NAZA и быказа-рогаза.
Прекраснодушный и уважаемый Антон Долин написал, что фильм NAZA стоило показать в Венеции.
Дорогие друзья, я так увлеклась кино, что того и гляди, что-нибудь сниму. Давайте представим, что через три года после 24 февраля я снимаю фильм об украинской армии. Продюсирует его Александр Ефимович Роднянский. Ну а что? Дайте помечтать! Если уж проваливаться на Венецианском фестивале, то при поддержке человека, который сумеет провал организовать и профинансировать.
Итак, пришла пора предъявить миру нашу работу.
Мы привозим фильм в Венецию. Зал полон критиков, продюсеров и людей с голой спиной, которые уже заранее знают, что увидят не кино, а важное высказывание. Это гораздо удобнее. Кино приходится смотреть, а важному высказыванию достаточно сочувственно кивать. На NAZA вон дед рядом со мной уснул на 15 минуте. Но уснул с чувством великого нравственного удовлетворения.
Свет гаснет. Экран зажигается.
В тёмной комнате рядом со мной сидит чувак в полумаске. Изменённым голосом — чтобы кровавый ГУР не дотянулся — он представляется украинским военным.
Документы забыл в машине. Лица не видно. Воинскую часть он не называет. Фамилию командира не помнит. Где служил — секрет. Когда служил — тоже секрет. Был ли он вообще военным — вопрос оскорбительный и выдаёт в задавшем его агента Кремля.
Зато он говорит страшные вещи.
Например, что при ударах по российским НПЗ СБУ заранее подсчитывает сопутствующий ущерб. Пять погибших гражданских — допустимо. Сто — уже многовато, тогда не бьём.
— а как вы подсчитываете?
— а вот так, — военный берет салфетку, — в столбик.
Но иногда, признаётся он, после очередного удара баллистической ракетой по Киеву его так захлёстывает месть, что он входит в азарт и может не удержаться.
— И сколько вы можете ухлопать в таком состоянии? — спрашиваю я.
— Десяток, — отвечает полумаска. — Но это если очень рассержусь.
Появляется второй мистер Х. Он тоже в маске. Возможно, это тот же, просто пересевший на другой стул.
Мистер Х рассказывает, что при обстреле Белгорода погибли пятеро мирных жителей и теперь он чувствует себя убийцей.
Он знал, что рядом с ТЭЦ живут гражданские. Знал, что там ходят женщины, дети и мужчина с пакетом из «Пятёрочки». Но не смог удержаться: уж больно цель была хороша.
Следом появляется третий украинский военный. Тоже в темноте. Тоже в маске. И тут я предъявляю ему самый страшный эпизод фильма.
— А таджика вы зачем ухлопали, когда по складу Wildberries били? Таджик был ночным сторожем. Таджикистан вообще не при делах!
Военный долго молчит.
— Да, — наконец говорит военный. — Я как-то не подумал. Жаль таджика. Но кто их там разберёт: при делах он или не при делах… про одного тоже думали, он не при делах, а он из Единой России оказался. Водопроводчик ихний в офисе.
Ни фамилий, ни удостоверений, ни воинских частей, ни приказов, ни записей переговоров, ни баллистических экспертиз. Только маски, темнота и честные глаза, которых, впрочем, тоже не видно.
Параллельно камера показывает мирную жизнь карпатского села.
Украинцы доят корову. Старушка несёт молоко. Ребёнок гладит козу. Корова смотрит в объектив с выражением Евгения Цыганова.
Затем — кофейни Черновцов. Красивые молодые люди пьют флэт-уайт, смеются и фотографируют сырники. Монтаж безжалостен: вот в Белгороде три человека отдали богу душу, а вот украинка кладёт в кофе овсяное молоко. Всё ясно. Цинизм украинской военщины доказан.
Обстрелов Киева в картине нет. Бучи нет. Мариуполя нет. Российского вторжения почти нет: оно упоминается один раз, вскользь, как дождь в прогнозе погоды.
— Да, Россия, кажется, на кого-то там напала, — говорит голос за кадром. — Но сейчас не об этом.
О чём угодно, только не об этом.
В фильме есть корова, кофе, козочка и страшная правда об украинской армии. Есть ещё воронка на месте дома в Шебекино. Раньше дом был, теперь дома нет. Воронка не лжёт. Особенно если не задавать ей вопросов.
Продюсер Роднянский организует статьи в ведущих мировых изданиях — «Нарымском первопроходце» и «Зорях Парижа».
Критики пишут, что картина «смело исследует тёмную изнанку украинского сопротивления».
Мы называем фильм «Мирняк» и привозим его в Венецию.
Как вы думаете, сколько минут нам будут аплодировать?Двадцать четыре минуты? Двадцать две?
И особенно интересно, что после премьеры скажут не украинцы. С украинцами всё понятно: они нас просто побьют, и это будет самая содержательная рецензия на картину.
Что скажут наши порядочные люди? Наши либералы? Антон Долин? Александр Молочников? Одесса Рэй?
Полагаю, Антон Долин — как самый спокойный и прекраснодушный представитель этого сообщества — терпеливо объяснит, что анонимных свидетелей невозможно проверить. Что действия украинской армии вырваны из контекста российской агрессии. Что автор намеренно не показывает Киев, Бучу и Мариуполь. Что гибель гражданских сама по себе не доказывает намеренного удара по гражданским.
Он скажет, что трагедия используется для эмоционального шантажа. Что карпатская корова не имеет никакого отношения к обстоятельствам удара по Белгороду. Что монтаж, в котором после белгородской воронки показывают черновицкий флэт-уайт, спекулятивен.
И будет прав.
Александр Молочников, вероятно, заметит, что фильм стирает различие между агрессором и обороняющейся стороной.
И тоже будет прав.
Одесса Рэй скажет, что Венецианский фестиваль легитимизировал агитку под видом искусства.
И — какое несчастье — снова окажется права.
А я начну оправдываться.
— Но Роднянский же украинец! — закричу я. — Сам украинец! Разве украинец может снять фильм против Украины? Он честно говорит, что Украина совершает преступления, когда бьёт по складу Wildberries, зная, что там ночной сторож-таджик! Не верите — спросите Роднянского. Он с Украины!
И тогда нам с Роднянским скажут:
— Вон из приличного общества. Вон из профессии. Таких людей больше нет.
И будут правы.
Но позвольте, ведь в случае с Израилем все тоже самое? — Нет, это другое. Понимать надо. Сердцем чуять разницу.
Божена Рынска, 11 сент, 22:33
*
Юваль Авраам, один из авторов фильма – навета на ЦАХАЛ и Израиль, человек, склонный к насилию. Он переполнен ненавистью к собственному народу. Он палестинский националист и террорист еврейского происхождения.
Он и такие как он, во много раз хуже членов юденрата и капо, сотрудничавших с нацистами по принуждению, когда над ними буквально висела угроза смерти в годы Холокоста.
Этот мерзавец и ему подобные сотрудничают с арабскими «исламо-нацистами» нашего поколения в их войне против Израиля добровольно — ради аплодисментов и денег.
Берл Каценельсон во время кровавых событий 1936–1939:
«Есть ли ещё народ среди народов, чьи сыновья дошли до такого интеллектуального и душевного извращения, что всё, что делает их собственный народ, всё, что он создаёт и все его страдания, для них презренно и ненавистно, тогда как всё, что делает враг их народа – любой грабёж, любое убийство и любое насилие — наполняет их сердца восхищением и преклонением? Как возможно, чтобы еврейский ребёнок приехал в Эрец-Исраэль — ребёнок, воспитанный на страданиях своего народа и на мечте поколений, — и здесь заразился микробами ненависти к самому себе, идеей „рабства внутри революции“, настолько потеряв рассудок, что увидит социальное освобождение в палестинских нацистах, которым удалось соединить здесь, в этой стране, зоологический антисемитизм Европы с восточной страстью к кинжалу, — наша совесть не должна знать покоя».
Господа, поймите это животное , это и есть лицо фашистской партии “Демократы» и ее лидера, которые уже поддержали фильм – навет.
Когда пойдете голосовать, вспомните этого лютого врага, ненавидящего Израиль, ненавидящего нас с вами, и вспомните, кто будет сидеть с ними в одной коалиции.
Повторяю – голосование за блок Голана , Айзенкота, Лапида, Беннета, Либермана, Махмуда ХАМАСа – угроза безопасности Израиля.
Голосуя за них, вы поддерживаете создателей этого навета.
Arik Kasyansky, 14 сент, 09:46
*
Tanya Braginsky, 14 сент, 12:37
Точный Эрез Тадмор (Erez Tadmor)
Проблема — это не Юваль Авраам и Рахель Шур.
Они — симптом, а не болезнь.
Никто не просыпается утром и просто так, ни с того ни с сего, не решает распространять кровавую клевету против сынов своего народа.
Кто-то воспитал Ювала Авраама.
Кто-то обучил Рахель Шур.
Кто-то промыл мозги им и тысячам других молодых людей.
Кто-то развратил их совесть и исказил их способность отличать добро от зла.
Кто-то намеренно превратил их в ненавистников Израиля.
Кто-то создал здесь целую индустрию ненависти, в которой фабрикация кровавой клеветы стала лёгким и быстрым способом получить грант на сценарий, поехать на фестивали, попасть на обложку газеты и сделать себя значимым.
Юваль Авраам и Рахель Шур — не проблема.
Проблема — это газета “Хаарец”.
Проблема — это кружки по кино, история и социологии.
Проблема — это организации вроде “Бецелем” и “Шоврим Штика”.
Проблема — это политики вроде Яира Голана, который позволяет себе заявлять, что “нормальная страна не убивает младенцев как хобби”.
Или вроде Эхуда Ольмерта, который сказал, что “то, что мы делаем в Газе, — это война на уничтожение”.
И проблема в том, что они остаются легитимными публичными фигурами, вместо того чтобы стать прокажёнными.
Проблема — это не Юваль Авраам и Рахель Шур.
Проблема — это идеологическая теплица, социальная и профессиональная среда, центры силы, которые выращивают монстров вроде Ювала Авраама и Рахель Шур.
И не ошибаетесь: это стратегическое событие.
Стратегическая угроза.
Эта пропагандистская машина пытается настроить против нас и изолировать Израиль.
Она систематически работает, чтобы возбудить ненависть к нам в США и на Западе.
Американскую лево-либеральную общественность они уже превратили в антиизраильскую.
Теперь они пытаются проделать то же самое с правыми.
Их цель — превратить Израиль в прокажённую и изолированную страну, привести к международному давлению на безответственные уступки и в итоге к эмбарго на оружие.
Это событие — стратегическая угроза.
И вот простая политическая истина: кто хочет бороться с этой угрозой, не может формировать правительство с Мансуром Аббасом, Яиром Голаном и крайне левой партией вроде “Демократов”.
Не случайно, что многие члены партии Голана даже в период выборов не способны осудить эту кровавую клевету.
Это партия, которая включает самые радикальные элементы израильской левые.
Партия, которая будет продвигать и представлять антиизраильские институты и центры силы, которые выращивают монстров вроде Ювала Авраама и Рахель Шур.
Газета “Хаарец” должна стать изгоем и отвергнутым рупором, который люди стыдятся держать в руках на публике.
Кинематографические фонды, финансирующие из налогов плательщиков антиизраильскую и антисемитскую кровавую клевету, должны быть закрыты.
Организации, получающие миллионы евро в год от европейских правительств, должны платить налог в 60 или 70 процентов, который сделает эти пожертвования невыгодными.
Кто хочет бороться с местным антисемитизмом, не может формировать правительство с Мансуром Аббасом, Яиром Голаном и Габби Ласки.
Авигдор Либерман, Нафтали Беннет и Гади Эйзенкот планируют сформировать правительство с Яиром Голаном.
Они не осушат эту гнилую трясину.
Они будут её финансировать.
Не потому, что они поддерживают эту мерзость, просто потому, что у них не будет выбора. Габби Ласки и Мансур Аббас будут держать их за горло в чувствительных местах.
Учитывайте это, когда пойдёте голосовать.
*
Софа Изаксон-Эльберг, 14 сент, 17:56
Лица предателей.
Как и лицо военного прокурора, сфабриковавшего кpoвaвый навет на бойцов Армии Обороны Израиля.
5-я колонна.
******************************************************************************
Аялла Хасон (אילה חסון – Ayala Hasson), одна из лучших телевизионных ведущих Израиля, по поводу скандального документального фильма, показанного в Венеции:
«Очевидно, что невозможно верить этим двум презренным людям — Ювалю Аврааму и Рахель Шор, двум режиссёрам позорного фильма, очерняющего солдат ЦАХАЛа. Разумеется, трудно поверить, что мотивом создания этого фильма действительно были их личная принципиальность, забота о моральных устоях Государства Израиль или положение жителей Газы. Конечно же, нет.
Государство, в котором два предателя — Юваль Авраам и Рахель Шор — выпускают лживый, сфабрикованный фильм, представляющий собой безответственную антисемитскую «кровавую клевету» против солдат ЦАХАЛа и против всех нас, фильм, который увидят миллионы людей во всём мире, а сами они при этом продолжают свободно разгуливать по улицам города, — это государство, захваченное врагом, находящимся внутри его собственных стен.
Юваль Авраам и Рахель Шор — граждане этой страны, презренные предатели, которые сами разжигают пожар в собственном доме, затем выходят наружу и присоединяются к антисемитской толпе, кричащей, что повсюду дым. Они утверждают, что хотят представить миру картину конфликта, и при этом рассказывают всем, что делают это якобы с позиции абсолютной симметрии.
Вчера в Венеции они представили фильм «NAZA» — картину, которая, по их словам, основана на свидетельствах 24 израильских военнослужащих и сотрудников разведки, чьи имена не раскрываются. Через эти свидетельства Израиль предстает перед миром как система массового и преднамеренного уничтожения — в мире, который и без того не испытывает недостатка в поводах для ненависти к нам. А когда подобные обвинения исходят от двух презренных израильтян, предающих свою страну ради денег, известности и почестей, это уже не просто очередное обвинение — это своего рода «печать подлинности».
Я совершенно однозначно поддерживаю солдат ЦАХАЛа — самых самоотверженных солдат в мире — и Государство Израиль. Но даже если бы я посмотрела на этот подстрекательский и отвратительный фильм глазами обычного невежественного европейского антисемита, который не понимает всей сложности войны, я, пожалуй, тоже пришёл бы к выводу, что евреи являются источником всего мирового зла.
Перед нами два паразита и предателя — представители самого злобного, уродливого и низкого типа людей, которые ради денег, очередной награды и аплодисментов ненавистников Израиля готовы столкнуть всех нас в пропасть.
Предать их суду за измену, изгнать из страны и из еврейского народа — это не вопрос выбора. Это наша обязанность, и сделать это необходимо немедленно.
Вот так выглядит истинное лицо Юваля Авраама и Рахель Шор — двух предателей нравственных ценностей и правды, которые дороги всем нам».
Перевод Марк Котлярский
*
Интернет бурлит и возмущается присуждением премии на Венецианском кинофестивале документальному фильму NAZA. Превалируют эмоциональные оценки: от умеренных «какая мерзость» и «предатели», до радикальных «куда смотрит военная цензура» и лишения гражданства. Эмоции понятны, но они немного затуманивают смысл происходящего.
Дело не в том, откуда Юваля Аврахама и Рахель Шор получили деньги на фильм – от левой британской Guardian и Qatar Fund for Development или из какого-то другого источника. Дело не в том, израильтяне они или палестинцы, левые или патриоты. Дело не в том, насколько они честны перед собой и ответственны перед своим государством и армией. Это все вопросы десятые.
По-настоящему, дело только в том, насколько достоверны прозвучавшие в фильме обвинения в адрес ЦАХАЛ. И тут возникают большие сомнения. Почему все 24 свидетеля анонимные? Ни один не осмелился открыть лицо. Чего они боялись? Правосудия? Общественного презрения? Исков в клевете? Может ли вообще обвинение в совершении преступлений быть анонимным?
Да, может. Но только в двух случаях. Первый: когда судебная система находится под пятой исполнительной власти и исправно выполняет ее политический заказ. Второй: когда велика угроза криминальной расправы, а правоохранительная система не способна защитить свидетелей. Так было в тоталитарных государствах, практикующих политические репрессии; так было и остается в диктаторских режимах с коррумпированными правоохранительными органами.
Приведу пример. В начале 70-х годов киевский диссидент, психиатр Семен Глузман анонимно опубликовал в самиздате проведенную им заочную психиатрическую экспертизу другого советского диссидента – генерала Петра Григоренко, одной из жертв карательной психиатрии. Это был ценный материал, хотя отсутствие авторства в определенной мере снижало доверие к нему. Когда же Глузман, уже находящийся в лагере по другому делу, открыл свое авторство, эта экспертиза сразу получила широкую известность и многократно использовалась в борьбе с карательной психиатрией. Это как раз тот случай, когда анонимность справедливо объяснялась угрозой политических преследований. Тоталитарный режим часто вынуждал людей вести себя осторожно.
К сегодняшнему Израилю все это никак не относится. Демократия гарантирует законность. Здесь сажают бывших премьер-министров и судят действующих. Здесь попадают под суд военнослужащие, совершившие военные преступления. Здесь защищены гражданские права и политические свободы. Любое израильское правительство подвергается ожесточенной критике со всех оппозиционных сторон. Мне кажется, это такая израильская национальная традиция – без устали ругать власть, какой бы она ни была. И это, по-моему, совсем не плохо.
Так чего испугались участники фильма NAZA, скрывая свои имена и лица? Вывод напрашивается сам собой: они боятся отвечать за свои слова. А возможно, это просто кинематографический трюк и нет никаких свидетелей, а есть статисты на зарплате или из идейных соображений.
Я думаю, ЦАХАЛу стоило было привлечь авторов фильма к ответственности за клевету и нанесение ущерба репутации. В гражданском судопроизводстве по искам о клевете бремя доказывания достоверности распространенных сведений лежит на ответчике. Пусть в открытом и гласном суде докажут, что все изложенное в их фильме – правда. Тогда можно будет аплодировать им не 25 минут, а все пятьдесят. Но что-то я сомневаюсь, что им удастся выйти сухими из воды.
Я слышал, что вокруг фильма, показанного в Венеции, поднялась шумиха. Фильм очерняет ЦАХАЛ и его солдат, обвиняя их в военных преступлениях.
Так вот — читайте. И читайте внимательно!
Я, простой парень Эрез, провёл на резервистской службе более 400 дней. Я служил медиком у террористов и боевиков «Нухбы» в тюрьме. Да-да, у тех самых, которые совершили зверства и военные преступления 7 октября.
В ЦАХАЛе существует и такая должность: даже у этих чудовищ должен быть медик.
Каждое утро я вставал, чтобы раздавать им постоянные лекарства и проводить медицинский осмотр более тысячи заключённых. Я был доступен круглосуточно: если кто-то из них падал в обморок — хотя обычно лишь разыгрывал спектакль; если вам нужны актёры для следующего фильма, я знаю нескольких, — испытывал боль или жаловался на любую другую медицинскую проблему, я был рядом.
И не только я. При них также постоянно находились врачи. Они получали медицинскую помощь у настолько хороших и опытных специалистов, что нашим гражданам в Израиле приходится месяцами ждать приёма у них!
Бывали целые ночи, когда я не спал. Мы лечили всевозможные заболевания, вскрывали одну упаковку дорогостоящих лекарств за другой — всё это оплачивало государство. А меня до сих пор преследуют ночные кошмары после того дерьма, через которое я прошёл с ними в тюрьме.
Вы не будете со сцен в Европе лгать, будто мы совершаем геноцид!
Слово «позор» слишком мягкое для того, что вы там сделали. И ещё утверждаете, будто «показываете правду».
А вот она, правда.
На довольно сильно отредактированной фотографии я даю лекарство террористу. Не стану лгать — по моему лицу хорошо видно, что я совсем не рад это делать.
Но, видимо, именно так и выглядит «геноцид».
Автор и фото: Erez Hakatan.
Перевод Алекс Лев Голд, 15 сент, 02:27
Опубликовано 15.09.2026, 23:19
***
49-летнее уродливое минское существо вольф, по паспорту уладзiмiр паулавiч рубiнчык, называющий себя “политологом”, диванный борцун с лукой, косящий под яурэя и разоблачающий местных профессиональных евреев, после того как лишился возможности продолжить мародерить бабло из Израиля за свои опусы, на канальчике для нескольких инвалидов, превратившийся в любителя “мирных и бедных” пластелинцев не мог пройти мимо “документального” фильма NAZA, сварганенного предателями Израиля. Только такую тварь не интересует, что обоснованно и подробно говорят тысячи др, и потому лепечет, что составит свое мнение, когда посмотрит. А верить каждым министрам на слово – себя не уважать.
Поскольку в последние пару дней продолжились баталии по поводу “фильма”, публикую то, что вызвало шквал откликов. Минскому паразиту должен понратиться пост в Фб известной журналистки и нескольких ее почитателей, потому приведу в приведнных комментах и такую известную отмороженную, как Катя Марголис.
Елена Костюченко, 27 сент 23:25
Только что посмотрела NAZA на Нью-Йоркском кинофестивале. У кинотеатра стояли десять полицейских, при входе проверили сумки. Ожидали протестов, но протестов не было – только вокруг квартала ездила машина с наклеенным на дверь НЕ ДОКАЗАНО.
Перед показом коротко выступило несколько человек, один из них был Гарри Дэвиес, журналист из отдела расследований the Guardian, в коллаборации с которыми создавался фильм. Гарри напомнил, что расследовательская журналистика базируется на информации от источников, и анонимность источников – важный институт. Также он сказал, что отдел расследований the Guardian, конкретно он и его коллеги, проверили все утверждения, сделанные героями – и они подтвердились. Многое из того, что было рассказано в фильме, до этого публиковалось в израильско-палестинском медиа +972 (знаю их журналистов лично). Сам фильм стал результатом почти трехлетней работы команды.
Теперь о фильме. Я не могу сказать, что великий он или не великий – он ошеломляющий. Люди рассказывают про свою работу, вокруг происходит Тель-Авив, мы видим людей в окнах и думаем про других людей в других окнах в 60 километрах вдоль берега. Это не про “однажды был хуевый случай на войне”, это про хорошо отлаженную систему убийств. Что обошли многие критики – использование AI, который подбирает людей как цели для убийств. По внутренним оценкам, эффективность сейчас примерно 85% – то есть, как минимум 15% целей никакого отношения к ХАМАСу не имели. При этом цель не равно жертва. Об этом сам термин NAZA – сопутствуюшие потери. Офицеры рассказывают, что черта сомнений – 20 NAZA. 20 убитых человек на одного предполагаемого боевика может быть проблемно, до 20 – совершенно ок. Но вспоминали и о 500 одобренных NAZA, и о 200 NAZA. Почему такие цифры? Предполагаемых или реальных членов ХАМАС убивают ночью, в жилых домах – вместе со всеми, кто окажется рядом. Оценить количество потенциальных жертв можно довольно точно – из-за глобальной системы слежки и контроля. Можно взломать телефон и использовать как микрофон. Слышишь плач младенца на заднем плане? Младенец – всего один NAZA.
Там много еще про что.
Израильским спецслужбам не просто будет вычислить говорящих – лиц нет, иногда даже головы не различить, голоса изменены, почерк заблюрен. Многие из говорящих рисуют и подписывают на бумажке то, что видели на экране. Многие из них воюют дистанционно. Один из говорящих был в самой Газе – сжигал дома.
Оваций не было, никто не аплодировал вообще. Титры встретили в глубоком молчании. Было слышно, что некоторые плачут, сосед слева от меня молился Oh Jesus Jesus.
Что еще мне показалось важным. Насколько больше война ведется не вслепую. Насколько каждый выбор, каждый шаг в этой войне – и на всех современных войнах – оценивается и документируется – и все равно равно люди продолжают эти выборы совершать. Некоторые описывают свою роль как техническую, некоторые говорят про престиж разведки, про миссию, про острие копья, направленного на врага, один человек говорит про fun. Ненависти, с их слов, не испытывает почти никто. Ненависть для убийства не обязательна, незнание – тоже. Помните притчу про постоянный дым из крематория и “мы смотрели в другую сторону”? Больше так не скажешь.
Совсем скоро фильм будет доступен на сайте the Guardian. Очень рекомендую каждому посмотреть. Не спешите высказываться сейчас – можете почувствовать себя идиотами всего пару недель спустя, дождитесь и посмотрите. И поговорим.
*
Комм.
Какая невыносимая моральная сытость: полутемный зал на Манхэттене, сосед молится Oh Jesus, слезы на щеках и журналист The Guardian, поучающий толпу институту анонимности. Красиво жить не запретишь, особенно когда чужая кровь для вас — просто качественный фестивальный контент.
Я тоже смотрела этот фильм. Внимательно и до самого конца. И меня от этого спектакля выворачивает совершенно по другой причине.
Легко быть стерильным гуманистом в белом пальто, сидя за океаном, когда тебе ни разу в жизни не приходилось опознавать по кускам тел своих сожженных детей, собирать по частям соседей или годами хоронить близких. Ничего, история циклична: исламистская зараза уже расползается по вашим уютным европейским и американским городам, и когда она придет резать лично вас в ваших же спальнях — мы посмотрим, куда денутся ваши вздохи и молитвы.
Что-то я не припомню таких же слезливых фестивальных драм от The Guardian про доктрину США после 11 сентября. Когда американские спецслужбы и армия вколачивали в каменный век целые страны за тысячи километров от своего побережья, когда в Ираке и Афганистане одним ударом с дрона сносили целые свадьбы и деревни ради одного полевого командира — где были ваши всхлипы про NAZA? Тогда это называлось национальная безопасность и право на самооборону. А когда евреи в паре километров от собственного дома вычищают боевиков, устроивших 7 октября — сытый Запад внезапно включает высшие стандарты морали и рассуждает о чистоте методов.
Вы на полном серьезе сидите и смакуете дешевый кинематографический трюк, где кадры обычных людей в Тель-Авиве смонтированы по лекалам Зоны интересов Глейзера, чтобы выставить нас комендантами Освенцима. Сравнить людей, которые живут под сиренами, отправляют детей в заминированные дома и каждую секунду помнят про гниющих в тоннелях заложников, с нацистами — это абсолютное моральное блядство.
Вся кровь, все разрушенные дома и каждый погибший ребенок в Газе — на руках ХАМАСа. Они начали эту резню, они превратили школы и спальни в склады снарядов, и они держат заложников в квартирах мирных семей. ЦАХАЛ обязан уничтожить тех, кто пришел нас убивать. Точка. Ни одна армия в мире не будет погибать ради того, чтобы главари террористов спокойно спали рядом со своими женами.
Настоящая документалистика – это когда показывают реальность, а не старательно вырезанный огрызок ради нужной драматургии. Если авторы показывают удар по зданию, но наглухо замалчивают, что под этим зданием нарыты тоннели ХАМАСа, в подвале склад ракет, а в спальне сидит боевик, прикрывающийся детьми – это не журналистика. Это дешевая, грязная манипуляция. Выкинуть на помойку причину войны, живые щиты террористов и наших заложников в клетках, чтобы оставить только картинку “злых израильтян с ИИ” – это уровень геббельсовской агитки, как ее ни лакируй умными словами.
А вам в Нью-Йорке просто очень выгодно покупать именно этот товар. Где ваши фильмы про Судан, где прямо сейчас миллионы людей вырезают и насилуют под корень? Где трагедия Сирии, где сотни тысяч стерты в пыль? На Судане не хайпанешь, за него не дадут статуэтку на Лидо, там ведь нет евреев, которых так приятно судить за бокалом вина.
Авторы фильма свой прайс знали отлично: состряпать слезливую агитку на британские деньги, чтобы Европа прогнулась и перекрыла нам поставки оружия. Пока вы там сладко рефлексируете и упиваетесь собственной святостью, наши ребята на земле делают грязную работу, выгрызая террористов из нор. Вытирайте слезы, господа гуманисты. Скоро эта реальность постучит в ваши собственные двери, и тогда мы послушаем, какие песни вы запоете.
*
А, ну понятно.
Значит, надо не воевать – пусть они регулярно бомбят Израиль, пусть врываются и режут людей, пусть устраивают атаки, как 7 октября, да?
Если тем, кто находится рядом с членами Хамас, дорога их жизнь, то не надо находиться рядом с членами Хамас. Это раз.
Два. Хамас воюет в военной одежде? Или в гражданской?
Если в гражданской, то они что, как-то помечены?
Три. Есть Хамас, а есть гражданские. На многочисленных видео, где 7 октября пикап Хамас тащит труп или искалеченного заложника, вокруг стоит и ликует толпа, иногда бьёт труп или заложника. Эта толпа – Хамас? Если не Хамас – то выходит, гражданские? Если гражданские – выходит, они не представляют опасности для израильтян? Я правильно понимаю?
Ну и четыре. Когда украинские дроны прилетают в Россию – вы вините Украину или Россию?
*
Самое мерзкое – это абстрактный гуманизм, когда очарованные активисты хотят быть добрыми за чужой счёт.
*
Katia Margolis
Какая ты умница (как всегда) и как прекрасно написала (тоже, как всегда). Люблю.
PS Увы только, ты , боюсь, наивна: «почувствовать себя идиотами»: убежденным агрессивно- виктимным травматикам, спроецировавшим все свои (пост)советские комплексы на Израиль—не светит. Имперство , шовинизм, право сильного и дедовщина импортированы в головах, а репатриация дала им лишь новую легитимизацию. И новую проекцию.
«Ату, бей чурок. «Они все террористы. Включая младенцев « и тпОт того, что эти россияне ещё и евреи суть не меняется.Это у нас экзистенциальная война за право на наше (!) существование. Мы бывшие твари дрожащие теперь право имеем и всем покажем. Ну и конечно и инструментализация 7 октября и Холокоста. (Вместо расследования и комиссии, как случилось, лучшая в мире армия допустила прорыв границы и где она была 4 часа в малюсенькой стране , пока террористы громили кибутцы и пытали и убивали людей— про войну с тысячами «сопутсвующих» жертв м неспасение собственных заложников и убийства в том числе своих тех же заложников- вообще молчу. Израиль всегда славился борьбой за каждого своего гражданина и блестяшими точечными операциями по спасению заложников. Комиссии нет как нет. Теперь зато есть сведения- что Нетаньяху предупреждали о готовящемся теракте Хамас, но он продолжает врать и отрицать)
Чем дальше в лес, тем более людоедская риторика. Мало кто сделал и продолжает делать все для роста антисемитизма в мире; как нынешнее правительство Израиля и их русскоязычное лобби.Триада Путин-Трамп-Нетаньяху давно у всех на устах.Мир в ужасе. Но русскоязычные и травмированные выходцы из СССР продолжают нормализацию. Закатать в асфальт, сравнять с парковкой…
Первый их брак с первой родиной провалился, признать, что второй и вторая оказался не сильно лучше— они не в силах. Ещё один провал им, особенно людям в возрасте, не пережить. И психологически это понятно.
И они будут оправдывать и объяснять всё. В упор не слыша, что буквально дословно повторяют нарративы и аргументы немцев Второй мировой или нынешних российских Zников, которых так ненавидят и презирают.
*
Было бы здорово посмотреть хотя бы один фильм палестинских режиссеров, которые осуждают отправку детей в поясах смертников и ХАМАС с Исламским джихадом, включая танцы и прыжки на гробах израильских детей, и расстрел собственных людей, которые брали гуманитарку в обход их пошлин. Хотя бы один палестинский фильм, который говорит о мире и сосуществовании. Но таких фильмов нет. Ни одного с 60-ых годов. Есть только о саможертвенности и о сатанинском Израиле. ХАМАСу очень повезло с западно-прогрессивным обществом, конечно, знали ведь, что чем кровавее нападение, тем сильнее ответ – тем больше слез и симпатии по миру. Дикари, но не дураки. Рекомендую вам, Лена, посмотреть интервью вашего коллеги Motaz Azaiza из Газы, который знатно нашумел на прошлой неделе в арабском сегменте интернета. Кстати, о пропорциях. Обратитесь к палестинской стороне: это была их инициатива разменять одного израильтянина на 1027 террористов из тюрем. Не Израиль установил эту “цену”.
*
“Сам фильм стал результатом трёхлетней работы” – то есть, начали снимать сразу или до 7 октября 2023, когда Хамас напал на Израиль? То есть, ещё до того, как Израиль зашёл в Сектор Газа?! Вы понимаете, насколько бредово это звучит?! Команда так называемых расследователей из Израиля посмотрела на зерства Хамаса и Исламского Джихада и решила снять фильм про “зверства” Израильской армии?! Не фильм о Хамасе, Исламском джихаде и прочих террористических организациях, напавших на Израиль, а о стороне, на которую напали?! Серьёзно?!
***
Божена Рынска, 28 сент, 13:30
Сережка с Аяркона и Витька с Алленби.
И опять эта ебучая NAZA.
Если бы я не чтила Антона Долина так глубоко, то написала бы не «уважаемый и прекраснодушный», а что-то вроде: а что, товарищ Долин в глаза ебется, раз разглядел в этой хуйне художественные достоинства?!
Антон Долин в комментариях мне сказал, что ведущие мировые критики тоже сочли этот фильм художественным.
Увы, таки нет. Вот вам рецензия главного в мире кинокритика Питера Брэдшоу из The Guardian.
Брэдшоу замечает его слабые места: анонимность всех собеседников, по его мнению, ослабляет силу свидетельств, а сравнение Газы с Холокостом он считает некорректным.
С одним абзацем рецензии Брэдшоу я категорически не согласна, он чудовищно несправедлив.
Брэдшоу пишет:
Фильм показывает и сам город — с его жуткой беззаботностью и бессердечием. Время от времени камера скользит вдоль сверкающих жилых домов, выхватывая подробности благополучной жизни всего в шестидесяти километрах от Газы.
Питер, а ты точно знаешь, что находится за этими окнами?
В одном из этих «равнодушных окон» живет моя подруга Люба Маслакова. Много лет назад в неё попала ракета из Газы. Так самая, из говна и веток. Люба была беременна. Ребенок погиб. У Любы — тяжелейшие ранения, исполосован весь живот. Несколько лет провела в инвалидном кресле. Руки не двигались. Речи не было. Счастье, что ее муж гениальный доктор, он ее и выходил. Теперь у Любы в позвоночнике на всю жизнь стоит устройство с подачей обезбола. Раз в месяц его заправляют. Без этой машинки она не сможет двигаться и будет страдать от невыносимых болей.
В другом равнодушном окне Тель-Авива живет мама Эйнат Кляйн, жены Макаревича. В дом ее дочери и зятя буквально пару месяцев назад угодила ракета. Выбиты окна, повреждена крыша. На участке огромная воронка. Хорошо, Эйнат с Андреем и сыном были в Юрмале. Воронка выглядит очень киногенично, но оператор «смотрел в другую сторону».
И в каждом из «равнодушных окон» есть своя подобная история. За одним окном человек потерял ребёнка, за другим собирает своего и бежит в мамад. Израиль — страна маленькая, у почти КАЖДОГО окна 7 октября погиб или родственник или знакомый. И все окна по ночам сидят в подвалах. Потом возвращаются, зажигают свет и снова принимаются воплощать равнодушие.
Еврейских окон негасимый свет — шулерское доказательство бесчувственности. Их обитатели до сих пор учатся жить после того, как в их окно прилетело.
И если уж говорить о художественности, то подсъемка окон, мол, где-то детей убивают, а где-то шакшуку нагло жрут, это ну такой пошлейший киноштамп, такая дешевая манипуляция.
Снимите человека через окно с достаточного расстояния, и вам даже не понадобится знать, кто он такой. Он уже «благополучная жизнь». Свет лампы воспаленной? — Ну точно, там за ним равнодушный подонок, дело закрыто. Поразительно, сколько можно узнать о человеческой душе, глядя на стеклопакет с другой крыши!
Главное — не подходить к двери и не спрашивать, кто там живет. Ответ может испортить кино про бедных детей Газы.
***
28 сент 15:35
елена костюченко (далее пизда на цыпочках, ПЦ): «посмотрела NAZA Ожидали протестов, но протестов не было – только вокруг квартала ездила машина с наклеенным на дверь НЕ ДОКАЗАНО»
На самом деле это были грузовики с большими LED-экранами, демонстрировавшими кадры нападения газаватов, фотографии заложников. Но это для ПЦ слепое пятно.
Там же присутвовали двое выживших Rom El-Hai и Shalev Bitton, а также бедуин-израильтянин Yunis Alkarnawi, который спасал людей 7 октября:
El-Hai выступил с отличным предложением:
«если кто-то хочет снять фильм о массовом убийстве, ненависти и жестокости против невинных людей – весь материал у меня»
(Спойлер, нет, не хотят, вот и ПЦ вас просто не заметила)
ПЦ: «журналист из отдела расследований the Guardian заявил, что отдел расследований the Guardian, проверил все утверждения, сделанные героями – и они подтвердились» – не, ну а че? Четкий пацанчик сказал: зуб даю, все правда!
Дальше пизда на цыпочках охуела. Сорьки. Была ошеломлена.
Оказывается, в мире есть «хорошо отлаженная система убийств»! Что творится,а?
Роднуль, это называется армия. Прикинь? В Америке тоже есть. И в Израиле она действительно эффективна и хорошо отлажена. В том числе на минимизацию чертовых naza. Не будь такой системы – парковки, широкие пляжи… ну это я размечталась.
ПЦ: «членов ХАМАС убивают ночью, в жилых домах – вместе со всеми, кто окажется рядом. Оценить количество потенциальных жертв можно довольно точно – из-за глобальной системы слежки и контроля»
А давайте на секундочку поверим хрену из гардиан. Вот ваша система слежки видит убийцу, террориста, продолжающего организовывать убийства. И? Нет! Не нажимает пли. Начинает считать и исследовать – кто ж там рядом с убийцей? Сколько их? Что они, блядь, там делают, рядом с кровавым маньяком – это уже не система, это уже я анализирую.
ПЦ: «Израильским спецслужбам не просто будет вычислить говорящих – лиц нет, иногда даже головы не различить, голоса изменены, почерк заблюрен» – ну тут все очевидно, куда израильским спецслужбам до гардиан? Это ж гардиан и режиссеры нашли 24 (!) секретных сотрудников спецслужб, а спецслужбам-то как? Подожди! Лапуль, ты ж говорила, что у них «система глобальной служки и контроля»?Хотя и правда сложно найти совершенно секретных затемненных агентов в темной комнате. Особенно если их там нет.
Таксы как всегда не забыли подчеркнуть, насколько собаки лучше двуногих: заметьте! Ни одну специально тренированную насиловать палестинцев Израильскую собаку не удалось ни найти, ни склонить к интервью – пришлось описывать с чужих слов.
***
28 сент, 18:38
Еще одна вокистка из Медузы “неожиданно” оказалась антисемиткой. Случайно в кустах оказался рояль. Елена Костюченко рыдает над “документальным” фильмом NAZA.
В смысле, рыдать-то она начала еще в 2012 году, от операции “Литой свинец”, которая проводилась в 2008.
И так тридцать семь раз.
В какой-то момент уже трудно игнорировать стропы парашюта.
В этом безумии есть система, господа. Это — крайне предсказуемое поведение людей, чьи понты намного превосходят таланты.
Понты требуют перформативной ярости, что несовместимо с комфортом. Поэтому эти аффтары тщательно не замечают реальное зло, ведь зло мстит сильно и метко.
Вместо войны с реальным злом они объявляют “злом” самого терпеливого и понимающего, самого снисходительного и невсетакоднозначного — короче, того, от которого им точно не прилетит. Потом они соревнуются, кто сильнее его пнет, потому как это же бесплатно.
Чем дольше мы будем относиться к медузникам и ко., как с нашалившим дошкольникам, тем больше стимулов мы будем создавать для этих перформансов.
***
Евгений Эрлих, 29 сент, 02:54
Вообще не про Костюченко…
Лена Костюченко, знаменитый журналист и инфлюенсер, написала пост про израильский фильм NAZA. Фильм она назвала «ошеломляющим». Это кино реально может ошеломить.
Меня вот ошеломляет тот факт, что израильские спецслужбы вычислили всех боевиков, кто отметился зверствами 7 октября, и теперь они методично их уничтожают одного за одним. Причем эти уроды находятся не в следственном изоляторе, а прячутся в Газе. Прячутся где-то среди «обычных гражданских», живут своей бытовой жизнью, не выделяются ничем… Ну и правда, война с ХАМАС на паузе, хамасовцы по-прежнему контролируют часть сектора, при этом стараются не отсвечивать (не светясь перед камерами телеоператоров и израильских дронов).
И вот по улице идет неприметный человек… поворачивает на перекрестке, скрывается в переулке, заходит в неприметный дом, двери закрываются… А где-то в центре Тель-Авива, в «Кирие» (командный пункт ЦАХАЛа), неизвестный нам капитан 30 лет, наблюдая в свой монитор за передвижениями человечка, уже знает, что эта тень на экране – та самая хамасовская мразь, причастная к убийству «наших рыжиков»: младенца Кфира Бибаса, его четырехлетнего брата Ариэля и их матери Шири.
Капитан вздыхает и дает приказ. Через минуту от дома, где жила эта мразь, остается пыль. Пыль вместе с сопутствующими потерями. Возможно, среди потерь – дети той мрази, что душила девятимесячного Бибаса. Наверняка погибла и жена хамасовца – того, кто убил Шири. И, скорее всего, на встречу с гуриями вместе с уродом-сыном отправились и его родители… Родители урода, который 7 октября лично расстрелял старших Бибасов… В семье Бибасов вообще мало кто выжил.
Капитан ЦАХАЛа видит взрыв и удовлетворенно понимает, что «око за око»… Не он эту войну начал… А утром СМИ Израиля буднично сообщат нам о точечном уничтожении очередного конкретного террориста. Вот что меня ошеломляет.
Если бы я посмотрел фильм израильских режиссеров NAZA, я бы еще узнал, что вычислять убийц израильтянам помогают их собственные разработки на основе ИИ. И их эффективность сейчас – об этом пишет в своей рецензии на фильм Елена Костюченко, цитата: «…примерно 85% – то есть как минимум 15% целей никакого отношения к ХАМАСу не имели». И для меня это тоже ошеломительная новость.
Я специально залез в Википедию. Там много разных исследований. Одно из них (не берусь анализировать, просто упоминаю) пишет, что соотношение погибших комбатантов и гражданских в Чечне было «1 к 7»: на одного боевика семь попавших под огонь нонкомбатантов – эй, я был в Чечне, вполне похоже на правду. А в Афганистане (в 2001-м) американцы установили рекорд гуманности: «3 к 1» (три убитых талиба на одного случайного гражданского) – эй, я был в Афгане – и правда похоже на правду. А в Ираке (в 2003-м) американцы «испортились» и перевернули статистику – «1 к 3»: на одного солдата армии Хусейна пришлось три мирных араба – эй, я был в Ираке – да, там «мирняк» не разбирали особо…
И если правда то, что пишет Костюченко (посмотрев израильский фильм): «как минимум 15% целей никакого отношения к ХАМАСу не имели»… Эй, я был в Израиле, десять лет там был, журналистом… И да, я ошеломлен.
Но бывшего журналиста «Новой газеты» ошеломило совсем другое – то, что в документальном кино анонимные (!) источники рассказывают о «непропорциональности» ЦАХАЛа, о том, что ради уничтожения высокопоставленного убийцы израильтяне готовы отправить попутно на тот свет и пару десятков (а то и сотен) «невинных младенцев»… В конце статьи Лена Костюченко, яркий представитель сообщества ЛГБТ, наконец-то проговорилась: израильтяне – это нацисты, они, как те немцы, которые сжигали в печах евреев, те самые безразличные ублюдки. Они, пишет Костюченко, как эти… ну: «Помните притчу про постоянный дым из крематория и “мы смотрели в другую сторону”?»
Ну да, мы (евреи-израильтяне) сжигаем палестинцев в печах и стараемся этого не замечать… Бывший журналист «Новой газеты» наконец-то определилась со злом и добром.
Полтора года назад другой журналист, коллега Костюченко, написала статью в «Новой» под заголовком: «Это химически чистая злоба». Так она описала праздник, который хамасовцы устроили на гробах детей Бибасов под камеры мировых СМИ. Процесс передачи тел израильтянам они реально превратили в шоу. Надо полагать, автор той статьи, Ирина Тумакова, была ошеломлена. Интересно, каково ее ошеломление сейчас… от коллеги Костюченко.
Стоп, мой текст не про Костюченко… И не про то, что среди нацистов она свободно может пройтись радужным тель-авивским парадом (одним из крупнейших в мире). Не про то, что в Газе ее разорвет толпа, узнав, что она лесби… Не про то, что журналист – это прежде всего очевидец (для начала Лена могла хотя бы в Израиль прилететь, посмотреть все своими глазами)… Нет, вообще-то мой текст не про нее. Текст про…
Я писал уже об этом и попробую еще раз сформулировать. Сформулировать то, что меня реально ошеломляет.
Дорогие израильские журналисты (а также режиссеры, художники, артисты, писатели)! Понимаете, в чем дело…
Израиль – точка на карте мира. Возможно, самая горячая точка, но точка. Израиль не может существовать в этом мире автономно, сам по себе. Америка – может. Россия может. Китай может. Арабские Эмираты могут. Франция и Ирландия. А Израиль – нет. Вам, наверно, кажется, что правила во всем мире одинаковые. Что журналисты – как санитары леса. В Испании санитары, в Германии, в Украине… А стоп! В Украине – нет! В Украине на время войны так или иначе на свободу прессы наложены определенные нормативы. Киев их формулирует как «не дать врагу шанс победить на информационном поле». Знаете почему? Потому что у врага нет свободной прессы, у врага – только армия пропагандистов. Враг, понимаете, считает прессу оружием. И знаете что? Кремль в этом вопросе не ошибается. На войне пресса – это оружие.
Так вот, дорогие израильские журналисты. Правила везде не одинаковые. А Израиль – маленькая страна, уже много лет находящаяся в состоянии войны (особенно сейчас) и под постоянным давлением большинства стран мира (вам ли не знать это по декларациям в ООН).
И когда вы – работники пера и фотоаппарата – рассуждаете об израильской политике, пишете статьи в газеты и посты в фейсбуке, когда снимаете фильмы и даете интервью, вам кажется, что вы выполняете очень важную миссию (а так и есть) – вы высвечиваете израильские проблемы, создаете поле для дискуссии, выявляете все плохое ради всего хорошего и боретесь за свою страну, в которой вы хотите жить и растить своих детей.
Так вот, все вокруг в мире на основе вашего творчества делают совсем другие выводы.
И вот израильское кино на знаменитом кинофестивале превращается в антиизраильское и начинает свое мировое антиизраильское турне. Нет, оно НЕ про то, чтобы Израиль стал лучше (как хотят авторы фильма-израильтяне). Оно про то, что «Палестина будет свободной», от реки до моря. Вот что видит в ваших фильмах европейская публика, перекормленная своей прессой кадрами разрушенной Газы и больных детей. Кадрами больных (а не голодных) детей, которые вы сами с энтузиазмом распространяете.
Дорогие израильские журналисты! Понимаете, в чем дело…
На основе ваших слов и статей, вырванных из исторического контекста, на основе вашего, как вам кажется, внутриизраильского диспута, на основе вашего диалога, в котором вам понятны все ближневосточные нюансы, а значит, нет смысла лишний раз их обозначать, – совсем чужие люди, такие как известная журналистка Костюченко или суперблогер Адагамов, расскажут своей публике (подкрепив вашими цитатами) вот это: Израиль – нацистская страна, армия Израиля – преступная, а почти все израильтяне – убийцы. Собственно, Костюченко именно это и говорит. Посмотрев фильм израильского режиссера…
Вам кажется, что вы просто разговариваете, а за пределами Израиля, читая вас, наблюдатели уверены: даже израильские журналисты желают смерти своей стране. Так вот…
Просто знайте: слова, которые вы в своей простоте кидаете в пространство, будут напрямую использованы против вас и ваших детей. Уже! Прямо сейчас!
Лена Костюченко не читает на иврите. Она читает вас на русском, на английском, она смотрит ваше кино и пишет статью. И мы сейчас тут все умываемся дерьмом. Вы снимаете фильм о роли бездушного ИИ в современной войне, а Костюченко предлагает видеть в вас нацистов. Вы критикуете поселенческое движение, точнее, пару сотен отморозков, а Адагамов на свою стотысячную аудиторию (со ссылками на вас!) объясняет на примере вашей (нашей) страны суть сионистского нацизма.
Израиль находится в состоянии войны без правил. Не заметили? Хамасовцы не снимают о себе критичных фильмов. Только вы снимаете! «Аль-Джазира» не рассуждает о цене жизни израильтянина, но только о подвиге палестинского борца за свободу. Так же, как и вы! The Guardian и BBC, говоря о терроре, имеют в виду только террор ЦАХАЛа, делая террористами ваших детей! Так же, как и вы…
Вы не понимаете, что на войне, сами того не желая, вы на чьей-то стороне. Вам кажется, что вы внутри Израиля спорите между собой ради прекрасного Израиля будущего. Но вы уже на стороне Лены Костюченко. Вы просто критикуете, а ваши слова она переводит в цитату: «Это ебнутое государство ничто не может оправдать…»
Вы тоже считаете, что у нас «ебнутое государство»? Нет? – Так почему вы молчите?! Почему вы пишете только о «молодежи холмов» и ни слова против горячечного бреда Анны Наринской или Сергея Медведева?
Только не начинайте меня учить профессии и рассказывать, что я опять во всем обвинил журналистов, а Биби ни при чем. Каждый несет свой груз ответственности. Мой разговор – «как коллега с коллегами». Давайте обсудим профессиональные принципы. Хороший журналист оперирует всеми фактами и всей историей. И доносит до своего читателя всю полноту проблемы. А ху@вого журналиста цитирует Адагамов. Хороший режиссер документального кино снимает и «правых» и «левых», берет интервью у всех сторон. А плохой – ночью тайком на крыше пишет неизвестных неопознаваемых людей. Хороший родитель думает о своих детях. А инфантильный не понимает, что на войне надо взвешивать слова, ибо слова – это оружие. Ну так подумайте, в кого вы стреляете…
Лена Костюченко на поверку оказалась плохим журналистом. Бог ей судья. Наверняка она человек хороший, но это не профессия.
Дорогие израильские журналисты. Мне все равно, какие вы люди. Будьте плохими. Но оставайтесь журналистами. Если вам нравится ваша страна – критикуйте ее, обсуждайте и ругайте. Не надо ничего скрывать и молчать. NAZA вполне могло бы быть великим кино. И все равно могло бы ошеломить Костюченко. Если бы оно было сделано профессионально, по всем принципам журналистики. Просто не предавайте профессию.
У меня все…
Комм.
Женя. Прекратите плз все упоминать про сексуальную ориентацию Костюченко. Это и есть гомофобия. Все остальное я согласен с тобой, но это прямо режет глаз.
Евг Эрлих
Владимир Фогель отвечу тебе специально. 1. Лена не скрывает своей сексуальности, а наоборот каждый раз ее выпячивает ради определенной цели. Как в ее статье, посвященной Земфире. Для нее ее сексуальность – маркер… нет, не прогрессивности, а ее позиции – я всегда буду биться против унижения людей со стороны государства, общества, толпы. Поэтому, как и Лена, я ровно также упоминаю ее сексуальность, как символ именно ее борьбы. 2. Но в контексте войны с ХАМАС ее сексуальность еще имеет кучу смыслов – понимает ли она, кого защищает (или против кого борется)? Понимает ли она, в каком положении находятся ее «коллеги» в Газе? Насколько она адекватно вообще считывает ближневосточный конфликт? 3. Маркер, который человек сам публикует, важен. Он важен для этого человека. Значит, он важен и для читателя, автор мне – читателю – что-то хочет сказать. Так почему вдруг я должен стыдливо игнорировать ее позицию? Я ровно также на себя накладываю маркеры – еврей, израильтянин, журналист… И читая мой текст, ты сразу понимаешь все про меня, как автора. И мне это важно. И если ты где-то напишешь «Эрлих – еврей», я сочту это просто констатацией факта, без попытки увидеть национальную неприязнь ко мне. Так что не вычитывай у меня двойных смыслов по поводу лгбт и Костюченко, я, вроде, не держу фигу в кармане, а открыто пишу то, что думаю.
Спасибо Евгению, что наряду с ней упомянул отбитых Анну Наринскую, Сергея Медведева, которые беззастенчиво несут антисемитскую повестку. я бы добавила к этому тетушку Слоним, она этим промышляет годами и не стесняется.
Адагамов давно опозорился.
Есть целые р/я сми с такой мерзкой повесточкой – как то Медуза, Дождь местами, Докса и пр.
Руссо журналисто – зачастую облико аморале
Добавлено 29.09.2026, 12:49
***
29 сент 14:55
“Как мать говорю, и как женщина”..
Лена Костюченко (журналистка и ЛГБТ-персона) побывала на премьере фильма “NAZA”, снятого левыми израильскими журналистами совместно с леволиберальной британской “Гардиан”, – и рассказала о впечатлениях.
Это фильм о “сопутствующих потерях” среди населения Газы, которые случаются во время ударов Израиля по террористам. Костюченко (ожидаемо) считает это “геноцидом” и сравнивает “будничность” потерь с привычкой немцев во Вторую мировую “смотреть в другую сторону”, не замечая дымящихся труб крематориев.
Если автор статьи сама предложила такую историческую оптику, то грех её не поддержать для прояснения реальности.
Например, после массированной бомбардировки Лейпцига британской авиацией в 1943 году погибли более 1800 жителей города, были снесены (наряду с военными заводами) 9 церквей, более 1000 коммерческих зданий, 56 школ, 58 факультетов университета и так далее. И вот представим странную картину: после “огненного смерча” британские мастера документального кино показывают в Лондоне фильм о “геноциде немецкого народа”, ставят под сомнение существование Великобритании, как страны-агрессора, и записывают анонимные интервью с британскими пилотами, которые рассказывают, как они бомбили школы, церкви и театры.
Представить такой фильм в воюющей стране просто невозможно. Не потому, что он искажает факты (с фактографией может быть всё в порядке), а потому, что он игнорирует общий смысл войны, “вынимает пазлы из картины”, меняя её смысл.
С точки зрения авторов фильма, уничтожение террористов в Газе – это почему-то “геноцид”. А действия арабских режимов по уничтожению Израиля (единственной демократии Ближнего Востока, где соблюдаются права человека и которая годами выживает под атаками соседей) – это почему-то несущественная вещь.
Подчёркнутый цинизм состоит в том, что фильм о войне с Хамасом приурочен к зверствам 7 октября и должен обесценить право Израиля на самооборону. Как и сам Хамас, фильм прикрывается “мирным населением”, чтобы увести из-под удара террористов. В самом деле, в чём отличие? – террористы строят бункеры под госпиталями и жилыми кварталами, а фильм стыдит Израиль за удары по “гражданскому населению”..
При этом сами террористы прекрасно знают, что являются мишенями для израильских ударов, но продолжают “мирно спать” в кругу своей семьи (как когда-то прятались под госпиталями), чтобы в случае атаки поднялся гвалт о “невинных жертвах”. Не удивлюсь, если террористы присоединятся к рекламе “NAZA” в мировом прокате, поскольку у Хамаса и левой общественности, как известно, общий враг – “израильская военщина”.
Виктимблейминг (обвинение жертвы) – распространённая история. Гитлер обвиняет Польшу в нападении на рейх, путин обвиняет Украину в начале войны, Хамас обвиняет Израиль в “геноциде”. Причём особая пикантность заключается в том, что о “геноциде” рассуждает российская квир-журналистка, которую без всяких колебаний подвергли бы “геноциду“ “мирные жители” Газы.
Любая документалистика – это отражение концепции, потому что “навести на резкость” можно разные части реальности. Какова же главная идея? Судя по всему, фильм вовсе не о том, что Израиль должен быть точнее в ударах по международному терроризму и минимизировать потери среди гражданского населения, – а о том, что сам Израиль нелегитимен в качестве “террористического государства”. (“Ёбнутый Израиль”, добавляет Костюченко).
Хотят авторы или нет, но фильм продвигает нарративы террористов: “От реки до моря” Израиль нелегитимен. Именно так фильм “NAZA” будет воспринят не только про-палестинской тусовкой на Западе, но и арабской улицей, которая победно улюлюкала кровавому 7 октября. Никакие жертвы его не волновали. Более того, убийство мирного еврейского населения и являлось главным праздником. За это улица и славила своего Аллаха.
Прогрессивная общественность готова убиваться над “мальчиками в трусиках”, погибших в домах, под которыми хамасовцы устраивали бункеры для военных арсеналов. Но вместо того, чтобы пожалеть всех жертв войны и говорить о тупиковости арабского террора против израильской демократии, – авторы снимают триллеры о потерях одной из сторон.
При этом, на одну полку ставятся “сопутствующие потери”, которые не являются целью израильских ударов, – и целенаправленная резня населения Хамасом. Если Израиль обычно предупреждает о массированных ударах по объектам, то Хамас открыто атакует мирные дома, снимая кровь на камеру. (Для израильтян предусмотрена “коллективная вина”, их можно резать без разбора, но к себе палестинцы не ждут такого подхода и требуют от Израиля соблюдения принципа личной ответственности).
Для России это знакомая история. Авторы “NAZA” могли бы отправиться в Россию снимать кино о “геноциде” русского народа в результате ударов Украины. Почему бы нет? Но это был бы лживый фильм, который вырывает частные трагедии из общего контекста.
В любых “сопутствующих потерях” виноват исключительно агрессор, развязавший войну. Если арабский мир признает право Израиля на существование, то никаких “потерь” не будет. Но, к сожалению, мир зависит не от Украины и Израиля, а от стран-агрессоров, которые мечтают их уничтожить.
Мирное население Лейпцига, которое (так или иначе) вкалывало на победу нацизма, можно пожалеть с общечеловеческих позиций – после окончания войны. Но вину за разрушение мирной жизни в Германии несёт Третий рейх – и никто другой.
“Мальчики” разрушенных немецких городов со свастикой на “трусиках” – это жертвы нацистского режима, а не британских лётчиков, потому что без уничтожения городской инфраструктуры невозможна победа над агрессором. Почему в войне с исламизмом должно быть иначе? Почему Великобритания – это страна-победитель, отстоявшая демократию в схватке с мировым злом, а Израиль – это “что-то другое”?
Добавлено 30.09.2026, 16:20