Tag Archives: Евгений Ройзман

Полгода войны в Украине

Хотят ли русские войны?

Сегодня, 24 августа, День Независимости Украины и ровно полгода с начала полномасштабной войны путинской России 

Марафон на Дожде

Советник главы Офиса президента Михаил Подоляк ответил на циничное «поздравление с Днем Независимости» белорусского диктатора Александра Лукашенко

«Похоже, Лукашенко действительно считает, что мир не замечает его активного участия в преступлениях против Украины. Поэтому цинично желает мирного неба, пуская по нам смертоносные ракеты», — написал он в Twitter.

По словам Подоляка, «эта клоунада пропитана кровью, зафиксирована и будет иметь конкретные последствия».

Белорусский диктатор Александр Лукашенко, поддерживающий кремлевскую агрессию против Украины, решил «поздравить ее жителей с Днем Независимости». Особый цинизм «поздравления» Лукашенко состоит в том, что на фоне ракетных обстрелов украинцев с территории Беларуси он пожелал им «мирного неба» и «толерантности».

***

Поздравление Президента Владимира Зеленского c Днем Независимости Украины

24 августа 2022 года – 09:07

Поздравление Президента Владимира Зеленского c Днем Независимости Украины

Свободный народ независимой Украины!

И этим все сказано. Всего четыре слова, но как много стоит за ними сегодня. На 182-й день полномасштабной войны. Сколько в этих словах символов и смыслов, подвигов и потерь, радости и боли. А главное – сколько в них правды. Нашей правды. Правды о нашем настоящем, с которым невозможно спорить, потому что невозможно не видеть и не признавать. Мы свободный народ независимой Украины. После шести месяцев, когда нас пытаются уничтожить, мы свободный народ независимой Украины. И это правда о нашем будущем. Свободный народ независимой Украины.

Полгода назад Россия объявила нам войну. 24 февраля вся Украина услышала взрывы и выстрелы. И 24 августа не должна была услышать слов «с Днем Независимости». 24 февраля нам говорили: у вас нет шансов. 24 августа мы говорим: с Днем Независимости, Украина!

За эти шесть месяцев мы изменили историю, изменили мир и изменились сами. Теперь точно знаем, кто действительно нам брат и друг, а кто даже не случайный знакомый. Кто не потерял свое имя и репутацию, а кто переживал, чтобы террористы сохранили лицо. Кому мы на самом деле не нужны, а где для нас двери действительно открыты. Мы поняли, кто есть кто. А весь мир узнал, кто такие украинцы. И что такое Украина. Больше никто не скажет о ней: это где-то там, возле России.

Мы стали уважать себя. Поняли, что, несмотря на любую помощь и поддержку, никто, кроме нас, не будет выгрызать нашу независимость. И мы объединились.

У нас еще не было «Хаймарсов», но были люди, которые готовы останавливать танки голыми руками. Нам не были готовы закрыть небо, но у нас были люди, которые были готовы закрыть собой родную землю.

Украинский народ и его мужество вдохновили весь мир. Дали человечеству новую надежду, что справедливость не покинула наш циничный мир окончательно. И в нем все еще побеждает не сила, а правда. Не деньги, а ценности. Не нефть, а люди.

Еще вчера мир не был сплоченным. COVID-19 ярко показал: каждый сам за себя. Через шесть месяцев Украина это изменила. Во всех мировых учебниках истории будет раздел «Времена, когда мир объединила Украина». Когда у демократии снова выросли зубы. Когда тирания получает ответ на том языке, который понимает.

Кто-то говорил: Европа больше не игрок. Слабая, разъединенная, пассивная, сонная. Украина взбодрила весь континент. Европа выходит на площади. Европа вводит жесткие санкции. Европа единогласно признает: Украина – будущий член Евросоюза.

Большой бизнес понял, что деньги все-таки пахнут. Кровью, гарью, смертью. Корпорации и бренды уходят с российского рынка, и люди стали важнее потенциальных убытков.

Еще никогда в мире мнение общества не имело такого влияния на политиков. Сегодня люди диктуют власти тренды и правила поведения. Быть безразличным, неактивным, медленным – стыдно. Быть нерешительным и слишком осторожным – стыдно. Говорить вяло, размыто и слишком дипломатично – стыдно. Не поддерживать Украину – стыдно. И говорить, что от Украины появилась усталость, стыдно. Это очень удобная позиция: усталость – это прикрытие, чтобы закрыть глаза. И сегодня мы слышим от лидеров мира и от обычных граждан: мы будем с вами до конца, до победы.

Уважаемый народ!

Мы всегда чтили всех борцов за независимость, называли этот день главным праздником, а сине-желтый флаг – святыней. Прикладывали руку к сердцу, исполняя гимн, гордо произносили «Слава Украине!» и «Героям слава!».

24 февраля нам выпало подтвердить слова делами. В этот день фактически прошел второй всеукраинский референдум. Снова – главный вопрос. Снова – определяющий выбор. Но в этот раз сказать независимости «да» нужно было не в бюллетене, а в душе и совести. Идти не на участки, а в военкоматы, терроборону, волонтерское движение, информационные войска или просто стойко и добросовестно работать на своем месте, в полную силу, на общую цель.

Мы все изменились. Кто-то родился во второй раз. Как человек, личность, гражданин, патриот, просто как украинец. И это, конечно, хорошая новость. Кто-то исчез. Не погиб, не умер, но растворился. Как человек, личность, гражданин, как украинец. И это на самом деле тоже неплохая новость. Мы больше не будем мешать друг другу.

Мы сделали выбор. Для кого-то это – Мариуполь. Для кого-то – Монако. Но мы знаем, кого больше. И мы наконец-то стали действительно едиными. Новая нация, которая появилась на свет 24 февраля, в 4 утра. Не родилась, а возродилась. Нация, которая не плакала, не кричала, не испугалась. Не убежала. Не сдалось. И не забыла.

Этот флаг будет повсюду, где должен быть по праву. И на Донбассе. И в Крыму. Враг думал, мы встретим цветами и шампанским. Вместо этого получил венки и коктейли Молотова. Ждал оваций, а слышит «хлопки».

Оккупант верил, что через несколько дней пройдет парадом в центре нашей столицы. Сегодня на Крещатике можно увидеть этот «парад». Доказательство того, что вражеская техника может появиться в центре Киева только в таком виде. Сожженная, разрушенная и уничтоженная.

Нам неважно, какая у вас армия, нам важно, какая у нас земля. Мы будем биться за нее до конца.

Мы держимся шесть месяцев. Нам тяжело, но мы сжали кулаки и выгрызаем свою судьбу. Каждый новый день – это новая причина не сдаваться. Потому что, пройдя столько всего, мы не имеем права не дойти до конца. Что для нас конец войны? Раньше мы говорили: мир. Сейчас мы говорим: победа.

Мы не будем искать с террористами взаимопонимания. Хотя понимаем русский язык, который вы пришли защищать. И убили тысячи людей, которых пришли освобождать.

И нам гораздо больше понятен и близок Джонсон, который говорит по-английски, чем убийцы, насильники и мародеры, которые все это делали по-русски.

И мы не садимся за стол переговоров из-за страха, с пистолетом у виска. Для нас самое страшное железо – не ракеты, самолеты, танки, а цепи. Не окопы, а оковы.

И мы поднимем руки вверх только один раз – когда будем праздновать нашу победу. По всей Украине. Потому что мы не торгуемся своими землями и своими людьми. Для нас Украина – это вся Украина. Все 25 регионов, без каких-либо уступок или компромиссов. Мы не знаем этих слов, они были разрушены ракетами 24 февраля.

Донбасс – это Украина. И мы будем возвращать его, каким бы ни был этот путь. Крым – это Украина. И мы будем его возвращать. Каким бы ни был этот путь. Не хотите, чтобы ваши солдаты гибли? Освободите наши земли. Не хотите, чтобы ваши матери плакали? Освободите наши земли. Вот такие простые и понятные наши условия.

Свободный народ независимой Украины!

Мы встречаем этот день в разных местах. Кто-то – в окопах и блиндажах, в танках и БМП, на море и в воздухе. Бьется за независимость на передовой. Кто-то – в дороге, в автомобилях, грузовиках и поездах. Бьется за независимость, доставляя необходимое тем, кто на передовой. А кто-то – в смартфоне или за компьютером. И тоже бьется за независимость – собирая средства, чтобы тем, кто в пути, было что везти тем, кто на передовой.

Мы встречаем этот день в разных обстоятельствах, условиях и даже в разных часовых поясах, но с единственной целью – сохранение независимости и победа Украины!

Мы объединились!

С Днем Независимости, Украина!

Слава Украине!

***

22.08.2022

Сцяпан Папоў: «Трэба дапамагаць Украіне, каб стварыць новае вакно магчымасцяў для беларусаў»

Cамбіст — пра сілу згуртаванасці. Цi што могуць зрабіць беларускія атлеты за мяжой.

Два гады таму беларускія спартоўцы падпісалі адкрыты ліст супраць гвалту і  за новыя выбары. Многім з іх пазней гэта каштавала працы, адлучэння ад міжнародных турніраў, а камусьці і свабоды.

Актывіст аб’яднання беларускіх спартоўцаў Сцяпан Папоў у вялікім інтэрв’ю «Салідарнасці» распавёў пра тое, чаму з’ехаў з краіны, як сустрэў пачатак вайны ў Кіеве і як спартоўцы могуць паўплываць на цяперашнюю сітуацыю.

Змяніць чатыры краіны і застацца беларусам

Напрыканцы 2020-га чэмпіёна свету і Еўропы па самба, залатога медаліста Еўрапейскіх гульняў Сцяпана Папова звольнілі з Цэнтру алімпійскай падрыхтоўкі. А да таго дэлегацыя з Мінспорту ў стылі «браткоў з 90-х» спрабавала запалохаць, каб ён ці то адклікаў свой подпіс з-пад ліста свабодных спартоўцаў, ці то змоўк і не казаў пра гвалт, а лепш наогул ціхенька з’ехаў.

Абвінаваціць у прадажнасці чалавека, які правёў ноч пад дзвярыма Акрэсціна (туды трапіў дваюрадны брат), не атрымалася, вымусіць з’ехаць — таксама.

Але праз год спартовец усё ж пакінуў краіну.

Фота з асабістага архіву Сцяпана Папова

— Я з’ехаў, калі пачалася Алімпіяда і была верагоднаць, што рэжым пад шумок возьмецца за спартоўцаў, хто адкрыта выказваў сваю пазіцыю, — загдвае Сцяпан. — Узяў квіток у Турэччыну на месяц, каб адпачыць і паглядзець па падзеі збоку. І якраз пачалася незразумелая цікавасць да мяне, нейкія званкі з РАУС.

Разумеў: калі вярнуся, будзе толькі два варыянты — альбо сядзець моўчкі і не крытыкаваць тое, што адбываецца, альбо проста сядзець. Таму ўзяў пэўную паўзу, трошкі заняўся самаадукацыяй. Штодня гадзін па 17 працаваў за камп’ютарам, паралельна слухаў навіны,  што адбываецца ў краіне. Бачыў, што ўсё гэта зацягваецца, і шукаў месца, у якім можна застацца недзе на год.

Спартовец ужо быў нагледзеў у Антальі жытло для сям’і і школу для малодшай дачкі, пазнаёміўся з беларускай дыяспарай, ацаніў перавагі жыцця ля мора. Але трэба было легалізавацца, выехаць з краіны, каб потым вярнуцца і шчыльна заняцца дакументамі. Паехаў у Кіеў, дзе былі родныя і сябры. І менавіта тут заспеў пачатак вайны.

— Скрозь сон першыя выбухі слаба чуў. Падхапіўся толькі, калі Канстанцін Якаўлеў, у якога я начаваў, пачаў гучна гаварыць па тэлефоне, крычаць, мацюгацца — мы ўключылі інтэрнет і ледзь маглі паверыць, што гэта здарылася: Расея напала на Украіну.

Так, раней бачылі, як шмат людзей з’ехалі з горада, з размоваў з таксістамі тое-сёе чулі; але быць гатовым да гэтага немагчыма.

Мы меркавалі, што лепш застацца ў Кіеве, потым бачым відэа — расейская тэхніка ўжо на Абалоні, відэа, дзе БТР наехаў на легкавік. Былі перасцярогі, як адрэагуюць украінцы на чалавека з сінім пашпартам, ці не палічаць дыверсантам, бо ў паніцы — хто там будзе разбірацца? Але сядзець і бяздзейнічаць таксама не варыянт, лепш нешта рабіць, — кажа спартовец.

На вакзале квіткоў не было, але ўдалося за грошы падсесці ў машыну на Львоў, і гэта быў  незабыўны шлях: пробкі з-пад самага Кіева, частыя выбухі, вадзіцель з Туркменістана то гнаў як шалёны, то машыну штурхалі; на блакпосце ўкраінскія вайскоўцы ўбачылі ў багажніку самбоўку і сумку з вялізным надпісам Belarus, але не спусцілі на беларусаў усіх сабак, проста перанакіравалі ў аб’езд.

У Львове спартовец імкнуўся ўсяляк дапамагчы сваім украінскім сябрам. Але рук хапала, і яму самому дапамагалі: «Нібыта гэта ў мяне здарылася бяда, а не ў іх», — з цеплынёй згадвае ён.

— Вырашыў ехаць у Польшчу, тым больш, і візу меў. Тут таксама была магчымасць дапамагаць Украіне: фуры разгружаў з гуманітарнай дапамогай, падтрымліваў ініцыятывы па зборы грошай.

«Маленькімі крокамі можна дайсці да перамогі»

— Тут усе разумеюць, што беларусы, якія выехалі з краіны — супраць рэжыму Лукашэнкі, што яны за Украіну і дапамагаюць, кожны як можа. Дрэннага стаўлення я не бачыў.

У многім, думаю, трэба быць удзячным Антываеннай дэкларацыі, якую ініцыяваў Фонд сп*ртовай салідарнасці. Бо мы знаходзімся на сувязі з украінскімі спартоўцамі і расказваем, што ў дакуменце выразна вызначана наша пазіцыя супраць вайны і названыя яе віноўцы: РФ,  Пуцін, які яе ўзначальвае, і ягоны хаўруснік — Лукашэнка, які прадаставіў нашу тэрыторыю для абстрэлаў.

Таму дэкларацыя трошкі змяніла настрой украінцаў. Іхні міністр спорту размаўляе з фондам, НАК Польшчы таксама падтрымлівае, шэраг спартоўцаў-дэпутатаў, ёсць станцыя КіеўFM, якая прасоўвае гэтую павестку.

Што яшчэ могуць зрабіць беларускія спартоўцы за мяжой? На думку Сцяпана Папова, галоўнае — нягледзячы на стомленасць і эмацыйны спад, не размяжоўвацца і не весціся на «бульбасрачы»:

— Пра палітыку можна размаўляць вельмі шмат, і тут не будзе ідэалу. Любы лідар, які зараз выйдзе, адхопіць сваю порцыю крытыкі, бо шлях цяжкі, а перамога пакуль далёка. Але важна аб’ядноўвацца і працаваць у сваёй галіне. Нас жа было шмат падпісантаў ліста, больш як 2000 чалавек, я ведаю многіх асабіста. Многія атрымалі за свой подпіс «узнагароду», страцілі працу і дом, вымушаныя былі з’ехаць, але пазіцыя іх не пахіснулася.

Вось зараз у Варшаве адбыўся Кубак імя Сашы Івуліна, мэтай якога было не проста згуляць у футбол, а нагадаць свету, што ў Беларусі працягваюцца рэпрэсіі, што палітзняволеныя, у тым ліку спартоўцы, без аніякай віны застаюцца за кратамі. Уразіла, як на заклік Фонду адгукнуліся фядомыя футбалісты — Ілья Шкурын, Аляксей Хацкевіч, экс-дырэктар БАТЭ Міхась Залеўскі, іншыя хлопцы.

У Дзюсельдорфе ў гэты ж дзень Андрэй Краўчанка, Яна Максімава, Дзіма Шэршань зладзілі спартыўны пікнік — были паказальныя выступленні, гульні для дзяцей, плюс напісалі лісты палітвязням, выказалі падтрымку Беларусі і Украіне.

Калі з падпісантаў хаця б чалавек 200-300 актыўных будуць рабіць гэта ў іншых краінах і паказваць, што беларускія спартоўцы супраць вайны — падцягнуцца і іншыя. Гэта здаецца маленькім учынкам, але акурат такімі маленькімі крокамі можна дайсці да перамогі.

— З пачатку вайны вы завялі тэлеграм-канал, каб расказваць спартоўцам, што адбываецца. Ці ўдалося пераканаць кагосьці з тых, хто «Za», наогул зразумець, што ў галовах у людзей, якія падтрымліваюць вайну?

— Так, я пачаў весці дыялог з расейскімі спартоўцамі, і ў выніку, можа, з тысячу чалавек ад мяне адпісаліся. Спачатку быў шок: як так, я прыводжу факты, доказы, а дастукацца ніяк. Потым заўважыў, што ў многіх паўтараюцца адныя і тыя ж думкі, нават фармулёўкі, як па метадычцы. І каб не паўтарацца, скрыншоціў гэтыя аднолькавыя думкі і каментаваў іх.

Сцяпан прыводзіць прыклад, як знакамітаму ўкраінскаму самбісту Віктару Савінаву, чыя сям’я вымушаная была хавацца ў бомбасховішчы, тэлефанавалі спартоўцы з Расіі, маўляў, што здарылася, чаму «вашы ў нашых страляюць»?

Нехта напісаў: «Вось табе карта, каб выйсці з Харкава да нашых і ўратавацца, бо вашыя нацысты гэту карту не пакажуць». Украінскі спартовец у адказ папрасіў уратаваць яго ад «рускага свету», але для многіх тэлевізійная прапаганда аказалася мацнейшай, чым сведчанні асабіста знаёмага ўкраінца.

— Мяркую, гэта таму, што яны вельмі залежныя ад сваёй дзяржавы. Большасць з іх — «на пагонах», у структурах, і нічога не могуць сказаць, нават калі ўсё разумеюць. Дый не хочуць адчуваць сябе злодзеямі, таму вераць у тое, у што хочацца верыць: мы на баку дабра, а вы гады.

Многія спрабавалі мяне зачапіць, вывесці на эмоцыі, каб я іх паслаў і паказаў сябе неўраўнаважаным псіхапатам. І вельмі іх крыўдзіла, што я не зрываўся і не вёўся на маніпуляцыі.

Праз пэўны час адмовіўся ўжо ад гэтых дыялогаў, бо ўсе, хто жадаў, мог разабрацца ў падзеях і прычынах, і пераключыўся на размовы з расейцамі, якія не падтрымліваюць «спецаперацыю», адчуваюць сябе ізгоямі і знаходзяцца ў небяспецы пераследу за «фэйкі».

«Зона камфорту для маўчуноў скончыцца»

— Тыя беларускія спартоўцы, хто мог і жадаў адкрыта выказацца, ужо гэта зрабілі. А маўчуны застаюцца ў сістэме, спаборнічаюць, працуюць. Яны не падпісвалі праўладнае пісьмо і многія «супраць» — але маўчаць.

І вось цяпер да іх таксама даходзіць, як гучаць дурныя выказванні Кавальчука, Рыбака, Хмялькова пра «перыяд перазагрузкі для спорту», «санкцыі нас робяць мацнейшымі», і пошукі альтэрнатывы міжнародным турнірам — Ябацькіяда якая-небудзь замест Алімпіяды: сабраць стадыён «Дынама» і глядзець, як чыноўнікі і ябацькі бегаюць стометроўкі

Проста раней спартоўцы ездзілі на спаборніцтвы, атрымлівалі зарплаты і прэміі, і якую лухту ды хлусню выдаюць чыноўнікі, іх не хвалявала. А зараз атрымліваць перастануць, бо міжнародны бан і 90%, што не паедуць на Алімпіяду, і ў Мінспорту ўсе рагочуць пра прыдуманую Кавальчуком «шкалу», па якой нібыта будуць налічваць заробкі — добра, калі выйдзе 400-500 рублёў акладу, без прэміяльных. Вось тады зона камфорту для маўчуноў скончыцца.

— У 2016 годзе вы атрымалі ўзнагароду Fair Play за высакародныя паводзіны. Сёння ў беларускім спорце адбываецца штосьці супрацьлеглае сумленнай гульні. Як гэта можна ахарактарызаваць?

— Як быццам прафесіянал узроўню заслужанага майстру спорту прыйдзе змагацца на юначы чэмпіянат, і яго назавуць вялікім чэмпіёнам. Наогул, усё гэта ідзе зверху, як і на выбарах, дзе нібыта перамог Лукашэнка, якому ЦВК намалявала 80,1 % галасоў, а ўсе іншыя і блізка не дацягнулі да яго.

Так у гэтага рэжыму ўсё і выглядае: мы паўсюль пераможцы, а вы — ніхто.

Галоўная праблема, на маю думку, што спартоўцам зараз няма за кім ісці. У цяперашняй Беларусі яны разумеюць, што ёсць пэўныя правілы: ты маўчыш і сёе-тое атрымліваеш. А з другога боку медаля — не хапае рэальных дзеянняў апазіцыі.

Мусіць быць рэальнае аб’яднанне і лідары, якія здолеюць згуртаваць людзей вакол сябе — не новае міністэрства спорту, але суполка роўных, дзе кожны працуе для перамогі.

«Нацэлены вярнуцца»

— Можа, і добра, што ў 2020-м мы не перамаглі адразу, бо ўсе выраслі ў гэтай краіне і прызвычаіліся жыць па пэўнай схеме. Калі мы ўсе аб’яднаемся і зробімся пэўнай структурай, у якой будзе бачанне перспектыў — тады будзе моц, якая пераверне рэжым.

А зараз трэба дапамагаць Украіне, каб стварыць новае вакно магчымасцяў для беларусаў. Многія лічаць: ЗСУ разбярэцца, ёсць жа зброя, дапамога. Так, Расія прайграла маральна. Але да фізічнай перамогі яшчэ вельмі далёка. Трэба набліжаць яе і абяляць беларускі спорт і беларусаў перад вачыма ўкраінцаў, як два гады таму, калі самі беларусы ўбачылі, што спартоўцы з народам.

Я перакананы, што ўсё было не дарэмна. Атрымалася вывезці сям’ю, яны цяпер у бяспецы. На ўмовы грэх скардзіцца, дый калі прыцісне, гатовы на любую працу. У Еўропе наогул больш магчымасцяў для рэалізацыі. Хоць, канешне, бывае і сум — не хапае родных, сяброў, чоўна, на якім рыбачыў і які без мяне ніхто не спускаў на ваду.

Накрывае часам: а што, калі ўсё вельмі доўга зацягнецца, і я ўжо пушчу тут карані, дзецям спадабаецца і яны не захочуць з’язджаць?

Але я прызвычаіўся да барацьбы, таму нацэлены вярнуцца. Веру, што мы можам быць не горш за Літву праз 5-10 год, калі будзем рухацца. Заўжды марыў развіваць культуру спорту і адпачынку ў сваім Лепелі, каб было нормай не выпіць таннае «чарніла» і ўпасці ў кусты, а паплаваць, пабегаць, займацца на трэнажорах у добрай залі.

Хочацца, каб Беларусь не стала часткай Расеі, а адштурхнулася, нарэшце, ад дна, на якое мы апускаемся гэтыя два гады, і на новым эмацыйным уздыме выйшла на ўзровень 2020-га і вышэй — да нашай перамогі.

Крынiца

Апублiкавана 24.08.2022  16:16

Обновлено 25.08.2022  00:23

 

УЕХАТЬ ИЛИ ОСТАТЬСЯ?

2 Июня 2021 16:38  Ольга Балюк

«Я уничтожил старые телефоны, книги, у меня собран рюкзак»

Евгений Ройзман — о подготовке к аресту, репрессиях и том, нужно ли уезжать из России

За последние несколько дней в России задержали еще двух оппозиционных политиков — экс-главу «Открытой России» Андрея Пивоварова и экс-депутата Госдумы Дмитрия Гудкова. На них возбуждены дела по разным статьям, но политологи считают, что это звенья одной небезызвестной цепи, начавшейся с ареста Алексея Навального. Znak.com поговорил с одним из оставшихся на свободе оппозиционных лидеров — экс-главой Екатеринбурга Евгением Ройзманом о том, как он готовится к возможному задержанию, когда закончатся репрессии, и о том, стоит ли молодежи все же уезжать из страны.

 

«Если репрессивный аппарат появился, он будет только разгоняться»

— После задержаний и арестов Дмитрия Гудкова и Андрея Пивоварова оппозиционных лидеров на свободе осталось не так много. Не боитесь, что вы будете следующим?

— Важно понимать, что и Пивоварова, и Гудкова задержали по одной причине — они оба хотели участвовать в выборах в Госдуму, оба вели переговоры с «Яблоком». Их задержали только по этой причине, ни одной другой причины нет. Гудков умеет вести кампанию, Гудков не растерял своих сторонников, он мог достаточно серьезно выступить. Пивоваров у себя в Питере тоже мог хорошо выступить. Оба молодые перспективные политики, у меня ни к одному из них нет претензий. (6 июня Дмитрий Гудков, отпущенный из тюрьмы 3-го, всё-таки уехал из России – belisrael)

У меня ситуация своя: если бы у меня был хоть один шанс зарегистрироваться, я бы пошел на повышение ставок и пошел бы в Госдуму, понимая все риски. Я просто этого шанса не увидел. Я в этом понимаю все, что можно в этом понимать. Это когда тебе предлагают играть в шахматы, только у тебя не будет ферзя, ладьи, слона и коня. Зачем ты будешь садиться играть?

Это моя страна, я здесь родился и вырос. Я вижу, как меняется ситуация, и понимаю все риски. Понятно, что я не хочу сидеть, но я не боюсь. Я еще и не имею права бояться.

Репрессии, которые сейчас происходят, точечные, и об этих делах много говорят. Задерживают очень маленький процент людей, а бояться начинают все. Эти действия направлены на запугивание и зачистку поляны перед выборами.

— Журналист Олег Кашин сегодня выпустил колонку, где пишет, что репрессии продолжатся и что от них не застрахованы в том числе системные оппозиционеры и даже «номенклатурные столпы» вроде Дмитрия Медведева или Константина Эрнста. Вы с этим не согласны? Это другая история?

— Когда создана репрессивная машина, мощный репрессивный аппарат с идеологической накачкой, общественное мнение подготовлено к массовым репрессиям, ГУЛАГу, войне — вся инфраструктура, она не может простаивать. Кончатся эти — придут за следующими и так далее. Так уже бывало. Поэтому иллюзий нет.

Сами они не остановятся. Никто не скажет: «Довольно, мы уже столько народу посадили, дальше не будем сажать». Поэтому если репрессивный аппарат появился, он будет только разгоняться. В этом я вынужден согласиться.

Путин уже несколько раз продлевал сроки нахождения на госслужбе. Сам президент и все его окружение стареют. Поэтому начинают выкашивать молодых. Здесь есть биологический момент — у них страх перед молодыми. Российская власть откровенно на пороге геронтократии. Молодые для них как классовые враги. Еще и поэтому на молодых репрессии будут распространяться точно, потому что старики, пришедшие к власти, на молодых смотрят с подозрением и ревностью.

«Если тебе страшно — лучше уезжай, целее будешь»

— На фоне новых задержаний все немного забыли об Алексее Навальном. Что сейчас, по-вашему, важнее, Навальный и то, что он сидит, или общая ситуация с разгромом оппозиции?

— Когда Навального закрыли, стал понятен его масштаб. Стало ясно, что мало людей, сравнимых с ним по популярности, по значимости, по умению сопротивляться, умению не бояться и жертвовать собой. Значение Навального как символа выросло в разы. Другое дело, что он себя в жертву приносит. Его приезд сюда — осознанная история, он понимал, на что идет. Я ему желаю стойкости и мужества. Сейчас его задача — просто остаться в живых. На эту тему хорошо высказался Павловский: лидеру оппозиции в России мало быть гением, надо еще и выжить. Это ровно тот самый случай.

.
Яромир Романов / Znak.com

.

— По вашим ощущениям, задержания и аресты будут только до выборов в Госдуму или это начало нового застойного периода на 10–20 лет?

— Я боюсь давать прогнозы, потому что это Россия. Мы с тобой просчитаем 100 вариантов, а произойдет 101-й. Совершенно точно — сейчас нервяк сильный и до выборов он таким будет. И не факт, что после выборов он исчезнет.

Очень сильно боятся «Умного голосования». Ведь это не голосование за кого-то, а голосование против «Единой России». И несколько раз оно сработало откровенно сильно: история с Фургалом, Приморьем, Хакасией. «Умное голосование» смешивает партии власти вообще все карты. Ход событий: отравление Навального, разгром ФБК (организация решением Минюста РФ признана иностранным агентом), объявление экстремистами всех, кто их поддерживал, запрещение участвовать в выборах всем сторонникам — это звенья этой цепи. Я думаю, что многие молодые сторонники Навального, оппозиционные политики будут работать со своими аудиториями и призывать к «Умному голосованию», потому что оно может сработать.

— По-вашему, надо продолжать регистрироваться в «Умном голосовании», несмотря на то что данные людей сливают и продают, а кого-то даже увольняют с работы за это?

— Ты же — когда выходишь на митинги — выходишь с открытым лицом, не прячешься. Если ты регистрировался как участник митинга, ты же собирался на него идти под своим именем и фамилией. Чего бояться в этой ситуации?

Ну если сильно боишься — зарегистрируйся с одноразовой почты, да и все. Молодые в этом прекрасно разбираются.

Невозможно жить в своей стране и бояться. Если тебе страшно, ты не готов преодолевать свой страх, ну уезжай лучше — целее будешь.

«Любой мой отъезд будет расценен как бегство»

— Ваш пост с предложением выпускникам школ уезжать за границу вызвал большой резонанс. 

— Я считаю, что у молодых рисков много. Я понимаю устойчивость режима и что на сопротивление может уйти большая часть жизни. Эту часть жизни, — которую человек может потратить даже не на борьбу, а просто на сопротивление, попытку остаться самим собой, — в любой другой, демократической стране он бы потратил эту часть жизни на свое развитие, свое становление. Самое страшное, что этот режим крадет время.

Я много лет говорил, что не надо уезжать, это наша страна и надо за нее бороться, надо сопротивляться и пытаться изменить страну. Я отговаривал людей уезжать, я брал на себя ответственность. Когда я попал в спецприемник, я обнаружил, что в соседних камерах сидят люди, которых я отговаривал уезжать. Для меня это болезненно. Я не имею права брать на себя ответственность. Я понимаю, что уедут — целее будут, интегрируются в большой мир и не потеряют это время. Именно поэтому я сейчас не буду отговаривать никого, потому что вижу, что двери закрываются.

— Отговаривать не будете, но и призывать к этому тоже?

— Я буду говорить, что думаю. Есть замечательная русская поговорка: «Бег не красен, да здоров». Бывают времена, которые надо просто переждать. Ты же уступаешь дорогу автобусу, не потому что ты вежливый. Сейчас задача просто выжить. Я не имею права требовать от других того, что могу требовать от себя.

— Сами вы не рассматриваете вариант уехать?

— У меня личная ситуация. Любой мой отъезд будет расценен как бегство. Я не могу себе этого позволить.

Я унес из дома и уничтожил все свои старые телефоны, все свои записи на всякий случай уничтожил. Адресные книги. Просмотрел всю библиотеку — что у меня есть, за что могут зацепиться. У меня стоит рюкзак, все туда сложено на крайний случай.

Я оцениваю все риски, все понимаю.

.
Яромир Романов / Znak.com
.

— Стоит ли в этой ситуации людям быть осторожнее с постами в соцсетях? Вы будете менять свою риторику в них?

— Я ничего менять не буду, у меня риторика выверенная. Я стараюсь нигде не переходить на личные оскорбления. Но я позволяю себе называть вещи своими именами, все это кто-то должен делать. Надо понимать: ты можешь делать все что угодно, но ты вдруг нечаянно заплывешь за буйки, или перейдешь улицу на красный, или обнаружат твой текст 10-летней давности, или кто-то оскорбится. Никто не знает. Ситуация похожа на 1937 год, когда люди сидели за анекдот, просто ни за что или могли не знать, за что они сидят. Для того чтобы сесть, необязательно что-то написать или сделать что-то плохое.

— Может быть, имеет смысл для тех политиков, кто остался на свободе, отступить, переждать это время, не участвовать в этой кампании? Или надо продолжать?

— Я в этой ситуации не могу никого ни к чему призывать. Сейчас, на мой взгляд, что бы я рекомендовал: нельзя бояться и нельзя сдаваться. Все равно нужно оставаться самим собой, искать для этого возможность.

— Это и простых людей касается или только политиков?

— Нельзя мириться со злом, нельзя участвовать в зле. Это очень просто, это рецепт на все времена. Один человек может молчать, но не участвовать в подлости. Другой способен говорить об этом вслух. Здесь все зависит от личных качеств, от возможностей участников соревнований.

Во время тотальной лжи человек, говорящий правду, выглядит экстремистом. Но тем не менее, когда многие замолкают, каждый голос, поднятый в защиту правды, в защиту людей, звучит громче и яснее.

— Как у вас обстоит ситуация с проверкой, которую МВД проводило? Вам же грозит дадинская статья?

— Как я понимаю ситуацию: реанимировать могут все что угодно, в любой момент. Если любой перепост воспринимается как призыв к несанкционированному митингу и этот же самый перепост расценивается как организация митинга, то в Екатеринбурге примерно у 20 тыс. возникнут такие ситуации. Чем я лучше или хуже других?

— Ну вы все-таки лидер общественного мнения. 

— Значит, у меня более высокие риски. Реанимировать в любой момент могут любой текст. Но я не побегу все равно, я буду до конца стоять. Россия — это наша страна, та страна, за которую стоит бороться.

Источник

Опубликовано 09.06.2021  13:09