В Израиле, пожалуй, нет города, одна из улиц которого не носила бы имя этой неординарной личности, блистательного лингвиста и одаренного публициста, сделавшего нам родным язык, на котором написана Тора…. 

7 января 1858 года в хасидской семье Иегуды и Фейги Перельман в местечке Лужки, Виленской губернии, родился Элиэзер Перельман, будущий педагог, журналист, общественный деятель, пионер возрождения иврита в качестве разговорного языка. Отец мальчика умер, когда Элиэзеру было всего пять лет.

В 13-летнем возрасте его отправили в иешиву в Полоцк. Глава иешивы, тайный сторонник светского образования, познакомил Элиэзера Перельмана с произведениями светской литературы на иврите. Желая спасти Бен-Иегуду от столь «еретического» занятия, как чтение светских книг, дядя Элиэзера забрал мальчика из Полоцкой иешивы и отправил учиться в Глубокое (близ Вильны), где он познакомился со Шмуэлем Йонасом, который, будучи сторонником ХАБАДа, в то же время сотрудничал в светской периодической печати на иврите.

Именно Йонас убедил Перельмана в необходимости получить светское образование. Дочь Йонаса Двойра обучила Элиэзера русскому языку, и после годичной подготовки к вступительным экзаменам он стал студентом реального училища Двинска, которое окончил в 1877 году.

Борьба балканских народов за освобождение от Турции и связанная с этим русско-турецкая война 1877–78 гг. зародили у Перельмана идею возможности возрождения еврейского народа на его исторической родине. Он решил поселиться в Палестине и в 1878 году отправился в Париж изучать медицину, чтобы приобрести профессию, которая дала бы ему возможность зарабатывать на жизнь в стране предков.

Через год в Париже Элиэзер опубликовал в газете «ха-Шахар» статью «Жгучий вопрос», в которой впервые сформулировал идею создания в Палестине духовного центра для всего еврейского народа. А важнейшим элементом возрождения еврейского народа он провозгласил возрождение иврита в качестве языка повседневного общения. Статья была подписана псевдонимом Бен-Иегуда.

Автор размышлял в этой статье: «Если мы хотим, чтобы имя Израиля не было предано забвению, мы должны создать нечто такое, что могло бы служить центром для всего нашего народа, подобно сердцу в организме, из которого кровь устремится в артерии и наполнит жизнью тело нации. Это «нечто» – поселения в Палестине… Почему некоторые из наших людей заявляют, что мы непригодны для самостоятельной жизни в качестве нации? Только потому, что не говорим на общем языке? Разве у нас, евреев, нет языка, на котором мы можем писать обо всем, что хотим сказать, и на котором мы можем даже говорить, если только проявим свою волю?».

В Париже 20-летний юноша заразился туберкулезом. Прогнозы врачей пессимистичны: долго больной не протянет. Учебу пришлось прервать: Элиэзер принял решение ускорить свой переезд в Палестину и с этой целью оставил изучение медицины и поступил в учительскую семинарию, зная, что по ее окончании он отправится в страну своей мечты, где будет преподавать в сельскохозяйственной школе “Микве-Исраэль”.

Увы, состояние здоровья молодого человека стремительно ухудшалось. Он был госпитализирован в больнице барона Ротшильда в Париже. В один из дней в палату, где лежал Бен-Иегуда, ворвался луч света: его соседом оказался студент из Иерусалима А. Лунц, который рассказал, что многие жители Иерусалима объясняются на сефардском диалекте иврита. Элиэзер ожил и воодушевился: евреи всего мира никогда не смогут собраться на своей исторической родине, если не будут говорить на общем для всех языке, в основе которого – язык Торы!

В 1881 году он поселился в Иерусалиме, где тогда было сосредоточено почти все еврейское население Эрец Исраэль. Дом Бен-Иегуды стал первым домом в Иерусалиме, где говорили только на иврите. На его обитателей показывали пальцами – мол, вот они, сумасшедшие!

Тем не менее, Элиэзер заразил своей одержимостью жену (после смерти Двойры он женился вторично – на ее сестре Хемде), друзей, учеников школы, где он преподавал по собственной методике (учить ивриту только на иврите), потом – многие кибуцы, Галилею, в конечном счете – всю страну.

Он основал еженедельную газету, специальную детскую газету и ряд других периодических изданий, которые не только издавались на иврите, но и пропагандировали его. Преподавая в иерусалимской школе, Бен-Иегуда добился того, чтобы еврейские предметы преподавались исключительно на иврите. Вместе с группой других учителей-энтузиастов он создает общества “Тхият Исраэль” (“Возрождение Израиля”) и “Хеврат сафа брура” (в дословном переводе – “Компания чистого языка”), которые ставят перед собой цель возродить разговорный иврит, развить и осовременить его, превратив в язык повседневного общения.

Большое внимание Бен-Иегуда уделял обогащению языка, он создал огромное количество неологизмов, значительная часть которых существует в иврите и до сих пор. Он стремился ввести простой, удобный, понятный стиль, боролся против напыщенной и витиеватой речи, принятой в те времена в еврейской прессе. И серьезно занимался грамматикой.

Постепенно деятельность Бен-Иегуды стала приносить ощутимые плоды. В 1890 году он основал “Комитет языка иврит”, в котором под его председательством трудились раввины и ученые. Они проводили регулярные заседания, в ходе которых иврит обогащался новыми словами, выражениями, понятиями. Комитет устанавливал правила употребления и произношения новых слов, разрабатывал грамматические формы и специализированные, “профессиональные” терминологические лексиконы – сельскохозяйственный, технический, медицинский, технологический, психологический, археологический и пр.

Большое значение Бен-Иегуда придавал введению в современный иврит относительно новых слов и понятий из европейских языков, которые зачастую видоизменял с учетом принятых в иврите принципов словообразования. Материалы, связанные с обновлением языка, Комитет публиковал в специальных разделах газет и отдельными брошюрами, которые распространялись в школах. Издавался также словарь, который время от времени обновлялся и обогащался. Со временем деятельность Комитета разрослась настолько, что в 1920 году на его базе по предложению Бен-Иегуды была создана Академия языка иврит, председателем которой он оставался до самой смерти.

 Бен-Иегуда и его единомышленники настаивали на том, чтобы иврит стал родным языком еврейских детей, родившихся в Эрец-Исраэль. И первым носителем иврита как родного языка – спустя более тысячи лет после прекращения его разговорной функции – стал первенец Элиэзера – Бен-Цион, позднее именовавший себя Итамаром Бен-Ави и, подобно отцу, посвятивший свою профессиональную деятельность изучению и развитию языка предков.

После утверждения британского мандата над Палестиной Бен-Иегуда вместе с Авраамом  Усышкиным сумел убедить британского верховного комиссара Г. Сэмюэла провозгласить иврит одним из трех официальных языков страны, наряду с английским и арабским.

Огромная роль, которую сыграл Бен-Иегуда в возрождении иврита в качестве разговорного языка, в развитии и обогащении этого языка, в превращении его в гибкое и динамичное средство повседневной устной и письменной коммуникации, стяжала ему заслуженную славу «отца современного иврита».

Во многом распространению идей Бен-Иегуды способствовала издаваемая им с 1884 года  газета на иврите “hа-Цви” (Олень – символ красоты и силы). Он создал также 17-томный “Полный словарь древнееврейского языка и современного иврита” и основал уже упомянутую Академию языка иврит, и поныне занимающуюся совершенствованием языка.

Конечно, не один только Бен-Иегуда способствовал возрождению языка еврейского государства. Множество людей поддерживали его лозунг: “Иеhуди, дабэр иврит!” (“Еврей, говори на иврите!”). Но первым среди тех, благодаря кому иврит ныне живет и развивается, несомненно, был Элиэзер Бен-Иегуда, сын Иегуды Перельмана.