудесная музыка, танцы  и много, много добрых тостов.  Когда и я хотел выразить свою благодарность, то голос просто подвел  меня: я  что-то еле-еле пробормотал  в микрофон.

Больше года голос подводил меня в сложные моменты. Стал задумываться: почему?Копался в памяти, искал причину…Может быть перегрузил голосовые связки, когда читал  лекции студентам  в Ташкентском институте народного  хозяйства и Ташкентском институте инженеров железнодорожного транспорта? A может быть, когда работал в The Santa Clara County of Education (системе специального образования)? Кто знает?

– Зачем гадать? Шагай  к врачу, – сказали дома.

И зашагал я к фониатору-отоларингологу.

ДОКТОР HUSSEIN SAMJI

На боль всегда откликнитесь,
Детально во все вникните,
Подход найдете к каждому,
Осмотрите, проверите
И делу очень важному
Сердца свои доверите.
Виктор Иванов


– Паралич голосовых cвязок или, как еще их называют, парез, может возникнуть по ряду причин и сопровождаться нарушением голоса, дыхания и глотания. Левая голосовая связка поражается в два раза чаще, чем правая, – сказал мне молодой доктор-фониатор Hussein Samji. – При этом голос может быть осиплым и хриплым, но дыхательные пути, как правило, не обтурированы, поскольку здоровая складка движется нормально.

Он  пригласил меня в другой кабинет и достал небольшой прибор.

– Видеоэндостробоскопия – единственный практический метод исследования гортани, который позволяет увидеть колебания голосовых складок, оценить количественно и качественно показатели их вибраторного цикла, – сказал он.

И тут  же  задал вопрос, который я ожидал.

– Кем Вы работали?

– Доцентом. Преподавал общественные науки в высших учебных заведениях. Пришлось работать и с молодыми людьми, страдающими инфантильным аутизмом.

– Теперь мне все понятно. Вы относитесь к группе пациентов голосо-речевых профессий. Это – педагоги, артисты, вокалисты, юристы, врачи.

Вскоре на небольшом экране появилось изображение моего анатомического горла.

– Глотка отвечает за доставку еды и воздуха в тракт пищеварения и дыхательные пути, а в гортани расположены голосовые связки, – пояснил он. – Если голос тихий,  то это значит, что голосовые связки бьют по воздуху слабее, чем обычно. Голос низкий — значит, снижена частота звука, то есть колебания стали реже. Есть и  проблемы с передачей нервных импульсов к голосовым связкам. Это наблюдается, например, при частичном параличе складки. В этом и заключается ваша проблема. Потребуется операция.

Через пять минут он пригласил своего коллегу.

– Меня зовут Lionel Nelson, – представился солидный мужчина в белом халате.

Я  знал, что доктор принимал участие в боевых действиях в Ираке под названием «Буря в пустыне», имел звание полковника Армии США / colonel / и солидный опыт  работы в военной медицине. Так что, и его мнение было тоже важным.

– Я согласен с  диагнозом: частичный  парез  левой  голосовой связки, – заключил он.

–  Так что, давайте решать со сроками. Скажу по секрету, что скоро думаю взять отпуск. Я собираюсь жениться, – сообщил Hussein Samji.

Я знаю по себе, что, когда собирался жениться, то был так увлечен, что меня ничто и никто  не интересовало. Вот я и подумал, что сейчас этому  знающему доктору просто не до меня. Вспомнилась старая русская поговорка: «Сделано наспех и сделано на смех».

К сожалению, в медицинских  проблемах я имел какой-то опыт: за последние тринадцать лет я перенес несколько операций.  Решил, что торопиться не стоит. И жена, и сыновья были такого же мнения.

Через неделю младший сын сказал:

–  На работе  сотрудница перенесла такую же операцию, и сейчас голос у нее в порядке.

Имя первого специалиста записали в наш актив.

Помните, как в песне “Весёлый ветер”  из кинофильма «Цирк»:

Кто весел — тот смеется,
Кто хочет — тот добьется,
Кто ищет — тот всегда найдет!

ДОКТОР  С.KWAND SUNG

Едва ли в мире есть профессия,
Которая была б важней,
Чем для людей других полезная
Работа опытных врачей.
Их участь – боли и страдания,
Жестокость смерти и болезнь.
Здоровья людям дарование,
Для них важней сейчас и здесь.
Ольга Мажукина

Поиски привели к  опытному доктору – фониатору С.Kwand Sung. Фониатор  – это врач-отоларинголог, специализирующийся на диагностике и лечении патологии голосового аппарата.

Он ассистент профессора в Стэнфордском университете. О таких говорят: у него  золотые руки, и добавляют: и замечательный голос. Врач имеет музыкальное образование, поет в  хоре университета. Много лет «выручает» вокалистов, преподавателей и всех тех, кто относится к группе голосо-речевых профессий: восстанавливает их голоса.

И вот, мы с женой в кабинете  ассистента профессора.

– Голосовой аппарат человека – сложный механизм, его функционирование зависит от  многих анатомических структур, включая не только голосовые связки в гортани, но и полость рта и носа, легкие, мышцы диафрагмы и брюшной полости, – сказал  он.

И снова видеоэндостробоскопия.

И снова знакомые слова:

– Только операция.

– Как со  здоровьем? – спросил фониатр.

–  У меня есть проблемы с сердцем: намечается  шунтирование.

– Я свяжусь с вашим кардиологом и узнаю его мнение, – сказал  доктор С.Kwand Sung. – какую операцию делать в первую очередь.

ДОКТОР DAVID HIRSCHFELD

Вы дарите здоровье пациентам,
Ведь нет таких, кто б вовсе не болел.
Лекарствами иль с острым инструментом,
Вы боретесь за жизнь на всей Земле.
Спасибо вам за все — людей спасенье,
За труд тяжелый с помощью всегда.
Пусть не покидает вдохновенье
И не постучится к вам беда!
Виктор Иванов

Что я знал о сердце? Пожалуй, только то, что изучал на занятиях по анатомии и физиологии человека на факультете физического воспитания Ташкентского педагогического института. Здоровое сердце представляет собой сильный, непрерывно работающий орган, размером с кулак и весом около полукилограмма. Помимо того, что он поддерживает устойчивый, нормальный кровоток, он быстро приспосабливается и адаптируется к постоянно меняющимся потребностям организма. К примеру, в состоянии активности сердце нагнетает больше крови, и меньше – в состоянии покоя. В течение дня сердце производит в среднем от 60 до 90 сокращений в минуту – 42 млн. ударов в год!

–  Сердце – это двусторонний насос, осуществляющий циркуляцию крови по всему организму, – говорил нам, студентам, доцент Коган. – Сердце  отвечает за поставку обогащённой кислородом крови ко всем органам тела. В свою очередь, сердце получает кровоснабжение из коронарных артерий. Атеросклероз является основной причиной развития ишемической болезни сердца. К этому приводят накопления в стенках коронарных артерий жира, кальция, холестерина. Коронарные артерии утолщаются, теряют эластичность и сужаются.

– На первом этапе атеросклероз лечится в соответствии с симптомами лекарственными препаратами и статинами, – говорил кардиолог David Hirschfeld. – Что вы сейчас и делаете. На втором этапе атеросклероз лечится с помощью ангиографии, имплантации стента или в наиболее сложных случаях – операция шунтирования. Исследование вашего сердца показало, что  вы нуждаетесь в операции шунтирования.Я получил письмо от ассистента профессора  Стэнфордского университета C.Kwand Sung. Он спрашивает меня: в каком состоянии ваше сердце и  какую операцию надо провести первой? Что я могу  ответить?

Вопрос очень сложный. Поэтому я вас направляю  к доктору медицинских наук, профессору Стэнфордского университета William Fearon. Думаю, что он сможет решить эту сложную задачу.

Доктора David Hirschfeld я знаю тринадцать лет. И познакомились мы в необычной обстановке. После сложной операции по замене тазобедренного сустава с сердцем стало что-то не так. Срочно вызвали  опытного кардиолога David Hirschfeld, за плечами которого были Сан-Франциский  и Гарварский университеты.

– Не волнуйтесь, все будет хорошо, это бывает после операций, – он успокоил меня.

“Хорошо” – он сказал по-русски. – В молодые годы изучал язык Пушкина. Мне нравится его поэзия. Так что, c русским языком немного знаком.

C тех пор он стал моим доктором–кардиологом.

КАРДИОХИРУРГ WILLIAM FEARON

Если б все профессии на свете
Вдруг сложить горою на планете,
То, наверно, у ее вершины
Вспыхнуло бы слово: «Медицина».
Ибо чуть не с каменного века
Не было почетнее судьбы,
Чем сражаться в пламени борьбы
За спасенье жизни человека.
Сергей Обрадович

И вот мы с женой встретились с командой кардиохирурга, доктора медицинских наук, профессора  Стэнфордского университета, специалистом по шунтированию сердца  William Fearon.

Кардиохирург — это врач, выполняющий операции коррекции врожденных и приобретенных пороков сердечной мышцы. Профессия кардиохирурга находится на стыке торакальной хирургии и кардиологии, имеет тесную связь с ангиохирургией.

– Я получил письмо от моего учителя – кардиолога David Hirschfeld. У вас проблема с сердцем. Это его волнует и  волнует и доктора С.Kwand Sung: как  поведет себя сердце  в ходе операции на голосовой складке. Два доктора доверили мне решить сложную задачу.  Какую  операцию провести первой: коронарное шунтирование или  на голосовой складке. Диагностика позволит  получить ценную информацию о размере сердца, сердечных камер и состоянии легких.  Компьютерная томография  поможет исследовать сердце фактически между ударами. Одним  из методов диагностики  является рентгенография сердца и крупных сосудов, дающая  информацию о  степени тяжести заболевания. Эхокардиограмма даст возможность  исследовать морфологические и функциональные изменения сердца и его клапанного аппарата. Электрокардиограмма покажет увеличение мышц или их повреждение,  наличие перегруженности той или иной стороны сердца. Вот такая работа  нам с вами предстоит.

Кардиохирург немного рассказал и о коронарном шунтировании.

– Это операция на сердце, при которой одна или более заблокированных артерий шунтируются с помощью сосудистого трансплантата (шунта). – ответил William. -Это делается для восстановления нормального кровотока в артериях сердца. Сосудистые трансплантаты (шунты) берутся у самих пациентов — это их собственные артерии и вены, расположенные в грудной стенке (внутренняя грудная артерия), в ноге (большая подкожная вена) и в руке (лучевая артерия). Операция уменьшает симптомы стенокардии и снижает риск инфарктов.  Но более подробно остановимся после всех  исследований во время нашей следующей встречи.

КАРДИОХИРУРГ MICHAEL FISCHBEIN

Спасибо вам за чуткость и заботу,
За вашу беспокойную и нужную работу.
Душевность ваша нам передается,
Спасибо вам, что сердце наше бьётся.
Виктор Иванов

Но следующей  встречи не было. Хотя были готовы результаты всех исследований. Нас встретил кардиохирург Michael Fischbein  со своей командой. За его плечами годы учебы в Бостонском, Лос- Анджелесском и Стэнфордском  университетах. Имеет степени доктора медицинских наук и доктора философии.

– Не удивляйтесь, что вас встречает другая команда медиков, – сказал кардиохирург Michael Fischbein. – На это  у нас имеются веские причины…отменяется операция коронарного шунтирования. Её заменяет операция на открытом сердце. Почему? Специалисты  по компьютерной томографии выявили у вас врожденный порок сердца. Врожденные пороки сердца представляют собой структурные аномалии и деформации клапанов, отверстий или перегородок между камерами сердца или отходящих от него сосудов. Вы родились  с аномалией развития трехстворчатого клапана. Распространенность этого порока составляет менее 1% всех врожденных пороков.

– Смотрите на экран. Я сейчас покажу и расскажу об  этой  аномалии. – Лепестки здорового клапана представляют собой тонкую, гибкую ткань. Клапаны обеспечивают ток крови в нужном направлении и количестве. Если они закрываются или открываются не полностью, то это препятствует нормальной циркуляции крови. Если клапаны расширены, сужены, неплотно смыкаются или надорваны, то им становится трудно закрываться, а кровь при каждом сокращении сердца возвращается обратно. В результате сердце постепенно увеличивается в объеме и растягивается, компенсируя дефицит крови и работая с постоянной перегрузкой.  С возрастом створки клапанного аппарата теряют эластичность, а сердце увеличивается в размерах. Изнурительная работа сердца может стать причиной развития серьезных сердечно-сосудистых заболеваний.

Я  слушал внимательно и вдруг вижу перед собою кадры из моей жизни. Они проносятся, как на экране: школьные годы, тренировки по волейболу, постоянные соревнования. Учеба на факультете физического воспитания.  Практика в школах. Лето на целине. Работа физруком в школе. Служба в пехоте…

Стоп. Приехали. Где в этих воспоминаниях место врожденному пороку сердца?

В киевском родильном доме, где я родился, маму и папу поздравили со здоровым мальчиком. У врачей физкультурного диспансера, где я проходил медицинский осмотр перед школьными  соревнованиями, не было сомнений в моем здоровом сердце. На факультет физического воспитания вообще больных не допускают. А что говорить о службе в пехоте? Перед армией медицинская комиссия, как говорят, миллион раз проверяет будущего солдата. Работа журналиста: командировки, напряжения, перелеты.   Дело не легкое. А что говорить о работе  доцента: лекции, семинары, зачеты, экзамены?!

Об этом я и поведал ассистенту профессора, кардиохирургу Michael Fischbein.

–  Нередко пороки сердца долгое время никак себя не проявляют, потому что сердце приспосабливается к работе с перегрузкой.  Да, молодость, молодость…В это время сердце ведет себя прилично, – сказал кардиохирург, – молчит о своих проблемах. Но только стоит набрать прилично годков,  да и голову покрыть снегом, оно тут же дает о себе знать, открывает все секреты. И Вы  – не исключение. Вот  у меня на столе все ваши сердечные дела: порок выраженный. Его необходимо лечить хирургическим путем. При нарушении работы клапанов сердца — их сужении  или чрезмерном расширении  — существует возможность их замены или реконструкции при помощи искусственных аналогов. Искусственный клапан сердца — это протез, который обеспечивает требуемое направление тока крови за счет прерывистого перекрывания устьев венозных и артериальных сосудов. Основным показанием к протезированию служат грубые изменения створок клапана, приводящие к выраженному нарушению кровообращения. Искусственные клапаны бывают двух типов: механические и биологические. Биологические  более функциональны: их изготавливают из тканей животных.  У Вас будет как раз такой.

Помню, моя жена тогда спросила:

– Какой у Вас опыт операции на  открытом сердце?

–  Тринадцать лет.

– А были ли неблагоприятные?

– Да, один процент.

Я подумал, что такому человеку можно доверить свою жизнь.

В ПАЛАТЕ ИНТЕНСИВНОЙ ТЕРАПИИ

Вы дарите здоровье очень многим, –
Ведь мало кто ни разу не болел,
И вы, врачи, для нас как будто боги,
Но, к счастью, не на небе – на земле,
Всю жизнь страдать чужим недугом,
И чтоб душой не очерстветь…
Порою нелегко хирургу
Собой, как скальпелем, владеть.
Любовь Власова

… Я открыл глаза.Светлая больничная палата. Лежу один. Вижу, что две девушки что-то ищут в компьютере. Прямо передо мной на стене часы. Они показывают одиннадцать часов. Вспоминаю, что только недавно жена с сыном привезли меня в кардиологическое отделение Стэнфордского университета. Передали меня дежурной медсестре.

– Родственников не пускаем, – сказала она.  – Коронавирус. У нас карантин. Звоните.

– Извините, – обратился я к двум девушкам  в белых халатах… – Вы не скажете, когда будет  моя операция?

Они переглянулись и удивленно посмотрели на меня.

– Вы знаете, где  вы находитесь? И  какой это штат?  Как ваше имя? – почти одновременно они задали  эти вопросы.

Какая – то чепуха. Я удивленно посмотрел на этих симпатяг и не стал отвечать.

– Не обижайтесь. Иногда после анастезии  какой-то период бывает у больных проблема с памятью.

– Операция уже позади, – сказала одна.

– Как? – спросил я. – Сколько она длилась?

– Два с половиной часа. Вы находитесь в  отделении интенсивной терапии.

Только сейчас  я обратил внимание, что  рядом на  большом экране находилась  вся информация обо мне:  давление, пульс и многое другое. И тут  до меня дошло , что все «страшное» уже позади. Вскоре зашел мой  кардиохирург Michael Fischbein. На лице  приятная улыбка. От него как будто исходили лучи солнца. Очень приятный человек. Следом и его «правая рука» – ведущая медицинская сестра, очень знающая Кристина.

– Как себя чувствуете?

– Хорошо.

–  Операция прошла успешно. – сообщил Michael Fischbein. –  Больше у вас нет никакого порока. Сердце  готово к серьезной работе. Вставайте в строй, включайтесь в жизнь: начинайте плавать, занимайтесь скандинавской ходьбой,  варите внучкам  вкусные куриные бульоны, а взрослым – узбекский  ароматный  плов. Все будет хорошо!

И через несколько дней прошла еще одна операция  по “внедрению”
электрокардиостимулятора. Я назвал его  “сувениром” от Стенфорда. Он, как разведчик,  следит за ритмом  моего сердца и стимулирует, если возникает редкий или неправильный ритм с пропусками в сокращениях. Если сердце бьется с правильной частотой и ритмичностью, кардиостимулятор в этом случае не работает, но постоянно следит за  ритмом сердца.

На снимке: доктор электрофизиолог сердца Nguyen Duy 
Операция по установке электрокардиостимулятора  дело рук  опытного врача  Nguyen,
Duy.  За его плечами более 20-ти лет работы в университете Стэнфорда. Да и закончил
он  один из лучших в стране Гарвардский университет. Выбрал специализацию  –
электрофизиология сердца, которая занимается диагностикой и лечением нарушений
сердечного ритма. Эти врачи выполняют катетерную абляцию для лечения
наджелудочковой тахикардии и фибрилляции предсердий, имплантируют и управляют
сердечными устройствами.

 

КАК ХОРОШО ПРОСНУТЬСЯ УТРОМ ДОМА

Через неделю за мной приехали жена и сын – почетный эскорт. Скоростная дорога была пуста. Коронавирус и здесь похозяйничал: разогнал все машины. Доехали за рекордное время.

Как хорошо проснуться утром дома,
Где все, казалось бы, вам издавна знакомо,
Но где так празднично в явь переходит сон,
Как будто к станции подходит ваш вагон.
Вы просыпаетесь от счастья, словно в детстве.
Вам солнце летнее шлет миллион приветствий,
И стены светлые, и ярко-желтый пол,
И сад, пронизанный насквозь жужжаньем пчел.

Это –  замечательные  строчки известного советского поэта Самуила Маршака. Кто скажет, может быть они написаны для меня? У меня самого не хватает слов, чтобы  рассказать о той радости, которая  охватила меня, когда я открыл дверь родного дома. Жизнь продолжается!
Почти два года  у меня проблема с голосом.  Дома меня не покидала одна мысль: как быть с голосовой связкой? Делать операцию или нет?  И тут я задал себе вопрос:  “C этим можно жить?” Это точно, что от этого не умирают. Вот  я и решил: пусть все будет так, как есть. 

С повестки дня вопрос был снят. Но на левую голосовую связку, хотя она и часто меня подводит, решил больше  не “обижаться”. Все же это она меня “привела” и “познакомила” с  хорошими людьми, специалистами высокой квалификации: фониаторами Hussein Samji, Lionel Nelson и C.Kwand Sung, кардиохирургами – докторами медицинских наук William Fearon и Michael Fischbein.

Ученые разрабатывают методику устранения врожденного стеноза аортального клапана у детеныша, ещё до его появления на свет. Это даст  возможность  его сердцу нормально работать последние месяцы внутриутробной жизни и лучше подготовиться к будущим нагрузкам, которые его ожидают после первого самостоятельного вдоха. Когда это будет? А пока замечательный кардиохирург Michael Fischbein спокойно и уверенно устранил вражденный порог моего сердца,о котором я  и не непозревал все восемьдесят лет моей жизни.

А У НАС ВО ДВОРЕ

Моя жена любит поэзию А.С. Пушкина. Как-то дала мне прочесть стихотворение поэта, написанное им во время эпидемии холеры.

Всё утрясётся, всё пройдёт,
Уйдут печали и тревоги,
Вновь станут гладкими дороги
И сад, как прежде, зацветёт.
На помощь разум призовём,
Сметём болезнь силой знаний
И дни тяжёлых испытаний
Одной семьёй переживём.

Читаешь и кажется, что оно написано сегодня!

Бандит-коронавирус еще ходит по нашей округе. Но врачи настоятельно рекомендовали шагать, шагать дважды или трижды в день. Что я и делаю. Прохожу рядом с  плавательным бассейном. Он по-прежнему “закован” в цепи. Но вся публика осталась на месте. Вот белочка с пушистым хвостом. Еще надавно она была здесь судьёй и признала меня слабаком. Сейчас же делает вид, что меня не знает.

Белочка что заводная,
Скачет устали не зная.
По еловому стволу,
Как по ровному столу.
С ветки на ветку.
М.Мемиеева

Не знаю, почему селезень  со своей  подружкой расстался, и она улетела неизвестно куда. Ему теперь не до меня.

Старый селезень, выгнувши шею,
Все шипит да шипит…
Всех, кто по двору мимо проходит,
Ущипнуть норовит.
Саша Черный

Яркие бабочки пархают дружно и меня не узнают.

Лета красного подружки,
Солнце на себе несут,
Бабочки порхают дружно,
Принося душе уют.
Т.Тин

Ящерка греет на солнышке свой длиный хвостик, на меня даже не смотрит.

Ящерица юркая
На камне придорожном
Греется в тепле
Солнечных лучей,
С.Д.

… Никто  меня не узнаёт. Очень жаль! Я уже  другой. Раны, что были после операции, уже почти затянулись. Зарядка – каждое утро. Уверен, что на этот раз я бы победил! Но с  кем соревноваться? Обидно, что чемпионат отменяется.

Борис с женой Юлей

От ред. belisrael

Поздравляю Бориса, одного из активнейших авторов сайта, с прошедшим 80-летием. Благодарю за интересный и полезный рассказ. Надеюсь, после произошедшего он с новыми силами вернется к своей прежней деятельности.

Опубликовано 05.06.2020  15:58 

Обновлено 28.06.2020  02:11

В. Рубинчик. Продолжаю наблюдать

После похода на Комаровку 31 мая (естественно, с защищённым лицом) «больших вылазок» в город я не делал. Как умею, забочусь о здоровье своих близких, и по-прежнему считаю, что этой весной «власть» была скупа, нерешительна, непоследовательна, а местами и цинична в отношении коронавируса. На сегодня от COVID-19 в Беларуси умерло свыше 250 человек. Никому ничего не докажешь, но, глядя на ряд других стран, допустимо предположить: своевременный разумный карантин и раздача гражданам масок для обязательного ношения в общественных местах сохранили бы десятки жизней (а может, и сотни).

Рекомендации ВОЗ и других экспертов у нас выполнялись, как и было предсказано, весьма избирательно. После холодных недель на улице потеплело, но распространение COVID-19 в Беларуси продолжается, и последствия его непредсказуемы… Несмотря на заявления «специалиста по всем вопросам» вроде «Хорошо, что мы так вывернулись, выкрутились в этой ситуации с пандемией, не остановили производство. Если бы остановились, мы бы никогда не запустили это производство» (03.06.2020). Так уж и «никогда»? За месяц «простоя» все работники разбежались бы, а станки продали бы на металлолом?

Со вчерашнего дня число жителей Беларуси, заражённых коронавирусом, медленно снижается – по официальным данным. Впрочем, похоже, что дело в новой методике подсчёта – часть «пассивных» носителей вируса отныне не считается инфицированными… Как бы то ни было, последних – почти 25 тысяч. Что ждёт тысячи тяжело болевших, не станут ли они инвалидами, насколько сократится их жизненный путь? Похоже, это меньше волнует и. о. царя, чем «производство» (здесь и сейчас это псевдоним денежных поступлений, в том числе в «президентский фонд»).

В Беларуси, во время политической кампании, несколько напоминающей избирательную, «верховная власть» свои ошибки, ясное дело, не признаёт и не признает. В крайнем случае, как водится, переложит их на «нерадивых исполнителей». Для того я и вышел в воскресенье к пикетам за незнакомую мне Светлану Тихановскую и малознакомого Валерия Цепкало, чтобы «власть» научилась брать на себя ответственность (среди прочего, признавать собственные ошибки, попутно корректируя общественно-значимое поведение).

Критиков режима – уйма, но они до сих пор разрозненны, а главное, не очень стремятся к самообучению c дальнейшим совместным участием в серьёзных политических проектах. В итоге неформальных лидеров, как и прежде, давят поодиночке. Легко высмеивать «перлы» от малограмотных обозревателей официозных СМИ (что я по мере сил и делаю), но что противопоставить агрессии силовиков? Легальные средства борьбы слабо помогают – «против лома нет приёма» – а уход в подполье тоже так себе выход.

Сбор подписей в разных местах столицы несколько дней назад, в течение которого несколько тысяч человек посмотрели друг на друга, пообщались – неплохой зачин, однако в первые дни июня что-то не приметил я закрепления успеха. От претендентов, за которых собирались подписи, можно было ждать каких-то ярких, решительных действий, а они даже ничего особенного не промолвили. Пардон, если что-то пропустил, но, к примеру, на сайте В. Цепкало последний текст по состоянию на полудень 4 июня – «Столыпинская аграрная реформа», от 28.05.2020. Сайт В. Бабарико менее ригиден, но… «Декларация о честных выборах», обращение в ермошинскую Центральную избирательную комиссию с просьбой отказать А. Г. Лукашенко в регистрации кандидатом в президенты, либо вынести ему предупреждение – всё это выглядит в лучшем случае наивно. Cегодня ЦИК отклонила все жалобы Бабарико (кто бы сомневался). Или вот читаю: «В понедельник, 1 июня 2020 года, мы подаем заявления об известных фактах нарушения законодательства в сфере участия администрации в сборе подписей, подкупа, понуждения избирателей. Просим сообщать о всех таких фактах! Как только мы получим информацию, мы дополним свое обращение. Правду говорить легко и приятно – чем больше граждан расскажут о фактах нарушения законодательства, тем чище будут выборы». Что-то похожее на призывы «Говори правду» в 2010 г. Основная же проблема, наверное, не в том, что работников прессуют «на местах», а в отсутствии независимых судов и в наличии подконтрольных избиркомов. Где просто смеются над усилиями активистов, сообщающих о «добровольно-принудительном» сборе подписей и т. п., и годами отфутболивают их жалобы.

Кстати, и огласка фактов «независимыми СМИ» сама по себе мало кого из чиновников пугает. В августе 2004 г., когда в госучреждении на меня «наехали», чтобы собирал подписи за выдвижение кандидатом в депутаты Ирины Алексановой, крупной горисполкомовской чиновницы, я написал об этом в «Народную волю» и агентство «БелаПАН». Последнее связалось с и. о. директора учреждения, а та ответила, что сбор подписей имел место, но в рамках закона (LOL). В итоге «и. о.» не утвердили на должность директора, но Алексанову в октябре 2004 г. всё равно «выбрали». И, что самое обидное, «новое поколение» в ТЦСОНе Фрунзенского района мой демарш не поддержало – бывший молодофронтовец, 18-летний Алексей Т., готовился к поступлению в БГУ, а дивчина лет двадцати семи, чьё имя я давно выкинул из памяти, подвела «идейную» базу под использование админресурса: «Все всегда так делают».

Нас тут попугивают 1994-м годом: тогда, мол, вскоре выяснилось, что победитель Кебича – совсем не такой котик, которым казался (правда, Лукашенко никогда и не казался «котиком»). И советуют читать Евгения Шварца: «Дракона побеждает только Дракон» (ничего подобного в знаменитой сказке Шварца нет; Ланцелот – антипод Дракона и презирает его прислужников). Хорошо, что аудитория «Салідарнасці» распознала фальшь в рассуждениях известного белорусского литератора: средний балл материала Виктора М. после 50 с лишним оценок не дотягивает и до 3/5.

В общем, хоть и не полностью разделяю взгляды альтернативных кандидатов, я не опасаюсь никого из них (после отсидки на Окрестина и пары увольнений по политическим мотивам как-то странно бояться, что «кепска будзе»). Я практически уверен, что даже неопытная в административном плане Светлана Тихановская справилась бы с управлением страной – она обладательница высшего образования, по специальности переводчица, значит, владеет минимум двумя языками и взаимопонимание с людьми найдёт 🙂 Вместе с тем, в реальной «борьбе за это» себя пока не вижу. Осознавая, конечно, что позиция наблюдателя и комментатора – не самая выигрышная…

С. Тихановская и А. Климов. Фото из открытых источников

Андрей Климов в fb пытается быть оптимистом: «Два месяца осталось до падения диктатуры в нашей стране». И тут же опускает своих читателей с небес на землю: «Даже отсутствие фамилии Лукашенко в избирательных бюллетенях 9 августа 2020 г. не спасет нашу экономику от краха, общество — от морального разложения за годы диктатуры, всеобщего отупения и деградации как цивилизованного общества». Андрей, кстати, в своё время уже намечал революцию… на весну 2005 года.

По мне, так в этом году не будет ни падения диктатуры (шансы на то, что Лукашенко уйдёт, выше статистической погрешности, но не дотягивают до 50… и даже до 40 процентов), ни краха экономики. Владимир Сорокин со своим «Днём опричника» и полешуки из поэмы Янки Купалы «Над ракой Арэсай» сказали бы, что «будет ничего»/«нічога не будзе» 🙂

В чём-то неплохо понимаю ироничного минчанина Александра Бурьяка, написавшего:

Нам, мизантропам (тут следует зевок), исход этих выборов почти до фонаря: при любом исходе у общества останутся те же или почти те же усугубляющиеся проблемы. Раз нас, мизантропов, не приглашают, не ждут, значит, люди ещё не дозрели до надлежащих перемен. Пусть мучаются, надеются и дозревают дальше. Мы ни за кем таскаться со своими советами не будем.

Правда, сам иногда всё-таки не удерживаюсь от выдачи непрошенных советов. Ну, извините, дорогие реципиенты.

Вот с чем никак не могу согласиться у А. Бурьяка, так это с оценкой действий администрации РБ, ограничившей «предвыборные» интернет-опросы на здешних сайтах после того, как первый президент где-то там набрал считанные проценты: «Запрет на онлайн-опросы – действие на самом деле очень правильное, морально вполне оправданное. Всякие такие опросы – манипулянтское надувательство». Никто ведь не заставляет верить, что «срез» на onliner.by, tut.by или nn.by, согласно которому «всенародно избранный» получает 3-5%, а его конкуренты – по 30-40%, отражает общественное мнение всей страны. Не нравится – сделайте лучше! Кто же виноват, что опросам, проводимым академическим институтом социологии и университетской «лабораторией Давида Ротмана», в стране не очень доверяют… Видимо, не без оснований (см. здесь).

Мне очень понравилось, как энтузиасты обходят репрессивную статью 9.28 Кодекса об административных правонарушениях РБ («Проведение исследований и опубликование результатов опросов общественного мнения, относящихся к общественно-политической ситуации в стране, республиканским референдумам, выборам Президента Республики Беларусь, депутатов Палаты представителей, членов Совета Республики Национального собрания Республики Беларусь, без получения соответствующей аккредитации – влекут наложение штрафа в размере до двадцати базовых величин, а на юридическое лицо – до ста базовых величин»).

Я бы пошутил ещё злее: вместо «трактор» подставил бы «таракан». Что поделаешь, не очень я добрый автор… Зато, ещё не будучи студентом, понимал, к чему всё клонится. Летом 1994 г., посмотрев теледебаты кандидатов в президенты, накропал сатирический стишок, где были такие строки: «Старый филин с тараканом / Глупости городят / И послушать можно, правда / Скулы скукой сводит».

Как уже сообщалось, в конце мая видеоблогера Сергея Тихановского (мужа упомянутой Светланы) вследствие милицейской провокации отправили за решётку. Теперь вот в его доме обнаружены «большие тыщи», якобы полученные из России на организацию «майдана» в наших широтах. Эх, политтехнологи в погонах… Были бы вы поизобретательнее, просто посоветовали бы вашему боссу сбрить усы, а то и настояли бы на этом. Тогда вся кампания Тихановских под лозунгом «Стоп таракан, но пасаран!» пошла бы насмарку (какой же таракан без усов? :))

Блогер со своим «антитараканьим» тапком на встрече в Барановичах. Фото отсюда

Интересно знать – сегодня правительство РБ возглавил профессиональный чиновник, после окончания московского МГИМО (1996 г.) работавший в здешнем «Совете безопасности», прокуратуре, МИДе, государственном военно-промышленном комитете. Похоже на «ответочку» Валерию Цепкало, тоже окончившему МГИМО, но на несколько лет раньше. Надо сказать, фантазия у «первого лица» выдыхается: в 2004 г. говорил об Александре Козулине, что тот «хрюкал у кормушки», намедни сравнил с хряком Цепкало… «Служы пану верне, то ён табе перне».

Из отставленных министров сочувствую разве что Максиму Ермоловичу, и то лишь потому, что он родился со мной в один день, 26.06.1977 🙂 Впрочем, его отправляют послом в «одну из европейских стран» – тоже неплохо, там даже спокойнее… Очень жаль, что на пост министра здравоохранения не назначили Игоря Марзалюка или Андрея Муковозчика – от их демагогии передохли бы все вирусы (но, может, ещё не поздно?)

Для разрядки – анекдотец о средствах индивидуальной защиты: «Маски реально помогают от коронавируса! Особенно, если это Илоны Маски…»

Вольф Рубинчик, «городишко Минск»

wrubinchyk[at]gmail.com

04.06.2020

Опубликовано 04.06.2020  23:03

МЕРКАВАННІ / МНЕНИЯ

* * *

«Нягледзячы на заявы “спецыяліста па ўсіх пытаннях” кшталту “Добра, што мы так выкруціліся ў гэтай сітуацыі з пандэміяй, не спынілі вытворчасць. Калі б спыніліся, мы ніколі не запусцілі б гэту вытворчасць” (03.06.2020). Так ужо і “ніколі”? За месяц “прастою” ўсе работнікі разбегліся б, а станкі прадалі б на металалом?»

Ну, навошта так перакручваць? Няўжо ў Рыгорыча няма іншых сцверджанняў (напрыклад, няўключанае ў самае афіцыйнае паведамленне ягонае параўнанне сябе са шчупаком? У дэмакратычным ідэале такі шчупак — народ!), за якія яго можна крытыкаваць?..

Вытворчасць, можа, і запусцілі б, але… Рыгорыч ужо калі гэта патлумачыў: «Таму што спыніць проста, нават можна потым і запусціць хутка, толькі потым не будзе куды ісці са сваёй прадукцыяй. Рынкі зоймуць іншыя — больш багатыя і тыя, хто хутчэй раскруціцца». З ім можна спрачацца (цытую «сябе любімага»: «на каранціне і большасць рынкаў, а на наша месца іншыя прыйдуць усё роўна, калі ў іх будуць лепшыя тэхналогіі»… Але нельга забываць і тое, што перад выбарамі спыняць вытворчасць, якая потым не ўстане, яму зусім не цікава: «Новыя пратэсты перад выбарамі яму непатрэбныя, хопіць брэсцкіх пратэстаў супраць акамулятарнага, і агульнабеларускіх — супраць АЭС». Хай лепш (як на БелАЗе) склады будуць завалены прадукцыяй, а спыненне вытворчасці будзе асацыявацца з кім іншым!

Пётр Рэзванаў

Адказ В. Р. Не разумею, у чым прадмет для спрэчкі, а тым больш – у чым «перакручванне». Па-мойму, Пётр толькі пацвердзіў, што часовы прастой прамысловых «гігантаў», чые склады і так у значнай ступені «завалены», не нанёс бы істотнай шкоды беларускай эканоміцы. Па БТ з месяц таму давялося чуць ад нейкай тутэйшай спецыялістцы, што гэткі прастой значыў бы для работнікаў страту кваліфікацыі – во лухта! За месяц ніхто не губляе веды, набытыя цягам гадоў. Пасля каранцінных захадаў паступова аднавіліся б у Беларусі вытворчасць і экспарт прадукцыі, як гэта назіралася ў іншых краінах.

* * *

Вольф, чиновники решают, какую хрень можно впаривать плебсу, какую нельзя. Полная свобода тут до хорошего не доведёт. Зачастую они решают не в пользу нации, а в пользу некоторых засидевшихся, но это другая проблема. И часть моментов им просто не по интеллектам. Это ещё одна проблема. Когда вы придёте к власти, вы тоже будете кого-то выкидывать из интернета. Возможно, меня. Любая пришедшая к власти компашка защищается.

Александр Бурьяк

Ответ В. Р. Я беспартийный и карьеру по «политической линии» не строю. Да и с тем, что все пришедшие к власти группировки склонны к подавлению свободы слова/самовыражения, не согласен.

Опубликовано 05.06.2020  17:09

“Улыбаюсь курам на школьном дворе”

June 1 2020, 16:27

«Улыбаюсь курам на школьном дворе»: молодые учителя в городах и селах России — о своей работе

Букмейт запускает кампанию «Летнее чтение» — книжные рекомендации от экспертов российского образования. В рамках этой кампании мы поговорили с четырьмя участниками программы «Учитель для России», в которой молодые люди едут работать преподавателями в разные регионы страны. Нередко это люди без опыта, зато с новыми идеями и желанием улучшить образование в маленьких городах и поселках.

 

На наши вопросы ответили учительница русского языка и литературы в селе Липовка в Воронежской области Лиля Велленова; социальный педагог в поселке Ближне-Песочное в Нижегородской области Анастасия Сорокина; учитель информатики в поселке городского типа Каменка в Воронежской области Владислав Акульшин и учительница русского языка и литературы в городе Бутурлиновка в Воронежской области Мадина Магамедова.

Почему вы приняли участие в такой программе?

Мадина Магамедова: Я окончила журфак в саратовском вузе и после выпуска восемь лет работала по специальности. Но еще в студенческие времена набирала подработки: часть рабочего дня проходила в редакциях или на мероприятиях, другая уходила на репетиторство. Работала и со школьниками, которым нужно было повысить успеваемость, и со взрослыми, желавшими просто улучшить грамотность. Получив диплом, я больше не набирала учеников, но иногда мои «старички» давали контакты друзьям и знакомым с положительными рекомендациями. Как правило, я не отказывала: мне нравилось репетиторство, это было своего рода хобби. И оно же сыграло на руку.

Мадина Магамедова раньше работала в журналистике, и обнаружила, что у учителя и журналиста может быть много общего. Фото: Никита Савостиков, «Учитель для России»
Мадина Магамедова раньше работала в журналистике, и обнаружила, что у учителя и журналиста может быть много общего. Фото: Никита Савостиков, «Учитель для России»

Какое-то время я работала в Израиле, и там выпала возможность вести занятия в гимназии. Тогда я поняла, что в работе учителя есть много плюсов и это очень похоже на журналистику: ты собираешь, обрабатываешь, осмысливаешь информацию, а потом выдаешь ее аудитории и получаешь обратную связь. И самое главное — это настоящий креатив, творчество, на который всегда есть спрос. Вернувшись в Россию, я решила попробовать себя в более серьезных образовательных проектах и наткнулась на программу «Учитель для России». Здесь как раз можно было практиковать альтернативные методы образования, используя творческий лояльный подход, да и прокачать профессиональные и человеческие навыки (если так можно выразиться).

Владислав Акульшин: До программы я работал помощником юриста, помощником следователя в СК и менеджером проектов. Постепенно я понял, что моя работа ничего не меняет в мире: я просто зарабатываю деньги, чтобы есть, сплю — и снова иду на работу. Не совсем bullshit job, но очень близко. Замените меня любым другим человеком — и никто не заметит.

У меня было желание сделать мир немного другим. Я считал, что есть места, где с людьми могут происходить ужасные в своей бессмысленности вещи, — тюрьмы и школы. Про первые я писал магистерскую диссертацию в Саратовском государственном университете, но работать в них был морально и физически не готов. А школы — почему нет? Ресурсы, потраченные на образование, окупают себя в разы эффективнее, чем те, что потрачены на борьбу с преступностью.

Лиля Велленова: До программы я работала в рекламном агентстве. Все было классно, но я не чувствовала свою работу нужной. В то же время я начала робко подумывать о том, чтобы попробовать себя в роли учителя. В какой-то момент я даже получила педагогическое образование, однако до выхода в школу дело так и не дошло: было страшно оказаться на новом месте без какой-либо поддержки. Потом узнала об «Учителе для России», и как-то все сложилось: работа в школе, поддержка методистов, крутое сообщество, по-настоящему полезное и нужное дело. Все еще было страшно, но я решилась. Для меня это возможность не только попробовать себя в новой роли, но и получить, быть может, самый необычный и интересный опыт в своей жизни.

Какими были ваши первые впечатления, когда вы сюда приехали?

Лиля Велленова: Я работаю в маленькой школе, расположенной в селе Липовка, что в Воронежской области. В моем детстве не было даже летнего отдыха в деревне у бабушки, всю свою жизнь я провела в городе. Поэтому для меня контакт с селом — совершенно новый опыт. Помню, как в первый день с круглыми от восторга глазами я бегала с камерой за баранами, гусями и козами. Через полчаса я наконец опомнилась и поняла, что если ты еще никому не знакомая молодая учительница в сельской школе, то красться вдоль домов за баранами — не самая лучшая идея. Прошел уже почти год, а я продолжаю улыбаться курам, которые иногда заходят на школьный двор.

Анастасия Сорокина: Я работаю в рабочем поселке Ближне-Песочное рядом с городом Выкса в Нижегородская области. Я не предметница и сначала было непонимание со стороны детей. Они меня спрашивали: «А что вы преподаете?» или «Когда вы будете у нас вести урок?». А я социальный педагог. Самим городом была приятно удивлена. А школа — это моя отдельная любовь: маленькое двухэтажное здание с деревянными полами и видом на соседние дома.

Анастасия Сорокина не ведет какой-то предмет, она социальный педагог — что сначала вызывало непонимание среди детей. Фото: Никита Савостиков, «Учитель для России»
Анастасия Сорокина не ведет какой-то предмет, она социальный педагог — что сначала вызывало непонимание среди детей. Фото: Никита Савостиков, «Учитель для России»

Мадина Магамедова: Я живу и работаю в городе Бутурлиновка Воронежской области. Когда я первый раз его посетила, как бы банально это ни звучало, была приятно удивлена. Чистые улицы, книжный магазин, великолепно оснащенная школа; коллеги, которые оказались очень открытыми и дружелюбными; активные, энергичные дети. Особенное впечатление произвел охранник школы: у нас как-то возникла заминка с водой, пить из-под крана я не рисковала, и он выручил — протянул двухлитровую бутылку с водой и сказал: «Берите, еще в дороге жажда замучает. Я-то знаю». В этот момент я подумала, что неплохо было бы здесь остаться на пару лет.

Владислав Акульшин: Сейчас я преподаю в Воронежской области, в поселке городского типа Каменка. Первое впечатление было — «вокруг все очень аккуратное и чистое». На улицах асфальт и плитка, фасады зданий чистые, школа просторная и светлая. Есть местные предприниматели и всякие частники — я очень люблю готовить, и благодаря им у меня разнообразный рацион. У них самый вкусный хлеб, сыр, мясо, сладости и пельмени. Ну и овощи, конечно.

Какая разница между процессом обучения в большом городе и в маленьком?

Лиля Велленова: В селе процесс обучения сильно ограничен тем, что может предложить школа. Если захотите играть на барабанах или заниматься балетом, придется минут 40 ехать до ближайшего города. Особенность именно нашей школы — в микроскопических классах: почти в каждом всего по два-три ученика. С одной стороны, это означает почти индивидуальное обучение: на уроках я могу уделить необходимое количество времени каждому ученику, дать развернутую обратную связь. С другой стороны, класс из двух-трех учеников сразу отсекает некоторые формы занятий: никакой тебе групповой или даже парной работы.

Но отличия от городской школы чувствуются уже на пороге. Это совсем другая атмосфера и культура общения. Здесь каждый знает каждого (или даже является ему дальним родственником). Ученики общаются не по классам: на перемене второклассница может общаться с восьмиклассницей, а мальчишки из четвертого, седьмого и девятого классов — вместе проходить новые игры.

Владислав Акульшин: Я не преподавал в большом городе, но, по ощущениям, ребята здесь гораздо ближе к жизни, чем я в своем возрасте. Они ковыряются в мотоциклах, ставят Linux на компьютеры, моют дома посуду. Почти у всех есть братишки-сестренки. В некоторых семьях, и это в разы чаще, чем в городах, отцов подолгу не бывают дома, потому что у них вахтовая работа. Жизненные аналогии здесь приводить в некотором смысле проще. С другой стороны, они не особо знакомы с идеей регулярного перемещения на общественном транспорте и плохо ориентируются в том, как устроено предпринимательство и рынок труда. Карьерные треки связаны с местным заводом, ближайшим ПТУ и военщиной. Многие уходят после девятого класса, кто-то идет в колледж, получая еще четыре года на самоопределение и самообразование.

Лиля Велленова сравнивает село Липовка, где она работает, с островком размеренной жизни. Фото: Никита Савостиков, «Учитель для России»
Лиля Велленова сравнивает село Липовка, где она работает, с островком размеренной жизни. Фото: Никита Савостиков, «Учитель для России»

Анастасия Сорокина: Закончился мой первый учебный год, до этого я не имела опыта работы в школе. У детей много житейских навыков, они лучше меня знают, например, когда нужно сажать помидоры или когда цветет яблоня. В то же время однажды девочка из среднего звена спросила меня, каждый ли день я приезжаю в школу из Питера. Есть некоторая закрытость, рамочность, и это влияет на процесс обучения. При этом их чаще всего легко чем-то заинтересовать. В ноябре я собирала шишки, чтобы раскрасить их с детьми и сделать игрушки и гирлянды — и не подозревала, что на необязательные занятия придут больше 35 человек. Просто чтобы акрилом покрасить шишки.

Что читают ваши ученики?

Владислав Акульшин: На первом уроке я раздал ученикам анкеты, чтобы узнать, что это за люди, что им интересно и нужно. Ребята любят «Ведьмака» — человек пять Сапковского читали полностью. Человек десять так или иначе говорили про «В метре друг от друга», даже в нашем кинозале просили посмотреть. Кажется, есть ребята, которым интересен нон-фикшен — я купил несколько книг для библиотеки, хочу посмотреть, как пойдет.

Среди шестиклассниц есть девчата, которые дико угорают по фантастике и читают все, что находится по запросу «романтика фантастика рассказ». Дал им почитать Дяченко — говорят, что жутко интересно, но ничего не понятно. Дяченко вообще хорошо заходят — у меня были очереди на Vita Nostra. Есть мальчишка в четвертом классе, который трилогию «Маг дороги» осилил примерно за неделю.

Мне кажется, интерес к нон-фикшену у них растет оттуда же, откуда интерес к фантастике — хочется почитать, как интересно и необычно что-то устроено. Свой мир или чужой — разница небольшая. Есть девчата, которым интересна психология. Кто-то пробует литературу по саморазвитию. Мне кажется, они таким образом пытаются решить какие-то вопросы с социализацией и стать лучше. Вроде получается давать им что-то стоящее: одна ученица до сих пор «Не рычите на собаку!» возвращать не хочет.

Мадина Магамедова: Самой популярной среди детей стала серия книг о котах-воителях Эрин Хантер. Мои ученики ее обожают: покупают в бумажном варианте, делают коллажи, цитируют диалоги героев. Даже сравнивают с ними классическую литературу: «А вот Рыжик так с Муму не поступил бы. Он бы вместе с песиком возглавил всю деревню!» Другая часть в восторге от «Зерцалии» Евгения Гаглоева. Иногда на уроках мы проходим внепрограммные произведения, и теперь многие ученики читают книжки Кейт ДиКамилло.

Анастасия Сорокина: Мне кажется, кроме отрывков из школьной программы, самое популярное сейчас чтение среди подростков — фанфики и манга. В начальной школе дети в восторге от энциклопедий, особенно на темы транспорта, космоса и динозавров. Был интересный опыт с учениками начальной школы: я приобрела несколько книг издательства «Самокат» и принесла их детям на переменке. Среди них была книжка «Лес» Марка Мартина, — с красивыми иллюстрациями, о проблемах вырубки деревьев и небрежного отношения к природе. Было интересно наблюдать за их дискуссией, кто что понял и что можно сделать.

Лиля Велленова: Я работаю со старшими классами и не могу сказать, что мои ребята много и с интересом читают. Но у каждого совершенно точно за этот год был момент истинного интереса к книге, просто у каждого — к своей. Для кого-то это рассказы Айзека Азимова, а для кого-то (внезапно) — «Мцыри». Некоторые читают не только то, что мы проходим в классе. Обычно это популярная современная литература, например, «451 градус по Фаренгейту» или романы Стивена Кинга. Иногда ребята берут что-нибудь почитать из маленькой библиотеки в моем кабинете. Наибольшей популярностью пользуются «Вафельное сердце» Марии Парр и «Сахарный ребенок» Ольги Громовой.

Что вы сами сейчас читаете не по работе?

Мадина Магамедова: Перечитываю рассказы Говарда Лавкрафта. В перерывах между делами почитываю графические новеллы. Сейчас это «Сурвило».

Лиля Велленова: Почти все, что я читаю, все равно имеет какое-то отношение к работе. Сейчас я перечитываю книги зарубежных авторов, которые предложила на лето девятиклассникам и которые мы с ними будем обсуждать в новом учебном году. Совсем недавно я закончила «1984» и теперь хочу приступить к «Жареным зеленым помидорам в кафе „Полустанок“». Последнее, что я читала только для себя и вряд ли смогу как-то применить в школе, — книги «Она же Грейс» Маргарет Этвуд и «Америка» Франца Кафки.

Владислав Акульшин работал помощником юриста и помощником следователя в СК, а затем кардинально сменил профессию. Фото: Александра Моргун
Владислав Акульшин работал помощником юриста и помощником следователя в СК, а затем кардинально сменил профессию. Фото: Александра Моргун

Анастасия Сорокина: Прямо сейчас читаю сборник рассказов Николая Гумилева «Африканская охота». Но вообще трудно выделить время на чтение книг, которые не связаны с работой. Были периоды, когда я ничего не читала дополнительно, и казалось, что моя речь превращается в термины.

Владислав Акульшин: Мне пришел большой заказ от «Бумкниги» — читаю комиксы и графические романы. Это скорее исследование, чем досуг — я готовлюсь к запуску образовательного проекта, и мне важно понять, как устроено визуальное повествование. Когда расправлюсь с ними, закажу в НЛО «Опасные советские вещи» и «Страну имен» — я веду настольные ролевые игры в постсоветском антураже, и мне хочется углубить свое понимание того наследия, с которым мы живем.

И жду зарплаты — тогда закажу в фонде поддержки социальных исследований «Хамовники» сразу несколько книг. «Хамовники» финансируют социологические исследования российской повседневности, очень увлекательные. Например, «Жизнь по понятиям» — она про уличные группировки Татарстана: как в них попадают, как они устроены и как функционируют. Еще куплю книгу «Гаражники» — про целый сектор российской экономики, о которой я слышал только краем уха. И «Неформальное здравоохранение» — про феномен того, как мы спрашиваем у провизора в аптеке «что-нибудь от суставов».

Оригинал

От ред. belisrael

На нашем сайте появлялось немало материалов, посвящённых учительской работе в местечках и деревнях. Отметим статью Григория Релеса и мемуары Семёна Гофштейна  Будем рады, если учителя, ныне работающие в сельской местности (Беларуси, Украины, России…), откликнутся на материал и расскажут о своём опыте.

Опубликовано 03.06.2020  17:08

Похвалить, что ли, здешнюю власть?

После того как я выпустил серию критических стрел в адрес Рыгорыча и системы, которую он представляет, меня пару раз упрекнули в необъективности. Порывшись в закромах памяти, вспомнил, что в начале 2019 г. и сам писал о достижениях Беларуси за четверть века (правда, ещё вопрос, в какой степени они достигнуты «благодаря», а не «вопреки»), и других приглашал.

Перевод фрагмента из текста 09.02.2019: «Если под конец существования СССР большинство жителей Беларуси отождествляло себя с Союзом, да и первое время после декабря 1991 г. сохранялася “фантомная боль”, и советских людей было здесь больше, чем белорусоцентричных (помню, за противостоянием Ельцина и Верховного Совета России осенью 1993 г. напряжённо следили, словно бы оно происходило в собственной стране…), то теперь пропорция изменилась. Подросло новое поколение, для которого Москва никак не ближе чем, допустим, Варшава или Вильнюс…»

Таки да, за 27 – теперь уже 28 – лет независимости общество в Беларуси обрело некую идентичность, пусть и несовершенную. Хвалить ли за это «режим»? Референдум 25-летней давности (май 1995 г.) в чём-то нанёс удар по белорусскому патриотизму, а в чём-то, напротив, подстегнул интерес к «запретным» историческим флагу и гербу, да и к «обесцененному» белорусскому языку. Хитрые манёвры «вождя» между Россией, ЕС, КНР и Ближним Востоком привели к тому, что государство сохранило свою валюту, международно-признанные границы, монополию на внутреннее насилие… короче говоря, суверенитет, провозглашённый ещё летом 1990 г. Cмысловое наполнение этого суверенитета – отдельная песня.

Более «частные» достижения 1990–2010-х годов тоже представляются мне заслуживающими внимания. Например, белорусские литераторы получили множество международных премий – следует вспомнить и Нобелевскую 2015 г., как бы я ни относился к взглядам и поступкам лауреатки. Комплекс провинциальности – если он у них и был – преодолели многие белорусские музыканты и художники, востребованные в разных странах. Год назад сослался на яркий пример – минчанин Андрей Дубинин оформил герб для Великого магистра Мальтийского ордена (увы, в апреле с. г. Джакомо Далла Торре ушёл из жизни).

Великий магистр (в центре) перед гербом ордена. Фото 2019 г. из твиттера президента Литвы Г. Науседы

Вообще, в мире Беларусь заявила о себе тысячами (если не миллионами) голосов, в т. ч. моим 😉 Скромно исполненные книги минского издательского товарищества «Шах-плюс», большей частью на идише и белорусском языке, хранятся в библиотеках США, Израиля, Нидерландов, РФ, а продаются, как минимум, в России и Чехии (правда, не знаю, кто выставил на продажу те издания, и «навара» от реализации не имею). Кто-то на моём месте добился бы большего, но, с другой стороны, как в том анекдоте, «могли бы и полоснуть» 🙂

Общественную активистку из Минска Ольгу Майорову радует «появление авторских скульптур и муралов в городах», которое «говорит о том, что человеческое измерение становится важным, несмотря ни на что». В статье 2016 г. – богатая коллекция образцов «уличного искусства».

Часть мурала-триптиха на минской ул. Притыцкого – осень 2019 г.

Увековечение памяти евреев, погибших в 1941–44 гг., – то, что разрешалось, а иногда и приветствовалось в независимой Беларуси с 1991 г. Установка памятников жертвам гетто и концлагерей активизировалась в 2000-х годах, как правило, при поддержке зарубежных спонсоров.

Открытие в Новогрудке Стены Памяти, с участием министра иностранных дел РБ, июль 2019 г. Снимки отсюда

Можно сомневаться в искренности чиновников, вещающих о вечной «дружбе народов», но похоже, что за 30 лет бытовой антисемитизм, шедший во многом «сверху», реально усох. Сейчас евреев и Израиль «демонизируют» куда меньше жителей Беларуси, чем на рубеже 1980-90-х гг. Люди сделались более прагматичными, а потому и более толерантными… или просто равнодушными к «этническим вопросам». Ясно, исключений хватает, и ксенофобия далеко не задушена в Беларуси (впрочем, и в Израиле без неё не обходится).

Транспортная сеть не идеальна ни в Минске, ни в Беларуси, но развитие метро и маршрутных такси улучшили сообщение между периферийными районами столицы. Относительным успехом считаю и то, что на многих остановках Минска в последние годы появились электронные табло, показывающие, сколько минут осталось до прибытия автобуса/троллейбуса.

В различных рейтингах развития экономики Беларусь и в конце 2010-х гг., после ряда кризисов, занимала не последние места; другое дело, что при более умелом управлении она могла бы стоять много выше.

А насчёт начальника страны… Склоняюсь к мысли о том, что «этот чиновник сломался, принесите нового». Тем не менее Александр Бурьяк, антипрогрессист и антилиберал, автор какой угодно, но не глупый, поискивает в нём положительное (и находит). Объясняя свои усилия так: «Когда видишь, какие жуки и жабы полезли на этот раз в президенты непутёвой Беларуси, так уже немножко начинает хотеться, чтобы всё осталось по-старому».

Полный список достоинств «Рыгорыча» по Бурьяку смотрите здесь; в нём полтора десятка пунктов. Приведу лишь те, которые считаю в той или иной степени релевантными… Скажем, «не курит» – отличное качество, когда речь идёт о соседе по коммунальной квартире, а высшему чиновнику иной раз не возбраняется и закурить (особенно если он – умом в Черчилля :)) Итак, Лукашенко:

– не обделён здравым смыслом;

– мало душит прекрасные порывы: вольнодумствующие индивиды имеют при нём хороший шанс на выживание – не такой, как при Сталине (правда, они будут прозябать, но хотя бы на свободе);

– чуть-чуть обучается и понемногу меняется (но надо бы больше – и в более правильную сторону);

– не насаждает и не поощряет культа своей личности (и его таки нету; кто сомневается, пусть напомнит себе про культ Сталина или династии Кимов; даже с Путиным носятся больше, чем с Лукашенко).

Здравый смысл, вероятно, заключается и в том, что все годы правления первый президент Беларуси уклонялся от втягивания сограждан в конфликты соседних (и не соседних) стран. Небезызвестная встреча европейских лидеров в Минске (февраль 2015 г.) – как ни крути, успех лукашенковской дипломатии. О «культе личности» спорно; благодарственные таблички с Ф. И. О. президента я видел, как минимум, в парках у Оперного театра и у Национальной библиотеки Беларуси. Официозные газеты часто начинаются с фотопортретов А. Л. и рассказов о том, куда он пошёл, с кем виделся. «Новостные» программы БТ – это зачастую «всё о нём и немного о погоде». Почтовую марку выпустили ещё в 1996 г…

Конверт первого дня с той самой маркой (источник: ay.by)

Да и портреты высшего чиновника висят в казённых кабинетах – где надо и не надо, к примеру, в частной «школе шахмат ФИДЕ».

Фото отсюда

Мне возразят, что речь идёт о «перегибах на местах», об усердии отдельных лизоблюдов. Так ведь и Виссарионыч сам не развешивал свои портреты, а в диалоге с Лионом Фейхтвангером («Москва 1937») жаловался, что в СССР его, Сталина, чересчур часто изображают… Вопрос же в атмосфере, которая царит в обществе при том или ином руководителе. Но я соглашусь, что «культ Лукашенко» относительно безобиден – могло быть и хуже 🙂

Привёл А. Бурьяк и ряд минусов «у рассматриваемого политика». Например:

– неимоверно алчет быть главным;

– некреативен;

– концептуально не размашист, не стратег;

– боится конкурентов, даёт «расти» в государстве по преимуществу шушере; в результате среди широко известных людей очень мало людей приличных (сходу и не назовёшь).

Действительно, стратегия А. Л. заключается в отсутствии стратегии, а идеология – в отсутствии внятной идеологии 🙂 Где-то это даже и неплохо (мешает становлению тоталитарного строя), но со временем начинает раздражать. Желание руководителя быть «затычкой в каждой бочке» приводит к топтанию на месте, что довольно толково разъяснил в мае с. г. один из претендентов на президентское кресло (Валерий Ц.). В 1994 г., по словам Валерия, Лукашенко «был близок моей бабушке, потому что знал, сколько от свиноматки должно родиться поросят. Он понимал, сколько кур должен покрывать петух». Но сейчас, мол, следует уходить от этого: «Не надо [главе государства] заниматься коровами». Затем, на встрече с инициативной группой, было сказано: «Мы должны просто перевернуть страницу и оставить Лукашенко там, где он находится. А именно – в истории, в этих традиционных сельских укладах, в том, что ему нравится: свинки там, коровки, экологически чистое молоко. Арбузы он собирает, по 4 мешка картошки в Кремль приносит… пусть этим занимается в одной из резиденций. Пусть живёт этим, потому что видно же, что он делает это с огромным азартом. А мы поведём Беларусь вперёд – в будущее».

Чуть надуманная дилемма: «экологически чистое молоко» vs. «будущее». Но экс-помощник президента отнюдь не унизил своего бывшего шефа и даже занёс ему в актив первые 10 лет правления (перебрал, по-моему). Тем не менее выскочил «моралист» Игорь М-к – бывший «сенатор», а ныне большая шишка в нижней палате «парламента», и заголосил на сайте БелТА: «Зачем переходить на личность того, кто способствовал твоему росту, твоей личной карьере, того, кто был для тебя учителем и руководителем? Да ещё злобно посмеиваться над аграрной карьерой и деревенским воспитанием нашего Президента? Абсолютное большинство современных белорусов-горожан – деревенского происхождения. И не имеют ничего против ни картофеля, ни поросят…» (пер. с бел.).

Не везёт нам с М-ками. Один, по имени Андрей – лауреат казённых премий «Золотая литера» и «Золотое перо» – юзает псевдоцитаты (по поводу «никаких лекарств, даже больным детям» см. здесь) и не в курсе, кто такие мерчендайзеры. По его мненьицу, это «свободные и творческие личности», которые вместе с арт-директорами и дизайнерами «с жиру бесятся», а вот «народ» их кормит, в т. ч. выкладывая на полки «молочку и курятину»[1] 🙂 Другой транслирует замшелые формулы то ли 1940-х годов (о «космополитах» – «а сало русское едят!»), то ли 1970-х (о диссидентах – «родина его воспитала, дала профессию, а он…»). Ну, ехали бы М-ки поднимать сельское хозяйство, доля которого в ВВП Беларуси за 24 года правления их кумира упала более чем вдвое – с 13,59% до 6,4%… Несмотря на все магические заклинания 🙁

Aрхаика хороша, когда наблюдаешь со стороны, без необходимости «вариться» во всём этом. И ещё я думаю, что сельских жителей – как и городских – надо уважать, а не похваливать. В период «особой любви» к селянам «своего человека» (1994–2019 гг.) их число сократилось в Беларуси с 3,3 миллиона до 2,1 млн. человек, т. е. более чем на треть. Может, как раз при «либеральном технократе», не озабоченном навязчивой промоцией белорусской картошки, деревня воспрянула бы духом?!

Польза от нынешних властей ещё и в том, что они, как мне кажется, окончательно доказали на практике гиблость колхозно-совхозной формы хозяйствования. Подписался бы я за выдвижение в кандидаты фермера Юрия Ганцевича из-под Гомеля, который выживает в условиях реальной конкуренции (а не балуется в целях пиара перекидыванием арбузов, выращенных ради «благотворительности»)…

Заставка видео с участием Ю. Ганцевича, осень 2019 г.

Но 31 мая на Комаровке людей Ганцевича не было – а если и были, то я их не нашёл. ¯\_(ツ)_/¯

Вольф Рубинчик, г. Минск

wrubinchyk[at]gmail.com

02.06.2020

[1] Если кто-то не понял, в чём прикол: именно мерчендайзеры отвечают за раскладку товаров на магазинных полках. В Беларуси этих специалистов уже не один год готовят государственные колледжи. Всяко более полезная работа, чем обзывать людей «гнидами» на sb.by…

Опубликовано 02.06.2020  23:01

Теракт у «Дольфи» 19 лет спустя

Память о мертвых лучше всего хранят живые. Ни один памятник, музей или мемориал не сделают это лучше и полноценнее живых людей и их переживаний. Несколько лет назад я познакомился с группой ребят – переживших взрыв в «Дольфи» или потерявших там своих друзей. Именно они стоят за всеми неформальными вечерами памяти убитых, которые проходят ежегодно на месте взрыва. И во время взрыва – 23:27. Мы будем там и сегодня.
Днем проходит официальная церемония, с речами и прочим официозом. Ночью приходят ребята, и молча зажигают свечи, и вспоминают 21 имя. И эта память искренней боли царапает душу больше и сильнее, чем дежурные речи не особо помнящих тот ужас присутственных людей. Настоящая память им особо не нужна – иначе тель-авивский муниципалитет не отверг бы предложение этих ребят сделать на месте снесенного Дольфинариума парковый мемориал в честь убитых. 2 года назад я сделал по их просьбе (естественно, бесплатно) этот эскизный проект – с 21 одним деревом – но муниципалитет сделал все, чтобы его не заметить…
Поэтому нам остается помнить самим. И помнить все, что связано с этим страшным убийством наших детей.
1. ИХ ИМЕНА.
Мария Тагильцева — 14 лет
Евгения Дорфман — 15 лет
Раиса Немировская — 15 лет
Юлия Скляник — 15 лет
Анна Казачкова — 15 лет
Катерин Кастаньяда — 15 лет
Ирина Непомнящая — 16 лет
Марьяна Медведенко — 16 лет
Лиана Саакян — 16 лет
Марина Берковская — 17 лет
Симона Рудина — 17 лет
Юлия Налимова — 16 лет
Елена Налимова — 18 лет
Ирина Осадчая — 18 лет
Алексей Лупало — 17 лет
Илья Гутман — 19 лет
Сергей Панченко — 20 лет
Роман Джанашвили — 21 год
Диаз Нурманов — 21 год
Ян Блум — 25 лет
Ури Шахар — 32 года
Благословенна их память…
2. «Палестинский» террор, убивающий нас уже 100 лет. Смертник-шахид, взорвавший себя с 2.5 кг взрывчатки, был солдатом иорданской армии, приехавшим к нам для теракта…Он вышел из мечети Хасан-Бек на набережной Тель-Авива – мечети, имеющей свой особый кровавый след в нашей истории. Эту мечеть специально построил там в 1916 г. турецкий губернатор Яффо Хасан Бек, на пустом месте и с одной целью – остановить расширение строительства Тель-Авива на север. Наше строительство ВСЕГДА мешало нашим ненавистникам.
Но город развивался, и мечеть вышла на «передовую» арабской войны с нами – в прямом смысле – уже с начала Войны за независимость в 1947 г. С минарета мечети арабские снайперы прицельно расстреливали жителей Тель-Авива – более 1000 человек пострадало, включая множество убитых. В 1948 г. мечеть была взята штурмом бойцами ЭЦЕЛя. Вначале там были офисы, затем здание пустовало – пока не было отреставрировано и передано обратно под мечеть…Мы любим делать широкие жесты подарков нашим противникам.
3. Но если мы хотим выжить в проивостоянии с ними, мы должны помнить и их преступления, и нашу преступную беспечность в отношении них. Волна террора, начавшаяся в 2000-м году, была прямым продуктом Ослиных соглашений и расцвета ООПовского террора еще с середины 90-х. Получившего толчок и моральный стимул от нашего позорного бегства из Ливана буквально накануне теракта в «Дольфи». Собственно, они правы – если сионисты бегут, почему бы их не преследовать?…
Но мы этого не хотели понимать. После ужаса убийства наших детей Израиль ждал ответного возмездия террористам – но Шарон отказался от решительных действий, заявив, что мы будем бороться с убийцами «силой нашей сдержанности»…тот самый «ипук», от которого до сих пор сводит скулы и сжимает кулаки до хруста в ладонях…
Перефразируя знаменитую фразу Черчилля после Мюнхенского сговора Чембелена, Шарон, выбирая между войной и бесчестием, выбрал бесчестие. И в итоге получил войну – после массового убийства в гостинице Парк уже не было выбора и пришлось начинать зачистку наследия Осло операцией «Защитная Стена».
4. Но и это нас мало чему научило. Взятый во время Защитной Стены глава Хамаса в Самарие и один из организаторов теракта в Дольфи получил 17 лет тюрьмы – но был выпущен в «сделке Шалита»…И здравствует и поныне. Непосредственный организатор, подготовивший смертника, получил 22 пожизненных срока, и неплохо проводит время в нашей тюрьме. За наш с вами счет, кстати. А его семья получает от раиса Абу-Мазена (имеющего докторат из СССР по отрицанию Холокоста) ежемесячную зарплату.
5. Наша память о погибших детях будет достойна их, когда мы научимся защищать в полной мере честь наших убитых – а лучше не создавать условий для их убийства очередной авантюрой, от недостатка национальной гордости и воли к победе. Мы до сих пор на Войне за Незавсисмость – точнее, на войне за Освобождение нашей страны, которую у нас до сих пор хотят отобрать и которую мы все также должны защищать. И мы не можем продолжать выбирать «ипук» и бесчестие. Ничего нового это нам не принесет, кроме новой войны.
Михаил Лобовиков, 01.06.2020  22 час.
От ред. belisrael
25 ноября 2018, оказавшись  в кибуце Гиват Бренер, я сделал снимки похороненнных там на альтернативном кладбище Лианы Саакян и Марьяны Медведенко.

 

Опубликовано 02.06.2020  11:46  Обновлено 02.06.2020 18:13

О новой эре космических полётов и событиях в Беларуси

Корабль компании SpаceX “Драгон” успешно пристыковался к МКС, астронавты перешли на станцию

Ольга Ившина Би-би-си

30 мая 2020

Это первый старт американских астронавтов в космос с территории США за последние 9 летПравообладатель иллюстрации NASA Image caption
Это первый старт американских астронавтов в космос с территории США за последние 9 лет

 

Впервые за 9 лет корабль с астронавтами на борту отправился в космос из США, а не космодрома Байконур в Казахстане. Чем уникален запуск “Драгона” и почему НАСА не перенесла этот старт, даже несмотря на пандемию коронавируса?

Интрига сохранялась до последнего. 27 мая первую попытку запуска пришлось перенести из-за погоды.

В первый после закрытия программы шаттлов запуск американского корабля с астронавтами на борту с территории США было вложено более 3 млрд долларов. Космический корабль “Драгон” (Dragon) вывела на орбиту ракета Falcon-9 компании Илона Маска SpaceX.

Чем так важен этот полет?

За 30 лет эксплуатации многоразовых космических кораблей (с 1981 по 2011 год) два из них взорвались вместе с экипажами (“Челленджер” в 1986 году и “Колумбия” в 2003 году).

Трагедия “Колумбии” существенно повлияла на судьбу программы использования американских челноков для полета в космос. Тогда повреждения обшивки, полученные при старте корабля, в итоге привели к его разрушению во время возвращения на Землю и гибели всего экипажа.

Специалисты провели расследование и работу над ошибками. Но в 2011 году в ходе запуска челнока “Дискавери” от корабля вновь оторвалось несколько кусков теплоизоляционной пены.

После этого американцы остановили программу использования многоразовых шаттлов. Возможностей отправить людей в космос осталось только две – при помощи России или Китая. Однако Конгресс США своим решением от 2011 года запретил НАСА сотрудничать с Китаем, опасаясь промышленного шпионажа.

Мыс КанавералПравообладатель иллюстрации GETTY IMAGES Image caption
НАСА делает все, чтобы старт “Драгона” состоялся и прошел гладко

 

Во взаимодействии с Москвой по вопросам космических программ у Вашингтона было гораздо больше опыта. США и Россия начали сотрудничать в космосе еще в 1970-е годы по программе “Союз-Аполлон”. В итоге с 2011 года американских астронавтов стали доставлять на орбиту на российских кораблях “Союз”.

Россия, пользуясь своей космической монополией, начала постепенно поднимать стоимость “билета в космос” для США.

В 2008 году НАСА выложило 21 млн долларов за возможность отправить своего астронавта на орбиту. Место на “Союзе”, который должен стартовать в октябре 2020 года, стоило НАСА уже более 90 млн долларов.

Новый подход

По прогнозам генерального инспектора НАСА, одно место для полета на “Драгоне” будет стоить около 55 млн долларов.

Новый корабль поручили разработать двум американским фирмам: SpaceX во главе с Илоном Маском и аэрокосмическому гиганту Boeing.

Впервые за всю историю космических полетов государство доверило судьбу своих астронавтов частным инженерным компаниям.

Илон Маск первым довел свой проект до финишной черты, в данном случае – до стартовой площадки.

Первый полет c инновационной многоразовой ракетой-носителем “Фалкон” (Faclon) мог бы состояться еще в 2016 году, но серия аварий на испытательных запусках замедлила проект.

“Это новая эра, новое слово в полетах человека в космос”, – заявил журналистам представитель НАСА Джим Бриденстайн.

Если миссия “Драгона” будет успешной, это может решить еще одну проблему астронавтов. Раньше американские космические челноки перевозили одновременно по семь астронавтов.

Российский “Союз” может доставить на МКС только трех человек. При этом “Роскосмос” берет на борт не более двух американских астронавтов.

Это означало, что астронавты вынуждены были тратить больше времени на плановое обслуживание МКС и меньше внимания уделять проведению лабораторных экспериментов. Теперь НАСА планирует изменить этот баланс.

На “Драгоне” тоже будет семь мест. Если полет заказывает НАСА, четыре места будут зарезервированы под астронавтов агентства.

Остальные компания Илона Маска сможет продавать космическим агентствам различных стран, другим бизнес-компаниям, и даже космическим туристам – богатым людям, желающим посмотреть на Землю из космоса.

Космический туризм

Компания SpaceX планирует организовывать и чисто коммерческие полеты в космос. По предварительным оценкам, визит на орбиту обойдется желающим примерно 35 тыс. долларов за ночь.

И это – существенный шаг к формированию более доступного рынка космического туризма, считает предприниматель Ричард Гэрриот.

В 2008 году он заплатил 30 млн долларов за двухнедельное пребывание на МКС. И дело не только в ценовой доступности. Раньше добиться разрешения на полет было практически нереально, отмечает бизнесмен.

Астронавт в кабинеПравообладатель иллюстрации NASA Image caption
Запуск “Драгона” может стать шагом к полету на Марс в 2030-х годах.

 

“Практически каждый, кто летал в космос в частном порядке, сталкивался с этим. НАСА пыталось отговорить нас лететь или снять с полета по той или иной причине”, – рассказывал Гэрриот в интервью американскому изданию Business Insider.

Договор со SpaceX уже подписала компания Space Adventures, которая получит четыре места на первом полете корабля, открытом для космических туристов.

О своем желании прокатиться на борту “Драгона” уже заявил голливудский актер Том Круз. В полете он планирует снять часть своего нового фильма. В НАСА подтвердили, что готовы посодействовать Крузу в съемках на МКС.

Кто полетел в этот раз?

В полет с мыса Канаверал в этот раз отправились два самых опытных и возрастных астронавта НАСА – Даг Херли и Роберт Бенкен.

Их отобрали для полета на “Драгоне” два года назад, и с тех пор они практически поселились в Калифорнии, работая вместе с инженерами SpaceХ.

Астронавты помогали доводить корабль до ума и осваивали сенсорные панели управления. Эти экраны сильно отличающиеся от обычных кнопочных устройств, которыми оснащались челноки и нынешние модули.

“Это очень современный аппарат с технологической точки зрения. Мы рады, что окажемся уже в настоящем космическом корабле, а не на тренажере” – поделился с журналистами Херли.

А Бенкен не стал скрывать, что накануне старта очень волновался.

Астронавты Херли и БенкенПравообладатель иллюстрации NASA Image caption 
В полет с мыса Канаверал отправятся два опытных астронавта – Даг Херли и Роберт Бенкен

 

Херли и Бенкен – не только коллеги, они еще и лучшие друзья в жизни. Астронавты были свидетелями на свадьбах друг у друга, более того, они оба женаты на астронавтках.

Карен Найберг, супруга полковника Херли, дважды летала в космос. Сейчас она уже вышла в отставку и помогает астронавту растить их 10-летнего сына.

Меган Макартур, жена Бенкена, одна из кандидаток на полет к Луне, запланированный НАСА на 2024 год. Она участвовала в ремонте космического телескопа “Хаббл” в 2009 году. Их сыну шесть лет.

Шажок к Марсу

НАСА не отказывается от планов в 2030-х годах отправить человека к Марсу. Активно развивается и лунная программа агентства.

Но пока ученым все еще мало известно, как может повести себя организм человека во время длительных перелетов. И единственный способ узнать об этом больше – проводить дополнительные эксперименты на МКС.

Именно поэтому НАСА стремится как можно скорее нарастить свое присутствие на станции и дать возможность экипажам проводить больше времени за научными исследованиями и экспериментами.

“Этот запуск – следующая ступенька к расширению присутствия людей в космосе и американцев на борту МКС, – заявил журналистам Кирк Ширеман, руководитель программы НАСА на МКС. – Мы с нетерпением ждем этот полет, а затем надеемся наладить регулярные и надежные транспортные коммерческий запуски с низкой околоземной орбиты”.

Оригинал 

***

От ред. belisrael

Почти 4 ч. основной темой вчерашнего вечернего выпуска “Дождя”, начиная с 17 час., был успешный полет в космос и пристыковка американского корабля Crew Dragon. Я сделал ряд снимков с телевизора. 

***

А заключительной темой на канале, которой было уделено немало внимания, стали события последних дней в Беларуси, о чем можно также прочесть в предыдущей публикации на сайте на белорусском: В. Рубінчык. Першачэрвеньскае

Предлагаю вниманию ряд снимков с телевизора.

Светлана Тихановская, кандидат в президенты Беларуси

Сергей Тихановский, арестованный в Гродно во время провокации

 

С Т О П  Т А Р А К А Н

Комментировал происходящее в Беларуси Франак Вячорка

Привычная реакция власти в диктаторской стране

Опубликовано 01.06.2020  03:10

В. Рубінчык. Першачэрвеньскае

Шалому! Здаецца, лета ў Беларусі будзе гарачае ва ўсіх сэнсах. «Фортка магчымасцей» для альтэрнатыўных палітыкаў паступова пашыраецца, і цяпер у яе могуць пралезці нават кандыдаты пэўнай камплекцыі. Як у мульціку: «приятной наружности и вот такой окружности» (развіваць тэму не буду, каб не абвінавацілі ў фэтшэймінгу).

Збор подпісаў у Салігорску, май 2020 г.

Дальбог, многае ў гэтым сезоне грае супраць «сонцападобнага» – ён лепіць памылку за памылкай. «Наезды» на ахвотных заняць прэзідэнцкі фатэль у стылі дурнаватага рэкламнага персанажа ўзору 1991 г. («Прыйдзе дзень, і я скажу ўсё, што я думаю з гэтай нагоды»). Развагі пра тое, што жанчыны не прыдатныя для кіравання тутэйшай дзяржавай, што ў нас нібы гэтак пабудавана Канстытуцыя, значаць адштурхоўванне ўсіх маладых-амбітных прадстаўніц прыўкраснага полу (мо нават і Качанаву пакрыўдзіў…) Намёкі на нягегласць прэм’ер-міністра, уласнаручна прапхнутага на пасаду ў абыход той самай Канстытуцыі – усяго 21 месяц таму.

Дапусцім, што ў кожны з прэзідэнцкіх тэрмінаў мае ў парадку ратацыі з’яўляцца новы прэм’ер-міністр. Тады з 1996 г. (год, калі Лукашэнка атрымаў права прызначаць другую асобу ў дзяржаве фактычна без згоды заканадаўчага органа) у нас мусіла быць 5 прэм’ер-міністраў, якія служылі б да 2001, 2006, 2010, 2015 гг. і во цяпер – да «выбараў» 2020 г. Насамрэч жа іх налічваецца 7 – Лінг, Ярмошын, Навіцкі, Сідорскі, Мясніковіч, Кабякоў, Румас – а цяпер запланаваны восьмы. За гэты ж перыяд, 1996–2020 гг., набралося 9 кіраўнікоў адміністрацыі прэзідэнта… што сведчыць пра імкненне «цара» ўсцяж перакладваць адказнасць на «баяр» (што і назіралася ў крытычныя моманты – напрыклад, увесну 2017 г., калі разгараліся пратэсты супраць «дэкрэта № 3»). Які сур’ёзны чалавек з уласнай пазіцыяй пажадае будаваць кар’еру ў дзяржапараце пры такім раскладзе?

Мабыць, і вышэйшыя чыны спецслужбаў не ўсім здаволены: з 2005 г. змянілася 4 старшыні КДБ і 4 міністры ўнутраных спраў, але на пасадзе памочніка Аляксандра Лукашэнкі па нацыянальнай бяспецы 15 гадоў застаецца 1 чалавек, і па дзіўным супадзенні яго прозвішча таксама Лукашэнка. Калі Віктар-сын-першага-прэзідэнта ў 4 разы разумнейшы за сваіх паплечнікаў-урадоўцаў, гэта неабходна прапісаць у новай Канстытуцыі! 🙂

Хіба толькі верная Ліда, 1953 г. нар., крочыць у нагу з Лукашэнкам-старэйшым ад 1996 г., але і яна ўсё часцей скардзіцца, што пасада «галоўнай лічылкі» ёй надакучыла. А тыдзень таму прызналася, што пасля адстаўкі будзе… чакаць сыходу з жыцця, міжволі падклаўшы свайму шэфу тлустае свінчо. Цяпер маладыя юрысткі & юрысты зірнуць на Ярмошыну – і сто разоў падумаюць, перш чым наймацца на службу да Рыгорыча. Мала хто хацеў бы к 67 гадам быць высмактаным настолькі, каб весці паўрасліннае існаванне, хай сабе ў «элітным» квартале на вул. Ціхай. Уваход у той драздоўскі квартал – рубель, выхад – два 🙂

Памылка меншага маштабу – адклад «прэзідэнцкага паслання» нацыянальнаму сходу і беларускаму народу, з сярэдзіны красавіка да… грэцкіх календаў (29 мая стала вядома, што яно толькі рыхтуецца). Не, «так можна было», але спасылка на вонкавыя фактары не пераканала – незабыўная «міжнародная абстаноўка» яшчэ доўга будзе напружаная. 25 красавіка А. Л. вяшчаў: «Нам патрэбен дакладны прагноз. Яго сёння даць нельга». Як быццам на пачатку лета ўсё ў свеце «ўстаканіцца»…

Рэзюмэ? «Гэты чыноўнік зламаўся, прынясіце новага». Не думаў cёлета нікога падтрымліваць, але пасля чарговай пасадкі Сяргея Ціханоўскага, гэтым разам у выніку правакацыі (29.05.2020), і выступленняў «лепшых людзей горада» (прывет Яўгену Шварцу) з асуджэннем гродзенскай імпрэзы Сяргея, падпісаўся за вылучэнне жонкі блогера – Святланы Ціханоўскай. Праўда, пан Троцкі (! – Валянцін, каторы паплечнік Міколы Статкевіча) мяркуе, што збор подпісаў у нечым нават шкодны, бо адцягвае людзей ад рэальных пратэстаў.

І тым не меней… Мінск, 31.05.2020, каля 12:00

Трохі пацяплеў я да Валера Цэпкалы, якога «падсцёбваў» тут і тут. Агулам-то яго свежае інтэрв’ю Арцёму Шрайбману не ўразіла; В. Ц. даў зразумець, што ўдзел у палітычнай кумпаніі для яго – чарговы эксперымент (37:48–38:30). Але істотна, што Валер выказаўся супраць адкрыцця ў Беларусі АЭС (можна спытацца, дзе ён быў у сярэдзіне 2000-х гадоў, калі ў нетрах адміністрацыі рыхтавалася прынцыповае рашэнне аб пачатку будоўлі, ды лепей позна, чым ніколі), за абмежаванне прэзідэнцтва двума тэрмінамі… І, як той Віктар Бабарыка, амаль адразу выступіў у абарону Ціханоўскіх – гэткай салідарнасці «кандыдатаў у кандыдаты» бракавала ўлетку 2015 г. Сёння каля мінскай Камароўкі падпісаўся я і за Цэпкалу.

Чарга ахвотных пакінуць свой аўтограф «не за Лукашэнку» расцягнулася бадай на кіламетр… 31.05.2020, каля 12:30.

Мікола Казлоў і Анатоль Лябедзька (абодва – «у цэнтры ўвагі») за перамогу кандыдата ад АГП насамрэч не змагаюцца, а подпісы збіраюць для «зносін з народам»

Пікецік Андрэя Дзмітрыева быў не такі папулярны

На Камароўку прыйшоў і знаны «курапацкі» пратэстоўца Леанід Кулакоў

Над «ціханоўскай» палаткай развяваліся сцягі з еўрасаюзаўскімі зорачкамі і «Пагоняй»; гучала песня на матыў «We will, we will rock you» з пераробленымі словамі («Свер-гнем та-ра-кана!»)

Прадстаўнікі «Нямецкай хвалі» і Арцём, які працуе на тэлеканал «Белсат»

З Бабарыкам больш складана. Кандыдатурку фінансіста прасоўваюць Святлана А-ч з Мінска-Беларускага і Галіна А-т з Тверыі-Ізраільскай (зрэшты, Галіна – за таямнічага «Бабарэку» :)) Гэта дзве дамы, якіх варта паслухаць… і зрабіць наадварот. Тое, што лаўрэатка «наўзаем» падтрымае свайго фундатара, прадбачыць было няцяжка, ды ад гэтага не лягчэй. Трэці факцік – адзін колішні знаёмы, лукашыст і надаеда, «раптам» адкрыта запісаўся ў ініцыятыўную группу Бабарыкі. З аднаго боку, гэта сведчыць пра эрозію сістэмы, за якую шмат гадоў «тапіў» мой раўналетак, з другога – да тру-дэмакрата яго не пацягне…

Дарэчы, за тыдзень прадугадаўшы пазіцыю Святланы Аляксандраўны, я памыліўся ў іншым: у статусе Юрыя Глушакова. Ён-такі першы нам. старшыні ў партыі «Зялёныя» (ад пачатку 2020 г. – пасля колькігадовай паўзы), тут «Беларускі партызан» меў рацыю. А, напрыклад, у тым, што журналіст Віталь Цыганкоў з’яўляецца «вядомым палітолагам» – не.

Яшчэ раз пра бульбу, бо зноў чамусьці са мной пра яе спрачаюцца… Напэўна, ёсць сэнс развіваць вытворчасць некаторых яе гатункаў у Беларусі, але з галавы не выходзіць адзін эпізод. Увесь дзень у верасні 2004 г. на полі каля адной з вёсак Шчучынскага раёна капалі бульбу (я таксама капаў). Пад вечар прыехалі фуры са смуглымі людзьмі, перакупшчыкі хуценька пагрузілі мяхі з бульбай і павезлі «на Маскву», заплаціўшы вяскоўцам мізэрныя грошы.

Тутэйшыя бульбаводы былі – і, мяркую, застаюцца – прайстэйкерамі, а не прайсмэйкерамі. «Пужалкі» пра будучы голад у суседзяў трэба «дзяліць на шаснаццаць»; існуе праўдападобная версія, што пандэмія COVID-19 пайшла нават на карысць расійскай сельскай гаспадарцы, дый ва Ўкраіне не ўсё так кепска, як прадказвалі. Таму да парады галоўнага клюшкара «Трэба пасеяць паболей. Гэта будзе ўратаванне… Калі вы паводле тэхналогіі будзеце гэта абслугоўваць, атрымаеце хоць невялікую, але жывую капейку. Да вас прыедуць на поле і забяруць» (15.05.2020) стаўлюся даволі скептычна. Яна, між іншага, супярэчыла развагам таго ж «маркетолага»: «Галоўнае – прадаць па добрай цане, а не проста выпхнуць тавар за мяжу». Дый пазнавата ў сярэдзіне траўня было даваць парады наконт бульбы, не?

В. а. цара згадаў вытворчасць малака і мяса, але не настойваў, што ў іх «уратаванне». Пэўна, рэч у тым, што вырабы, якія прыносяць краіне ў разы больш валюты, так і не зрабіліся нацыянальнай «фішкай». Некаторым жа карцела пагуляцца з тутэйшай сімволікай і стэрэатыпамі (як пазалетась, калі мяхі бульбы былі дастаўлены Пуціну на Новы год), а да таго ж па прызначэнні даты «выбараў» паказаць уласную «блізіню да народу»… Ну, і зацыкленасць палітычнага пенсіянера на мінулым адыграла ролю. У кастрычніку 2019 г. в. а. даводзіў казахам (не перакладаю, каб захаваць cтылёвыя адметнасці):

Картофель — это же наш спаситель. Что такое картофель? Картофель в войну и прочее где-то вырастил, и ты вместо хлеба, вместо молока… На картошке на одной люди выживали. Когда мне говорят, какой бы памятник вы за войну поставили в Беларуси… Я бы мешок картошки на памятник воздвиг и корову.

На хвілінку, вайна скончылася 75 год таму. У XXI ст. нават на прасторах СНД вага бульбы ў спажывецкім кошыку зніжалася… Я не супраць бульбы, сам яе люблю на сняданак – але супраць таго, каб з гэтага клубняплода рабіўся нейкі фетыш. І хопіць пра «піянераў ідэал».

Іегуда Пэн. Аўтапартрэт 1932 г.

* * *

Першага чэрвеня 2009 г., г. зн. акурат 11 год таму, памёр Аляксандр Сяргеевіч Патупа – фізік, прадпрымальнік, пісьменнік, даследчык сацыяльна-палітычных працэсаў, якому сёлета ў сакавіку магло б споўніцца 75. Між іншага, у 1960-х гадах юны першаразраднік Патупа лічыўся ў БССР перспектыўным шахматыстам.

А. Патупа і адна з яго мастацкіх кніг, якая ёсць і ў маёй бібліятэцы

Зважаючы на млявую зваротную сувязь, не ўсім «зайшла» ідэя пра помнік дачасна памерлым беларускім медыяменеджарам. Усё-такі, прыпомніўшы мае сустрэчы з Аляксандрам Сяргеевічам у 2004 г., якія пакінулі добрае ўражанне, высоўваю яшчэ адну ідэю – помнік беларускім палітычным аналітыкам. Такі помнік мог бы стаяць на прыватнай тэрыторыі ды мець форму «абстрактна-канкрэтнай» скульптуры, прысвечанай наступным рана памерлым людзям:

Алег Багуцкі (1968–2017)

Ірына Бугрова (1954–2011)

Святлана Навумава (1956–2011)

Сяргей Панькоўскі (1956–2009)

Аляксандр Патупа (1945–2009)

Віталь Сіліцкі (1972–2011)

Віктар Чарноў (1957–2013)

Яднае гэтых людзей тое, што яны глынулі вольнага паветра канца 1980-х – пачатку 1990-х гадоў – а потым, цытуючы выраз аўтара belisrael.info пра медыяменеджараў, «не маглі ўжо вярнуцца ў ранейшыя цуглі». Унёсак пералічаных у развіццё палітаналітыкі на нашых землях быў розны, але галоўнае, што ён быў. І стаўся падмогай для новых пакаленняў…

Нехта запярэчыць, што палітычныя даследаванні для Беларусі не актуальныя, і лепей бы ўвекавечыць у метале працаўнікоў больш патрэбных прафесій. Дык не адзін год існуюць ужо ў нашых гарадах скульптуры паштальёнаў…

Мінск (ля кінатэатра «Кастрычнік»), Барысаў (ля вакзала)

Крыху шануюць у нас і дворнікаў – іх вобразы ўвасоблены як мінімум у Гомелі і Мінску. Зрэшты, калі меркаваць паводле мінскай скульптуры, дзе даўно бракуе кавалу мятлы, ні мастацтва, ні нават прыбіранне смецця ў вачах тутэйшага начальства не ёсць прыярытэтам 🙁 Іначай раённае або сталічнае чынавенства знайшло б невялікія грошы для рамонту.

Выгляд скульптуры на вул. Карастаянавай – у 2012 г. і ў 2020 г.

Ну, а завяршыць хочацца, натуральна, на мажорнай ноце. У вясну, сапсутую распаўсюдам COVID-19 (на 31.05.2020 у Беларусі, пішуць, памерла 235 чалавек, і 24 тысячы яшчэ не акрыялі) ды хабёльствам асобных гора-кіраўнікоў, выявіліся і лепшыя якасці чалавечага роду. Гл. дзве наступныя аб’яўкі, сфатаграфаваныя ў Цэнтральным раёне г. Мінска:

На бульвары Шаўчэнкі і вул. Веры Харужай (пад’езд аднаго з дамоў)

Вольф Рубінчык, г. Мінск

01.06.2020

wrubinchyk[at]gmail.com

Апублiкавана 01.06.2020  00:04

История про девочку с улицы Хлебной, послевоенное детство и мечту

/из бесед с Нелли Юхно во время пандемии, редактор — Анна Авота/

“Я не хочу быть просто какой-то “бабушкой Нелли”. Я хочу быть известной бабушкой. Слово “бабушка” у меня не по существу, у меня нет внуков, слово “бабушка” у меня возрастное.”

Нелли Юхно (по мужу) — холодный май, 2020

Нелли 74 года, мы познакомились с ней несколько лет назад на вечеринке традиционных танцев в нашем клубе и с тех пор дружим.

Она вернулась из санатория в конце марта, как раз, когда у нас уже начиналась эпидемия, но не все воспринимали это всерьёз. Нелли решила, раз уж удалось пережить смертельную болезнь однажды, то она не имеет права заразиться каким-то дурацким коронавирусом, и добровольно ушла на самоизоляцию. Домашняя тюрьма для неё — привыкшей танцевать и общаться постоянно — особенно ужасна. Кроме телевизора нет никого, кто составил бы компанию. Интернет она ещё не настолько хорошо освоила. Нелли живёт одна много лет. Минчанка, встретившая любовь всей жизни в Жабинке, переехавшая в город своих надежд — Нарочь и затем сбежавшая оттуда, с верой в лучшее, в Борисов.

И я добавлю — это совершенно обычная, одна из многих история поломанных судеб. Такая, какие нужно рассказывать в мае вместо парадов “победы”.

Первая уличная танцевальная репетиция после 2.5 месячной изоляции — 26 мая, 2020, мы с Нелли задержались, чтобы немного поговорить.

— Я нагуляная. Я 1945-го года, мама пережила всё это. Её первая дочка погибла под бомбёжками, в детском садике. А получилось так, что мама вышла замуж и он ушёл на фронт. А потом она получила известие, что он пропал без вести. А она пряталась от бомбёжек в больнице и там познакомилась с мужчиной, который в этой больнице работал. Ну, и… получилась я.

— А кем мама до войны работала?

— Бухгалтер. Она и  меня принудила. (…?) Ну, потому что я не хотела. Я хотела творческую работу.

— А этот человек из больницы кто был?

— Вроде бы экспедитором работал. Григорий Ильич. Фамилия — Ильин.

— Так это был короткий военный роман?

— Нет. Они пошли в нашу квартиру и стали вместе жить.

— А почему вы не Ильинична, а Яковлевна?

— Так ведь меня усыновили. Вот слушай, кончается война… я же родилась в октябре 45-го. Кончается война и приходит мамин муж, Яков Борисович. (Каждан. — Прим. ред.) А она на руках со мной. И он выгоняет моего отца, и они с мамой живут, и получается сестра Юля. Но всё было очень плохо, потому что… может, это не надо для записи?

— Как хотите, я могу не публиковать.

Нелли, 2 года

— Нет, пусть будет. Просто я хочу сказать, что он пил. И всех бил нас. Мы жили на общей кухне в Минске, и я кричала, плакала. И соседи говорили — когда он тебя бьёт, ори, ори, мы будет стучать к вам и милицию вызывать. И я стала орать, когда он меня бил. Меня, в основном, и маму. Потому что, он говорил — у меня в квартире две бл.ди, одна бл.дь, вторая пробл.дь. Только я не помню, я под какой была фамилией.

— Он ей не мог простить всё вот это?

— Он пил потому что.  Понимаешь, еврей и выжил в плену. Это же нереально.

— То есть, он не пропал без вести?

— Нет! Но ей прислали официальную бумагу — ваш муж пропал без вести.

— А эта бумага сохранилась?

— Нет, что ты. Мама ничего не хранила. Я, вообще, на неё очень обижена. Хотя и нельзя так говорить. Но нас так воспитывали, что Юля меня моложе на два года, а я за ней вещи донашивала. Потому что, первый кусок был всегда Юле, всё было Юле. А почему ещё — я была хулиганистой и училась хорошо. А Юля была спокойная и плохо училась. И на меня учителя жаловались, хотя я получала хорошие отметки.

Нелли Каждан (1945 г.р.) и Юля Каждан (1947г.р)

— А потом Юля вышла замуж за русского и уехала в Израиль. (В уже взрослой жизни сёстры прекратили общаться и не встречались много лет. — Прим. ред.)

— А на какой улице вы жили в Минске?

— Эта улица была — Хлебная. Её сейчас нет. Это во дворе хлебозавода. А хлебозавод тоже в прошлом году снесли. В районе улицы Немиги. От Немиги десять минут. Дом у нас был деревянный без удобств. Мы и воду носили…

— Это частный дом был?

— Было четыре семьи, одноэтажное здание, как деревенский дом.

— А мылись как?

— В баню ходили. Иногда мама грела воду. Носили воду. Я сейчас как вспомню… Я случайно нашла женщину, которая на моей улице жила, закончится коронавирус, я постараюсь с ней встретиться. Она из еврейской общины, которая мне помогает. Случайно разговорились и я говорю — а я коренная минчанка. А она мне — а где вы родились? А я — на Хлебной. А она -— так и я на Хлебной! И больше я не стала с ней разговаривать, я растерялась. И сейчас такой период, я не могу с ней встретиться, но потом обязательно встречусь! Я предполагаю, где она жила. Там, куда через дорогу мы ходили набирать воду.

— Откуда вы её набирали?

— Из колодца. Вёдрами носили воду. И жили мы очень бедно. Потому что мама работала бухгалтером, а когда родилась вторая дочка, она не могла работать. Садика не было, да и он пил, она боялась. Очень бедно жили. Он где-то работал… Я даже не помню. Что-то зарабатывал, но почти всё пропивал. Мама бедная крутилась, денег не было.

— А чем она вас кормила?

— В основном, каши и супы.

— А какую-то еврейскую еду она готовила?

— Мало того, что она не готовила, она меня даже не учила по-еврейски. Не знаю, знала она еврейский язык или нет, она мне, знаешь, что говорила? Она была рьяная коммунистка. Соседи были русские, я прихожу, у них портрет — а кто это? Вижу, что не родня. Это бог. А почему? Ну, вот он нам помогает жить. Я прихожу к маме и говорю — у соседей бог, а где наш Бог? Она — вот видишь, это Ленин? Вот он бог.

Мама Нелли — Ревекка Шаевна Розенблюм, 1914 г.р., ни одного фото отца Нелли и её отчима не сохранилось

— Она, кстати, сказала, что назвала меня Нелли, потому что это созвучно с “Ленин”, в честь Ленина — она сказала. Нелли — Ленин. Она была такая коммунистка! Когда умер Сталин, она рвала на себе одежду, она была  о ч е н ь  коммунистка.  Она была такая коммунистка, что она говорила:  “Мы не евреи, мы живём с русскими — мы русские”. Она не учила меня ни еврейскому языку, ни обычаям — ничему. Я ничего не знаю. То, что я пару слов знаю, я их где-то так услышала.

— А её муж, Яков?

— Тоже нет. И ничего про то, где он был, не рассказывал. Я была маленькая, у нас  эти вопросы не поднимались.  Ну, а я в школе была хулиганистая, играла в футбол и больше дружила с мальчиками. Конечно, я участвовала во всех кружках, я даже пошла на хор, но мне сказали — не пой. Пробовала поступить в драмстудию, тоже не поступила. Но мама ничего этого не приветствовала. Мама считала…  Скорей была я уехала. То есть, я когда окончила техникум и имела право жить в Минске, как минчанка, мама пошла в техникум — чтоб хотя бы меня в Минске не оставили. И я получила направление в Жабинку. Там я и замуж вышла. (Нелли влюбилась, вышла замуж, родился сын. А потом муж встретил свою первую любовь и они расстались. Он рано умер, и Нелли до сих вспоминает о нём, как о своей единственной в жизни любви. — Прим. ред.)

 

Нелли Каждан — 18 лет

— Мама, конечно, меня многому научила — честности, не врать никогда, шить, бережливости и экономии. С другой стороны она много и плохого сделала, но она терпела. Она  в с ё  это терпела. Ей нужно было терпеть алкоголика, ей нужно было нас накормить, одеть. Она за собой не ухаживала. Потому что, ей было некогда.

— А с кем вы дружили в детстве?

— Ты знаешь, особо друзей не было. А почему, потому что мы были нищие. Я плохо одевалась, я всегда была голодная. Мама что-то перешивала из чего-то. Мама всегда что-то перешивала. У меня из покупного почти ничего в детстве не было.

— Игрушки?

— Игрушек не было. Мы жили в такой тесноте и бедности, никаких игрушек не было. Мне настолько детство не запомнилось, потому что были голодные всё время… И вот, понимаешь, нечего вспомнить. Совершенно. Я только помню, что что-то сажала у нас в огородике. Не огородик, а такой скверик.

— Картошку?

— Нет. Цветочки.

Съёмка видеоролика. За время двух с половиной месяцев в самоизоляции Нелли снялась в двух танцевальных видео, одно из них про картошку.

— А вы в детстве уходили куда-то от дома?

— Нет, не за что было ходить. Помню только школа-двор, школа-двор… А двор был большой, у нас во дворе был хлебозавод. И ещё несколько домов. Один был многоэтажный, по-моему, с удобствами. И несколько частных домов. И во дворе, помню хорошо, был вытрезвитель. Вытрезвитель и хлебозавод, такое сочетание. То есть, смотришь, как пьяницы валяются, как их там избивают… и запах этого хлеба. А представляешь, как голодным это было? Запах этого хлеба.

— Что за хлеб был?

— Ситный хлеб. Серый такой. Кирпичный.

— А батоны, булочки, пирожные?

— Этого я не помню, мама никогда не покупала. Покупала хлеб, крупу. Курицу. А свинину — нет. Не по убеждениям, просто она считала, что это не полезное мясо. Но убеждений никаких не было.

— Но вы как-то понимали, что вы — еврейка?

— Дело в том, что я даже одно время скрывала. Когда я училась, всё таки была не нормальная обстановка. Евреев не любили. Когда я пошла в первый-второй класс, евреев называли жидами.

— Вам это было обидно?

— Нет. Я не чувствовала национальность свою и мне не было обидно за национальность, мне было обидно, что дразнят. За эти слова “уй, жидовка”. Но не потому что жидовка. И когда мне было лет двадцать пять даже… Почему вот у меня сейчас дома, я посчитала, париков где-то штук двадцать.

— После болезни? После химий?

(Через год после переезда в Борисов у Нелли обнаружили рак в четвёртой стадии с метастазами, она считает чудом то, что ей удалось выжить и теперь ценит всё, что делает её живой — общение, танцы, велосипед и т.д. — Прим. ред.)

— Нет, как раз вот эти парики у меня появились, когда мне было двадцать пять лет. Потому что у меня вились волосы и меня дразнили жидовкой, и я прятала эти волосы под париками.

— Но, подождите. Вы танцевали сегодня под музыку, которую играет капелла “Жыдовачка”, вас не обижает это?

— Наоборот. Я очень рада. Я даже чувствую это как какой-то комплимент.

— А в детстве?

— Понимаешь, меня не оскорбляло слово “жидовка”, меня оскорблял сам процесс оскорбления. Они могли бы сказать и “корова”. Они просто знали, что я еврейка и им это был повод поругаться.

Нелли на съёмках чёрно-белого немого фильма “Волшебные ножницы”, снятого по мотивам еврейских сказок Клубом исторического танца в Борисове

— Какой наш танец вам больше всего нравится?

— Я люблю одна танцевать. (Хосидл, сольный еврейский танец. — Прим. ред) С меня даже Карина (Подруга. — Прим. ред.) вот сейчас прямо смеялась — ты же можешь, почему ты так не танцуешь? (Фигурные танцы, с определённой последовательностью движений. — Прим. ред.) Я говорю — я не люблю думать! Она — хохочет, как это ты не любишь думать? Говорю — не люблю думать во время танца. То есть я всегда танцую то, что я слышу, мне хочется это показать. То есть, я не люблю все эти два шаги налево, два шаги направо. Я люблю то, что слышу, танцевать. И даже называю это не танцем. Я себе или кому-то кто понимает, может, ты это понимаешь, говорю — это у меня не танцы, я изображаю музыку.

Нелли гуляет в сквере возле своего дома.

— Давайте про мечту.

— Знаешь, я очень много голодала и когда мне было сорок лет, представляешь? Сорок лет. У меня было желание только — поесть курицу. Когда-то я хотела быть не голодной. А сейчас…  Конечно, чтоб пандемия быстрей закончилась. И ещё… Если б у меня был балкон, я бы выходила на него танцевать. Моя мечта, чтобы люди увидели,  что я умею, что я хочу жить и что у меня это получается.

 (Отношения с сыном и его семьёй у Нелли не сложились. Это от него она уехала в другой город. Он узнал о перенесённой ею болезни и операциях только, когда она решила поговорить с ним о передаче квартиры в наследство и позвонила сама. Но отношения не наладились и они не общаются. Нелли считает, что виной всему алкоголь и ждёт, что сын всё же изменит образ жизни. — Прим. ред.)

От ред. belisrael

Не забывайте поддержать автора этой и ряда др. публикаций Наталию Голову (Аnna Avota)

Присылайте свои материалы на самые различные темы.

Опубликовано 29.05.2020 15:53

Предвыборные суждения (от В. Р.)

Дбрднь! Серия моих майских фельетончиков на белорусском языке – раз, два, три, четыре, пять – не вызвала особого энтузиазма аудитории (хотя кое-кому «очень интересно было почитать…»). Что же, к концу месяца снова перехожу на русский – и «honi soit qui mal y pense» 🙂

Иногда складывается впечатление, что «предвыборная кумпания» в Беларуси была задумана для того, чтобы отвлечь «народец» от мрачных мыслей по поводу COVID-19. Всё по Ноаму Хомскому… (надеюсь, аналитег из «Новага часу» опечатался, именуя видного американского лингвиста «Холмскі»). Но, скорее всего, «политическому животному» в очередной раз повезло. Или не повезло – цыплят по осени считают…

Прирост числа инфицированных коронавирусом несколько замедлился (приходится добавлять: «по официальным данным»), и люди расслабились. В минских магазинах и общественном транспорте закрывающих лицо cтало меньше, чем пару недель назад. Не мог не вспомнить зачин из своей заметки «Колькі вас, праведнікі?» («Анахну кан», № 8, 2002): «В Беларуси двадцатого века человеческая жизнь никогда не имела особой цены – “помер Максим, ну и … с ним”. Как оно будет в двадцать первом?» За два десятка лет ценность жизни в наших палестинах если и выросла, то ненамного. И, что показали события последних месяцев, как-то уж очень избирательно. Хоть ты новую версию поговорки придумывай, вроде «помер Игнат, ну и сам виноват».

Cейчас в РБ – минимум 23 тысячи активных носителей коронавируса. Но, если абстрагироваться от угрозы заражения, то «политическая оттепель» последних недель – благодатное явление. Поход мириады инициативных групп на ЦИК (изначально их было свыше 50, до регистрации доползли 15), очереди из желающих подписаться за того или иного претендента, даже «белый шум» в СМИ и соцсетях – всё утешает человека с дипломом политолога. Наводит на мысли, что не просто так Беларусь была названа «демократическим государством» в ст. 1 Конституции…

Некоторые опустили руки и генерируют уныние: мол, хорошо, что «мы» не победили в 2001, 2006 и 2010 гг. (тогдашние оппоненты Лукашенко якобы сдали бы страну России, рептилоидам или кому-то ещё). Прямо как в басне у незабвенного дедушки Крылова, где лиса и виноград… Кто-то ограничивается тезисом о том, что «выборы в Беларуси – процедура по продолжению полномочий Лукашенко, и больше ничего» (Николай Дедок, 27.05.2020). Тезис во многом обоснованный, но слишком уж категоричный – даже пресловутый Фрэнсис Фукуяма в своё время писал о «конце истории» с вопросительным знаком (The End of History?, 1989).

Иные же с упорством, достойным лучшего применения, «мочат» нынешних конкурентов Главного Клюшкаря. Не то чтоб я был в восторге от Виктора Бабарико, Сергея Тихановского или Валерия Цепкало (и примкнувших к ним Андрея Дмитриева с Анной Канопацкой), но зачем стулья ломать?

Вот завсегдатай квазианалитического сайта «Наше мнение» Сергей Б. «даёт прикурить» минскому финансисту и гомельскому видеоблогеру, манипулятивно объединяя их в одно: «Бабарико-Тихановский» – прямо-таки «Линь Бяо и Конфуций» 🙂 : «Имеет место фактическая работа независимых от белорусского правительства СМИ и политического сообщества националистически-либерального типа (и первые, и последнее аффилированы с разными западными или квазизападными политическими структурами и спонсорами), с одной стороны, и политических проектов московского происхождения, с другой, в том, что касается Бабарико-Тихановского… Поддержка чужой игры Бабарико-Тихановского окончится поражением для белорусских активистов и интеллигенции, народа и страны как в случае поражения, так и в случае победы этих лиц» (27.05.2020, пер. с бел.). Сразу вспомнилась обложка одиозного журнала «Планета», где в конце 2010 г. в виде пешек на шахматной доске были показаны восемь или девять конкурентов Рыгорыча, а подпись гласила: «Они нам чужие». С ходу: как-то несолидно упрекать Бабарико, полмесяца назад уволившегося из «Белгазпромбанка», в том, что он ставленник «Газпрома»…

Не имею полномочий говорить ни за народ, ни за интеллигенцию, ни даже за «белорусских активистов». Лично меня достали «высочайшие» хамство и безответственность – последняя даже больше, одно хамство ещё можно было бы как-то стерпеть. Безответственность – это когда в предвыборной программе (ноябрь 2010 г.) действующий глава государства обещает введение в Беларуси суда присяжных, а в августе 2015 г. оказывается, что он не помнит своего обещания: «Но если даже я и говорил, то не говорил, что мы завтра решим эту проблему». Понятно, и в мае 2020 г. проблема не решена… Не учреждён и институт уполномоченного по правам человека, обещанный в мохнатом 2001-м году. Видимо, не три года следует ждать обещанного Рыгорычем, а тридцать три. Как после этого – и многого другого – верить в прогнозы наподобие: «Мы избрали свой путь… Если мы и дальше будем идти этим путём, мы обязательно через месяц забудем про коронавирус» (08.05.2020)? Тем более что 21 мая тот же персонаж добавил о ситуации с COVID-19: «Наверное, пока мы окончательно не уйдем от этого, месяц нам ещё придется барахтаться». «Злые языки» тотчас подхватили: «Месяц будем барахтаться, а потом утонем?»

Раздражает и то, что на троих Лукашенок в Беларуси – минимум пять руководящих постов: отец с 1997 г. – ещё и президент Национального олимпийского комитета (в 2017 г. при переизбрании обещал управлять заседаниями исполкома НОК раз в квартал, но всё как обычно…), старший сын – не только помощник по безопасности президента РБ (2005), но и первый вице-президент НОК (2019). И уж конечно, кому, как не Дмитрию Лукашенко, следовало доверить (2005) и передоверить (2020) объединение «Президентский спортивный клуб»? Ах, чуть не забыл: в центральный совет указанного государственно-общественного объединения входит и Виктор Лукашенко (значит, уже шесть должностей!). Оч-чень любопытно после этого читать рассуждения «Великого белорусского счастья» о том, что:

[Н]епотопляемость этих горе-руководителей основывается на таких негативных явлениях, как кумовство, протекционизм и круговая порука по принципу: ты – мне, я – тебе. В конечном итоге деятельность таких управленцев наносит огромный ущерб не только конкретному предприятию или организации, но и стране в целом.

В 2019 г. цитировал cии мудрые мысли здесь.

Бабарико, за три дня собравший 50 тыс. подписей избирателей (во всяком случае, он этим хвастает гордится), и Тихановский, к представителям которого выстраиваются длиннющие очереди из желающих подписаться (де-юре даже не за него, а за его жену!), мне пока в душу вроде не плевали, хотя настораживает «семейственность» первого претендента и его намерение вести кампанию исключительно на собственные деньги… Есть мысль, что «политик без нескольких лет “в теме” и без программы – это даже хуже, чем Рыгорыч!» А вышеупомянутый Николай Дедок шутит так (21.05.2020, пер. с бел.):

Если «эффективный менеджер» каким-то чудом победит на выборах, вместо лукашизма нас ждёт бабаризм:

  1. Налог на безработицу отменят, будет налог на отсутствие депозита в «Белгазпромбанке».
  2. В вузах отменят преподавание «Идеологии белорусского государства» – введут «Идеологию капитализма».
  3. Памятники Ленину снесут, вместо них поставят памятники Милтону Фридману и Адаму Смиту.
  4. Разгонять демонстрации будет сингапурский спецназ.

Конечно, менять шило на мыло не хочется, но! Банковская деятельность в Беларуси плотно регулируется государством – «шаг влево, шаг вправо». Есть основания предполагать, что экс-банкир, 20 с гаком лет работавший в трудных условиях, ценит нормы права, усилия юристов, да и вообще умственный труд, чуть больше, чем бывший директор совхоза, у которого в середине 1990-х «снесло крышу» от вольного обращения с Конституцией страны. Короче, понимаю интеллектуалов, вошедших в группу Бабарико, но сам к ней не принадлежу, и никого никуда вступать не призываю. «Думайте сами, решайте сами…»

Тут слегка посмеялись надо мной за то, что я посмеялся над недавним призывом сами-знаете-кого сажать в Беларуси больше, ещё больше картофеля. Минчанин Пётр Резванов пишет: «пока что неизвестно, что нам производить на экспорт, помимо “World of Tanks” и той же картошки». К чему прибедняться? Структура экспорта Беларуси за 2019 г.: две трети объёма составляли машины, оборудование и транспортные средства + продукция химической промышленности + минеральные продукты + металлы и изделия из них. «Продовольственные товары и сельскохозяйственное сырьё» занимали всего шестую часть в общем объёме, а роль картофеля в этой шестой части… ну, не главная. В прошлом году планировали заработать на его вывозе «порядка 50 млн. долларов» (допустим, получилось). Это около 1% от реализованного за границей продовольствия.

Сейчас «массовый» белорусский картофель по качеству ничем особенным не выделяется, и не удивительно, что в магазинах всё чаще продают импортный… Не далее как позавчера видел, к примеру, бульбу из Египта. Резкий рост производства в Беларуси повлечёт за собой снижение цен и выручки (слухи о голодающих иностранцах, алчущих драников и чипсов, несколько преувеличены, а «мне кажется, картофель будет в цене» – так себе экономическое обоснование). Но даже 100 миллионов USD, которые теоретически можно было бы заработать в 2020 г. на вывозе картошки, не решат проблем страны, ныне вынужденной платить миллиарды по внешним обязательствам… 🙁

Не только у этнических белорусов, но и у белорусских евреев картофель был когда-то – лет 100 назад – «хлебом насущным». Идишная песня «Bulbe» в исполнении борисовских культуртрегеров (2020)

Нынешние поиски «спасения» в известном клубнеплоде чуть напомнили кампании, что периодически устраивались в СССР: то соя должна была выручить страну, то кукуруза… Нет, я не против этих культур; я против того, чтобы трезвый расчёт подменялся идеологическими заклинаниями. Из той же популистской оперы – озвученное 25.05.2020 намерение сформировать в РБ новое правительство до «выборов» 09.08.2020. Видимо, Сергей Румас & Co. будут принесены в жертву коронакризису.

Картинка отсюда

Никто не утверждает, что бел. министры работали идеально, но ведь и двух лет не прошло с очередного «перетраха»… По моему скромному мнению, такие «наезды» на своих подчинённых, как поза-позавчерашний, лишь вредят репутации государства, в т. ч. за рубежом. Неужели и теперь чиновнички («овощи» из анекдота от Максима Галкина) не вспомнят о чувстве собственного достоинства? 🙂

Спасаться жителям Тутэйшии в ближайшее время придётся, похоже, всё-таки самим: хорошо, если «горе-руководители» (С) не будут путаться под ногами.

Вольф Рубинчик, г. Минск

28.05.2020

wrubinchyk[at]gmail.com

Опубликовано 28.05.2020  17:14

СТРАННОСТИ В БОБРУЙСКЕ

Бобруйская медсестра: «Даже медики не знают числа заболевших в городе»

24 мая 2020

Как работается в период пандемии медсёстрам, сколько им платят за контакты с пациентами с ковид-19, как часто делают тесты, насколько они обеспечены средствами защиты и как мы с вами можем им помочь? На все эти вопросы ответила одна из медсестёр больницы имени Морзона, на условиях анонимности.

– Вам приходится контактировать с пациентами с ковид-19?

– В первое время к нам привозили контактных, а сейчас всех отправляют в центральную больницу – даже людей с температурами.

– Ваши пациенты ответственно относятся к вопросу защиты от вируса?

– В нашей больнице некоторые отделения закрыты, но люди всё равно приходят туда без масок! Поражает, когда некоторые приходят с масками на подбородке. Делаешь замечание: “Надевайте правильно”. Отвечают: “Я в них не верю”, или: “Мне так дышать неудобно”. Отвечаем, что сами сутками в них находимся, нам тоже неудобно, но терпим.

А есть и такие, кто понимает серьёзность ситуации, сами просят не класть их в больницу, чтобы не рисковать. Но безалаберных хватает.

Однажды в нашей больнице был прямой контакт в приёмном отделении. Медики закрыли дверь и ждали “скорую”, чтобы контактного пациента госпитализировали в инфекционку. Ждали часа два. И всё это время люди рвались туда, стучали, чтобы их приняли. Им объяснили: “Здесь контактник”. Они: “Нам всё равно. Сколько мы можем ждать? Вы не работаете!”. А когда “скорая” забрала человека, туда, естественно, сразу никого не пускали, потому что кварцевались. Ожидающим предложили перейти в другой кабинет, и снова сопротивление: “А нам в этом удобно!”.

– С чем связана такая беспечность?

– Тяжело сказать. У нас много что скрывается, видимо поэтому люди не верят в опасность болезни. Если бы вся информация была открыта и люди всё знали, они в тех же магазинах не ходили бы без масок.

– Советуете ходить в магазин в маске?

– Да. Можно заразиться и в магазинах, и в общественном транспорте, и в аптеках. На улице можно ходить без масок. Но когда заходите в помещение, где большое скопление людей, лучше надеть.

– Как у медиков со средствами защиты, всего хватает?

– Нам выдают маски. Одну, одноразовую, на смену. На 12 часов рабочего времени. А они должны меняться через каждые два-три часа.

А если был подтверждённый контактник, нужно с себя полностью всё снимать!

Также нам выдают щитки и шапочки, и одноразовые костюмы – они для нас стали многоразовыми. Носим, пока не порвутся: стираем, гладим, вешаем под кварцлампу. Ещё нам выдали большие противочумные костюмы, по размеру они подходят не всем. И тем, у кого маленький рост, приходится их подшивать, подлаживать. Та же история с перчатками: они есть, но если у медсестёр маленькие руки, им приходится самим покупать их по размеру. Респираторы дают не всем.

– Вам страшно?

– Да, конечно. Страшно принести вирус домой, заразить детей и близких людей.

– В Бобруйске есть медики с ковид-19?

– Да, есть. Их довольно много, но точную цифру нам не говорят.

– То есть даже вы, медики, не знаете реальную ситуацию по Бобруйску?

– Да. Нам ничего не говорят. Но некоторые отделения в нашей больнице закрыли. На карантине 2-я кардиология, и 1-я на подходе, нефрологическое отделение, пульмонологическое по второму кругу, хирургия, детская хирургия, ЛОР-отделение. И там тоже болеют врачи, медсёстры и санитарки.

Конечно, это естественный процесс – если в больницу попадает пациент с ковид-19, от него может заразиться и медперсонал.

Примечание: На сайте УЗ “Бобруйская городская больница скорой медицинской помощи имени В.О. Морзона” сообщается, что “…с целью профилактики распространения COVID-19 введены карантинные мероприятия. Временно прекращены плановая госпитализация, плановые консультации узких специалистов, в т.ч. врача-оториноларинголога, врача-офтальмолога, главных специалистов города, а также оказание платных медицинских услуг. Введен временный запрет на посещение пациентов, передачи принимаются в приемном отделении учреждения с 11.00 до 15.00, с 17.00 до 19.00. При обращении в учреждение необходимо соблюдать масочный режим”.

– Как у вас с зарплатой, есть доплаты “за вредность”?

– Пока доплат нет. Даже несмотря на то, что приходилось контактировать с заражёнными. Ничего не добавили, ни копейки. Скажу больше, даже девочкам в рентген-кабинете, которые делают снимки лёгких, ещё меньше зарплату дали.

– Медиков всё чаще обвиняют в том, что не могут и слова сказать, терпят, боятся потерять работу. Вы с этим согласны?

– Я не боюсь потерять работу. С этой ситуацией… Нас не ценят. Даже обычные люди. Иногда выходишь в этой защите с ног до головы, чтобы обслужить пациентов, которых привозят на “скорой” – а мы их должны принять в первую очередь. И плановые пациенты, зная, что их всё равно положат, начинают выступать, возмущаться.

В “Морзоновке” сейчас работают отделения от БЦБ, детской больницы – очень большая нагрузка! К нам свозят и судорожных больных, и детей, и жертв ДТП с черепно-мозговыми травмами или сотрясениями. Очень много людей, и многие не осознают весь объём нашей работы.

Нам говорят: “Вы тут ничего не делаете, зарабатываете много денег, вам выдали!”. Верят в то, что нас засыпали деньгами во время пандемии. От некоторых слышала такое: “Вы себе уже квартиры новые все купили!”. Какие квартиры? Зарплата медсестры 400 рублей. Как прожить на эти деньги?

И это зарплата с учётом того, что медсёстрам приходится выходить не только в свои смены. Потому что кто-то на больничном, нужно заменять. Иногда приходится из других отделений привлекать медсестёр, рук не хватает… И всё равно люди говорят, что мы ничего не делаем.

– Вам делают тесты на ковид-19?

– Совсем недавно нам сделали тесты первый раз, и то пришлось их с криками выбивать. Результаты ещё не готовы.

– То есть, теоретически медики могут болеть бессимптомно и ходить на работу?

– Да. Есть такая вероятность.

– Как бобруйчане могут помочь медикам и себе?

– Носить маски, соблюдать личную гигиену. И если чувствуете себя плохо, вызывайте врача на дом, не идите в поликлинику, чтобы случайно не заразить других. Тем более, фельдшеры сейчас делают мазки на дому.

Также, если у вас проблема, которая терпит, или хроническое заболевание – лучше посидеть дома. Потому что вы можете прийти к нам с небольшой проблемой, а уйти с ковид-19, заразившись в больнице.

Автор новости: А. Л.

Источник: гугл-кэш страницы частного бобруйского интернет-портала

Кому пандемия, а кому и хайп. В интернете появились фейковые новости о работе СМП им. В.О. Морзона

25 мая 2020 в 16:28

В выходные на одном из бобруйских новостных интернет-порталов появилось интервью с медсестрой-анонимом, которая, если верить изданию, работает в УЗ «Бобруйская городская больница скорой медицинской помощи имени В.О. Морзона». В интервью она высказала свое недовольство нехваткой средств индивидуальной защиты, начислением заработной платы, и тем, что в медицинское учреждение, не профилированное под лечение COVID-19, поступают инфицированные пациенты…

Публикация получила отклики, причем, весьма неоднозначные. Комментарии под материалом оставляли, к слову, другие медики Бобруйска, причем, они явно противоречили интервью медсестры-анонима. Вот отрывок одного из комментариев: «… А про оснащение… У нас выдали каждому по 2 комбинезона, халаты из гуманитарки, одноразовых масок – завались. Марлевых по 4 шт. каждому. Шапочек хватает, перчаток хватает. Щитки на смену каждому есть… …Все зависит, кто как смотрит на происходящее. Надо уметь не только требовать и жаловаться, но и понимать и принимать сложившуюся ситуацию…»

Мнения, как видно, разделились. Чья правда? Пролить свет на положение дел помог главный врач УЗ «Бобруйская городская больница скорой медицинской помощи имени В.О. Морзона» Владимир Белогуров.

– Владимир Валентинович, это правда, что у вас лечатся инфицированные коронавирусом пациенты?

– Информация, размещенная на интернет-портале и в мессенджерах, не соответствует действительности. Наше учреждение не оказывает медицинскую помощь пациентам с COVID-19. Нужно понимать, что мы оказываем экстренную помощь, и с учетом пандемии, безусловно, мы работаем со всеми поступившими пациентами, как с потенциально инфицированными. Поэтому соблюдаем все меры предосторожности и защиты.

– А что насчет карантина?

– У нас введены временные карантинные мероприятия: прекращены плановые госпитализация и консультация. Сейчас мы оказываем экстренную медицинскую помощь. Тем не менее, информация, которая была размещена на интернет-ресурсах, не соответствует действительности: ни хирургическое отделение, ни детская хирургия, ни ЛОР никогда не были на карантине. Пишут, что и пульмонология, якобы, тоже на карантине. Это не правда.

– Хватает ли в учреждении средств индивидуальной защиты для медперсонала?

– Они есть и в достаточном количестве, запасы постоянно пополняются. Ими обеспечены все медицинские работники. Как минимум два раза в неделю мы посылаем санитарный транспорт на РУП «Медтехника» и РУП «Белфармация» для доставки средств индивидуальной защиты. На данном этапе у нас 74 тысячи масок. А это месячный запас для нашего учреждения. Дефицита уж точно нет.

– А что касается выплат, предусмотренных Указом Президента №131?

– В нашем учреждении создана и работает комиссия по установлению стимулирующих выплат. У нас есть специалисты, которые ездят на консультацию в инфекционный госпиталь, который расположен сейчас на базе Бобруйской центральной больницы. Там они могут контактировать с инфицированными COVID-19 или с контактами 1-го уровня. Соответственно, всем, кто оказывает такую медицинскую помощь, безоговорочно производится оплата по 131 Указу. Что касается средней заработной платы, у средних медработников она составила 1009 рублей за апрель, и никак не может составлять 400 рублей, как указали интернет-ресурсы. И хотелось бы добавить: во время этой пандемии медицинским работникам, я считаю, необходимо говорить слова благодарности, а не вбрасывать такую информацию, которая не является действительностью.

Источник: газета «Бабруйскае жыццё»

Бобруйский сайт вынудили удалить интервью с медсестрой, которая рассказала о работе с COVID-19

27.05.2020

Материал под названием «Бобруйская медсестра: “Даже медики не знают числа заболевших в городе”» вышел на портале bobr.by. В нём женщина из местной больницы на условиях анонимности рассказала, как изменилась её работа из-за эпидемии. Бобруйские власти и главный врач больницы заявили, что всё это ложь, и угрожали порталу судом, если интервью не удалят.

Судиться редакция не захотела, поэтому материал исчез с сайта. Прокомментировать ситуацию для службы мониторинга ОО «Белорусская ассоциация журналистов» руководство портала bobr.by отказалось.

Источник: baj.by; перевод с бел.

От belisrael. Мы – за свободу слова, поэтому публикуем здесь высказывания разных заинтересованных сторон. Безусловно, коллективы больниц во главе с главврачами заслуживают благодарности за напряжённую работу в трудное время. Вместе с тем мы не заметили в интервью «медсестры-анонима» ни «хайпа», ни «фейковых новостей»; полагаем, что газете Бобруйского горисполкома следовало бы осторожней употреблять новомодные словечки.

Вероятно, собеседница bobr.by назвала «карантином» ограничительные меры в отделениях больницы, которые формально карантином могли и не являться. Но это не причина для угроз и удаления статьи из общего доступа… Рассказ о «средней зарплате по больнице» звучит неубедительно, т. к. не представлено доказательств, что ни одна медсестра не была обижена при начислении надбавок (распределения cредств индивидуальной защиты это тоже касается). Ну и заявление «Наше учреждение не оказывает медицинскую помощь пациентам с COVID-19» никак не противоречит опубликованному на bobr.by: «В первое время к нам привозили контактных, а сейчас всех отправляют в центральную больницу».

Хотелось бы знать, что наши читатели думают обо всём этом.

Опубликовано 27.05.2020  17:27