|
Дни Омера – дни победы
Аврум Тарантул, Иерусалим
Пишу эти заметки в День Победы. То была великая Победа, раздавившая в зародыше всего за какие-то шесть лет Коричневый джихад, народившийся в прошлом веке и ставший одной из причин Второй мировой войны (ХХ в.). Несмотря на относительную кратковременность, та война была крайне интенсивной, поглотившей десятки миллионов жизней. И не будет особым преувеличением сказать, что наш народ положил наибольшую жертву на ее алтарь, потеряв половину своего генофонда.
Вторая мировая не стала последней войной ХХ века. Сразу же после нее затлела Третья, названная Холодной, продолжавшаяся 45 лет и закончившаяся поражением Красного марксова джихада. Не ликвидацией, к сожалению, но его крупным поражением, изменившим политическую картину мира, по крайней мере, на прошедшее с той поры двадцатилетие. И в то же время в мире создались условия, позволившие поднять голову Зеленому джихаду, практически исчезнувшему в первой четверти прошлого века после почти четырнадцати веков активного кровопролития и разбоя. На мой взгляд, с 60-х годов прошлого века все интенсивнее развивается Четвертая мировая. Война между Цивилизацией и ее задворками – третьей волной Зеленого, мохаммедова джихада… И мы, евреи, как всегда, на острие, на переднем крае. И мы – жертвы, и мы – герои, хотя не все это признают и понимают. Даже среди нас… Семь недель – от второго дня Песаха до Шавуот называются Омером. Омер – это вообще-то мера объема или массы, но на этот период она превращается в меру времени, состоящую из 49 суток. А что? Сумел же еврей Эйнштейн пересчитать массу в энергию, почему бы и нам не пересчитать массу во время? Наполнение омера в его физическом смысле, по разным данным, составляет от двух до четырех килограммов ячменя: то ли зерна, то ли уже смолотого до состояния манки, а то и тончайшей, 33 раза просеянной муки. Не знаю, как тебе, мой читатель, но мне это не очень ясно. И другу моему, Иегуде-мельнику, тоже… Говорят, что это – та самая норма, которую Господь установил для сухпайка манны небесной. Так вот, берем среднюю цифру массы омера – 3000 г, делим на 4233600 – продолжительность Омера в секундах и получаем коэффициент – константу Омера, равную 0,0007 г/сек. Господа физики! Внесите ее во все учебники! Хотя бы предназначенные для еврейских детей! Но вернемся к Дням Победы. В еврейской истории немало выпало их на период Омера. Календари: и еврейский, и, тем более, григорианский, в те семь недель как бы отбрасываются, и отсчет времен идет по дням Омера, насыщенным памятными датами и праздниками. Бурными выдались для наших предков первые недели Омера, сразу же после Исхода! Сам Господь, шествовавший в огненном столбе впереди толпы беженцев, вывел их из Земли Египетской. Фараон с войском рванул в погоню и нагнал, уже, было, их на берегу Тростникового моря. Но море, благодаря Господу, расступилось перед евреями, и они благополучно перешли на противоположный берег, а погоня в полном составе утопла. Это была первая Победа евреев на долгом пути к обладанию Землей Обетованной. А на третий месяц по выходе сынов Израиля из страны Египетской, пришли они в пустыню Синай. И явился им Господь на горе Синай, и передал через Моше дому Яаковлеву свои главные Заповеди и Законы… И Моше пересказал народу все слова Бога, и со старейшинами соорудил жертвенник о двенадцати камнях, по числу колен Израилевых, и вознесли они жертву всесожжения, и освятили Завет с Господом… Принятие Завета тоже стало своеобразной Победой. Победой цивилизованности над дикостью. Победой свободы над рабством. Все эти события: от бегства из Египта до Синайского Завета заняли пятьдесят дней. И потому на пятидесятый день от начала Песаха мы празднуем Шавуот – День дарования евреям Заповедей и Законов Божьих. И, согласно Торе, у евреев установилась традиция – собрав колосья первого урожая, а они созревают в Эрец Исраэль в конце мая-начале июня, вносить омер ячменя в Храм для жертвоприношения. Поэтому Шавуот – также и праздник урожая. В мае и съедобные, и дикие злаки наливаются зерном. Земля Израиля желтеет. Наши пейзажи в это время напоминают картины, написанные на другом конце Средиземноморья Ван-Гогом и Милле. В Шавуот принято читать Книгу Рут – трогательную историю, сюжетно связанную с сезоном жатвы. Моавитянка Рут, бедная вдовица, после смерти мужа-иудея не может отойти от принятого ею в еврейской семье образа жизни. И она следует за свекровью, возвращающейся из Моава на родину – в земли Иегуды, то есть с восточного берега реки Иордан на западный. Там, чтобы не умереть с голоду, женщины подбирают опавшие колоски на полях. Затем Рут пристраивается батрачкой-поденщицей на уборку урожая с полей некоего фермера Боаза, родственника ее покойного мужа. И между ними возникает любовь – с хэппи-эндом и, в отдаленной перспективе – великим правнуком, царем Давидом…
20-й день Омера – День Независимости Израиля. Провозглашение Государства Израиль стало великой Победой еврейского народа, разогнанного по всему миру и везде неприкаянного, но на протяжении девятнадцати веков не расстававшегося с мечтой об Иерусалиме. И в 1948 г. осуществившего свою мечту. Ему предшествуют Дни памяти Катастрофы и героизма еврейства во Второй мировой и памяти военнослужащих ЦАХАЛа – Армии обороны Израиля, погибших за нашу еврейскую Родину. На Омер, как правило, приходятся и 8-9 мая – незабываемые Дни Победы во Второй мировой… Как все это взаимосвязано! И как древние жертвенники, дымят по всей стране мангалы. Мясо, рыба, овощи – все через огонь – «аль а-эш»! Этот День Победы шашлыком пропах!.. На 33-й день (в этом году – 12 мая) празднуем ЛаГ ба-Омер (буквосочетание «ламед-гимел», читаемое «ЛаГ», означает число 33 в ивритской транскрипции). И этот праздник, как любой у евреев – со слезами на глазах. В нем скорбь о смерти в эпидемии множества учеников р. Акивы – великого еврейского подвижника, который после разрушения римлянами Второго Храма, рискуя жизнью, нес свет иудаизма в еврейские массы, деморализованные поражением от язычников и депортированные по всему античному миру. Но, спустя несколько десятков лет, день в день, повстанцы Бар-Кохбы одержали победу над римлянами и известили о ней всю страну цепочками костров. Так что Лаг ба-Омер, это тоже один из еврейских Дней Победы! И примечательно, что один из участников той победной битвы, мудрец Шимон Бар-Йохай, ученик р.Акивы, скончался также в Лаг ба-Омер… С вечера до утра горят костры по всей Стране, во всех пределах. Взрослые и дети всю ночь проводят возле них в весельи и с песнями. И с обильной, как водится у нас, едой, разумеется, на кострах приготовленной! А на 43-й день Омера мы празднуем День Иерусалима – годовщину освобождения и объединения нашей столицы в результате Победы над арабскими оккупантами в Шестидневной войне 1967 г. И завершает дни Омера Шавуот – «красный день календаря». Для израильтян, у коих национальный спорт – еда, «белый праздник». На столе – изделия из теста, молочное, рыба, холодные белые вина… Зато потом мы будем бороться до полной победы с лишним весом. На лето запрограммированы несколько постов, связанных с раскаянием (и похуданием!). Так будем же, евреи, здоровы и победительны во все времена. И даже – за пределами Омера. Май 2009
|
|||
|
Аврум Тарантул, Иерусалим
Стенограмма речи, произнесенной при выполнении обряда «Ад ло яда!»
Простите, братья евреи, помните, надеюсь, я редко досаждаю вам долгоиграющим цитированием, но сейчас не удержусь. Все равно в эти дни положено читать Мегилу, а мне нужны крайне неполиткорректные с чьей-то точки зрения фрагменты ее концовки:
«…И в гневе своем поднялся с пира царь, и (вышел) в дворцовый сад; а Аман стал просить царицу Эстер о жизни своей, ибо видел, что решена ему царем злая участь.
Когда вернулся царь из дворцового сада в дом пира, то Аман припадал к ложу, на котором была Эстер. И сказал царь: неужели еще и царицу насиловать (будет он) у меня в доме? Вышло слово это из уст царя, – и накрыли лицо Аману.
И сказал царю Харвона, один из евнухов: вот и дерево высотой в пятьдесят локтей, которое приготовил Аман для Мордехая, говорившего во благо царю, стоит у дома Амана. И сказал царь: повесьте его на нем!
И повесили Амана на дереве, которое приготовил он для Мордехая. И гнев царя утих.
В тот же день отдал царь Ахашверош царице Эстер дом Амана, врага Иудеев, а Мордехай предстал пред царем, так как рассказала Эстер кем он ей (приходится).
И снял царь перстень свой, который отнял он у Амана, и отдал его Мордехаю. А Эстер поставила Мордехая (управителем) дома Амана…
…В двенадцатый месяц, то есть в месяц Адар, в тринадцатый день его, когда наступило время исполниться повелению царя и указу его, в день, когда враги Иудеев надеялись одолеть их, а обернулось оно так, что сами Иудеи одолели недругов своих.
Собрались Иудеи в городах своих, во всех областях царя Ахашвероша, чтобы наложить руку на тех, кто желал им зла; и никто не устоял против них, ибо страх пред ними охватил все народы.
И все правители областей, и сатрапы, и начальники областей, и исполнители дел царских поддерживали Иудеев, ибо охватил их страх перед Мордехаем.
Потому что был Мордехай велик в доме царском, и слух о нем прошел по всем областям, так как этот человек, Мордехай, становился все более влиятельным.
И перебили Иудеи всех врагов своих ударом меча, убивая и истребляя, и поступая с недругами своими по воле своей…
– Десятерых сыновей Амана, сына Аммдаты, врага Иудеев, убили они, а на грабеж не простерли руки своей.
В тот же день донесли царю о числе убитых в крепости Шушан.
И сказал царь царице Эстер: в крепости Шушан погубили Иудеи, убив, пятьсот человек и десятерых сыновей Амана; что же сделали они в остальных областях царских!.. (Скажи) что же за желание у тебя? И будет оно исполнено. И о чем еще просишь ты? И будет это выполнено.
И сказала Эстер: если угодно царю, то пусть бы и завтра разрешено было Иудеям, которые в Шушане, действовать по указу нынешнего дня; а десятерых сыновей Амана пусть бы повесили на дереве.
И сказал царь, чтобы так и было сделано, и дан был указ в Шушане, и повесили десятерых сыновей Амана.
Также и в четырнадцатый день месяца Адара собрались Иудеи, которые в Шушане, и убили в Шушане триста человек, а на грабеж не простерли руки своей.
И остальные Иудеи, которые в областях царских, собрались, чтобы отстоять от врагов своих жизнь свою и покой, и убили из врагов своих семьдесят пять тысяч (человек), а на грабеж не простерли руки своей.
(Так было) в тринадцатый день месяца Адара, а в четырнадцатый день его был покой, и сделали его днем пиршества и веселья.
А Иудеи, которые в Шушане, собирались в тринадцатый день этого (месяца) и в четырнадцатый день его; а в пятнадцатый день его был покой, и сделали его днем пиршества и веселья…».
Итак, Пурим самеах! Но прежде чем, братья мои, мы надеремся «ад ло яда», хочу я, будучи уже слегка под возбуждающим хмельком, напомнить вам кое-что о продолжении истории, начатой в городе Шушане две с половиной тысячи лет назад.
Мегила никак не отмечает возраст сыновей Амана, ликвидированных народным гневом иудеев при официальной поддержке царя. И никак не упоминает о его дочерях. Обычая убивать малых детей, даже за грехи родителей, у народа Торы никогда не было, и младшие дети и внуки Амана, надо полагать, остались живы. И можно, с достаточной уверенностью предположить, что с ликвидацией Амана и его сыновей, семя этого племени не прервалось, оно продолжилось во времени, сохранив даже, так или иначе, имя ненавистника евреев.
Как ты, читатель, помнишь, некоторые цари Персии, потомки Эстер и Ахашвероша, Кореш, в первую очередь, были к евреям благосклонны и способствовали репатриации первых в истории сионистов в Эрец Исраэль и восстановлению Иерусалима и Храма, Второго. По восстановлении Храма Иудея превратилась в вассальную область Персии, управляемую первосвященниками.
Лет через двести в Азию вторглись войска греков, извечных врагов персов. Греки, провинция за провинцией отбивали земли, подвластные персам. И вот, под командованием царя Александра Македонского они достигли Иудеи. Обратите внимание на царский вензель «А.М.» – это не что иное, как укороченное «Аман». Возможно, была в родословной царя какая-нибудь высокородная персидская полонянка из племени Амана? А.М. потребовал от иерусалимского первосвященника солдат для продолжения своего завоевательного похода, но тот, не желая стать клятвопреступником перед персидским царем, отказал. Тогда А.М. приказал воинам взять Иерусалим. Но навстречу ему первосвященник отправил своего внука Шимона Акоэна, и А.М. увидел в нем жреца, предсказавшего ему во сне одну из великих побед. И грек-завоеватель даровал евреям права и привилегии своих граждан, обещал им оставить в неприкосновенности Иерусалим и святой Храм, а также не требовать от евреев отказа от исполнения заповедей Торы.
Но язычнику А.М. было чуждо отношение иудеев к таинству их религии, и, он, возможно, из простого любопытства (молодой ведь пацан был!), потребовал от первосвященника, чтобы его провели в Святую Святых Храма, к Ковчегу Завета, куда мог войти только сам первосвященник, да и то, в определенные дни праздников. Старик сопротивлялся, как мог, но А.М., применив грубую силу, своего добился. Поход А.М. на Иудею и вторжение в Святую Святых оказались судьбоносными, как для языческого царя, так и для иудеев. С одной стороны, не сильно задумываясь и благодаря А.М. за сиюминутные благодеяния, иудеи установили множество каменных и бронзовых обелисков в его честь. Мальчикам, рожденным в тот год, давали его имя. И по сей день имя Александр входит в число еврейских имен. Но насильственное вторжение в Святую Святых для А.М. кончилось-таки плохо. Завоевав почти всю юго-западную Азию, на вершине своей славы, царь неожиданно умер от непонятной скоротечной болезни. А наследники его, оккупировав Эрец Исраэль, занялись классической аманской деятельностью – окончательным решением еврейского вопроса. В основном, объязычиванием иудейства, огречиванием нравов, соблазном прелестей язычества, внедренных в высшие слои иудейского общества, а оттуда уже – насаждаемым в народе.
Это огречивание продолжалось около двух веков, пока, наконец, иудеи не восстали и не изгнали греков с оккупированных в Эрец Исраэль территорий. К власти пришла иудейская династия Маккаби.
Выпьем же, братья, не дожидаясь Хануки, в память очередной победы и очередного освобождения нашего народа! Лехаим! Ад ло яда!
Позвольте сделать небольшое отступление в область лингвистики. Тем более, что лингва моя (язык – на латыни) после предыдущего стакана начала слегка заплетаться. Господь, занявшись когда-то в Вавилоне вопросами языкознания, поступил интересным образом. Он не только разделил языки строителей Башни по племенам, но и смешал их причудливым образом. От того в разных, казалось бы, языках, попадаются восходящие к одним корням слова, и по смыслу сходные, но с трудом различимые на слух. А, если еще учесть и разные формы их письменного выражения..! И немало имен собственных вот так же рассеяны по языкам. И потому, не покопавшись в корнях филологического древа, сложно на слух ощутить в привычном Ваньке чужеземного Джона. Еще труднее, чем злодея Амана от праведника Мордехая!
Так о чем я, братья? И о ком? Да все о том же Амане.
В тысячелетиях имя его, неистребимое, передаваясь потомкам, ставшим детьми разных народов, меняло формы, цвета, оттенки и даже запахи, оставаясь именем Амана, потомком Амалека.
А вы помните, евреи, что сделал нам Амалек? Хорошо помните?
Так пропустим еще стаканчик для укрепления памяти, хотя некоторые товарищи объявляют традицию нашу иудейскую беспамятной, не знающей ни родства, ни аманов с амалеками. А ведь в ней, по-настоящему, на каждом шагу: «Зехер…!», «Изхор…!» (*) и т.п.
Там мы о чем? Ах, да, о лингвистике, точнее об ономастике, ветви ее, науке об именах человечьих.
Распространившись во времени среди племен, семя Амана, несущее его имя, в результате лингвистических пертурбаций изменялось иногда до неузнаваемости, но потомка Амана всегда можно узнать по устойчивой, на генетическом уровне, юдофобии.
И неважно, звали ли его Аманом, как Тулеева, российского политика, или он прятался среди пуримского карнавала под абсолютно иудейской маской Иосифа Джугашвили, чья грузинская фамилия идентична фамилиям: Бен-Йегуда или Юдельсон. Или был он Амандольфом, сокращенно Адольфом. Или Хусейном Обаманом. Или Хусейном Саддаманом. Или Ахмадаманиджадом. Или Веспансиаманом, Торквемадаманом. Или Романовым, Прохамановым, скажем. Или каким-нибудь Аманрафатом, а может, Абманбасом? Несть им числа, к сожалению…
Так выпьем же, евреи, следующий стакан за нашу незамутненную еврейскими потомками Амана – есть ведь и такие, любовь зла (шум в собрании, заглушивший известные и уважаемые кое-кем имена) историческую память. И не забудем во веки веков ни то, что сделал нам Амалек, ни то, что собирался устроить Аман, ни преступления его знаменитых потомков.
Лехаим! Ад ло яда!
Так о чем я…?
Падает под стол.
Примечание публикатора. При произнесении имен Амана речь традиционно прерывалась шумом собрания.
(*) – слова, происходящие от корня «зайн-каф-рейш», означающего «помнит».
19.03.2011