Борис Гольдин. АИДИШЕ МАМА

(листки из семейного дневника)

* * *

На свете

Добрых слов

Живёт немало,

Но всех добрее

И нежней одно

Из двух слогов

Простое слово

«ма-ма»,

И нету слов,

Роднее, чем оно!

И. Мазнин

Думаю, что лето в Ташкенте можно было смело сравнить с летом в Африке. Неслучайно каждый старался увести своих детей куда-нибудь подальше от этой жары.

Я работал доцентом кафедры научного коммунизма в Ташкентском институте инженеров железнодорожного транспорта. Были льготы: бесплатный проезд по железной дороге в любую точку Советского Союза, для меня и членов моей семьи. Редактор институтской многотиражки, где я часто публиковался, посоветовала «спрятаться» на это время в Мещёрском крае. И добавила, что это о нём написал Константин Паустовский в книге «Мещёрская сторона – обыкновенная земля»: «…край этот обладает большой притягательной силой. Он очень скромен так же, как картины Левитана. Но в нём, как и в этих картинах, заключена вся прелесть и всё незаметное на первый взгляд разнообразие русской природы».

Сестра Маша с семьёй облюбовали берег Чёрного моря, а мы с женой Юлей взяли курс на Мещёру, где, как отмечал писатель, «нет никаких особенных красот и богатств, кроме лесов, лугов и прозрачного воздуха».

Я первым вылетел с сыновьями Юрой и Костиком в европейскую часть России. Юле же надо было решить важный вопрос. Её отцу, Соломону Семёновичу, было много лет, да и здоровье его желало лучшего. Словом, одного пожилого человека в квартире оставлять было нельзя.

Когда младшая сестра Гала, сейчас живущая в Израиле, узнала о нашей проблеме, она спокойно сказала:

– Можешь не волноваться. Я поживу у вас столько, сколько потребуется, и помогу Соломону Семёновичу.

И Юля со спокойной душой вылетела к нам.

…Когда мы росли, время было трудное. Но мама и папа делали всё возможное, чтобы наша жизнь была нормальной, старались воспитать и бережное отношение друг к другу.

* * *

Жизнь и теплей, и много интересней,

И в ней надёжней можно устоять,

Когда идёшь по этой жизни вместе.

А потому – и дальше так держать!

Т. Вик

– Мы не вечные, – часто говорила мама.

Настало время, когда у каждого из нас уже были семьи, дети. Все были загружены до предела. Мама это хорошо понимала, но иногда могла кому-нибудь из нас вежливо сказать:

– Нужна твоя помощь!

Эта помощь касалась важных жизненных проблем. Помню, Гала вышла замуж и получила с мужем квартиру на массиве Кара-Су. Мама попросила Машу:

– Выручи сестрёнку. Купи ей новый замок на дверь: Миша сейчас в командировке, а Гале с маленьким Яником будет трудно это сделать. А то мало ли что может случиться, пока он вернётся!

Маша была вечно занята: работа, семья, дом. Но мамина просьба не обсуждается. Нашла время, купила замок и помогла заменить старый.

В те годы в Ташкенте была большая проблема с продуктами. В постоянном лексиконе были слова «достал», «нашёл», «купил». Как-то Гале очень повезло: удалось добыть много мяса, которое тогда было в большом дефиците. Позвонила маме, порадовала новостью, что смогла купить на всех. Мама выслушала и попросила:

– Когда у Миши будет свободное время и если он сможет, пусть развезёт всем.

Надо добавить, что мы жили в разных концах города.

Однажды мама мне сказала:

– Если сможешь, помоги Гале по окончании института остаться в Ташкенте. Папы давно нет. Я уже не молодая. Да, и с работой нашему молодому логопеду надо будет помочь.

Гала оканчивала факультет логопедии Ташкентского педагогического института. Задание было не из лёгких. Но мамина просьба для меня была приказом, а в армии учили приказы не обсуждать, а выполнять.

В то время я трудился в Министерстве высшего и среднего специального образования Узбекистана, а пединститут подчинялся другому ведомству – Министерству просвещения. Были большие сложности, но я выполнил мамин приказ. Она была очень рада, когда Гала с радостью сообщила, что ни в какую область уже не едет. Мама была счастлива, когда и я ей сказал, что Гала завтра выходит на работу в самую лучшую школу города.

Однажды ночью звонок:

– Я извиняюсь, уже очень поздно, – с волнением в голосе говорила мама. – у нас большая беда. Скорая помощь увезла Машеньку в больницу. Мы не знаем, что с ней.

В это время Маша с мужем жили у мамы.

Мама назвала больницу.

Какой ночью в Ташкенте транспорт? Я вышел из дома и поймал… хлебовозку.

– Куда? – спросил «таксист».

Доехали быстро. Главный вход в больницу был закрыт. Долго пришлось звонить. Женщина в белом халате сонным голосом спросила.

– Кто? Что надо?

Что ей сказать?

– Доцент Гольдин, – сказал коротко.

Почему-то многие думают, что доцент – это медицинское светило. Но пусть так думают. Я действительно имел ученое звание доцента, только в другой области: в области общественных наук.

Наконец открыли дверь.

– Я – дежурный врач Каримова, – представилась женщина. – Я вас слушаю.

– Час назад к вам по «скорой» доставили Марию Шейнман. Прошу доложить о её состоянии.

– Женщина сейчас находится на обследовании в гинекологическом кресле… Угрозы жизни нет…

Каримова любезно дала мне белый халат, и мы пошли через всю больницу к кабинету гинеколога. Дежурный врач продолжала делиться информацией… Тут до меня дошло. Стоп! Не шагать же мне в кабинет гинеколога. Я сказал:

– Доктор Каримова, благодарю Вас за сообщение.

Я попрощался. Опять «такси» с надписью «Хлеб» и – прямиком к маме.

– Причин для волнений нет, – коротко сообщил я.

И все вдохнули с облегчением.

Много воды утекло с тех пор. Уже подросли наши внуки. В Калифорнии, где мы живём, не надо прятаться от жары. Не надо стоять в очереди за мясом. Не надо ночью «ловить» хлебовозку. Но многое осталось в нас от родительского воспитания. Стало уже традицией учить детей бережному отношению друг к другу и взаимопомощи во всех делах. И, как раньше, в наших семьях сохраняется и исполняется наш семейный устав: приказ (просьбу) – не обсуждать, приказ – выполнять.

Раннее утро. Голубое небо. Ни облачка. Приятно светит солнышко. Мы с женой Юлей в гостеприимном городе Чарльстон. Казалось, всё хорошо. Но только добраться сюда была целая история.

Сначала всё шло хорошо. Наш самолет авиакомпании «Аmerican Airlines» почти вовремя покинул аэропорт Сан-Хосе, и наш путь лежал в Даллас, штат Техас. Но, подлетая к городу, узнали, что из-за нелётной погоды аэропорт временно нас не принимает. Покружились в воздухе в течение часа и приземлились. Мы не волновались, так как между рейсами (а конечной целью был город Чарльстон) было три часа.

Но наш рейс отменили. Конечно, началась небольшая паника. Когда подошли к стойке, нам стало ещё хуже. В тот день не намечалось ни одного вылета. На востоке штата было торнадо.

* * *

Мы можем по году

Плевать на погоду,

А если накроют –

Локаторы взвоют

О нашей беде…

В. Высоцкий

Мы с женой попадали в разные ситуации и всегда находили выход из положения. Сейчас же был тупик. Тут и пришла к нам мысль: а что, если обратиться за помощью к сыновьям? Но опять же: где находились мы, а где были сыновья. Нас разделяли почти три тысячи километров! Но, как говорят, попытка не пытка. Звоним. Застали дома младшего сына.

– Костик, нужна твоя помощь. Просто не знаем, что делать.

– Для начала передайте ваш телефон работнику аэропорта за стойкой, – спокойно ответил сын.

Молодой работник был удивлён, но взял телефон.

Дебаты длились долго. Мы затаили дыхание и ждали, и ждали…

Но вот телефон вернулся к нам.

– Всё в порядке. Будет на ночь гостиница, а утром вас ждёт рейс на Чарльстон, – сказал сын.

Вот тебе и волшебник!

– У вас заботливый и очень вежливый сын, – сказал работник аэропорта. – Сейчас будем оформлять…

* * *

Два хороших сына у меня.

Две надежды, два живых огня.

Мчится время по великой трассе.

У меня – две юности в запасе,

Жизнь горит во мне неугасимо.

У меня две вечности – два сына.

Сразу две улыбки маме,

Две заботы жизнь дала,

Две судьбы, двойной экзамен,

Две надежды, два крыла.

Автор неизвестен

__________________________________________________________________________________________

От редакции belisrael. Не забывайте о важности поддержки сайта.

Присылайте свои материалы на самые различные темы.

Опубликовано 25.10.2018  20:58

Leave a Reply