Tag Archives: Юрий Балашов

Шахматный перфекционист Г. Вересов

Конец 1979 года запомнился белорусскому шахматному миру не только впервые проведённым в Минске чемпионатом СССР и «бонусным» визитом Анатолия Карпова. За несколько дней до открытия чемпионата в редакцию газеты «Физкультурник Белоруссии» поступили печальные вести: скончался «член КПСС с 1942 года» и т. д.

       

«ФБ», 20.11.1979.

Председатель московской шахфедерации проф. Константинов в журнале «Шахматы в СССР» (№ 2, 1980) почему-то указал, что Г. Вересов умер 12 ноября. Ошибся Константинов и с якобы выигранным Г. В. первенством БССР-1938 – в том году чемпионом стал Абрам Маневич. А словарь «Шахматы» (Москва, 1990) оплошал с датой рождения мастера Вересова: правильная – 28.7.1912, а не 8.7.1912…

Из автобиографии Г. В. (архив Национальной академии наук Беларуси)

В энциклопедическом издании отмечены три победы Вересова в чемпионатах БССР: 1939, 1941, 1958. На самом деле побед было шесть – ещё и в 1936, 1956, 1963 гг. В марте 1956 г. с результатом 12 из 15 финишировали двое: мм Гавриил Вересов и мс Борис Гольденов. 27.03.1956 в «Физкультурнике Белоруссии» анонсировался матч на звание чемпиона республики, но он не состоялся, т. е. чемпионами того года следует считать обоих мастеров.

Уже в нашем веке о Вересове были изданы минимум две книжки, пусть и малотиражные: в 2002 и 2012 гг. Время от времени о шахматисте пишут как специализированные, так и «нешахматные» издания (сам я посвятил Гавриилу Николаевичу ряд заметок, а в журнале «Роднае слова» провёл параллели между судьбами Г. Вересова и И. Мазеля). В общем, этот человек не забыт, но о нём ещё многое можно сказать.

Отчасти согласился бы с минским активистом Леонидом Элькиным aka Manowar (кмс 1977 г. р.), заметившим в 2018 г.: «Наши шахматисты… ценят всех, кто внес свой вклад в развитие шахмат Беларуси. Купрейчика и Капенгута больше, чем Вересова, если уж на то пошло, потому что с Вересовым уже не так много из ныне живущих было знакомо». Но лишь отчасти: всё-таки мемориалы Вересова в Минске, несмотря на не самый сильный их состав, подпитывают интерес и к биографии Гавриила Николаевича.

Мастеру Вересову был посвящён телефильм «Рыцарь истины» – немногие из белорусских шахматистов удостоились подобной чести:

Правда, ещё во время первого TV-показа ленты (январь 2004 г.) ощущалась в ней… несамобытность. Если сравнить вступительное слово из отнюдь не идеальной книжки «Г. Н. Вересов» (Минск, 2002; составители – мм Э. Колесник и мм Е. Мочалов под общей редакцией мг В. Купрейчика, 350 экз.) и «текстовку» из фильма (0:50-1:25), то напрашиваются грустные выводы…

Страницы книжки в кадрах мелькают, а об авторах умалчивается. Впрочем, у составителей были шансы высказать свои претензии – не буду отбивать сей «хлеб». Лучше оспорю версию сценариста, прокомментировавшего победу претендента Г. Вересова над мастером спорта СССР В. Пановым в матче 1937 г.: «Только так в то время можно было стать мастером» (3:00). Почему «только так»? Владислав Силич из Витебска, первый шахматный мастер БССР, стал им в 1929 г. без матчей, выступив в полуфинале первенства СССР. Второй по счёту мастер, минчанин Исаак Мазель, получил звание за успешный результат в финале первенства СССР-1931. В 1939 г. Абрам Маневич из Гомеля выполнил мастерскую норму во Всесоюзном турнире кандидатов в мастера…

Ложен и тезис одного из героев фильма, мм Н. Царенкова (12:46-13:12), о том, что Г. Вересов при встречах за доской с мг И. Болеславским в чемпионатах БССР чаще всего побеждал. «На республике» у Вересова с Болеславским вообще не было результативных партий, а встречались они в 1955 г. (Болеславский – 2-е место после Суэтина, Вересов – 3-е), 1957 г. (тройка призёров – в том же порядке), 1961 г. (Болеславский – 2-й, Вересов поделил 4-5-е места с мастером Гольденовым). Удивительно, что и другие доступные мне партии Исаака Ефремовича с Гавриилом Николаевичем – из чемпионатов СССР 1940 и 1944 гг., Мемориала Сокольского 1970/71 – завершились вничью, а ведь оба игрока были (особенно в молодости) заядлыми атакёрами. То ли «находила коса на камень», то ли примешивались внешние обстоятельства.

Таблица чемпионата БССР-1957. Среди участников «высшей лиги» в то время насчитывалось 50% перворазрядников (в ХХI в. попадание в неё не гарантировано и гроссмейстерам).

История от кандидата в мастера Дмитрия Ноя (1935 г. р., бывший минчанин, живёт в США). Она гуляет по сети, но впервые была опубликована в июне 2016 г. на belisrael.info:

Мне рассказывал по горячим следам гроссмейстер Алексей Суэтин. В 2 часа ночи, в самый разгар сна, у него в квартире раздался телефонный звонок. Звонил Гавриил Николаевич Вересов. В Академии наук, где он тогда работал, проходит шахматный турнир. Играют довольно сильные шахматисты. И он в своей партии провёл блестящую комбинацию. Попросил взять шахматы и расставить на доске фигуры. «Ты представляешь, я просто обалдел», – говорил Суэтин. Действительно, комбинация была оригинальной. Позднее Вересов опубликовал её в журнале «Шахматы в СССР», она вошла в учебники.

Cкорее всего, речь шла о партии Вересова с Кухаревым (1959 г.):

 

Фрагмент из книги «Г. Н. Вересов» (Минск, 2002)

О перфекционизме Вересова при поиске «шахматной истины» рассуждали мастер Абрам Ройзман в упомянутом фильме 2004 г. (11:15-11:30) и гроссмейстер Виктор Купрейчик в интервью Сергею Киму (2014): «С Вересовым стал общаться, когда попал в команду Белоруссии. Гаврила был интересный человек. Ему было важно доказать, что какой-то авторитет, например, Ботвинник или кто другой, в анализе не прав. Помню партию Фишера с Ларсеном, по-моему, из матча претендентов, целый год “мусолил” с целью доказать, что Фишер в оценках ошибался. В книжке его есть анализы… Тоже был заводной и въедливый, с хорошим шахматным самолюбием». Нет оснований им не верить.

Шашист Аркадий Рокитницкий, рассказывая о минском шахматно-шашечном клубе, которым заведовал до 1970-х гг., упоминал о том, что Вересов мог сидеть в клубе целые сутки (его, уважаемого человека, стеснялись выпроводить). Ночью засыпал, просыпался, снова садился за доску, что-то анализировал… Иван Конышко, о котором ниже: «Вересов – отрешённый аналитик, ценил капитальную основу, и его любимое слово было капитально. В семье его принципы жена даже не пыталась переиначить».

В конце 1960-х у Вересова, который приближался к пенсионному возрасту, «пошла игра», и он заявил молодым Купрейчику и Капенгуту: «Я ещё раньше вас гроссмейстером стану!» По мнению Юрия Тепера, пересказавшего эту историю, «скорее всего он верил в то, что говорил».

Напорист и цепок Вересов был в сеансах одновременной игры. Минскому любителю шахмат Михаилу Клизе участие в сеансе, данном Вересовым в начале 1970-х, запомнилось очень – куда сильнее, чем противостояние другому именитому сеансёру, Виктору Корчному, в Минске-1975.

Итак, Гавриилу Вересову была присуща не просто любовь к шахматам, а шахматный фанатизм… Не худший вид фанатизма, однако и в нём таится опасность. Вересову настолько хотелось видеть любимую игру незапятнанной, что порой он портил жизнь другим – к примеру, мастеру Евгению Рубану (1941–1997). О чемпионате БССР-1975 писал Генна Сосонко:

Рубан выиграл это первенство; вторым, отстав на пол-очка, был тоже гродненский мастер Владимир Веремейчик. Заседание федерации республики после победы Рубана было бурным. Многие склонялись к тому, чтобы присвоить ему звание чемпиона, но были и яростные противники. В конце концов, возобладало мнение мастера Вересова, заявившего: «Да вы что? Хотите, чтобы педераст был объявлен чемпионом республики? Да вы понимаете, как после этого будут смотреть на нас? И в Комитете, и вообще все? Нет, не бывать этому!» И чемпионом республики был объявлен Веремейчик.

В «полуофициальном» сборнике «Стратегия, тактика, стиль» (Минск, 1979, с. 168) тоже указано, что Рубан «играл вне конкурса». Возможно, признание заслуженной победы удержало бы игрока от дальнейшего сползания в пропасть… С другой стороны, можно ли всерьёз упрекать Вересова в том, что он относился к гомосексуализму так, как в то время предписывали советские законы? А если начинать серию упрёков, то с него ли, в 1975 г. – уже пенсионера?

Щекотливая тема – отношение Вересова к евреям вообще и, в частности, к его окружавшим. В 2012 г. на основе имевшихся разрозненных сведений я попытался приоткрыть тему, написав очерк «Камуніст Верасаў і “яўрэйскае пытанне”». Несмотря на несовершенство этого текста, приведу его перевод с белорусского с небольшими сокращениями и дополнениями (вставки в квадратных скобках относятся к 2019 г.).

Коммунист Вересов и «еврейский вопрос»

Гавриил Вересов возглавлял советскую шахматную делегацию в Нидерландах (турнир в Гронингене, 1946). Это дало некоторым современникам основания заподозрить его в работе на спецслужбы… Я же сомневаюсь, что Вересов был агентом госбезопасности. После войны случалось, что он открыто, насколько это было возможно в советских условиях, высказывал свои мысли, за что иногда и страдал.

Добрые слова о своём бывшем преподавателе из минского института иностранных языков нашёл филолог Пётр Садовский [1941 г. р.] – в книге «Мой шибболет» («Радыё Свабода», 2008, с. 171): «На занятиях по общественным наукам запомнился только один честный преподаватель… Его звали Вересов. Он был мастер спорта международного класса, член сборной Беларуси. Он не читал лекцию как полотно, а брал только некоторые проблемы и высказывал своё видение. Это был, по-моему, 1961 год… Вересов владел талантом сказать правду такими словами, что мы понимали абсурдность актуального момента, и в то же время это не звучало как антисоветчина».

Минский инженер Иван Конышко, ровесник П. Садовского, не вступал в КПСС и не имеет сантиментов к «коммунистической мрази». В 1970-х он, кандидат в мастера спорта по шахматам, активно занимался журналистикой, [судейством] и дружил с Гавриилом Вересовым. В марте 2012 г. И. Конышко утверждал, что взгляды коммуниста Вересова были далеки от ортодоксальных: его друг был прежде всего «гражданином своей земли, народным интеллигентом» и использовал членство в партии для «достижения высот в культуре, не только шахматной». В частности, без Вересова вряд ли состоялись бы матчи белорусских шахматистов с поляками и венграми в 1950-е гг. [о том же говорит А. Ройзман в вышеуказанном фильме 2004 г.; 9:40-10:40] Эти матчи, организованные посредством местных властей, раздражали московских чиновников. Вересов инициировал «Шахматы, шашки в БССР» – первый в Беларуси специализированный бюллетень по интеллектуальным играм, «пробитый» [в Москве] через Кирилла Мазурова при помощи Максима Танка.

В англоязычном издании книги «Ученик чародея» («The Sorcerer’s Apprentice», 1995), подготовленной совместно с Томом Фюрстенбергом, Давид Бронштейн высказывался о Гаврииле Вересове: «антисемит, заклятый враг Исаака Болеславского». Писал, что не хочет, чтобы атаку Левитского (1.d4 d5 2.Cg5) называли именем Вересова, хотя последний и играл её довольно часто. В русскоязычном издании книги (Москва, 2004, с. 161) этих пассажей нет, а о Вересове даются такие слова Бронштейна: «С белорусским мастером я впервые встретился за доской ещё в чемпионате СССР 1944 года (и проиграл – В. Р.). Это был сильный шахматист с оригинальной манерой игры, что проявилось и в его пристрастии к дебюту 1.d4 d5 2.Кс3. Хотя так играли и до Вересова, но именно он серьёзно проанализировал это начало, поэтому справедливо, что в современных дебютных справочниках дебют носит имя Вересова» [далее говорится о двух партиях, сыгранных Бронштейном и Вересовым в товарищеском матче «Белоруссия – Москва»]. Здесь уже нет следов антипатии. Тем не менее соавтор Бронштейна по книге «Давид против Голиафа» Сергей Воронков подтвердил [в 2012 г.], что Д. Бронштейн называл Г. Вересова антисемитом, а из перевода книги на русский язык резкие высказывания исключил, дабы «не дразнить гусей». [По-моему, такая «самоцензура» не говорит в пользу версии о вражде с Болеславским по антисемитским мотивам. Не исключаю, что Г. В. действительно, как утверждал А. Капенгут, жаловался на какие-то действия Болеславского в ЦК. Но ведь и на русского Суэтина жаловался тоже].

В феврале 2012 г. я обратился к [минчанке] Татьяне Болеславской, вдове Д. Бронштейна [и дочери И. Болеславского], не давшей однозначной оценки личности Вересова. Она не слышала, чтобы отец на него жаловался (вообще, со слов Татьяны Исааковны, гроссмейстер Болеславский жизнью в Минске был по большей части доволен), но «Вересов слыл антисемитом». Т. Болеславская припомнила эпизод на рубеже 1960-70-х гг., когда Г. Вересов разрушил намеченный брак своего сына с еврейкой Ириной Ш., дочерью известного музыканта. Ш. после этого начала утаивать свою принадлежность к еврейству.

И. Конышко подтвердил, что Г. Вересов мог сказать: «Я не антисемит, но процентная норма в шахматах должна быть». В 1960-70-х гг., по словам Конышко, его друг противостоял «группировке», в которой важную роль играли Кира Зворыкина, Альберт Капенгут (и их «ставленницы» Зоткова, Белкина)… Оппоненты не хотели включать Вересова в чемпионаты республики, что обижало гордого международного мастера. Кроме того, по мнению Вересова, указанная «группировка» тормозила рост способных молодых шахматистов, которые могли бы создать ей конкуренцию.

По Конышко, Вересов высмеивал корыстолюбие тех евреев, которые «и у церкви копейку поднимут». Таким образом, в своей деятельности он, похоже, опирался на некоторые антисемитские стереотипы, но расистом его никак назвать нельзя. К евреям, которые вписывались в его «картину мира», на протяжении всего своего творческого пути он относился толерантно.

До Великой Отечественной войны в [минском] Дворце пионеров самыми перспективными учениками Вересова-педагога были Роман Фрадкин, Эммануил Гринвальд, Морис Срагович, Юлий Ботвинник… После войны, как вспоминал А. Ройзман («Шахматы», № 1, 2004) в друзьях Вересова ходил Яков Каменецкий, которого Вересов хорошо знал с довоенных времён. По И. Конышко, Г. Вересов уважал Семёна Фурмана («без образования, но самобытный талант»), и, что интересно, высоко ценил аналитическую работу эмигранта Виктора Корчного [в 1978 г.]: «на две головы выше многих помощников Карпова». Способностью к аналитической работе Корчной был ему близок, а вот о «карповцах» Игоре Зайцеве и Юрии Балашове, которого «засушил Михаил Ботвинник», белорусский мастер отзывался более скептично. В «Шахматах, шашках в БССР» за 1987 г. печаталась тёплая статья Александра Любошица: Вересов и этот [минский] мастер заглядывали друг к другу, играли долгие матчи в блиц… [Уважительно относился Гавриил Николаевич к Лазарю Моисеевичу… но не Кагановичу, а Ангеловичу, инженеру «Промэнергопроекта», который вёл шахматную секцию в политехническом институте. Минчанин Ангелович занимался у Вересова во Дворце пионеров ещё до войны]. В 1970-е гг. Вересов вёл шахматный кружок в институте иностранных языков, где тогда учился Леонид Левит (ныне – известный психолог). Старший по возрасту и званию охотно консультировал Левита в игре по переписке. Наконец, в журнале «Шахматы в СССР» № 2, 1980 появился некролог от Михаила Юдовича (с Юдовичем Вересов в 1977 г. открывал смоленский шахматный клуб). «Живой, общительный человек, всегда был рад встречам с любителями шахмат», – писал о нём Юдович.

Мировоззрение Вересова сформировалось, очевидно, в детские и юношеские годы, когда лояльность к «трудящимся евреям» сопровождалась в БССР «коренизацией», т. е. позитивной дискриминацией этнических белорусов. Отпечаток на его личности оставило и обучение в московской Академии общественных наук при ЦК, где в конце 1940-х не могли не нападать на «безродных космополитов» и «буржуазных националистов»…

* * *

Мнение вышеупомянутого Дмитрия Ноя (10.06.2016), которое не обязательно принимать на веру, но оно заслуживает внимания:

Вересову и его жене, учительнице, было совершенно безразлично, какой человек национальности. Но он был продуктом своего времени. Мы все прошли через «Дело врачей»

Вересов был ответственным советским работником. Характер замкнутый, и в общении с шахматистами это чувствовалось. Нам надоел его метод руководства. Выступит и тут же покидает зал. Вот избрали новую федерацию. И он с бухты-барахты говорит: «В федерации много евреев». Потом поправляется: «У меня сын женат на еврейке». И ушёл. Так или иначе, мы это запомнили. На следующем пленуме Любошиц попросил меня побеседовать с В. Кабановым из Бреста, чтобы он не голосовал за переизбрание Вересова. Остальных Любошиц взял на себя. Вересова забаллотировали, но сняли его мы за советский метод руководства. Ни в коем случае у него в голове не вертелись национальные вопросы.

Можно ли величать Г. Вересова «патриархом» и «классиком» белорусских шахмат? Если очень хочется, то можно… До войны он активно развивал в БССР и шахматы как спорт, и шахматную педагогику с журналистикой; после войны – возрождал шахматную жизнь в разорённом крае. О том, как непросто «выбивалось» у высоких чиновников помещение под шахматно-шашечный клуб в послевоенном Минске, поведал А. Ройзман («олитературенная» запись – в журнале «Неман», № 4, 2012, с. 190). Разумеется, большие заслуги Вересова не отменяют того факта, что мастер позволял себе сомнительные поступки… или наоборот, сомнительные поступки не отменяют больших заслуг.

На закате СССР двое моих соотечественников дали юным шахматистам странный совет…

Из книги М. Каждана и И. Ботвинника «Урок ведёт тренер», Минск, 1992.

Не считаю нужным «творить кумира» из А. Алехина, равно как из Г. Вересова, Б. Гельфанда, В. Купрейчика или А. Суэтина. Импонирует мне «объективистский» взгляд современного российского гроссмейстера Дмитрия Кряквина: «Я не раз испытал жуткое чувство разочарования, когда начал серьёзно изучать историю царства черно-белых полей. Внезапно у божественных фигур, залитых в книгах и статьях ослепительным светом, под рукавом сутаны проскальзывала когтистая рука и наоборот – демонизированные и вымазанные черно-красной краской образы стремительно светлели без искажения субъективной линзой писателя». Разве что «разочарования» давно не чувствую, ибо никем из шахматистов особо и не очаровывался.

Вольф Рубинчик, г. Минск

wrubinchyk[at]gmail.com

26.12.2019

PS от В. Р. Обсудить статью можно на фб-страничке редактора belisrael.info. Там же прошу делиться мыслями, нужно ли продолжение (есть, например, копия листка по учёту кадров, заполненного Г. Вересовым, и мог бы воспроизвести её).

Опубликовано 26.12.2019  17:53

Разные взгляды на чемпионат СССР по шахматам (Минск-1979)

* * *

Сорок лет прошло с момента открытия в столице БССР мужского чемпионата Советского Союза по шахматам: 47-го по счёту, но первого из проведённых в Минске (второй, он же последний, устраивался у нас в марте 1987 года).

Далеко не все из участников, судей, организаторов и зрителей чемпионата, стартовавшего в конце ноября и финишировавшего в конце декабря 1979 года, живы поныне. Здесь одна из причин того, что соревнование приобрело налёт легендарности – о нём пишут как чуть ли не о высшей точке развития шахмат в Советском Союзе. Проводятся параллели между Чемпионатом-1979 и Всемирной олимпиадой в Минске, что должна пройти в 2022 году.

Особое внимание журналисты традиционно уделяют игре нашего земляка Виктора Купрейчика, cерии из его пяти побед (уточню: над Ю. Разуваевым, В. Цешковским, К. Лернером, Р. Ваганяном, Ю. Аникаевым). Действительно, минский игрок на рубеже 1970–80-х гг. был «в ударе» – три месяца спустя, в Рейкьявике-1980, он завоюет звание международного гроссмейстера. Боевая партия В. Купрейчика с М. Талем в декабре 1979 г. запомнилась обоим соперникам, и в 2003 г. Виктор Давыдович с удовольствием рассказывал о её течении. Здесь находятся запись партии и краткий отчёт одного из первых гроссмейстеров нашей республики.

…Предлагаю тексты документов, изученных мною в Государственном архиве Минской области (благодарю за помощь историка Василия Матоха). В них говорится о подготовке минского чемпионата СССР, которому придавалось немалое «политическое» значение, что подтверждается резолюцией Петра Машерова на записке ЦК КПБ, а также номенклатурным «весом» большинства членов оргкомитета.

Документ 1.

Камітэт па фізічнай культуры і спорту пры Савеце Міністраў БССР

№ 3413 ад 29.05.79.

ЦК КП Белоруссии (подлежит возврату в общий сектор ЦК КПБ)

В период с 29 ноября по 28 декабря с. г. в г. Минске будет проходить чемпионат Советского Союза по шахматам среди мужчин (высшая лига).

В чемпионате будут принимать участие Чемпион мира А. Карпов, экс-чемпионы мира М. Таль, В. Смыслов, Б. Спасский и другие сильнейшие шахматисты, а также ведущие тренеры и журналисты, всего около 80 человек.

В нашей республике такой чемпионат проводится впервые и вызовет большой интерес у многочисленных любителей этой популярной игры.

Учитывая высокий уровень представительства ведущих шахматистов и опыт проведения чемпионатов Советского Союза последних лет в городах Ереване, Тбилиси и Таллине, где председателями Орг. Комитетов были заместители председателя Совета Министров республики или председатели исполкома гор. Совета народных депутатов, по рекомендации Спорткомитета СССР просим утвердить состав Орг. Комитета (предложение прилагается), а также поручить решить вопросы размещения участников и журналистов, места проведения чемпионата, издания типографским способом 12-15 номеров специального турнирного бюллетеня для распространения (продажи) по стране и выпуска 3-5 памятных значков.

Председатель Комитета                                В. П. Сазанович

Документ 2.

Состав Орг. Комитета по подготовке и проведению чемпионата СССР по шахматам 1979 г. (высшая лига) среди мужчин

Лукашевич С. М. – председатель исполкома Минского горсовета, председатель Оргкомитета.

Жуковский М. Д. – зам. председателя исполкома Минского горсовета, зам. председателя Оргкомитета.

Сазанович В. П. – председатель Комитета по физической культуре и спорту при Совете Министров БССР.

Члены Оргкомитета:

Аржавкин С. А. – секретарь Белсовпрофа.

Альшин Н. П. – зам. министра торговли БССР.

Борушко А. Ф. – зам. председателя Комитета Совета Министров БССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли.

Гутько И. П. – зам. председателя Комитета по физической культуре и спорту при Совете Министров БССР.

Дехта М. Т. – зам. министра связи БССР.

Грищенков Г. З. – начальник управления общественного питания Мингорисполкома.

Женевский В. А. – начальник отдела спортигр Спорткомитета БССР.

Зворыкина К. А. – международный гроссмейстер.

Козовой О. В. – зав. отделом ЦК ЛКСМБ.

Мисюк Н. С. – председатель федерации шахмат БССР.

Прупес Л. И. – директор республиканского шахматно-шашечного клуба.

Сушкевич Э. С. – редактор газеты «Физкультурник Белоруссии».

Документ 3.

Секретарю ЦК КП Белоруссии товарищу Машерову П. М.

Общая часть ЦК КП Белоруссии 2 июля 79 006572

Подлежит возврату в общий отдел Мингорисполкома

В ЦК КП Белоруссии обратился Спорткомитет БССР с просьбой разрешить провести в г. Минске с 29 ноября по 28 декабря 1979 года чемпионат СССР по шахматам среди мужчин, в котором примут участие ведущие шахматисты мира А. Карпов, М. Таль, В. Смыслов, Б. Спасский и другие. Всего 18 спортсменов.

Чемпионат СССР по шахматам с участием ведущих гроссмейстеров будет проводиться в нашей республике впервые.

Отдел административных органов ЦК КПБ считает целесообразным поддержать указанную просьбу Спорткомитета БССР и одновременно полагает необходимым поручить Минскому горкому КПБ и горисполкому совместно со Спорткомитетом БССР и другими организациями решить все вопросы для обеспечения успешного проведения чемпионата СССР по шахматам.

Вносим на Ваше рассмотрение.

Зав. отделом адм. органов ЦК КП Белоруссии (П. Адамович)

Резолюция: Согласен /П. Машеров/ 2.7.79 г.

* * *

Любопытно, что и руководитель спорткомитета, и сановник из ЦК выдавали желаемое за действительное: да, чемпионаты СССР были очень сильными по составу, но «ведущие шахматисты мира» играли в них далеко не всякий раз, как, впрочем, и на всемирных олимпиадах. Видимо, те, кто готовил документы, вписывали известные фамилии ради гарантированной поддержки (не без оснований полагая, что адресаты больше наслышаны об экс-чемпионах мира, чем, к примеру, о гроссмейстерах Виталии Цешковском и Тамазе Георгадзе).

В итоге ни В. Смыслов, ни Б. Спасский на минский чемпионат 1979 г. не прибыли, а чемпион мира А. Карпов прибыл ненадолго и не в качестве игрока… Михаил Таль сыграл в Минске, но неудачно; победителем же – неожиданно для многих – вышел старейший участник турнира, Ефим Геллер (1925–1998). На одного 11-летнего зрителя Е. Геллер произвёл сильное впечатление как игрой, так и возрастом, и габаритами. Тем зрителем был будущий гроссмейстер Борис Гельфанд.

Финальная таблица взята из словаря «Шахматы» (Москва, 1990):

Как видно из словарной статьи, посвящённой 47-му чемпионату СССР, переизбытка турнирных бюллетеней не наблюдалось – их вышло 12, а не 15.

«Золотой век» шахматной литературы в Беларуси 40 лет назад ещё не наступил (злые языки поговаривают, что он не наступил и позже). Тем не менее газета «Физкультурник Белоруссии», та самая, редактора которой включили в оргкомитет, подробно освещала ход соревнования и связанные с ним события. Всякий раз публиковались либо репортажи известного белорусского шахматиста и журналиста Якова Каменецкого, либо очерки главсудьи турнира Сало Флора, а бывали и сообщения Белорусского телеграфного агентства… Чуть меньше внимания уделяли чемпионату иные белорусские издания, такие как газета «Звязда».

Из «ФБ» (не путать с фейсбуком) мы узнаем, к примеру, о пресс-конференции перед чемпионатом, о связях М. Таля с Беларусью, о том, что торжественное открытие чемпионата 29.11.1979 прошло с концертом. Не обошлось и без приветствий от юных пионеров.

Серьёзное фото с открытия, где Гарри Каспаров выглядит старше своих лет…

И менее серьёзное (автор Д. Терехов) – будущий чемпион мира только что получил свой номер из деревянной жеребьёвочной матрёшки:

В ноябре 1979 г., представляя участников, мастер Абрам Ройзман писал в «ФБ»: «Юный Гарик Каспаров из Баку, которому 16 лет, во второй раз выступает в высшей лиге. Беспрецедентный случай! Воспитанник знаменитой школы М. М. Ботвинника за последние два года добился удивительных результатов. Старт им дал мемориал А. Сокольского, который состоялся в Минске в январе 1978 года».

Понятно, корреспонденты часто фотографировали и нашего земляка, выступавшего в высшей лиге чемпионата СССР в четвёртый раз…

Седьмого декабря, после пятого тура, в Мингорисполкоме состоялся приём участников чемпионата – видимо, по традиции, заложенной ещё в 1935 г., когда чехословацкого маэстро Сало Флора принимал в Минске тогдашний глава горсовета Емельян Филиппович Жукович. В 1979 г. председатель Мингорисполкома Станислав Михайлович Лукашевич «подробно рассказал мастерам древнейшей игры об истории, восстановлении и перспективах развития Минска». Тот же С. Флор, уже давно советский человек, выступил с ответным словом «от имени участников чемпионата». Угощение, судя по иллюстрации, было довольно щедрым. Во второй половине своего выходного дня люди шахмат отправились на экскурсию.

А в номере от 12.12.1979 видно, как «ходом чемпионата руководит главная судейская коллегия». Справа – международный арбитр Кира Зворыкина (1919–2014), рядом с ней – главный секретарь турнира Иван Конышко (1941 г. р.), далее – главный судья Сало Флор (1908–1983)…

Во всесоюзной газете «Советский спорт» о соревновании постоянно писал Юрий Васильев, командированный в Минск. Однажды он опубликовал партию В. Купрейчика с комментариями победителя. В этом материале я не ставлю себе целью углубляться в шахматное творчество, но партию приведу – пожалуй, примечания к ней имеют историческую ценность.

В середине декабря на пару дней заехал в Минск Анатолий Карпов – в качестве почётного гостя. Он порадовал сотни любителей шахмат, собравшихся в клубе им. Дзержинского, рассказом о «развитии своего любимого вида спорта, о крупнейших международных соревнованиях». Кроме того, Карпов поделился своими планами на будущее и ответил на вопросы.

На фото справа от А. Карпова сидит небезызвестный Виктор Батуринский, а ещё правее – Николай Мисюк, председатель федерации шахмат БССР.

Чемпион мира понаблюдал за игрой своих товарищей…

Однако, согласно иным сообщениям, А. Карпов виделся руководителям БССР кем-то вроде ревизора по спортивным вопросам перед Олимпиадой-1980. По всей вероятности, он этой роли и не чуждался.

На встрече с П. Машеровым речь зашла о возведении в Минске Дворца шахмат. В 2010-е гг. А. Карпов рассказывал об этом так: «Я в турнире не участвовал, но приезжал в столицу Белоруссии по своим делам. В один из дней встретился с Машеровым, первым секретарем ЦК Компартии республики. И говорю: Петр Миронович, интерес к чемпионату огромный, каждый день приходит множество зрителей, а своего клуба у минских шахматистов до сих пор нет! Машеров был человеком очень решительным, он тут же сказал: Обещаю, что клуб будет!”»

Если эта часть мемуаров Карпова правдоподобна, то следующую, написанную им с чужих слов, придётся оспорить:

«На ближайшем заседании Политбюро Петр Миронович поднял вопрос о том, что в Минске должен быть Дворец шахмат, и предложил отдать шахматистам только что построенный прекрасный дом в центре города. Ему возразили, что это здание строили для писателей.

– Но у них уже есть дом! – ответил Машеров. – Писатели хотят улучшить свои условия, а у шахматистов ничего нет.

После этого заседания Совет министров изменил свое решение, и здание отдали шахматистам».

Здание на ул. К. Маркса, 10 строилось не для писателей. О том, что «в Минске должен быть Дворец шахмат» вместо старого клуба на ул. Бядули, 6, верхушка БССР была наслышана и до визита Карпова – ей это многократно разъясняли Г. Н. Вересов (1912–1979), В. Д. Купрейчик (1949–2017), Н. С. Мисюк (1919–1990) и др. Возведение Дворца шло медленно; похоже, диалог Карпова с Машеровым ускорил процесс, однако здание было готово лишь к середине 1980-х гг. – его торжественное открытие состоялось осенью 1985 года. К сожалению, экс-чемпион мира вольно обошёлся с фактами, преувеличив своё влияние на ЦК, а составители книги «Виктор Купрейчик: Иду на вы» (Москва, 2019) и редакция минской газеты «Народная воля» (24.09.2019) некритично отнеслись к версии А. Е. Карпова.

Минский журналист Иосиф Калюта повествует о «спонтанном» визите Карпова в Минск (по звонку Юрия Балашова, сделанному уже в разгар чемпионата), и тоже утверждает: «Отказать высокому гостю, находившемуся в те годы на пике мировой славы, да к тому же любимцу Л.И. Брежнева, хозяева, понятное дело, не могли, и вскоре на фронтоне четырёхэтажного особняка в центре Минска… появились слова: Дворец шахмат и шашек» («Народная воля», 29.01.2019). «Вскоре» – это после смены двух «хозяев» белорусского ЦК: П. Машерова (погиб в 1980 г.) и Т. Киселёва (умер в 1983 г.).

Как был воспринят чемпионат минчанами? Разумеется, в целом положительно, и кое-кто, по замечанию Ю. Васильева, шёл на Купрейчика, «как на концерт Песняров». Спортивная журналистка, шахматный мастер Эльмира Хоровец вспоминала в 2018 г., что «весь Минск жил шахматами. Результаты каждого тура обсуждали даже в общественном транспорте. Далеко на подступах к Клубу Дзержинского, где проходил турнир, спрашивали лишний билетик». Ей вторит Сергей Канашиц: «Шахматы тогда вошли в каждый дом, став невероятно популярными. Приезд лучших мастеров Минск встретил овациями и дружными очередями у билетных касс: свободных мест в зрительном зале не было… Зал был переполнен каждый день». В этих зарисовках присутствует некоторая творческая гипербола; так, Юрий Тепер (кмс, постоянный автор belisrael.info, любитель шахмат с полувековым стажем) утверждает, что в зале того КГБ-шного клуба хватало свободных мест, к тому же после окончания партий В. Купрейчика часть болельщиков расходилась. Но интерес к шахматам в Минске-1979 – даже в сравнении с Минском перестроечным, не говоря о нынешнем – был всё же значителен. В сборнике «Шахматы, шашки в БССР» за 1988 г. А. Ройзман писал об этом так: «Помнится, что в 1979 году зал клуба Дзержинского, как правило, полностью заполнялся, а он вмещал 800 человек. Всего через 8 лет (точнее, через 7 лет и 3 месяца – В. Р.), когда в РДШШ проводился 54-й чемпионат СССР, вполне хватило уже 300 мест».

Заключительный аккорд чемпионата 1979 г. – закрытие состоялось на день раньше, чем планировали.

Судья Борис Крапиль (1925–2007) в «ФБ» похвалил Минск и умелую организацию турнира…

  

      

 

Программка чемпионата (книжечка на 36 с., тираж 2000 экз.) с кратким представлением участников. Из коллекции Арона Шустина (Израиль)

Творческое объединение «Летапіс» киностудии «Беларусьфильм» сняло короткий белорусскоязычный ролик о шахматистах – спасибо Э. Хоровец за то, что разыскала его и совместно с «Прессболом» опубликовала в сети (см. начиная с 1:25).

Министерство связи СССР выпустило почтовый конверт, посвящённый соревнованию, а на минском главпочтамте имело место спецгашение.

Коллекционерам известны и металлические значки с эмблемой памятного чемпионата-1979.

Подготовил Вольф Рубинчик, г. Минск

wrubinchyk[at]gmail.com

От редактора belisrael

Если у кого-то сохранились снимки, связанные с чемпионатом, участниками и судьями, остались в памяти интересные эпизоды, присылайте на amigosh4@gmail.com  Хотелось бы, чтоб написал гл. секретарь чемпионата Иван Конышко, живущий в Минске. За судейским столиком можно узнать гомельчанина Феликса Гилютина (второй слева).  Надеюсь, что откликнется если не он сам, то его родственники и знакомые по Гомелю.

Опубликовано 04.12.2019  08:38

О Викторе Купрейчике. Год спустя после ухода

22.05.2018 08:37

Путь художника, а не чемпиона. Каким был знаковый белорусский шахматист Виктор Купрейчик

Путь художника, а не чемпиона. Каким был знаковый белорусский шахматист Виктор Купрейчик

Даже Михаил Таль называл его Д’Артаньяном.

Год назад ушел из жизни Виктор Купрейчик, являвшийся для белорусских шахмат фигурой знаковой. Его имя носят Академия шахмат и темпо-турнир, который пройдет в Минске в июне. О Купрейчике будет написана книга. Но мне не хотелось бы залить приторным елеем… как там у классика — простоту? Нет, скорее, сложность, противоречивость его натуры. Его человечность, сохранившуюся вопреки бойцовским качествам.

В заочном конкурсе “Лучший шахматист из белорусских журналистов” Купрейчик подвинул меня на второе место. Оба закончили профильный факультет БГУ. Наши пути пересекались на телевидении и в журнале “Шахматы и шашки в БССР” – он входил в редколлегию, а я была автором публикаций. Субординация сохранилась и на этом видео. На открытии Дворца шахмат Виктор Давыдович на ведущих ролях, дает сеанс одновременной игры, а я — на 23-й секунде — в массовке.

Как-то раз я невольно перешла ему дорогу. В девяностых годах работала в спортивной редакции БТ, а он в качестве нештатного автора вел студийную телепередачу “Гамбит”. Однажды Виктор Давыдович был в отъезде, и мне поручили его заменить. Чтобы разнообразить программу, разбила ее на сюжеты. Один из них был посвящен Гавриилу Вересову. Подводку начитала в кадре возле домов, прилегающих к набережной Свислочи. Вернувшись, ведущий высказал мне упрек: “Что это за Stand Up? О патриархе белорусских шахмат рассказываете в подворотне”.

Второй раз Купрейчик выразил свое недовольство на командном первенстве СССР-1983, когда в отложенной партии согласилась на ничью с Гаприндашвили. В том, что играла с Ноной Терентьевной с позиции силы, моей заслуги нет — экс-чемпионка мира перемудрила в дебюте. При доигрывании можно было сотворить сенсацию, но я не попытала счастья. Тогда лидер сборной республики всыпал мне по первое число (и поделом)! Мол, что еще за робость перед авторитетами!?

Прошли годы — и старший коллега сменил гнев на милость. В 1994-м наша съемочная группа поехала в Москву на дебютную для Беларуси Всемирную шахматную олимпиаду. Он подошел первым, сказал, что, наверное, нас сталкивали лбами. Помог организовать интервью. “Синхрон” с белорусами в фойе гостиницы “Космос” вышел чересчур затянутым. Но резать его не поднялась рука: сам Купрейчик признал во мне журналистку. И позже, когда нужны были комментарии, я не знала от него отказа.

Фото партии с Альбертом Капенгутом — подарок спортивной редакции БТ
Фото партии с Альбертом Капенгутом — подарок спортивной редакции БТ 
Купрейчик говорил людям в лицо, что о них думает. Критиковал, спорил до хрипоты, доказывая свою правоту. Такое мало кому понравится. Но чувство справедливости всегда брало верх над дипломатией и конформизмом. Доставалось от него многим. Гроссмейстерам новой волны, играющим, по его мнению, на уровне кандидатов в мастера. Игрокам, пытавшимся выбить какие-то материальные блага. Женщинам-шахматисткам, которых он не воспринимал всерьез. Так, просьбу подготовить в дебюте племянницу Настю дядя Витя встретил в штыки: “Какая еще сицилианка?!” И, зная об этой прямолинейности, Анастасия Сорокина, ныне председатель Белорусской федерации шахмат, на него не обижалась.

Забияка по жизни, за шахматной доской он тоже лез в драку. На вопрос, каким игроком был Купрейчик, его тогдашние соперники отвечают: “Напористым, неуступчивым, жестким”. А еще, в один голос: “Ярким”. Многие испытали на себе: уж если Купрей идет ставить мат, спасения не жди. “Хавайся ў бульбу”, – как сказали бы белорусы. Особенно импонировал его комбинационный стиль игры публике. Жаль, что не всегда он приводил к успеху.

Послужной список у белорусского гроссмейстера весомый: три золота чемпионатов мира в составе студенческой сборной СССР, две победы на Всесоюзном турнире молодых мастеров, первые призы на престижных турнирах в Гастингсе и Мальме. Удивительно, но факт: звание чемпиона республики (страны) ему покорилось лишь дважды, последний раз в возрасте 53 лет. На чемпионатах Союза медали ускользали у него прямо из рук. Вначале Купрейчик выдал на-гора “5 из 5” в 1979-м в Минске, а спустя год — в Вильнюсе. Эта серия — рекордная. Казалось бы, доиграй турнир на ничьих — и ты на пьедестале. Но такой прагматизм был ему чужд.

В соперниках у Виктора Купрейчика — чемпион мира Анатолий Карпов
В соперниках у Виктора Купрейчика — чемпион мира Анатолий Карпов
Домашний чемпионат СССР-79 стоит особняком. Помнится, тогда весь Минск жил шахматами. Результаты каждого тура обсуждали даже в общественном транспорте. Далеко на подступах к Клубу Дзержинского, где проходил турнир, спрашивали лишний билетик. Стоило кому-то из участников сыграть красиво — и зал взрывался аплодисментами. Местные любители шахмат, конечно, шли на Купрейчика. И Витек, как называли его зрители, радовал их содержательной игрой.

Рассказывая о Купрейчике, журналисты не скупились на эпитеты: “необыкновенное тактическое дарование”, “дикая, необузданная игра”, “рыцарь без страха и упрека”. Михаил Таль окрестил белоруса гусаром и Д’Артаньяном. Какую оценку можно дать его комбинациям? Самое точное определение — гениальные. Так считает нынешний тренер женской сборной Беларуси Андрей Ковалев. Он даже написал статью “Купрейчик и “Гудини”. Спустя время жертвы фигур подверглись ревизии со стороны продвинутого компьютера (“однофамильца” известного фокусника). Первый вердикт машины — некорректно. Но, просчитав предложенный ей ход, бесстрастное “железо” меняет свою оценку. Это говорит о глубине замысла белоруса. Такими же жертвами были талевские. Просто компьютеру нужно больше времени, чтобы установить истину.

За игрой Виктора Купрейчика наблюдает Михаил Таль
За игрой Виктора Купрейчика наблюдает Михаил Таль
Конечно, Купрейчик не до конца реализовал свой потенциал. Понять причины этого поможет история, рассказанная Ковалевым: “Почему человек не добился в шахматах большего? Наверное, ему мешал азарт — очень увлекался во время игры. Вдобавок, не любил идти проторенными путями, пытался найти что-то свое: какой-нибудь необычный, с виду корявый ход. Это путь художника, а не чемпиона. Мы часто вместе играли на “опенах” в Германии. Вспоминается такой случай в Пассау. В конце турнира Виктор Давыдович лидировал. Чтобы сохранить статус-кво, ему было достаточно ничьей. Да и позиция выглядела спокойной — впору пожать друг другу руки. И вдруг Купрейчику стало интересно! Он полез на рожон — в итоге проиграл, лишился первого места и в деньгах потерял тысячу с лишним марок”.

Похожее мнение высказывает и один из лидеров нашей мужской сборной Сергей Жигалко: “Ему было неинтересно расписывать ничьи или играть спокойные позиции. Он творил за доской и получал от этого удовольствие. Было видно, что очень любит шахматы. Все наслышаны о бескомпромиссности Купрейчика. Этого качества он не утратил, став капитаном. Настраивал нас на победу даже в матчах с сильнейшими командами. К примеру, говорил: “Завтра надо выиграть у Украины”. Хотя между нашими сборными было пунктов 100 разницы в среднем рейтинге — в пользу соперников. И мы исподволь заряжались его энергией”.

Шахматы — вид спорта эгоцентристов. “Здесь… редко найдешь таких людей, которые были бы столько счастливы, чтобы имели такого, кому бы могли открыться в своих несчастиях и вверить свои тайны. Ежели истинные друзья повсюду редки, то здесь они всего реже” (Иван Крылов). “В готовности посочувствовать чужому горю скрыто желанье обо всем разведать” (Виктор Гюго). А ведь “… если человек не чувствует близости близких, то, как бы он ни был интеллектуально высок, идейно подкован, он начинает душевно корчиться и задыхаться – не хватает кислорода” (Юрий Трифонов). За годы, проведенные в шахматах, цитаты из книг сложились в тематическую подборку.

Виктор Купрейчик умел дружить. По словам Ковалева — а он живет в Витебске и в столице бывает транзитом, —минская квартира Виктора Давыдовича стала единственным местом, куда можно было приехать в любое время дня и ночи. Дожидаясь поезда, расставляли на доске фигуры, которыми Борис Спасский готовился к Роберту Фишеру. Раритетный комплект шахмат достался хозяину в подарок. Придумывали новинки в староиндийской защите. Пили чай-кофе, курили. В отличие от многих шахматистов, Купрейчик прекрасно готовил. Для незваных гостей мог сварганить что-нибудь по-быстрому. Для званых — колдовал у плиты: тушеные ребрышки, жареный карп со специями, рагу из баклажанов. Товарищем он был щедрым. Всегда выручал, когда надо было срочно достать валюту или взять взаймы. И дата возврата долга не оговаривалась: дескать, появятся деньги — тогда и отдашь. При этом Ковалев отмечает: “Несмотря на приятельские отношения, я ему не ровня. Потому что он — более масштабная личность”.

Юрий Балашов и Виктор Купрейчик. Минск-1979
Юрий Балашов и Виктор Купрейчик. Минск-1979
С кем в дружбе сохранялся паритет, так это с Юрием Балашовым. Гроссмейстер из Москвы вспоминает: “С Витей мы не разлей вода с 1965-го. Сначала играли вместе на школьных турнирах. Всегда относились друг к другу с симпатией и уважением. Как сошлись? Были какие-то сборы, и мы не могли наиграться, блицевали до утра. Нам тогда было по 17 лет. Я на 113 дней его старше. Позже проводили совместные тренировки. Он всегда умел находить интересные возможности для атаки, для перехвата инициативы. Когда работаешь вместе, знаешь человека как облупленного. У него живой стиль, у меня более основательный. Мы как-то дополняли друг друга. До 77-го года сыграли немало ярких, насыщенных партий, а вот потом уже стали расписывать. Начиная с этого времени, нашу игру смотреть не надо. В 2014-м на ветеранском “мире” в Греции в последнем туре сделали ничью. Если бы кто-то из нас выиграл, стал бы первым”.
Виктор Купрейчик и Юрий Балашов: дружба, пронесенная через годы
Виктор Купрейчик и Юрий Балашов: дружба, пронесенная через годы
Создать видимость борьбы за доской — дело нехитрое. И это не мерило дружбы. Балашов с юмором говорит о том, как остался на мели после развала Союза, а на руках у него было “всего-навсего” пятеро детей. Тогда, с подачи Купрейчика, гроссмейстеры подались в легионеры. Два с половиной года провели в Германии, вытащив команду в высшую лигу. При всем неприятии женских шахмат белорус помог супруге Балашова Лене в выполнении мастерской нормы. Анализировал отложенные на первенстве Москвы партии, будучи на сборах с Василием Смысловым. А вот в этом диалоге проявилась высшая степень доверительности. “Вить, а на свадьбу дочери приедешь?” – Юрий Сергеевич и сегодня эту фразу произносит настороженно, с опаской. – “Приеду!”. Судя по фотографиям, в наши дни человеческие отношения между элитными шахматистами — не редкость. А много лет назад представить себе такое было сложно.

“В последнее время у него оставались две страсти: шахматы и семья, — продолжает Балашов. — У Вити замечательная дочка, Устина. Я шутил, что, наверное, в честь министра обороны Устинова назвали. У меня тоже есть родственница с редким именем — внучка Дарьяна. А есть и Даша. Витиных внуков зовут Тереза и Василь. Он в них души не чаял”.

Старые друзья через день разговаривали по скайпу, у Балашова связь была налажена даже на даче. Вдвоем исколесили всю Россию. Наши соседи всегда с удовольствием приглашали белорусского шахматиста на турниры. Потому что знали: его присутствие само по себе будет стимулом для юных игроков. Купрейчик побывал во Владимире, Казани, Томске, Суздале, Коврове. Начиная с 2013 года, эти поездки были сродни подвигу. Из-за болезни почек ему трижды в неделю требовалось делать гемодиализ.

Виктор Купрейчик с сестрой Ольгой и племянницей Настей
Виктор Купрейчик с сестрой Ольгой и племянницей Настей
Одним из его ангелов-хранителей была сестра Ольга Сорокина: “Сложность характера, возможно, ощущалась среди профессионалов. А как брат, как человек он для меня был лучшим. Считался самым надежным другом. Две вещи запали в память. Его увлечение шахматами в детстве и последние годы жизни. Столь одержимых людей я не встречала. Помню, была у нас секция, под завязку заполненная шахматными журналами, книгами. Немецкие, югославские издания — он выписывал все подряд. Разложит на полу и изучает. За этим занятием я его и заставала, хотя он интересовался еще и футболом, и боксом. По тем временам, был спортивным товарищем. Но позже ушел в шахматы с головой. А вот позднего Купрейчика даже я не знала таким бойцом. Можно было осторожничать, беречься. Он же продолжал жить наотмашь”.

Свою болезнь Купрейчик переносил мужественно, никому не жаловался, не ныл. Жил от турнира до турнира. Ездил на ветеранские “Европу” и “мир”. На этих соревнованиях был далеко не статистом — завоевывал медали, становился чемпионом. Заранее договаривался с организаторами насчет медицинских процедур. Как правило, оплачивал их из своего кармана. За границей каждый диализ тянул долларов на 80. Иногда удавалось “отбить” эти деньги призовыми, иногда — нет. Пару раз возвращался с соревнований, “просрочив время”, отведенное медиками. Авиарейс задерживался — и с трапа самолета он сходил обмякшим. Родные его подхватывали под руки и везли в больницу. Как-то раз нашел лазейку — опен-турнир проходил в Вильнюсе. После процедуры оставалось полчаса, чтобы сесть в маршрутку либо в автобус и успеть к туру. Так и мотался взад-вперед в 30-градусную жару. Возвращался в Минск через день — к следующему диализу.

На чемпионате мира среди ветеранов
На чемпионате мира среди ветеранов
Не чурался боев местного масштаба. Повезло шахматистам Бреста, Пинска — небожитель спустился на землю. В Минске участвовал в мемориале Юрия Кулаги, в мемориале Татьяны Загорской. В ютубе есть видео, как в стенах столичной СДЮШОР-11 Купрейчик играет в народном турнире в быстрые шахматы. На награждении всем призерам достались дежурные аплодисменты, а мэтру участники рукоплескали от души.

“Я не так і рэдка бачыў яго, нашага найпершага і найбліскучага міжнароднага гросмайстра, чые заслугі дазволілі ўнесці яго імя ў Сусветную залу шахматнай славы. Найчасцей бачыўся з ім у Рэспубліканскім цэнтры алімпійскай падрыхтоўкі па шахматах і шашках, калі там ладзіліся турніры. Самавіты і спакойны, неяк па-асабліваму задуменны-засяроджаны, ён міжволі вылучаўся сярод усіх, у тым ліку і самых паспяховых тутэйшых гросмайстроў, і выклікаў натуральную сімпатыю. Звычайна перад масавым турнірам, калі ў вялікай зале зашмат мітусні і гаманы, ён займаў далёкае ад натоўпу месца і ў адзіноце чакаў пачатку шахматных баталіяў”, — делился воспоминаниями в региональной прессе Василий Жукович. Будучи писателем и любителем шахмат в одном лице, он так и не осмелился подойти к своему кумиру.

Когда Купрейчик был молод, не все его фаны отличались такой деликатностью. Иные обращались с ним запанибрата, норовили угостить, поздравить с победой. А он не решался их обидеть отказом. С годами помудрев, одергивал готового сорваться товарища: “Да что ты, этой водки не видел?” Был солидарен с Борисом Пастернаком, писавшим: “Я не люблю правых, не падавших. Их добродетель мертва и малоценна”. При всей своей боевитости никого не осуждал, не навешивал ярлыков, не опускался до сплетен…

Болезнь почек сказывается еще и на глазах. Со временем Виктор Давыдович стал хуже видеть. Плохо ориентировался. Различал лишь контуры предметов и силуэты людей. Мог перелить в чашку чай. Но комбинационное зрение его по-прежнему не подводило. Приходилось лишь ниже склоняться над бланком, над доской.

Гроссмейстер сыграл е2-е4
Гроссмейстер сыграл е2-е4
“В конце жизни Витя мог разглядеть буквы только в интернете, на экране компьютера, — говорит Ольга Давыдовна. — Хотя раньше, когда лежал в больнице, брал с собой книги. Проглатывал их одну за другой. Он же был таким читателем! Часто ходил в книжный магазин, покупал много мемуаров. Ему было интересно самому во всем разобраться, докопаться до истины”.

На вопрос “Еще не наигрался?” отвечал: “Это единственное, что я умею делать”. Немного лукавил, потому что тренировать у него тоже получалось. Вспоминает юный белорусский шахматист Михаил Никитенко: “Когда узнал, что буду работать с Купрейчиком, оробел. Пришел к нему домой на первое занятие с трепетом. Но Виктор Давыдович сразу к себе расположил. Дал понять, что с ним можно общаться на равных. Дистанции между нами не было. В классические шахматы я сыграл с Купрейчиком один раз, в высшей лиге чемпионата Беларуси. Удивил его в дебютном варианте, который он постоянно применял. В обоюдном цейтноте удалось победить своего учителя, и он в открытую меня поздравил. При анализе оба атаковали без оглядки, сжигали за собой мосты. Я такой: “Позиция белых приятнее”. А он: “В смысле, приятнее? Она может быть либо проигранной, либо выигранной, раз не хватает фигуры”. Расстались мы очень тепло, пожали друг другу руки. Он подарил мне на память книгу”.

С такой болезнью люди живут, в среднем, 4-5 лет. Виктор Купрейчик еще успевал сыграть на мужском чемпионате Европы-2017, который принимал у себя Минск. Но судьба распорядилась по-другому. Он собрался ехать с Балашовым в Подмосковье. Билет уже был на руках. Пошел в универсам “Центральный” за покупками – и оступился на лестнице, ударившись при падении головой. Прежде чем потерять сознание, успел назвать врачам скорой свою фамилию. Примерно в это же время его хватились родные. Операция не помогла – 22 мая Купрейчика не стало. Его племянница Настя написала на своей страничке в facebook: “Он не ушел, он просто не пережал часы в вечности жизненного цейтнота…”.

Фото из личного архива Ольги Сорокиной, www.europechess.org

Эльмира ХОРОВЕЦ

Оригинал

***

Ранее опубликованные материалы на нашем сайте:

Виктор Купрейчик (03.07.1949 – 22.05.2017) / Viktor Kupreichik

Еще о Викторе Купрейчике / More on Viktor Kupreichik

Опубликовано 23.05.2018  03:20

От редактора. Напоминаю о необходимости и важности финансовой поддержки сайта.
Текст на русском и как это сделать, читайте внизу этой публикации  

Еще о Викторе Купрейчике / More on Viktor Kupreichik

(Ниже на русском)

Яшчэ пра Віктара Купрэйчыка / More on Viktor Kupreichik

Каля ста чалавек прыйшлі сёння, 23 траўня, у вялікую залу Рэспубліканскага цэнтра алімпійскай падрыхтоўкі па шахматах і шашках, каб развітацца з Віктарам Давыдавічам Купрэйчыкам. На экране злева ад труны пад запіс песні Уладзіміра Высоцкага «Кони привередливые» чаргаваліся фатаграфіі і відэаролікі, якія адлюстроўвалі розныя эпізоды біяграфіі выбітнага беларускага шахматыста. Труна была ўсыпана веснавымі кветкамі.

Вынас цела на вул. К. Маркса. Прыкладна 15.30.

У кулуарах дзеячы шахмат падзяліліся з карэспандэнтам belisrael.info сваімі думкамі і ўспамінамі, звязанымі з В. Д. Купрэйчыкам.

Юрый Муйвід, трэнер РЦАП:

– Я ведаў Віктара з тых часоў, калі яму было 11 год, калі ён быў моцным першаразраднікам, гуляў у паўфінале першынства Мінска сярод дарослых. Вельмі шмат ахвяроўваў, гуляў у востракамбінацыйным стылі, падобным да талеўскага – вядома, і выйграваў, і прайграваў.

Заметка А. Ройзмана пра юнага Купрэйчыка ў «Фізкультурніку Беларусі». Фота В. Каблюка.

Быў сведкам, як Віктар выступаў за зборную Мінска на спартакіядзе школьнікаў Беларусі ў сярэдзіне 1960-х гг. (ладзілася ў Гомелі). Ад Мінска тады прыслалі дзве каманды, і за першую гулялі Купрэйчык, ДыдышкаАба Шагаловіч папрасіў, каб я паехаў з мінчанамі замест трэнера Вадзіма Місніка. У першы дзень хлопчыкі і дзяўчаты пачалі гарэзаваць, збягаць з горкі ў парку, а яна была дужа крутая… Вячаслаў Дыдышка выляцеў прама на парапет, урэзаўся ў застыглы цэмент – добра яшчэ, што паспеў згрупіравацца. Віктару пашанцавала больш, ён схапіўся за нейкі куст, прытармазіў. Шагаловіч быў у шоку!

Уладзімір Гінзбург, намеснік старшыні Беларускай федэрацыі шахмат:

– Да таго, як Віктар Давыдавіч некалькі дзён таму няўдала ўдарыўся галавой і злёг, ён рыхтаваўся да чэмпіянату Еўропы ў Мінску, а ўлетку плануецца яшчэ шахматны матч ветэранаў на тэрыторыі пасольства Беларусі ў Расіі, на 10 дошках… Купрэйчык мусіў быў гуляць на 1-й дошцы. Мы даўно рыхтавалі гэты беларуска-расійскі матч, і вось толькі сёлета знайшлі грошы. Нават не ведаю, ці варта цяпер яго праводзіць. Дыдышка кажа: «Няма Віктара – няма сэнсу».

Юрый Балашоў, міжнародны гросмайстар (Расія, разам з міжнародным майстрам Сяргеем Юферавым спецыяльна прыехаў на пахаванне):

– Смерць Віктара – вялікая страта, сышоў яркі, творчы шахматыст. Магчыма, спартыўныя яго вынікі не так уражвалі, як творчыя. У 1979 годзе, калі ў Мінску праходзіў чэмпіянат СССР, людзі пыталіся лішні квіток, ішлі на Купрэйчыка… Мы сябравалі, дапамагалі адно аднаму, разам ездзілі на спаборніцтвы, агулам, былі ў «адной звязцы». Віктар да апошніх дзён захоўваў прыстойную шахматную сілу. Ён валодаў высокімі чалавечымі якасцямі – надзейнасць, сумленнасць, смеласць. Мне ўчора тэлефанавалі з розных гарадоў Расіі – з Пярмі (Анатоль Цярохін), з Тамбова, адусюль, дзе бываў Віктар… Прасілі перадаць спачуванне родным і сябрам. Яшчэ, помню, у 1982 годзе мне пазваніў Васіль Васільевіч Смыслоў, спытаўся, як я пастаўлюся да таго, што ён запросіць у групу сваіх памочнікаў Віктара Купрэйчыка. Вядома, я згадзіўся. І сапраўды, Віктар вельмі дапамог Смыслову, які на сёмым дзясятку гадоў дайшоў у прэтэндэнцкім цыкле да матчу з Каспаравым (1984 г.).

Ю. Балашоў (злева) і У. Гінзбург

Леанід Шацько, шахматыст-завочнік, распаўсюднік шахматнай літаратуры, вядучы шахаддзела ў «Народнай газеце»:

– Дзякуючы Віктару Давыдавічу я, можна сказаць, і прыйшоў у шахматы. У 1972-1974 гг., у старшых класах школы, я ўдзельнічаў у шахматных конкурсах газеты «Знамя юности», якія арганізоўваліся аддзелам пад рэдакцыяй майстра спорту В. Купрэйчыка. У гэтых конкурсах я паступова выканаў 4-ы і 3-і разрады, а ў апошнім, дзе ўдзельнічала звыш 600 (!!!) чалавек, увайшоў у тройку пераможцаў. Так што штуршок да заняткаў шахматамі Віктар Давыдавіч даў многім у нашай краіне. Ён прысылаў мне лісты, якія захоўваю дагэтуль. Што цікава, ў конкурсе 1973 г., дзе я выканаў норму 3-га разраду, адным з пераможцаў стаў Уладзімір Барташ – цяпер вядомы трэнер, які працуе ва Уруччы, у цэнтры дадатковай адукацыі дзяцей і моладзі «Арт». Яго вучні становяцца пераможцамі многіх рэспубліканскіх турніраў.

Даведка пра выкананне разраду, падпісаная В. Купрэйчыкам. Архіў Л. Шацько.

Апошні час Віктар Давыдавіч моцна хварэў, у яго былі праблемы з ныркамі: ведаю, што, калі ён ездзіў на турнір у Дрэздэн, то кожны дзень яму рабілі гемадыяліз. Ён атрымаў групу інваліднасці; магчыма, праз гэта быў вымушаны пару гадоў таму зволіцца з СДЮШАР-11. Тым не менш не губляў бадзёрасці: цікавіўся кнігамі, звяртаўся да мяне наконт навінак, набыў нават «Энцыклапедыю шахматных дэбютаў» (між тым большасці людзей «ва ўзросце» ўжо не да літаратуры па шахматах). У СДЮШАР-11 ён займаўся з некалькімі перспектыўнымі рабятамі, як мінімум адзін з іх – Уладзімір Раманенка, які пераехаў у ЗША – стаў гросмайстрам. Сярод яго вучняў таксама міжнародны майстар Міхаіл Нікіценка. Дзеля заняткаў хлопцы ездзілі да Купрэйчыка і на кватэру.

Далей – фрагмент з тэксту Уладзіміра Някляева, учора апублікаванага тут (паэт Някляеў таксама прыходзіў у РЦАП).

«Не стала Віктара Купрэйчыка. Міжнароднага грасмайстра, найбліскучага беларускага шахматыста, унесенага ў Сусветную залу шахматнай славы.

Мы сябравалі. Ён адзін з самых даўніх маіх сяброў. Таму цяжка. Вельмі.

Апошнімі гадамі ён невылечна хварэў. Але памёр не праз хваробу. Праз выпадак. Спраўдзілася ягонае: «Мы паміраем выпадкова».

Ён любіў не толькі шахматы. Шмат што яшчэ. У тым ліку музыку, літаратуру. За грошы, выйграныя на адным з апошніх (ветэранскіх) турніраў, выдаў па-беларуску кнігу Івана Буніна. Калі спыталі, навошта яму гэта, адказаў: «Хачу, каб любілі Буніна па-беларуску».

Грошы, якія перакладчыкі бунінскай кнігі не ўзялі ў яго як ганарар, ён перадаў на помнік Рыгору Барадуліну».

Падрыхтаваў В. Р.

Гл. таксама: Виктор Купрейчик (03.07.1949 – 22.05.2017) / Viktor Kupreichik

***

Около ста человек пришли сегодня, 23 мая, в большой зал Республиканского центра олимпийской подготовки по шахматам и шашкам, чтобы попрощаться с Виктором Давыдовичем Купрейчиком. На экране слева от гроба под запись песни Владимира Высоцкого «Кони привередливые» сменялись фотографии и видеоролики, отражавшие разные эпизоды биографии замечательного белорусского шахматиста. Гроб был усыпан цветами.

Вынос тела на ул. К. Маркса. Примерно 15:30.

В кулуарах деятели шахмат поделились с корреспондентом belisrael.info своими мыслями и воспоминаниями, связанными с В. Д. Купрейчиком.

Юрий Муйвид, тренер РЦОП:

– Я знал Виктора с 11-летнего возраста, когда он был сильным перворазрядником, играл в полуфинале первенства Минска среди взрослых. Очень много жертвовал, играл в острокомбинационном стиле – конечно, и выигрывал, и проигрывал.

Заметка А. Ройзмана о юном Купрейчике в «Физкультурнике Беларуси». Фото В. Каблюка.

Был свидетелем, как Виктор выступал за сборную Минска на спартакиаде школьников Беларуси в середине 1960-х (проводилась в Гомеле). От Минска тогда прислали две команды, и за первую играли Купрейчик, ДыдышкоАбо Шагалович попросил, чтобы я поехал с минчанами вместо тренера Вадима Мисника. В первый день мальчики и девочки стали резвиться, сбегать с горки в парке, а она крутая… Вячеслав Дыдышко вылетел прямо на парапет, врезался в цемент – хорошо, что успел сгруппироваться. Виктору повезло больше, он ухватился за какой-то куст, притормозил. Шагалович был в шоке!

Владимир Гинзбург, зам. председателя Белорусской федерации шахмат:

– До того, как Виктор Давыдович несколько дней назад неудачно ударился головой и слёг, он готовился к чемпионату Европы, а летом планируется ещё матч ветеранов по шахматам на территории посольства Беларуси в России, на 10 досках… Купрейчик должен был играть на 1-й доске. Мы давно готовили этот российско-белорусский матч, и вот только в этом году нашли деньги. Даже не знаю, стоит ли теперь его проводить, Дыдышко говорит: «Нет Виктора – нет смысла».

Юрий Балашов, международный гроссмейстер (Россия, вместе с международным мастером Сергеем Юферовым специально приехал на похороны):

– Смерть Виктора – большая потеря, ушёл яркий, творческий шахматист. Возможно, спортивные его результаты не были такими впечатляющими, как творческие. В 1979 году, когда в Минске проводился чемпионат СССР, люди спрашивали лишний билетик и шли на Купрейчика… Мы дружили, помогали друг другу, вместе ездили на соревнования, в общем, были «в одной связке». Виктор до последних дней сохранял приличную шахматную силу. Он обладал высокими человеческими качествами – надёжность, честность, смелость. Мне вчера звонили из разных городов России – из Перми Анатолий Терёхин, из Тамбова, отовсюду, где бывал Виктор… Просили передать соболезнование родным и друзьям. Ещё, помню, в 1982 году мне позвонил Василий Васильевич Смыслов, спросил, как я отнесусь к тому, что он пригласит в группу своих помощников Виктора Купрейчика. Конечно, я согласился. И действительно, Виктор очень помог Смыслову, который на седьмом десятке лет дошёл в претендентском цикле до матча с Каспаровым.

Ю. Балашов (слева) и В. Гинзбург

Леонид Шетько, шахматист-заочник, распространитель шахматной литературы, ведущий шахотдела в «Народной газете»:

– Благодаря Виктору Давыдовичу я, можно сказать, и пришёл в шахматы. В 1972-1974 гг., учась в старших классах школы, я участвовал в шахматных конкурсах газеты «Знамя юности», которые проводились отделом под редакцией мастера спорта В. Купрейчика. В этих конкурсах я постепенно выполнил 4-й и 3-й разряды, а в последнем, где участвовало более 600 (!!!) человек, вошёл в тройку победителей. Так что толчок к занятиям шахматами Виктор Давыдович дал многим в нашей стране. Он присылал мне письма, которые храню до сих пор. Что интересно, в конкурсе 1973 г., где я выполнил норму 3-го разряда, одним из победителей стал Владимир Бартош – известный ныне тренер, который работает в Уручье, в центре дополнительного образования детей и молодёжи «Арт». Его ученики становятся победителями многих республиканских турниров.

Справка о выполнении разряда, подписанная В. Купрейчиком. Архив Л. Шетько.

В последнее время Виктор Давыдович сильно болел, у него были проблемы с почками: знаю, что, когда он ездил на турнир в Дрезден, то каждый день проходил гемодиализ. Получил первую группу инвалидности, из-за этого был вынужден уволиться из СДЮШОР-11. Тем не менее бодрости не терял: интересовался книгами, обращался ко мне, приобрёл даже «Энциклопедию шахматных дебютов» (а ведь большинству людей в возрасте уже не до литературы по шахматам). В СДЮШОР-11 он занимался с несколькими перспективными ребятами, как минимум один из них – Владимир Романенко, который переехал в США – стал гроссмейстером. Среди его учеников также международный мастер Михаил Никитенко. Ради занятий ребята ездили к Купрейчику и на квартиру.

Далее – фрагмент из текста Владимира Некляева, вчера опубликованного здесь (поэт Некляев тоже приходил в РЦОП). Перевод с белорусского:

«Не стало Виктора Купрейчика. Международного гроссмейстера, самого блестящего белорусского шахматиста, внесенного во Всемирный зал шахматной славы.

Мы дружили. Он один из старейших моих друзей. Поэтому тяжело. Очень.

В последние годы он неизлечимо болел, но умер не из-за болезни. Из-за случая. Подтвердились его слова: «Мы умираем случайно».

Он любил не только шахматы. Многое другое. В том числе музыку, литературу. За деньги, выигранные на одном из последних (ветеранских) турниров, издал по-белорусски книгу Ивана Бунина. Когда спросили, зачем ему это, ответил: «Хочу, чтобы любили Бунина по-белорусски».

Деньги, которые переводчики бунинской книги не взяли у него как гонорар, он передал на памятник Рыгору Бородулину».

Подготовил В. Р.

См. также: Виктор Купрейчик (03.07.1949 – 22.05.2017) / Viktor Kupreichik

Опубликовано 23.05.2017  23:29

Виктор Купрейчик (03.07.1949 – 22.05.2017) / Viktor Kupreichik

(Русский перевод ниже)

Віктар Купрэйчык: “Не шкадую, што галасаваў супраць…”

Імя В. Д. Купрэйчыка знаёмае ўсім аматарам шахмат. Без перабольшвання можна сказаць, што першы мінскі гросмайстар (ён заваяваў гэтае званне ў 1980 г.) стаў жывой легендай. Паводле А. С. Суэціна, Купрэйчык – “шахматыст яркага камбінацыйнага стылю, заўсёды гатовы рызыкаваць“. “Непапраўны рамантык” – гэткім эпітэтам узнагародзіла Купрэйчыка журналістка газеты “Прессбол” Эльміра Харавец. Удзельнік сямі чэмпіянатаў СССР, безлічы міжнародных турніраў, дагэтуль заваёўвае першыя прызы і “гады яго не бяруць” (гэта ўжо словы расійскага гросмайстра Юрыя Балашова). Упершыню Віктар Давыдавіч стаў чэмпіёнам Беларусі ў 1972 г., і вось у 2003 г. – паўтарыў свой поспех у 69-м першынстве краіны. Не будзе лішнім заўважыць, што ў 1980-я ён рэдагаваў “Шахматы, шашки в БССР”, а зараз з’яўляецца намеснікам старшыні Беларускай федэрацыі шахмат, старшынёй камісіі БФШ па спартыўнай этыцы. Пачнем, аднак, з дэбюту, а не з мітэльшпіля…

* * *

– Як Вы рабілі першыя крокі ў шахматах?

– У 1959 г. волей лёсу я трапіў у шахматную секцыю Дома піянераў – тады гэта была практычна адзіная шахматная секцыя ў Мінску. Плённа займаўся пад кіраўніцтвам Абы Ізраілевіча Шагаловіча – ён цяпер у ЗША (памёр у 2009 г. – belisrael.info).

– Ці былі шахматысты ў сям’і?

– Дзядзя ўмеў гуляць, ён мяне навучыў, а бацькам было не зусім да шахмат. Мама працавала намесніцай галоўнага бухгалтара на 42-м заводзе (быў такі “закрыты” завод), а тата – галоўным эканамістам славутай фабрыкі “Камунарка”. Цяпер яны на пенсіі.

– А Вашая дачка гуляе ў шахматы?

– Не, адно хады ведае.

– Акрамя Шагаловіча, яшчэ хтосьці трэніраваў Вас?

– Гаўрыіл Мікалаевіч Верасаў, Ісаак Яфрэмавіч Баляслаўскі. Гэта было не тое каб трэнерства, але я вучыўся розуму.

– Хто з іх найбольш паўплываў на Вашае станаўленне?

– Г. М. Верасаў, заснавальнік беларускай шахматнай школы.

– А з тагачасных гросмайстраў?

– У 1960-61 гг. ішлі матчы Батвіннік-Таль, якія прыцягвалі ўвагу ўсіх, і нас, пацаноў, таксама. Канешне, на мяне ўражанне зрабіў Міхаіл Няхем’евіч Таль. Потым з гэтага ўражання вырас шахматны стыль.

– Вы самі былі трэнерам у Смыслова на пачатку 1980-х гг…

– Хутчэй, секундантам, у прэтэндэнцкіх матчах.

– Што, на Вашу думку, галоўнае ў трэнерскім майстэрстве?

– Адназначна цяжка сказаць. На ўзроўні сур’ёзных шахмат вялікае значэнне мае псіхалагічная сумяшчальнасць.

– Пры супрацы са Смысловым яна была?

– Была, канешне. Васіль Васілевіч вялікі філосаф, вельмі інтэлігентны чалавек, са старой рускай інтэлігенцыі. Ніякіх праблем не было. Так, урэшце ён прайграў Каспараву, але ж той тады быў на самым уздыме…

– Ці плануеце ў бліжэйшы час займацца трэнерскай працай?

– Пажывем-пабачым. Паспрабую дапамагаць нашым шахматыстам у сілу сваіх магчымасцей.

– Калі ўзяць год Вашага першага чэмпіёнства – 1972-і – і 2003 г., наколькі ў Беларусі змянілася стаўленне да шахмат?

– Жыццё ідзе, мяняюцца шахматы, мяняецца шахматная культура. Раней у шахматах было больш месца для суб’ектыўнай творчасці. Цяпер, у сувязі з кампутарызацыяй, творчы пачатак у шахматах у пэўнай ступені згубіўся, вырасла спартыўнае значэнне гульні. Гэта ўсё – натуральны працэс.

– За гэтыя 30 год болей людзей у Беларусі стала гуляць у шахматы ці меней? Колькі зараз людзей гуляюць у шахматы?

– Мы ў федэрацыі не вядзем дакладнага падліку беларускіх шахматыстаў – мы лічым сваіх членаў. У 1970-я гады ў шахматы гулялі практычна ўсе. Цяпер, канешне, у моладзі болей інтарэсаў, і прэстыж шахмат падупаў.

– Як можна было б узняць прэстыж гульні? У 1980-я гг. Вы вялі шахматныя перадачы на беларускім тэлебачанні. Ці можна іх аднавіць?

– У тыя часы на тэлебачанні былі людзі, якія цікавіліся шахматамі. Цяпер – мне судзіць цяжка, бо ўжо год 15 як я адышоў ад гэтай справы, не магу нічога спрагназаваць.

– Хто з беларускіх палітыкаў гуляе ў шахматы?

– У парламенце – спадар Ігар Катляроў, ён, здаецца, мае першы разрад. Суправаджаў нас на алімпіяду. Пра Валодзю Парфяновіча ведаю, што крыху гуляе.

– Ці рэальна стварыць у парламенце “шахматнае лобі”?

– Расійскі парламент вядомы сваімі шахматыстамі, Іваненка – майстар спорту, Жукаў – кандыдат, прычым даволі моцны. Яны там пастаянна ладзяць сустрэчы. Запрашалі нашых парламентарыяў, тыя рыхтаваліся-рыхтаваліся, але потым вырашылі згуляць у футбол – там шанцаў болей. А наконт “лобі” – гэта лепей да Катлярова…

– Ці не пашкодзіла Вашае галасаванне супраць кандыдатуры А. Лукашэнкі на пост прэзідэнта Нацыянальнага алімпійскага камітэта ў 1997 г. развіццю шахмат у Беларусі? Ці гуляе першы прэзідэнт у шахматы наагул?

– Не. Я не шкадую, што галасаваў супраць. Не ведаю, ці гуляе Лукашэнка ў шахматы, думаю, што не.

– Традыцыйнае пытанне: Ваша найбольш памятная партыя?

– Авой, іх многа. Бадай, партыя з Міхаілам Талем, якую я згуляў у чэмпіянаце СССР Мінску. Тады ў клубе Дзяржынскага быў аншлаг. Народ стаяў за білецікамі, пачынаючы з Ленінскага праспекта… Вось тэкст гэтай партыі.

Купрэйчык – Таль, Мінск, 1979.

1.e4 c5 2.Кf3 d6 3.d4 cd 4.К:d4 Кf6 5.Кc3 a6 6.Сg5 e6 7.f4 Фb6 8.Кb3 Кbd7 9.Фe2 Фc7 10.g4 Сe7 11.0-0-0 h6 12.Сh4 g5 13.fg Кh7 14.Сg3 hg 15.e5 К:e5 16.Кe4 d5 17.Сg2 de 18.Ф:e4 Сf6 19.Тde1 Кf8 20.Тhf1 Сg7 21.Сe5 Ф:e5 22.Ф:e5 С:e5 23.Т:e5 Т:h2 24.Сe4 Кh7 25.Кa5 Крe7 26.Тc5 Кf6 27.Тc7+ Крd6 28.Т:f6 Кр:c7 29.Т:f7+ Крd8 30.Кc4 e5 31.Кb6 Тb8 32.Тf8+ Крc7 33.Кd5+ Крd6 34.Кb6 Крc7 35.Кd5+ Крd6. Тут, як слушна заўважыў Балашоў, балельшчыкі закрычалі: “Купрей, делай “рыбу”! Я ўсё чуў, але працягнуў гуляць на выйгрыш. 36.Тd8+ Крc6 37.Тg8 Сe6! 38.Кb4+ Крc7 39.Тg7+ Крd6 40.Тg6 a5 41.Кd5. Партыя была адкладзена, і я дабіўся нічыёй!

(С. Флор пісаў у «Физкультурнике Белоруссии», 19.12.1979: «Он [Купрейчик] пять часов подряд атаковал Таля. Таль ведь сам предпочитает атаковать. Купрейчик красиво пожертвовал пешку, затем фигуру. Ситуация сложилась такая, что почти над каждым ходом Таль обязан был ломать голову, искать единственную защиту, что ему и удалось. В печати лаконично сообщается: партия Купрейчик-Таль закончилась вничью. Но сколько нервов, сколько энергии стоила эта партия Купрейчику и особенно защищавшемуся Талю, представить себе трудно». – рэд.).

– Чым яшчэ помны той чэмпіянат?

– У Мінск прыязджаў Карпаў, чэмпіён свету, хоць з якіхсьці прычын і не сеў за дошку. З яго помаччу ўдалося тады вырашыць праблему шахматнага палаца – пасля асабістага візіту сп. Карпава да сп. Машэрава. Дарэчы, раней Карпаў, як старшыня фонду міру, рэгулярна наведваў Беларусь. Цяпер радзей стаў прыязджаць, але кожны раз сустракаецца з аматарамі шахмат, ведае пра нашыя справы, маральна дапамагае.

– А прэзідэнт ФІДЭ Кірсан Ілюмжынаў?

– Калі ён завітаў у Мінск тры гады таму, то дапамог нашым дзецям грашыма, аплаціўшы паездку на чэмпіянат свету.

– Якімі гульнямі, акрамя шахмат, цікавіцца чэмпіён Беларусі?

– Футболам. На шахматных студэнцкіх алімпіядах, куды я ездзіў тры гады запар, праводзіліся спаборніцтвы: зборныя шахматыстаў супраць англійскай 4-й ці 5-й лігі. У Германіі – дык нават супраць 2-й лігі. Гадоў 30 таму гуляў за зборную журналістаў Мінска супраць зборнай журналістаў Вільнюса. Увогуле, многія шахматысты вельмі любяць футбол.

– Якія кніжкі Вы чытаеце, якую музыку слухаеце?

– Аддаю перавагу белетрыстыцы гістарычнага кірунку. Што да музыкі, я – не вялікі меламан. “Бітлзы” засталіся кавалкам майго жыцця… Добрую музыку слухаю.

– Вы былі рэцэнзентам многіх шахматных кніг, што выходзілі ў Беларусі. Гадоў 20 таму ў Канадзе выдадзены зборнік партый Купрэйчыка. Самі напісаць кніжку не плануеце?

– Пакуль не. Рукі не даходзяць. Тут сябры плануюць нешта выпусціць да майго 55-годдзя…

– Як удаецца сумяшчаць віцэ-прэзідэнцтва ў федэрацыі і ўдзел у турнірах?

– Шахматы – гэта маё жыццё, а ў грамадскай працы я не заняты на 100%. Вось у жніўні 2003 г. з’ездзіў на адкрыты турнір у Літве, дзе падзяліў 1-5 месцы. У чэрвені згуляў у чэмпіянаце Еўропы. Між іншага, чэмпіён кантынэнту – Зураб Азмайпарашвілі – з’яўляецца нават прэзідэнтам федэрацыі шахмат у Грузіі, і гэта не зашкодзіла яму перамагчы.

– Што скажаце на такія пасажы з артыкула гросмайстра Сяргея Далматава ў “64”, напісаныя пасля чэмпіянату Еўропы: “Шахматы сейчас на стадии старости… Нет по большому счету творчества, риска. Времена Таля, когда можно было интуитивно пожертвовать, допустим, фигуру, и кто лучше играл, тот и побеждал, – безвозвратно канули в Лету. Сейчас в дебюте, а зачастую в миттельшпиле играешь не с каким-нибудь конкретным Ивановым, а с Каспаровым, Крамником, Анандом и Компьютером вместе взятыми!…Как ни печально это говорить, думаю, на профессиональном уровне шахматы вскоре умрут”.

– Крыху рэзкавата, але многа праўды. Сапраўды, цяпер нельга гуляць, як Таль. А што шахматы памруць… Не, я думаю, яны будуць змяняцца, але не памруць. Сапраўды, у шахматах ёсць праблемы з фінансаваннем, з арганізацыяй турніраў сярэдняга звяна – раней яны прыцягвалі больш увагі грамадскасці, мо таму, што было цяжэй трапіць на міжнародны турнір. Каб паехаць за мяжу, трэба было трапіць у першую дзясятку ўва ўсім Савецкім Саюзе. Цяпер жа, нават калі ты пасрэдны ігрок, але маеш грошы – паязджай, гуляй у опэн-турнірах з гросмайстрамі. Ці выгадна гэта гросмайстрам? Вы толькі не лічыце, што Купрэйчык скардзіцца…

– Чаго б Вы пазычылі маладым шахматыстам, якія хочуць звязаць сваё жыццё з шахматамі?

– Працавітасці. Рамантычныя шахматы адышлі ў мінулае. Гульня набывае больш прафесійны характар, вымагае вялікай працы.

Гутарыў Вольф Рубінчык

Аўтограф 2003 г

(апублікавана ў мінскім часопісе «Шахматы-плюс», № 1, снежань 2003)

***

Виктор Купрейчик: «Не жалею, что голосовал против...»

Имя В. Д. Купрейчикa знакомо всем любителям шахмат. Без преувеличения можно сказать, что первый минский гроссмейстер (он завоевал это звание в 1980 г.) стал живой легендой. По мнению А. С. Суэтина, Купрейчик «шахматист яркого комбинационного стиля, всегда готовый рисковать». «Неисправимый романтик» таким эпитетом наградила Купрейчика журналистка газеты «Прессбол» Эльмира Хоровец. Участник семи чемпионатов СССР, многочисленных международных турниров, до сих пор завоёвывает первые призы, и «годы его не берут» (это уже слова российского гроссмейстера Юрия Балашова).

Впервые Виктор Давыдович стал чемпионом Беларуси в 1972 г., и вот в 2003 г. повторил свой успех в 69-м первенстве страны. Не будет лишним заметить, что в 1980-е он редактировал «Шахматы, шашки в БССР», а теперь является заместителем председателя Белорусской федерации шахмат, председателем комиссии БФШ по спортивной этике. Начнем, однако, с дебюта, а не с миттельшпиля…

– Как Вы делали первые шаги в шахматах?

– В 1959 г. волей судьбы я попал в шахматную секцию Дома пионеров – тогда это была практически единственная шахматная секция в Минске. Плодотворно занимался под руководством Абы Израилевича Шагаловича – он сейчас в США (умер в 2009 г. – belisrael.info).

– Были ли шахматисты в семье?

– Дядя умел играть, он меня научил, а родителям было не совсем до шахмат. Мама работала заместителем главного бухгалтера на 42-м заводе (был такой «закрытый» завод), а папа – главным экономистом знаменитой фабрики «Коммунарка». Сейчас они на пенсии.

– А Ваша дочь играет в шахматы?

– Нет, только ходы знает.

Помимо Шагаловича, ещё кто-то тренировал Вас?

– Гавриил Николаевич Вересов, Исаак Ефремович Болеславский. Это было не то чтобы тренерство, но я набирался ума.

– Кто из них наиболее повлиял на Ваше становление?

– Г. Н. Вересов, основатель белорусской шахматной школы.

– А из тогдашних гроссмейстеров?

– В 1960–61 гг. шли матчи Ботвинник-Таль, которые привлекали внимание всех, и нас, пацанов, тоже. Конечно, на меня впечатление произвёл Михаил Нехемьевич Таль. Потом из этого впечатления вырос шахматный стиль.

– Вы сами были тренером у Смыслова в начале 1980-х годов

– Скорее, секундантом в претендентских матчах.

Что, по Вашему мнению, главное в тренерском мастерстве?

– Однозначно трудно сказать. На уровне серьёзных шахмат большое значение имеет психологическая совместимость.

– При сотрудничестве со Смысловым она была?

– Была, конечно. Василий Васильевич большой философ, очень интеллигентный человек, из старой русской интеллигенции. Никаких проблем не было. Да, в конце концов он проиграл Каспарову, но тот тогда был на самом подъёме…

– Планируете ли в ближайшее время заниматься тренерской работой?

– Поживём-увидим. Попробую помогать нашим шахматистам в силу своих возможностей.

– Если взять год Вашего первого чемпионства, 1972-й, и 2003 год, насколько в Беларуси изменилось отношение к шахматам?

– Жизнь идёт, меняются шахматы, меняется шахматная культура. Раньше в шахматах было больше места для субъективного творчества. Сейчас, в связи с компьютеризацией, творческое начало в шахматах в определённой степени утратилось, выросло спортивное значение игры. Это всё – естественный процесс.

– За эти 30 лет больше людей в Беларуси стало играть в шахматы или меньше? Сколько сейчас людей играют в шахматы?

– Мы в федерации не ведем точного подсчёта белорусских шахматистов – мы считаем своих членов. В 1970-е годы в шахматы играли практически все. Сейчас, конечно, у молодежи больше интересов, и престиж шахмат упал.

– Как можно было бы поднять престиж игры? В 1980-е гг. Вы вели шахматные передачи на белорусском телевидении. Можно ли их восстановить?

– В те времена на телевидении были люди, которые интересовались шахматами. Теперь – мне судить трудно, ведь уже лет 15 как я отошёл от этого дела, не могу ничего спрогнозировать.

– Кто из белорусских политиков играет в шахматы?

– В парламенте – господин Игорь Котляров, он, кажется, имеет первый разряд. Сопровождал нас на олимпиаду. О Володе Парфеновиче знаю, что немного играет.

– Реально ли создать в парламенте «шахматное лобби»?

– Российский парламент известен своими шахматистами, Иваненко – мастер спорта, Жуков – кандидат в мастера, причём довольно сильный. Они там постоянно проводят встречи. Приглашали наших парламентариев, те готовились-готовились, но потом решили сыграть в футбол – там шансов больше. А насчет «лобби» – это лучше к Котлярову…

Не повредило ли Ваше голосование против кандидатуры А. Лукашенко на пост президента Национального олимпийского комитета в 1997 г. развитию шахмат в Беларуси? Играет ли первый президент в шахматы вообще?

– Нет. Я не жалею, что голосовал против. Не знаю, играет ли Лукашенко в шахматы, думаю, что нет.

– Традиционный вопрос: Ваша наиболее памятная партия?

– Ой, их много. Пожалуй, партия с Михаилом Талем, которую я сыграл на чемпионате СССР в Минске. Тогда в клубе Дзержинского был аншлаг. Народ стоял за билетиками, начиная с Ленинского проспекта… Вот текст этой партии:

Купрейчик – Таль, Минск, 1979.

1.e4 c5 2.Кf3 d6 3.d4 cd 4.К:d4 Кf6 5.Кc3 a6 6.Сg5 e6 7.f4 Фb6 8.Кb3 Кbd7 9.Фe2 Фc7 10.g4 Сe7 11.0-0-0 h6 12.Сh4 g5 13.fg Кh7 14.Сg3 hg 15.e5 К:e5 16.Кe4 d5 17.Сg2 de 18.Ф:e4 Сf6 19.Лde1 Кf8 20.Лhf1 Сg7 21.Сe5 Ф:e5 22.Ф:e5 С:e5 23.Л:e5 Л:h2 24.Сe4 Кh7 25.Кa5 Крe7 26.Лc5 Кf6 27.Лc7+ Крd6 28.Л:f6 Кр:c7 29.Л:f7+ Крd8 30.Кc4 e5 31.Кb6 Лb8 32.Лf8+ Крc7 33.Кd5+ Крd6 34.Кb6 Крc7 35.Кd5+ Крd6. Тут, как правильно заметил Балашов, болельщики закричали: «Купрей, делай “рыбу”»! Я всё слышал, но продолжил играть на выигрыш. 36.Лd8+ Крc6 37.Лg8 Сe6! 38.Кb4+ Крc7 39.Лg7+ Крd6 40.Лg6 a5 41.Кd5. Партия была отложена, и я добился ничьёй!

***

(С. Флор писал в «Физкультурнике Белоруссии», 19.12.1979: «Он [Купрейчик] пять часов подряд атаковал Таля. Таль ведь сам предпочитает атаковать. Купрейчик красиво пожертвовал пешку, затем фигуру. Ситуация сложилась такая, что почти над каждым ходом Таль обязан был ломать голову, искать единственную защиту, что ему и удалось. В печати лаконично сообщается: партия Купрейчик-Таль закончилась вничью. Но сколько нервов, сколько энергии стоила эта партия Купрейчику и особенно защищавшемуся Талю, представить себе трудно». – ред.).

– Чем ещё памятен тот чемпионат?

– В Минск приезжал Карпов, чемпион мира, хотя по каким-то причинам и не сел за доску. С его помощью удалось тогда решить проблему шахматного дворца – после личного визита г-на Карпова к г-ну Машерову. Кстати, раньше Карпов, как председатель фонда мира, регулярно посещал Беларусь. Сейчас реже стал приезжать, но каждый раз встречается с любителями шахмат, знает о наших делах, морально помогает.

– А президент ФИДЕ Кирсан Илюмжинов?

– Когда он заехал в Минск три года назад, то помог нашим детям деньгами, оплатив поездку на чемпионат мира.

– Какими играми, кроме шахмат, интересуется чемпион Беларуси?

– Футболом. На шахматных студенческих олимпиадах, куда я ездил три года подряд, проводились соревнования: сборные шахматистов против английской 4-й или 5-й лиги. В Германии – так даже против 2-й лиги. Лет 30 назад играл за сборную журналистов Минска против сборной журналистов Вильнюса. Вообще, многие шахматисты очень любят футбол.

– Какие книги вы читаете, какую музыку слушаете?

– Предпочитаю беллетристику исторического направления. Что касается музыки, я – не большой меломан. «Битлзы» остались куском моей жизни… Хорошую музыку слушаю.

– Вы были рецензентом многих шахматных книг, выходивших в Беларуси. Лет 20 назад в Канаде издан сборник партий Купрейчика. Сами написать книжку не планируете?

– Пока нет. Руки не доходят. Тут друзья планируют что-то выпустить к моему 55-летию…

Как удается совмещать вице-президентство в федерации и участие в турнирах?

– Шахматы – это моя жизнь, а в общественной работе я не занят на 100%. Вот в августе 2003 г. съездил на открытый турнир в Литве, где разделил 1-5-е места. В июне сыграл в чемпионате Европы. Между прочим, чемпион континента – Зураб Азмайпарашвили – является даже президентом федерации шахмат в Грузии, и это не помешало ему победить.

– Что скажете на такие пассажи из статьи гроссмейстера Сергея Долматова в «64», написанные после чемпионата Европы: «Шахматы сейчас на стадии старости… Нет по большому счету творчества, риска. Времена Таля, когда можно было интуитивно пожертвовать, допустим, фигуру, и кто лучше играл, тот и побеждал, – безвозвратно канули в Лету. Сейчас в дебютах, а зачастую в миттельшпиле играешь не с каким-нибудь конкретно Ивановым, а с Каспаровым, Крамником, Анандом и Компьютером вместе взятыми!… Как ни печально это говорить, думаю, на профессиональном уровне шахматы вскоре умрут».

– Резковато, но много правды. Действительно, сейчас нельзя играть, как Таль. А что шахматы умрут… Нет, я думаю, они будут меняться, но не умрут. Действительно, в шахматах есть проблемы с финансированием, с организацией турниров среднего звена – раньше они привлекали больше внимания общественности, может, потому, что было труднее попасть на международный турнир. Чтобы поехать за границу, нужно было попасть в первую десятку во всем Советском Союзе. Теперь же, даже если ты заурядный игрок, но имеешь деньги – поезжай, играй в опен-турнирах с гроссмейстерами. Но выгодно ли это гроссмейстерам? Вы только не считайте, что Купрейчик жалуется..

– Чего бы Вы пожелали молодым шахматистам, которые хотят связать свою жизнь с шахматами?

– Трудолюбия. Романтические шахматы отошли в прошлое. Игра приобретает более профессиональный характер, требует большой работы.

Беседовал Вольф Рубинчик

Автограф 2003

(Опубликовано в минском журнале «Шахматы-плюс», № 1, декабрь 2003)

***

Интервью В. Купрейчика газете «Прессбол» (2010)

Беседа с корреспондентом «Народной воли» (2013)

Разговор о шахматах + фото и партии В. Купрейчика на chesspro.ru (2014)

О Вересове и Купрейчике вспомнил наш автор Дмитрий Ной (2016)

Опубликовано 22.05.2017  19:48

***

Продолжение темы здесь

*

Дополнение 2019 года
В 2003 г. история шахмат Беларуси не была для меня приоритетной сферой знания, потому и написал об уважаемом Викторе Купрейчике “первый минский гроссмейстер“. На самом деле Алексей Суэтин, будучи жителем Минска, завоевал звание международного гроссмейстера в 1965 г. (три года спустя он уехал в Россию, но факт остаётся фактом).
Не останавливался бы здесь на своей неточности, если бы в 2019 г. в Москве не вышел сборник “Виктор Купрейчик: Иду на вы” (составители В. Барский, А. Сорокина) с подзаголовком “Жизнь и творчество первого гроссмейстера Беларуси”. В книгу без моего ведома попал и отрывок из вышеприведенного журнального интервью 2003 г. с В. Д. Купрейчиком.
В. Рубинчик, г. Минск  05.09.2019  14:05