Monthly Archives: January 2010

Абрам Рабинович и его жена Ольга. Фото 1997 г.

Расстрел оставшихся евреев города


Многие евреи решили не уезжать из города. Это явилось следствием того, что более старшее поколение рассказывало, что во время первой мировой войны немцы не трогали евреев. С начала Великой отечественной войны немцы не смогли зайти в город, встретив серьезное сопротивление и потому решили обойти его. Но во второй половине августа 1941г. они все-таки заняли Калинковичи. Оставшихся евреев начали сгонять к железнодорожному переезду и  21 сентября произошел массовый расстрел. Одновременно было уничтожено и захоронено в одной яме 600 человек. Затем был еще один расстрел евреев, жителей близлежащих деревень и местечек, которые захоронены в другой яме. Свидетели из местного населения рассказывали о тех  жутких днях, о зверствах фашистов и их пособников, местных полицаев. Наша задача найти и оставить в памяти имена всех замученных и невинно убиенных только за то, что они были евреями.  Долгие послевоенные годы умалчивалось о тех жутких днях. И лишь с конца 80-х годов все начало меняться. В 1989 г. в Калинковичи и Мозырь для проведения пасхального седера приехал посланник Джойнта, житель израильского поселения из района Гуш Эцион, Йоханан Бен Яаков. Есть снимок, сделанный им, который можно увидеть здесь: Конец 80-х, начало 90-х – новая волна эмиграции
 , когда Шустин Арон, Сухаренко Лева, Вейнгер Гриша (192… – 199..гг.) и житель Мозыря Эдик Гофман пришли к месту расстрела и возложили венок перед оградой кладбища. В 1996 г. вместо камня был установлен памятник в память о погибших евреях. На открытии прозвучали стихи нашего земляка, поэта Зямы Телесина “На Дудичском шляху”. Полностью стихотворение приведено ниже в этом материале. К сожалению, даже в новое, казалось бы, перестроечное время, на памятнике не было написано, что убитые являлись именно еврейским  населением, а стыдливо нанесена ничего не значащая надпись: ” мирные граждане “. Очень важно восстановить справедливость во всем и потому я здесь говорю об этом.  Памятные знаки в начале 2000 – х были установлены также в горпоселке Озаричи, деревнях Прудок, Огородники и Ситня Калинковичского района, где были расстреляны евреи. Среди жителей города и района были белорусы, которые, рискуя жизнью, спасали еврев. Много времени посвятил изучению еврейской темы журналист Калинковичской районной газеты ” За камунiзм ” Володя Смоляр (1935 – 2005 гг.) Сейчас важно отыскать все его материалы, которые можно будет опубликовать на этом сайте.

Место его уже не узнает его… ШУЛЬМАН А.Л. Рабинович не из анекдота

Абрам Рабинович и его жена Ольга. Фото 1997 г.

Владимир Смоляр (сидит справа) и его жена, Яков Еренбург (стоит слева). Фото 1997 г.

В Калинковичи была одна из первых моих поездок в роли редактора журнала “Мишпоха”. Встречался со многими людьми. Яша Еренбург, тогдашний руководитель городской еврейской общины, сейчас живет в Израиле. Володя Смоляр – удивительный человек – жил сразу в двух странах: и в Израиле, и в Беларуси. Он заслуживает, чтобы о нем рассказали подробнее. Володя – белорус, женился на еврейке. Работал в районной газете. Среди тех, кто связал свою судьбу с евреями, есть немало людей, которые стараются меньше говорить на эту тему, даже вспоминать о национальном вопросе. Они хорошо относятся к родственникам жены (или мужа), но окружение не всегда понимает их. И это накладывает отпечаток на поведение.

Володя демонстрировал уважительное отношение не только к родственникам жены, но и к евреям вообще. В районке опубликовал много очерков о евреях – участниках Великой Отечественной войны, известных земляках. А в начале девяностых годов стал одним из инициаторов установления памятников на местах массовых расстрелов евреев. В конце девяностых с женой уехал в Израиль. Сделано это было, скорее, по настоянию врачей, чем по собственному желанию. В Калинковичах осталась дочь со своей семьей. Володя “гастролирует” между двумя странами, в Израиле с любовью рассказывает о Беларуси, а дома – он часто вспоминает новых товарищей и страну, которую решил понять на склоне лет.

Когда я готовил эту книгу к печати, узнал печальную новость – Володи не стало…

Часто я вспоминаю человека, который одним из первых познакомил меня со старым местечковым бытом, местечковыми традициями. Его фамилия была Рабинович. Сегодня многие считают, что такие фамилии только у евреев из анекдота.

Нет на белом свете Абрама Рабиновича, даже не знаю, кто прочитал заупокойную молитву. Абрам Шлемович говорил мне, что он единственный в Калинковичах, кто знает молитвы. Впрочем, каждый из нас считает, что он единственный или последний хранитель памяти и знаний.

Мы сидели на тенистой веранде старого дома, и Абрам Шлемович Рабинович рассказывал. У него был приятный голос. Так, как он, могли рассказывать только старые евреи, которые очень любят подробности, и старые бухгалтеры, которые будут уточнять расстояние до сантиметра, а время – до секунды. Вы представляете, в одном лице мне встретился и старый еврей, и старый бухгалтер Рабинович.

– Я родился в местечке Скородное. Это на самой границе Беларуси и Украины. Дедушка, отец моей мамы, известный раввин. Его звали Авраам бен Рафаил. Дедушка видел, что из моего отца Шлойме-Шаи получится толк. Он выучил его и сделал шойхетом. Шойхет – это не просто еврейский мясник, как многие считают. Это ученый человек. Он знает Тору, Талмуд и производит убой скотины, птицы по всем правилам. Отец не брал плату деньгами за то, что резал скот. Так было не принято. В качестве вознаграждения получали голову крупного рогатого скота, без языка, – уточняет Рабинович. – А за птицу брали перья.

Скородное было обычным еврейским местечком. Хотя тогда оно мне казалось самым красивым и самым большим в мире. Синагога у нас была одной из лучших в округе. На 500–600 человек. В Скородном жило где-то 200 еврейских семей. Представляете себе тогдашние семьи, по 10–12 человек. Синагогу построили в 1914 году на деньги, собранные в местечке. Старшим по строительству выбрали моего отца, он возвел синагогу за шесть месяцев. Все думали, что синагогу строят на века, в нее будут ходить дети, внуки. Обсуждали, спорили, даже ругались: “Что это за крыльцо (окно)? Простоит лет тридцать-сорок, не больше. Надо делать другое”. Если б знали люди, что в Скородном через сорок лет, в 1944 году, не останется ни одного еврея…

Насколько я помню времена своего детства, в нашем местечке люди жили дружно: и евреи, и белорусы, и русские. В церкви был священник Уласевич. Он дружил с моим отцом. Помню, однажды вечером они о чем-то долго говорили, а утром, когда в местечко в очередной раз ворвалась банда Булак-Булаховича, священник вышел к ним с хлебом-солью. И попросил не трогать евреев. Главарь банды пообещал: “Пока я буду здесь, ни один мой человек не войдет ни в один еврейский дом”. Так оно и было. Но когда главарь уехал, бандиты стали врываться в еврейские дома.

В Скородное часто приезжали странствующие проповедники – магиды. Они выступали в нашей синагоге. Рассказывали о библейских древностях, связывали их с настоящим временем, рассказывали, что в наших священных книгах прописана вся история человечества. Что-то они где-то читали, что-то говорили от себя. Их слушали, а потом долго в местечке обсуждали каждое слово магида. Проповедники обычно останавливались у нас дома. Кормились бесплатно. И странствовали из местечка в местечко.

На шабес мама готовила кугл. Это еда такая, – объясняет мне Рабинович. – Вы пробовали когда-нибудь кугл? – Он заглядывает мне в глаза. Уверен, что я никогда не пробовал настоящий кугл, такой, как готовила его мама в Скородном. И начинает, загибая пальцы, перечислять. – Мит а локш
(С лапшой – идиш). Сначала надо сделать тесто. Магазинного же тогда не было. Все делали сами. На столе мама раскатывала листы теста, а потом нарезала тонкую лапшу, – Рабинович рассказывал так вкусно, что мне захотелось попробовать эту давнюю лапшу из местечка Скородное.

– Дома было много книг. Читали Черняховского, Бялика, Фихмана. Где брали книги? – Рабинович с удивлением повторил мой вопрос. – В Калинковичах были ярмарки. На ярмарках продавали книги. Отец, когда ездил на ярмарку, обязательно привозил домой книги. И к нам в Скородное приезжали разносчики литературы. Останавливались около синагоги. И раскладывали на возке книги, которые привезли. В местечке было немало читающих людей.

Отец хорошо знал иврит и научил языку старшую сестру. Когда мне исполнилось тринадцать лет, была бар-мицва, еврейское совершеннолетие. В синагоге меня вызвали к Торе, а потом у нас дома был праздничный обед – веселилось все местечко.

Вскоре после этого, в 1928 году, синагогу в Скородном закрыли. Власти объявили, что в здании синагоги будет сельский клуб. В синагоге было несколько десятков свитков Торы. Многие состоятельные люди заказывали за свои деньги у сойферов (переписчиков Торы) новые свитки и преподносили их в дар синагоге. Люди успели унести свитки Торы в дом, где потом собирался миньян. Молодежь уже не ходила молиться – вот так выкорчевывали наши корни. А старики не ходили в клуб, где показывали фильмы, выступали разные артисты.

В 1929 году в Скородном организовали колхоз. Во главе стал еврей Васелевицкий. Некоторые местечковые евреи получили должности, потому что были грамотными людьми. Но еврейская молодежь стала разъезжаться из Скородного куда глаза глядят. Почему? – Рабинович удивляется, что я спрашиваю о таких простых вещах. – Советская власть, – эти слова он говорит тихо, оглядываясь по сторонам. Хотя давно уже прошла “перестройка”, и все кому не лень ругали эту власть, – подрубила основы их жизни. Кустари-одиночки ликвидировались, ремесленники лишились работы. А кем, я у вас спрашиваю, были евреи до революции? Сапожниками, портными, бондарями, столярами, кузнецами, рыбаками… Артели, фабрики, заводы были в больших городах, и молодежь потянулась туда. А вслед за ними потянулись и их родители. Вот так был разрушен налаженный веками быт местечка.

На веранду пришла женщина. Рабинович прервал свой рассказ и сказал:

– Познакомьтесь, это моя жена, Оля. Мы с ней, слава Богу, столько лет вместе прожили.

– Пойдемте в дом, – пригласила Оля. – У нас наливка вкусная, варенье, чай поставим.

В доме Абрам Шлемович продолжил обстоятельный рассказ:

– В 37-м году органы НКВД забрали моего отца. Никакого вреда советской власти он никогда не делал. Тихо, спокойно жил, молился. Но, видно, власти не могли ему простить, что думал он не так, как они, и знал слишком много. А умные люди, даже те, кто предпочитает молчать, всегда представляют опасность для диктаторов.

Родители уже собирались уезжать из Скородного. Перебирались к нам в Калинковичи. Рядом с домом стояла грузовая машина. Грузили вещи. Подъехала легковушка из Мозыря. В дом вошли люди из НКВД, забрали отца, и больше мы его не видели. В Скородном в 37-м году арестовали многих: и евреев, и неевреев. Тех, кто каждый день молился Богу, и тех, кто не знал Бога, тех, у кого была “лишняя” копейка, и тех, кто перебивался с хлеба на воду. НКВД план выполняло. А для плана все подойдут. Лишь бы отрапортовать, что сделано.

Я в это время уже жил в Калинковичах. Отец помог мне устроиться учеником бухгалтера. В Калинковичах в те годы жило много евреев, у отца были хорошие знакомые. Были улицы, которые полностью населяли евреи: Калинина, Куйбышева, Красноармейская, Первомайская, бывшая Злодеевка. Вы только не подумайте, что революционные названия этих улиц придумывали сами евреи, – уточняет Рабинович. – Если бы названия улицам давали сами евреи, эти улицы назывались бы куда красивее. Этим занимались власти. И хотя среди них было тоже немало евреев: и председатель райисполкома, и первый секретарь райкома, они каждый раз пытались продемонстрировать, что к евреям никакого отношения не имеют. Они большевики. И когда к ним евреи, даже родственники, обращались за помощью, так они их могли при людях выставить за дверь.

Когда началась война, многие из Калинковичей успели эвакуироваться. Немцы заняли город только 22 августа. Железнодорожный узел находился прямо в городе. Но все же немало евреев осталось здесь. Во-первых, старики, и многодетные семьи без мужчин – они были призваны в армию. Им подняться было не под силу. А вот из маленьких местечек и деревень мало кто ушел на восток. Почти всех евреев расстреляли фашисты и в Озаричах, и в Ситне, и в Копаткевичах, и в Юровичах. Страшная судьба у евреев Скородного. После войны мне рассказали, что в местечке было гетто. Всех евреев расстреляли, сожгли, закопали заживо в один день. Больше 300 человек. В конце ноября 1942 года. Среди них было много наших родственников… После войны евреи в Скородном больше не жили.

Мы успели уйти на восток в начале августа 1941 года, а ровно через четыре года, в августе 45-го, я вернулся домой. Работал бухгалтером. Построил дом, посадил сад. Вот только детей нам с Олей Бог не дал. За что наказал, не знаю.

Я каждый день начинаю с молитвы. А Оля православная. Она ходит в церковь. Вот так и живем вместе, но каждый молится по-своему…

 


Зиновий Телесин  

НА  ДУДИЧСКОМ  ШЛЯХУ

 

Дудичским шляхом по ту сторону линии

По ягоды вы не ходите.

Дудичским шляхом по ту сторону линии

Стада вы не гоните.

 

Потому что, тяжелые вытянув ноги,

Дядя Пиня заснул у железной дороги.

 

Да не будет нарушен покой дяди Пини!

Здесь ветер и тот не свистит на бегу,

И не ухает филин на горькой осине,

И не каркает ворон на темном суку.

 

Прилетая сюда, замолкает кукушка,

В этом месте ей некому годы считать.

В изголовье у дяди земля – не подушка,

И под боком у дяди земля – не кровать.

 

Где родной его дом?

Где родное местечко?

Где соседи – сапожники и столяры?

Лишь прибитая к столбику кем-то дощечка

С той печальной поры,

С той минувшей войны

Сообщает:

«Пой нихбор…» – «Здесь погребены…»

Это, памяти ради,

Все, что осталось от дяди.

 

Гнали их немцы, взведя автоматы.

– Пиня, куда ты?

 

Прикладами головы размозжив,

Сбросили в ров.

– Пиня, ты жив?

 

Били, стреляли, но не убили.

В четыре ряда на него навалили

Людей.

Все местечко на нем лежало

– Пиня, тебе еще мало?!

 

И хоть Пиня был жив,

Но ему изменили вдруг силы,

Словно всех мертвецов он держал на руках,

И упал посреди непокорной могилы…

Слева рельсы гудят, справа – Дудичский шлях.

 

 

Перевел с идиш Яков Козловский

 

Из книги «Близко к сердцу», Москва, 1965

Список еврейских жителей, расстрелянных, замученных, повешенных немцами 21-23.09.1941 г. по Калинковичскому с/с, Калинковичского района, Полесской обл, БССР:


Альтшуль Янкель Михелевич, 1863 г.р.                        (добавлено 11.11.10)
Бененсон Ицка Абрамович, 1860, иждевенец
Бененсон София Айзиковна, 1886, колхозница
Будницкая Хася Берковна, 1884, колхозница
Винокур Гинда Юделевна, 1884, колхозница
Винокур Бейля Мойсеевна, 1922, колхозница
Герцман Гирш Гиршович, 1866, колхозник
Герцман Доба Нохимович, 1885, колхозница
Герцман Гершул Гиршович, 1906, колхозник
Герцман Шолом Гиршович, 1923, колхозник
Герцман Залман Гиршович, 1929, ученик
Гинзбург Хаим Симанович, 1866, иждевенец
Гинзбург Малка Михайловна(Михелевна), 1866, иждевенец
Горевой Копка, 1932                                                       (добавлено)
Горевая Люба, 1935                                                       (добавлено)
Журавель Мойша Шлоймевич, 1861                            (добавлено)
Журавель Лиза Лазаревна, 1862                                 (добавлено)
Зеленко Сара Цалеровна, 1910, колхозница
Зеленко Миля Зямовна, 1929, ученица
Зеленко Фаня Зямовна, 1930, ученица
Игольников Есель Рувимович, 1888, колхозник
Игольников Сара Самуиловна, 1888, колхозница
Игольников Зяма Еселевич, 1927, колхозник
Игольникова Хая Еселевна, 1829, ученица
Карасик Гирш Абрамович, 1869, расстр. 23.9.41      (добавлено)
Карасик Цодик Мордухович, 1862 –  23.9.41                 (добавлено)
Карасик Хана Хаимовна, 1918 –  23.9.41                     (добавлено)
Комисарчик Ицка Борухович, 1873, колхозник
Комисарчик Дора Нохимовна, 1881, колхозница
Комисарчик Сима Нохимовна, 1893, колхозница
Кофман Борух Хацкелевич, 1859 –  21.9.41                 (добавлено)
Лившиц Двося Гиршевна, 1896 –   21.9.41                    (добавлено)
Миневич-Айзенштат Мария Бенционовна,  21.9.41   (добавлено)
Миневич Хана Сендеровна, 1871,   21.9.41                (добавлено)
Медведник Менохим Янкелевич, 1854 –  21.9.41         (добавлено)
Пейсахович Тевель Янкелевич, 1874 –  21.9.41
Слободкин Моисей Шоломович, 1881 –  21.9.41
Хайкман Брайна Залмановна, 1885, колхозница
Хайкман Сара Янкелевна, 1921, колхозница
Хайкман Залман Янкелевич, 1926, колхозник
Хайкман Нохим Янкелевич, 1929, ученик
Хайкман Пейсах Янкелевич, 1933, ученик                   (добавлено)
Фрейлахман Гита Мордуховна, 1887 –  21.9.41            (добавлено)
Фрейлахман Марат Миронович, 1884 –  21.9.41           (добавлено)
Шапиро Вячеслав, 1886 –  21.9.41                                  (добавлено)
Шапиро Давид, 1886 –  21.9.41                                       (добавлено)
Шейкман Залман, 1866,  21.9.41                                    (добавлено)
Шейкман Песя, 1867 –  21.9.41                                       (добавлено)
Шульман Хана Аронвна, 1910, работала в колхозе
Шульман Хая Михайловна – дочь, 1928, ученица
Шульман Роза Михайловна – дочь, 1930, ученица
Шульман Сема Михайлович – сын, 1932, иждевенец
Шульман Арон Михайлович – сын, 1934, иждевенец
Шульман Ольга Михайловна – дочь, 1936, иждевенец
Урецкая Гинда Ёселевна, 1881 –   21.9.41

Расстрелянные в другие даты:

Атлас Эля Хаимович, расстр. 25.6.41                         (добавлено)
Бухман Нохим Шевелевич, 1860 – 6.1.42 (добавлено)
Горелик Меер Симонович, 1892 – 8.7.41                      (добавлено)
Зеленко Броня Зямовна, 1930 – 18.1.42 (добавлено)
Иткин Ошер Абрамович, 1886 – 14.9.41                       (добавлено)
Капелян Мотель Борухович, 1920 – 9.9.41                   (добавлено)
Карасик Хана Айзиковна, 1909 – 30.12.41 (добавлено)
Кацман Абрам Янкелевич, 1867 – 10.6.42 (добавлено)
Колик Геня Самуиловна, 1912 – 22.11.41                     (добавлено)

Хазановская Фрейда Моисеевна, 1881 – 5.12.41 (добавлено)
Хазановсий Нохим Лазаревич, 1876 – 5.10.41           (добавлено)

Шульман Хая Ёселевна, 1928 – 18.1.42                       (добавлено)

Шейкман Захар Сролевич, 1968 – 10.10.41                 (добавлено)
Шендерович Борис Евсеевич, 1886 – 14.9.41            (добавлено)
Ягуткина Софья Гиршевна, 1889 –  2.11.41                (добавлено)

Дробница Василий Григорьевич, 1916, работал в сельском хозяйстве, расстрелян в июне 1942
Логацкий Дмитрий Леонтьевич, расстр. в сентябре 1943
Рыбаченко Петр Артемович, 1925, колхозник, расстр. в июне 1942
Хилько Никифор Васильевич, 1897, расстр. в 1942 в Мозырской тюрьме

Примечание: евреи, расстрелянные после 21-23 сентября, вероятно, смогли на время спрятаться, – возможно, им помогли некоторые белорусские соседи.
 
Последнее обновление списка 11.11.10
 
Марина Гомон прислала дополнения в список погибших в Калинковичх 22 (23) сентября 1941: Карасик Цодик – 1880 (есть в списке Карасик Цодик Мордухович – 1962 г. Скорее всего это один и тот же человек – просто путаница с датой рождения – А. Ш.), Карасик Матус – 1924, Карасик Хаим – 1926, Карасик (Каплан) Слова – 1890, Карасик Гдалия – 1917, Факторович Хаим – 1924 г.
 
18 июня 2013 г.

Всего в Калинковичах было расстреляно примерно 700 еврейских жителей. Просьба присылать данные своих родственников, а также свидетельские материалы о тех страшных днях.

 

 

Сталинские репрессии


СПИСОК ГРАЖДАН, РАССТРЕЛЯННЫХ В ЛЕНИНГРАДЕ, ВНЕ ЛЕНИНГРАДА И ВПОСЛЕДСТВИИ РЕАБИЛИТИРОВАННЫХ :

Шапиро Марк Давидович, 1904 г. р., уроженец г. Калинковичи (БССР), еврей, член ВКП(б) в 1927-1935 гг., студент Индустриального института (ЛИИ), проживал г. Ленинград. Арестован в 1935 г. и осужден на 3 года ссылки. Вновь арестован 14 апреля 1937 г. в г. Киренск Востсибкрая. Особым совещанием при НКВД СССР 17 апреля 1937 г. осужден на 5 лет ИТЛ. Отбывал наказание в Севвостлаге (Колыма). Тройкой УНКВД по Дальстрою 16 ноября 1937 г. приговорен за “контрреволюционную троцкистскую деятельность” к высшей мере наказания. Расстрелян 5 декабря 1937 г.

Еврейская школа города и ее учителя

Еврейская школа города и ее учителя.

До 1937 г. в городе работала еврейская школа, располагавшаяся в двух зданиях, в которой занимались также некоторые белорусы. Одно здание располагалась на углу ул. Куйбышева и Больничная ( в последствии ул. Пионерская ), где в дальнейшем был Детдом, а после его расформирования один из детских садов ГорОНО. Второе – деревянное двухэтажное здание на ул. Калинина, где в последствии были начальные классы 1-й школы, Дом пионеров и здание администрации Райпотресоюза. В школах было …. классов, училось …….. школьников. Учителями работали : Яков Борисович Кац – математика, ……….., ………………, ……………., ………….

Калинковичская Синагога

“ …Каленковичские евреи проживали в начале сегодняшних улиц Калинина и Белова, где во второй половине XIX века была построена синагога. Еврейское кладбище занимало восточную часть нынешнего Старого городского кладбища. В 1825 году местечко Каленковичи переживало не лучшие свои времена. Тридцатью годами ранее здесь было 36 крестьянских и некоторое количество мещанских дворов общим числом около 50. Но последовавшие вслед за тем неурожаи,  война 1812 года и, особенно, прокатившаяся в первой половине XIX века по Мозырскому и Речицкому поветам опустошительная эпидемия оспы значительно убавили количество населения. Некоторые каленковичские семьи в результате вымерли, другие разбрелись по свету в поисках подаяния. Опираясь на сохранившиеся данные, можно предположить, что в 1825 году местечко имело 40-45 дворов, принадлежавших белорусам и евреям. Известны белорусские фамилии Драбница, Шарай, Дорошко, Бадей, Ясковец,   еврейские – Кауфман, Кацман, Комиссарчик, Карасик. В 1839 году в Каленковичах было 64 двора, 23 из которых принадлежали казенным крестьянам, 3 – дворовым людям при фольварке, 3 – отставным солдатам и 35 – мещанам, членам местной еврейской общины ” ( По материалам сайта “Калинковичская летопись“. Калинковичи в первой половине 19 века. автор В. А. Лякин ) После 1937 года синагога была закрыта и уже в 60 – е годы в ее здании разместили вневедомственную охрану. С началом горбачевской перестройки появились надежды на возрождение еврейской жизни, однако Чернобыльская катастрофа и появление на союзном телеэкране националистического общества “Память” и распускаемые слухи о возможных погромах, подтолкнули очень многих к эмиграции. А до того в основном старые евреи собирались по пятницам и субботам на дому у Михула.Урецкого по ул. Калинина, который был превращен в молельный дом. Туда же приезжали религиозные старики и из Мозыря. Есть фотография, сделанная весной 1999 г, которая засняла евреев перед домом Михула. Ее сделал израильтянин из поселения Гуш Эцион, недалеко от Иерусалима, Йоханан Бен Яаков, посетивший в то время Калинковичи и Мозырь по направлению Всемирной еврейской организации ” Джойнт “
Бывшая калинковичанка, ныне жительница Израиля, Нина Голод обнаружила забавный материал из еврейского фольклора, ИСТОРИЯ О ЧЁРТЕ ХАПУНЕ, в котором упоминаются евреи Калинкович конца 19-го века.
Материал является частью статьи, напечатанной в Российском историческом иллюстрированном журнале “Родина”, # 1, 2009 г.  Я отыскал всю статью, которая, думаю, будет интересна всем читающим.              21.04.09
Ольга МИНКИНА
ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР И ПРЕКРАСНАЯ ЕВРЕЙКА

Файншмидт Александр Бенцианович

Еврейские депутаты — это посредники между иудейским населением бывшей Речи Посполитой и властью Российской империи в первые десятилетия после разделов Польши. К концу XIX века они стали популярными персонажами еврейского фольклора1. В нём наряду с представителями различных слоёв еврейского общества фигурируют Екатерина II, Павел I и Александр I, Потёмкин и Державин, А. Н. Голицын и В. П. Кочубей. В фольклоре присутствуют причудливые картины: небольшого роста еврей в традиционном одеянии лапсердаке и широкополой шляпе но со шпагой на боку прогуливается под ручку с Екатериной II по живописным берегам Днепра в окрестностях белорусского местечка Шклова; украшенный орденской лентой еврейский депутат на балу в Зимнем дворце запросто беседует с министром народного просвещения князем Голицыным или флиртует с дочерью адмирала. Одного слова еврейского депутата достаточно чтобы избавить от преследований ту или иную еврейскую общину и превратить злодея капитан-исправника в «шабес-гоя» слугу выполняющего для евреев работу по субботам. Еврейские депутаты становились героями местных преданий упоминались в песнях. Некоторые из этих любопытных легенд представлены ниже.

ИСТОРИЯ О ЧЁРТЕ ХАПУНЕ
Это якобы случилось в местечке Калинковичи Минской губернии. Осенью накануне еврейского Нового года местный раввин начал укорять членов кагала что за год они не совершили ни одного доброго дела. А через местечко проводили по этапу арестантов среди которых был один еврей. И вот по требованию раввина глава кагала поднёс становому приставу сахарную голову и уговорил отпустить еврея-арестанта в синагогу на Йом Кипур2 куда тот и отправился в сопровождении конвойного. Однако во время чтения молитвы «Kol-nidrei»3 арестант сбежал и никто не мог его найти. Для расследования этого дела из Мозыря прибыл свирепый исправник посадивший под стражу раввина и пятерых кагальных. Каждый день их били палками стараясь добиться признания в содействии к побегу арестанта который к тому же оказался главой разбойничьей шайки осуждённым за ограбление нескольких церквей.
Попытки жителей местечка облегчить участь раввина и других арестованных подкупив исправника при посредничестве жены пристава ни к чему не привели. Исправник запросил столь чудовищную сумму что бедные местечковые евреи не смогли её собрать и вот после праздника Суккот4 оставшиеся на свободе члены кагала и уважаемые жители местечка провели очередное собрание и решили отправить ходока в Петербург просить о помощи еврейского депутата Зунделя Зонненберга5 слава о котором докатилась даже до такого медвежьего угла как Калинковичи. Чтобы определить кого отправить с такой щекотливой миссией несколько раз бросили жребий и всё время он падал на восьмидесятилетнего даяна6.
Однако решив что величественный вид и длинная снежно-белая борода достойного старца произведут впечатление на депутата кагальные спешно снарядили его и отправили в путь. В Минске даян встретился со знаменитым мудрецом Тевеле-гаоном7 и тот дал ему совет пренебречь всеми заповедями ради спасения родного кагала.
Под проливным дождём размывшим дороги так что лошади увязали в грязи по колено даян подъехал к Петербургу в пятницу вечером. И тут еврейский извозчик отказался его везти поскольку, согласно еврейской традиции сутки отсчитываются с вечера предыдущего дня и субботние запреты уже вступили в силу. Даян подкрепив свою речь ссылкой на авторитет Тевеле-гаона и обещанием щедрого дополнительного вознаграждения приказал не останавливаться и ранним субботним утром оказался в петербургской квартире Зонненберга который хоть и вращался в высшем обществе столицы снимал большую квартиру в центре города и держал десять человек прислуги оставался набожным евреем и превыше всего почитал как раз заповедь о субботнем отдыхе так что никто не смел и заговорить с ним о каких-либо будничных делах в субботу. И когда достойный представитель местечка Калинковичи ворвался к нему с криком: «Gevalt reb Zundl ratevet an umgliklekhe yidishe kehilla!»8  все присутствовавшие с удивлением воззрились на дряхлого старика столь возмутительным образом нарушающего субботу. Лишь Зонненберг сделал вид что всё это его не касается и продолжал молиться.
Но не таковы калинковичские евреи чтобы отступать перед первым же препятствием. Даян достал из своего дорожного узелка молитвенное облачение надел его и преспокойно встал рядом с Зонненбергом который не проронил ни слова а закончив молитву даже пригласил гостя к столу. Но все попытки рассказать о несчастьях местечка Калинковичи депутат резко пресекал. Тем временем к Зонненбергу заходили разные петербургские евреи и ближе к вечеру депутат уже пел застольные песни. Но калинковичскому даяну было не до веселья: он не мог поверить что так себя ведёт человек о самоотверженности и преданности которого еврейскому народу так много говорили и в Калинковичах и в Мозыре и по всем еврейским общинам Литвы и Беларуси. Но после того как гости ушли и был совершён обряд проводов субботы Зонненберг наконец позволил калинковичскому еврею рассказать свою печальную историю затем оделся велел ждать его и вышел.
Зонненберг отправился пешком в особняк «министра по еврейским делам» — так в легенде отразилась личность министра духовных дел и народного просвещения князя Александра Николаевича Голицына которому в 1817 году было действительно поручено управление делами евреев. Однако оказалось что министр отправился на бал во дворец и депутат также пешком проследовал туда. Следует отметить что топография Петербурга в данной легенде вполне соответствует реальности. От особняка министра духовных дел (ныне набережная Фонтанки 20) действительно можно быстро пройти пешком до Зимнего дворца. Итак спокойно явившись во дворец куда его по личному распоряжению императора всегда пускали без доклада Зонненберг быстро обнаружил министра в кругу придворных дам отвёл в сторону и изложил калинковичский инцидент. Реакция Голицына была неожиданной: «Этого арестанта точно унёс нечистый и нечего тут обсуждать! Ведь всем известно что во время чтения молитвы «Kol-nidrei» одного из присутствующих в синагоге евреев уносит чёрт»9. Чёрт и впрямь существовал: в украинских и белорусских поверьях он именовался «хапуном» в польских — сhaptuś и представлялся как чёрт с рогами и крыльями летучей мыши но при этом в пейсах и ермолке10.
Обнаружив что министр народного просвещения разделяет столь дикое распространённое среди крестьян суеверие Зонненберг не знал радоваться или печалиться; но так или иначе дело было сделано: если по мнению министра арестанта унёс чёрт Хапун то несчастных кагальных не следовало наказывать за то что они якобы устроили ему побег.
Вернувшись в родное местечко Калинковичи даян застал трогательную картину: раввин и пятеро кагальных забыв свои прежние разногласия наслаждались вновь обретённой свободой и властью а свирепый исправник после жёсткого внушения из Петербурга стал настолько благосклонным к евреям что они теперь называли его «наш шабес-гой»11.

ЦАРЬ АЛЕКСАНДР И ДОЧЬ ДЕПУТАТА
Когда Александр I проезжал через Несвиж небольшой городок Минской губернии он якобы всегда останавливался в доме еврейского депутата Лейзера Диллона12. Точнее де Леона, поскольку депутат возводил свое происхождение к средневековому испанскому каббалисту Моше де Леону13 и таким образом как и некоторые другие еврейские деятели того времени принадлежал к субэтнической группе сефардских евреев изгнанных из Испании и Португалии в конце XV века и осевших в Голландии Франции Италии или в Восточной Европе. Таковы были и предки Лейзера Диллона обосновавшиеся при дворе могущественных магнатов Радзивиллов в Несвиже. В противоположность основному еврейскому населению Российской империи, ашкеназским евреям чьи предки попали на территорию Речи Посполитой из Германии и Чехии сефарды сохраняли некоторые обычаи не позволявшие им окончательно раствориться в ашкеназском окружении. Более того многие сефардские евреи могли гордиться дворянством пожалованным их предкам тем или иным испанским королём. Занесённые волею судеб в западные губернии Российской империи они гордо называли себя «дон Гурвич» или «дон Рабинович»14.
Итак остановившись как-то раз по дороге в Варшаву в доме Диллона (точнее, де Леона) Александр I обратил внимание на младшую дочь депутата прекрасную Ривку-Ройхл которой в ту пору было всего тринадцать лет. Одни рассказчики этого предания утверждали что хотя девушка часто заходила в комнату в которой расположился император она вела себя скромно и отклоняла все знаки «высочайшего благоволения». Другие же рассказывали как Ривка-Ройхл сидела у императора на коленях как он гладил её курчавые чёрные волосы а она играла его эполетами и орденами15.
Когда же царь рассчитывая что еврей будет только благодарить за оказанную честь объявил Диллону о своих намерениях относительно его дочери отец который в любых обстоятельствах держал себя «гордо и свободно» заявил что никогда не отдаст свою дочь нееврею будь то хоть сам государь император. Александр ничего не ответил и в тот же день покинул Несвиж. Однако за развитием событий в доме депутата внимательно следили все местные евреи и инцидент с Ривкой-Ройхл стал предметом горячих споров. Учёные мужи и члены кагала во главе со знаменитым ребе Мейерке рассмотрев со всех сторон вопрос имел ли право Диллон отказывать императору и тем самым ставить под угрозу благополучие евреев Несвижа да и всей Российской империи вынесли судебное решение («psak din») что в таких случаях отец должен пожертвовать своей дочерью ради блага евреев16. Когда члены кагала с видимым злорадством сообщили это постановление Диллону тот попытался с ними поспорить но тут вмешалась сама виновница скандала Ривка-Ройхл. Она собственно и не думала никому отказывать и с удовольствием «пожертвовала бы собой».
Услышав такие речи от любимой дочери Диллон не стал больше упираться и велел запрягать лошадей. Ему удалось догнать императора поздно вечером в местечке Дядовка однако тот уже успел позабыть о прелестях юной еврейки. На все уговоры Диллона он только махнул рукой лениво процедил: «Не надо»17 и поехал дальше.

* * *
Воспоминания о депутатах в коллективной памяти еврейского народа оказывались прочно связаны с общим представлением о конце XVIII — начале XIX века как о «золотом веке» когда евреям разрешали свободно селиться в Санкт-Петербурге и даже справлять свои праздники в парке Екатерингоф18. Примечательно что и Екатерина II установившая печально знаменитую черту оседлости и двойное налогообложение для евреев и Александр I, запретивший производство и продажу евреями алкогольных напитков и разрабатывавший проекты о привлечении евреев к военной службе в основном фигурировали в еврейском фольклоре в качестве добрых и справедливых государей. Последнее связано с тем высоким смыслом которым метафора «царя» как символической репрезентации власти небесной обладала в еврейской традиции.

Примечания
1. Основными источниками для данной статьи послужили фольклорные тексты опубликованные в следующих изданиях: Tsitron S. L. Shtadlonim. Warszawa. 1926 (идиш);Yiddishe neshomes. Vol. 1/ New York. 1916. (идиш). Оформление ссылок на последнее издание следует оговорить особо: поскольку каждый раздел книги имеет отдельную пагинацию ссылки на это издание в дальнейшем оформляются следующим образом: название издания номер раздела номер страницы внутри раздела. Корпус фольклорных источников о еврейских депутатах до сих пор не становился предметом специального исследования. Исключение составляют единичные по бóльшей части пренебрежительные упоминания источников такого рода у классиков русско-еврейской историографии (Гессен Ю. И. К биографии Ноты Хаимовича Ноткина//Будущность 1901. № 45. С. 895–896 и др.).
2. Йом Кипур (Судный день) — важнейший еврейский религиозный праздник отмечается через десять дней после Нового года день покаяния отмечаемый постом и специальной литургией.
3. «Kol-nidrei» — молитва об отмене неисполненных обетов и клятв с которой начинается вечерняя служба в синагоге на Йом Кипур.
4. Суккот — осенний праздник отмечающийся после Йом Кипура в память о странствиях евреев по пустыне. В течение этого праздника полагается жить или хотя бы проводить часть времени в специальном шалаше — сукé.
5. Зонненберг Йехуда-Зундель (1758–1822) в 1812–1814 гг. находился при Главной квартире российской армии в качестве подрядчика и «депутата еврейского народа» в 1817–1820 гг. входил в число еврейских депутатов при Министерстве духовных дел и народного просвещения. Отстранён от должности «за дерзость пред начальством».
6. Даян — член раввинского суда помощник раввина.
7. «Гаон» (др.-евр. букв. «гений») в описываемый период — титул выдающихся талмудистов. Тевеле (Тевье) Минскер — неустановленное лицо возможно появление его в данном предании является обычным для фольклора анахронизмом.
8. «Караул г-н Зундель спасите несчастную еврейскую общину!» (идиш).
9. Об этом поверье и других интерпретациях иудейского культа и ритуала в фольклоре восточных славян см.: Белова О. «Про хапуна я думаю и вы слыхали…»//Солнечное сплетение. Иерусалим. 2001. № 16–17. С. 174–180; Она же. О «жидах» и «жидовской вере» в народных представлениях восточных славян//Свой или чужой? Евреи и славяне глазами друг друга. М. 2003. С. 166.
10. Белова О. «Про хапуна…»…С. 174–175.
11. Tsitron S. L. Op. cit. S. 103–113. Шабес-гой — слуга-христианин которого евреи нанимали на субботу.
12. Диллон (Деллион правильнее: де Леон) Лейзер (1782–1838) наряду с Зонненбергом был в 1812–1814 гг. еврейским депутатом при Главной квартире российской армии а затем в 1817–1823 гг., — при Министерстве духовных дел и народного просвещения.
13. Моше бен Шем Тов де Леон (ок. 1240–1305) из Кастилии каббалист автор основного корпуса книги «Zohar» самого известного памятника средневековой еврейской мистики.
14. Подробнее об этом см.: Коган Д. Родословная Гурвичей. По рукописи 1814 г.//Пережитое. Т. 1. СПб. 1910. С. 268–274.
15. Yiddishe neshomes…9. S. 2.
16. В оригинале: «az der yidisher tate meg un muz brengen zayn tokhter far a kurban tsulib dem klal-Isroel» (идиш). Ibid. S. 3. «Klal-Isroel» (букв.: «весь Израиль» «весь еврейский народ») — важнейшее понятие еврейского «политического словаря» того времени. Каждая отдельная еврейская община согласно традиции считалась представляющей собою весь еврейский народ «кнэсет Исраэль» (khnęsęt Yisrā‘ēl) и, наоборот каждая община именно в силу своей автономности часто ощущала себя еврейским народом в миниатюре.
17. Ibid. В оригинале на идише эти слова записаны по-русски еврейскими буквами.
18. Оршанский И. Г. Русское законодательство о евреях. СПб. 1877. С. 301.
Нина Голод в мемуарах Файншмидта Александра Бенциановича обнаружила также упоминание об Айзеке (думаю, что правильно Айзике – А. Ш.) Певзнере. Он в конце 19-го века был Главным раввином в Калинковичах.
Я попробовал поискать более подробную информацию об авторе мемуаров и познакомиться с его материалами. Оказалось, что их очень много и небольшую часть, где упоминаются Калинковичи, Гомель и Чечерск конца 19 – начала 20 – го века, привожу здесь.  Весь этот и ряд других материалов автора можно прочесть по адресу http://samlib.ru/f/fajnshmidt_a_b/mymemuars.shtml  21.04.09
Файншмидт Александр Бенцианович, доктор медицинских наук, профессор, участник ВОВ. Родился 11/11/1923 в Воронеже, ныне проживает в Беер – Шеве, Израиль.
* * *

 З. “КРУГОСВЕТНОЕ” ПУТЕШЕСТВИЕ   Где-то в середине февраля 1929 года папа первый раз в жизни получил отпуск, и мои родители решили совершить большое путешествие. Во-первых, было решено поехать в Гомель к папиным родителям – деду Гиллеру и бабушке Саре, оттуда в Москву к дяде Грише и тете Фане, и уж затем, через полстраны, на Урал к деду Нёму и бабушке Симе. Правда, дед Нём и бабушка Сима сами уже бывали у нас в гостях на Нееловской, но мои родители решили, что будет несправедливо и вызовет обиду, если одних стариков навестят, а других нет. Поэтому и было задумано такое “кругосветное” путешествие, которое, едва начавшись, чуть не закончилось катастрофой.   В морозную, вьюжную, февральскую ночь мы сели на той самой станции Лукашовка в проходящий мимо поезд в отдельное купе полупустого вагона и начали устраиваться на ночлег. Но вдруг наш вагон начал форменным образом танцевать, подпрыгивая и мотаясь из стороны в сторону. Так продолжалось, наверное, целую минуту, пока папа не сообразил, что происходит что-то неладное, и не сорвал аварийный стоп-кран. Состав, завизжав всеми тормозами, быстро остановился. Прибежали проводники со всех вагонов и сказали, что папа спас весь поезд, так как наш вагон сошел с рельс и, если бы мы проехали еще немного, то катастрофа была бы неминуема, тем более, что это могло случиться как раз на мосту через Сейм, до которого оставались считанные метры. Видимо судьба хранила нашу семью.   Ликвидация этой аварии заняла время, но всё, в конце концов, закончилось благополучно. Нас пересадили в другой вагон, и мы поехали дальше.

* * *

4 ДЕД ГИЛЛЕР И БАБУШКА САРАМне тогда еще только пошел шестой год, и я не очень четко запомнил не только Гомель, где жили папины родители, но и самого дедушку0x08 graphic
Гиллера. А бабушка Сара в то время уже больше года лежала парализованная после перенесенного инсульта и, чтобы ее не расстраивать, меня просто не пустили к ней в комнату. Поэтому все, что мне известно о родителях моего отца, это только то, что рассказывали мне о них моя мама и бабушка Сима.Кстати, бабушка Сима и бабушка Сара были родными сестрами и, следовательно, мой отец и моя мама – двоюродные брат и сестра. Бабушка Сара была старшей, а Сима (Симе – Хана) – самой младшей из дочерей в многодетной семье Айзека Певзнера, главного раввина синагоги в Калинковичах. Чудом сохранилась его старинная фотография сделанная, еще в Х1Х веке – прадед в сюртуке и в кипе с Торой в руке. Высокий лоб, окладистая борода и сосредоточенный, внимательный взгляд.

По-видимому, религиозным деятелем был и мой дед Гиллер (Гиллер Лейбович Файншмидт). На старинной, пожелтевшей от времени фотографии конца Х1Х века он снят в анфас, и трудно сказать – был ли он при этом в кипе или нет. Однако, судя по тому, что именно он сделал мне “брит – милу” (кстати, не на восьмой день от рождения, а почему-то в двухлетнем возрасте), он был “моэлем”, ибо никто, кроме “моэлей”, не имеет права это делать по еврейским законам. Бабушка Сима говорила, что до революции он был весьма состоятельным человеком. Но в первые годы НЭПа его до нитки обокрал бывший компаньон, сбежавший куда-то со всеми их деньгами. Все последующие годы, до самой смерти в 1938 году, он жил очень скромно. 0x08 graphic
В 1919 году в Гомеле во время белогвардейского восстания были арестованы и расстреляны все члены Гомельского Революционного Совета, и в их числе Лейба Файншмидт. По-видимому, он был каким-то моим близким родственником. Больше того, поскольку отчество моего деда было именно “Лейбович”, не исключено, хотя по времени весьма сомнительно, что именно этот, расстрелянный белогвардейцами Лейба Файншмидт, был моим прадедом по отцовской линии, хотя столь же вероятно, что он происходил и из какой-то другой ветви нашей фамилии – в Гомеле их было несколько. А имена “Лейба”, “Илья” и “Исаак” (трансформировавшееся после революции в “Александр”) – это наши фамильные имена, передающиеся до сих пор в разных ветвях Файншмидтов из поколения в поколение. Даже здесь, в Израиле, я встретил уже пожилого (1920 года рождения) выходца из Екатеринославской (Днепропетровскокй) ветви нашей, сравнительно редкой, фамилии, Александра Лейбовича Файншмидта. При этом можно вспомнить, что мой отец до революции учился играть на скрипке, как я уже писал, именно в Екатеринославе у Филиппа Ямпольского, и жил все эти годы у своего дяди, Исаака Лейбовича Файншмидта – родного брата деда Гиллера. Поэтому, вполне (по времени) возможно, что встреченный мною в Израиле Александр Лейбович был, очевидно, его внуком, и стало быть, моим троюродным братом. К сожалению, у меня нет возможности проверить по архивным данным, в какой действительно степени родства были со мной и этот, встреченный мною в Израиле Александр Лейбович, и тот, расстрелянный в Гомеле, Лейба Файншмидт, тем более, что в нашей семье о нем никто и никогда мне ничего не рассказывал, и я случайно узнал об этой истории совсем недавно из Интернета. Когда дед Гиллер и бабушка Сара были еще молодыми, у них родилось семеро детей. И все – девочки. Естественно, что дед Гиллер очень хотел, чтобы у него был наследник. Но случилось несчастье. В 1896 году разразилась в Чечерске, где они тогда жили, страшная эпидемия дифтерии, и за одну неделю шестеро из семи дочерей Гиллера и Сары умерли. В живых осталась только самая старшая из них – моя тетка Галя. Горю бабушки Сары, как рассказывала мне бабушка Сима, не было предела, и она пошла за советом к раввину. Он выслушал ее, помолился и сказал, что если она забеременеет, то Бог пошлет ей сына, которого она должна в благодарность за это назвать Бен – Сионом (Сыном Сиона). Так она и сделала. В 1899 году она родила долгожданного сына и назвала его Бен-Сион. Это имя стало моим отчеством, и я с гордостью ношу его всю мою жизнь, стараясь не запятнать его честь. ….

Файндшмидт А.Б. , 1925 г.

Из найденного в сети, скорее всего это сын Ф. А. – ФАЙНШМИДТ ЕВГЕНИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ, СТ. ПРЕПОДАВАТЕЛЬ КАФЕДРЫ ГМУ РЭУ, ЧЛЕН ЭКСПЕРТНОГО СОВЕТА ФОНДА «РАЗВИТИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ И ПРАВОВОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ» ПРИ РОССИЙСКОМ СОЮЗЕ САМОРЕГУЛИРУЕМЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ (РССОАУ), ЧЛЕН ЕВРОПЕЙСКОЙ АССОЦИАЦИИ СПЕЦИАЛИСТОВ ПО НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ И АНТИКРИЗИСНОМУ УПРАВЛЕНИЮ INSOL EUROPE, ЧЛЕН  МЕЖДУНАРОДНОЙ АССОЦИАЦИИ СПЕЦИАЛИСТОВ ПО НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ И АНТИКРИЗИСНОМУ УПРАВЛЕНИЮ (INSOL INTERNATIONAL). 

Пересмотрено, несколько уточнего и добавлено 9 июня 2016  14:59

***

Получил письмо:
Здравствуйте. Случайно прочитала статью, в которой упоминается раввин Айзик Певзнер – по мемуарам моего отца, Александра Бенциановича Файншмидта. Может быть, это никому не интересно, но там в конце статьи обнаружилась некоторая неточность. Писатель и известный математик Файншмидт – не сын Александра Бенциановича , он  принадлежит к другой линии этой фамилии.  У А.Б. Файншмидта было (и есть) две дочери
– я и моя сестра Алла. 
С уважением и интересом – Буровская (Файншмидт) Елена Александровна.

10.02.2018  23:27

Эмигранты 20-х годов / Immigrants of the 1920’s

The history of the Kaufmans (Kofmans) family that part of them emigrated from Kalinkovichi, Belarus to the USA in the early 1920.

You can see the link kaufman using “Acrobat Reader”.

***

vozle mogili rastrel. evreyam 89 g

The Jews of Kalinkovichi pay their respect in memory of the killed Jews.  Near the place of massive killing of Jews , 22 of September 1941
from right to left: Leva Suharenko, Aaron Shustin, Grisha Veynger and Edik Gofman. April
1990
Pesah 90 g. v Mozire
The Jews living in Kalinkovichi and Mozir are celebrating Passover freely for the first time in one of the Mozir halls. The Passover Hagada is read by the 6-year old Sveta Shustina. April 1990
evrei Kalinkovjch 89 g
The Jews living in Kalinkovichi near the synagogue. In the middle Aaron Shustin.
The photo of Iohanan Ben Yaakov, delegate from Joint to Kalinkovichi and Mozir, resident of the Israeli cettlement Gush Ezion.April 1990
Published January 23, 2010

Updated May 3, 2016

Книга на англ. об истории семьи Кофман о жизни в Калинковичах в начале прошлого века и продолжая эмиграцией в Америку в начале 20-х годов прошлого века. Там их записали как Кауфман. В книге также же приведена поэма в стихах, написанная на англ. и идиш Израилем М. Кауфманом, и подготовленная к печати в 1993 г. к его столетию родственниками в Израиле. 

Линк материала  вверху в англ. тексте. 

Опубликовано 23 января 2010

Обновлено 3 мая 2016

Об интересных и добрых людях.

Наум и Мила Рошаль. Привожу строки из их письма:

Здравствуйте Арон!

Ваши два послания мы получили. Большое Вам спасибо за приглашение принять участие в написании книги воспоминаний о нашем городе Калинковичи. Мы не знаем в какой степени можем Вам помочь. Дело в том, что мы не коренные Калинковичане, а из Петриковского района.

После освобождения Калинковичи 16 января 1944 года наши семьи в июне 1944 года вернулись из эвакуации в Калинковичи и проживали там до эмиграции в США.. Вот, что касается этого периода, то мы там жили, учились, работали и, конечно, что-то знаем о городе.

Я пишу от имени жены Милы Мойсеевной Рошаль (Голубицкая). Она закончила 10 класс в Калинковичах в 1946 году, а затем Ленинградский медицинский институт и работала врачом-эпидемиологом. Её отец Мойсей Семёнович работал директором Калинковичской Райзаготконторы.

Старший её брат Лев Мойсеевич с 1924 года рождения погиб при освобождении Польши в 1944 году, второй брат Семён Мойсеевич рождения 1925 года на фронте был тяжело ранен, но еще прожил до 1993 года.

Я, Рошаль Наум Романович, 1926 года, являюсь участником ВОВ. Воевал солдатом. Учился. Работал в Калинковичах от Мозырьского строительного треста. Первые двух-трех этажные дома возводились под моим руководством. За 32 года моим участком построено много домов, школ, промышленных предприятий и т.д.

Мой отец Рувин Аронович 1903 года, участник ВОВ. После демобилизации работал на Райпромкомбинате в разных должностях.

Мать Броня Наумовна 1903 года, до выхода на пенсию работала зам. директора Калинковичского горторга. Сестра Фаина Романовна работала школьным учителем по математике.

Брат Леонид Романович 1929 года, в Калинковичах закончил среднюю школу, затем Ленинградское Военно-геодезическое училище, служил и в звании капитана уволился из армии и жил в Минске. Сейчас живёт со своей семьёй в городе Денвере, штат Колорадо.

В Израиле живёт моя двоюродная сестра Фаина Дворина. Её родители еще до начала ВОВ переехали в Калинковичи, и я их считаю коренными жителями города. Из этой семьи не вернулись с войны её отец и два брата. Я Вас не знаю, но мой старший сын Леонид Вас знает как шахматиста, и он Вам передаёт привет.

С уважением Мила и Наум Рошаль. 6 июня 2008 года.

Вся история их замечательной жизни описана в трех частях рукописи ” Моих воспоминаниях “, которые можно прочесть в разделе “Интересные материалы наших земляков, а также о событиях и людях, связанных с Калинковичами”

Погромы и убийства евреев Мозырского уезда в 1918-начало 20-годов

Обстановка в Калинковичах и др. населенных пунктах Мозырского уезда в период 1918 – начало 20 – годов.  Антисемитизм. Банды Булак-Балаховича, Петлюры, польские легионеры. Погромы, убийства, грабежи.  Первая волна эмиграции 20-х годов прошлого века.

 

38. Доклад инструктора Белорусской комиссии Евобщесткома А. Найдича ЦК Евобщесткома о пребывании С. Булак-Балаховича в г. Мозыре Минской губ. в октябре-ноябре 1920 г. Не позднее 2 декабря 1921 г.

Мозырь
Выдержка из доклада Найдича Арона, 37 лет (инструктор Евобкома)

В феврале 1918 г., перед прибытием немцев, большевики оставили город. На время безвластия еврейские соц[иалистические] партии образовали самооборону (главным образом, Бунд и Фарейнигте ) в составе 200 чел. В город до немцев прибыли петлюровцы – человек 20 – во главе с Субботским и Луценкой. Они хотели арестовать начальника самообороны Нохима Фельдмана, но отряд отказался его выдать. [….]

В марте вступили петлюровцы (29 марта 1919 г.), за два дня до прибытия петлюровцев 27 марта на бойню отправились резник Мойше-Хаим и 2 мясника: Линович и еще один, по дороге они встретились с отрядом петлюровцев, который обыскал их. Обнаружив у них ножи, петлюровцы начали над ними издеваться, истязали их, а потом застрелили их, а также одного служащего на бойне. Это были первые четыре жертвы в Мозыре. Когда петлюровцы вступили в город, они тотчас же убили женщину Гамбург, лет 45, больше жертв не было, зато начался открытый грабеж еврейских квартир и лавок, который продолжался до 12 час. утра следующего дня. Офицеры, однако, начали принимать меры против грабежей, убеждая солдат прекратить их. Офицерам помогали некоторые русские люди во главе с бывшим помощником исправника и помощником начальника милиции Чумаковым, который всячески старался остановить погром. Комендант города предложил председателю думы Семенову созвать заседание думы, избрать охрану и приступить к работе. Город успокоился. 2 апреля петлюровцы оставили город, причем отступление произошло без эксцессов. В город вошли советские войска. В марте 1920 г. вступили в Мозырь польские войска. Сейчас же легионеры рассыпались по городу и начали грабить евреев. Группами заходили в еврейские квартиры, забирали все, что было, были также случаи избиений. У меня в квартире были несколько раз, ограбили все. Грабеж продолжался 2 дня. Потом погром прекратился, началась ловля исключительно евреев на работу. Ходили по квартирам, ловили по улицам евреев, при этом избивали прикладами, резали бороды и т.д. Так продолжалось 2  месяца, потом евреи образовали комитет по урегулированию назначений на работу. Поляки обращались к комитету за известным количеством рабочих, которых комитет доставлял. Но помимо комитета [поляки] продолжали евреев ловить на работу. Состоятельные люди откупались, а бедняки вынесли на себе всю тяжесть работ. Вообще, поляки не брали на работу хорошо одетых евреев, а охотились исключительно за бедно одетым элементом. В Мозыре образовался Американский комитет . Я состоял членом его. Гражданская польская власть очень скверно относилась к Комитету и всячески тормозила его работу. В конце мая 1920 г. в Калинковичах были арестованы три еврея: Соловьев, Кацман и [ третий, фамилия которого неизвестна ], по обвинению в шпионстве; все трое были повешены в Мозыре в городском саду в 3 часа дня на глазах у многочисленной публики . В связи с этим началась антисемитская агитация. По городу были расклеены объявления, что вследствие того, что еврейская нация занимается шпионажем, выдача пропусков евреям прекращается, и в дальнейшем будут применены суровые репрессии . Объявление было подписано командующим генералом Сикорским . Объявления были напечатаны на польском и русском языках; все другие объявления и приказы властей в то время печатались на одном только польском языке. Американский комитет решил послать делегацию к генералу Сикорскому в составе председателя Комитета присяжного пов[еренного] Лиокумовича и членов Президиума доктора Офингенда и Бабицкого. Генерал Сикорский заявил делегации, что он был неправильно информирован и обещал отменить приказ, однако приказ не был отменен, пропусков не давали, и вообще отношение к евреям стало значительно хуже. В середине июля поляки начали эвакуировать город. [….] Ночью в конце июня поляки ушли, причем подожгли предварительно железнодорожные деревянные мосты. Тушить мосты не пускали. Красные войска вступили в город при исключительной радости населения, измученного польскими грабежами и издевательствами.

13 июля в Мозырь прибыла передовая агентура Особотдела 37-й дивизии во главе с Гладковым. Отряд арестовал членов Американского комитета, в том числе и меня, а также члена рады и магистрата. Ревком и парткомы КП и соц[иалистической] партии потребовали нашего освобождения. Нас обещали выпустить, но ночью нас увели из Мозырской тюрьмы и отправили в Глуск в Ревтрибунал. Нас обвиняли в том, что Американский комитет был органом Антанты для контрреволюционной пропаганды и будто председатель Комитета ездил в Варшаву для переговоров по этому поводу с Пилсудским. Ревком и профбюро послали специальную делегацию к […] Особотдела 57-й дивизии об освобождении нас. [….] 9 октября узнали, что балаховцы надвигаются на Мозырь. Утром сотрудникам ревкома было сообщено, что 3 полка балаховцев перешли на сторону советских войск и что опасаться нечего. Днем настроение стало тревожное, но ревком отдал приказ никого не пускать через мост. В 5 час. вечера балаховцы вступили в город. Крестьянское население радостно встретило балаховцев, но евреи попрятались по квартирам. Сейчас же начался погром с массовыми изнасилованиями, избиениями, издевательствами и убийствами. Офицеры участвовали в погроме наравне с солдатами. Незначительная часть русского населения грабила лавки, вскрытые балаховцами. Всю ночь по городу стояли душу раздирающие крики. Я лично сравнительно мало пострадал, так как был в доме русского (Бежика), который просил балаховцев не трогать нас.

ГА РФ. Ф. 1339. Оп. 1. Д. 459. Л. 2-3. Заверенная копия.

45. Доклад уполномоченного ОЗЕ М.Л.Лифшица для Минского отдела ЕКОПО о положении населенных пунктов в Мозырском уезда Минской губ., пострадавших от набега С. Булак-Балаховича в ноябре 1920 г. Не позднее 18 января 1921 г.

Мною были посещены в Мозырском уезде следующие пункты: Мозырь, Птичь, Житковичи, Туров, Петриков, Копаткевичи, Скрыгалов, кроме того, получены сведения о погромах в Лельчицах, еврейских колониях Черемня, Редьки и селе Городятичи Мозырского же уезда. По пути я остановился также в Калинковичах и еврейской колонии Ситня Речицкого уезда Гомельской губ.

Г. Мозырь насчитывает до 13 тыс. жителей, из них евреев свыше 10 тыс. душ (около 2000 семейств). Цифры эти, впрочем, далеко не точны.

Узнав о приближении балаховцев, большая часть еврейской молодежи (особенно девушки) пешком ушли из Мозыря; очень многие, в том числе 12-15-летние девочки, ходили пешком до самого Гомеля (186 верст). Следует отметить, что местный ревком, по неизвестным мне соображениям, установил заставу на мосту через Припять, ведущем из Мозыря в Калинковичи, и никому без особого пропуска не было разрешено перейти через мост. Пешеходам пришлось ходить вдоль берега до м. Брагин.

Балаховцы вступили в Мозырь в среду вечером 10 ноября. Пробыли они в этом городе 10 дней. Погром начался тотчас по вступлении головного отряда армии в город и продолжался до 12 час. следующего дня. Однако и в течение последующих 9 дней грабежи, избиения и даже убийства продолжались, как на окраинах города, так и в центре. Балаховцы, хорошо осведомленные об отступлении и направлении красноармейских частей, вступили в Мозырь сразу большой массой без предварительной разведки. Не разместившись еще по квартирам, солдаты вместе со своим начальством стали обходить еврейские дома, грабить, убивать и насиловать. В течение первой ночи своего пребывания в Мозыре балаховцы успели почти во всех без исключения еврейских домах обыскать чердаки, погреба, хлевы, лавки. Во многих домах вырывали доски полов, выламывали кирпичи из подпечников и т. п. В эту ночь было убито 18 чел., в течение остальных 9-ти дней было убито и умерло от ран еще 14 чел. Всего в Мозыре и непосредственно прилежащих окраинах города, Трипуны и Кимбры, убито было 32 чел. Число изнасилованных женщин точному учету не поддается. Некоторые обыватели полагают, что их было до 1500 и даже более; врачи, однако, считают цифру эту сильно преувеличенной. Доктора Офенгенде, Шапиро и Бабицкий находят, что в Мозыре было изнасиловано до 300 еврейских женщин. Среди изнасилованных, как и во всех других местах, есть девочки 12 лет, глубокие старухи, беременные на 9-м месяце и роженицы. Изнасилованные женщины, опасаясь огласки, избегают обращаться к местным врачам за медицинской помощью.
[…]

Уполномоченные Евобществом Овручского уезда с грузом помощи. 1921-1922 гг.

Мозырское еврейское население до крайности разорено. Кроме денег и ценных вещей забрали почти все белье, одежду, обувь, которую снимали с ног даже у детей. Более громоздкое имущество, как подушки, перины, старая одежда, посуда, кухонная утварь, швейные машины и т.п., которые солдатам и офицерам не понадобились, забраны были подводчиками и стекавшимися из окрестных сел и деревень крестьянами и местными жителями-христианами.

На почве отсутствия белья и мыла и нужды в Мозыре свирепствуют эпидемические болезни. Медикаментов нет. Аптекарские магазины, аптеки, больницы разграблены. Награбленное имущество, кроме расхищенного местными и окрестными крестьянами, было вывезено при отступлении Балаховича его обозом на 150 подводах. Помощи мозырское население не получило до сих пор никакой. Пострадавшим предложено зарегистрироваться в особой комиссии, каждой семье, зарегистрировавшейся в комиссии, усобесом выдается денежное пособие в 5400 рублей. Комиссия эта еще не наладила своей работы; она не получила никакого кредита для организационных расходов и содержания штата, не имеет бумаги для делопроизводства и регистрационных карточек. Очень многие, простояв в очереди по целым дням и не добившись регистрационного номера, не записались на получение пособия.
[…]

В Житковичах во время безвластия была организована гражданская милиция. Балаховичу было доложено каким-то местным черносотенцем, что милиция разоружала отступавших вразброд солдат его армии, и им было приказано в течение получаса собрать всех местных евреев и расстрелять их из пулеметов. Только благодаря заступничеству и ходатайству местного священника приказ был отменен.

Следует отметить, что местное христианское население здесь в грабежах участия не принимало. Многие приняли на хранение еврейское имущество и укрывали у себя самих евреев. Грабили только пришлые подводчики. Станция Житковичи не пострадала: узнав о приближении Красной армии, балаховцы поспешно удалились на туровскую дорогу, минуя станцию. Сам Булак-Балахович здесь чуть не попал в плен.

Местечко Петриков, 8 верст от ст. Муляровка Полесской ж. д.
В местечке числится до 400 еврейских семейств (около 2300 душ) и вдвое более христиан. Евреи были застигнуты балаховцами врасплох. 3 ноября из местечка выехал ревком, совершенно не предупредив еврейское население о грозящей ему опасности, а 4-го в 10 час. утра в местечке появился конный разъезд – отряд балаховцев человек в 40-50. Группа молодежи, убежавшая в тот же момент из местечка, была обогнана офицером, предложившим молодым людям вернуться домой, уверяя, что никаких беспорядков и буйств допущено не будет. Грабежи и буйства начались, однако, уже в тот же день. Офицерами отряда было предложено собрать к 12 часам следующего дня 100 тыс. рублей царских денег. Сумма эта была внесена к сроку, тем не менее, погром не прекратился, а наоборот, шел крещендо. 6 ноября командный состав отряда потребовал еще 250 тысяч рублей (царских), которые также были внесены, но ужасы погрома от этого не были смягчены. Так, 7-го числа конный отряд вместе с подоспевшими в этот день пешими силами подожгли деревянные лавки – [числом] 12, пожар охватил и ряд каменных лавок, на которых сгорели крыши. Во время пожара обнаружилось, что под железными крышами было спрятано много товаров, что дало нить к новым и весьма успешным поискам во всех зданиях, крытых железом. В общем, балаховцы провели в Петрикове 16 дней (4-19 ноября), но погром продолжался всего лишь 5 дней (4-8 [ноября]), с 8-го числа грабеж стал затихать, по крайней мере, убийства совершенно прекратились. Надо, впрочем, заметить, что в течение первых пяти дней местечко было настолько опустошено, что уже дальнейший грабеж дал бы довольно мало. За эти 5 дней было убито 11 чел., а именно:

Яков Рувимович Зарецкий, лавочник 55 лет. Угрожая расстрелом, его заставили отдать все имевшиеся у него деньги и ценные вещи, затем избили находившихся во флигеле в его дворе дочь и сестру, потерявшую от побоев зрение в правом глазу. Выходя из флигеля, бандиты встретили во дворе Зарецкого и ударом топора убили его.

Вигдор, 70 лет, живший на иждивении своих детей, убит, защищая честь своей внучки.

Михель Рейнгольд, 60 лет, пленник [так в тексте, имеется в виду – плотник]. Повешен за отказ в выдаче денег, которых у него и не было.

Нохим Золотовский, 45 лет, кондитер, при таких же обстоятельствах.

Цивья Зискинд, 65 лет, жена меламеда. Застрелена без всяких поводов.

Два неизвестных молодых еврея из Турова, зашедших в квартиру некоего Цфасмана. Цфасман этот обещал было нескольким офицерам доставить золотых колец, но обещания не сдержал и куда-то скрылся. Возмущенные его обманом, офицеры явились к нему на квартиру и, застигнув там двух молодых туровских евреев, застрелили их.

Бенцион Овсеевич Голубицкий, 65 лет, содержатель гостиницы, защищая честь своей дочери, был тяжело ранен и через несколько дней скончался. При таких обстоятельствах был ранен некий Гарбер, 18 лет, заступившийся за свою сестру.

Иосиф Аронович Романовский, 25 лет, при неизвестных обстоятельствах.

Фейга Муравьева, 20 лет, портниха, застигнутая балаховцами вместе с 10-12 другими женщинами; она заявила приставшим к ней бандитам, что даст себя скорей убить, чем обесчестить. Девушка была тут же убита из револьвера, после чего балаховцы удалились, не подвергая остальных женщин насилию.
В Петрикове же повешен неизвестно по какой причине еврей-балаховец. Один утверждает, что за протест против погромов, другие, что по обвинению и подпольничеству.

Кроме того, в Петрикове же похоронены 34 жертвы из окрестных деревень, а именно:
9 чел. из д. Турок убиты в лесу, где искали себе спасение: 5 молодых мужчин, 1 женщина и 3 детей, из них один грудной ребенок, замерший на груди своей матери.
14 чел. (2 семьи вместе с детьми) в д. Мелидовичи
5 чел. (4 мужчины и 1 женщина) в д. Смедин
6 чел. из д. Шестовичи.

ГА РФ. Ф. 1339. Оп. 1. Д. 459. Л. 2-3. Заверенная копия. 10 мая 2007 г.
Много интересного можно также прочесть в материале: Погромы 1918-1921 гг. сетевой журнал ” Заметки по еврейской истории ” № 103 , декабрь 2008 г
Из книги Л. Смиловицкого «Евреи в Турове: история местечка Мозырского Полесья» Иерусалим 2008 г.

 

Опубликовано 23.01.2010

А вот в нынешней Беларуси из С. Булак-Булаховича и его брата Юзефа делают героев. Читайте материал на белорусском от 1 ноября 2015  

Рука Масквы: забойства ў Белавежскай пушчы

Добавлено 3 ноября 2015

История города Калинковичи


Город Калинковичи раскинулся на юге Республики Беларусь в Гомельской области на Полесье.


Калинковичи – центр Калинковичского района, в 122 км на запад от Гомеля, 10 км на север от Мозыря и реки Припять, 276 км на юг от Минска, узел железнодорожных линий  Гомель – Брест, Минск – Киев, Санкт – Петербург – Одесса и Кишинев, автодорог Москва – Брест и Минск – Измаил.


Из провинциального еврейского местечка, Калинковичи в соответствии с Решением правительства БССР официально преобразован в город 3 июля 1925 года.

 

Первая железная дорога через Калинковичи была построена в 1882 г, а в 1910 – ж/д ветка через Калинковичи, которая соединила с Санкт-Петербургом и Одессой.

После революции 1917 г, Калинковичи продолжал оставаться небольшим провинциальным городком, где проживали в основном евреи, которые занимались мелким кустарным промыслом.

22-24 сентября 1941 г. в Калинковичах фашистами были расстреляны сотни оставшихся евреев города, а также привезенных из других мест.

С конца 80-х пошла последняя волна эмиграции евреев из города, которые уехали в Израиль, Америку, Германию, Канаду, Австралию и некоторые др. страны. Ныне в Калинковичах осталось небольшое количество евреев, в основном пожилых, либо смешанные семьи.

Длительное время населённый пункт называли Коленковичи. Видимо, изначальный топоним возник от крутого «коленом» изгиба сухопутных дорог на Мозырь и речную пристань, которые ответвились здесь от основной магистрали Бобруйск – Озаричи – Автюки – Юровичи – Брагин в 16 –17 ст.
Ещё одно толкование названия «Коленкович», под которым населённый пункт упоминался в ряде дореволюционных источников. Понятие «коленские», т.е. кёльнские, происходящие из немецкого города Кёльна, появилось в ряде судебных документов 16 –17 столетий. Речь идёт о товарах, которые поступали оттуда на местный рынок. Но, значит, были и выходцы оттуда, торговцы, посредники, люди коленские, или Коленковичи. Возможно, первые еврейские переселенцы походили именно из Кёльна. Это значительная часть населения занималась не только торговлей импортными изделиями, но и ремеслом кузнечным, скорняжным, столярным, ювелирным…. Это их полезная деятельность обогащала хозяйственную жизнь, уровень услуг, превращая глухую деревню в местечко.
Только в наше время за городом закрепилось красочное название Калинковичи.


Район имеет долгую и интересную историю.


Ярким подтверждением этого является верхнепалеолитическая стоянка в деревне Юровичи, датируемая 26—10-ым тысячелетием до нашей эры. Именно здесь, на берегу реки Припять, поселились первобытные люди.

В 1929 году была обнаружена стоянка первобытного человека учителем Юровичской школы Юлианом Попелем. Он обнаружил кость и отправил её в археологический институт на исследование. И археологами было доказано, что люди жили здесь уже за 26 тыс. лет до н.э. К этому открытию и причастен Юлиан Юлианович Попель (1880 –1938гг.). Он был из семьи священника Холмской губернии. В 1904 году закончил юридический факультет Петербургского университета и археологический институт. Попель был очень внимателен к людям, знал историю, литературу, несколько иностранных языков. Позже попал под репрессии и погиб.
Первое упоминание о местечке Калинковичи Багримовичского староства содержится в акте ревизии Мозырского повета Великого Княжества Литовского от 8 октября 1560 года, в котором определены границы нескольких населенных пунктов, в том числе и Калинкович.
Согласно «Ревизским сказкам» от 20 августа 1811 года населённый пункт с 1793-1805 года был собственностью князя Шаховского и имел статус местечка. В местечке проживало 116 душ мужского пола.
На восточной окраине деревни Липово расположен памятник архитектуры — усадебно-парковый комплекс середины 19 века.
На Беларуси местечком называли населенные пункты городского типа, в которых кроме крестьян проживали торговцы и ремесленники. В 1870 году в местечке Калинковичи было только 100 дворов.

В 1882 году была построена Полесская железная дорога, которая прошла через местечко Калинковичи, которое 1886 году превратилось в станцию, было построено паровозное депо.

В 1910 году через местечко Калинковичи прошла железнодорожная ветка Одесса – Санкт–Петербург, местечко стало крупным железнодорожным узлом. До Октябрьской революции узел представлял собой приписной парк из 12 паровозов серии «ОВ», работал 1 маневровый паровоз, через станцию проходили 3 пассажирских и 6 грузовых поездов в сутки. Скорость поездов была 15 км/час. Штат депо насчитывал 72 человека. Расписания поездов не было. Способ обслуживания поездов – телефон. Работа на железнодорожном узле была незавидной, тяжёлой. Зарплата мизерной, работников часто штрафовали.

…. В первое время советской власти м. Калинковичи – обычный, внештатный, бедный, большей частью еврейский городок, жизнь которого основывалась главным образом вокруг железнодорожного узла.

Население главным образом, занимались ремеслом и торговлей, по преимуществу это были мелкие кустарники. Однако уже возникли предприятия, где использовались механические двигатели, появились паровозы. В 1921 году на механической тяге работали мельницы в местечке Калинковичи, маслобойка на станции Калинковичи. В кустарных мастерских использовался наёмный труд рабочих в количестве 5-6 человек.

Гутман Есель держал дамскую портняжную мастерскую по улице Барановской (теперь улица Калинина).

Ручаевский Лейба имел мужскую портняжную, которая находилась по улице Зелёной (теперь улица Красноармейская).

Гинзбург Лейба имел сапожную мастерскую по улице Почтовая (теперь улица Советская).

Бухман Моисей – кирпичный завод в конце Почтовой улицы по направлению к Мозырю.

Миневич Залман – завод сельтерной воды (ул. Постовая).

Проживали в Калинковичах лесопромышленники, которые занимались скупкой и продажей леса (Ланда Моисей, Шлейфер Геся и др.) Здесь я вношу некоторые поправки, которые написал 25 – летний Александр Зак, уроженец и ныне житель Москвы, с которым у меня началось общение, после чего он стал знакомиться с материалами сайта. “Очень интересный сайт. Правда моего прапрадедушку звали не Моисей Ланда, а Мойше ЛандО. И жил он не в самих Калинковичах, а в Колбасичах, где была лесопилка (по крайней мере после революции). К тому же после революции он хотя и остался управляющим, сильно победнел, прабабушка долго не могла замуж выйти” Другие материалы о предках Саши, фамилии которых были Голод, Журавель, Ландо, Зеленко, Бурдо,  которые он записал со слов мамы, помещаю в Письма и воспоминания калинковичан (1), письмо от 2 апреля 2009 г.

В остальном же, были разбросаны купцы-одиночки и ремесленники: (ковали, печники, каменщики, столяры, галантерейщики, трактирщики, парикмахеры).

Первые кооперативные хозяйства в местечке Калинковичи стали создаваться в 1920 году. Тогда было создано «сельхозтоварищество», которое продавало крестьянам молотки, веялки, сеялки, плуги.

С 1925 –1928 года кооперативные движение среди кустарей и ремесленников усилилось. Примерно в конце 20-х годов созданы были артели: сапожная «Октябрь» (председатель Пинский), портняжная «Прогресс» (председатель Школьников), столярная артель «Зорька» (председатель Кацман), кирпичная артель, объединившая заводы Калинкович, Холодник, Юрович и Останкович (председатель Шнитман), артель «Ясено» создана на станции Калинковичи, где теперь разместился «5-й стройучасток». В этой артели занимались производством ободьев, колёс. А также на станции Калинковичи работала артель «Красный Текстильщик», которая занималась покраской ткани.

В 1926 году был построен барак для больницы на 15 коек. В этом же году было принято решение о строительстве электростанции.

Самыми старыми предприятиями города является комбинат хлебопродуктов. Он основан в 1924 году, как заготовительная организация для хранения закупленного зерна у крестьян. Из досок были построены 3-и склада. После Великой Отечественной войны при заготовительном пункте был построен комбикормовый завод. А в 1959 году на базе этих организаций открылся комбинат хлебопродуктов.

В 1927 году была создана артель «Энерготруд», которая занялась изготовлением гнутой мебели из лозы. В 1960 году артель ликвидирована и на её базе открылась мебельная фабрика.

Работали три средние школы. В 1917 году на станции Калинковичи была открыта школа для детей железнодорожников. Теперь это средняя школа №4. В 1921 году в большом помещении на улице Куйбышева была открыта прогимназия, которая в 1924 году переделана в рабочую 7-летнию школу, после стала называться школой колхозной молодёжи.

В начале 30-х годов началась реорганизация транспорта на железной дороге, в том числе и реконструкция Калинковичского узла, было открыто для ремонта и эксплуатации паровозов депо Подольское.

В 1930 году на улице Подольской был построен небольшой цех площадью 120 кв. м., в котором обрабатывали закупленную у крестьян птицу. Через 2 года тут же строится холодильник. Это предприятие стало основой мясокомбината.


26 июля 1930 году решением правительства Беларуси Калинковичский район существует самостоятельно.

3 июля 1939 года Калинковичский район вошёл в состав Полесской области.

Тяжелыми были бои за Калинковичи и район. О боях ВОВ свидетельствуют 57 братских могил, на которых установлены памятники. 15 Героев Советского Союза навечно остались лежать в Калинковичской земле. Их именами названы улицы, а на главной площади города установлены мемориальные знаки, которые образуют аллею Героев.

Неоценимый вклад в общую победу над врагом внесли подпольщики и партизаны, в том числе молодежная подпольная организация «Смугнар», в память о которой в г. Калинковичи по ул. Октябрьской установлен памятник. 26 июня 2004 года в г.п. Озаричи был открыт музей памяти жертв фашизма Озаричских лагерей смерти.

Еще до войны в начале ул. Советской, возле железнодорожного переезда были вырыты котлованы под планируемое строительство нового ЖД вокзала. И когда в конце августа 1941 г. фашисты заняли город, то в нем осталось еще много евреев. В начале 20 – х чисел сентября их всех согнали к месту готовых ям и 24 – го сентября расстреляли. Точное число невинно убиенных неизвестно. Только в первой могиле покоятся 600 человек. А был еще второй расстрел, когда убивали евреев, привезенных из других местечек..

24 сентября 1996 году на собранные еврейские пожертвования в Израиле, Америке, Канаде и некоторых др. странах, в Калинковичах был открыт памятник растрелянным фашистами евреям.
К сожалению, даже в эпоху перемен, на памятнике так и не появилась надпись о том, что там покоятся не просто мирные жители, а люди, которые были зверски расстреляны только за то, что они были евреями.


В послевоенные годы начали работать совсем новые предприятия по переработке сельскохозяйственной продукции – хлебозавод, ЗЗЦМ.

В 1946 году начал работать Калинковичский мясокомбинат, был построен железнодорожный вокзал, локомотивное депо.

В 1957 году началось строительство завода кровельных материалов. Основная продукция – шифер.

В середине 1960 году в лесу началось строительство завода железобетонных изделий. Завод начал работать 25 июля 1967 года.

В связи с мелиорацией Полесья в Калинковичах было начато строительство ремонтно-механического завода, который открылся в 1970 году.

Вместе с развитием промышленности в городе активно развивалось потребительская и государственная торговля.

В 1976 году было создано Калинковичское потребительское товарищество. Торговая сеть размещалась в небольших приспособленных помещениях. Это были магазины, которые торговали смешанным товаром.

В 60-70-е года в городе идёт активное строительство объектов народного образования, культуры, спорта, охраны здоровья. Были построены средние школы №6, №8. А средние школы №4-1932 году, №1 – 1934 году, №2 – 1936 году ( новое здание школы в лесу возле военного городка появилось в 1960 ( 1 ) г ), №3 – 1950 году, №5 – 1955 году, №7 – 1974 году, №9 – 1986 году, детские сады, муз школа, СПТУ-184, Полесский сельскохозяйственный техникум им. Мицкевича (сейчас Полесский государственный аграрный колледж), бассейн, центральная районная библиотека, стоматология, детская поликлинника, родильный дом, районный Дом культуры, открылись две детские спортивные школы, районные и городские Дома пионеров, гостиница, кинотеатр «Знамя».

В 80-е годы значительно изменился облик города, отраслевая структура экономики. Стало осуществляться строительство жилья, развивается коммуникативное хозяйство.

Современная система связи в районе сложилась ещё в послевоенные годы. В 1973 году построено новое здание узла связи с автоматической телефонной станции на 3100 номеров. А в 1997 году введена в эксплуатацию новая современная автоматическая телефонная станция на 5000 номеров. В 1999году АТС насчитывает 9000 номеров. Начато строительство первой очереди газопровода.

3 декабря 1998 года на внеочередной сессии городского и районного Советов депутатов в соответствии с Указом Президента Республики Беларусь №563 было принято решение об объединении Калинковичского района и города Калинковичи в одну административно-территориальную единицу. Калинковичский район с административным центром города Калинковичи.

На сегодняшний день население города и района составляет примерно 70 тысяч человек.

В городе Калинковичи работают 14 крупных промышленных предприятий: ОАО «Калинковичский мясокомбинат», ОАО «Калинковичский завод ЗЦМ», ОАО «Калинковичский РМЗ», ОАО «Калинковичихлебопродукт», ОАО «Калинковичская маслосырбаза», филиал «Калинковичская мебельная фабрика» ЗАО «Мозырьлес», КУП «Калинковичский мебельный комбинат», КУП «Калинковичский завод бытовой химии», ЧУП «Калинковичский производственный комбинат», РУП «Калинковичский завод ЖБИ», ГЛХУ «Калинковичский лесхоз», Калинковичский хлебозавод «Гомельхлебпром», РПУП «Гомельвтормет», ЧУП «Калинковичское зверохозяйство Белкоопсоюза». А также в городе имеются автотранспортные, строительные предприятия и предприятия бытового обслуживания.

Материал пересмотрен и несколько обновлен, чтоб не было путаницы, так как ранее были ссылки на разделы старого сайта, которых сейчас нет, а есть переходы на другие материалы нового сайта. 18 июля 2015, 20:36