Борис Гольдин. АМЕРИКАНСКАЯ ИСТОРИЯ. Ч.2

Начало

ПЕРВЫЙ БЛИН КОМОМ

Угрюмо жизнь его текла,

Как жизнь развалин. Бесконечность

Его тревожить не могла,

Он хладнокровно видел вечность,

Не зная ни добра, ни зла,

Губя людей без всякой нужды.

Ему желанья были чужды,

Он жёг печатью роковой

Того, к кому он прикасался…

М.Лермонтов

Я в отделе кадров Управления Образованием округа Санта Клара (Santa Clara County Office of Education ).

– Есть ли у вас вакансия на должность ассистента учителя? – спросил пожилого клерка и выложил перед ним свои дипломы высшей школы и эвалюацию к ним.

По приезде в Америку послал дипломы педагогического института, университета и  кандидата наук на эвалюацию. После долгой тишины пришли документы, подтверждающие соответственно степени бакалавра, магистра и доктора философии. В США одноуровневая  система докторских степеней. Тут обе ученые степени, как кандидата наук, так и доктора наук, рассматривают как подлежащие признанию на уровне докторской степени – Ph.D.

Но у этого “белого воротничка”, так называют офисных работников, на лице было  написано, и это звучало в разговоре, что он ненавидит таких, как я. Сначала я не понял, в чем дело. Был хорошо выбрит. На мне был черный костюм.   Потом дошло – ему неприятен мой русский акцент, он ненавидит все, что связано с Советским Союзом. Думал, что такие люди канули в прошлое.

– Для позиции ассистента учителя специального образования нужен только документ об окончании школы,- сказал он.

Объясняю, что без документа о среднем образовании не принимают в советские вузы. По окончании педагогического института мне выдали диплом учителя, а мой аттестат о среднем образовании так и остался в архиве учебного заведения. Такой порядок.

Он меня слушал, и было видно, что сам о чем-то думал. Я не стал ничего ему доказывать. Понял, что это было все равно, что биться головой об стенку.

– Я хочу поговорить с начальником.

Вот в этом он мне отказать не мог. Закон есть закон.

 

У КОГО ПРОБЛЕМЫ?

Пришел элегантно одетый мужчина. Пригласил в свой офис. Представился:

Philip Gordillo. Какие у вас проблемы?

– У меня нет проблем. Думаю, что они есть у вашего работника. Как я понял, он продолжает еще жить во времена генерала Джозефа Маккарти. Поэтому у него даже негативное отношения и к дипломам советской высшей школы.

В 50–60-х годах прошлого столетия маккартизм проник во все сферы жизни американского общества, и причиной всех возникающих проблем маккартисты называли коммунизм. Начались масштабные гонения на инакомыслящих, под предлогом борьбы с мифическими «русскими агентами». Боролись против переговоров с социалистическими странами и вели борьбу с “внедрением коммунистов” в государственные органы.

Большой начальник удивленно поднял свои густые брови и внимательно изучил мои документы.

–  Мы берем вас на позицию ассистента учителя по замене. Заболел кто или что случилось, вы, как в спорте, заменяете человека. Это значит, что каждое утро вам будут звонить и приглашать на работу в разные школы в системе специального образования. Потом вам надо будет сдать ряд школьных тестов.

– Спасибо! Я рад позиции ассистента учителя. Но разрешите по одному вопросу высказать свое мнение. Имея степени бакалавра, магистра и доктора философии, сдавать школьные тесты, думаю, будет для меня дискомфортно.

Он сделал паузу и сказал:

– Разрешите нам подумать.

Затем снял телефонную трубку.

-Линда, пожалуйста, дайте тренинг мистеру Гольдину. Он к вам скоро подойдет.

“Тренировку” проводила очень знающая миссис Линда Тэйлор (Linda Taylor), за плечами которой было более тридцати лет работы. Она открыла мне многие “тайны” в области специального образования.

Линда подчеркнула, что это особо организованный процесс. Он включает в себя работу с молодыми людьми, имеющими нарушения развития, такими, как аутизм, эмоциональные нарушения, нарушения умственного развития, двигательные расстройства, специфические нарушения обучаемости, расстройства речи и другие.

В 1990 году был принят Общественный Закон “Акт об Образовании лиц с нарушениями”. Он придавал особое значение требованиям по переходу подростков с нарушениями развития из школьной во взрослую жизнь. В этом же году был введён и другой закон, который запрещал дискриминацию лиц с нарушениями при приёме на работу, в транспорте, в общественных местах и на телевидении.

– Вам придется больше работать со студентами с аутизмом, – сказала она в заключении,- скоро пригласим на специальный семинар.

Через две недели я получил документ, где подчеркивалось, что при наличии иностранного диплома высшей школы, работник освобождается от сдачи школьных тестов, и ему начисляются очки в зависимости от уровня его образования.

 

ПЕРВЫЙ БЛИН КОМОМ

Глупец последний даже знает:

Комом первый блин бывает!

Но не бойся ты учиться:

Умеет тот, кто не боится!

Лё-Ля

Раннее утро. Звонок. Как говорят, взял “ноги в руки” и бегом. Сегодня первый день работы. На автобус надейся, а сам не плошай. Машину мы приобрели. Правда, старенькую. Но без нее совсем  было бы худо. Еду в школу по указанному адресу. Что за ерунда? Кругом двухэтажные дома. Какая тут может быть школа? Стучу в первую попавшуюся дверь.

– Извините, я ищу школу.

– У нас поблизости нет. Покажите ваш адрес. Вот и ошибка. Вам надо в другой городок. Тут недалеко.

Прямо, как в советском фильме “Ирония судьбы, или С легким паром!”. Да, в Советском Союзе в каждом городе имелись улицы имени Ленина, имени Пушкина, имени Гагарина, имени …

Теперь я знаю, что в каждом американском городе есть улицы Martin Luther King, Oak Street, Main Street…

Жму на газ. Вот и школа.

Учительница средних лет, очень вежливая. Представилась: мисс Изаббела Рубио (Isabel Rubio). Симпатичная. Познакомила с учениками, планом работы.

В начальной школе были два класса с детьми, которым еще в детстве врачи, с болью в сердце, поставили диагноз – аутизм. Школа большая. Они имеют возможность контактировать с другими ребятами. И это очень правильно.

 

Навыков работы у меня ещё не было. Надо было осваивать новое дело. Вот и подумал, что сегодня будет первый вклад в копилку моего опыта. День за днем, смотришь, он и появится.

В классе было двенадцать учеников. Лет так по десять–одиннадцать. Все вроде спокойные. Несколько человек с синдромом Дауна. Познакомились. Кто был посмелее, рассказывал о себе. Кто-то даже взял меня за руку.

– Теперь в парк, – скомандовала учительница.

 

МАЛЬЧИК НА ДЕРЕВЕ

Веселым обезьянкам

На месте не сидится.

Веселым обезьянкам

Так хочется резвиться.

Они всем корчат рожи,

Хватают все подряд.

Они, вполне возможно,

Берут пример с ребят!

А.Аратюнова

Рядом со школой раскинулся большой парк. Настоящая дубовая роща. Встречались и такие высокие деревья, что, если захочется увидеть на верхушках певчих птиц, то можно и шею сломать.

И вдруг один из этих тихих мальчиков по имени Антони энергично запрыгивает на одну из пышных веток и старается по стволу подняться все выше и выше. Всем интересно. Улыбаются. Смешно.

– Быстро на дерево и за ним, – раздается армейский приказ.

Интересно, кому адресована команда?

– Почему вы еще здесь?

Тут мне стало смешно. Даже в Советской Армии никто из командиров не отдал бы такой нелепый приказ.

Этот армейский голос с железными нотками указывал мне, что конкретно надо делать. Но навыков шимпанзе у меня не было. Мой наставник – опытная Линда не акцентировала внимание на лазание по деревьям.

Я взял себя в руки и спокойно ответил:

– Спасибо за доверие, мисс Рубио. Но, к сожалению, навыков шимпанзе еще не приобрел.

Тут я попрощался с учениками, с юным спортсменом Антони, который и сам не знал, что творил, учительницей, которая на этот раз уже не казалась такой милой. Больше напоминала героиню американского мистического триллера “Женщина в  черном”.

Вот и состоялось мое  первое знакомство с юными аутистами и милым, только на первый взгляд, учителем.

Мобильных телефонов тогда еще не изобрели. Вернулся в школу. Позвонил миссис Линде Тэйлор. Поделился впечатлениями о начале моего первого рабочего дня.

–  В нашей работе все бывает. Я позвоню в другую школу. Прямо сейчас садитесь в машину. Думаю, что будет все хорошо, – сказала она и тут же добавила, – на этот раз вам повезет, там нет рядом парков.

Прямо, как у Шекспира, “Все хорошо, что хорошо кончается”.

Опубликовано 07.08.2017  12:12

Leave a Reply