Tag Archives: Сергей Ауслендер

Израиль, Украина и Россия. Последствия последних событий.

  1. Принятие антиизраильской резолюции Совбеза ООН, среди подписантов которой оказалась и Украина, затронуло многих простых израильтян и украинцев, а кого-то и сильно разделило.

Стоит напомнить, что еще 3 года назад было немного коренных израильтян, кто разделял Россию и Украину, а большинство, если и не считали их одной страной, то уж точно, никакой особой разницы между ними не видел. Но после Майдана, и, особенно, начала военных действий России на Донбассе, когда об этом часто говорилось на всех новостных израильских каналах, включая и спортивные, большинство, вплоть до последнего времени, оказались на стороне Украины. И как бы далее не развивались события, чтобы не предпринимали украинские политики для улаживания конфликта, полностью назад отношения не вернуть.

Бурное обсуждение в соцсетях показало, что при том, что Россия с Украиной находятся по сути в состоянии войны, в отношении Израиля они решили дружить.

От России ничего другого ожидать не приходилось, зная ее давнюю любовь к палестинцам и вообще арабам, а Украине достаточно было воздержаться при голосовании, чтоб отношения с Израилем только улучшались. Но наверху нынешней украинской политики, где   продолжаются скандалы, и идет постоянная борьба за власть, решили действовать иначе.

Возможно, одной из причин было не допустить намеченного на 27-28 декабря визита в Израиль премьера Гройсмана, зная, что будет соответствующая реакция израильской стороны.

Ниже приводятся официальные заявления Израиля, а также высказывания людей, кому небезразличны обе страны, хотя для кого-то это уже и в прошлом.

Здесь нет многочисленных фейсбучных постов живущих в Израиле, поддержавших решение своего ПМ, хотя некоторые и с оговорками, и высказывающих разочарование решением украинской дипломатии, а таких было очень много, хотя и есть небольшая часть из крайне левых и левых, кто во всем терпеть не может Нетаниягу, в данном случае сваливая все на его «провальную» внешнюю политику,

Итак, по порядку:

Ответ Израиля на резолюцию СБ ООН: отмена визита премьер-министра Украины и другие меры

25 декабря 2016 г., 08:22

Израильские СМИ сообщают, что, по требованию премьер-министра Израиля Биньямина Нетаниягу, в ответ на поддержку Украиной антиизраильской резолюции в Совете безопасности ООН, был отменен визит в Израиль главы правительства Украины Владимира Гройсмана, который намечался на эту неделю.

Об отмене визита сообщают газета “Гаарец”, сайт Ynet, радиостанция “Решет Бет” и многие другие СМИ.

По состоянию на утро 25 декабря, канцелярия главы правительства Израиля не комментирует информацию об отмене визита Гройсмана. На сайте правительства Украины нет сведений об отмене визита.

Отмена визита премьер-министра Украины – не единственный шаг, направленный против стран, которые поддержали в СБ ООН резолюцию, осуждающую израильское строительство на спорных территориях. Нетаниягу также поручил израильскому МИДу отменить все программы помощи Сенегалу и объявил об отмене встречи с министром иностранных дел Сенегала, которая должна была состояться через три недели. В срочном порядке для консультаций отозваны израильские послы из Новой Зеландии и Сенегала.

МИД Израиля получил распоряжение немедленно прекратить финансирование пяти структур ООН, наиболее враждебно настроенных к Израилю. Внешнеполитическому ведомству поручено проанализировать все расходы Израиля на структуры ООН и миссии ООН в Израиле.

В воскресенье, 25 декабря, состоялось заседание военно-политического кабинета, на котором Биньямин Нетаниягу запретил министрам посещать страны, проголосовавшие за антиизраильскую резолюцию в Совете безопасности ООН, а также запретил встречаться с коллегами из этих стран. В том числе, запрет распространяется на Россию и Украину. В этот же день ранее стало известно, что Нетаниягу распорядился пригласить для беседы в МИД послов всех стран, поддержавших резолюцию. Посол США Дан Шапиро был приглашен к Нетаниягу отдельно.

Израильские СМИ отмечают, что Нетаниягу отказался принимать Гройсмана, несмотря на то, что он – первый еврей, занявший пост главы правительства независимой Украины. В ряде публикаций упомянут тот факт, что недавно Украина и Россия, проголосовавшие в ООН за антиизраильскую резолюцию, оказывали существенную помощь Израилю в тушении лесных пожаров. По неподтвержденным данным, Гройсман выступал за то, чтобы Украина воздержалась от голосования по резолюции осуждающей ООН, но после телефонной беседы с вице-президентом США Джо Байденом президент Украины Петр Порошенко поручил представителю своей страны в ООН поддержать эту резолюцию.

Антиизраильская резолюция ООН. Содержание

Как сообщалось ранее, резолюция, принятая 23 декабря 2016 года Советом безопасности ООН, осуждает всю израильскую поселенческую деятельность “за зеленой чертой”, то есть, строительство в Иудее и Самарии (в тексте проекта резолюции “Западный берег реки Иордан”) и на спорных территориях в Иерусалиме (в тексте резолюции “Восточный Иерусалим”). Проект резолюции призывал Израиль к полному и незамедлительному прекращению поселенческой деятельности “на оккупированных палестинских территориях, включая Восточный Иерусалим”. Вдобавок, резолюция призывает все страны мира проводить различие между территорией Израиля в границах на момент 4 июля 1967 года и “оккупированными территориями”, а также категорически отрицает возможность признать какие-либо изменения на этих территориях, осуществленные после этой даты.

Авторы этой резолюции относят к “оккупированным территориям” не только арабские, но и многие еврейские кварталы Иерусалима, находящиеся за так называемой “зеленой чертой” (среди этих кварталов оказываются Гило, Ар Хома, Рамот, Писгат-Зеэв, Тальпиот и другие). Власти Израиля под “Восточным Иерусалимом” подразумевают только арабские кварталы столицы.

Антиизраильская резолюция была утверждена при поддержке 14 из 15 стран, входящих в СБ ООН. США воздержались от голосования, не воспользовавшись правом вето (впервые с 1980 года). За принятие этой резолюции проголосовали: Китай, Франция, Великобритания, Россия, Украина, Египет, Япония, Малайзия, Испания, Новая Зеландия, Венесуэла, Сенегал, Ангола и Уругвай. После того, как Египет не стал вносить эту резолюцию на голосование в СБ ООН (СМИ предполагают, что Нетаниягу и Трамп сумели убедить президента Египта Абд аль-Фаттаха ас-Сиси воздержаться от этих действий), антиизраильская резолюция была поставлена на голосование Новой Зеландией, Сенегалом, Малайзией и Венесуэлой.

Разъяснения внешнеполитических ведомств США и России

Представительница США в ООН Саманта Пауэр, объясняя позицию действующей американской администрации, заявила, что Вашингтон не стал блокировать резолюцию, так как считает ситуацию с поселениями крайне тяжелой и угрожающей мирному урегулированию палестино-израильского конфликта на основе принципа “два государства для двух народов”. При этом она сказала, что США не голосовали в поддержку резолюции, так как это решение уделяет слишком много внимания поселениям и игнорирует прочие проблемы. “Если завтра поселения исчезнут, мир не наступит”, – подчеркнула Пауэр.

Министерство иностранных дел Российской Федерации объяснило поддержку резолюции Совета безопасности ООН с осуждением израильского строительства в населенных пунктах за “зеленой чертой”. “Российская Федерация проголосовала “за”, исходя из того, что его содержание основывается на апробированных формулировках, отражающих общую и неоднократно подтвержденную позицию международного сообщества о незаконности поселенческой деятельности Израиля”, – сказано в заявлении МИД России. Помимо этого, МИД России призвал возобновить палестино-израильские переговоры: “Весь имеющийся у нас опыт подтверждает, что урегулирование палестино-израильского конфликта с выходом на двугосударственное решение возможно только через прямые переговоры без предварительных условий между палестинцами и израильтянами. Именно на это направлены усилия России, которая продолжит энергично способствовать переговорному процессу как участник ближневосточного “квартета” международных посредников. Хотелось бы также напомнить о нашей сохраняющейся готовности принять в Москве руководителей Израиля и Палестины. Надеемся, что нацеленность сторон на конструктивное взаимодействие и продвижение в ближневосточном урегулировании возобладает уже в ближайшем будущем”.

Реакция Дональда Трампа

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу в своих публичных выступлениях и комментариях по поводу принятой резолюции дал понять, что возлагает особые надежды на избранного президента США Дональда Трампа, который обещал оказывать всемерное содействие еврейскому государству после вступления в должность (в январе 2017 года).

Трамп опубликовал в своем твиттере комментарий по поводу принятия Советом безопасности ООН резолюции, осуждающей израильское строительство на спорных территориях. Он не стал комментировать тот факт, что США не воспользовались правом вето, что привело к тому, что антиизраильская резолюция была принята.

“Большое вчерашнее поражение Израиля в ООН существенно осложнит переговоры о мире. Очень плохо, но мы все равно добьемся этого”, – написал Трамп в первый вечер Хануки и в канун Рождества. Он также поздравил евреев с праздником.

Ранее Дональд Трамп призывал администрацию Барака Обамы не допустить принятия антиизраильской резолюции в Совбезе.

Реакция окружения Нетаниягу и израильских министров

Спикер Кнессета Юлий Эдельштейн (“Ликуд”) заявил, что вслед за резолюцией о признании Стены плача оккупированной территорией Совбез ООН должен потребовать от США вернуть Нью-Йорк индейцам.

Министр просвещения Нафтали Беннет (“Байт Иегуди”) призвал как можно скорее объявить об аннексии Иудеи и Самарии. По словам Беннета, решение Совбеза ООН является прямым следствием политики Осло, уступок, отступлений и разделений.

Министр юстиции Айелет Шакед (“Байт Иегуди”) назвала жалким спектаклем аплодисменты, прозвучавшие на заседании Совбеза ООН после принятия антиизраильской резолюции. По словам Шакед, “Израиль достаточно силен, чтобы эта резолюция что-либо изменила”.

Фракция партии “Кулану” в Кнессете осудила “одностороннюю резолюцию Совбеза ООН, полностью игнорирующую подстрекательства со стороны палестинского руководства, его поддержку террора и отказ признать еврейское государство”.

При этом все политики из коалиционного лагеря подчеркивают, что очередная антиизраильская резолюция была принята на фоне абсолютной неспособности ООН остановить бойню в Сирии.

Реакция израильской оппозиции

После голосования по антиизраильской резолюции в Совете безопасности ООН оппозиция обрушилась с острой критикой на премьер-министра Биньямина Нетаниягу, утверждая, что его политика привела к тому, что США не применили вето.

Председатель парламентской оппозиции Ицхак Герцог заявил, что это тяжелый день и стратегический провал для Израиля, и что США должны были применить вето. Он подчеркнул, что, если у Нетаниягу есть хоть капля чувства ответственности, то премьер-министр обязан уйти в отставку, так как он “не имеет права” и далее управлять государством.

“Аплодисменты красивым речам Нетаниягу в мире взорвались вчера принятием решения, вредного и бьющего по нашей стране. Череда неудач Нетаниягу во внешней политике привела к опасному провалу на международной арене. Восемь лет постоянных конфликтов премьер-министра Израиля с президентом самой мощной державы мира вчера вечером дали ожидаемый результат. Провалы Нетаниягу, его политика опасны и вредны для Израиля”, – сказал он.

Позже, когда стало известно об ответных шагах Нетаниягу, Герцог назвал его поведение опасным сумасшествием. По словам Герцога, “Нетаниягу потерял контроль над собой. Человек, месяц назад рассказывавший, как весь мир поклоняется нам, объявил сегодня войну всему миру, США и Европе, и пытается успокоить нас”. Герцог заявил, что ухудшение ситуации могут предотвратить только выборы, которые прервут власть Нетаниягу, и призвал Яира Лапида и других присоединиться к борьбе, которая выплеснется из социальных сетей на улицы. Он также призвал Моше Кахлона выйти из правительства Нетаниягу, “пока не стало слишком поздно”.

Лидер партии “А-Тнуа” из блока “Сионистский лагерь” Ципи Ливни заявила: “Резолюция СБ ООН плоха для Израиля и это прямое следствие действий Нетаниягу, потакающего крайне правым силам. Эта резолюция бьет по Иерусалиму, наносит удар по тому, чего добились мы – по сохранению крупных блоков поселений. Но Нетаниягу настаивал на законе о легализации форпостов, упорствовал, хотя знал о возможных последствиях, а теперь все мы, вся страна за это расплачиваемся. Можно обвинять Обаму. Но ведь не только США не использовали право вето. Все ведущие страны мира поддержали эту антиизраильскую резолюцию – Великобритания, Россия, Франция и Китай. Можно говорить, что ООН против нас. Но ООН и раньше был таким, однако мы добивались остановки антиизраильских резолюций и продвигали интересы Израиля. Ведь мы предупреждали, постоянно предупреждали, что закон о форпостах и Амона приведут Израиль в Совет Безопасности, просили и требовали остановиться и одуматься ради нашей страны. Я требовала действовать, чтобы сохранить Иерусалим и крупные поселенческие блоки, и для этого заморозить строительство в отдельных удаленных поселениях. Нетаниягу упорствовал – и результат налицо. Мы обязаны действовать, вести прямые переговоры ради Израиля, чтобы избежать в будущем принятия подобных антиизраильских решений”.

Бывший премьер-министр Эхуд Барак, в свою очередь, заявил, что голосование в СБ ООН стало беспрецедентным провалом для Израиля. Он написал в своем Twitter, что премьер-министр должен уволить министра иностранных дел (то есть самого себя – прим.ред.), а заодно “обвинять Керри, Обаму, Арафата и иерусалимского муфтия”.

Лидер партии “Еш Атид” Яир Лапид осудил как саму резолюцию СБ ООН, так и левые организации, выразившие радость по этому поводу, отметив, что такое поведение не патриотично. Лапид заявил, что этот результат был вполне ожидаем, так как правительство последние годы игнорировало работу на международной арене и всякий раз ставило политические интересы выше государственных. Он подчеркнул, что ни одна страна не поддержала Израиль, ни Россия, ни Великобритания, ни Египет. Он отметил, что у принятой резолюции будут разнообразные последствия, и остановить этот процесс нелегко. Лапид подчеркнул, что не советует правительству Израиля рассчитывать исключительно на помощь Дональда Трампа, так как его внешняя политика все еще не сформирована. Лапид подчеркнул, что стране нужен министр иностранных дел, и в правительстве есть много достойных людей, готовых занять этот пост. “Сам я не готов брать на себя эту роль”, – отметил он. Яир Лапид сказал, что необходима разъяснительная работа, для чего следует назначить главу Совета национальной безопасности, координирующего эту деятельность. Он пообещал поддержать правительство в борьбе с международным давлением. При этом он сказал, что необходимы другая политика и другое руководство. Отвечая на вопросы журналистов, Лапид сказал, что не стоит участвовать во французской мирной конференции. Лапид сказал также, что мир может принимать любые решения, но это ничего не значит. “Через 71 год после Холокоста никто не будет предписывать нам, что делать”, – сказал он.

***

25 дек. 10:25

Бывший посол Израиля в США Майкл Орен: “Совет безопасности ООН принял расистскую резолюцию”

***

25 декабря 2016 г., 12:32

Премьер-министр Биньямин Нетаниягу распорядился вызвать для беседы в МИДе послов всех государств, проголосовавших за антиизраильскую резолюцию Совета безопасности ООН.

Согласно опубликованной информации, послы будут вызваны уже 25 декабря несмотря на то, что речь идет о выходном дне иностранных дипломатов.

Среди вызванных нет посла США Дана Шапира, так как его страна воздержалась при голосовании.

Сообщается также, что 25 декабря состоится заседание военно-политического кабинета, которое также будет посвящено голосованию в Совете безопасности ООН. Радиостанция “Галей ЦАХАЛ” отмечает, что Нетаниягу намерен попросить министров воздержаться от чрезмерно резких заявлений на протяжении ближайших недель, до вступления в должность нового президента США Дональда Трампа.

***

25 декабря 2016 г., 18:31

Радиостанция “Галей ЦАХАЛ” сообщила, что глава правительства Биньямин Нетаниягу запретил членам кабинета министров посещать страны, проголосовавшие за антиизраильскую резолюцию в Совете безопасности ООН, а также запретил встречаться с коллегами из этих стран.

Сайт Ynet уточняет, что запрет распространяется на Россию, Украину, Великобританию, Испанию и Японию.

Кроме того, на заседании военно-политического кабинета Нетаниягу сообщил, что он отменит переговоры с премьер-министром Великобритании Терезой Мэй, с которой намеревался встретиться во время экономического форума в Давосе.

***

Нетаниягу зажег ханукальную свечу у Стены плача, чтобы “пристыдить” Совбез ООН

26 декабря 2016 г., 22:15

Нетаниягу разъяснил жесткую позицию в отношении стран, проголосовавших против Израиля

***

Ниже материалы со стр. фейсбука:

Eduard Dolinsky, Киев 25 дек. 10:23

Итак, Израиль отменяет визит украинского премьера. Владимир Гройсман заявляет, что он с пониманием к этому относится и готов дальше работать ради развития отношений двух стран. О том, что это крупнейший провал в отношениях двух стран за всю историю никто не говорит. Молчит министр иностранных дел Климкин. Хотя даже Трамп уже осудил эту резолюцию. Думаю, что по старой традиции, никто за этот провал не ответит.

А вот заместителю министра иностранных дел Кислице в связи с Днем дипломатической службы присвоили ранг Чрезвычайного и Полномочного посла. В дни 75-летия Бабьего Яра Кислица публично перед всеми озвучил, что Украина отказывается вступать в Международный альянс памяти Холокоста.

Единственное, что успокаивает в данном случае это то, что несмотря на идиотизм чиновников мы можем спокойно ездить в Израиль, а израильтяне в Украину. И ни один чиновник не сможет повлиять на то, что в Израиле живут сотни тысяч бывших и нынешних украинцев, которые делают узы между нашими страны по-родственному крепкими.

Как сказал Президент Украины в поздравлении с Ханукой: “В исторических судьбах украинского и еврейского народов есть много общего. Сегодня мы вместе отстаиваем ценности демократии, прикладываем значительные усилия для победы над российской агрессией, установления мира и согласия на родной земле”.

***

Карл Волох, Киев 26 дек. в 14:45 ·

Итожа тему о голосовании в СБ.

1.Судя по всему, изначально позиция планировалась иная – воздержаться при голосовании. Именно её руководство Украины считало наиболее соответствующей её интересам. Но под давлением США (возможно, и Европы) позицию пришлось изменить. Это позволило Обаме, который и стоял за всей интригой с резолюцией, выглядеть менее двусмысленно, когда он не применил право вето.
Лично я в таком развитии событий ничего особенного не вижу: когда жмут супердержавы, нагибаться приходится всем (или почти всем). Другое дело, как забавно выглядит на этом фоне позиция так называемых экспертов и их паствы в ФБ: решение откровенно вынужденное, принятое под давлением выдают за просто-таки победу украинской дипломатии и доказательство умения отстаивать свои коренные интересы. Впрочем, качество экспертного сообщества у нас давно уже притча во языцех.
2. Будет ли эта история иметь негативные последствия для Украины? Это, пожалуй, самый сложный вопрос, и вряд ли кто-то в мире знает на него чёткий ответ. Делится он на две части: израильскую и американскую, при этом есть ещё и аспект еврейско-американский, связанный с обеими.
Итак, по вопросу американскому. Да, Украина изменила позицию под влиянием США, но позиция вновь избранного президента отличается от предшественника кардинально. Так что, приз за поддержку позиции Обамы Украину не ждёт точно. Будет ли наказание, в особенности, на фоне того, что Украина и так не находится в топе порядка приоритетов Трампа? Надеюсь, что нет, хотя гарантировать сложно: Трамп воспринял этот последний демарш Обамы очень лично. Возможно, такой же будет реакция еврейского лобби.
Ещё сложнее предугадать реакцию израильского руководства. Ибо экстраполяции и примеры из прошлого в данный момент могут не сработать. С одной стороны, Израиль в значительной мере лишён привилегии наказывать охлаждением или разрывом отношений страны, ведущие несправедливую или несбалансированную политику по отношению к еврейскому государству. Почему? Да потому, что таких слишком много. Отсюда и подчёркнутый прагматизм израильской внешней политики, когда в дружбу играют даже с откровенно враждебными странами, как Россия или Китай. Однако, на сей раз реакция руководства Израиля не в пример более жёсткая.
Собственно, это получилось не одномоментно. Лично я с удивлением отметил изменение позиции Израиля в отношении России по украинскому вопросу в последний месяц. Здесь нужно понимать: в Иерусалиме традиционно считают, что любые осложнения с Москвой имеют прямое влияние на уровень безопасности израильских граждан, ведь РФ способна поставлять врагам Израиля много больше оружия, особенно, ракет, и только дипломатические усилия на фоне “необидчивой” израильской позиции позволяют держать этот процесс более-менее под контролем.
Так было до недавнего времени. И вдруг – впервые в истории двойной демарш Иерусалима в отношении России по крымскому вопросу. На тот момент я несколько раз отказался комментировать этот факт, ибо не мог понять его причины. Сегодня, кажется, понимаю: израильская дипломатия осмысленно и целенаправленно меняет отношение к странам, ведущим враждебную политику, даже если это повышает риски в вопросе безопасности или чревато убытками в экономике. Это не значит, что позиция по отношению к России сейчас будет непременно враждебной, но на вечную лояльность Иерусалима Москва надеяться долее не сможет.
Причины такого изменения достаточно понятны: межконфессиональные конфликты и войны на БВ, ДАИШ и разные виды Эль Каиды, добравшийся до Европы исламский экстремизм позволили многим в мире понять, что конфликт в регионе – не результат нерешённой палестинской проблемы, наоборот, эта искусственная проблема является результатом исламского джихада против Запада в лице Израиля.
Как результат, в США приходит к власти Трамп, в Европе усиливаются правые националистические и антиисламские силы. Именно этот тайминг и используется для выхода Израиля из статуса вечного “мальчика для битья” (в дипломатической сфере).
Надеюсь, к существенному ухудшению отношений с Украиной в перспективе это голосование не приведёт. С одной стороны, “смешать карты” с Киевом гораздо легче и безопаснее, чем с Москвой или Пекином. С другой – здесь очень сильны связи между странами на межличностном уровне. Так что, посмотрим.
3. Если отбросить аспект дипломатический, то я вижу в произошедшем и некий позитивный момент, связанный с взрослением украинского общества. Мне немало последних лет приходится втолковывать вполне взрослым и неглупым людям, что движителем международной политики и дипломатии является не мораль в её общепринятом значении, а интересы собственного государства. Иногда они совпадают, и все складывается комфортно, иногда – не очень. Тогда ищется компромисс. В оценке обществом нынешнего случая (с голосованием) я увидел едва ли не впервые, именно такой прагматичный подход и считаю это прогрессом. (Хотя ещё неделю назад дискутировал с людьми, которые неголосование в пользу Украины по крымскому вопросу того же Азербайджана, например, считали предательством). Другое дело, что оценивать, что хорошо для Украины, а что плохо, можно по-разному.
4. Впрочем, скорее всего, я рано радуюсь. Ибо многие люди не умеют “мерить одной мерой”. Решения собственные принимаются на базе абсолютного прагматизма и включают любые компромиссы, от других же требуют ориентации исключительно на высокую мораль. Поэтому я практически убеждён, что через день- другой те же пассионарные ребята, что так убедительно рисуют резоны для прагматичного голосования, будут с видом оскорбленного величия ругать “зажравшуюся Европу”, “трусливый” Азербайджан или “равнодушный к чужим страданиям” Израиль. Впрочем, и эти двойные стандарты по-человечески очень объяснимы

***

Оксана Солопа 26 дек. 16:28 · Киев,

Представитель Украины в ООН сравнил израильские поселения в Палестине с оккупацией Крыма Россией.
Отсюда плавно выплывает, раз для Украины Россия – наглый агрессор, то Израиль – тоже…
Может ключ к пониманию своеобразного взгляда на Израиль и Иерусалим даст биография посла? Мажорный сынок крупного советского партийного деятеля, заведующего в своё время отделом пропаганды и агитации ЦК КП Украины. Сам успел с десяток лет под сенью папаши потрудиться в МИДе УССР. Думаете ни первый, ни второй не были связаны с Конторой?) Более того, последние годы Ельченко был послом в России. Не там ли ему освежили память и напомнили о том, чему нас учил Совок: столица Израиля – Тель-Авив.

Ельченко, Владимир Юрьевич
Биография
Окончил факультет международных отношений и международного права Киевского государственного университета им. Тараса Шевченко (1981).

С 1981 года на дипломатической службе в МИД Украины.

В 1997—2000 годах постоянный представитель Украины при ООН.

С декабря 2000 года заместитель министра, с 21 августа 2001 года заместитель госсекретаря, с марта 2003 года государственный секретарь, в 2003—2005 годах первый заместитель министра.

В 2005—2006 годах посол Украины в Австрии.

С 2006 года постпред Украины в Республике Австрия.

С июля 2010 года — посол Украины в России. С 17 марта 2014 был отозван в Киев для консультаций в связи с присоединением Крыма к России. После этого из Киева не возвращался из-за действий российской стороны в рамках конфликта на востоке Украины.

С 9 декабря 2015 года — вновь постоянный представитель Украины при ООН

Сын Юрия Ельченко
Биография
Окончил Киевский политехнический институт в 1952 году.

С 1953 года — на комсомольской и партийной работе.

В 1958—1960 годах — секретарь, второй секретарь,

В 1960—1968 годах — первый секретарь ЦК ЛКСМ Украины.

В 1968—1969 годах — инспектор ЦК КП Украины.

В 1969—1971 годах — второй секретарь Львовского обкома КП Украины.

В 1971—1973 годах — министр культуры Украинской ССР.

В 1973—1980 годах — заведующий отделом пропаганды и агитации ЦК КП Украины.

В 1980—1987 годах — первый секретарь Киевского горкома КП Украины.

В 1987—1990 годах — секретарь ЦК КП Украины.

***
Хая Двора Цымбалова живет в Испании, 26 дек. 16:49

Пришло время кое-что объяснить.
Я в последний год перед отъездом из России очень много своих сил и эмоций как гражданского и политического активиста отдала поддержке Украины против кремлевского вмешательства в ее дела и последующей силовой агрессии. Собственно, с конца 2013 года, когда начались известные события, это было главной темой нашей уличной протестной активности. Я организовала самую первую публичную акцию в поддержку Евромайдана в Петербурге в начале декабря 2013 года. Потом, на протяжении следующего, 2014-го, года я была организатором и участником ещё многих пикетов и митингов на эту тему. Каждый месяц, чуть ли не каждую неделю мы выступали против аннексии Крыма, против развязывания Путиным войны на востоке Украины, против лживой антиукраинской кремлёвской пропаганды, превратившей мозги населения РФ в податливую вату. 1 мая 2014 я с гордостью шла по Невскому проспекту с украинским флагом под гремящий на всю округу гимн Украины. Меня именовали в прессе “проукраинской активисткой”, что было вполне справедливо.
Но, как говорится, “времена меняются, и мы вместе с ними”. Пора подвести черту.
После позорного голосования в Совбезе ООН за антиизраильскую резолюцию вечером в пятницу, где в числе голосовавших за эту резолюцию была и Украина скажу следующее. Эта подлость официальной Украины лично для меня – красная черта. Лимит моего сочувствия и поддержки этой страны и ее борьбы отныне исчерпан.
Меня более не волнует политическая судьба государства Украина. Кто бы ни возжелал его сожрать или понадкусать – будь то кремлевский карлик или черт с рогами. Мне более нет до этого никакого дела. Это больше не моя личная история, с этим покончено.
Это не означает, что я жалею о том, что делала раньше, но теперь – всё. Дальше нам не по пути. Гештальт закрыт. Уж извините.
Позиция по Израилю – это для меня абсолютная лакмусовая бумажка. Тот, кто ведёт себя враждебно по отношению к Израилю, – мне не друг.
Да, конечно, я понимаю, что Украина в данном случае вела себя по принципу “все побежали – и я побежал”. А инициаторы и движущие силы этого гнусного безобразия (и ему подобных) – иные. Но по их поводу у меня и не было никаких вопросов и никаких личных сантиментов. (Хотя неожиданная подлость Обамы, который перед уходом решил основательно напакостить, несколько поразила. Но не сильно – в общем и целом тут нет ничего нового и удивительного, да и недолго ему осталось гадить – меньше месяца.)
А вот с Украиной меня, да, связывали личные политические сантименты. Теперь их больше нет.
Этот пост не несет в себе цели с кем-то спорить и убеждать. Просто обозначаю свою позицию, если она кому-то интересна. Хотя после того, как я самоудалилась из российского политического актива, это для общего расклада и не имеет никакого значения.

***

2. Еще более громкая тема, всколыхнувшая огромную массу народа, прежде всего, в России, Украине, да и Беларуси, это крушение российского военного самолета с артистами на борту, а также находившейся среди пассажиров, “доктора Лизы” (Елизавета Глинка), летевших на военную базу в Сирии с новогодними поздравлениями и концертом.

J. K. Беларусь 25 декабря в 9:53 ·

По поводу гибели российского самолета. Тут некоторые задумываются, нужно ли выражать соболезнования. Думаю, соболезнования не будут лишними – всё-таки погибли люди, в т. ч. и гражданские.
С другой стороны, каждый не долетевший до цели военный самолет страны, которая развязала и ведет войну против Украины и всего цивилизованного мира (в том числе и против нас с вами) приближает её поражение. Что же касается погибших гражданских, в числе которых могут быть и наши с вами знакомые… Никто их под дулом пистолета не заставлял лететь в страну, истерзанную путлеровскими агрессорами. И, тем более, помогать кремлевским убийцам в их пропагандистской кампании. Эта кампания – часть гибридной войны, так что каждый погибший – уже не штатский, а рядовой (офицер, генерал) Армии Зла. В общем, как говорится, гореть им всем в Аду!

Sergey Auslender 25 дек. 11:49, Израиль

Год это был, по-моему, 2004-й. Мы возвращались из командировки в Хабаровск, там снимали с пресс-службой ВВС. Летели тем самым военным “почтовиком”, ТУ-154. Перегруз был страшный. На последних рядах солдаты-срочники сидели по четверо на трех креслах, люди стояли в салоне, как в трамвае, в час пик. Две промежуточные посадки. На каждой экипаж пинками сгонял людей в хвост, чтобы хоть как-то выправить центровку. На посадке в Чкаловском загорелись, в салон пошел желтый, удушливый дым. Парень из пресс-службы потом объяснил, что горело масло в двигателе, видимо, из-за перенапряжения. Но сели. Потом вытаскивали сумки из багажного отсека. Никаких лестниц не было, меня, как самого молодого, туда закинули на руках и я швырял багаж на головы коллегам и тем самым срочникам. Какие-то ящики с экспериментальными гранатометами. Потом летал на МЧС-вском борту. Ни с того, ни с сего, сели в Хабаровске. Когда вышли, увидели, что весь фюзеляж ИЛ-72 залит маслом, потекло из двигателя. Пару часов ремонтировались, потом полетели дальше. И так всю дорогу. Летал на Курилы пограничным вертолетом. Радаров не было, туман такой, что видимость почти нулевая. Летели метрах на пятидесяти, над самой водой. Пилот чудом увернулся от скалы, которая вдруг появилась из тумана прямо по курсу. На другом вертолете с Рыбводом падал на Камчатке (разбалансировка винта). Высота небольшая была, просто жестко сели. Возможно, в Сочи был тот самый “почтовик”, который вез нас тогда из Хабаровска. Это была такая часть профессии, постоянно рисковали. Писать, что если бы не было этой проклятой войны, они все были бы живы, я думаю, смысла нет.

***

Михаил Кожухов, Москва, бывший пресс-секр. Путина.

25 дек. 12:39 ·

На борту разбившегося самолета погибли, среди прочих, «министр культуры» минобороны Антон Губанков и его сотрудник Оксана Бадрутдинова. Очень хорошие…
Самолет, посол, уже десятки военнослужащих. И будут еще.
НАМ НЕЧЕГО ДЕЛАТЬ В СИРИИ.

***

С. Г., Беларусь  25 дек. в 15:27 ·

Яшчэ раз аб ТУ…

Эксперты ў Маскве пачынаюць казаць аб выбуху на борце ТУ-154… Шыла ў мяшку не схаваць… Таму хроніка падзей, мне падаецца, прыблізна такая:
– ТУ ”спецрэйс” з усімі гэтымі ”харыстамі”, ”журналістамі” і іншымі выляціў з Масквы ў Сірыю;
-Прызямліўся ў Сочы (менавіта гэта паказвае што пасадка і дагрузка былі запланаваны раней яшчэ ў Маскве), дзе на борт самалёту yзышлі яшче каля сотні ”іхтамнетаў” (хутчэй за ўсё менавіта з кадыраўскіх фармаванняў, бо іх база знаходзіцца побач, у адрозьненне ад базы вагнераўцаў)разам са зброяй (усё што належыць ”па штату”, а г.з. і гранатамёты і агнемёты);
– Пры ўзьлёце адбыўся выбух у самалёце…
Таму.. цікава як зараз пачнуць выварочвацца ”маскоўскія госьці”…

***
Михаил Кожухов, 25 дек. 18:01 ·

НОВОГОДНЕЕ
Предыдущий текст вызвал бурю эмоций. Мне предложили убраться из «нашей» страны, обвинили в маразме, кем только не назвали, давали советы, а это я особенно люблю, и, конечно же, попеняли «афганским» прошлым. Раз такое дело, вот вам новогодняя история в тему.
Новый 1989 год я встречал в гвардейском парашютно-десантном 345-м полку, одном из самых-самых в Афганистане. Его батальоны то и дело бросали на «боевые», без их участия обходилась редкая операция. А возвращались под развернутые флаги полка! Такого нет в уставе, это придумал командир – «кэп», как его все называли, – Валерий Востротин. После первого ранения в буквальном смысле слова зашитый хирургами, как старый носок, он вернулся «за речку» на второй срок уже со Звездой Героя. «Кэпа» боготворили солдаты: в казармах у многих над койками висели его портреты, вырезанные из газет, – такого я никогда не видел!
Мы подружились с ним в Хосте, на той самой операции, где произошли события, взятые за основу фильма «9 рота». 9 рота – это ведь 345-й полк. Валера и сам ей когда-то командовал: «девятая» под его началом штурмовала Дворец Амина.
Новый год был – не передать! Десантура лупила в небо из всего, что может и не может стрелять. Командир обошел все батальоны, поздравил (я, как гость, за ним «хвостиком»), а потом мы проговорили всю ночь, тогда он и подписал мне эту карту «в залог нашей долгой дружбы».
Когда прощались на следующий день, я прочел ему стихи Игоря Морозова из набиравшей популярность, но еще не дошедшей до Баграма песни «Мы уходим»: «С покоренных однажды небесных вершин по ступеням обугленным на землю сходим…» Там есть такая строчка: «И дела не доделаны полностью, но… Мы уходим, уходим, уходим».
Востротин выслушал, помолчал и сказал с горечью:
– Да не было у нас в Афганистане никаких «дел».
…Кстати, это ведь Востротин в 1991-м не пошел на штурм Белого дома. Поднял в воздух Болградскую дивизию, которой тогда командовал, сел в Кубинке, дошел до МКАДА и – встал. Не пошел дальше.
Не было у нас в Афганистане никаких «дел». И в Сирии – нет.

***

Леонид Канфер, 25 дек. 18:29  Киев

Когда происходит катастрофа сродни сегодняшней, выражают соболезнования, скорбят, щадят чувства семей погибших.
Это в мирное время.
В военное время враги все, кто убивает на твоей территории твоих сограждан. Кто привозит боеприпасы, продукты, кто поет в их тылах патриотические песни, кто снимает об этом сюжеты, кто накачивает ненавистью с телеэкранов и врет, что нет никакой войны… Кто своим молчанием и безразличием поощряет войну. В военное время все человеческое – уходит. Остается только “свой – чужой”, “друг – враг”, “ты или тебя”.
Гибель самолета обнажила еще раз простую вещь: Украина и Россия – в состоянии войны. Это на войне – не жалко. Потому что враги. Сколько бед нужно было принести Украине, чтобы многие украинцы радовались гибели самолета – ровным счетом те, кто не так давно считал Россию ближайшим соседом и другом?!
Я не могу ни злорадствовать, ни оставаться безучасным. Тем более, на борту был человек, которого я хорошо знал по чеченским командировкам.-оператор Олег Пестов. И я выражаю соболезнования его семье.
Но эта трагедия, вернее, реакция на нее, должна по идее ужаснуть россиян: не самому факту комментов в стиле “не жалко”, а тому, сколько ненависти у украинцев удалось вызвать за эти два года ко всему, что связано с Россией, а уж касательно военных и журналистов – особенно. Как быстро России удалось из действительно дружественного, родственного народа сделать врага. И ненависть эта – не продукт пропаганды: выключил телек и забыл. Она настоящая, она ярая. Без дураков. Я не знаю, что еще в России должно произойти, какие трагедии, чтобы люди сказали: хватит! Чтобы ненавидели свою власть так же, как в позднесоветские времена за Афган

***

О. Ч, 25 дек. 18:35 Минск

Сегодняшняя моя лента эмоциональна и противоречива, как никогда. От “давайте просто помолчим” и горя от гибели доктора Лизы до “принципа вселенской справедливости и компенсации за Алеппо”.
Что почувствовала я, когда утром увидела новости о катастрофе ТУ?
Признаюсь, первое – очень жаль артистов ансамбля Александрова. Они профессионалы высокого класса. А потом пошли ссылки на их исполнение песни про “вежливых людей”. А потом посты про доктора Лизу, которая вывозила с Донбасса украинских детей в Россию. Спасала? Или воровала?
Искусство вне политики?
Спорт вне политики?
“Ой, давайте только не про политику!”?
Политика уже в нашей жизни, хотим мы этого или нет.
Те, кто летел сегодня с этом самолете, они кто? Люди или “живая сила противника”?
Должен ли сегодня каждый цивилизованный человек скорбеть по поводу смерти другого человека? Должен. Вероятно, даже нести цветы к российскому посольству.
Должен ли сегодня каждый цивилизованный человек анализировать причинно-следственные связи? Должен.
Может ли сегодня каждый цивилизованный человек быть “за все хорошее, против всего плохого”?
Не может.
Никуда не деться. Определяйтесь. Иначе будете пушечным мясом.
И да – о вас кто-нибудь будет скорбеть.

***

Emil Sutovsky, Израиль 25 декабря в 19:23 ·

Интересно, это война делает людей нелюдьми, или просто позволяет всему гнусному и нечеловечному безнаказанно выплеснуться, обеспечив объяснение и оправдание любой бесчеловечности?

***

J. K. Минск 25 декабря в 21:56 ·

Александр Лукашенко когда-то отказался объявить траур по разбившимся возле Катыни полякам, зато сейчас объявил его по погибшим российским военным и пропагандистам. Видать, они ему “идейно близкие”.

***

Л. Ч, Севастополь 25 дек. 22:31

Когда погибли эти иркутские бедолаги,я подумала: Ого,это ж на целый самолет наберется! И тут эта катастрофа…” Жалко людей,особенно всех” ,как сказала героиня одного фильма…Я редко плачу от душевной боли,терплю. Вот ” жалистное” про животных уж точно не могу воспринимать без слез… Сейчас вот плачу над своим умирающим братишкой,которому не в состоянии оказать нормальную медицинскую помощь… На днях плакала,когда увидела ролик с растерзанными сирийскими детьми..,когда вижу убитых наших защитников,когда убили Политковскую и Немцова тоже плакала,когда погибли дети Беслана и малайзийского боинга А как я плакала по Небесной сотне,по нашим защитникам,и плачу по сей день На днях опять было убито много наших достойнейших воинов- защитников..Мое сердце сжимается от боли,когда я думаю о больном сынишке моего отважного земляка Олега Сенцова,о бедных крымскотатарских детях,чьи отцы томятся в узилище подлой власти. А сейчас в душе пустота и страх за наших детей,которые тоже могут стать жертвами теракта. Когда Америка воевала во Вьетнаме,Ираке сколько было протестных антивоенных акций! Да,кстати,Марлен Дитрих,любимица немцев,что-то не поехала поддержать гитлеровцев на передовую.И,чтоб потом не плакать,может,надо и россиянам собраться и выйти,наконец,на площадь и потребовать от своего фюрера,который тренируется в Сирии ,не говоря про Украину,прекращения убийства! Если бы вышел миллион,то не закатали бы,как Ильдара Дадина…Государство заточено на убийство,этому монстру никого не жалко!А вы ловите каждое слово своего “дуче”и надеетесь на лучшее..Вот над моей головой в Севасе постоянно кружат истребители,да так,что,того и гляди,грохнутся на дом. Вы нас потом тоже пожалеете? Горько сознавать,что у эмпатии тоже есть предел…

***

S. N. 25 декабря в 23:43 ·

Ничья смерть для меня не причина для злорадства, и пусть упокоятся души погибших. Но русским друзьям, требующим от украинцев сочувствия в связи с катастрофой военного самолёта с военным же ансамблем, следовало бы спросить себя: а всегда ли вы или ваши сограждане сопереживаете горю тысяч украинских семей, потерявших родных на войне? Войне, которую начало российское правительство – при молчании или даже активном одобрении подавляющего (во всех смыслах этого слова) большинства населения с триумфом за украденный Крым и злобной радостью над зверски казнёнными «укропами»? И если ответом на вопрос будет – «Так то ж война!» – значит, так тому и быть: на войне как на войне. Осознайте, что ваша страна ведёт войну с другой страной (даже с двумя). Значит, вы для украинцев – враги (не по их, украинцев, инициативе). А какого отношения вы хотели бы от врага? От врага можно только просить сочувствия, но никак не требовать его.

P.S. И не стоит обольщаться насчёт объявленного в Беларуси траура: вполне вероятно, причина его – не в сочувствии, а в страхе. Перед вами. Многим ведь из вас хочется, чтобы Россию – боялись. И в этом смысле следует признать, что за несколько лет Путину удалось то, на что у Сталина пошли десятилетия. Правда, настрашили вы не США или ведущие страны Запада, а своих соседей, но – лиха беда начало. Однако страх – это антоним дружбы, и от предмета страха даже рефлекторно хочется быть подальше, правда же?

Эдуард Надточий, 26 дек. 10:26 ·

можно ли сравнивать доктора лизу и доктора менгеле? конечно, нет! доктор Менгеле никогда не был предметом пиара и вообще был скорее типом маньяка-ученого. деятельность его носила, насколько мне известно, секретный характер. Один известный физиолог мне рассказывал, что как не неприятно об этом думать, но многие из его данных являются и сегодня нашими представлениями о предельных дозах и испытаниях человеческого организма.
напротив, никаким ученым, разумеется, доктор Лиза не является. она является широко разрекламированным меценатом, занимающимся спасением разных категорий социально пораженных в своих правах людей. сравнивать ее имеет смысл скорее с Корчаком.
Корчак тоже был медиальной фигурой, при чем всемирно известной. про него снимали фильмы, и даже перед газовой печью его узнавали в лицо эсесовские офицеры.
Однако мыслимо ли представить себе Корчака, проводящего после оккупации Чехословакии или Польши марши “мы вместе с Фюрером”? или рассказывающим, что никаких немецких войск в Судетах он не видел? или везущим груз лекарств на самолете Вермахта в только что оккупированный Белград? или прогуливающимся в сопровождении офицера SS – существование которого он к тому же отрицает – по руинам Киева в поисках несчастных еврейских детей?
есть некоторый моральный предел, который обязан ощущать в своих действиях всякий, занимающийся добрыми делами. этот предел обнаруживается там, где ради добрых дел тебе предлагают заключить сделку с дьяволом. родившийся вчера Спаситель на этот счет не дает никаких сомнений: никакое “спасение человечества” не стоит того, чтобы поклониться дьяволу. для Спасителя это было тестом до начала всей его миссии. лучше остаться униженным и одиноким в своей смерти, чем стать царем царей под патронажем силы абсолютного зла. Вот о чем мы должны вспоминать каждый раз в светлый праздник Рождества.
к сожалению, распиаренные – именно поэтому – мордорские благотворители такого теста не прошли. и они не просто поклонились дьяволу, они провозгласили такое поклонение своим фундаментальным принципом. и чулпан хаматова, и доктор лиза ясно и недаусмысленно сказали: им все равно, чьей силой они будут осуществлять свою благородную деятельность. а сила тут же продемонстрировала, что договор этот – не бесплатный, и поклонение дьяволу
никогда не бывает тайным. она использовала и хаматову, и глинку в виде презервативов или туалетной бумаги для своих собственных целей прославления абсолютного зла. и обе они это приняли безропотно, тем самвм перецдя границу, проведенную родившимся вчера. а онирождается год за годом только для тех, кто держит эту границу. и значит вчера онине родился ни для хаматовой, ни для глинки.
Доктор Лиза, безусловно, пошла в своем договоре с дьяволом куда дальше Хаматовой. она просто стала работником министерства пропаганды Зла . зачем ей было лететь с грузом лекарств в Сирию ? как она попала на военный самолет, полный одетых в униформу армии Зла плясунов на трупах? она не понимала, зачем ее пригласили? все она отлично понимала и с удовольствием играла свою роль. ее задача – демонстрировать театральную доброту Абсолютного Зла. те, кто должен был все это описать и сделать предметом пиара- летели на том же летатле.
Доктор Менгеле был порноангелом чистой науки. персонаж, хорошо описанный в литературе и не способный кого то соблазнить своим примером. Доктор Лиза была порноангелом слезинки ребенка, типом, который остался непонят большинством даже у Достоевского. этот тип порноангела до сих пор соблазняет малых сих, размывая моральные границы, завещанные нам Спасителем. подталкивая нас к договору с мерзейшей мощью.
и потому из двух этих порноангелов опасней не доктор Менгеле, но доктор Лиза. а спасенные ею жизни спасены отнюдь не во имя Спасителя, а значит – никакого спасения и не случилось вовсе.
поэтому смерть ее – скорее акт милосердия Господа во имя тех добрых дел, которые она сделала целью своей жизни. и я надеюсь, что Господь в бесконечности своего милосердия найдет их весомее, чем тот договор с дьяволом, который она добросовестно исполняла до последнего мгновения своей нелепой жизни, и который отказался исполнять пошедший в газовую камеру вместе со своими детьми ради защиты последней красной линии своих принципов Янош Корчак.

***

Ayder Muzhdabaev, 26 дек. 11:04

“Жертвы никогда не скорбят по потерям в войсках агрессора. У жертв, если они не тронулись умом, не может вызвать искреннего сочувствия падение военно-транспортного самолета министерства обороны врага. Упавший самолёт с артистами и пропагандистами, летящими повеселить на Новый год солдат вермахта, СС и люфтваффе, не мог вызвать сострадания у граждан СССР.
Россияне, удивляющиеся реакции украинцев, наверное, забыли Крым и Донбасс. В Украине 10 тысяч погибших от вашей армии. Десять тысяч. И миллионы беженцев. Миллионы. С родными, друзьями, знакомыми и т.д. С искренним — и заслуженным — презрением к россиянам, которые оказались каиновыми братьями. А ещё эти высокогуманные россияне, наверное, забыли, что они сами как-то не особенно скорбят по жертвам войск РФ в Украине. И в Сирии. Или же эти россияне просто не хотят логически мыслить. Или же хотят показаться какими-то глобальными гуманистами, но чтобы ими быть, нужно, как минимум, не быть жертвами конкретной войны, жертвами от рук конкретной страны. Украинцы такими стали. От рук вашей страны. Прямо или опосредованно — от ваших рук.
Реакция россиян, у которых сейчас погибли знакомые, так же по-человечески естественна, как и реакция украинцев, для которых эти их знакомые — безликие презираемые враги. Учитывая, что все эти годы происходило, — это совершенно не удивительно. Россияне и украинцы находятся по разные стороны фронта. И это фронт открыли не украинцы. И мораль мирного времени в войну не работает. Сложно это понять? Россия ведёт войну, россияне.
Россия ведёт войну. И ещё раз, медленно. Россия. Ведёт. Войну. Эта война жестока и несправедлива по отношению к ее жертвам. И ее жертвы не будут сострадать вам и сострадать вместе с вами. Это невозможно. Никак”.

***

Саша Сотник, 26 дек. 12:23 ·

О вчерашней реакции соцсетей на гибель пассажиров авиалайнера Ту-154. Сам вчера не писал, потому что целый день монтировал итоговую программу, которую увидите сегодня.
Единственное, чего не приемлю – так это истошной пляски на костях погибших. Вообще, упарываться от радости до невменяемости нехорошо. Даже на свадьбе, не говоря о похоронах. Тем более – когда случается смерть идеологического противника – надо вести себя достойно.
Погибшие в катастрофе при жизни вели себя по разному. Всех их объединило одно масштабное событие: Путин влез в Сирию. А они это поддержали. Так или иначе. В противном случае, их не собрал бы на своем борту злополучный ТУ-154.
Одни были пропагандистами, другие носили погоны МВД, и тут уже неважно – пели они, плясали или читали стихи. Они – люди государевы, и если полетели в Сирию “развлекать воюющих” – должны были понимать, что главнокомандующий послал их на линию фронта, а там могут и убить. Вне зависимости: в воздухе или на земле. А еще там была Доктор Лиза. Когда-то ее уважали за добросердечие, а потом ее принципиальность куда-то испарилась. Она связалась с “плохим мальчиком Вовочкой” и превратилась в пропагандистский инструмент в деле удержания власти. Так или иначе, но она автоматически включилась в дьявольскую игру: на Донбассе, а потом – и в Сирии. Нельзя брать у Путина гранты, оставаясь чистой и принципиальной. Грант от путина подразумевает абсолютную лояльность режиму и включает в себя вот такие опасные командировки. Так что ее нахождение на борту вполне логично.
Лично мне хочется выразить соболезнования родным и близким погибших. А вот скорбеть по ним – извините – не хочется. Все они сделали свой выбор.И, как показало трагическое событие, этот выбор стал для них смертельным.
Но не пляшите на их костях. Так или иначе – они уже наказаны. Смертью. И вряд ли будет благородным устраивать ад для их живых родственников и друзей.
Просто подумайте о том, чтобы война не расчеловечила вас самих.

***

Елена Захарова, 26 дек. 13:42 ·

Интересно, те, кто требует активно оплакивать погибших вчера в самолёте людей, знают, что каждый день КАЖДЫЙ ДЕНЬ в Украине гибнут Герои, защищая от нас свою страну, гибнут мирные жители от наших с вами обстрелов, гибнут или остаются без крыши над головой.
Мне жалко погибших вчера. Но призыва “должны пожалеть” я не понимаю.
Я каждый день оплакиваю украинцев и сирийцев и не могу придумать, что делать, чтобы остановить этот ад. И ни я, ни кто бы то ни было другой не имеет права требовать от украинцев сочувствия. Мы не потеряли близких, нас не бомбят. Нам лень выйти всей Москвой, всей страной и сказать “Нет войне!” Мы инфантильные эгоисты, везде ищем виноватых, а в зеркало посмотреть не догадываемся.

***

Александр Тверской, журналист, Москва 26 дек  14:58  ·

Граждане страны, где ставят памятники Сталину и мемориальные камни сотрудникам ГУЛАГа не имеют права говорить о человечности.

Граждане страны, где сажают людей за посты, лайки и плакаты на улице не имеют права упрекать других в негуманном отношении к кому-либо.

Граждане страны, которая бомбит сирийские города, называя это “тренировкой” не имеют права взывать к состраданию.

Граждане страны, которая аннексировала часть территории Украины и третий год ведёт там вероломную войну, когда счёт убитых украинских солдатах идёт уже давно на тысячи не имеют права раскрывать свой рот и требовать от кого-либо сопереживания.

Граждане страны, где первые лица государства позволяют себе выражения: “В Сирии детей посыпают пылью”, “Мрут, как мухи” (о сотне отравившихся в Иркутске), “Она утонула”, где террористов ездивших в Донецк награждают средь бела дня, где боевики спокойно говорят в интервью, что надо “уничтожить украинскую нацию”, где с экранов ТВ в передачах с самыми высокими рейтингами слышны призывы сбросить атомные бомбы на другие города и страны не имеют права даже вякать о морали других людей.

Граждане страны, которая смеялась над шуткой Задорнова про “самолёт тяжелее воздуха” не должны удивляться, когда услышат смех уже от других в свой адрес.

Граждане страны, ненавидящие весь мир, желающие смерти всем вокруг, самоутверждающиеся за счёт танков, бомбежёк, воен, атомного оружия, считающие себя лучше других по праву своей национальности и месту рождения должны тихо заползти в угол и не высовываться в такие моменты, а не учить других скорби, жалости и человечности.

Граждане страны, где не наказан и не осуждён ни один государственный и международный преступник за последние сто лет, где палачи в чести, а людей расстреливают на мостах, гноят, гнобят и сживают со свету только за их гражданскую и человеческую позицию – вот эти граждане, как раз и должны заткнуться.

Гражданам этой страны необходимо обратить внимание на себя, на преступления своего государства, на свою незамоленную историю. Я уже не говорю, чтобы покаяться, хотя бы просто разобраться у себя в государстве, где столько чудовищной несправедливости, унижений и растоптанных человеческих ценностей и чувств, что разгребать это всё до Второго Пришествия. В своём глазу бревно поищите, окаянные. Остановитесь, посмотрите в зеркало, как вы с такими лицами к кому-то ещё можете иметь претензии? Где ваша совесть, чтобы искать её у других?

Катастрофа случилась ведь не вчера, катастрофа случилась тогда, когда народ этой страны потерял свой человеческий облик, поделился на рабов и господ и превратился в агрессивное, кровожадное население , убивая на своё пути всё живое, всё светлое, всё разумное и вечное. Крах случился тогда, когда в один момент для всех вдруг стало возможным, что цель оправдывает средства.

DIXI.

***

Lidiya Stafford, 26 дек. 17:19 ·

– Кобзон заявил, что должен был лететь в упавшем самолёте!
– Да он ещё с Моторолой в лифте должен был покататься!

***

Emil Sutovsky, 26 дек. 17:58 ·

Советское время было страшно своим лицемерием. Нынешнее – откровенной мерзостью.

***

Natasha Severin, 26 дек. 19:22 · Нью-Йорк,

УПРЯМО НЕ СКОРБИМ…

Безумие вокруг погибшего российского военного самолета, летевшего в Сирию ” давать концерт” в честь взятия Алеппо продолжается, журналист Александр Тверской, который живет в Москве, пишет, что настроения большой части русской публики таковы — что чуть ли не в расстрельные списки нужно вносить тех, кто не скорбит, как положено, ( так было в С.Корее, когда умер их диктатор), а мне вдруг все показалось очень простым: путин потерял военный самолет с людьми, которые летели в Сирию на неправую войну с неправыми командировками — поддержать, спеть, сплясать для агрессоров и преступников,как пишут по этому поводу арабы ” на костях детей Алеппо”. Самолет погиб, гнусная военно- пропагандистская миссия сорвалась, и возник вопрос, разделивший всех окончательно — просто ли это гибель несчастных людей, которую следует оплакать, потому что там был известный в СССР военный ансамбль ” Песни и пляски”, а не только генерал и 5 боевых полковников ? или это военная потеря путина, которую должны с одобрением воспринять жертвы его агрессии в нескольких странах и сочувствующие им люди во всем мире — поскольку идет война с ним и всякая его военная потеря мила сердцу его жертв?Я склоняюсь вместе с украинцами и сирийцами к тому, что потери противника смешно оплакивать, почему же никто не оплакивал сбитые и погибшие самолеты Гитлера? там ведь тоже были люди, с семьями, биографиями, талантами? потому что они служили Гитлеру и были таким образом преступниками и врагами человечества! Но истерическое большинство искалеченной, ожесточенной России, которое видит в путине царя и отца — оплакивает эту катастрофу, как потерянную возможность еще раз поиздеваться над другим народом, поверженным в пыль русскими бомбами. Анасамбль ” Песни и пляски” ( мы ведь со смехом называли его ” Пытки и пляски”,) мог отказатсья от опасной и аморальной гастроли, но почел за честь поддержать сотни тысяч смертей в Сирии, как Кобзон — растление Донбасса, как московские дебильные артисты , ездящие спеть и сплясать в Крым…Страна пребывает во всеобщем буйном помешательстве, включая большую часть интеллигенции, для меня, например, это последняя капля — больше я эту яму, в которой творческие люди стоят на коленях перед кровавым царем и молят его с гнусным мазохистским надрывом о милосердии — больше я эту яму всерьез не воспринимаю и другим не советую, пусть “мертвые хоронят своих мертвецов”.

***

Комментарий: Мораль военного времени

Гибель Ту-154 показала, что россияне и украинцы не скоро поймут друг друга, пишет Константин Эггерт. Комментарий российского журналиста специально для DW.

***

Пётр Фарбер, Н.Й. 26 дек 23:55 ·

Зеркало

Мы все люди. Разные, то похожие друг на друга, то нет. Совсем противоположные порой. Сильные, слабые. Вот слабые вознеслись, вот сильных занесло. Вот наоборот. Бывает. Мы люди.

Если начнём считать кого-то за нелюдей, начнётся вражда. Мы слабые, когда враждуем. Это выгодно тем, кому нравится нас порабощать. Ведь помним же?
И разве нравится нам в порабощении? А порабощают не только люди. Например, ненависть порабощает.

Вот пишут, что на самолёте летели мирные люди, они не виноваты. Много раз повторяется, что безвинные. Поэтому их жалко.
А если не безвинные, то не жалко? Если виноватые, то разве заслужили? Но кто так пишет про “невиноватых”, не желает никому смерти. Это так делятся люди своей болью.

Другие пишут, что одним самолётом агрессора стало меньше. И меньше стало певцов, способных исполнять циничные песни про вежливых убийц, меньше танцоров, не понимающих, когда и где уместны их танцы, меньше врущих репортёров, меньше военных преступников, меньше фальшивых спасателей. И что же – останки сладки? Нет, нет.
Так пишут те, кто считает потери в войне с агрессором и не хочет агрессии, не хочет войны, не хочет убийств, не желает никому смерти.
Так люди считают и пишут от боли, которая их переполняет.

Третьи пишут, что нельзя радоваться чьей-то смерти, нельзя не сопереживать, это аморально, пусть все заткнутся, отпишутся или будут казнены, бумеранг прилетит. Эти люди тоже не желают никому смерти. Это боль их переполняет, невыносимо им от боли этой.

Всем нам больно. И будет больно, пока мы живём в стране, руководству которой хочется оставаться у власти любой ценой, любой войной, гибридной или какой там ещё, нами не остановленной.

Всем нам больно от всего происходящего. И одним, и другим, и третьим. И это естественно. Пусть же боль эта нас объединяет, а не сшибает лбами и не отбрасывает друг от друга. Пусть эта боль поможет нам стать сильнее и придумать вместе, как начать действовать. И действовать пусть поможет, и ничего не бояться. Вместе.

Раз нам больно, у нас доброе сердце.

***

Niko Sandros, Минск 27 дек. 0:46 ·

На фоне последних событий в русском языке появилось два новых слова. “Недоскорбь” и “скорбебесие”. Как страшно смотреть на все это со стороны. Раньше люди мерялись …., а сейчас тем, кто правильнее и отчаяннее скорбит.
Смотреть на самих себя не менее страшно. Такое чувство, что беларусы провалились, буквально ухнули в чан “безысходность и уныние”.
Я видела разные кризисы и драмы.
Но я никогда еще не видела такого массового сумасшествия у соседей и такой отчаянной печали дома.

Только мысли о не убиваемых медоедах и книги на польском утешают. Сделаю себе тату – медоеда. Медоеду на все плевать. Чоткий дерзкий упрямый медоед – наше все.

***

Виктор Лаврентьев, 27 дек. 4:13 ·

А представим, что в проклятые сороковые прошлого века по нацистским лагерям бродит доктор фрау Марта, раздавая узникам аспирин и перевязочный материал. Она истово призывает руководство рейха к приоритету гуманизма, поясняя, что ее деятельность находится вне политики, и принимает из рук Гитлера государственную награду за свой самоотверженный труд.
При этом в интервью многочисленных она уверяет, что никаких газовых печей в тех лагерях не наблюдала, а наблюдала только скорби и страдания людей.
Затем она вылетела в северную Африку, занятую гитлеровскими войсками, для снабжения лекарствами уцелевших в бойне детей. Но случилось страшное – над Синаем самолет рухнул по невыясненной причине.

И вот тут уровень нашей скорби по этому святому человеку зависит только от нашего понимания взаимосвязей между оправданием нацистской агрессии и показной помощью ее жертвам.

Всем, кто счел мои аллегории чудовищными и аморальными – кнопочки отфренда и блокировки находятся в правом верхнем углу моего аккаунта.

***

Анджей Почобут, Беларусь 26 дек. 10:24 ·

Удивительная, прямо таки, детская непосредственность. Сначала оккупировать Крым, и разжигать войну на Донбассе, а потом требовать от украинцев, чтобы те сочувствовали России из-за авиакатастрофы. Семьи погибших от российских пуль и снарядов украинских воинов тоже должны сочувствовать и сопереживать? Тысячи беженцев тоже? Те кто ждет своих родственников из плена?

Всё выше сказанное не касается Беларуси, где войны нет и Россия официально главный союзник, брат-сват и спонсор и т.д. Траур или не траур это кому что ближе. Тот кто живет в “российском телевизоре” – тому траур. Другим – просто чужая беда. А вот радоваться авиакатастрофе это мерзко.

Опубликовано 27.12.2016  18:18

***

Добавлено к 1-й ч. 

Трамп: “В ООН несправедливо относятся к Израилю”

29 дек. 8:04

Избранный президент США Дональд Трамп подверг резкой критике отношение институтов ООН к Израилю и назвал его несправедливым.

Беседуя с журналистами во Флориде после телефонного разговора с Бараком Обамой и через несколько часов после выступления государственного секретаря Джона Керри, Трамп заявил: “Израиль более двадцати раз становился объектом выговоров со стороны в ООН, в то время, как страшные государства, где к людям относятся совершенно бесчеловечно ни разу не критиковались в ООН”.

Отвечая на вопрос, должен ли Израиль прекратить строительство в поселениях Иудеи и Самарии, Трамп ответил лишь, что он “является горячим сторонником Израиля”.

Избранный президент США раскритиковал деятельность ООН в целом: “Вместо того, чтобы решать проблемы, эта организация создает их. Если бы ООН реализовывала свой потенциал, это была бы крайне полезная и эффективная структура, а в том виде, в котором она существует сегодня является просто разбазариванием времени и денег.

Дональд Трамп отказался как бы то ни было комментировать выступление Джона Керри, заявив лишь, что “эта речь говорила сама за себя”.

За несколько часов до выступления Керри, Дональд Трамп опубликовал своем микроблоге в социальной сети Twitter следующий текст: “Я делаю все возможное, чтобы нейтрализовать подстрекательские заявления президента О. и преодолеть чинимые им препятствия, но переходный процесс не будет плавным. Мы не можем продолжать относиться к Израилю с тем же явным пренебрежением и неуважением. Они привыкли считать его лучшим другом, но это уже не так. Начало положила эта ужасная сделка с Ираном, а теперь вот это (голосование в Совбезе ООН – прим.ред.). Решительно станем на сторону Израиля, 20 января уже близко!”

***

Ко 2-й ч.

***

28.12.16

Россия. ЛЮДИ КАК ЛЮДИ? Олег Басилашвили

Этот День Победы

Настоящий праздник. О победителях и мародерах

Андрей Мовчан Руководитель экономической программы Московского центра Карнеги

Обсуждая Войну и Победу, все время упираешься в очевидную подлинность предмета – в отличие от огромного количества предлагаемых нам сегодня идеологических и социальных кадавров. Действительно – была Война, и был Подвиг. И была Победа, и был уничтожен страшный враг. Тем не менее, переносить сегодняшний пафос, видеть лица тех, кто сегодня зовет Россию праздновать, повязать черно-оранжевую ленту на зеркало своей машины – не так-то просто. Это не парадокс – это стандартная история: о настоящей победе и о последующем мародерстве. Но сначала история о победе – про моих дедов, чья жизнь прошла в контексте разгрома фашизма.

Потомок гвардейцев

Отец моего отца. Александр Андреевич Мовчан. Выходец из известного запорожского казачьего рода, по легенде основанного близким соратником Хмельницкого, породнившегося еще в XVIII веке с Вышневецкими (каприз истории!), из семьи куренных атаманов – полковники Екатерининской эпохи, фамильный герб с тех времен, девиз «Козацкому роду нема переводу»…

Андрей Васильевич, его отец, сразу встал на сторону красных. Был облечен доверием партии – первый секретарь обкома. Все, что осталось о нем из воспоминаний, – был «железным», честным и прямым, как стрела с его фамильного герба. В 1938 году арестован и расстрелян. «За что?» – когда-то спросил я своего отца. «Как за что? Он был китайским шпионом, создавшим преступную группу из домработницы, дворника, кузнеца и пары крестьян.»

В 1942 году мой дед был мобилизован в штрафной батальон как сын врага народа. Батальон отступал к Ленинграду и оказался в блокаде. Блестящие стратеги, командовавшие фронтом, в условиях нехватки продовольствия решили – штрафникам, оказавшимся «в тылу» (в резерве первого эшелона), еды не выделять вообще. Часть стояла (на фронте затишье), люди умирали с голоду – зимой подножного корма тоже не было. Дед рассказывал, что ему и его другу пришла в голову идея не ложиться, а двигаться – не хотелось умирать лежа. Так они и двигались (ковыляли?) днями. «Те, кто лег, умирали. Почти все умерли.»

Месяца через два у того же командования возникла идея прорыва блокады. В часть приехал офицер, приказал построиться. Горстка из числа оставшихся в живых сумела встать. Офицер приказал сделать пять шагов вперед. Мой дед (он же был казак, железный, как и его отец) сумел. Те, кто сумел (сколько их было – пять, десять?), были «годны» для того, чтобы идти в прорыв. Кто прошел четыре шага или меньше – нет. Последних оставили подыхать, первых – забрали в расположение другого штрафбата, подкормить и подготовить. Там кормили. Как? Не знаю. Вот еще одна история: «Перед наступлением [кажется, через недели три] приехал в часть генерал, лощеный, толстый, на лошадях, с ординарцами. Ушел в блиндаж, лошадям повесили на морды мешки с овсом. Нас несколько человек, пока ординарцы отошли покурить и отлить, бросились к лошадям и отсыпали в шапки и карманы овса сколько успели. Несколько дней жевали его все». Овес у лошадей. Несколько дней жевали. Потомок гвардейских полковников.

Дед рассказывал, что ему и его другу пришла в голову идея не ложиться, а двигаться – не хотелось умирать лежа

Потом штрафбаты бросили на минные поля, разминировать собой. Не до саперов было, просто послать батальоны вперед на минное поле, а сзади поставить заградотряд было быстрее и надежнее. Потом была попытка прорыва, отступление, бегство. Деда ранило сильно (огромный шрам остался на всю жизнь). Идти не мог. Приказ по части – раненых не выносить. Конец. Попросил положить его у дороги (не в траншее же казаку помирать), кто-то подложил ему под голову рваный танкистский шлем, ушли. Часа через два по дороге отступала танковая рота. Мимо трупов, раненых – не до них. Но у танкистов закон – своих не бросать. Солдата в танкистском шлеме, без сознания, затащили в танк и довезли до полевого госпиталя. Остальных (сколько их было?) оставили умирать. Моему деду 19-ти лет еще не было.

Пока снова стал в строй, война уже ушла на запад. Но штрафбаты никто не отменял. Правда теперь они воевали более организованно и даже кормили солдат регулярно. А дед вину своего рождения почти уже искупил – получил полуторку, стал возить на ней боеприпасы. Но война есть война – все равно организация хромает. Уехал он (дело уже у Одера, и война уже к концу) за снарядами, возвращается обратно в часть, въезжает в деревню – а его встречают немцы. Часть отступила, мобильных тогда не было, его не предупредили. Я, когда об этой ситуации применительно к себе думал, надеялся, что у меня хватило бы смелости не сдаться, а протаранить ближайший танк или орудие. Потому что ума и твердости у меня явно не хватило бы. А у него – хватило. Пока немцы думали, что делать, он рванул улицами, развернулся и выскочил из деревни. Конечно, за ним гнались – на мотоциклах, на машине. «Я от них не отрывался, держался сразу перед. У меня же снаряды, они это видели, стрелять боялись». Не стали стрелять – себя пожалели, европейцы. Так и доехали до зоны, простреливаемой артиллерией, там немцы отстали.

Уникальная ситуация. За эту машину со снарядами его не просто перевели в регулярные части – ему дали орден Красной Звезды. В наградном листе так и написали – про машину, снаряды, немцев.

Он так и не погиб, он же был железным. Вернулся в августе 1945-го. Поступил на мехмат МГУ. Женился на дочке еврейского учителя из Полтавы, расстрелянного тоже в 1938 году (Израиль Аркаве, ее папа, в революцию оставил своих богатых и уважаемых родителей в Польше, чтобы помочь трудовому народу, уехал в Полтаву, создал школу, женился, завел пятерых детей. Он, кажется, был немецким шпионом, но могу ошибаться).

Мой железный дед родил троих детей. Рисовал. Сочинял музыку, был членом союза композиторов. Стал крупным ученым. Создал теорию флаттера, которая позволила конструировать безопасные самолеты. Он много лет учил студентов в Московском университете. По его книгам и сейчас учат в университетах. Дожил он до середины нулевых. Слава богу не дожил до портретов Сталина поперек фасадов.

Замнаркома

Отец моей матери. Иосиф Израилевич Гольденблат. Он родился раньше, еще в 1907-м. Его отец, оставшийся на фотографиях с пышными усами, как французский дворянин, действительно был потомком французских евреев-банкиров, гордо носивших приставку Де к фамилии с еще латинским корнем. Пращур приехал в молодую Одессу «руководить филиалом», остался, родил сына и умер от холеры. Мальчика взяла на воспитание семья немецких евреев, отсюда – Гольденблат. Но ни прадед, ни дед банкирами не были. Мой дед в 10 лет стоял рядом со своим отцом у двери их квартиры на Жуковского, держал топор в руке и ждал, когда пьяные матросы и лабазники ворвутся к ним во время очередного еврейского погрома, во время очередной смены власти. «Ты все равно умрешь, но должен убить хоть кого-то», – вот такое напутствие отца. Пронесло – сколько было погромов, не ворвались ни разу. Может потому, что Израиль был учителем, а учителей и врачей уважали?”

Для прочтения всего материала, кликнуть на приведенный выше текст.

День Победы. Рейдерский захват

Считанные дни до 9 мая. В моем телефоне три предложения от банков сделать вклад или взять кредитную карту в честь Дня Победы. Одно – от фитнес клуба – тоже карта в честь. Пять от магазинов одежды, обуви, косметики – все предлагают что-то купить со скидкой в честь все того же. Захожу в книжный магазин – вздрагиваю: вокруг люди в гимнастерках и пилотках. Захожу в поезд – уже не вздрагиваю: у проводников прицеплены на груди типаордена, из пластика или картона.

С каждой витрины…

Из каждого утюга…

В общем, приходится констатировать, что с Днем Победы случилосьнеладное. Власть сделала из него бренд, она стремится всеми способами неразрывно связать себя в глазах населения с великой Победой, поскольку своих-то негусто, если не считать отжатого Крыма. Натягивает его на себя, как фальшивые гимнастерки с фальшивыми орденами, стремится слиться с ним, поблестеть его отраженным светом, конвертируя подвиги и жертвы предков в мелкий пропагандистский профит. И само по себе это было бы ладно, в конце концов на любом великом событии много кто паразитирует, с Победой это уже в свое время проделывал дорогой Леонид Ильич. Но, увы, при этом происходит и обратный процесс – сам праздник со слезами на глазах «заляпывается» их сальными пальцами.

Все визитные карточки сегодняшней российской действительности явлены в нынешнем «деньпобедном» разгуле, как на подбор.

Пошлость. Всепроникающая, не знающая никаких границ. Торты с марципановыми партизанами, голые студенты, раскрасившие тела в военные сюжеты, «Ночные волки» с косметичками, тапочки из георгиевских лент – весь этот трэш и угар, о котором, надо отдать должное, и помыслить невозможно было в советские времена. Победа была тогда пропагандистским материалом, но материалом для тапочек – нет, не была. И вещал про нее что-то пропагандистское безукоризненный Игорь Кириллов с мхатовской речью, а не, прости Господи, Залдостанов.

Невежество и халтура. Плакаты, листовки и лозунги с нереальным количеством исторических ошибок, не говоря уже об орфографических. Все тяп-ляп, все левой ногой. Лишь бы отвязаться, лишь бы скорей попилить бюджетную монетку, выделенную на «оформление к празднику». Зачем перечитывать подписи под упертыми из архивов фотографиями? И так сойдет. Идейно близких за это не посадят, и даже деньги вернуть не заставят, достаточно будет быстренько убрать и скороговоркой извиниться.

Цинизм. То ветеранам скидку на кремацию предложат. То какие-то попсовые песнопевцы ордена нацепят и прессе позируют. Ачотакова?

Кафкианский сюр. Ищут солдатиков-фрицев. Допрашивают продавцов. Сажают девчонок за танец на поляне неподалеку от мемориала. Штрафуют за размещение архивных фото – там, мол, на флаге свастика. Надо же, не ромашка.

Истерическое требование лояльности. Несчастные второклашки, которых ругают за забытую георгиевскую ленточку. Принудительные мероприятия. Даже на почту ИРСУ пришло: обеспечить явку приемных родителей на праздничный концерт (Как, интересно, они себе это представляют?)

Бренд положено защищать – и его защищают. Победу защищают от «ложных» – то есть неудобных для брендодержателя – интерпретаций аж с помощью Уголовного кодекса. В результате на сегодня фактически уничтожена сама возможность анализа, исследований этой трагической и важной темы. Поди-ка скажи, поди-ка напиши. Не угадаешь, что именно вдруг окажется «противоречащим решениям Нюрнбергского трибунала».

Бренд монетизируют по-разному. Купоны могут быть не обязательно в виде прямого пиления бюджета. Можно использовать возможность выслужиться. Придумать что-то этакое (см. пункты про пошлость, невежество и цинизм). Уличить кого-то в недостаточном благоговении. Вовремя снять. Вовремя спеть.

Ну, а самые массовые купоны – моральные. Навязал ленточку, наклеил наклейку – и ты уже как бы тоже герой и победитель.

К сожалению, все это означает, что процесс осмысления исторического опыта нашего народа, одной из самых трагичных и судьбоносных страниц его истории, опять прерван и искажен. Уже в третий раз.

Первый был сразу после войны, когда память была почти табуирована Сталиным, панически боявшемся, что вернувшиеся с фронта наведут резкость, кто погибал за Родину, а кто людей как пушечное мясо расходовал.

Второй – при Брежневе, когда появился весь этот пафос и хрестоматийный глянец, когда цензурировались стихи и книги, чтобы было «попобеднее».

Я помню спецкурс по современной советской поэзии, на котором Лидия Иосифовна Левина дала нам прочесть два стихотворения: «Реквием» Рождественского и Винокурова, про Сережку с Малой Бронной и Витьку с Моховой (в авторской редакции, без последней строфы). И просто спросила, в чем разница. А разница очень бросалась в глаза.

У Рождественского были и другие стихи, живые. Но вот это было мертвое. Врущее, что они, конечно, погибли, но ничего, мы, мол¸ за них доживем, достроим и допоем. И будем помнить, сквозь года, тра-та-та, и все в этом духе. Отрывок из него читали во время Минуты молчания, и там оно как-то иначе звучало, в сочетании с траурной музыкой и вечным огнем. А вот на бумаге выглядело искусственно-пафосным. Мертвое стихотворение про то, что погибшие на самом деле живы.

А стихи Винокурова были тихими, теплыми и от них было больно. Потому что им не встать. Потому что матери не спят одни в пустой квартире. Потому что молодая жизнь оборвалась – ее не вернуть, не заменить, не прожить за них никому. Живые стихи про то, что умершие на самом деле умерли и эта боль никуда не денется.

А потом Левина рассказала, что автора заставили приписать строфу. «И помнит мир спасенный, мир вечный, мир живой…». Тошнотворно фальшивую, наспех сляпанную. А без нее не печатали.

Вот таким был второй раз.

А теперь, значит, третий.

И теперь, кроме пошлости и цинизма, он стал отягощен подлостью. Леониду Ильичу не приходило в голову отжимать под лозунгами победы над фашизмом территории у соседей – у тех самых соседей, с кем вместе сражались и умирали.

Мало того, что российская власть фактически отжала победу у всех остальных сражавшихся с фашизмом стран – теперь уже Украина и Грузия «сами фашисты», а всем прочим полагается лишь приехать постоять рядом с Путиным на трибуне. Победа и память о войне отжимается у части россиян – у тех, кто не готов ради подвига предков принять и поддержать сегодняшнюю подлость. Мы видим в истории с «Новороссией», как намеренно идет увязка символов той войны и нынешнего беспредела: украинские города захватывались под «Священную войну» и с георгиевскими ленточками, наши СМИ настойчиво врали, что Украина отменяет День Победы, что там теперь правят бандеровцы, воевавшие за Гитлера. Нам навязывается противопоставление: либо ты против фашизма и чтишь жертвенный подвиг дедов, и тогда ты должен поддерживать всю имперскую подлость по отношению к соседям, либо ты против нее – но тогда ты сам пособник фашистов и Победа для тебя чужая.

К сожалению, эта игра была принята – многие авторы «с другой стороны» начали отвечать на нее обесцениванием Победы, они словно сами согласны, что георгиевские ленточки на ура-патриотах отменяют все, что было, что теперь это не наш праздник, что он «не такой», «фальшивый», «испорченный».

Несколько лет назад я писала, что нет ничего страшного в том, что молодежь не смотрит сегодня военных фильмов, не хочет «грузиться», что великое событие Победы становится историей, как становятся в конце концов историей все войны и все победы. И что дедам, которые воевали, наверное, было бы приятно, что их внуки и правнуки в прекрасный майский день просто гуляют в парках, носятся на великах, едят мороженое и танцуют на полянах. За то и воевали, вроде.

Но с тех пор кое-что изменилось. Молодежь по прежнему не читала «Сотникова» и не смотрела «А зори здесь тихие» (даже новый глянцевый вариант вряд ли посмотрит). Но теперь ей показали, более того – прямо обучили юзать Победу, не прикладывая никакого душевного труда, «помнить», ничего не зная, «гордиться», не грузясь. Год за годом не решать сегодняшние проблемы и создавать новые, утешая себя величием подвига дедов.

А те молодые, у кого аллергия на пошлость и глупость, начинают уже дистанцироваться от праздника как такового. На самом деле они хотят держаться подальше от следов сальных пальцев. Но получается – от памяти тоже.

По сути, произошел рейдерский захват Дня Победы. Как и многое другое, входящее в национальное достояние, он был присвоен определенной группой людей и используется ею в своих интересах для извлечения прямой и непрямой выгоды.

Все это очень горько, ведь День Победы долгие годы был единственным нашим национальным праздником, который объединял всех: и левых и правых, консерваторов и жаждущих перемен, и государственников, и либералов. Он был нашим общим. Мы могли разное думать про Сталина и про Катынь, про роль союзников и про тактику Жукова, но сам по себе День Победы был – один на всех. Минута молчания – одна на всех, песни, фильмы, память. День национальной гордости и национальной трагедии. А теперь одни отрицают гордость, а другие – трагедию, одни обесценивают победу, другие ее монетизируют.

Очень хочется верить, что все это временно, что подлая шелуха слетит, сальные следы ототрутся и процесс осознания и принятия в национальную память того, чем была для страны эта война и эта победа – восстановится. Принятие всего целиком, всего великого, всего ужасного, всего трогательного, всего постыдного – без пропусков.

А пока давайте не подыгрывать рейдерам. Ленточки ленточками. а Победа – Победой.

С праздником всех!

ЛЮДМИЛА ПЕТРАНОВСКАЯ  07 МАЯ, 21:05  Спектр

Ниже подборка материалов из фейсбука ко Дню Победы.
Алексей Фридман разместил фото и информацию:
 
Фридман Захар Львович (1945)          Фридман Абрам Львович (1945)
 

Зайчик Николай Семенович (1945)                Козлов Петр Васильевич (1980)

Зинаида Майзелис:

Мои тети – вдовы войны.

Эйдлина Хана Семеновна (1898-1968)

Chana_Eidlina

Муж – Эйдлин Залман Менделевич умер в блокаду.
Хана Семеновна вместе с дочерью Марией всю блокаду прожила в Ленинграде,работала на Балтийском заводе. Дочь Мария стала работать на военном заводе с 15 лет.

Якобсон Стера Соломоновна (1901-1976)

Stera_Yakobson

Муж – Майзелис Моисей Семенович умер в блокаду.
Стера Соломоновна – подполковник медицинской службы, всю войну работала в ленинградском госпитале. Воспитала сына.

Майзелис Вера Осиповна (1906-1990)

Vera_Mayzelis

Муж – Майзелис Иосиф Семенович, боец ополчения, пропал без вести в 1941.
Работала экономистом. Воспитала дочь.

Майзелис Тамара Ефимовна (1914-2005)

Tamara_Mayzelis

Муж – Майзелис Бенциан Семенович попал без вести в районе Стрельны в 1942.
Тамара Ефимовна в 1942 году , в возрасте 28 лет, была назначена директором детского дома. Вывезла детский дом в Ярославскую область. После войны каждый год организовывала встречи бывших воспитанников (эти проводятся до сих пор 9 мая, в прошлом году пришел один человек). Работала учителем немецкого языка. Воспитала дочь и сына.

Проходят годы, я все чаще обращаюсь к их памяти. Как бы сложилась их жизнь, если бы не было войны…

Родной дядя – Майзелис Абрам Семенович. Пропал без вести.

Abram_Maizelis
Родной дядя – Майзелис Иосиф Семенович. Пропал без вести.
Iosif_Maizellis
Родной дядя – Майзелис Бенциан Семенович. Пропал без вести.
Benzian_Maizelis
Двоюродный дядя – Зеликсон Борис Самуилович. Пропал без вести.
Boris_Zelikson


Татьяна Вовк:
Это родной дядя моей мамы, Невельштейн Абрам Давидович. Призывался в Днепре (до войны был простым бухгалтером). Погиб в мясорубке Севастополя в 1942. Считался пропавшим без вести.

Abram_Nevelshtein

Nella Groysman:

Оба дедушки-офицеры, пропавшие без вести в первые дни войны защищая Киев. Мы даже не знаем где их могилы и нет их фотографий в военной форме…Бабушки, оставшиеся вдовами на всю жизнь, под бомбежкой спасавшие своих детей от Бабьего Яра…Папа дошедший до Берлина…вы наши герои! Мы вас помним и благодарим!

Naum Talesnik  Haim and Rachel Averbach

Naum Talesnik                                             Haim and Rachel Averbach

Polina Talesnik   Boris_Talesnik

Polina Talesnik                                                Boris Talesnik

Елена Ошалык с Yulia Oshalik :

Сегодня,когда мы поздравляем друг друга с Днем победы каждый из нас, конечно вспоминает тех , кто в его семье воевал в эти годы на фронтах Великой Отечественной войны. В моей семье это был мой дед Рабинович Рувим Борисович, никогда в жизни не рассказывавший о войне, никогда не смотревший фильмов о войне, его нельзя было уговорить прийти в школу хоть что-то рассказать о войне и вообще глядя на этого мирного человека просто не верилось что он прошел войну с первого дня в звании лейтенанта и закончил войну в 1945 в звании майора, был тяжело ранен в самом конце войны и был инвалидом войны. Пока он был жив мы поздравляли его, а после его смерти мы достаем его награды и он как будто присутствует с нами.

Ruvim_Rabinovich

Gennady Korban:

Оба моих деда воевали. Одного помню, другого – нет. Один умер когда мне было лет 10, второй – в 1972 году. Один дошёл до Берлина, другой в 1945 освободился из концлагеря.
Ребенком я часто гостил у бабушек в Риге, и дед Дима учил играть меня в шахматы. Иногда за партией своим хриплым голосом он мог рассказать какую-то военную историю. Но надо было по-детски выпрашивать.
В советской Риге он крутился, как мог. “Спекулировал” какими-то автозапчастями и еще чем-то. Поэтому дома иногда стоял терпкий запах бананов. Купить их было можно в Москве, отстояв очередь, а в Риге – только “достать по блату”.
Дед Дима расписался на Рейхстаге. Тогда это казалось мне какой-то легендой.
А в Днепре в школьные годы меня растила бабушка Бетя. Она рассказывала про деда Мишу, которого я почти не застал – мне было всего 2 года, когда его не стало.
В 1942 году в составе 2-й ударной армии генерала Власова он попал в плен к оккупантам. Пробыв в концлагере три года, спасся чудом. В детстве, в детском доме в Узбекистане он выучил узбекский. Мусульмане, если кто не знает, тоже обрезаны – как и евреи. Короче говоря, деда “закосил” под узбека.
В 45 из концлагеря их спасли американцы. Бабушка говорила, что в этот момент он весил 32 кг. Не знаю, как такое возможно.
После освобождения он прошёл проверку – нашлись порядочные люди, которые подтвердили, что предателем он не был. Правда, евреи в той войне предателями не могли быть в принципе – немцы их сразу расстреливали.
Поэтому в сталинском лагере дед Миша отсидел всего четыре года – просто за плен.
Бабушка Бетя рассказывала, что он сильно меня любил. Когда-нибудь и у меня будут внуки, и мне тоже будет что им рассказать: и о войне, и об оккупантах, о предательстве и пленных, о героизме всех украинцев.
В общем, спасибо моим дедам – Диме и Мише. Они выжили – я родился.
Они победили – и мы победим.

Светлана Эпштейн:

Дед Эпштейн Иосиф Янкелевич. Капитан. Командовал штрафбатом. Убит в 36 лет в Украине. Похоронен в братской могиле под Лисичанском на хуторе Приволье.

Iosif_Epshtein

Инна Радаева:

“Праздник со слезами на глазах…” День Победы! Низкий поклон всем, кто ценой жизни, здоровья, в условиях нечеловеческих испытаний,- выстояли и победили. Герои нашей семьи, Чернышева Зинаида Семеновна, Андреев Анатолий Евгеньевич, Казак Максим Андреевич, Шаметкин Михаил Семенович – любим, помним, гордимся!

Anat_AndreevMaksim_Kazak

Андреев Анатолий Евгеньевич, дедушка мужа.    Казак Максим Андреевич, мой дедушка по папе.

Mich_Shametkin      Zin_Chernishova

Шаметкин Михаил Семенович,  мой дедушка по маме.                                                               Чернышева Зинаида Семеновна, бабушка мужа.

Darina Privalko:

Это военный билет моего дедушки Зямы. Пятно внизу – не кола и не кетчуп. Дедушка был ранен, но вернулся на фронт и прошел всю войну, своим примером бросая вызов стереотипу о евреях, “тыловых крысах “. Хотя я уверена, что дедушка в те дни думал о мнениях обывателей, а просто делал все возможное, чтобы защитить Родину и свою семью. Всех не удалось. Как у многих киевских евреев, и у меня есть родные, чей путь прервался в Бабьем Яру. Но дедушка Зяма и бабушка Зина (Зельда) выжили! Это они до и после войны. Мои тети Неля и Ната родились в 1937 и 1938, а мама – в дни послевоенной разрухи, в 1947. Если бы они решили “остановиться” на тете Неле и тете Нате , то не было бы ни меня, ни моей сестры Машки, ни наших с ней чудных Игорехи и Даника! Как здорово, что в самые страшные дни люди не боялись влюбляться и давать новую жизнь. А может боялись – но все равно давали нам, внукам и правнукам, шанс жить – и верили, что мы будем жить в мире. Make Love Not War.

Darina_Privalko_1

Darina_Privalko_2

Darina_Privalko_3

Наталья Решетина:

Мой дед Лев Яков Львович прошел всю войну, командовал танковыми войсками, был дважды ранен.

Natalya_Reshetina

Татьяна Максимкина: Мой дед долго рвался на фронт, его не пускали – нужен был в тылу. Наконец-то вырвался в 44-м, и чуть ли не в первом бою погиб. И это его и многих других победа: и тех кто погиб, и тех кто выжил, и тех кто как то выживал или не выживал в тылу, в оккупации, в окружении, в блокаде, в лагерях с разных сторон, но никак не тех, кто уже сегодня будет стоять на трибуне на Красной площади, а до этого решать кто может из ветеранов попасть на эту самую площадь, а кто – нет.

Isabella Buniyatova: У меня тоже погиб дядя с материнской стороны. После оккупации (когда война началась ему было 14) его взяли в штрафбат, и он погиб в Румынии. Родители ушли на фронт добровольцами, там и познакомились.

Зинаида Данилова: мой дед не воевал…
Год рождения 1897 Ратин Абрам Матвеевич Национальность еврей, Уроженец местечка Хомск Гродненской губ.
Место проживания г. Москва, ул. Старое Коптево, д.29, корп.2, кв.4 Абрам Матвеевич Ратин

Образование высшее
Партийность член ВКП(б)
Род занятий заместитель начальника
Арестован 28 апреля 1938 года
Осужден Военной коллегией Верховного суда СССР
По обвинению в участии в контрреволюционной террористической организации
Приговорен к расстрелу 16 сентября 1938 года
Приговор приведен
в исполнение 16 сентября 1938 года
Реабилитирован 28 сентября 1957 года, определением Военной коллегии Верховного суда СССР
Место захоронения Бутово-Коммунарка
Место хранения дела Центральный архив ФСБ России

Avigdor Frenklakh:

Родной брат моей матери, его звали Фая Пекаровский, был очень любознательный он много читал. От него эта любовь перешла к сестре, а потом и мне досталась по наследству. Он попал на фронт в первый год войны. И не вернулся. Через много лет после войны в дом к моему деду пришел однополчанин и рассказал, что во время атаки Фая встретил земляка и они остановились на минуту. В это время подошел заградотряд НКВД и без слов его расстреляли. Мой дедушка Абрам Пекаровский, когда узнал это всю ночь сидел возле окна и курил. Моя мама решилась рассказать мне эту историю только сегодня.

Avigdor_Frenklakh_1 Avigdor_Frenklakh_2 Avigdor_Frenklakh_3

Sergey Auslender:

Знаете, кто на фото? Это братья Салливан. Джозеф, Фрэнсис, Альберт, Мэдисон и Джордж. Их было пятеро, все вместе служили в экипаже зенитного крейсера “Джуно” и все пятеро погибли, когда корабль потопили японцы в битве при острове Саво. Их родители узнали о гибели сыновей лишь спустя год. Эта история вдохновила создателей фильма “Спасение рядового Райана”. Вот такую цену заплатила семья Салливан во Второй мировой войне. И еще миллионы других семей из Новой Зеландии и Австралии, Америки и Британии и множества других стран, которые вместе с нашими солдатами воевали с общим врагом. Они не отсиделись, как модно ныне говорить, за спинами русских. Те, кто погиб на Тихом океане, кто форсировал Иравади, опрокинул самураев в болотах Кокоды, карабкался по отвесным скалам Нормандии, дрался под Бастонью, горел в танке под Эль-Аламейном, отбивал атаки японской пехоты на Гендерсон-Филд, вел караваны ленд-лиза, кто каждый день вместе с нами приближал победу. Общую, одну на всех и помнить надо тоже всех.

А я сегодня выпью за Давида Нафтуловича и Александра Иосифовича. Своих двоюродных дедов, сгинувших в том страшном лихолетье. Я даже не знаю где и как они погибли. Но помнить буду всегда.

bratya_Sallivan

Оксана Репина:

45(46)й год. Урал. Моя бабуля (светлая ей память), торгует на станционном базарчике, (двоих деток как то нужно было прокормить, маму и её младшего братика.Третий ребёнок умер ещё в начале войны. Дед мой (26 лет!) пропал без вести в первые дни войны. А мама моя каждый день после школы проводила на ж/д станции, папу ждала. А эшелоны шли с пленными. А моя еврейская мама, светловолосая, с голубыми глазами. Из вагона её увидел немец, стал рыдать, объяснял на пальцах сколько у него kinder (4,5), мама уже не помнит. Он подарил маме салфетку,вышитую его дочкой. Мама побежала к бабуле на базарчик. Бабуля расплакалась, завернула в тряпицу кусок хлеба,сказала: “Иди, покорми фашиста, может твоему отцу тоже кто-то кусок хлеба даст”. Мама так бежала, упала, разбила в кровь колени. А эшелон ушёл. А дедулю моего 26 лет нашла в Книге памяти.

Oksana_Repina

Борис Яновер:

Мой дед Коган Борис Самойлович погиб в сентябре 1941 во время обороны Киева. Мой дед Яновер Давид Захарович прошел всю войну. Помним и гордимся! Спасибо дедам за Победу!

Topaller Journal:

Ровно год назад я поставил этот текст. Мне нечего добавить. Разве только то, что нынешняя уголовная власть России умудрилась испакостить и этот святой праздник. Достаточно посмотреть на всю эту самодовольную сволочь, обвесившуюся неизвестно откуда взявшимися цацками. Помните старый анекдот? Встречаются две собаки.
– Ну, как ты?
– Да вот, от хозяина ушла.
– А что так?
– Когда он меня забывая кормить – я терпела, когда он меня забывал выгуливать, я терпела. Но когда он, падла, на День Победы надел мои медали — не выдержала…
Хорошо хоть у лидеров большинства стран хватило совести не приезжать в Москву на этот мерзкий шабаш. И шпана, находящаяся у власти и поставившая праздник себе на службу, превратившая его в помпезную дешевку, отметила этот день с вьетнамцами, монголами и африканцами, а не с англичанами и американцами, без которых (как бы ни лгали!) победа была бы попросту невозможной…

Вокруг Второй мировой войны, как и вокруг всех исторических событий наворочена масса вранья, дурацких лозунгов и заклинаний. Мы знаем о преступном сговоре Сталина и Гитлера, знаем о секретных договоренностях между двумя фашисткими государствами, знаем о миллионах напрасных жертв, знаем о предательстве и подлости, знаем о СМЕРШе, знаем о заградотрядах, которые расстреливали своих, знаем об особистах – советских гестаповцах, знаем о русских концлагерях, в которые прямиком отправлялись солдаты, освобожденные из немецких концлагерей. Нагромождение грязи, крови, лжи… Но все это не имеет никакого отношения к людям, прошедшим адовую мясорубку войны. Людям, для которых война навсегда останется главным событием жизни, точкой отсчета… Их становится все меньше среди нас. Время безжалостно.
Я не сентиментальный человек, но когда я вижу на улицах Москвы, Тель-Авива, Нью-Йорка, наших ветеранов с медалями и орденами на груди (настоящих, а не ряженную сволочь), то испытываю особое чувство. Чувство, возникающее всегда в финале блестящего смирновского фильма «Белорусский вокзал» – хроникальные кадры возвращения победителей и звуки марша Окуджавы и Шнитке…
Наши старики совершили подвиг. В жутких, неимоверных, невозможных условиях. Это они, а не сталинская банда, сломали хребет нацистам. Сломали не благодаря советской власти, а вопреки ей. И это был не просто подвиг, это было чудо, как был чудом разгром фашистов на окраинах Москвы. О войне написано много отличных книг, стихов, сняты прекрасные картины. Но эта страшная война все дальше и дальше уходит от нас, а для наших детей, которые ощущают себя американцами, канадцами, израильтянами, она вообще что-то абстрактное, скучно-далеко-историческое. А их деды и прадеды надевают сегодня ордена, привезенные с собой гимнастерки, перебирают фотографии, на которых они такие молодые…
Низкий вам поклон от всех нас. За то, что победили, за то, что всю жизнь вкалывали как сумасшедшие, за то, что у вас хватило мужества уехать из России вместе с вашими детьми и внуками, а ведь вам это было несравненно труднее. Спасибо, что сегодня помогаете нам, терпеливо сносите нашу невнимательность, раздражение, равнодушие. Вы нас простите. Мы знаем, что очень многим обязаны вам, знаем, что если бы не вы, не довелось бы нам на днях отмечать еще один святой праздник – День независимости Израиля. Мы вас очень любим. С праздником Победы вас, наши дорогие! Низкий вам поклон и вечная благодарность. И, как сказали бы в Одессе, будьте нам здоровы!

Андрей Плесанов:

Мой отец Михаил Никанорович Плесанов. Прошел Финскую, Отечественную и Японскую.

Andrey_Plesanov_1 Andrey_Plesanov_2 Andrey_Plesanov_3 Andrey_Plesanov_4 Andrey_Plesanov_5

 Бачо Корчилава:

Мой дед, Абесалом Давидович Корчилава. На фото он в середине. С 1941 по 1945 танкист. Всего лишь капитан. Он очень любил 9 мая, и свою Родину – Грузию. За время войны он получил 16 ранений. Принимал участие в Сталинградской битве, в операции по форсированию Днепра, брал Берлин. Имел огромное количество орденов и медалей, но страшно не любил их надевать… Никогда не любил рассказывать, всегда говорил – было очень страшно, но опозорится было страшнее… После войны его оценили, назначили генеральным директором Ленинградского завода шампанских вин… Моя мама и моя тетя родились в Ленинграде. Однако в начале 60 дед не выдержал и перебрался назад в Грузию, в Сухуми. Когда я спрашивал почему, дед отвечал – тут люди лучше, Родина она такая, всегда тянет тебя… Он нас и научил всех в семье, быть принципиальными во всем. Часто говорил – если бы я мог быть подонком, был бы генералом, но меня и так все устраивает, потому что я не боюсь если мне ночью постучат в двери, это могут быть только гости…
В общем Победа большая, далеко не Путина, или России, она вот таких принципиальных дедов…

Abesalom_Korchilava

Аркадий Монастырский:

Мой отец – Монастырский Илья Исаевич – инвалид Великой Отечественной
войны , участник обороны Киева, участник сражения на Курской Дуге.
Воевал с 1941 по 1943 год в составе 17 Армии. Это единственная фото –
графия с времен войны. Папа на фотографии справа – осуществляет ремонт
самолета Лавочкин-1. В 1943 году под Курсом был тяжело ранен и после
лечения в госпитале был отправлен в запас состава Советской Армии.
В январе 1944 года вернулся в освобожденный Киев . Отец был награжден Орденом Отечественной Войны 1 степени, медалями и почетными
знаками. Всегда помним и гордимся нашим отцом и дедом!

А это на параде в Минске. 11-ти летний Коленька также был в форме главнокомандующего с колорадскими ленточками.

Luka_parad_vMiske

Luka_parad_vMiske1

Игорь Эйдман:

Религия халявщиков и мародеров

Культ победы в Великой Отечественной войне (ВОВ) давно начал приобретать характер новой религии. Его наиболее фанатичные приверженцы напоминают исламистов, по аналогии с которыми их можно назвать “ВОВистами” или “ВОВанами”. Основная догма ВОВизма: “Мы спасли весь мир: и подлых евреев, и тупых америкосов, и коварных англичан, и хитрозадых хохлов (хотя, вообще-то, всех их гадов лучше было бы и не спасать). А теперь нам все должны. Те, кто в этом сомневается — неблагодарные фашисты”.

ВОВаны даже не задумываются о том; что самого государства, которое победило в ВОВ (СССР) давно нет, а современные россияне в подавляющем большинстве никакого отношения к событиям семидесятилетней давности вообще не имеют.

Вообще культ ВОВ – религия халявщиков, примазывающихся к чужим победам. Типичный ВОВан напоминает внучка-захребетника, шикующего перед дружками на пенсию деда и ощущающего при этом себя крутым и богатым.

Приверженцы религии ВОВ поступают по отношению к реальным ветеранам войны как мародеры, обворовывающие погибших на поле брани. ВОВаны присваивают себе эмоциональной удовлетворение от чужих подвигов, за которые другие заплатили жизнями. Деды воевали и погибали. А внуки их обобрали: присвоили себе чужую славу и рады по уши.

Религия победы в ВОВ постепенно приобретает характер навязываемого обществу тоталитарного культа, ставшего важной частью формирующейся шовинистической государственной идеологии. Вся эта ВОВ-истерия — свидетельство того, что государство в России становится все более идеологизированным, движется от авторитаризма к тоталитаризму.

Игорь Свинаренко:

Тоска. А может, и скорбь. Такой праздник. Сколько народу убило. Сколько мучилось потом из выживших. Чтоб сбить пафос, дам историю из своей книжки “Донбасс до…”. Не про дедов, один убит под Сталинградом а другой пришел инвалидом – а про дядю Володю.

“ФАРЦА

Мой старший дядя, Владимир Иванович, в свое время был самым знаменитым фарцовщиком шахтерского города Макеевка.
Правда, джинсами и Marlboro ему не довелось поторговать, ему выпала другая масть: в 1942 году он с дружками воровал с немецких складов тушенку, шоколад, сигареты Juno и шнапс, и неплохо на этом зарабатывал. Парень содержал семью – мать, двух братьев и сестру – и еще на развлечения оставалось. Из добычи особенно хорош был шоколад, далеко не все в те годы знали, что это за фрукт такой. Иные его попробовали только благодаря патриотической инициативе моего дяди.

Жизнь, короче, вполне удавалась. Но как-то при облаве на базаре немцы взяли одного хлопца из Володькиной команды с поличными, во время осуществления незаконной бартерной сделки: он менял казенное имущество Вермахта на хлеб! Куча статей. Пойманного связали и повезли на машине по городу, он должен был показать, где живут сообщники, ну, и показал, хотя, теоретически, мог бы пожертвовать собой заради братвы.
Группа захвата приехала в наш старый фамильный дом на Капитальной, но Володьку дома не застали. Он был уже в курсе и спрятался у соседей через две улицы, – так что вместо него забрали бабку Марью, его мать. Дело шилось серьезное: ее муж, который после пришелся мне дедом, был партийный и в то время геройски воевал и пух от голода под Питером. А пацаны усугубили свою вину тем, что по дурости вышли за рамки обычного ларькового ассортимента и унесли со склада винтовку, – а это, сами понимаете, уже другая статья. Хрен с ним, с шоколадом, но оружие задержанная не могла сдать правоохранительным органам, она ж не знала, что пацаны замотали ствол в тряпки и спрятали в подвале школы, в углу, под кучей золы.
– Плохи твои дела, старая ведьма, – сказал переводчик. – Чувствую, шлепнут тебя. Ну, так сама виновата.
Бабка все поняла и сделала последнюю попытку, после всех рыданий и вырывания волос, и причитаний, она хлопнула себя по лбу, вспомнила самое главное – воскликнула:
– Та вiн же не мiй син! Це ж не мiй син!
– Що ти брешеш!
– Тю, коли це я брехала? Нехай он люди скажуть.

Привели людей, то бишь соседей, те стали сотрудничать с фашистами и охотно дали показания: Марьин Иван точно воюет, в Красной Армии, но он зато не жид, не москаль и не комиссар, а рядовой, даром что партийный. А Володька – сын Ивана от первой жены, давно покойной, да не сам ли он ее, кстати, и грохнул? Парень горячий, ему под руку лучше не попадаться…
Короче получился красивый такой happy end: кровавые немецко-фашистские захватчики выпустили многодетную мать под подписку, Володька сбежал в Мелитополь, немцев из Макеевки выгнали, дед вернулся из госпиталя, пусть инвалид, главное живой. И Володька тоже вернулся из бегов целый и невредимый. Его уже обыскались военкоматовские, думали, косит от армии – но быстро разобрались и вместо лагеря отправили парня в учебку. И это было счастьем: кого призвали сразу после освобождения города, тех кинули в ополчение, на передовую, и скоро все эти «серые пиджаки», как их называли, поименно были упомянуты в похоронках. Володька отправлялся в армию в состоянии некоторой депрессии. Когда соседи стали ему рассказывать подробности про арест мачехи, он удивился: какой такой мачехи? А ты что, большой мальчик и не знал? Он пошел к Марье, та призналась, винилась, что как-то все недосуг было рассказать, тем более, что история с гибелью родной матери была так не очень ясная…

Он даже плакал и попрекал мать… Володька так и продолжил ее называть, и все так же на «вы», как у них было заведено, и после слал ей треугольниками максимально теплые письма, которые только мог сочинить. Но до самой смерти попрекал ее, непонятно в шутку ли, тем, что она от него оказалась:
– Я ж не твiй син, – и дальше продолжал по-русски:
– Ты, получилось, меня предала.
– А что мне оставалось делать? У меня ж было еще трое детей. А если б меня расстреляли? Что б с ним было? А так, он глянь, я просто спасла Колю (это, кстати, мой отец) и Леню, и Раю…
По-русски она говорила, только когда что-то было не так, ну, казенные какие-то беседы, с чужими; а когда свои, то зачем же по-русски с ними? Зачем людей обижать? (С переводчиком в гестапо она заговорила под конец по-украински просто от нервов, забывшись и потеряв над собой контроль, как радистка Кэт). Разговоры с Володькой про то, что она от него отказалась, были как бы продолжением дачи показаний, шла вроде та же тема отношений с правоохранительными органами, которые все – фашистские, коммунистические или белогвардейские – были, что так, что этак, репрессивными. Белых она тоже замечательно помнила, на ее девичьих глазах казаки пороли нагайками так называемых красножопых, аж шкура слезала со спин и с этих самых жоп. А насчет НКВД она иногда подумывала, что вряд ли б ее отпустили так легко за детскую кражу шоколада, – не говоря уж про винтовку.

Кстати, история с фарцой немцам пошла на пользу, они сделали выводы, приняли меры, подтянули дисциплинку. Часовые после того случая уж не бросали склад на произвол судьбы, а то, бывало, пили чай в караулке по 15 минут кряду. Улучшилось и снабжение бойцов Вермахта бахчевыми культурами: то все военные арбузы разворовывались, а как поставили по краям поля виселицы – неважно, что пустые – воровство прекратилось. А то немцы поначалу расслабились как-то…

Воевал Володька в артиллерии. Что у них там было и как, Бог весть. Остались какие-то его письма того времени, но чего там тогда можно было написать? Так, только изредка попадались бессмертные строки:

«…Мама ты пишеш Леня спрашивает с какой я пушки стреляю, пушка моя не очень завидная, противотанковое орудие 57 мм. Папа должен знать, что это за орудие, вчерашний день отбивали контратаку пехоты противника.
Мама час победы близок, так что, в скором времени, ждите нас победителями домой. Иду на выполнение боевого задания».

Леня – это самый меньший брат, про которого уже была речь.
Или так.

«…я дал клятву что в 1945 г. буду бить фрицев еще крепче. Сейчас пока стоим в обороне открыт счет мести фрицам. 2/1-45 г. я убил одного фрица и сегодня одного, в общем на моем счету уже есть два гада, 1945 год только начался.
Мама сегодня получил письмо из Мелитополя от своей любимой Надички, она пишет, что написала тебе письмо но ответа от вас еще не получила. Мама если получила письмо то прошу дай не плохой ответ вообще имейте с моей дорогушей переписку. Очень хорошая девушка, это учти не та которая есть на фото, то была временная жена которая кормила меня в тяжелое для меня время. А Надежда Шматко учится в гор. Мелитополе на курсах инженеров-механиков, и она меня несколько раз выручала из крутого положения в то время.
Привет всем родным и знакомым. Примите привет от моих друзей. Письмо писал в 2 ч ночи. С тем до свиданья. Ваш сын Вовка. Жду ответа».

Это было новогоднее поздравление, 1944-1945…
А вот апрель 45-го.

«Привет из Курляндии.
Здравствуйте дорогие родители. Шлю вам свой горячий боевой привет и крепко жму ваши руки.
…я хочу написать вам немного об жизни латышей которые живут в этой местности.
Живут они очень хорошо, имеют свои имения, по несколько штук коров, лошадей, овец десятка по два а то и больше свиней по десятку вообщем всего много.
И вот во время когда штурмуем эти имения бывают случаи что даже хозяева этих имений стреляют с пулеметов по нам. Но уж когда овладеваем хуторами тогда у нас всего вдоволь и выпивка и закуска все есть. Правда фрицы жестоко обороняются но все же все их старания удержать наши войска не под силу, хотя на нашем фронте продвижение маленькое, но пленных и трофеев очень много».

Самое замечательное в этом правдивом простодушном письме это штамп:
«Просмотрено военной цензурой 08981».
Вот уж точно просмотрено, все всех смыслах…
Действительно, что ж бойцам, уже не выпить и не закусить? Тем более, что Володькин командир допускал факты вопиющей дедовщины: забирал у молодых бойцов наркомовские и все выпивал лично… (Это уже из поздних устных рассказов).
А там и война кончилась, – но молодежь долго еще дослуживала. Письма шли уже не с войны, а из тыловой части, которая жила вполне себе беззаботной жизнью:

«…погода неблагоприятная, целый день идет дождь, вообще уже последние дни августа месяца пошли дожди, ночи стали холодные, раздетый не пойдешь к латышке».

С войны и от латышек Володька пришел сержантом и орденоносцем.
– А за что у тебя Орден Славы 3 степени? – спрашивали его, ожидая пафосных рассказов про подвиги и героизм.
– Да так… Наш взвод отстал от полка, а тут немцы, ну мы и стали отстреливаться, у нас была пушка. Хватились взвода, когда вспомнили, что у нас полковое знамя. Послали за нами роту, та отбила нас. Всем дали по ордену, ну, и мне тоже… Так получилось.
Еще у него был Орден Красного знамени, связь которого с фактами героизма он тоже отрицал. И медаль «За оборону Ленинграда», про которую он после говорил детям:
– В любой Ленинградский вуз устрою, я как участник обороны города имею льготы!
В Латвии тоже полно вузов, но их он сыновьям не рекомендовал…

Уйдя на дембель, Володька быстро женился – но не на одной из своих подруг, каким писал из армии, а на серьезной девушке Тане из планового отдела шахты «Капитальная». Она, несмотря на всеобщую нищету, очень тщательно подбирала гардероб и как-то так его дизайнировала, что выглядела просто дамой, к тому ж она медленно поворачивала голову, когда ее окликали, и смолоду требовала, чтоб к ней обращались по имени-отчеству. Володька – тогда непьющий, и ТВ еще не было – завел себе хобби: голубей. Он их целовал, кидал вверх камнем, гонял с шестом, менял на базаре – короче, любил. Полет, свобода, – наверно, дело было в этом, простейшие символы. Молодая жена, само собой, осуждала это детство и пыталась загнать своего геройского мужа в вечерний институт. Он отшучивался, но голуби ж, и правда, веселей.
Однажды Володька вернулся с работы, а голубей нет. Ни одного. Что такое? Оказалось, пришел парень, говорит, к вам, мой голубь вроде залетел, а нельзя ли посмотреть. Да чего тут смотреть, забирай их хоть всех, сказала Татьяна. Он унес с собой два мешка птиц. Ей было смешно смотреть, как они ворковали и трепыхались, связанные. Он был вне себя и странно, что не убил ее.
Может, именно с того вечера жизнь их начала разлаживаться, он полюбил выпивать и завел вполне взрослое, не детское уже хобби: девок.
– Что, тебе опять не нравится? Да тебе просто не угодишь, – говорил он полу в шутку, прикидываясь удивленным.
Но жена таки вынудила его пойти учиться – правда, всего лишь в техникум. Конспекты и курсовые пришлось за него писать самой, «тебе надо, ты и занимайся». Диплом, тем не менее, выписали на него…

Без высшего образования он смог дослужиться только до начальника профкома, что, впрочем, тоже неплохо. Вместо того, чтоб слепнуть в мрачных угольных подземельях и забивать легкие убийственной пылью, он проводил время на свежем воздухе: дружил с подшефным колхозом, отправлял детей в лагеря (пионерские), командовал похоронами убитых на производстве шахтеров, – и еще ж распределял квартиры! Одну из которых превратил в базу отдыха, где руководство дружило с девушками, и все у них получалось здорово, – а раньше нелегальная любовь протекала исключительно в лесопосадках! Какой прогресс…
Что касается личной жизни, то Володьку на шахте называли «Дважды герой». Потому что одна его постоянная подружка – после развода с Татьяной, которой он не простил голубей, а она ему – бл.дей, – была дочка Героя Советского Союза, а у второй – у Людки – папаша был герой Соцтруда. Стало быть, девушки из хороших семей засматривались на него. Старший сын подкалывал старика-отца, беспримерного ходока:
– А мне как, Люду мамой называть?
Мальчик был ее всего на четыре года младше…

Ирония судьбы: человек любил поорать про ненависть и презрение к спекулянтам, хвалил работяг, но как-то получалось, что жил он весело и красиво, и всегда был при делах, там, где делят что-нибудь радостное. А убытки его страшно раздражали. Он не мог забыть про обиду, которую фронтовикам нанесли в оттепель: перестали доплачивать за ордена, а деньги это были серьезные.
– Я орденами, значит, гордился, а теперь это что ж – просто значки? – вопрошал он.
Была, была в нем коммерческая жилка, но он в этом боялся даже себе признаться; ну а что, такое было время и такое воспитание. Но вот эту сметку он своему потомству передал, сам того, вроде, не желая – но хромосомы ж не спрашивают, как им быть. Младший сын в 90-е внезапно прыгнул из инженеров в бизнес, торговал металлом, в долю попросились бандиты, слово за слово, ну и пуля в голову, широко пожить не успел, все нажитое вкладывал в пропащее, как оказалось, дело. Старший сын кончил мореходку, думал – «навезу колониальных товаров и буду гулять!» Так оно и получалось, долго, потом «профессия моряка стала не престижной, а даже позорной», но это уже другая история. Это сыновья; а у внука – МВА, он с головой ушел в инвестиционный банк, растет, катается на лыжах, улучшает жилищные условия, все ж таки гены у парня сильные…

Володька умер в 66 лет, в 1993-м, а про то, что скоро помрет, знал заранее, он был в курсе, отчего высох и как будто стал меньше ростом: рак. По Макеевке всегда ходили разговоры про то, что от терриконов фонит, и все, что вытащено из-под земли, из глубины – то хуже Чернобыля. А дальше, как кому повезет: на одних не действует, у других внутренности гниют, а у третьих стоит так, что аж человеку самому страшно. Дядя, кстати, до самых последних недель дружил с девчонками, которые по старой памяти, помня его профсоюзную борьбу за права трудящихся и широкие банкеты в шахтной столовой, давали старику из уважения.

Дай Бог всякому такого послесловия – да к тому ж ко вполне продолжительной, полезной для страны и, несмотря на это, веселой жизни”.

Игорь Свинаренко:

Как мой дед вернулся с войны домой, после всех госпиталей. Из той же книжки “Донбасс до…”

И про Кирюшку очень зубодробительно, отец на фронте а мать загуляла, пацану больно, он хочет про это написать отцу — а надо ли? У Платонова есть рассказ на ту же ужасающую тему.

“…А потом деда достало из миномета, ударило осколком в ногу, когда шли в атаку, по снегу. На волокуше его притащили в землянку медсанбата, налили спирту – и на стол. Ступня раздроблена, пяточная кость расколота (позже похожее ранение получил на съемках телеведущий Парфенов, когда под ним проломился помост), обе голени переломаны. Два дня дед орал: «Бл…, ё… вашу мать, вперед, за Родину, за Сталина, – за мной!» Дальше его отправили в госпиталь на Селигер. А после в Вышний Волочек, в госпиталь, и там положили в углу на носилках. И говорят:
– Вы не в этот госпиталь попали! Вас в другой надо.
– Да куда ж мне в таком виде в метель?
– Ничего не знаем.
Дед тогда достал пистолет с такой мыслью: «Если что – убью». Добрым словом и пистолетом можно добиться многого! Оставили раненого в госпитале и принялись лечить. С ногой было много мучений, она дико болела, дед умолял ему эту несчастную ногу уж отрезать, раз уж он все равно не боец. Но его не послушали. Может, военврачи боялись уголовки, после всех тех историй с самострелами.
Вот из его записей:
«В первые дни у меня была высокая температура и слабость от большой потери крови. От пищи я отказывался, состояние было угнетенное и безразличное. Думаю – а, все равно! Ноги нет, руки тоже нет (это я так думал тогда), – зачем мне жить? Об этом медсестра доложила главврачу госпиталя. Он подошел ко мне как-то и спросил, почему я ничего не ем. Стал меня убеждать, что для скорейшего выздоровления нужно питаться. Я категорически отказался:
– Зачем и для чего я нужен в таком состоянии? Оставьте меня в покое!
Главврач – участник финской войны, и на груди у него был Орден Красной звезды. Когда я увидел орден, мне стало просто стыдно, что такой заслуженный человек уделяет мне столько внимания.
Он вторично подошел ко мне и спросил:
– Что бы Вы ели? У нас для раненых все есть.
Я сказал, что хочу свежее яблоко красное и меду. Откуда, думаю, они возьмут… Красное яблоко на фронте! Врач ушел, я подумал, что он оставит меня в покое.
Однако через несколько минут он подошел снова с медсестрой, которая несла на тарелке два красивых свежих яблока, мед и две банки – тех, что на спину лепят – красного вина. Уговаривать не стал, а приказал:
– Выпить вино и съесть то, что просили! Я приказываю!
Выпил он вино – и я выпил. И съел яблоко. Медсестре он приказал, чтоб перед едой давали мне по стопке вина или водки.
И вот как утро, надо завтракать – кормили хорошо – стопочку приносят, выпил – хорошо.
А как-то консервированной крови моей группы не оказалось, тогда вызвали донора – молодую девушку-комсомолку, и она согласилась дать мне свою кровью. Я отказывался: зачем ее мучить? Но она категорически настаивала, и мне пришлось согласиться. Она оставила мне свой адрес, но он затерялся потом в переездах, а вспомнить не смог. И не смог еще раз поблагодарить ее письменно за благородный поступок.
Это написал, чтобы знали, какое чуткое внимание было к раненым».
Рана была тяжелая, сложная, его долго мотало по госпиталям, от Селигера до Горького через Подмосковье и Москву, — с декабря 42-го по осень 44-го.
Наконец он выписался и поехал – не домой, хотя немцев из города уже выбили – а на Урал. Дед что-то объяснял про документы, про то, что его оттуда призвали, значит, надо и вернуться, хоть заехать… Но после до самой смерти бабка ему при случае, когда они орали и ругались, высказывала:
– А, не нравится? Так никто не держит! Езжай к своей уралочке!
Больше никакой информации про амуры деда до потомства не дошло.
Короче, отправился он на Урал. И там заехал в село Чебаркуль, где жила семья пулеметчика из его взвода. У деда пытались выспросить, как там сейчас их Кирюшка, но дед его уж года два не видел, с того последнего боя. Сын Кирюшки, подросток, поехал провожать деда на станцию. И там, когда они сидели вдвоем в ожидании поезда, мальчишка горько заплакал.
Ему было очень обидно, что отец сражается на фронте с фашистами, а мать спуталась с шофером, который у них живет на квартире, спит с ним. Пацан хотел про это написать отцу, да бабка запретила: жив останется, придет, пусть сам разбирается. Дед подумал тогда: «Такое дело приходит на баб иногда». А мальчишке сказал:
– Да, верно, не пиши, это правильно бабка сказала. Это тяжело ему будет. Что ж он может сделать? Ничего ж не сделает… А напишешь, настроение какое у человека будет?
Дед посмотрел на эти детские страдания – и в тот самый момент, может, решил вернуться на Украину, к семье. Легко себе представить, что тогда он подумал про своих четверых детей. Как они там жили без него? Чего боялись? Над чем жалобно плакали?
И вот он поездами, на перекладных, с костылями и пересадками, долго-долго ехал и проехал полстраны, и вернулся в родной город. Который стоял почти совсем пустой. По пути дед остановился в парикмахерской, где его умыли и побрили, — чтоб предстать перед своими в приличном виде.
Он вошел в домишко… Тощие его дети, бритые наголо, вши же, сверкали голодными глазами, они были полуголые — из вещей почти ничего не осталось: что можно было, все пошло на менку, на харчи. И в доме была холодина, топить нечем. В углу на кровати больная жена… Она по такому случаю встала. Дед привез с собой две пачки пшенного концентрата, из них сварили похлебку, и дед перепугался, когда увидел, как его дети кинулись на эту кашу. Все это было моментально съедено. Он тогда подумал: «Ребята голодные как собаки». Может, и Урал вспомнил, на котором чуть не остался…
Еще оставались деньги на полевой книжке, и на следующий день он с дочкой Раей, моей будущей теткой, пошел на базар. Буханка хлеба стоила 140 рублей, кило сала — 300. Деду запомнилась милиция, которая всех ловила: и кто покупает, и кто продает. Купили еды, Рая несла покупки домой, а дед тащился за ней на костылях… Вечером он выдал детям хлеба по куску, сала, покрошил цибули. И спать, тогда как попало спали, кто под кроватью, кто где.
Бабка на ночь рассказала ему ужасное: она побывала в гестапо, думала, что все, конец. И дети без нее пропадут. Забрали ее из дома, после того провели обыск. Искали немцы краденое. Старший сын, Володька, воровал с товарищами с немецких складов сигареты, тушенку, шоколад и прочее. Потом товар продавал на базаре знакомый фарцовщик. Немцы его взяли, он испугался, водил их по городу и показывал, где кто живет из этой компании. Володька успел сбежать из города в какую-то деревню под Мелитополем и там жил до ухода немцев.
В гестапо (что там с ней бедной делали?) несчастная сказала, что Володька ей не родной сын, он от первого дедовского брака. Это подтвердилось, ее выпустили. Беглец объявился дома в сентябре 43-го, когда выгнали немцев, и добровольцем ушел на фронт, попал в артиллерию. Вернулся из армии поздно, в 51-м, с орденами. И до самой материной смерти – мачехой он ее не считал – попрекал, что она от него отказалась. Она каждый раз принималась объяснять, что иначе было не спастись, дети б пропали без нее, и он выслушивал ее ответ молча.
Дня через три дед поехал с женой и свояченицей Настей в Днепропетровскую область, в село недалеко от станции Пятихатки — выменять продуктов. Собрали все, что имелось еще из пожитков, и еще отрез ткани, начальник ОРСа дал фронтовику. Еды за это дали так мало, что пришлось отдать еще и бритву; деду было досадно, что он бритву променял, что бриться нечем. А потом он еще гимнастерку снял с себя и белье, остался в бушлате теплом на голое тело.
Они остановились у одной молодой хозяйки. Женщины помогали хозяйке копать огород, а дед сидел в хате и чистил кукурузу, выдирал зерна из кочанов. За этот труд они получили сколько-то картошки, кукурузы и пшеницы. С этим багажом, что наменяли и заработали, на коровах доехали до станции, а там удалось залезть в товарный вагон, им повезло – как раз эшелон порожняка следовал в Донецк. На первый случай семья была обеспечена питанием. Из привезенного зерна они пекли хлеб. Такая терка была, железная, и на ней перемалывали пшеницу два раза, пекли хлеб и несли на базар. Хлеб был нарасхват.
А потом, когда после немцев жизнь наладилась, им дали хлебные карточки. И зажили они…”

Дорога к Яме  АВТОР

Завтра в полдень, как и каждый год на 9 мая, я пойду на Яму. И, как всегда в этот день, там соберутся сотни минчан. Я буду бродить по кромке уходящего в землю конуса и всматриваться в лица. Буду останавливаться, узнавая знакомых, вскрикивать и обниматься: кого-то не видел год, а кого-то десятки лет. Буду с горечью узнавать, кого за минувший год не стало, кто болеет и не смог прийти…

Яма — сердце старого Минска. Здесь 2 марта 1942 года были зверски убиты нацистами пять тысяч минских евреев. Поэтому и собирались в День Победы на краю обрыва, отделяющего жизнь от смерти, в основном евреи. Но с годами их в Минске становилось все меньше, и места на площадке над Черным обелиском стали занимать люди самых разных национальностей. Это был не зов крови, а жажда настоящего.

Яма — настоящая. Она возникла в Минске не по указу начальства, а вопреки ему. И Черный обелиск — настоящий. Его защищали — и защитили! — от советской власти минчане. И день Победы не как повод поиграть мускулами, а как возможность вспомнить о погибших и поблагодарить тех, кто не жалел своей жизни, защищая других, — он тоже настоящий! Настоящий день Победы у настоящего памятника… (Для прочтения всего материала, нажать на название)

Геннадий Несис:

Отец – Ефим Израилевич Несис после тяжелого ранения под Будапештом в апреле 1945 года провел в госпитале более восьми месяцев. ( Более полугода – в гипсовом панцире). И вот первая мирная весна 1946 года.

Gen_Nesis_1 Gen_Nesis_2

На этой фотографии моей маме – Наталии Иосифовне Несис ( Альтшулер) всего 26 лет, а отец, и того моложе, а сколько уже пережито!

 

Tamri Makhniashvili:

Старая фотография. Одна из трех сохранившихся…потертая и истрепанная, как жизнь, напоминанием о которой является. Дед, Михаил Александрович. Я его никогда не видела. Богатырь,огромного роста. Говорят, мог выпить ведро вина, без напряжения и ущерба для себя и других…Добряк. Жили в старом тбилисском доме и мама рассказывала, что когда привозил подарки детям, то не только своим, но и всем соседским ребятишкам во дворе. Имел бронь от института, в котором занимал высокую должность, но ушел на фронт добровольцем. Считал, что иначе нельзя. Последнее письмо пришло из Сталинграда, в сорок втором…И больше ничего. Никогда…Бабушка осталась одна с двумя детьми. Долгие годы писала письма во все инстанции, искала…Ничего. Как будто и не было человека. Несколько строчек со скупыми данными из архива- родился тогда-то, призван, пропал без вести. И все. Она ждала его всю жизнь. Через 46 лет, когда уже не вставала с постели, сказала маме : «Когда Миша вернется,скажи ему..» Не «если», а «когда»…Всю жизнь верила,что он живой и вернется…За эти годы появилось много архивных данных, сайтов,где выложены сведения о пропавших в те годы.Я искала везде, где только можно…и опять ничего.И мне всю жизнь очень больно, что мы так и не смогли отыскать могилу, чтобы положить цветы, даже никаких следов не нашли…
А жизнь продолжается. Выросли дети, внуки. Растут правнуки, которых ему не суждено было увидеть. Потому что война. Страшная и беспощадная. Пусть их не будет никогда. Нигде. Светлая память тебе, Миша. Мы тебя помним. Светлая память всем, кто не вернулся с той проклятой войны…

Tamri_Makhniashvili

 Josef Gelston:

Справа на фото ст. сержант, исполнявший обязаности старшины отдельного батальона химической защиты, Исаак Иосифович Гельстон, 1909 г. р. Мой отец. Фото сделано в Германии, летом 1945 г. На груди у отца едиственная боевая награда, медаль “За оборону Кавказа”. Фотография с той войны тоже единственная. Отца призвали повторно в армию накануне больших манёвров, которые проводились в 1940 г. на Украине. Таким образом, он встретил войну находясь в армии. Первые недели войны он служил во взводе личной охраны маршала Будённого. Вскоре Будённого отозвали с фронта, а батальон химзащиты перебрасывали каждый раз в новое место, где немцы, несмотря на конвенцию о неприменении химического оружия, то гранату газовую подбросят, то какие-то колодцы или водоемы отравят. В непосредственное соприкосновение с противником их батальон вступил в 1942 году на Кавказе, где им был отведён участок обороны на перевале. Помню долгое время у нас дома хранилась малая книжечка-инструкция “Ведение боевых действий в горах”, которую отец привёз с войны. Там в горах отец получил контузию при обстреле и был награждён медалью “За оборону Кавказа”. Во время летних наступлений 1943 и зимнего 1944 гг. их батальон использовался для постановки дымзавесы при переправах рек. Осенью, как правило, дул западный ветер и для постановк дымовой завесы было необходимо переправиться незаметно на вражеский берег, завязать бой и под его прикрытиием ставить над реком дым. Оба раза, на Днепре осенью 1943-го и на Одере в феврале 1945 г. отцу пришлось искупаться в ледяной воде. Но он выжил. Демобилизовался осенью 1945 года во Львове. В 1946 году женился повторно, т. к. первую семью в Херсоне, жену и 2-их детей немцы растреляли в местном гетто. А в 1948 г. родился я.

Josef_Gelston

Tatiana Zaitseva:

Весь этот милитаристический угар, праздник торжества ярости в который превратили этот День Великой скорби для всех нас, вспоминаю и поминаю своего деда. Зайцев Федор Павлович, урожденный Орловской губернии, был угнан в Германию нацистами, в возрасте 17-ти лет. Побывал в нескольких концлагерях, бежал в Польше из поезда при перевозке, но поляки сдали его обратно нацистам. Был освобожден из Бухенвальда, но в СССР вернулся только через 2 года, работал переводчиком у коменданта г.Торсо. Он умер когда мне было 12-ть лет, но я до сих пор помню его номер на руке и буду помнить всегда! Какой же он был длинный этот номер…

Гай Франкович:

Еще один аспект, всегда омрачавший советско-российскую версию Дня победы над нацистской Германией. Это антисемитский душок, который, в общем-то, был характерен для режима и страны в целом, но 9-го мая воняло особенно. И болело. В детстве и юности, будучи полностью индоктринированным совидеологией, лишенный правдивой информации, я не особенно задумывался над этим – понимание стало приходить во второй половине 80-х, в период гласности.

Речь идет о табу на еврейскую тему в послевоенном СССР. Как следствие – полное замалчивание истории гитлеровского геноцида европейских евреев (половина из уничтоженных, почти 3 миллиона – были советскими гражданами). Молчание о том, что 500 тысяч советских евреев воевали в рядах Красной армии – третья по численности после русских, украинцев и белоруссов национальная группа, более 300 генералов и адмиралов Красной Армии в период ВОВ были евреями, о более полутора сотен евреев-героев Советского Союза и пр.

Борис Слуцкий

Про евреев

Евреи хлеба не сеют,
Евреи в лавках торгуют,
Евреи раньше лысеют,
Евреи больше воруют.

Евреи – люди лихие,
Они солдаты плохие:
Иван воюет в окопе,
Абрам торгует в рабкопе.

Я все это слышал с детства,
Скоро совсем постарею,
Но все никуда не деться
От крика: “Евреи, евреи!”

Не торговавши ни разу,
Не воровавши ни разу,
Ношу в себе, как заразу,
Проклятую эту расу.

Пуля меня миновала,
Чтоб говорили нелживо:
“Евреев не убивало!
Все воротились живы!”

Михаил Алтерман:

Сегодня пост чисто семейный. Мои мама и папа были младшими в своих семьях, воевали их старшие братья. Все три моих дяди прошли войну. У всех судьба сложилась по-разному.
Дядя Моисей (папин старший брат) начинал войну на Западном Фронте в 41 году, был ранен, а затем был начальником санслужбы 162 танковой бригады, военврач 2 ранга, в боях за Воронеж был представлен к Красной Звезде за личное участие и организацию эвакуации раненых под огнём (из 760 раненых ни один не погиб), но дали только медаль За боевые заслуги. Во время Харьковской операции, когда немцы перешли в контрнаступление, погиб в бою обороняя госпиталь 8 марта 1943. Где могила, и есть ли она неизвестно.
Мамин старший брат, дядя Зюня, тоже начинал войну на Западном фронте, а закончил в Манчжурии, в 1945, разгром Квантунской армии. Под постом их фотографии.
Подробней сегодня расскажу о мамином среднем брате, до войны его звали Шуня Брандес, после войны и до его смерти – Александр Левицкий. Его военных фото не будет, поймёте в конце почему. Когда всё повалилось в июне-июле 41 он лесами вышел в родное местечко. Все мои родились на Волыни, в местечке Вчерайше (сейчас Житомирская область), там ещё жили его бабушка с дедушкой (моей бабушки родители). Потом он оттуда ушёл каким-то образом после организации гетто. Я это вычислил, когда в прошлом году нашёл его имя (Шуня Брандес) в Книге Памяти Яд ва-Шем. Насколько я знаю, он долго скитался, смог сменить документы на Александра Левицкого, украинца. В конце концов его поймали немцы и он оказался в концлагере. Медосмотр он прошёл, поскольку единственный в семье был необрезанный (в такое время родился). В 45 их освободили советские войска, и весь освобождённый лагерь целиком отправили в Сибирь за добавкой, ещё на 4 года. Естественно о своём настоящем имени он не упоминал. Никто в семье о нём ничего не знал (искали Брандеса, а не Левицкого), тем более что все родственники во Вчерайше легли в один ров, и до 49 года о его судьбе никто в семье не знал.
Дальнейший рассказ о моей любимой теме (idee fix), роли случайности в судьбах моей семьи. Первый случай, я уже рассказывал в мамин день рождения. Это 41 год, история её эвакуации. Теперь возвращаемся в 49 год. Дядю Сашу выпустили из лагеря. Ничего о своей семье он не знает. Запросы делать не может. И он едет в Одессу, где они жили до войны. По дороге он решает сойти с поезда в Москве и разыскать моего отца. Они в детстве дружили, пока семьи жили в одном местечке, а потом все разъехались. Это отдельная история, которая началась арестом моих дедов ЧК, а закончилась в Голодомор. Примерным поведением оба не отличались, апогеем было, когда они, пацанами, сожгли синагогу и потом скрывались в лесу, пока всё более не менее успокоилось. К 49 году мама с папой уже были год как женаты, о чём естественно он не имел понятия. Вот она случайность опять в полный рост. Разыскал он папу, ну и естественно они взяли бутылку водки и отмечают это дело. Приходит мама из института, и что она видит. Да, жили мы в деревянном доме/бараке и вход из сеней, был прямо на кухню. Сидит какой-то мужик (а дядя Саша сел спиной к двери, и когда она вошла, прикрыл лицо ладонью). На столе бутылка водки, уже почти пустая, молодой муж сильно поддамши (зная дядю Сашу и папу, я сильно подозреваю, что бутылка была не одна). Реакция естественная, гордо подняв подбородок, пройти мимо и сообщить мужу, что он пьянь. Что она и сделала, а когда она прошла, дядя Саша, ей в спину – А брату здрасти сказать? Она обернулась и тут же упала в обморок (единственный в её жизни). Вот так. А фотографий его в 40е нет. Ни в немецком, ни в советском лагерях фотографирование не практиковалось (кроме лагерной охраны естественно).
С праздником 9 Мая! С Днём Памяти!

Mich_Alterman_1 Mich_Alterman_2

Кирилл Лятс:

Так получилось, что мне почти ничего не известно о моих воевавших предках.
Знаю только об одном прадеде, – Степане Иванове , который погиб в июле 1941 года, выходя из окружения в Литве.
Как он оказался в Литве в 1941 году, могу только предполагать. Никто ничего мне уже не расскажет.
Оба моих деда работали на заводах в Москве. Один делал самолеты, другой танки.
Обе мои бабушки, которые живы до сих пор, слава богу, тоже были тружениками тыла. Одна, Ия Иванова, дочь погибшего в Литве солдата, всю жизнь была поваром, и в войну возила полевую кухню на фронт под Москвой. Сама водила полуторку.
Другая работала на заводе, рыла окопы, сплавляла плоты, тушила фугасы.
Но Победа создавалась и их делами, как и трудом миллионов людей, которые ковали оружие и готовили одежду и еду для наших воинов. Спасибо им огромное. И, конечно, с днем Победы!

Михаил Бейзерман:

Вот как-то очень гадко, мерзко и склизко, от всего этого вычурного чествования победы. Глядя на призеров межгалактического конкурса “тупой еще тупее”, задаешься только одним вопросом – ну что эти поцы еще отмочат в своем победоносном порыве? К чему это я… Мой папа, и мой тесть воевали. Более того, они воевали вместе в 7 мех. Новоукраинско-Хинганском ордена Ленина, Краснознаменном, ордена Суворова корпусе, о чем мы с Талкой узнали в тот момент, когда решили познакомить родителей перед свадьбой. Они дружили давно и просто не предполагали, что судьба так забавно сведет их отпрысков. Войну они закончили глубокой осенью, далеко на востоке, под порт-Артуром.
9 мая, в наших семьях, всегда был святым праздником. Наших пап уже нет, но каждый год, 9 мая мы наливаем две рюмки водки, и кладем на них по кусочку черного хлеба.
И, честно говоря, у меня дикая ненависть и бешенство по отношению к ублюдкам, устроившим клоунаду и дешевое шапито из великого праздника. Надеюсь сдохните вы не быстро, и очень мучительно…
P.S. Ниже фотографии моего папы. С 17 до 20 лет. Мальчишка, от офицерской школы, до старлея – артиллериста. Командовал батареей “Катюш”.

Michail_Beyzerman_1 Michail_Beyzerman_2 Michail_Beyzerman_3 Michail_Beyzerman_4 Michail_Beyzerman_5 Michail_Beyzerman_6 Michail_Beyzerman_7 Michail_Beyzerman_8 Michail_Beyzerman_9 Michail_Beyzerman_10

Михаил Черняховский:

С болью в сердце я встречаю этот День Победы. До сих пор все было ясно. Мой дедушка встретил войну в самом начале, 22 июня 1941 года. Провоевал до 1944, когда был ранен и стал инвалидом, пробыв в госпиталях почти до конца войны. Вроде, все понятно. Нет, говорят мне, не все. Не в 1941 году вступил СССР в войну, а в 1939. На стороне Германии. Делил Европу вместе с ней. Что делал твой дедушка до 1941 года? А, в 1940-м вошёл в румынскую Бессарабию и присоединил её к СССР. В рамках передела Европы. Что мне ответить? Да, вошёл. Да, присоединил. Более того, в результате, параллельная часть моей семьи оказалась в Сибири, а мой прадедушка умер в сталинском лагере. Могу ли я винить своего дедушку в этих ужасах? Нет. Он искренне освобождал братский молдавский народ от порабощения теми, кто был союзником нацистов. Для него 1940-ой не противоречил 1941-му. И я сейчас не хочу копаться в противоречиях. Я поздравляю всех ветеранов той войны в победе, которую они одержали над страшным злом. И я желаю нам, их потомкам, помнить, что зло начинается в противопоставлении одних людей другим. В этом суть фашизма, а одежды могут быть разными. Мы, дети и внуки тех, кто победил в той войне, не должны забывать, что фашизм был преодолен совместными усилиями людей разных стран и разных национальностей. Зло разобщения может быть преодолено лишь общим единством. Это главный урок той войны. С Победой вас, дорогие ветераны. И с грядущей победой всех нас!

Марина Шостак

Мой дедушка. Ефим Аронович Гриншпон. Очень горжусь. Помню всегда.

Efim_Grinshpon

 И я хорошо помню своего калинковичского земляка. 

Сергей Ваганов:

40-е. Бацька… Матуля…

Sergey_Vaganov_1 Sergey_Vaganov_2

Sergey_Vaganov_3   Sergey_Vaganov_4

Нахим Шифрин:

На этих снимках – два родных моих дяди.
Один – со стороны отца. Другой – со стороны матери.
Оба погибли в первые дни войны.
Поздравляю всех с Днем Победы!
Желаю вам мира и добра!

Nachim_Shifrin_1 Nachim_Shifrin_2

Николай Ткаченко:

Сегодня ровно 18 лет как умер дед. Жесткий был дед. Сказывал мне, что ему повезло, что до начала ВОВ он успел уже год послужить в армии, иначе вероятность гибели была бы выше. Был ранен на Днепре. Затем снова в строю уже артиллеристом и так до самого Берлина. Брал Зееловские высоты. Затем ещё пару лет в восточной Германнии, где родилась одна из моих теток. Затем академия. Затем годы постоянной ротации по Украине. Затем разжалование. Затем осел в Виннице. Затем запойный алкоголизм. Затем инфаркт. Затем ни капли спиртного. Это ещё до моего рождения. Затем воспитание внуков. Нам с двоюродным хорошо досталось, благо мы ещё с ним одного возраста были. По утрам зарядка, если летом и теплой весной то на Бугу, с обязательными водными процедурами и бегом босяком по росе. Зимой обязательно лыжи. Обязательные акробатические и гимнастические упражнения, борьба. Шахматы. Двоюродному брату дед заменил отца, который его с матерью бросил. Потому братец затем таки пошел и на акробатику и на шахматы (я правда тоже на шахматы пошел и даже имел кое какой успех, но братец был успешнее, ибо меня мать отдала на народные танцы, а отец в художественную школу, так что шахматам пришлось уделять меньше внимания). У деда был набор детских энциклопедий, десятитомник вроде. С детства любил эти книги. Дед же, нам прививал украинский язык ибо наши семьи общались на русском и мы все (его родные внуки) воспитаны на русском языке. Но дед меня с братом стал учить украинскому, а “Заповіт” Шевченка я уже декламировал ещё задолго до школы. Он же нам рассказывал о запорожских козаках и об украинском казачестве. А незадолго до смерти(я уже давно жил отдельно от деда) я пару недель ходил к нему и он мне многое рассказал о своей жизни, о довоенном времени (как он играл за Тираспольскую сборную по футболу, как ухаживал за бабушкой), войне и немного о послевоенных похождениях, об охоте в Германии и в наших краях. Дед как чувствовал, что скоро, он не сможет подняться с раскладушки на даче. Врачи сказали, что он умер мгновенно, что на лице не было мучительной гримассы. Так что для когото 9 мая праздник, а для меня, с конца девяностых, это день памяти о моём деде.

Nikilay_Tkachenko

Victor Yasmann:

Мой отец, Яков Вениаминович Ясман. Прошел всю войну и закончил ее в Праге. Трое его его братьев с войны не вернулись. Вечная слава!

Victor_Yasmann_1  Vic_Yasmam

Размещено 9 мая 2015

Аркадий Монастырский:

Мой отец – Монастырский Илья Исаевич – инвалид Великой Отечественной
войны , участник обороны Киева. участник сражения на Курской Дуге .
Воевал с 1941 по 1943 год в составе 17 Армии. Это единственная фото-
графия с времен войны..Папа на фотографии справа – осуществляет ремонт
самолета Лавочкин-1. В 1943 году под Курсом был тяжело ранен и после
лечения в госпитале был отправлен в запас состава Советской Армии.
В январе 1944 года вернулся в освобожденный Киев. Отец был награжден Орденом Отечественной Войны 1 степени, медалями и почетными
знаками. Всегда помним и гордимся нашим отцом и дедом !

Ark_Monastirskiy_3

Это единственная фотография моего дяди – Эйдельзона Моисея Ароновича–офицера Красной Армии , интенданта 2 ранга..Рядом с
фотографией – извещение в адрес моего деда – Эйдельзона Арона
Иссаковича о том , что он находясь на фронте 10 июля 1941 года
пропал без вести…Шел семнадцатый день войны…
Мы к сожалению до сих пор не знаем , где он принял последний
бой или был растрелян фашистами или их пособниками. А.И,Эйдельзон..
Вечная ему память….

Ark_Monastirskiy_1 Ark_Monastirskiy_2

Татьяна Комкова:

Воспоминания моей бабушки о немецкой оккупации (часть 5). Освобождение Бобруйска.

Добавлено 11 мая 2005 

Обновлено 27.03.2017  10:28