1.

По данным ЦСУ СССР, в 1923 г. в БССР жило 447 667 евреев. Еврейское население примерно в равных количествах проживало в окружных городах (36,3%), в местечках (30,7%) и в сельской местности (33%). По округам это распределялось следующим образом [1]%:

Таблица N1

Сельская Округа Окружные города Местечки местность

Бобруйский 19 619 23 481 24 361

Борисовский 7 212 10 143 11 951

Витебский 39 714 15 386 11 776

Калининский (Климовичский) 2 588 16 541 19 481

Минский 48 312 14 455 12 116

Могилевский 16 748 13 974 17 913

Мозырский 5 655 13 025 19 881

Оршанский 6 896 16 586 13 475

Полоцкий 7 463 6 219 16 687

Слуцкий 8 277 7 795 нет данных

В течение последующих трех лет ситуация существенно изменилась, что было связано с реформой административно-территориальной системы в республике. В соответствии со Всесоюзной переписью населения на 17 декабря 1926 г. все население БССР составляло 4 983 240 человек, в том числе белорусы — 4 017 301, евреи — 407 059 (8,2 %), русские — 388 806, поляки — 97 497, прочие — 77 577 [2].

Основная часть евреев традиционно была городскими жителями: в городах и местечках проживало 340 162 еврея (белорусов — 332 860) [3], в сельской местности насчитывалось 66 897 евреев (белорусов — 3 684 441) [4]. Процент городского еврейского населения по округам в 1926 г. колебался в значительных размерах: Гомельский — 93,7, Витебский — 93,0, Минский — 92,8, Могилевский — 81,2, Бобруйский — 7,7, Оршанский — 79,4, Полоцкий и Калининский —по 78,8, Слуцкий — 77,1, Речицкий — 72,3, Борисовский — 72,1, Мозырский — 64,2 [5].

Наибольшая скученность еврейского населения, как и раньше, наблюдалась в местечках, где они в первые годы НЭПа еще имели прочную экономическую базу. В 1926 г. в 56 зарегистрированных местечках жило 24,8% всего еврейского населения республики, а в некоторых из них оно составляло большую часть всех жителей: Щедрин — 91,1%, Корма и Паричи — по 71,4%, Краснополье — 67,3%, Узда — 62,5%, Яновичи — 62,4% [6]. Достаточно высоким был процент еврейского нселения в больших городах, хотя распределение было и неравномерным: Мозырь — 61,3, Бобруйск — 42,0, Минск —40,8, Витебск — 37,5, Гомель — 35,5, Могилев — 34,1, Полоцк — 31,7, Орша — 30,8 [7].

2.

Первая мировая и последовавшая за ней гражданская войны, разрушившие промышленность и пути сообщения России и СССР, свели на нет социально-экономическую основу существования сотен тысяч евреев, занимавшихся торговлей сельскохозяйственными продуктами и посредничеством между городом и деревней (в Беларуси доля предпринимателей-евреев в частной торговле составила 90%). Однако после революции 1917 г. внутреннюю и внешнюю торговлю монополизировало государство, что привело к вырождению и распаду еврейского местечка в Беларуси и на Украине. В небольших городах и местечках росла безработица, и около полумиллиона евреев в поисках средств к существованию переместилось в крупные города Украины, Беларуси и России.

В 1928 г. в Беларуси до 72% местечковых евреев, лишившись традиционных занятий (ремесленничество, кустарничество и пр.), не работало, существуя на случайные мизерные доходы, достигавших нередко 4 рублей в месяц. Нищета же способствовала росту преступности в стране, в том числе, и в еврейской среде, что в значительной мере подпитывало антисемитские настроения в обществе [8].

Особенно остро вопрос борьбы с антисемитизмом встал в конце 20-х – начале 30-х гг. Так, 15 декабря 1928 года была принята специальная директива Бюро ЦК КП(б)Б по этому вопросу. На протяжении 1929 г. был зарегистрирован ряд антисемитских акций, которые стали предметом специального разбирательства партийных органов. В частности, 21 мая 1929 г. на Объединенном заседании бюро Гомельского окружкома КП(б)Б и Президиума ОКК было рассмотрено антисемитское выступление в Жлобине. Издевательства рабочего Зарубо над грузчиком-евреем Стоупнером, которые продолжались полтора года и носили систематический характер, были расценены как «ярко выраженная вылазка классового врага, выступившего под маскою антисемитизма» [9].

Бытовой антисемитизм в те годы был достаточно обычным явлением, а в результате, «все видели ежедневные издевательства над Стоупнером и никто не реагировал, считая это обычной шуткой» [10]. Это касалось не только рабочих артели, но и представителей администрации и парторганизации данного предприятия. И только после публикации в стенгазете факты проявления антисемитизма были рассмотрены на заседании месткома транспортников, а затем и бюро Жлобинского райкома партии.

В итоге, рабочий Заруба был уволен с работы, а дело по факту проявления антисемитизма было передано прокурору. За несвоевременное и недостаточное реагирование на события и их политическую недооценку членам бюро Жлобинского райкома партии был объявлен строгий выговор, а председатель группкома транспортников Мельников и председатель окружного правления союза транспортников Элькин были сняты с занимаемых должностей.

На заседании бюро Бобруйского окружкома КП(б)Б рассматривались события на Бобруйском деревообрабатывающем комбинате. В ходе проведённого расследования был выявлен целый ряд случаев антисемитизма. В частности, предметом разбора стало поведение рабочих Цивильки и Петровича.

В 1928 г. Цивилька избил рабочего-еврея при строительстве бетонного моста через реку Березину. В 1929 г., работая на Бобруйском комбинате, он называл рабочих-евреев не иначе как «жидами», однажды с криком «Бей жидов, спасай Россию!» напал с ножлм на рабочего Шендеровича, угрожал пристрелить рабочего Фуксона [11]. Цивилька и Петрович так избили рабочего Наймана, что тот попал в больницу. О Петровиче еще было известно, что он прославился своими антисемитскими выходками во время работы на кирпичном заводе и лесозаводах N6 и N7. Рабочий коллектив комбината «дал решительный отпор этому преступлению, осудив и выбросив виновных с предприятия» [12]. Одновременно было отмечено, что отдельные коммунисты, которые знали об этих событиях и даже были их очевидцами, а также руководители комбината расценивали эти проявления антисемитизма как случайное проявление хулиганства и не принимали никаких мер по предотвращению негативных последствий.

Факты проявления антисемитизма имели место и в последующие годы. Так предметом рассмотрения Бюро ЦК КП(б)Б 22 ноября 1933 г. было антисемитское нападение группы учащихся Славненской железнодорожной ФЗС Толочинского района на еврейскую школу. На Бюро ЦК КП(б)Б в качестве причины этого происшествия была отмечена «потеря классовой бдительности и полная политическая слепота в деле национально-культурного строительства со стороны партийной и комсомольской организаций Толочинского района» [13]. В результате Толочинский райком партии обязали созвать внеочередной пленум райкома партии, а заведующий агитпропа РК КП(б)Б Мельник и заведующий агитмассового сектора райкома Семенов были уволены с работы.

С целью борьбы с антисемитизмом, который расценивался как контрреволюционные акции, партийные органы готовили специальные материалы для агитаторов, пропагандистов и работников политпросвета — «Антисемитизм и борьба с ним». В них подчеркивалось, что «основная причина того, что удушливые газы антисемитизма просачиваются в среду трудящихся масс, — это трудности социалистического строительства, которые создают иногда почву для настроений недовольства и ропота. Антисемитизм бросают на наши «больные» места, он липнет туда, где есть безработица, неувязки, случаи разложения, экономические затруднения. Он пролезает в те слои рабочих, которые еще не имеют достаточной политической закалки — пришлые рабочие из деревни, чернорабочие, а также и безработные. Там, где низок культурный уровень, где процветает пьянство, где еще жив авторитет попа, ксендза, пастора — там имеется почва для антисемитизма. Точно также неблагоприятные условия —безработица, нездоровая служебная атмосфера, обывательская свара, наличие кое-где антисоветских элементов создают почву для проникновения антисемитизма в среду служащих» [14].

3.

Значительный процент еврейского населения Беларуси в 1920-е гг. (бывшие лавочники, мелкие ремесленники, служители культа, лица «чуждого социального происхождения» и др.) был объявлен «нетрудовыми элементами» и попал в категорию «лишенцев». Эти люди были лишены избирательного права, их ограничивали в приеме на работу и в получении жилья; их детей не принимали в высшие учебные заведения. Все это способствовало активному переселению этой категории евреев в поисках работы, главным образом, на промышленных предприятиях, в другие регионы СССР.

В Национальном архиве Республики Беларусь, в фонде Еврейского бюро Центрального Комитета Коммунистической партии (большевиков) Белоруссии хранится долгое время считавшийся секретным документ под названием «По вопросу о движении еврейского населения Белоруссии (по сравнительным данным переписи 1897, 1923 и 1926 гг.)». Вот некоторые фрагменты из этого документа:

«Согласно данным всеобщей переписи 1926 г., еврейское население Белоруссии (без Гомельщины) в сравнении с переписью 1923 г. сократилось на 105 тысяч человек, или на 25%, а учитывая естественный прирост — на 32%. Столь резкое сокращение еврейского населения в Белоруссии может быть объяснено или неточностью переписей 1923 г. и 1926 г., или массовым бегством еврейского населения из пределов Белоруссии. Такая массовая эмиграция еврейского населения из Белоруссии, в случае своего подтверждения свидетельствовала бы об усиливающемся ухудшении положения еврейского населения в Белоруссии и что те мероприятия, что партия осуществила для поднятия экономического положения беднейших слоев еврейского населения, оказались недостаточными.

Между тем, данные, имеющиеся в распоряжении Евбюро ЦК, а также ряд экспертных оценок свидетельствуют о противоположном, а именно: в результате принятых партий за последние годы мероприятий, положение в местечках улучшается. Таким образом, столь резкое уменьшение евреев из БССР остается необъяснимым, тем более, что статистическими данными оно не может быть подтверждено из следующего:

…При учете движения еврейского населения в период между 1897-1927 гг. необходимо учесть значительные эмиграционные процессы, которые за этот период происходили:

1) Эмиграция из пределов Белоруссии.

2) Движение из сельской местности в местечки и города.

3) Массовое переселение, имевшее место после уничтожения «черты оседлости», в остальные области БССР.

…Ввиду важности данного вопроса евбюро ЦК КП(б)Б считает, что данные переписи 1926 г. о нацсоставе населения Белоруссии (опубликованные ЦСУ), нуждаются в проверке» [15].

Невероятный процент евреев-»лишенцев» привел к тому, что советская власть предприняла попытку заново рассмотреть положение евреев. Переориентация их на занятия сельским хозяйством казалась единственным путем, при помощи которого советское общество смогло бы превратить «мелких посредников» в «трудящийся элемент» и спасти их от голода.

По представлению Совета Национальностей Президиум ЦИК Союза ССР принимает 29 августа 1924 г. решение об образовании «Комитета по землеустройству трудящихся евреев» (КОМЗЕТ) при Президиуме Совета Национальностей ЦИКа СССР. Меньше, чем через год, — 25 июля 1925 г. — было создано Белорусское отделение Общества по землеустройству трудящихся евреев в СССР (БЕЛОЗЕТ) [16].

4.

По состоянию на 25 марта 1926 г. в БССР имелись следующие еврейские сельскохозяйственные поселения:

а) в Бобруйском округе:

— артель «Дас Лебн» (272 десятины, 13 семей), — поселок «Лебн» (140 десятин, 15 семей), — «Национальный» (84 десятины, 15 семей), — поселок «Фрай» (90 десятин, 10 семей), — артель «Акер» (45 десятин, 5 семей);

б) в Борисовском округе:

— артель им.Мясникова (70 десятин, 6 семей), — «Фрайгайт» (60 десятин, 5 семей), — «Прищеповка» (86 десятин, 8 семей), — поселок в одной версте от м.Черея (33 десятины, 5 семей);

в) в Калининском округе:

— артель «Блыунг» (77 десятин, 7 семей);

г) в Минском округе:

— артель «Надежда» (50 десятин, 6 семей), — артель в урочище «Поляны» (32 десятины, 4 семьи);

д) в Оршанском округе:

— артель «Красный Октябрь» (110 десятин, 9 семей), — артель «Ларионовка» (124 десятины, 9 семей), — артель «Новый быт» (40 десятин, 4 семьи), — поселок в Марковщине (71 десятина, 15 семей), — поселки в Визно и «Красная Слобода» (107 десятин, 24 семьи) [17].

Основные даты создания еврейских сельскохозяйственных коллективов: 1918-1919, 1925 и 1928, причем в 1928 г. их появилось наиболее значительное количество. Число еврейских сельхозартелей коммун и садоводческих обществ было приведено в изданном в Минске еврейским сектором АН БССР статистическом сборнике «Евреи в БССР» (1930, идиш, данные по состоянию на 1 июля 1929 г.).

Согласно существовавшему в то время административному делению республики, в восьми округах насчитывалось 235 еврейских сельхозколлективов, в которых числилось 8 538 членов. За этими хозяйствами было закреплено 32 342 гектара земли.

Таблица N2

Название округа Количество Количество Земельный

хозяйств членов надел округа

Бобруйский 46 1748 12253 га

Витебский 17 540 1199 га

Гомельский 22 1022 2815 га

Минский 56 1574 4726 га

Могилевский 36 1689 5075 га

Мозырьский 15 613 2622 га

Оршанский 29 913 2581 га

Полоцкий 14 439 1071 га

По количеству участников еврейские сельскохозяйственные коллективы не были крупными хозяйствами: в среднем, число их членов не превышало 100 человек (в большинстве же работало от 7 до 20 членов) и в руках у них были весьма небольшие наделы земли. К примеру, садово-огородные хозяйства с одинаковым названием «Труд « в Житковичах и Озаричах Мозырского округа имели (соответственно) 5,5 и 3,75 гектаров земли. В Минском округе самым крупным хозяйством была артель им. Воровского, образованная еще в 1925 г.: она насчитывала 57 человек и владела 304 гектарами земли. Самым крупным еврейским хозяйством республики была артель им.1-го Мая в Жлобинском районе (602 га).

Механизация труда была очень слабой. Во всех еврейских спельскохозяйственных коллективах насчитывалось всего 12 тракторов, 152 сеялки, 151 жатка, 152 молотилки. Посевные площади, в основном, занимали зерновые культуры, значительный процент обрабатываемой земли был отдан посевам травы, и лишь в немногих хозяйствах занимались посевом технических культур. Садоводство составляло во многих хозяйствах серьезную статью дохода. В основном, садоводством занимались в Мозырском и Гомельском округах. Во всех хозяйствах занимались животноводством, но только в единичных хозяйствах (вопреки национальным традициям) были свинофермы.

На съезде еврейских крестьян Беларуси (1928 г.) отмечалось, что в республике сельским хозяйством в артелях занимаются 7 915 еврейских семейств (около 40 000 земледельцев). Только за три последних года,— отмечалось на съезде,— в Беларуси землеустроилось 1867 новых еврейских семейств. В целом в то время в республике насчитывалось 170 еврейских сельскохозяйственных кооперативов. Следует признать, что это был весьма серьезный показатель, ибо еврейские кооперативы уже тогда составляли 40% всех сельхозколлективов Беларуси республики. Еврейские земледельцы республики обработали 53 000 гектаров пашни и 50 000 десятин мелиорированной земли.

5.

С 1921 г. в БССР было четыре государственных языка: белорусский, русский, еврейский (идиш) и польский. Постановлением ЦК КП(б)Б от 15 июля 1924 г. было подтверждено провозглашенное четырьмя годами ранее их равенство.

На 1 января 1926 г. в Компартии Белоруссии почти каждый четвертый член партии был евреем: 3 992 человек — 23,4%. В высшем законодательном органе республики (ЦИК БССР) в 1925 г. было 14% евреев, то в 1929 г. — 20,7%. Согласно данным, приведенным в докладе ЦКК и РКИ на ХV съезде партии (декабрь 1927 г.) в БССР среди работников управления насчитывалось 30,6% евреев [18].

В августе 1920 г. при Центральном Бюро Коммунистической партии (большевиков) Белоруссии было создано Главное бюро еврейских секций [19], которое приостановило свою деятельность в январе 1930 г. Ответственным секретарем еврейского бюро ЦК КП(б)Б, кандидатом в члены и членом Бюро ЦК Компартии Белорусии в 1925-1930-м гг. был Абрам Григорьевич Бейлин.

Евбюро ЦК КП(б)Б поддержало (а ряде случаев и само инициировало) аресты руководителей и участников сионистских организаций в 1924-1925 гг. С 13 марта по 1 мая 1924 г. по всей стране было арестовано 3 500 сионистов, главным образом, молодежь от 17 до 23 лет (на Украине до 2 сентября 1924 г. было взято под стражу до 2 тысяч человек, в Белоруссии до 2 февраля 1925 г. — 500). Наиболее активных сионистов в административном порядке ссылали на Урал, в Сибирь, в Среднюю Азию [20].

Число еврейских местных советов в Белоруссии, языком которых был идиш, доходило в 1927 г. до 20, а в 1932-м —до 31. В республике было 10 судов, где судопроизводство велось на еврейском языке (на Украине — 46, в РСФСР — 11).

В 1924/25 учебном году в БССР работало 87 начальных и 42 семилетние еврейские школы с обучением на идиш, в которых занималось 19 тыс. учащихся, но уже в 1926/27 учебном году количество начальных школ возросло до 147, а семилетних —до 53. В них обучалось 24 тысячи учащихся.

В 1921 г. в Минске и Витебске были открыты еврейские педтехникумы. Через четыре года такой же техникум был создан в Гомеле. В трех педтехникумах занималось около 500 студентов. В республике работали еврейские отделения рабфака БГУ, витебского рабфака, кафедра еврейского языка Горецкой сельскохозяйственной академии, еврейское отделение педфака Белорусского государственного университета, еврейская секция этнолого-лингвистического факультета БГУ, еврейский зоотехникум в Минске (в Курасовщине), еврейское отделение Витебского художественного техникума. В 1930-е годы имелись еврейские секции на социально-экономическом и литературно-лингвистическом факультетах Высшего педагогического института в Минске, еврейское отделение историко-литературного факультета Витебского пединститута. (В конце 1930-х гг. еврейское образование в БССР было фактически ликвидировано).

В июле 1924 г. был учрежден еврейский отдел Института белорусской культуры. В декабре 1928 г. он был преобразован в еврейский сектор Белорусской Академии наук. В 1932 г. на базе еврейского сектора БАН создается Институт еврейской пролетарской культуры. В 1935 г. в системе Белорусской Академии наук был организован Институт национальных меньшинств, ликвидированный уже в следующем году.

В Минске существовали государственные еврейские театрально-концертные коллективы: Белорусский государственный еврейский театр (БелГОСЕТ), во главе с Михаилом Рафальским (открыт 21 октября 1926 г.) и еврейская хоровая студия под руководством композитора Самуила Полонского в составе 55 певцов (создана в 1929 г.).

В БССР издавались еврейский ежемесячный литературный журнал «Штерн», двухнедельный журнал «Дер юнгер арбетер», ежедневная газета «Октябрь», еврейская пионерская газета «Дер юнгер ленинец». В 1927 году в Минске было издано 15 названий еврейских книг, в 1928 — 36, в 1929 — 55 названий. Классиком белорусской литературы стал еврей Змитрок Бядуля (Самуил Плавник).

Вторая половина 1920-х – первая половина 1930-х годов стали периодом расцвета еврейской культуры Белоруссии. Еврейская секция при Союзе писателей БССР насчитывала более 40 членов. Наиболее талантливыми из них были поэт Изи Харик и Зелик Аксельрод, прозаик и поэт Моисей Кульбак. Все они стали жертвами сталинских репрессий. Еврейская культура Белоруссии дала миру таких известных художников как Марк Шагал, Хаим Сутин, Иегуда Пэн, Соломон Юдовин, Меир Аксельрод.

6.

После Рижского мира за Виленским, Новогрудским, Полесским и большей частью Белостокского воеводства, которые отошли к Польше, закрепилось неофициальное название «Западная Белоруссия». В 1931 г. здесь проживало 4,6 млн. человек. 10-11% из них были евреями.

Исследователь Н.Воляцик в своей статье, опубликованной на английском языке в Мюнхене в 1956 г., пришел к выводу, что в 1941 году население Западной Беларуси составляло 5 млн.чел., в т.ч. 640 тысяч евреев — 12,8%. По данным Н.Воляцика, 50 тысяч евреев жило в Белостоке и около 90 тысяч — в районах Белостокской области, которые в 1941 г. были в составе БССР, но отошли к Польше в 1944 г.

В 1921-39 гг. в Польше оживилось профсоюзное и культурно-просветительное движение среди евреев, возобновилась активность существовавших еврейских политических партий и образовалось несколько новых. Среди наиболее массовых и влиятельных партий и организаций, действовавших в Западной Беларуси, были Бунд, «Поалей-Цион», «Объединение еврейских женщин», «Организация ортодоксальных евреев в Польше».

В середине 30-х гг. евреи Польши ощущащли на себе антисемитское давление общества. В стране велась большая антиеврейская пропаганда, результатом которой стали еврейские погромы — 15 мая 1936 г. в Бпесте и 18-20 сентября 1939 г. в Гродно. (Ряд польских историков пытаются отрицать сам факт этих погромов).

По переписи января 1939 г. в БССР проживало 375 тысяч евреев. В сентябре 1939 г., после нападения Германии на Польшу, к БССР была присоединена территория Западной Беларуси. Спасаясь от фашистского геноцида, из Польши бежало около 200 тысяч евреев. Большая их часть (около 120 тыс.) мигрировали на территорию Западной Беларуси, которая в сентябре 1939 г. была занята Красной Армией.

Трудоустройство беженцев стало серьезной проблемой властей. В Белостоке оказалось значительное количество еврейской творческой интеллигенции. В городе было создано временное управление по организации театральных сил. На должность инспектора была назначена великолепная еврейская киноактриса Нора Нэй, родина которой находилась в Волковыске [21]. В декабре 1939 г. был налажен конкурс-отбор наиболее способных музыкантов, певцов и танцоров. По итогам конкурса молодой пианист Филяр был направлен для продолжения учебы во Львов, балерины Рейзен и Вайнберг — в Белорусский государственный театр оперы и балета, актеры Бекер и Зигельбаум — в Государственный еврейский театр БССР.

В конце 1939 г. Управлением по делам искусств при СНК БССР было принято решение организовать Еврейский областной театр в Белостоке. Коллектив театра формировался из двух групп: еврейских актеров из Польши и основного творческого ядра бывшего Еврейского государственного драматического театра в Баку. Театр возглавил Цейтлин, режиссерами в нем работали А.В.Маревский, И.М.Миндлин, А.М.Крамер, Е.И.Бергольский [22]. Первыми премьерами стали драма Переса Маркиша «Семья Овадис» (постановка А.Маревского), комедия Шолом-Алейхема «Кровавая шутка» (постановка А.Крамера) и музыкальная комедия Гершензона «Гершеле Острополер». Кроме произведений еврейских авторов, в репертуаре театра были пьесы Шекспира, Гольдони и Корнейчука.

Кроме еврейского драматического театра в Белостоке работали еврейский передвижной театр и театр миниатюр. В эти дни в Белостоке был создан Государственный джаз-оркестр БССР, который возглавил трубач Эдди Рознер. В составе Белостокской филармонии работали дирижеры Хайкин и Шаевич, скрипачи Гольдштейн и Бернштейн [23].

При управлении Союза советских писателей БССР с 8 июля 1940 г. были открыты курсы начинающих поэтов и писателей. На этих курсах обучались молодые еврейские поэты и писатели П.М.Бинецкий, Ш.М.Гурштейн и И.Б.Барухович [24]. В Белостокском клубе писателей Совет клуба (Э.Кагановский, Д.Сфарда и Ш.Шейнберг) совместно с Оргбюро ССПБ проводили обсуждение новых произведений и творческие вечера писателей. Так, в мае-июне 1940 г. были организованы литературные вечера поэта Б.Геллера, новеллиста Э.Кагановского и писателя М.Бурштына. 10 августа 1940 г. на своем творческом вечере Д.Мицмахер прочитал свою новую комедию «Налевки», а 13 августа был проведен творческий вечер Ури Финкеля, автора биографий классиков еврейской литературы Менделе Мойхер-Сфорима и Шолом-Алейхема [25].

В сентябре 1940 г. писатели Западной Беларуси создали в Белостоке бюро — отделение Союза писателей БССР. 22 сентября 1940 г. в состав ССПБ были приняты Давид Сфарда, Эфроим Кагановский, Иосиф Окрутный, Иосиф Рубинштейн, Давид Мицмахер, Бинэм Геллер, Ицхок Янасович и др. [26].

Школьная реформа, которая проводилась в Западной Беларуси, привела к некоторому сокращению количества еврейских школ. Так, если в сентябре 1939 г.было 263 еврейских начальных школ (из общего количества начальных школ — 6199), то уже спустя 4 месяца их осталось 150. Уменьшилось и общее число начальных школ — до 5533 [27].

Партийные органы осуществляли серьезный контроль за деятельностью творыеской интеллигенции Западной Белоруссии, которая в качестве платы за то, что советская власть приютила ее, должны были восхвалять окружающую действительность и политику партии. Касалось это и еврейской творческой интеллигенции. Так, композитор Фрейдзон, написавший симфоническую поэму, представил ее в сентябре 1940 г. под названием «Освобождение».

Для более действенной идеологической обработки населения в ряде наиболее значительных населенных пунктов была налажена работа радиоузлов. В Белостоке в месяц выходило 26 выпусков передач на общественно-политическую тематику на русском языке, по 13 — на еврейском и польском языках, а в Гродно соответственно 16 выпусков на русском и по 4 на еврейском и польском языках [28].

Уже в начале октября 1939 г. библиотечный коллектор СССР направил в Западную Беларусь 20 библиотечек книг и брошюр общественно-политического содержания, в которых центральное место занимали Конституции СССР и БССР, Краткий курс истории ВКП(б) на русском, белорусском, еврейском и польском языках, а также книги советских еврейских писателей [29]. Одновременно предусматривалось изьятие из библиотек общественного пользования и книготорговой сети Западных областей БССР «идеологически вредной» литературы. Так, согласно приказа Главлита БССР от 31 января 1940 г. в число книг, подлежащих изъятию, входили и около 60 книг и брошюр на еврейском языке, среди которых были работы Бориса Пильняка, Изи Харика, Бруно Ясенского, Мелеха Равича, Хаима Вейцмана, Льва Мелаха, Бенциона Рубинштейна и др.

ИСТОЧНИКИ:

1. Иоффе Э.Г.Страницы истории евреев Беларуси. Мн., 1996, с.87.

2. Белорусская ССР в цифрах. Мн., 1929, с.56, табл.4.

3. Там же. с.62, табл.7.

4. Там же.

5. Евреи в СССР. М., 1929, с.48.

6. Там же. С.51.

7. Там же.

8. Аманжолова Д.А. «Горячо живу и чувствую…». Петр Гермогенович Смидович. Опыт исторического портрета. М., 1998, с.273, 276.

9. Национальный архив Республики Беларусь (НАРБ). Ф.4, оп.7, д.281, л.1.

10. Там же, л.2.

11. Там же, л.62.

12. Там же.

13. Там же. Оп.3, д.76, л.442.

14. Там же. Оп.7, д.281, л.92.

15. По материалам НАРБ.

16. НАРБ. Ф.11, оп.1, д.29, лл.5,11-13.

17. Там же. Ф.4, оп.10, д.39, лл.160-161.

18. Костырченко Г.В. Тайная политика Сталина. Власть и антисемитизм. М., 2001, с.54.

19. По материалам НАРБ.

20. Костырченко Г.В. Указ. соч., с.79.

21. НАРБ. Ф.4, оп.21, д.2020, л.1.

22. Лiтаратура i мастацтва, 1940, 3 лiпеня.

23. НАРБ. Ф.4, оп.21, д.2020, л.9.

24. Лiтаратура i мастацтва, 1940, 11 лiпеня.

25. Лiтаратура i мастацтва, 1940, 31 жнiуня.

26. Лiтаратура i мастацтва, 1940, 28 верасня.

27. НАРБ. Ф.4, оп.21, д.1521, л.21.

28. Там же, д.2020, лл.10,50.

29. Лiтаратура i мастацтва, 1939, 3 кастрычнiка.

Сборник научных и публицистических работ «Беларусь в ХХ веке», 2004 Вып.3

Опубликовано 17 февраля 2010,  16:16