Category Archives: Майдан и новая Украина

Перипетии антисемитизма в Украине

17 октября 2019, 16:42

Анна Вишнякова: «Меня раздражает формулировка вопроса об антисемитизме в Украине»

Как тема антисемитизма в Украине ушла с международной повестки дня, почему мы догоняем Россию по числу поданных исков в ЕСПЧ, и кто виноват в том, что борьба за права человека часто заканчивается на уровне конференций – в интервью с бывшим специальным советником главы МИД по вопросам антисемитизма и ксенофобии – Анной Вишняковой.

Михаил Гольд, Главный редактор газеты “Хадашот”

Верховной Раде необходимо принять рабочее определение антисемитизма

Анна, эта беседа стала возможной лишь потому, что вы ушли из министерства. Но почему именно в МИД возникла такая вакансия? Она смотрелась бы куда логичнее, например, в МВД, сотрудники которого призваны противостоять преступлениям на почве национальной ненависти…

Аналогичные должности есть в разных министерствах, в том же МВД функционирует Управление по защите прав человека, в штате которого есть сотрудник, отвечающий за нацменьшинства. Такой сотрудник есть в министерстве образования, а в министерстве культуры есть целый Департамент по делам религий и национальностей. Да и в МИДе я, окончив специальную программу в Оксфордском университете, была далеко не единственной, отвечавшей за эту проблематику. Достаточно упомянуть Специального представителя главы МИД по вопросам предупреждения и противодействия проявлениям антисемитизма, расизма и ксенофобии Бориса Захарчука.

И как работает эта система?

Поначалу было сложно привыкнуть к принципам функционирования МИД. Последние пару лет я боролась за права нацменьшинств и возглавляла общественные организации, где все динамичнее — ты звонишь в 11 вечера коллеге, вы намечаете контуры проекта и тут же обо всем договариваетесь.

В МИД каждая инициатива проходит через множество департаментов, поэтому многое теряется по дороге, утопая в согласованиях. Когда происходит антисемитский инцидент, должно быть какое-то общее понимание ситуации на уровне разных отсеков государственной машины.

Но даже идея о создании группы в Telegram или WhatsApp, где состояли бы люди, занимающиеся проблемами ксенофобии в разных министерствах, оказалась непосильной в плане организации. Видимо, им это не нужно, к тому же многое упирается в вопрос полномочий: никто не хочет брать на себя «чужую» ответственность.

Здание МИД Украины

Фото: предоставлено автором  Здание МИД Украины

 

Что касается МИД, то здесь отслеживают ситуацию, готовят заявления, участвуют в профильных конференциях.

Что приходилось отвечать на вопросы об антисемитизме в Украине?

Меня крайне раздражает необходимость отвечать «да» или «нет» на вопрос: «Есть ли в Украине антисемитизм?». Увы, до сих пор фиксируются акты вандализма и Hate speech, но физическое насилие на почве антисемитизма, слава Богу, отсутствует уже несколько лет.

Проблема и в том, что именно считать антисемитизмом. Помнится, заявление Олега Ляшко о том, что влиятельные украинские евреи должны постоянно обращаться в Кнессет с просьбой о признании Голодомора, чтобы доказать, что «Украина для них — Родина, а не место проживания и самореализации», посол Израиля в Украине счел антисемитским. Хотя тот же Ляшко является автором законопроекта о переносе посольства Украины в Израиле в Иерусалим.

Верховной Раде необходимо принять рабочее определение антисемитизма — поданная резолюция, одним из авторов которой я являюсь, давно лежит в аппарате ВР и ждет рассмотрения. Обеспокоиться этим нужно не только государству, но и еврейским организациям, которые крайне пассивны в вопросах правовой защиты.

И дело не только в дефиниции. Иногда инцидент искусственно раздувается до непропорциональных размеров, как это было после появления светящейся свастики на лестнице в ТЦ «Городок».

В то субботнее утро ТЦ был практически пуст, свастика появилась на три минуты — как выяснилось позднее, 17-летний подросток при помощи программы Team Viewer получил доступ к компьютеру (пароль к системе в результате сбоя отображался на мониторе), с которого транслировалась картинка на LED-панель, и загрузил изображение свастики.

Повторю, это продолжалось три минуты, но видео появилось на YouTube канале одной из посетительниц ТЦ, которая для своих десяти подписчиков с визгом и масковским акцентом начала кричать о фашистах в Украине и …тут же была подхвачена известным еврейским активистом, раскрутившим новость об украинском нацизме на весь мир.

Та самая свастика на лестнице в ТЦ «Городок»

Та самая свастика на лестнице в ТЦ «Городок»

Несколько часов спустя у меня разрывался телефон от возмущенных звонков из-за границы… Абсурдно называть подобный инцидент «разгулом нацизма в Украине», как сделали некоторые зарубежные СМИ. Это была дурацкая шутка, которую умело и сознательно вплели в лживый нарратив. Или заказ.

Есть другие эпизоды — когда то, что поначалу принимают за антисемитский вандализм, им не является. В этом ряду — «осквернение» Меноры, которое на поверку оказалось застывшим воском от свечей, которые зажгли хасиды; разрушение охеля цадика на еврейском кладбище в Сторожинцах Черновицкой области, что стало результатом падения дерева после бури; подобное же разрушение по естественным причинам давно пребывавшего в аварийном состоянии мемориала жертвам Холокоста в Одесской области.

Можно подумать, у нас мало реальных антисемитских инцидентов…

Их хватает, причем, далеко не все попадает в статистику. Так, на Майдане в Киеве, едва ли не 30 лет существует раскладка антисемитской литературы. Казалось бы, самый центр города, тысячи туристов, но никому за эти годы не удалось убрать этот позор. Попыталась и я: вызвала полицию, изъявила желание подать заявление — его даже не хотели регистрировать! Я по образованию юрист, поэтому с трудом, но добилась, чтобы заявление все-таки приняли и делу дали ход. Стоит ли говорить о том, что книги эти до сих пор мозолят глаза на том же месте?

Также надо учитывать общий уровень соблюдения и защиты прав человека в Украине. Вы знали, что у нас от домашнего насилия ежегодно погибает едва ли не больше женщин, чем солдат в АТО? По числу поданных исков в ЕСПЧ мы соперничаем с Россией.

Украина игнорирует решения этого суда, не выплачивает компенсации, присужденные истцам решением ЕСПЧ — их общая сумма, по данным судьи ЕСПЧ от Украины Анны Юдковской, сопоставима с бюджетом страны. А ситуация с временными переселенцами, которые фактически лишены базовых прав, прописанных в Конституции.

А что происходит в сфере образования? Ромы, например, учатся в частично сегрегированных школах. Приходит учитель в такую школу, оценивает «контингент», разворачивается и уходит, мол, зачем их учить? О судебной системе и говорить не приходится.

Европейский суд по правам человека, Страсбург

Фото: предоставлено автором  Европейский суд по правам человека, Страсбург

Моя позиция такова: даже один случай антисемитизма — это уже много, и на него надо оперативно реагировать, а не спускать на тормозах. Да, во Франции неизмеримо выше уровень антисемитского насилия, в Великобритании лидера лейбористской партии прямо обвиняют в антисемитизме — нам до этого далеко, но и общая правовая культура отстает от Европы на десятилетия.

«В Украине не принято признавать черные пятна в истории и извиняться за них».

Эти неудобные темы поднимались в ходе международных форумов и конференций?

Неоднократно. Как человек, возглавлявший общественную организацию, я прекрасно понимаю возмущение гражданского общества любым фактом дискриминации. Помню, на одной конференции в Вене редактор известного немецкого издательства сетовал на то, что в Украине не восстанавливаются синагоги. Как ему объяснить, что это общая ситуация с культовыми сооружениями, не говоря уж о том, что закон о реституции, принятый еще в 1992 году, практически не работает.

Да если бы и работал — в большинстве городов и местечек, где сохранились здания синагог, еврейских общин либо нет вообще, либо они состоят из десятка пожилых людей. К сожалению, не так-то просто в Украине вернуть собственность общинам… Аналогичная ситуация и с еврейскими кладбищами, многие из которых пребывают в заброшенном состоянии — и не из-за «пропаганды антисемитизма», а, в первую очередь, из-за отсутствия в обществе должного отношения к памяти своего и других народов.

Много вопросов всегда возникает в отношении политики исторической памяти — переименований улиц, увековечения неоднозначных персонажей и т.д. Эти проблемы каждая страна решает по-своему. В Германии, например, такой спорной фигурой является Мартин Лютер — «отец» Реформации и, одновременно, один из идеологов антисемитизма, ко дню рождения которого нацисты даже приурочили Хрустальную ночь. Лютер — ключевая фигура для германской истории, но никто не ретуширует его антисемитские взгляды — об этом говорят еще в школе, и говорят вполне однозначно.

В Украине конструктивный диалог на эти темы практически не ведется. У нас не принято признавать черные пятна в истории и извиняться за них. Можно преклоняться перед Богданом Хмельницким как национальным героем, но замалчивание погромов, устроенных его казаками и поощряемых полководцами, мы — украинские евреи — не можем принять как должное.

Представители каких стран, как правило, акцентируют внимание на проблематике ксенофобии и антисемитизма?

Очень часто эту тему поднимают Германия и Австрия. Выйти, постучать себя кулаком в грудь, признать, что у нас есть антисемитизм, но мы с ним боремся — стало правилом хорошего тона. Собственно, и конференция в Вене, о которой я упоминала, была созвана премьер-министром после скандала с Удо Ландбауэром — политиком из входившей тогда в коалицию крайне правой Партии свободы.

Этот джентльмен занимал должность зампредседателя тайного братства Germania zu Wiener Neustadt, в песеннике которого нашли строфы, призывающие с помощью газа «справиться с седьмым миллионом», то есть прямо намекающие на продолжение Холокоста.

Удо Ландбауэр, Устав Germania zu Wiener Neustadt

Фото: предоставлено автором  Удо Ландбауэр, Устав Germania zu Wiener Neustadt

 

Надо учитывать при этом, что основные участники подобных международных конференций — евреи. И ты не оригинален, признавая наличие антисемитизма у себя в стране. Это просто членский билет в клуб (улыбается). И это плохо. Поскольку разговоры об антисемитизме должны быть не простой формальностью, а вести к активным действиям.

Почти во всех европейских странах существуют special envoys — специальные уполномоченные по борьбе с антисемитизмом — эти вопросы в их компетенции. И они первыми бьют тревогу, когда происходит серьезный антисемитский инцидент — например, жестокое убийство в Париже пережившей Холокост Мирей Кноль.

В ФРГ у уполномоченного по борьбе с антисемитизмом 11 штатных помощников. Есть такая должность и в США.

Эти люди на что-то влияют или служат лишь удобной ширмой?

Хороший вопрос… Понятно, что наличие специального посла — не более чем инструмент, вовсе не гарантирующий эффективность борьбы с антисемитизмом. И все же к спецпредставителям прислушиваются и на их запросы реагируют.

Как бывший вице-президент Европейского союза еврейских студентов, объединяющего 160 000 молодых евреев из более чем 25 стран, должна отметить роль студенческих союзов. Мы можем себе позволить кричать действительно громко, пока нас не услышат. И в Австрии на песенник обратил внимание именно еврейский студенческий союз.

В Британии проводятся специальные тренинги для полиции, разработанные ОБСЕ — и это результат работы special envoys. У нас ведь истец должен доказать, что преступление совершено на почве национальной ненависти.

Так, несколько месяцев назад во Львовской области прошел суд над убийцами парня из ромского табора, и это не признали преступлением на почве ксенофобии, хотя все факты были налицо. Убили человека, а подсудимые получили условный срок за… хулиганство.

Если бы убитый не оказался ромом, решение было бы иным. Это дело — позор нашей судебной системы. Но и здесь дикая несправедливость вплетена в ксенофобский нарратив: «Так им и надо». Мне особенно больно, когда некоторые еврейские знакомые презрительно смотрят на ромов, мол, все они такие. Ведь и про нас говорили так же. И зверски при этом убивали. Не боясь быть наказанным…

Последствия нападения на цыганский табор у Львова.

Фото: Громадське радіо»/Ирина Саевич  Последствия нападения на цыганский табор у Львова.

«Я радовалась, что у Януковича была домашняя церковь, а не синагога»

Воспринимают ли Украину как страну, власти которой не противостоят антисемитизму?

Если такой имидж и существовал — во многом благодаря россиянам, использующим любой повод для раздувания мифа о «фашизме» в Украине на государственном уровне, то после президентских выборов тема ушла. В самом деле, когда страна выбирает президента-еврея, да еще с таким огромным отрывом — абсурдно говорить о сколь-нибудь значимых антисемитских тенденциях.

Это не значит, что явление исчезло — когда речь заходит о каком-то отрицательном персонаже, нередко можно услышать, он, мол, еще и еврей — это воспринимается как естественное «отягчающее обстоятельство».

Отрадно, что для молодежи это не столь характерно — сверстники воспринимают мое еврейство в худшем случае нейтрально — как цвет волос, в лучшем — еврейское происхождение провоцирует доброжелательный интерес. Сейчас, например, мы с одним парнем делаем фильм об истории идиша — он горит этим, восторгается культурой, к которой этнически не имеет никакого отношения. И таких ребят немало.

Недавно я была на экскурсии в резиденции Януковича в Межигорье, где гид, укутанный в красно-черный флаг, в каждом зале напоминал, что пора освободить страну от олигархов, обворовавших украинский народ. Умудрившись при этом лягнуть Израиль. Я тихо радовалась, что у Януковича была домашняя церковь, а не синагога.

Бытовой антисемитизм зарождается именно на этом уровне, и можно лишь посочувствовать уверовавшим в то, что все в жизни определяется этническим происхождением. Просто нужно отличать государственную пропаганду и бред городских сумасшедших, которые верят в украинское происхождение египетских фараонов. Миллионер еврейского происхождения будет гораздо ближе к миллионеру-англосаксу, чем к еврею-дворнику.

Давайте вернемся к общей ситуации с защитой прав человека в Украине. Каковы тенденции в этой сфере? И ваши прогнозы?

Умеренно-позитивные. После Майдана активизировались институты гражданского общества, принуждающие власть соблюдать ею же установленные законы. Но, куда ни ткни, все очень запущенно — и в этом смысле отношение полиции к жертве изнасилования, мол, сама виновата, и отказ открыть дело за правонарушение на почве антисемитизма — явления одного порядка.

Рабочий момент

Фото: предоставлено автором  Рабочий момент

 

Другое дело, что борьба за права человека заканчивается у нас, как правило, на уровне конференций. Или обсуждением в рамках круглых столов. Остальное тихо тонет в бюрократическом болоте. Так, несколько лет назад была выработана единая стратегия по интеграции ромского меньшинства, где специалисты все прописали — в каком министерстве и кто именно за что отвечает, механизм реализации и т.д.

Программа провалилась полностью. Потому что бюджет на нее выделили ноль гривен, ноль копеек. Сейчас пишут новую стратегию. Кто ответит за провал предыдущей? Так вопрос даже не ставится. Поговорили и разошлись…

Да и не только в стратегии дело. Характерный пример. Два сотрудника одного из министерств — ромы по национальности — преподносят начальнику, ответственному за этнополитику, подарок на день рождения, и слышат в ответ якобы шутку: «Это вы где украли?». И о чем после этого можно говорить?!

Так что европейские ценности приживаются медленно. Хотя и в Европе есть проблемы, но другого уровня — когда одни права человека вступают в противоречие с другими. Например, в Швейцарии сложно купить кошерное мясо, поскольку закон о защите животных оказался выше свободы вероисповедания — шхита запрещена, и верующие евреи ездят за кошерным мясом в Германию. Во многих европейских странах идет дискуссия о допустимости обрезания, ведь ребенок в данном случае лишен права выбора распоряжаться своим телом. Это непростая дорога, по которой надо двигаться очень осторожно, впрочем, до качественного правового дискурса нам, к сожалению, пока еще далеко.

Оригинал

Опубликовано 07.11.2019  20:44

Украинские президенты и Бабий Яр

В чем отличие нового украинского президента от его предшественников по отношению к памяти жертв Бабьего Яра

ЗЕ2.jpg

“Веселая” предвыборная агитация в Мемориальном парке 

В субботу, 6 июля, на территории Мемориального парка «Бабий Яр» команда новоизбранного президента Украины устроила предвыборную акцию своей партии и развлекательный тренинг.

Акция проводилась под громкую веселую музыку, которая была слышна во всех уголках парка.

Г-н Владимир Зеленский – шестой президент Украины с момента обретения страной Независимости.

На случившееся немедленно отреагировали пользователи ФБ. Они шокированы аморальностью команды, которая это устроила, сетуют, что у нового президента нет достойных советников, и даже называют подобное поведение “сатанинским”.

Фб1 ЗЕ БЯ_0.jpg

Комментарии пользователей сети Фейсбук по поводу данной ситуации

Не давая иную оценку случившемуся, просто напомним, как вели себя по отношению к теме Холокоста и теме Бабьего Яра предшественники г-на Зеленского на высоком посту Президента страны.

Президетнт Украины, Бабий Яр2.jpg

Петр Порошенко, из обращения по случаю Дня памяти жертв Бабьего Яра:

«Сегодня Украина и весь мир отдают дань памяти жертвам Бабьего Яра – трагедии, которая навсегда останется болью народов и государств и будет мотивировать политиков к мудрым цивилизованным решениям. …Бабий Яр – трагедия киевлян, всей Украины, незаживающая рана на теле нашей планеты. Это место – братская могила разных народов и известный во всем мире символ Холокоста. Сегодня, даже в условиях жесткой борьбы с российской агрессией, украинцы демонстрируют преданность основополагающим идеалам цивилизованного мира – гуманизма, взаимопомощи, толерантности, уважения к человеческой жизни, этнической и религиозной идентичности, достоинства и свободы. Помня события недалекой истории, чувствуя и до сих пор острую общую боль, мы сделали единственно правильный выбор: Украина – независимое государство, которое прокладывает свой путь на принципах взаимопонимания и обеспечения равных возможностей для развития граждан всех национальностей и вероисповеданий… И мы никогда не дадим даже малейшего шанса проявлениям авторитаризма, диктатуры, шовинизма, расизма, дискриминации, нетерпимости на этнической или религиозной почве».

ющенко ЗЕ БЯ.jpg

Виктор Ющенко, третий Президент Украины

Выступление на церемонии памяти, посвященной 68-й годовщине памяти жертв Бабьего Яра, 2009 г.

“Меморіал Бабиного Яру – священний. Українська держава не допустить будь-якого осквернення пам`яті наших співвітчизників і дбатиме про належний захист місця їхнього вічного спокою… Українці збудували державу, в якій панує міжнаціональна злагода, взаєморозуміння й взаємоповага… Ідучи в майбутнє, пам’ятаймо про своїх загиблих, про страшну ціну, яку ми заплатили за право бути вільними й незалежними. Будьмо відповідальними, зміцнюймо нашу єдність заради щастя й безпеки прийдешніх поколінь».

Леонид Кучма, второй Президент Украины

кучма 2003 - ок_0.jpg

Из выступления на траурном митинге в Бабьем Яру, 2001 г.:

«Не може сьогодні бути хтось вище, хтось нижче, – якої б національності він не був. І тільки там люди почувають себе добре, коли дійсно не розрізняються люди по таким ознакам. Ну а українцям, насамперед, це – гіркий урок, не дай Господь, щоб він повторився, і слава Богу, що нам це вдається робити, не зважаючи ні на що.

Леонид Кравчук, первый Президент Украины

Осенью 1991 года в Киеве отмечали 50-ю годовщину событий в Бабьем Яру. Председатель Верховной Рады Леонид Кравчук, тогда еще не президент, во время выступления на траурной церемонии, извинился перед еврейским народом от имени украинского народа:

«Перед усім світом заявляємо про неприйнятність нині ідеологічних міркувань колишнього режиму в Україні, який зневажав права людини і права народів, приховував від людей історичну правду про трагедію Бабиного Яру, про те, що більшість жертв масових розстрілів тут випала на долю євреїв… Це був геноцид, і вина за нього лежить не тільки на фашистах, а й на тих, хто своєчасно не зупинив убивць. Частину її ми беремо і на себе. Сьогоднішні сумні урочистості – це водночас і слушна нагода вибачитися перед єврейським народом, щодо якого було вчинено стільки несправедливостей у нашій історії. Тяжко. Але необхідно, щоб люди визнавали помилки і вибачалися. Без цього неможливий поступ. Творити добро краще, ніж сіяти ненависть […].

Згадки про масові вбивства людей, скоєні у Бабиному Яру руками фашистських катів, і сьогодні не дають нам спокою. Попіл жертв геноциду стукає в наші груди. Чи можна таке забути? Ніколи. Смерть пам’яті – це смерть душі… Мир і щастя тобі, багатостраждальний єврейський народе! Шолом айх тайєре їдн!»

Фото и видео: Страница в ФБ Романа Доника

Из архивов сайтов: podrobnosti.ua   tsn.ua   uamoderna.com

Е. З. для сайта КНОУ

Опубліковане
Опубликовано 10.07.2019  20:40

Страсти по клезмерфесту в Киеве

Рейдерский захват – Митя Герасимов объясняет ситуацию с Клезмерфест 2019

фото с сайта 

На днях мне позвонил председатель Меджлиса крымскотатарского народа Рефат Чубаров. К нему обращаются люди, возмущенные анонсом фестиваля еврейской свадебной музыки, который должен пройти в Киеве 18-19 мая. Как глава Меджлиса Рефат агъа обязан реагировать на такие сигналы и обратился ко мне за разъяснениями. Он знает, что именно я был организатором первого Киевского клезмерфеста год назад.

Дело в том, что 18 мая – день геноцида крымских татар. Именно в этот день 75 лет назад началась депортация коренного народа Крыма. 200 000 человек загнали в общие вагоны и отправили в Среднюю Азию. В основном это были старики, женщины и дети (все дееспособные мужчины были на фронте). Около половины депортированных погибли от голода и болезней по дороге и в первые недели и месяцы на чужбине. В Украине это официальный день траура – в 2015 году Верховная Рада приняла соответствующий законопроект..

Для крымских татар это такая же дата, как День Катастрофы, который отмечают завтра в Израиле. С той разницей, что депортация не осталась черной страницей украинской истории, она переметнулась в ХХI век. Сегодня преследование крымских татар продолжается в аннексированном Крыму.

То, что украинские евреи веселятся и танцуют в этот день, выглядит примерно так же дико, как массовые гуляния в День Голодомора. Тем более дико, что это делается при участии городских властей и еврейских организаций. По словам организаторов, фестиваль поддержали: Киевская городская еврейская община, Институт иудаики, Французский институт в Украине, Община традиционного иудаизма “Масорет”. Главный спонсор – Департамент культуры КГГА. Официальные медиапартнеры – телеканал UA:Культура и радио Культура. Интересно, что среди участников заявлены, в том числе, крымскотатарские музыканты: Lenara Osmanova и ансамбль “Мусафир”.

В этом посте я постараюсь ответить на вопросы, которые мне теперь постоянно задают по поводу фестиваля.

Да, я был организатором первого феста. Я разработал его концепцию, сформировал лайн-ап и программу, вел переговоры с музыкантами, находил спонсорские деньги, вместе с Ирой Заднипряной мы разработали дизайн и занимались рекламой и пиаром. Менеджером и соорганизатором была Наталья Склярская. Инициатором проведения выступила Диана Попова.

Нет, я не имею отношения к нынешнему фесту. Kyiv Klezmer Fest у меня забрали, произошел банальный рейдерский захват успешного кейса.

Да, люди, которые это сделали – Наталья Склярская и Дмитрий Коровин – используют мои тексты, деловые контакты, используют успех и репутацию первого феста. Все, что нам удалось, это заставить их отказаться от нашего дизайна (слава Б-гу, успели защитить права на логотип и графику).

Да, название придумал я, но защитить его невозможно: оно описательное. Может быть десять киевклезмерфестов, юридически все они будут иметь право на существование.

Нет, я не присваивал спонсорские деньги (об этом писали рейдеры). Средства, выделенные Израильским посольством, пошли на рекламу и организацию концерта в Малой опере.

Нет, я не получал зарплату как директор фестиваля. Четыре месяца мы с Ирой работали бесплатно, даже не имея доступа к фестивальному бюджету. Несмотря на то, что четверть этого бюджета была добыта мной. Рекламная кампания была практически провалена Натальей Склярской и стартовала в последний момент. Кампанию удалось частично спасти только моими усилиями и благодаря помощи друзей – журналистов, галеристов, волонтеров.

Нет, мне не компенсировали затраты на рекламу в фейсбуке и организацию пресс-конференции и других фестивальных событий, сделанных за мой счет.

Нет, Pushkin Klezmer Band не получил гонорар, музыкантам я платил из своего кармана.

Да, Ирина Заднипряная получила часть денег за свою работу, меньше трети от требуемой суммы.

Нет, присоединившийся к рейдерам Дима Коровин не имел отношения к организации первого фестиваля. Он, действительно, помогал мне с технической частью концерта в Малой опере и консультировал.

Нет, меня не приглашали ни на какие организационные встречи по проведению второго фестиваля. В сети было много откровенного вранья со стороны рейдеров.

Да, я собираюсь дальше делать свой фестиваль с новой командой.

Созданный нами в прошлом году Kyiv Klezmer Fest был делом моей жизни. Результатом и продолжением того, чем я занимаюсь последние 10 лет в Украине. Это популяризация еврейской музыки как части украинской культуры, и вообще реабилитация народной музыки, скомпроментированной и частично уничтоженной за десятилетия советской власти. А еще – позиционирование Украины в мире как колыбели клезмерской (и не только) музыки, нахождение связей и общих корней украинской, крымскотатарской, еврейской, ромской культур. Для людей, которые забрали у нас фестиваль это всего лишь красивые рекламные тексты, они их скопипейстили, не вникая.

Позорная история с 18 мая – всего лишь логичное следствие. Эти люди умудрились организовать клезмерский фестиваль без еврейских музыкантов. Единственный клезмербэнд в их лайнапе – это ансамбль харьковского кларнетиста Гены Фомина, собранный специально под этот фест. Достаточно погуглить остальных участников, чтобы это увидеть. Кларнетно-аккордеонный дуэт Барто и Маринковича играет, в основном, балканщину. Хотя у них есть в репертуаре Хава нагила и даже, наверное, несколько фрейлехсов, представителями клезмерской сцены я бы их назвал с натяжкой. Музыкальная программа нынешнего фестиваля не имеет, в общем, никакого отношения к ашкеназской культуре. Это такой музыкальный “Абибас”, халтурный циничный фейк.

Я долго не писал об этом. Не хотел вдаваться в обсуждение “конфликта внутри организаторов”. Потому что “конфликт” между грабителем и ограбленным – это никакой не конфликт. Но звонок Рефата Чубарова заставляет меня объясниться – многие (в т. ч. крымские татары) до сих пор думают, что нынешний клезмерфест организую тоже я. И я хочу публично от этого отмежеваться.

У фестиваля, который мы придумали, не было цели поссорить украинских евреев и крымских татар. У него были совсем другие, прямо противоположные задачи. Для меня самое болезненное в этой истории – не деньги (хотя $10 000 – это серьезные долги для музыканта-фрилансера). И даже не узурпация как таковая. А самое обидное – профанация идеи. Эти троечники просто сводят на нет многолетнюю работу. У нас с людьми, которые устраивают фестиваль 18 мая совсем разные цели и задачи. Для них это очередная коррупционная схема. В этом очень просто убедиться, пролистав официальные документы, в которых расписано, на что конкретно расходуются средства, выделенные в прошлом году Киевсоветом. То есть, деньги киевлян.

На сайте КМДА и на Прозорро можно найти смету Фестиваля, подписанную директором Департамента культуры КМДА Дианой Поповой и главой ГО Социальный капитал. В этой смете есть такие пункты, например, как написание текстов и пресс-релизов, создание дизайна, создание и ведение сайта и страниц в соцсетях, проведение PR-кампании – то есть то, чем занимались как раз мы с Ирой. Только по этой смете получается сто с лишним тысяч гривен, которые кто-то, видимо, получил вместо нас (всего мы недополучили 280 000 грн).

Еще более красноречивый момент – затраты на аренду аппаратуры. Например, за сцену с подиумом подрядчик просит 183 000 (ее настоящая цена 65 000), а аренда звукового пульта ALLEN HEATH DM64 выросла с 4 500 до 40 000 гривен. Денис ЯмборKonstantin PonomarevOleksii Chekh, ребята, подскажите, полторы тысячи долларов за аренду миксрэка – это нормальная конкурентная цена? Можете прокомментировать прайс на оборудование? Вот ссылка на прошлогодний кошторис: https://bit.ly/2O5c05o, а вот новый, этого года: https://bit.ly/2UO743f

Но кто будет разбираться в этих цифрах и специфических названиях. У меня на компьютере лежит исходник кошториса в экселевском файле. Он скомпилирован из смет реальных субподрядчиков, которые обеспечивали фестиваль оборудованием. Так получилось, что все эти оригинальные сметы у меня есть. Когда я пытался понять логику ценообразования, выяснилось, что те, кто составлял официальный кошторис (очевидно, Склярская), даже не потрудились вбить вручную новые, завышенные прайсы. В ячейках с цифрами просто добавлен коэффициент: *4, *3,5… То есть реальные цены просто умножались в три-четыре раза. Или в 9 раз, как с этим микшерским пультом. Кстати, на Прозорро указано, что все оборудование предоставляет ГО Социальный капитал, субподрядчики отсутствуют. То есть фирмы Алвис (предоставляли сцену и конструкции) и Гинза (предоставляли звуковую и световую аппаратуру) в официальных документах не фигурируют. Действительно, зачем нам тендеры?

Думаю, схемы эти придуманы не вчера – и с отжимом фестивалей, и с распределением городских денег. Похоже, это обычная практика чиновников, использующих свой административный ресурс. Мне было бы очень интересно услышать комментарии коллег, у которых был похожий опыт, а также журналистов и общественных деятелей, которые расследовали подобные схемы.

Я призываю общественные, дипломатические и религиозные организации, а также музыкальные коллективы бойкотировать краденный фестиваль и не сотрудничать с мошенниками. Мне грустно, что музыканты – Геннадий ФоминDed Sidor, Shevket Zmorka, Said SagitovСергей Криворучко, которым прекрасно известна история отжима фестиваля, соглашаются за небольшие деньги участвовать в этой некрасивой истории. Leonid FinbergИосиф ЗисельсМихаль СтамоваAnatoliy Shengait – хочу, чтобы вы были в курсе (если вы не в курсе). Albert TsukrenkoВова Пахолюк – я приглашал вас вести фестиваль в прошлом году, это была моя идея и моя мечта. Тогда у вас не получилось. Будет печально, если получится в этот раз. Просто знайте, что это совсем другой фестиваль. У его нынешних организаторов нет собственных придумок, у них совсем другая сфера забот и интересов. И если они так поступили со мной, значит, поступят точно так же с вами при первой возможности.

Вопрос про 18-е мая мы поднимали, когда встречались с Дианой Поповой еще осенью. Ее реакция меня поразила. Она нам ответила: даты утверждены, переносить фестиваль мы не будем. Можем сказать со сцены про депортацию, фестиваль – это еще одна возможность лишний рассказать про трагедию крымских татар. В общем, эти люди перешагнут через вас, если вы станете у них на пути. И не через таких перешагивали.

Мне мало верится, что я смогу вернуть деньги, присвоенные бывшими “партнерами”. Но мне важно защитить свою репутацию и доброе имя. Это мой единственный капитал – социальный. Думаю, его отжать не так просто. Я буду благодарен за распространение этой информации. Думаю, есть смысл перевести этот текст на английский. Документы предоставлю по первому требованию, все они лежат на моем гугл-диске.

P.S. Знакомые рассказали, что будто бы Наталья Склярская обещала привлечь некие связи в СБУ, чтобы меня депортировали из Украины (интересно, на каком основании?), если я буду что-то говорить вслух про фестиваль. Не знаю уж, действительно она это говорила, или нет, но в общую картину вписывается. Например, рейдеры рассылали потенциальным партнерам и спонсорам презентации фестиваля с нашим логотипом и текстами, моей физиономией и “Пушкиным” в лайнапе, чтобы никто не заподозрил неладное. Такой стиль у них, воровской. Неклезмерский.

Митя Герасимов

Взято отсюда

Опубликовано 03.05.2019  12:44

В. Рубінчык. КАТЛЕТЫ & МУХІ (111)

Дабрыдзень! «А што там на/ва Украіне?» – цікавяцца многія з нас/вас. Доктар гістарычных навук Юрась Гарбінскі, які цяпер выкладае паліталогію ў Люблінскім універсітэце, нават пайшоў у міні-заклад (на кубачак кавы), што выйграе П.А.П. Шчыра кажучы, зараз і мне інкумбент – сітуацыйна згаджаюся з «сонцападобным»! – здаецца крыху меншым ліхам. Асабліва пасля таго, як «слугу народа» падтрымалі такія вялікія чалавеказнаўцы, як выпускніцы журфаку БДУ Г. Айзенштадт, С. Алексіевіч. Дый «двойчы адстаўнік» С. С. Шушкевіч, каторы ў чэрвені 1993 г. ужо даў быў шанс «маладому і перспектыўнаму» дырэктару саўгаса: «Зяленскі ні ў якім разе не прарасейскі тып... Калі ўкраінцы яму давераць свае галасы, то, мяркую, разбярэцца з часам ён і з унутранай палітыкай, і са знешняй» (03.04.2019). Як там нехта казаў: «калі яны супраць, то я за…»? 🙂

З другога боку, нават пройгрыш Парашэнкі дзяржаву наўрад ці разваліць. Усё-такі за пяць постмайданных гадоў у палітыкуме нашых паўднёвых суседзяў коса-крыва, але пачала вымалёўвацца парадыгма з убудаванай «абаронай ад дурня». Прадстаўнік «Руху Салідарнасці “Разам”» Вячаслаў Сіўчык, які доўга жыў ва Украіне, песімістычна глядзіць на яе будучыню ў выпадку абрання шоўмена… Але во як на развагі з папярэдняй серыі «Катлет…» адгукнуўся няўтомны сацыял-дэмакрат Анатоль Сідарэвіч (допіс ад 06.04.2019).

Ва Украіне парламенцка-прэзідэнцкая сістэма. Абранне Зяленскага не азначае адстаўку Гройсмана і яго кабінета. Зяленскаму давядзецца ісці ў Раду, каб прызначыць міністраў абароны і замежных спраў (абарона, замежныя справы і нацыянальная бяспека – прэрагатывы прэзідэнта). А ў Радзе – блок Парашэнкі і яго саюзнікі. Вынікам можа стаць тое, што ва Украіне і міністр замежных спраў, і міністр абароны будуць з прыстаўкай “в. а.”. На прыкладзе в. а. міністра аховы здароўя Украіны мы бачым, да якіх скандалаў гэта прыводзіць. Далей: в. а. могуць стаць і шэф Службы бяспекі, і, здаецца, начальнік генштаба ды і сакратар Рады нацыянальнай бяспекі і абароны.

Не выключаныя канфлікты паміж кабінетам міністраў, на баку якога большасць Рады, і прэзідэнтам. Так, сапраўды пахне “шатдаўнам”.

Сабатаж таксама не выключаны. Каманды ў Зяленскага няма. Пасадзіць кампетэнтных людзей на ключавыя пасады нават Каламойскі з яго сувязямі не зможа. Ды калі адны людзі Каламойскага пачнуць тыя пасады займаць, гэта выкліча скандал і на рэпутацыю Зяленскага не спрацуе.

Не забывайма: наперадзе – выбары ў Раду. Інтэрвал паміж прэзідэнцкімі выбарамі і выбарамі ў Раду апаненты Зяленскага-прэзідэнта выкарыстаюць на ўсю катушку, каб паказаць яго некампетэнтнасць, каб атрымаць у Радзе большасць і звязаць яго па руках і нагах. Гройсман – граматны менеджар, гаспадарнік – можа выставіць Зяленскага дурнем. І яму дапамогуць дасведчаныя ў пытаннях эканомікі і фінансаў Парашэнка ды іншыя. Зняцце Турчынава з пасады сакратара РНБіА таксама не пойдзе Зяленскаму на карысць. Не ведаю, што з аўтарытэтнасцю ў арміі генерала Палтарака, але такое адчуванне, што Палтарак пад Зяленскім скакаць не будзе. І шэф МЗС Украіны Клімкін таксама. Усё-ткі прафесіяналы…

Таму будзем спадзявацца, што Зяленскі на пасадзе прэзідэнта Украіны не наламае дроў, што яму не дадуць гэта зрабіць. А калі пачне ламаць дровы, не выключаны трэці майдан. Зяленскі павінен узяць гэта пад увагу. Вядомы публіцыст Віталій Портнікаў нагадаў нядаўна: прэзідэнт Украіны, які не ішоў кампрамісы, на саступкі, апынуўся ў Растове.

Іншы наш паважаны аўтар у апошнія дні 2018 г. выпусціў кніжачку-білінгву… (Мінск, выд-ва Сіўчыкава, 99 экз.)

Не так маркотна ад выбару паміж Хлестаковым і Гараднічым, які маюць ажыццявіць украінцы 21.04.2019, як ад таго, што ў першым туры, 31.03.2019, ім выпала сартаваць ажно 39 кандыдатаў. Цікава, што і да ізраільскіх парламенцкіх выбарах 9 красавіка дайшлі 39 перадвыбарчых спісаў. «Супадзенне? Не думаю» (С). Нешта супольнае ў палітычнай культуры Украіны і Ізраіля такі ёсць, і вышэйпададзеныя лічбы гавораць, па сутнасці, пра няўменне кандыдатаў цвяроза ацэньваць свае магчымасці і/або пра нежаданне дамаўляцца, ісці на кампрамісы, каб стаць мацнейшымі. Так, адзін кандыдат & адна партыя – блага, але 39, калі балатуюцца «і жук, і жаба», не намнога лепей. Зразумела ж было заранёў, што на нешта ўплываць здатныя толькі сілы з першага тузіну… Зняверанне выбарцаў, якія, падтрымаўшы аўтсайдэраў, змарнавалі свае галасы, шкодзіць, урэшце, усёй сістэме.

Многія скажуць: «замежнікі самі разбяруцца, трэба думаць пра Беларусь». Дык я і думаю… Нават цяпер, у «замарожаным» грамадстве, калі быццам бы ёсць адзіная мэта (скінуць «самі-ведаеце-каго»), тузін тутэйшых партый & палітызаваных суполак не шукаюць паразумення, што чарговы раз засведчылі як адсутнасць уцямнай рэакцыі на мае «сакавіцкія тэзісы», так і разборкі вакол святкавання Дня Волі. Што ж будзе пасля «перамогі», калі, нібы тыя грыбы пасля дажджу, вылезуць новыя партыі й партыйкі?

Пётр Рэзванаў з Мінска скептычна паставіўся да аналогіі паміж «перабудовай» і цяперашняй эпохай у Беларусі і Расіі: «Як на мой густ, ёсць асноўная розніца (не толькі для ўсходняй суседкі, але для ўсяго СНД). У познім СССР, паводле Уладзіміра Мілова, можна было сустрэць мноства людзей, шчыра перакананых, што калі нешта паправіць і вярнуцца да ленінскіх каранёў, то сістэма можа выплыць. Зараз такіх людзей няма. Перабудова і тое, што было за ёй – унікальная гістарычная з’ява, і я не ведаю, ці паўторыцца яна калі-небудзь і дзе-небудзь».

Не адмаўляю таго, што «вяртацца да ленінскіх каранёў», як пры Гарбачову, зараз ніхто не плануе, але ж поўнай тоеснасці двух перыядаў у гісторыі не здараецца ніколі. Перабудову ў СССР канца 1980-х дапушчальна трактаваць і як змаганне кагорты «камсамольцаў» (умоўна – маладых цынікаў, якія ставілі на бізнэс, падтрымку «інтэлектуалаў», нацыяналістычных рухаў) з пакаленнем «ідэйных». У гэтым сэнсе «перабудова» ў Сінявокай не за гарамі: заўзятых лукашыстаў усё менш, і іх няўклюдныя крокі, здаецца, ужо замінаюць патэнцыйным наступнікам дзяліць/захоўваць/памнажаць маёмасць. Будуць, відавочна, і спробы падлабуніцца да тутэйшай (шм)інтэлігенцыі – дый ужо назіраюцца гэткія спробы, напрыклад, у форме «мяккай беларусізацыі».

Па-мойму, курапацкі выпадак упісваецца ў гэтую няхітрую схему. Калі прыняць яе, то выходзіць, што «новая хваля» чынавенства ішла на саступкі, ухваліла помнік, усталяваны ў лістападзе 2018 г., etc. «Старая» вырашыла адыграцца на шэрагу крыжоў вакол Курапацкага лесу – 04.04.2019 іх было дэмантавана сем дзясяткаў.

Cакратарыят арганізацыі, да якой належу (СБП), у той жа дзень прыняў заяву, дзе «выказвае абурэнне з прычыны зносу крыжоў на тэрыторыі народнага мемарыялу “Курапаты”. Замест належнага ўшанавання месца масавых расстрэлаў улада працягвае барацьбу з нацыянальнай памяццю і стварае глебу для канфрантацыі». З духам гэтай заявы я згодзен, а з літарай… не так усё проста. Па-першае, як няма іншых казыроў, апрача абурэння, то і яго, мабыць, лепей прыхаваць да лепшых часоў (небеспадстаўна заўважыла Наталля Сівіцкая ў фэйсбучных каментах: «Толку з вашага абурэння»). Падобна, пры зносе быў парушаны закон, дык няхай бы загаварылі найперш адвакаты. Па-другое… «улада» бывае розная, і мы дажылі да часу, калі міністэрскія чыноўнікі маюць адну пазіцыю, а група дэпутатаў парламента – іншую.

Пры ўсёй павазе да часткі пратэстоўцаў (перапрашаю, цяжкавата паважаць людзей, якія лепяць герояў з С. Булак-Балаховіча й Р. Шухевіча), не думаю, што 4 красавіка стане пераломнай датай у адносінах «грамадзянскай супольнасці» і дзяржавы. З паводзінамі ўладных органаў у Курапатах прыйдзецца лічыцца надалей, хоць асобныя гарачыя голавы ў час прыкрых падзей заявілі, што «гэтай уладзе няма месца на зямлі!» Усё ж летась шыльда з надпісам «Рэспубліка Беларусь. Гісторыка-культурная каштоўнасць. Месца згубы ахвяр палітычных рэпрэсій. 30-40-я гады ХХ ст. Прычыненне шкоды караецца па закону» з’явілася ва ўрочышчы, як і «міністэрскі» помнік (гл. здымкі тут).

Уваходы ў Курапаты з боку Мінскай кальцавой дарогі, 09.04.2019

Эмігрант Зянон 04.04.2019 выдаў наступны прагноз: «Наступны этап вайны варвараў – агараджэньне сеткай тэрыторыі магільніка, забарона доступу людзям на тэрыторыю Мэмарыяла і поўнае зьнішчэньне ўсіх памятных крыжоў над магіламі расстраляных. Чарговы этап – зьнішчэньне ўсіх масавых магіл…». Але тут непрыхаваны гандаль страхамі; прынамсі на сёння доступ у Курапацкі лес не закрыты, і сотні крыжоў «народнага мемарыяла» стаяць, дзе стаялі. Тым часам мінчукі Павел Севярынец, Мікалай Статкевіч і Макс Вінярскі зноў селі «на суткі» 🙁

На «Галгофе» (у цэнтры ўрочышча); адмыты ад свастыкі помнік з надпісам на ідышы. Здымкі 09.04.2019, 13:45.

Агароджа… а ці так гэта шкодна, (паспрабаваць) вызначыць дакладныя межы тэрыторыі? Яшчэ ў пачатку 2002 г. Марат Гаравы прапаноўваў: «Курапаты трэба агародзіць. Вакол брамы маглі б з’явіцца памятныя знакі розных канфесій, у тым ліку іудзейскай, а недалёка ад лесу – музей трагедыі беларускага народу ў ХХ стагоддзі».

Усё яшчэ – як і ў снежні 2018 г. – спадзяюся на тое, што кампрамісы магчымыя, і ўрад рана ці позна выдзеліць магутную апаратуру (цеплавізары?) для пошуку парэшткаў у Курапатах. Трэба ўсё ж даць рады з несамавітай «вілкай» у колькасці ахвяр – ад сямі тысяч да ста і болей. Пошукавая група, аснашчаная сучаснымі сродкамі, якіх не мелі даследчыкі 1980–90-х гадоў, магла б атрымаць наступнае заданне: устанавіць лік расстраляных з дакладнасцю +/-10–20%.

Ніна Багінская і Вячаслаў Сіўчык дзяжураць ля ўезду ў рэстаран «Поедем поедим», 09.04.2019, 14:20

Увосень 2018 г. парадыйная «Парція памяркоўных цэнтрыстаў» (нехта скажа, што яна створана true-змагарамі для «палявання» на апалітычнае насельніцтва, ды верыць не абавязкова) выступіла з ініцыятывай правесці рэферэндум дзеля выхаду Беларусі з «Саюзнай дзяржавы». Не прайшло і паўгода, як паліттусоўка «Уперад, Беларусь!», кіраваная памочнікам дэпутаткі Ганны Канапацкай, таксама прапанавала нешта падобнае… Па-дзеля мяне, не так памысна было б выйсці з той «СД», запачаткаванай у снежні 1999 г., як уступіць у саюз з морскімі суседзямі – Украінай, Літвой. Тым не менш я падпісаўся пад зваротам. Карысці ад «СД» ніколі не адчуваў; кажуць, пад ейным дахам раздаюцца літаратурныя прэміі, але ніхто з маіх таварышаў іх не атрымліваў. Празрыстая мяжа з Расіяй? Дык я і да снежня 1999 г. без праблем выбіраўся ў Маскву (восень 1995 г.) і Вяліж (лета 1999 г.)…

Ясна, з такімі тэмпамі, як тут, нерэальна набраць 450 тыс. подпісаў, нават віртуальных. Між тым арганізацыя «народнага рэферэндуму» вымагае адпаведнай колькасці аўтографаў на паперы… Лепей бы Канапацкая & Со. звярнулі ўвагу на план удасканалення канстытуцыі РБ, для рэалізацыі якога трэба ўтрая менш подпісаў. Аднак хто я такі, каб настойваць? Хай робяць хоць нешта – «не дагоняць, дык сагрэюцца».

* * *

Надышоў красавік, а з ім і традыцыйны для Беларусі «Фэст экскурсаводаў». Сёлета ён юбілейны = Х. Не магу не адзначыць тэматычныя экскурсіі, што мусяць адбыцца ў бліжэйшыя дні для шырокай публікі: 13.04.2019 – «Гісторыя вёскі Ленін» (збор каля мемарыяльнага комплекса «Ахвярам Ленінскага гета» апоўдні); 14.04 – «Стаўбцоўскае яўрэйства» (пл. Леніна ў Стоўбцах, з 11.00); «Як вучыліся яўрэйскія дзеці колькі стагоддзяў таму ў Мінску» (ст. метро «Няміга», з 12.00), «Халакост і яўрэйскае супраціўленне на Навагрудчыне» (Навагрудак, пл. Леніна, тадысама); «Гісторыя яўрэяў горада Гродна» (Вялікая Харальная сінагога, з 13.00), «Яўрэйская спадчына Віцебска» (тэатр «Лялька», з 15.00). Многа дзе нават рэгістрацыі не патрабуецца…

Дзіўна ці не, але нацыянальны прававы партал pravo.by выправіў памылкі ў тэксце Канстытуцыі РБ, адзначаныя ў «Катлетах & мухах» 11.03.2019. Рэспектую! 😉

«Вольфаў цытатнік»

«Такі праект, як каланізацыя Марса, найперш патрабуе вырашэння палітычных і эканамічных праблем на Зямлі» (Станіслаў Лем, 2004)

«У пачатку 1990-х адбылася рэстаўрацыя чынавенства старога рэжыму. Былыя партыйныя бонзы прыйшлі…» (Юрый Мамін, 06.04.2019)

«Палітычны працэс – не адладжаны будзільнік» (Павел Катаржэўскі, 08.04.2019)

Вольф Рубінчык, г. Мінск

09.04.2019

wrubinchyk[at]gmail.com

Апублiкавана 09.04.2019  23:41

В. Рубінчык. КАТЛЕТЫ & МУХІ (110)

Каму – дзень добры, а каму і шалом! Спярша – дапаўненне да запісу Анатоля Сідарэвіча пра Пурым і слуцкую Эстэр, дачку Ізраіля (запіс быў апублікаваны 31.03.2019). А. С., 2 красавіка: «Ужо праз пару дзён згадаў, што ведаў і другую Эсфір – Эсфір Саламонаўну Гурэвіч з Інстытута літаратуры. Яна была маёй аўтаркай у газеце “Літаратура і мастацтва”. Шкада, мала кантактавалі. Паспрабую рэабілітавацца, бо ё такая задумка – напісаць рэдактарскія ўспаміны».

Ад Пурыма недалёка мы адышлі, і вось вам, чытацтва, фотка, вылаўленая ў сеціве. Подпіс я крыху дапілаваў – саўсім крыху 🙂

Дарэчы, 202 гады таму Дзяржаўны савет Расійскай імперыі дазволіў яўрэям, якія жылі ў Сібіры, «купляць або выменьваць жанчын калмыцкага роду нехрысціянскай веры, якія прывозяцца з-за мяжы, і, навяртаючы іх у яўрэйскі закон, уступаць з імі ў шлюб». Яўрэек-то ў Сібіры не хапала… 🙁

Будзеце смяяцца, але не я адзін бачу аналогію паміж сучаснасцю і канцом 1980-х у СССР. Расійскі калега Валер Салавей кажа, што «за апошні месяц чатыры разы выступаў перад бізнэсменамі… І параўнанне эпох – закату СССР і цяперашняй – сустракала ў іх поўную згоду, нават захапленне». Падабенства, паводле В. С., у тым, што існуе адчуванне «поўнай вычарпанасці і тупіковасці палітычнай і эканамічнай мадэлі».

Адносна «поўнай вычарпанасці» я б паспрачаўся – што ў Расіі, што ў Беларусі рэшткі веры ў «светлую будучыню» яшчэ захоўваюцца ў часткі чыноўнікаў (і бізнэсоўцаў, у якіх усё добра з GR). Але насамрэч, постсавецкая прастора ўступае ў паласу крызісаў і новай палітычнай мабілізацыі. У тым ліку і з названай прычыны мне не суздром абыякавыя выбары ва Украіне (хаця, здавалася б, якая мінчуку розніца, хто там пераможа – Парашэнскі альбо Зяленка?)

Вынікі працы «інкумбента», то бок дзеючага прэзідэнта, даволі сумныя: адзін усплёск захворвальнасці на адзёр чаго варты. Пачынаючы з 2014 г. менш за палову ўкраінскіх дзяцей былі прышчэплены ад адру, і па стане на 2018 г. краіна лідзіравала ў Еўропе па ліку хворых (23 тыс. з агульнай колькасці 41 тыс.). «Галоўны чыноўнік» зашмат увагі надаваў сімвалічным крокам, такім як здабыццё томасу для «нацыянальнай» праваслаўнай царквы, і ўзрасціў сабе цэлую сціжму непадкантрольных канкурэнтаў. Аналітык Ігар Тышкевіч небеспадстаўна сцвярджае: «Каманда Зяленскага магла дасягнуць куды большага. Яна проста шмат дзе яшчэ не дапрацавала».

Самазаспакоенасць Парашэнкі нагадвае паводзіны Вячаслава Кебіча перад беларускімі выбарамі 1994 г. Яго каманда, якая, выглядае, атабарылася ў сваёй рэальнасці, няслушна выбрала напрамак для асноўнага ўдару – «мачыла» найперш Юлю Цімашэнка. Прычым быў скарыстаны той жа смярдзючы трук, як у 2015 г., падчас давыбараў у Вярхоўную Раду ў Чарнігаве, – зарэгістравалі кандыдата-спойлера, Юрыя Цімашэнку, каб заблытаць выбарцаў, асабліва пажылых. Улетку 2015 г., каб забраць галасы ў Генадзя Корбана і прасунуць у Раду свайго стаўленіка Беразенку, рабяты з адміністрацыі прэзідэнта завабілі ў кандыдаты нейкага іншага Корбана (або Кірбана)… Сам бачыў яго ў спісе, вывешаным каля аднаго з участкаў.

Чарнігаў, ліпень 2015 г. Тады балатаваўся 91 чэл…

Калі дапусціць, што Уладзімір Зяленскі – крэатура Каламойскага, то трэба прызнаць, што «Беня» шмат чаго навучыўся пасля чарнігаўскай (ды кіеўскай) пстрычак па носе ў ліпені і кастрычніку 2015 г. У 2019 г. быў выстаўлены куды больш прахадны кандыдат, чым палітык-недарэка, які ў тым жа 2015 г. трапіў пад крымінальны пераслед. У Зяленскага нямала станоўчых рысаў, ён адносна малады, абаяльны… Відаць, «ужыўся» ў вобраз прэзідэнта, якога ствараў у серыяле пра «слугу народа», што ва ўмовах віртуалізацыі палітычнай прасторы, калі сціраецца мяжа паміж рэальнасцю і медыямі, толькі плюс.

Гладыятарскія дэбаты на стадыёне, якія плануюцца паміж кандыдатамі, – якраз тое, што трэба «медыясапіенсу»… Шансаў на тое, што акцёр пасля 21.04.2019 стане прэзікам, бадай, 60:40. Здавалася б, я мушу жадаць перамогі «Зя» – гэта была б і аплявуха юдафобам, і шпілька нашаму «Лу», каторы спрагназаваў, што ў другім туры Парашэнка адолее Зяленскага. Але… Усю «маліну» псуе некампетэнтнасць лідэра прэзідэнцкай гонкі ў эканоміцы (прадэманстраваная, у прыватнасці, тут) ды адсутнасць у яго дасведчанай каманды патэнцыйных чыноўнікаў вышэйшага і сярэдняга звенняў. Без гэтых перадумоў добрыя намеры будуць разбівацца ўшчэнт: або старая бюракратычная гвардыя падпарадкуе прэзідэнта, як у бессмяротным творы двух брытанцаў «Так, пан міністр», або пачнецца сабатаж, а потым розныя «шатдаўны». Тое, што здольныя перажыць ЗША, дзе стан грамадства і бяспека дзяржавы мала залежаць ад урадавых пертурбацый, будзе балючым – і як бы не фатальным – для Украіны.

Спрабую ўявіць сябе ў ролі грамадзяніна Украіны, які стаіць перад «лёсаносным» выбарам… Напэўна, сапсаваў бы бюлетэнь, упісаўшы ў яго, напрыклад, забітага ў красавіку 2015 г. пісьменніка Алеся Бузіну, нагадаўшы аб тым, што забойства дагэтуль не раскрытае. Агулам жа ад cітуацыі ў нашых паўднёвых суседзяў галава кругам… Як у таго вожыка ў тумане.

Кіеў, ліпень 2015 г.

Перамога Зяленскага станоўча паўплывала б на беларускі палітыкум у тым сэнсе, што заахвоціла б да перамен маладую тутэйшую публіку («комік здолеў, значыць, і мы здолеем…»). Аднак гэты эфект быў бы, хутчэй за ўсё, кароткатэрміновым. І непазбежныя факапы «Зя» багата каго дэмаралізуюць, адкінуць на зыходныя пазіцыі.

Так ці іначай, суцяшэнне будзе: адзін з самых адыёзных «стаўпоў стабільнасці», Ліда Я., што вяшчае, бы ў лужыну п… (ну, хай «плюе»), збіраецца сысці. З інтэрв’ю 02.04.2019: «У 2025 годзе я не буду працаваць старшынёй Цэнтрвыбаркама, я перакананая ў гэтым». Усё, як было прадказана ў сакавіку… А мо «дзе трэба» прачыталі тую серыю «Катлет…» і прыслухаліся? 🙂

Cайт Савета міністраў РБ – той прыслухоўваецца, другі раз ужо сёе-тое выправіў:

Як было 01.04.2019 і як стала ў той жа дзень, праз некалькі гадзін. Міністр – такі Крутой!

А «вядучы інтэрнэт-партал», з якога выпала пакпіць мінулым разам, так нічога й не пачуў… 🙁 Была ў 2000-х такая папулярная ў пэўных колах газетка – «Обозреватель»; таксама для зарабляння грошай ішла на многае, не рэагавала на заўвагі. Дзе яна цяпер? 🙂

Ёсць яшчэ адна арганізацыя, што прыкідваецца глухой, – о, вы здагадаліся, Бел. федэрацыя шахмат (гл. тут, тут…) Віктар Купрэйчык, памерлы ў маі 2017 г., у яе «вечна жывы» – не раўнуючы, як Ленін.

 

Скрыншот 04.04.2019

Камусьці няўцям, што так нябожчыка толькі прыніжаюць, выстаўляючы ў ролі неплацельшчыка ўзносаў… Праўда, надоечы сайт БФШ паведаміў, што В. К. яшчэ і ганаровы член федэрацыі – мабыць, у такім разе прадугледжана вызваленне ад платы?

Фішка ў тым, што, паводле Статута (п. 4.3.4), у ганаровыя члены прымае вышэйшы орган – Канферэнцыя. Апошняя ладзілася 07.07.2017 і прыняла толькі М. Рыжанкова – ні пра Гельфанда, ні пра Купрэйчыка гаворкі не было. Віктару Давыдавічу з пэўных прычын мо і ўсё роўна, дый жывы Барыс Абрамавіч наўрад ці ўчытваўся ў дакументы суполкі… А я адчуваю «іспанскі сорам». Пасля гісторыі з выгнаннем брэсцкага трэнера – бач ты, крытыкаваў рашэнні выканкама! – канчаткова пераканаўся, што ў БФШ пануе дух ільфа-пятроўскай «Варонінай слабодкі» («Как пожелаем, так и сделаем!»)

Дадатковае сведчанне таго, як у федэрацыі ставяцца да «сваіх», – адсутнасць у спісе «ганаровых» трэнера Леаніда Суднікава, ушанаванага яшчэ ў сярэдзіне 2000-х…

З часопіса «Шахматы» (Мінск), № 2, 2006

Пра знанага трэнера ці то забыліся, ці свядома не ўключылі праз тое, што яго погляды на педагогіку не ўпісаліся ў «бізнэс-трэнд» кіраўніцтва БФШ. У 2014 г. ён рэкамендаваў заняткі шахматамі з 6-7 гадоў, бо «малодшыя дзеці не валодаюць ні належнай увагай, ні працаздольнасцю, ні дысцыплінаванасцю».

Між іншым, не ўсё ў інтэрв’ю Л. Суднікава часопісу «Шахматы» варта браць на веру. Во лухта: «На жаль, усё прыйшлося пачынаць з нуля на новым месцы – у Мінскім гарадскім палацы дзяцей і моладзі. Хутка стварыў невялікі, але дружны трэнерскі калектыў, і пачалі працаваць». Запісаўшыся ў новаствораны шахматны клуб «Стратэг» пры згаданым Палацы (пачатак 1987 г.), я не бачыў там Суднікава, ён тады вучыўся ў Маскве. Пачыналі справу іншыя – напрыклад, Эдуард Мікалаевіч Андрэеў. Дый калі я першы і адзіны раз стаў чэмпіёнам Палаца па шахматах (1988), у турніры не гулялі суднікаўскія вучні.

Э. М. Андрэеў, фота 2017 г.

Трохі пра іншую «хведэрацыю». Месяц таму я разважаў пра тое, што М. Рыжанкоў, былы памочнік Лукашэнкі па спартовых пытаннях, можа стаць наступным прэзідэнтам Беларусі… ну а пакуль ён кіруе толькі Беларускай федэрацыяй баскетбола. Дакладней, праз яго «звышзанятасць» у адміністрацыі, у БФБ руліць генеральная сакратарка & выканаўчая дырэктарка Анастасія Марыніна (ой-вэй, зноў Анастасія…). Дакіравалася да таго, што большасць суддзяў міжнароднага роўню доўгі час не мелі магчымасці зарабляць у краіне, а ў сакавіку 2019 г. і ўвогуле падалі ў суд на Марыніну.

Рызыкну дапусціць, што ад выніку гэтага працэсу шмат у чым залежыць палітычная будучыня Рыжанкова. Прайграе ягоная пратэжэ – ён акажацца зломкам у вачах «зграі таварышаў», і яго паступова адціснуць ад рычагоў улады. Пераможа, нават коштам развалу баскетбола ў краіне – значыць, малойца, круты кіраўнік, які ўмее ставіць на месца розных там прафесіяналаў, прызнаных «за пагоркам»… «Чырвоны дом» на К. Маркса, 38 – у нейкім сэнсе Залюстроўе, дзе «вайна гэта мір», а «свабода гэта рабства». Зрэшты, на сваёй хвалі існуе пераважная большасць вышэйшых чыноўнікаў. Ці не найперш гэта датычыцца міліцэйскіх, якія скачуць вакол свайго ідала-гарадавога на вул. Гарадскі Вал (нядаўна за «непаважлівае» да яго стаўленне зноў пратрымалі чалавека за кратамі)…

Калі не Рыжанкоў, то хто?.. Мажліва, Заяц! Так-так, нядаўні міністр сельскай гаспадаркі, якога Лукашэнка аблаяў і выгнаў, а цяпер паставіў кіраваць Магілёўскай губерняй вобласцю. Зайцаў у Беларусі любяць, і цёзка сучаснага чыноўніка (Лявон Заяц) у 1918 г. служыў дзяржаўным кантралёрам БНР. А былі ж яшчэ ў нашай гісторыі старшыня КДБ Беларусі (2008–2012) Вадзім Зайцаў, міністр эканомікі Мікалай Зайчанка (2003–2009)… Віталь М. Воўк, праўда, міністрам таксама быў (2014–2018; ураджэнец Калінкавічаў), але ўсё ж Воўкі і Ваўковічы так густа ў палітычным лесе не пладзіліся.

Не выключана, што ўратаванне сіламі мінскіх Дзедаў Мазаяў ратавальнікаў зайца з Лошыцкага водасховішча 02.04.2019 – першы крок у будучай перадвыбарнай кампаніі Леаніда Канстанцінавіча! 🙂

Ілюстрацыя з акаўнта «Парціі памяркоўных цэнтрыстаў», 03.04.2019 (камент: «Во папёрла»); карыкатура Васіля Пачыцкага з «БелГазеты»

«Вольфаў цытатнік»

«Адзін садаміт узбуджаўся пры праглядзе падручніка заалогіі. Ці не трэба прызнаць тую кніжку парнаграфічным выданнем?». «Аднойчы я паглыбіўся ў аптымізм. Ледзьве мяне ўратавалі» (Cтаніслаў Ежы Лец у перакладзе з польскай М. Мірановіча; «Дзеяслоў», № 1, 2019)

«Наступаць на граблі – наш нацыянальны ўкраінскі спорт… Нашы палітыкі недаацэньваюць выбаршчыкаў, калі абяцаюць невыканальнае, не тлумачаць тое, што можна растлумачыць, і малююць пагрозы там, дзе іх няма. Людзі гатовыя многае зразумець і дараваць, калі гаворыш з імі сумленна. І гэта праблема не толькі дзеючага прэзідэнта, але і ўсёй украінскай палітыкі» (Юрый Хрыстэнзен, 02.04.2019)

«Гэта не варыянт – чыноўнік сказаў глупства, і ўсе на яго накінуліся. Як быццам ён Сакрат, ад якога чакаюць інтэлектуальнага прарыву» (Дзмітрый Быкаў, 03.04.2019)

Вольф Рубінчык, г. Мінск

04.04.2019

wrubinchyk[at]gmail.com

Апублiкавана 04.04.2019  19:53

“Размовы па-беларуску” у Мазыры / “Беседы на белорусском” в Мозыре

Другая сустрэча “Размовы па-беларуску” з Андрусем Горватам з поспехам адбылася на мазырскай культурнай платформе “Даліна анёлаў”.

Наш Мазыр, і праўда, жыве сваім жыццём, як “людзі на балоце”. Мы мала бачым нават творчай інтэлігенцыі з Менску. А каб яшчэ і акцёр быў… А тут такое… Пісьменнік і рэжысёр пастаноўкі па кнізе пісьменніка разам праводзяць сустрэчу. Неверагодна!
Холад, канешне, не памеха для нашага чалавека. Я ўяўляю сабе, як тут, у былым манастыры, жылі манахі ў зіму. Героі. Я мяркую, што яны таксама размаўлялі па-беларуску, ці, нават, па-польску. Не толькі паміж сабой, але і з Ўсявышнім…
Раман Падаляка справа
Наш госць Раман Падаляка мае карані пад Гомелем і пад Віцебскам. Яго спектакль “Радзіва Прудок” – першы рэжысёрскі вопыт. Атрымалася – бо вельмі жадалася. Бо нацыянальнае заўсёды кранае сэрца.
 Фармат сустрэчы размовы быў незвычайны для Мазыра. Андрусь і Раман падымалі цікавыя тэмы. Адна з іх – тэма нацыянальнага кіно.
Здымаць кіно на беларускай мове, з беларускімі акцёрамі і беларускай тэматыкай – такое сустрэнеш рэдка, асабліва зараз. Бо нацэлена ўсё на Замежжа. А там па-нашаму хто разумее?

Нават на “Лістападзе” у Мінску фільм “Ягор” (па кнізе Андруся) быў адзіны на мове. Гэта мінімум дзiўна.

Тэма беларускай мовы як ужывальнай у паўсядзённым жыцці – застаецца найактуальнейшай . Як прыклад, я асвятліла той факт, што Бэн-Йегуда, каб захаваць іўрыт, абмежаваў сваіх дзяцей асяроддзем іўрытаразмаўляючых людзей, каб іншую мову яны не чулі. Вынік дзейнасці выхадца з-пад Віцебска мы бачым сёння ў сучасным Ізраілю. Іўрыт з амаль што знішчанай мовы ўжываюць усеагульна ў Эрэц Ізраэль. Раман Падаляка выказаў думку, што мы павінны наконт беларускай мовы ісці шляхам персанальнай зацікаўленасці, а не пад якім бы та ні была націскам. Прывёў прыклад: зацікавіць кнігай ці спектаклем, нават такімі размовамі будзе значна лепш. Украіна праз націск на нацыянальнае заканадаўства таксама  надае сваеасаблівы прэстыж  і жаданне размаўляць па-украінску акцёрам, якія выязджаюць за мяжу.
Алёна Сідарава
Андрусь, як і на мінулай сустрэчы, патэлефанаваў за мяжу. На гэты раз – у штат Арэгон, да шаноўнай спадарыні Алёны Сідаравай, былой артысткі тэатра імя Янкі Купалы ў Мінску. Яна прызналася што ніколі не была ў Мазыры. Андрусь папрасіў яе, калі наведае Беларусь, усё ж такі завітаць да нас у Мазыршчыну. І зноў гучала цудоўная беларуская гаворка.
Андрусь Горват i Саша Баранаў
Размова была арганічнай. Людзі выказвалі свае думкі. Не заўсёды па-беларуску, але з падзякай да Рамана і Андруся, а таксама Сашы Баранава, стваральніка культурнай пляцоўкі.
Вялікі дзякуй за сустрэчу. Хацелася, каб такіх сустрэч было болей. Бо размаўляць на мове так і не навучыліся за жыццё.  Падстрайваемся, каб усе разумелі, каб было камфортна другім. Ёсць бар’ер і страх. Адна знаёмая мне пажадала “поспехаў у вывучэнні роднай мовы”. Гучыць жудасна. Родную мову не вывучылі. Замежныя нам патрэбней. Вывучаю цяпер родную, што зробіш?!!!
І ўсё дзякуючы абставінам: паглядзела спектакль “Радзіва Прудок” у Калінкавічах, затым з захапленнем прачытала кнігу Андруся, а цяпер трапіла на сустрэчу з майстрамі беларускага слова. Гэта і ёсць шчасце!!!
Спецыяльна для belisrael.info Света Іванова з Мазыра
________________________________________________________________________________________________

Вторая встреча “Разговоры на белорусском” с Андрусем Горватом с успехом состоялась на мозырской культурной платформе “Долина ангелов”.

Наш Мозырь, и правда, живет своей жизнью, как “люди на болоте”. Мы мало видим даже творческой интеллигенции из Минска. А чтобы еще и актер был … А тут такое … Писатель и режиссер постановки по книге писателя вместе проводят встречу. Невероятно!

Холод, конечно, не помеха для нашего человека. Я представляю себе, как здесь, в бывшем монастыре, жили монахи в зиму. Герои. Я полагаю, что они также говорили по-белорусски, или, даже, по-польски. Не только между собой, но и с всевышним …

Наш гость Роман Подоляко имеет корни под Гомелем и под Витебском. Его спектакль “Радива Прудок” – первый режиссерский опыт. Удалось – уж очень хотелось. Ведь национальное всегда трогает сердце.

Формат встречи разговора был необычный для Мозыря. Андрей и Роман поднимали интересные темы. Одна из них – тема национального кино.

Снимать кино на белорусском языке, с белорусскими актерами и белорусской тематикой – такое встретишь редко, особенно сейчас. Ведь нацелено все на Зарубежье. А там по-нашему кто понимает? Даже на “Листопаде” в Минске фильм “Егор” (по книге Андрея) был единственный на языке. Это минимум странно.

Тема белорусского языка как применяемого в повседневной жизни – остается актуальнейшей. Как пример, я осветила тот факт, что Бен-Йегуда, чтобы сохранить иврит, ограничил своих детей средой ивритоговорящих людей, чтобы другой язык они не слышали. Результат деятельности выходца из-под Витебска мы видим сегодня в современном Израиле. Иврит с почти уничтоженного языка применяют повсеместно в Эрец Исраэль. Роман Подоляко выразил мнение, что мы должны по поводу белорусского языка идти путем персональной заинтересованности, а не под каким бы то ни было нажимом. Привел пример: заинтересовать книгой или спектаклем, даже такими разговорами будет гораздо лучше. Украина через нажим на национальное законодательство также придает своеобразный престиж и желание говорить по-украински актерам, выезжающим за границу.

Андрусь, как и на прошлой встрече, позвонил за границу. На этот раз – в штат Орегон, почтенной госпоже Алене Сидоровой, бывшей артистке театра имени Янки Купалы в Минске. Она призналась что никогда не была в Мозыре. Андрей попросил ее, когда посетит Беларусь, все-таки заглянуть к нам в Мозырский район. И снова звучала прекрасная белорусская речь.

Разговор был органический. Люди выражали свои мысли. Не всегда по-белорусски, но с благодарностью к Роману и Андрею, а также Саше Баранову, создателю культурной площадки.

Большое спасибо за встречу. Хотелось, чтобы таких встреч было больше. Ведь говорить на языке так и не научились за жизнь. Подстраиваемся, чтобы все понимали, чтобы было комфортно другим. Есть барьер и страх. Одна знакомая мне пожелала “успехов в изучении родного языка”. Звучит ужасно. Родной язык не выучили. Иностранные нам нужнее. Изучаю сейчас родной, что поделаешь?!!!
И все благодаря обстоятельствам: посмотрела спектакль “Радива Прудок” в Калинковичах, затем с восторгом прочитала книгу Андруся, а теперь попала на встречу с мастерами белорусского слова. Это и есть счастье!!!

Специально для belisrael.info Света Иванова из Мозыря

Перевод на русский belisrael.info

Опубликовано 11.11.2018  10:00 

От редакции belisrael. Напоминаю о важности поддержки сайта. Это необходимо не только для оплаты расходов по его содержанию и развитию, но и даст возможность достойно поощрять тех, кто давно проявил себя, тратит немало времени на подготовку интересных публикаций, а также привлечь новых авторов. Еще одним из пунктов является помощь в издании ряда книг, на которые у авторов нет денег.

***

Отклики из фейсбука:

Хелена Кабат 11 ноября в 19:25 А мой папа всю жизнь был преподавателем белорусского языка и кахау родную мову😄

Irina Narkevitch 11 ноября 20:39 Дело в том, что белорусский язык очень изменился за 20-е столетие. И не факт, что он вернется к нам… Моя мама проработала всю жизнь в переводчиком (белорусский-русский) в газете которая шла зарубеж для белорусской эммграции. Так вот она говорит, что когда к ним приезжали делегации беларусов первой волны иммиграции, то понимать их было оооочень сложно потому, что они говорили на белорусском конца 19 – начала 20 века.. Вот такие вот дела. А потом Беларусь это очень маленькое госсударство с засилием русской речи. Отматывать это кино назад надо. При этом никакой поддержки от власти не ожидается я так понимаю.

Rafael Grugman 12 ноября 12:24 Народ исчезает, то есть растворяется среди других народов, если забывает язык. Чтобы ослабить влияние русского языка, надо дублировать все фильмы на белорусский, сократить количество телеканалов российских и увеличить белорусских и т.д. Украина – хороший пример

Иван Климук 12 ноября 12:50 Где мы, а где Израиль и Украина по использованию национального языка.

С Николаем Фузиком – не о шахматах

В начале июля с. г. Минск посетил 60-летний киевлянин Николай Николаевич Фузик. Любопытно было встретиться с автором многочисленных статей о шахматистах ХХ века, в том числе о Викторе Корчном и Владимире Высоцком, Берте Вайсберг, моей однофамилице Алле Рубинчик, Ревекке Эстеркиной (кстати, уроженке нашей Орши), Любови Якир (Коган).

Н. Фузик презентовал книгу о мастере спорта, видном шахматном теоретике Исааке Липницком, написанную в соавторстве с ныне покойным Алексеем Радченко. Отрывки из неё в июне публиковались на belisrael.info.

Изображение обложки отсюда

Однако главной целью визита была не презентация книги, а участие в семинаре Всемирной организации здравоохранения в рамках проекта «Развитие субрегионального сотрудничества учреждений здравоохранения с целью укрепления потенциала и обмена информацией для решения проблем воздействия опасных химических веществ на здоровье населения в Беларуси и Украине». Николай Николаевич – кандидат биологических наук (2009), в 2009–2010 гг. стажировался в Японии. Старший научный сотрудник, в большой науке – с 1980-х годов.

Автограф; Н. Фузик в Минске

Приехал к нам он не впервые – в марте с. г. побывал на cеминаре ВОЗ «Эндокринные дизрапторы в Беларуси и Украине: знания на настоящем этапе и дальнейшее развитие», где обсуждались вопросы онкологии. Мы поговорили о минских семинарах и о киевском Центре, в котором изучаются, главным образом, последствия аварии на Чернобыльской АЭС. Надо ли уточнять, что проблема и для Беларуси более чем важная?

* * *

В Беларуси, а может, и в Израиле, одни восхищаются новой Украиной, другие говорят, что там полный развал…

– Я думаю, что истина где-то посередине. Предпочёл бы говорить о своём опыте.

Но Вы ведь в курсе, как живут учёные в Украине?

– Живут международными проектами. Неплохо живут те, кто получает зарубежные гранты, участвует в стажировках, профессиональных обменах. В системе Академии медицинских наук зарплаты скромные. Денег от правительства не хватает, многих в нашем центре в прошлом году переводили на полставки (когда был резко повышен прожиточный минимум и продекларировано повышение зарплат). Меня лично сейчас не трогают.

В центре, который сейчас официально называется «Национальный научный центр радиационной медицины Национальной академии медицинских наук Украины», я работаю с 1988 г., тогда он был режимным учреждением. Я себя немного пробовал в педагогике, немногим больше года работал в школе учителем биологии и химии, но понял, что это не моё. Решил вернуться в науку.

То есть до учительства Вы уже занимались научной деятельностью?

– Да, 4 года работал в институте проблем онкологии. Я оканчивал вечерний университет, успел во время учёбы и в армии послужить. Пришёл в институт онкологии ещё до окончания университета.

Многие ли в центре радиационной медицины работают с советского времени?

– Таких сотрудников у нас немало… Наша лаборатория меняла название, сейчас называется «лаборатория эпидемиологии рака». Мы с больными непосредственно не работаем – работаем с материалами, статистическими и другими данными. В общем, эпидемиология рака в связи с Чернобылем. Но поскольку авария на ЧАЭС произошла уже более 30 лет назад, были попытки разрабатывать и другие темы. Некоторые специалисты из нашего центра и в Фукушиму выезжают, консультируют – и клиницисты, и дозиметристы, ещё кто-то…

А в Беларусь?

– Были контакты на уровне участия в конференциях, от нас приезжают в архивах поработать, из Беларуси к нам.

Нынешний семинар (9-11 июля) шире, чем заявленный проект, посвящённый факторам и веществам, которые разрушают эндокринную систему. Обе стороны – белорусская, украинская – написали свою часть национального обзора как по самим эндокринным разрушителям (пестициды, гербициды…), так и по радиационным факторам, хотя ВОЗ даёт понять, что это не главное.

Я здесь – как эпидемиолог, одна из задач семинара – выработка инструментов эпидемиологического анализа. В прошлый раз, в марте, у меня был доклад, сейчас я просто приму участие в обсуждении.

Расскажите о своём мартовском выступлении в Минске.

– Оно было посвящено анализу заболеваемости опухолевой и неопухолевой формы патологии, потенциально связанной с воздействием эндокринных разрушителей. По неопухолевой – меня попросили, человек не приехал… Мы больше занимаемся опухолевой формой, к тому же эти данные более надёжные, поскольку основной источник данных об онкозаболеваемости – Национальный канцер-регистр Украины, признанный на международном уровне. Можно проводить группирование населения – по территориям, по возрасту, по полу, по иным критериям…

В докладе Вы сгруппировали данные – и что получилось?

– Мы сделали вывод, что на заболевания щитовидки сильно влияет радиационный фактор (кстати, рак щитовидной железы – тема моей диссертации). На тех территориях, где загрязнение йодом было выше, выше и заболеваемость, и темпы её возрастания.

Изотопы йода уже практически распались, но их действие продолжается?

– Продолжается. Латентный период в зависимости от дозы и возраста может разниться. Как ни странно, несмотря на то, что удельный вес населения, родившегося после 1986 г., год от года возрастает, общая заболеваемость, если брать стандартизованные по возрасту показатели, продолжает расти. Оговорюсь, что анализировал только украинские данные, но, по-моему, и в Беларуси подобная ситуация. Предполагалось сделать совместный анализ с белорусскими коллегами, но потом мы остановились на одной Украине.

А может, дело в том, что после 1986 г. пациенты с заболеваниями щитовидной железы лучше «отслеживаются»?

– Этим вопросом мы тоже занимались, и в качестве показателя скрининг-эффекта брали показатели проведения исследований щитовидной железы на 100 тыс. населения. Какое-то влияние есть, но, тем не менее, целиком скрининг-эффект не может объяснить рост заболеваемости.

Как собирались данные?

– По онкологии они начали собираться ещё в советское время, кажется, в 1956 г. Даже в 1930-х годах в Украине они собирались – не повсеместно, фрагментарно. Система обязательной регистрации злокачественных образований: до компьютеризации это было на бумаге, т. е. на каждого больного, которому впервые поставлен диагноз, заполняется форма – извещение о первичном случае рака. После аварии на ЧАЭС в конце 1980-х рак щитовидной железы был выделен в форме как отдельная категория, а до того он был в числе «прочих», из-за чего во многих исследованиях данные о заболеваемости этим видом рака появились лишь после 1988-1989 гг. Наша лаборатория получает сведения из Национального канцер-регистра, мы их анализируем.

Если говорить о Центре, то при нём есть клиника, целый ряд отделений, в том числе и онкологическое. Проводятся операции для всех групп пострадавших от аварии на ЧАЭС (ликвидаторы, эвакуированные, проживающие на загрязнённых территориях). Эти люди проходят там регулярные обследования. Данные также накапливаются в регистре.

Говорите, заболеваемость растёт. Насколько?

– Сам рак щитовидной железы – достаточно редкая форма… Спонтанный уровень в мире у мужчин – 1-1,5 случая на сто тысяч, у женщин – 4-5. А в последнее время у женщин на загрязнённых территориях в Украине до 15 случаев доходило (в отдельных районах Киевской и Житомирской областей). У мужчин рост менее выраженный. В нашей лаборатории исследования проводятся по районам, а на уровне правительства принято решение о дозиметрической паспортизации районов.

Диаграмма из доклада «Распространенность и тенденции эндокринных расстройств в Украине». Авторы: А. Е. Присяжнюк, З. П. Федоренко, Н. Н. Фузик, А. Ю. Рыжов, Н. И. Омельянец

Хотите сказать, что районы, загрязнённые в 1986 г. чище не становятся? Всё равно там остаются радионуклиды?

– Всё равно остаются, но постепенно загрязнённость уменьшается.

А заболеваемость, несмотря на это, увеличивается?

– По всем показателям нельзя так сказать. По щитовидке – да, по молочной железе – да. Но далеко не все формы рака в одинаковой мере зависят от радиационного фактора.

Из вышеуказанного доклада (РМЖ = рак молочной железы)

В Украине публикуются данные, о которых идёт речь?

– Конечно. Раз в пять лет публикуется Национальный доклад: и на русском языке, и на английском.

Как общественное мнение на это реагирует?

– Сейчас об аварии 1986 г. уже почти забыли. Я считаю, что это не совсем правильно. Кстати, мы пытались, по инициативе нашего директора (правда, особых закономерностей не нашли), проанализировать заболеваемость населения на территориях, прилегающих к предприятиям атомной промышленности. Там были две группы: возле рудников, где перерабатывают радиоактивное сырьё, и возле атомных электростанций. Нашли некоторое превышение показателей по раку почки… Но в принципе там достаточно следят за экологией. Пока нет аварий, опасаться особо нечего.

Ваше мнение: АЭС – нужны? Или без них можно обойтись, даже ценой удорожания электроэнергии?

– Везде есть, как говорит мой коллега, свои «отрицательные плюсы». Те же гидроэлектростанции, ветровые – они ведь тоже вредят экологии. После каждой аварии на АЭС, в той же Японии, общественное мнение поднимают против строительства…

Авария в Фукушиме 2011 г. была, насколько я знаю, очень серьёзной.

– Да, и там тоже пропустили йодную атаку. Радиоактивный йод при выбросе с АЭС попадает в воздух, в продукты… Если щитовидная железа испытывает недостаток йода, она начинает потреблять то, что доступно, из-за чего потом происходит внутреннее облучение.

По молочной железе наблюдения в Украине ведутся с 1976 г. В 1990-х темпы роста заболеваемости снизились, но она всё равно продолжает расти.

Я уже задавал вопрос об общественном мнении, и всё же… Насколько к вам, учёным, прислушиваются, когда вы представляете эти данные? Имею в виду людей, принимающих решения.

– Есть так называемые парламентские слушания, там учёные пытаются достучаться… Но лично я от общения с чиновниками стараюсь уходить.

Как ощущаете, куда идёт Украина?

– Хочется верить, что всё будет хорошо, хотя сколько ещё придётся пережить, не знаю. Наверное, не от хорошей жизни миллионы людей уезжают из страны: кто живёт на востоке, те больше едут в Россию, на западе – в Литву, Польшу, Словакию… По некоторым данным, за рубежом уже 7 миллионов украинцев.

То есть Майдан не оправдал надежд?

– Оправдал в том смысле, что власть теперь всё-таки побаивается народа и действует с оглядкой. Если хотят сделать какую-то гадость, то это стараются сделать скрытно. В России, по-моему, уже стесняться перестали. Да и по сравнению с Януковичем власть Порошенко – меньшее зло, хотя к ней очень много вопросов.

Беседовал В. Рубинчик

Опубликовано 01.08.2018  14:33

***

От редактора. Напоминаю о важности финансовой поддержки сайта, что будет
способствовать не только его развитию, но и возможности поощрения активных
авторов, привлечению новых, осуществлению различных проектов.  

Поход историка по лезвию бритвы

«Розмови про Україну. Ярослав Грицак — Іза Хруслінська». Київ, «Дух і Літера», 2018, 360 с.

В книге блестяще выдержан редкий для Украины жанр интеллектуального диалога. «Розмови про Україну» — это серия бесед между известной польской писательницей Изой Хруслинской и видным украинским историком Ярославом Грицаком.

Обсуждается всё — особенности профессии историка, национализм и вопросы идентичности, межнациональные отношения и межгосударственные конфликты. Грицак, как правило, избегает резких и категоричных формулировок…

Стиль мышления историка отчетливо проявляется в его отношении к постмодернистскому интеллектуальному тренду. Он критикует постмодернистское отрицание правды как «западного конструкта», подчеркивая, что «постмодернизм умер на Майдане», однако признает историческую роль постмодернистского подхода, носители которого «расчистили поле нашего мышления от иллюзий и мифов, выдававших себя за правду». Грицак не заявляет открыто, что объективная правда существует, однако ратует за активное правдоискательство. Насколько он последователен и непротиворечив в своих рассуждениях, — судить читателю.

«Розмови про Україну», Киев, 2018; Иза Хруслинская

Отдельная глава посвящена отношениям между украинцами и евреями. Историк анализирует, почему в историографии советской Украины эта тема не просто не поднималась, а совершенно сознательно игнорировалась. Попутно он комментирует популярные антисемитские и украинофобские стереотипы.

«Украинское национальное движение, — пишет Грицак, — создало интересную формулу. Идеологи этого движения считали, что было бы лучше, чтобы евреи оставались «чужими», но как независимая, отдельная нация… Считалось, что следует поддерживать сионизм, стремление евреев создать собственное государство». Позицию же Центральной Рады в еврейском вопросе он называет «просто образцовой».

Сто карбованцев периода УНР с текстом на идише, 1917

Грицак, привыкший к общению с разной публикой, старается говорить о сложном как можно проще. Он признаёт, что «на территории Украины существует длительная и сильная традиция ненависти к евреям и насилия, которые я определил бы как юдофобию», в то же время подчеркивая отсутствие в украинской интеллектуальной традиции антисемитизма как современной идеологии типа немецкого, польского или российского антисемитизма.

Анализируя причины антиеврейских настроений, он в одном абзаце ухитряется объяснить значительную интенсивность этих настроений в Украине огромной численностью живших тут евреев и одновременно признать, что в России, где до начала ХХ века евреев было совсем немного, тем не менее развивалась сильная антисемитская традиция. Непоследовательность или просто отсутствие столь необходимых в некоторых местах «дотошных» научных уточнений?

Поднимаются и столь непростые темы, как участие ОУН и УПА в антиеврейских акциях в годы Второй мировой. По Грицаку, ОУН воплощала агрессивный и ксенофобский тип украинского национализма, однако не была «программно антисемитской», то есть не ставила борьбу с евреями на первый план, как это случилось в Германии. В то же время в ходе советской оккупации Западной Украины НКВД «уничтожил практически всю умеренную политическую элиту — как польскую, так и украинскую, которая могла бы сыграть роль сдерживающего фактора» как минимум во время погромов 1941 года.

Львовский погром, 1941

И тут снова налицо хождение по лезвию бритвы, заслуживающее сочувственного отношения читателя, ведь темы, комментируемые историком с такой дипломатичностью, заставляют его ходить по бритве скорее опасной, чем электрической с защитными решетками. Мудрая и вдумчивая аудитория найдет точки соприкосновения с ответами интеллектуала на «горячие» вопросы современности. Во многом благодаря тому, что Грицак совершенно не стремится доминировать над читателем, а старается идти к нему навстречу, иногда ценой потери «железной» непротиворечивости высказываний.

Антон Сытор, для «Хадашот»

* * *

Ярослав Грицак: как историческая память становится проклятием

Известный историк, профессор Украинского католического университета, публичный интеллектуал Ярослав Грицак (на фото) — о разделяющих нас героях и объединяющих жертвах, преодолении истории и пользе амнезии.

— Профессор, потребность в героях — неотъемлемый атрибут становления молодого государства? Кого люди склонны возводить на национальный пьедестал?

— Без героев народ и государство немыслимы, вопрос лишь в том, в каких героях мы сегодня нуждаемся. Я спросил как-то у своего шведского коллеги-политолога, кто на сегодняшний день является национальным героем Швеции. Он надолго задумался и ответил: «Возможно, ABBA». Для нас привычнее было бы услышать имя Карла XII или другого персонажа военной истории, но на самом деле во многих европейских странах национальными героями становятся люди не кого-то убившие, а отдавшие за кого-то жизнь. К сожалению, в нашем регионе, как сказал один мой знакомый, есть лишь два способа стать героем — или ты убьешь, или тебя убьют.

Так или иначе, но у нас — украинцев — мало общих героев, наши герои, скорее, разделяют общество.

— Не кажется ли вам парадоксальной ситуация, при которой идеология национальных героев в лице тех же лидеров ОУН в корне противоречит европейскому выбору, который официально декларирует Украина? Как общественное сознание справляется с этим парадоксом?

Надо понимать, что одно дело – исторический образ, и совсем другое реальная история. Разумеется, Степан Бандера символизирует не европейскую интеграцию, а антибольшевистское, если хотите, антироссийское сопротивление. И именно так он сегодня воспринимается, вне всякой связи с преступлениями против евреев или поляков.

Два года назад я лицом к лицу столкнулся в аэропорту с известным историком, профессором Принстона, Гарварда и Стэнфорда Яном Томашем Гроссом он возвращался из Москвы и был очень взволнован. До чего дошло, говорит, я американский профессор, еврей польского происхождения, должен был защищать Бандеру перед студентами и преподавателями Высшей школы экономики в Москве. Так бывает, когда в дело вмешивается актуальная политика.

При этом Бандера не мой герой, и я не считаю его национальным героем Украины, скорее, региональным.

— Что же нас может объединить?

Объединить нас могут не герои, а жертвы. Украина как организм очень чувствительна к жертвам как объединяющему фактору, в отличие от России, где Сталин это, прежде всего, не тиран, а лидер, поднявший страну с колен. Для подавляющего большинства украинцев Сталин преступник, поскольку его имя связано с Голодомором, то есть миллионами жертв.

Украина в современных границах с 1932 по 1947 год пережила пять геноцидных волн Голодомор, Холокост, Волынскую трагедию, депортацию крымских татар и выселение украинцев из Польши (операция «Висла»). Нашу историю надо писать под лозунгом «Никогда больше», пора переформатировать дискурс с героев на жертв.

Но мы были не только жертвами, но и соучастниками преступлений разных режимов украинцы, евреи, поляки.

Историческая память всегда эксклюзивна. Эрнест Ренан сказал как-то, что неправильное понимание истории является залогом существования нации. Историческая память это искривленное и однобокое отображение истории, за что ее большинство историков и не любят. В одних пропорциях она может быть лекарством, в других ядом.

— В какой мере история может и должна становиться частью государственной политики?

Государство должно преодолеть историю это главный вызов для Украины. К сожалению, и Россия, и Украина, и Польша тяжело отравлены историей. Это отравление лечится двумя способами. Одно лекарство заключается в радикальных реформах политических, экономических, социальных, меняющих траекторию развития страны. А второе состоит в изменении исторической памяти, превращении ее из яда в лекарство это требует мудрой взвешенной политики.

Очень опасно, когда историческая память подменяет собой реформы так вел себя Виктор Ющенко. Сегодня эта опасность снова маячит на горизонте чем медленнее будут идти реформы, тем больше мы будем заниматься исторической памятью.

Кто помнит сейчас о том, что шведы были в XVIXVII веках одной из наиболее воинственных наций в мире? Никто, потому что они радикально изменили свою историческую траекторию. Изменить эту траекторию в какой-то мере удалось Польше, и то, судя по результатам последних выборов, не вполне. Это совсем не удалось России я не знаю общества, столь сильно отравленного ядом памяти. И Украина остается в этой опасной зоне отравленной памяти.

И все-таки я оптимист, поскольку в Украине нет доминирующей памяти идет состязание между различными ее версиями.

Два сапога пара

Вы считаете плюсом этот конфликт памятей?

В нашем контексте, да. Если бы не эта подушка амбивалентности, мы бы друг другу горло перегрызли. Кроме того, очень важно не только помнить, но и забывать. Амнезия это важнейшее лекарство для трансформирующейся нации, которое применял Аденауэр после Второй мировой. О Холокосте ведь заговорили только в 1960-х, когда Германия стала другой страной.

В Испании после смерти Франко тоже поняли, что, ввязавшись в исторические споры, страна пропадет, поэтому политикам было воспрещено использовать историю в качестве политического аргумента. И этот процесс занял не один год.

В эпоху Кучмы и у нас пытались проводить политику амнезии, которая не увенчалась успехом. Да и не могла увенчаться, поскольку Россия держала руку на пульсе. Испании в этом смысле было проще Франция (Германия, Британия и т.д.) не советовали ей о чем и как именно помнить, а о чем можно на время забыть.

— Насколько мы способны к модернизации? Ведь это было бы естественно — избавиться от шлейфа негатива, отрефлексировать ошибки и заблуждения прошлого…

Целый ряд украинских историков давно об этом говорят, безусловно, мы многое должны признать и за многое извиниться. Например, лет 15 назад мы перевели конфликт вокруг польского военного мемориала во Львове в другую плоскость с обеих сторон прозвучало: мы просим прощения и прощаем. И это нормально.

— Вопрос в том, отражает ли это официальную политику государства, которую представляет Институт национальной памяти во главе с Владимиром Вятровичем.

Вятрович это не всё государство, хотя часто его позицию отождествляют с официальной. В Украине никогда ничего не сводится к одной генеральной линии, и это дает надежду.

— Есть ли в украинской истории объединяющие фигуры, обладающие достаточным потенциалом, чтобы войти в новый пантеон национальных героев?

Социология четко демонстрирует, что украинцы объединяются вокруг киевских князей, казаков, литературной троицы Тарас Шевченко Иван Франко Леся Украинка, а из современников вокруг спортсменов и рок-звезд. Я хорошо помню сопротивление, которым русскоязычное население востока и юга страны встретило в начале 1990-х новые государственные символы сине-желтое знамя и тризуб. Но вскоре эти символы были приняты всеми когда в 1994-м Оксана Баюл выиграла Олимпийские игры, торжественно прозвучал гимн, и впервые наш флаг был поднят не как символ украинского национализма, а как символ спортивной победы.

Безусловно, есть фигуры, формирующие объединяющий дискурс, но в этот дискурс надо включить не только героев, но и жертв.

— Но это чревато виктимизацией украинской истории…

Необходимо показать, что ни один народ не состоит исключительно из жертв или исключительно из преступников. Были и те, и другие, а большинство всегда и везде составляют наблюдатели bystanders. В Лондоне статуи Кромвелю и Карлу I, которого он казнил, стоят практически напротив друг друга и воспринимаются как части одной истории. При этом никто не питает иллюзий в отношении того, кем был Кромвель и кем был Карл I их деяния известны. Поэтому можно быть бандеровцем, но признавать, что бандеровцы совершали преступления, равно как и придерживаться коммунистических воззрений, но понимать, что представлял собой Сталин. Гордость за «своего» героя не означает безответственность.

— Когда украинское общество созреет для признания, что ради независимости Украины совершались не только подвиги, но и преступления? Тем более, что подобные преступления можно найти в истории многих народов, которые переварили свое прошлое, дали ему адекватную оценку и продолжили строить будущее.

Общество слишком общая категория. В Украине возник новый средний класс, который живет, главным образом, в больших городах и который преимущественно двуязычен. Ценности этого класса позволяют мне оставаться оптимистом эти люди готовы брать ответственность на себя, они спокойнее относятся к истории и легче принимают новые правила игры. Я скептически отношусь к ближайшим перспективам Украины они не радужны, надежды связаны именно с этим поколением, которое должно достичь зрелости и состариться, это главный сценарий успешности Украины.

Поэтому я работаю не на абстрактный социум, а на это поколение, которое демонстрирует очень сильные горизонтальные связи и составляет костяк гражданского общества, возникшего в ходе Майдана. Эти люди нуждаются в другом типе истории, и Вятрович не отражает их устремлений. Тон и ценности этого поколения задают скорее такие фигуры, как Сергей Жадан и Святослав Вакарчук, и эти ценности очень далеки от заявленных Институтом национальной памяти. Поэтому мы не безнадежная страна…

Беседовал Михаил Гольд, «Фокус»

Источник: газета «Хадашот», №№ 3 и 7, 2018

Опубликовано 23.07.2018  20:52

«Новы час» о неонацистах в Украине

(перевод с белорусского belisrael.info; оригинал здесь)

Николай Дедок, Сергей Пульша

Украина: политическая цензура руками неонацистов?

Политический ландшафт Украины неоднороден. «Группировки ультраправых осуществляют открытый политический террор против инакомыслящих, полиция это игнорирует или даже покрывает нападающих»,утверждает один редактор. «Нередкими становятся нападения ультралевых на ветеранов АТО за их предполагаемую принадлежность к правым организациям», оппонирует второй.

Неонацистские и ультраконсервативные группировки нередко используются правительствами для подавления политической оппозиции. Классическим примером из истории являются черносотенцы начала ХХ века: шовинисты-антисемиты, избивавшие и убивавшие членов социалистических и анархистских организаций, тех рабочих, которые бастовали или отказывались подчиняться начальству. Если говорить о недавнем времени, то следует вспомнить организацию «Наши» в России 2000-х. В её боевое крыло входили фанаты «Спартака», которые за определенную плату устраивали силовые акции против оппозиционных движений – в первую очередь нацболов (тогда сторонники Лимонова еще были радикальными антипутинцами). В первых рядах тех, кто шел поддержать «сторонников федерализации» на Донбассе, были члены российских ультранационалистических организаций РОВС, «Черная сотня» и РНЕ.

В Украине члены ультраправых организаций берутся за оружие и чинят насилие там, где считают нужным – как правило, в отношении тех, кто не разделяет их взгляды. Украинская пресса деликатно обходит эту проблему.

22 декабря 2017 г. трое молодых людей в масках ворвались на мероприятие «Гендерного клуба» в Киеве, где в тот момент проходила дискуссия, посвященная антропологии гендера и гендерным стереотипам, и распылили в здании слезоточивый газ. Радикалы, которые позиционируют себя как «христианские правые консерваторы», аргументировали нападение тем, что деятельность клуба – это «чистая украинофобия, противоречащая традиционным украинским ценностям».

29 января 2018 г. во Львове возле местного цирка начался зоозащитный пикет, во время которого в активистов начали бросать снежки и дымовые шашки молодые мужчины с символикой «Азова» и «Misantropic Division». Полиция начала задерживать активистов, а не провокаторов. При этом, как сообщают сами защитники животных: «Они рвали наши плакаты и топтали баннеры, объясняя свои действия тем, что мы «черти» и «давить вас на х*й, разве вы люди». Действия как полиции, так и провокаторов хорошо видны на видео. Около трети присутствующих на пикете получили травмы, все были задержаны и провели три часа в отделении милиции.

27 марта 2018 г. около 50 участников ультраправых групп разгромили выставку, посвященную инклюзивности и правам меньшинств, которая проходила в рамках фестиваля «Docudays». Молодые боевики срывали и топтали плакаты о людях с инвалидностью, трансгендерах, цыганах и других социально уязвимых группах. На следующий день в этом же месте состоялась дискуссия об ультраправом насилии, после которой сторонники радикального национализма напали на журналиста изданий «5.6.magazine» и «МiТЄЦ» Илью Романенко. «Вели аккуратно, почти до метро. Напали со спины, залили лицо перцем. Били по почкам, без слов. Голову закрыл», – рассказал Романенко журналистам.

8 марта 2018 г. во Львове ультраправые радикалы напали на женщин, которые вышли на марш против насилия и дискриминации. На обращение активисток в полицию по телефону им ответили: «Ничего не можем сделать». Одна из организаторов, Виталина Коваль, получила химический ожог глаз – нападающие облили ее краской. В соцсетях участники нацистской группы «Карпатска Січ», не скрывая, хвастались своими поступками, подписав фото в соцсетях: «Одна из групп националистов и воинов, которая весь день наводила порядок на улицах родного города и давала воспитательные уроки». «Мы везде, поэтому от нас не скрыться! Победа будет за нами!»

Вообще же 8 марта 2018 г. женские акции подверглись нападениям в 5 местах по стране.

20 апреля 2018 г. (между прочим — день рождения Гитлера) группа неонацистов из группировки «С14» разгромила лагерь ромов под Киевом. На видеозаписи видно, как группа парней гонит перед собой группу детей и женщин и заливает газом из баллонов. Крики потерпевших «Милиция!!!» не помогли: несколько дней спустя МВД заявило, что сожгли… мусор, а не лагерь цыган. Правда, потом руководитель МВД Украины Арсен Аваков всё же признал факт погрома и заявил, что по факту возбуждено уголовное дело. Всё, что сделала полиция с того времени, – допросила одного из лидеров «С14» и выслала повестки его соратникам. Остальных «не могут найти».

Этот не окончательный перечень позволяет говорить, что идеологическое насилие имеет системный характер. И что более важно — такой же системный характер имеет безнаказанность нападавших. Ни в одном из случаев они не понесли наказания, а в большинстве случаев даже не были задержаны.

Об этой ситуации и ее причинах мы побеседовали с украинским журналистом, редактором портала «Політична Критика» Сергеем Мовчаном.

— Нападения ультраправых на лекции и мероприятия были в Украине всегда?

— За последние несколько лет количество нападений существенно выросло. Речь идёт о физических нападениях на активистов, срыв лекций, выставок, иных публичных мероприятий, блокирование уличных акций. Более того, атакам подвергаются уже не только левые активисты, не имеющие значительного веса в обществе, но и довольно мейнстримовые ивенты. Например, из-за угроз ультраправых была отменена презентация книги «Майя и её мамы» на львовском форуме издателей. На нём же была попытка сорвать прeзентацию книги «Левая Европа». Также была попытка заблокировать проведение дискуссии на тему ультраправого насилия на главном фестивале документального кино «Docudays 2018».

Часть экспертов связывает увеличение числа нападений с увеличением количества самих акций и мероприятий, и отчасти это верно. Но я оцениваю активность ультраправых как беспрецедентную. Т. к. число акций за гражданские права выросло — а провести публичную левую акцию стало практически невозможно. Гарантии безопасности сейчас — главный вопрос любого мероприятия, если ты собрался высказывать на нём идеи, что идут вразрез с националистическим дискурсом.

— Ни одного нападавшего не то что не осудилиобычно их даже не задерживают и не ищут. С чем это связано?

— В некоторых случаях агрессоров всё-таки задерживают, но обычно выпускают уже через пару часов. Нередко забирать их из полиции приезжают народные депутаты, связанные с правыми. А написание заявлений в полицию ничего не даёт: правые имеют полный «иммунитет», какими бы незаконными ни были их действия. Например, на традиционной антифашистской акции 19 января (День памяти Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой, застреленных неонацистом в Москве в 2009 году, — «НЧ») правоохранители вообще задержали участников акции. А когда они вышли из полицейского участка, их уже ждали ультраправые, которые, очевидно, имели информацию о том, где они и когда их выпустят.

Иной случай был на акции 8 марта в Киеве, когда ультраправые пытались отобрать у участниц «провокационный» баннер. Полиция приняла сторону ультраправых и тоже давила на женщин, требуя свернуть его. А после акции один из полицейских просто вырвал его из рук девушки и убежал. Против организаторки митинга было возбуждено уголовное дело за «оскорбление государственной символики», которое, к счастью, развалилось в суде.

«Азов» и все его структуры непосредственно завязаны на министра МВД Арсена Авакова, а многие выходцы из ультраправого движения заняли видные должности в полиции и спецслужбах. Один из примеров — «азовец» Вадим Троян, который в определенный момент возглавил управление полиции в Киевской области. Сейчас он — первый заместитель руководителя Нацполиции. Или Юрий Михальчишин — член львовской партии «Свобода», который на протяжении всей своей карьеры боролся против либералов и антифашистов. В 2014 году он пошёл работать в СБУ. Таким образом, хотя у ультраправых и нет электоральной поддержки, их позиции укрепляются с каждым годом.

Иногда слышатся голоса, что в силовые структуры проникло много сторонников ультраправых взглядов, и они таким образом «сводят счёты» с идеологическими противниками. Также говорят, что «Азов» — якобы личная гвардия Авакова, с помощью которой он решает свои бизнес-вопросы.

— Касательно связи «Азова» с Аваковым — это не теория, а неоспоримый факт. Полк «Азов» — структура Национальной гвардии Украины, которая была создана и оберегается Аваковым. В 2017 году имела место попытка расширить их права, предоставив полномочия полиции, военных и «Беркута» одновременно. Правда, под давлением общества законопроект не был поставлен на голосование в парламенте. Но сам руководитель партии «Национальный корпус» (политическое крыло «Азова») Андрей Билецкий (в своём кругу имел прозвище «Белый Вождь») попал в Верховную раду от партии Авакова «Народный Фронт».

Поэтому военный переворот во главе с Аваковым и его «частной армией» — сценарий, который периодически всплывает в обсуждениях. По слухам, возможность такого переворота считается у украинских военных угрозой № 2 после вторжения российской армии.

Существует ли сегодня в Украине какое-нибудь антифашистское движение, которое бы могло что-то противопоставить неонацистам?

— Широкого движения почти не существует. В Украине есть отдельные группы левых активистов и анархистов, которые придерживаются антифашистских взглядов. Они занимаются разными видами активности, но это движение не едино и мало что может противопоставить реальной угрозе в её нынешних масштабах.

Как на неонацистское насилие реагирует гражданское общество?

— Насчёт либеральной общественности — большинство её представителей отрицают существование проблемы с неонацистами в Украине. Когда говоришь об этой проблеме, тебя вскоре обвинят в том, что ты повторяешь российскую пропаганду. Большинство того, что делают ультраправые, СМИ стараются не замечать, или дают им слово, когда они, например, «ловят сепаратистов». А если не заметить невозможно, то нередко приходится слышать, что это не украинские националисты, это московские провокаторы! Московский след находится в мгновение ока. Рост правого движения игнорируют даже те, кто называет себя исследователями ультраправых. Они апеллируют к их низким электоральным успехам и говорят, что движение маргинальное, не является серьёзным игроком. Хотя можно сказать, что в последнее время появились и те, кто говорит об угрозе — например, «Amnesty International», которая даже выпустила отдельное заявление с осуждением ультраправого насилия. Иногда просыпается кто-то из «лидеров мнений» или блогеров и выдаёт пост: мол, «не верной дорогой в Европу идём, товарищи». Но на национальном уровне этих голосов не слышно. Процесс легитимации ультранационалистического дискурса и его активистов в стране развёрнут вовсю.

* * *

А вот главный редактор журнала «Український тиждень» Дмитро Крапивенко имеет на этот счёт иное мнение. К тому же, по его словам, и левые — не без греха:

— Правые организации в Украине — это неотъемлемый элемент гражданского общества. Вне контекста такое утверждение может показаться несколько странным, но это действительно так. Самые известные из них — «С14» и «Национальные дружины» — обладают высокой популярностью среди молодёжи. Сложно охватить все сферы общественной жизни, в которых видны эти объединения: от уже привычного для них военно-патриотического воспитания молодёжи до вопросов правозащиты (активисты «С14» создали довольно активную и эффективную структуру «Национальный центр правозащиты», которая занимается мониторингом состояния мест лишения свободы) и охраны природы (активисты «Нацдружин» часто проводят акции прямого действия против жестокого обращения с животными).

Деятельность правых активистов ведётся не на государственные деньги, хотя те задачи, которые они выполняют, являются прямой обязанностью властей: реабилитация участников АТО-ООС, пропаганда спорта и здорового образа жизни, изобличение людей, чье участие в незаконных вооруженных формированиях не вызывает никаких сомнений. Следует вспомнить два недавних случая: задержание боевика «ЛНР» бразильского происхождения Рафаэля Лусварги (он не был обменен в декабре на украинских пленных и, несмотря на тяжкие обвинения, оказался на воле – в одном из монастырей УПЦ МП) и повторное заключение под стражу Юрия Крысина, обвинённого в организации банд «титушек» во время Майдана. В обоих случаях только действия правых активистов смогли принудить власть взять под стражу людей, обвинённых в тяжких и резонансных преступлениях. Правые активисты — это и дружинники, и «вожатые» для подрастающего поколения, и лидеры ветеранских организаций, и одни из самых мотивированных бойцов на фронте. Этакое «добро с кулаками».

Говорить о том, что украинская власть сливается с ультраправыми, по-моему, означает подыгрывать российской пропаганде. Когда правые переходят установленные в стране правила игры, государство напоминает о себе сразу же. Например, в деле взрыва гранаты под зданием Верховной Рады в августе 2015 г. не было никаких поблажек: инцидент квалифицирован как теракт, на первом этапе расследования за решёткой оказались высокие лица из партии «Свобода». В марте этого года полиция проводила следственные действия  на базе «Азова» (полк официально в составе МВД) — произошло довольно жёсткое противостояние. По каждому факту нападения на ромов полиция ведёт расследование — утверждать, что эти инциденты остались незамеченными, несправедливо.

Такие случаи ставят под большой вопрос распространённое мнение о том, что ультраправые организации являются марионеточными проектами министра внутренних дел Арсена Авакова. Власть держит немалую дистанцию от радикалов, и если и пробует их «приручить», то безуспешно. Следует также отметить, что при всей революционности идеологии и риторики правые не считают необходимой срочную организацию «третьего Майдана», ликвидацию власти любой ценой — лидеры этих структур осознают, что любая серьёзная политическая дестабилизация в стране может обернуться поражением в войне. Поэтому акции правых имеют хотя и массовый, но преимущественно мирный характер. Чего не скажешь, например, о политических авантюристах типа Михаила Саакашвили и его соратников.

Безусловно, как и во всей Европе, украинские правые конфликтуют с леволиберальными организациями. Последние ведут в Украине очень специфическую деятельность. Акцентирование на проблемах ЛГБТ, гендерном правописании, «сексуальном образовании» говорит о том, что украинские леволибералы больше стремятся соответствовать повестке дня своих европейских коллег (и грантодателей). Что в целом, конечно, не оправдывает агрессии правых к своим политическим оппонентам. Но…

Отдельного внимания заслуживает «антифашистская» деятельность левых. Сбор информации о символике и мониторинг высказываний правых лидеров — это лишь часть их борьбы. Нередкими становятся нападения на ветеранов АТО под предлогом их принадлежности к правым организациям. Показательна, например, атака на Антона Вербича — участника битвы за Донецкий аэропорт, которого левые активисты решили «наказать как бандеровца». Из числа нападавших задержана только одна 25-летняя «антифашистка», многим её сообщникам (в том числе гражданам России) удалось покинуть страну.

Общественные процессы, которые происходят сейчас в Украине, довольно сложные. Слабость некоторых государственных институций даёт чересчур широкое поле для деятельности гражданского общества, но говорить о поглощении государства какими-то «параллельными структурами» более чем преждевременно.

Опубликовано 12.06.2018  18:04

Беседа с Александром Ройтбурдом

Александр Ройтбурд: чрезмерно увлекаясь прошлым, мы рискуем потерять будущее


«Автопортрет с двумя тростями»

Александр Ройтбурд — популярный блогер, лидер мнений и, главное, один из самых известных и востребованных украинских художников, чьи произведения находятся в музее современного искусства МоМА в Нью-Йорке, Третьяковской галерее в Москве, PinchukArtCentre в Киеве и многочисленных частных коллекциях. С недавнего времени Александр — директор Одесского художественного музея, который возглавил после победы в конкурсе, сопровождавшемся грязной кампанией против художника. Мы говорим о новой украинской идентичности, Майдане и антисемитизме, исторической памяти и модернизации культуры, гражданском обществе и патриотизме.

— После скандального голосования в облсовете один из ваших сторонников написал в Facebook, что депутаты не утвердили Ройтбурда из-за фамилии.

— Возможно, это и было дополнительным мотивом, но явно второстепенным. Правда, в травле поучаствовал один депутат, который отличился еще несколько лет назад в ходе дискуссии о возрождении еврейского музея в Одессе. Когда вопрос был вынесен на сессию горсовета, этот джентльмен произнес нечто вроде: пока украинцы между собой дерутся — евреи решают свои вопросы. Я заявил тогда, что в любой цивилизованной стране карьера этого политика была бы  окончена, и получил личного врага.

Но, справедливости ради, отмечу, что других антисемитских выпадов ни тогда, ни теперь не припомню. Если не считать, конечно, «говняный навет» новой страницей в истории гонений на евреев (в ходе кампании против Ройтбурда один из его оппонентов заявил, что художник в 1990-е писал картины фекалиями, что вызвало смех в профессиональной среде, — прим. ред.).

— Когда человек с вашей внешностью и фамилией стал называть себя политическим украинцем?

— Это началось еще в годы Перестройки, хотя само определение, разумеется, появилось много позже. Часто бывая в Москве и наблюдая имперские фантомные боли, я чувствовал отношение к Украине как к чему-то вторичному, не стоящему внимания. Так возник территориальный патриотизм — мне не хотелось быть жителем второсортной республики.


«Поднимающий знамя»

В 1991-м я искренне радовался провозглашению независимости Украины. Когда в Москве пугали воинствующим национализмом Руха, в Одессе на первой демонстрации этого движения несли во главе колонны три флага — желто-голубой, российский триколор и флаг Израиля с магендавидом. Да и среди активистов тогдашнего одесского Руха были евреи — Борис Херсонский, например.

В 2002 году я осел в Киеве и за многие годы увидел в центре столицы одну (!) антисемитскую надпись — «Бей жидов» — с нацарапанной шестиконечной звездой. Надпись была перечеркнута и под ней по-украински выведено: «Антисеміт — рука Москви».

Конечно, в те годы в Киеве процветала антисемитская МАУП, на Майдане стоял лоток с антисемитской литературой — он существует по сей день — буквально на днях мне протянули там «Майн кампф» с вопросом: «Вам не треба?» Я хочу переадресовать этот вопрос Владимиру Вятровичу — автору закона о запрете коммунистической и нацистской идеологий и их символики. Почему запрещается ввоз в страну книг Бориса Акунина, чьи взгляды разошлись с официальной линией УИНП, и при этом в центре столицы открыто продается «Майн кампф»?

Все это было и отчасти осталось, но важно понимать масштаб. На Майдане меня возмутила явно спровоцированная Россией попытка разыграть еврейскую карту. Один мой пост в Facebook на эту тему растиражировали многие зарубежные СМИ — а я всего-навсего признал, что антисемиты на Майдане есть. Как они есть везде. На спектакле в Гранд Опера, на пляже в Гонолулу или на одесском Привозе. Но Майдан как явление не носил при этом антисемитского характера. Попытки спровоцировать межнациональный конфликт часто исходили от пророссийских сил, и они быстро пресекались.

Собственно, именно тогда — в 2014-м — начала реально формироваться украинская политическая нация — и я к ней принадлежу, оставаясь евреем и человеком, воспитанным в русской культуре.

— Не смущает, что в последнее время все чаще слышатся «патриотические» голоса, призывающие евреев не вмешиваться в суто українські справи? Это тем более удивительно, что подобные призывы во времена Майдана возникали по другую сторону поребрика, мол, нееврейское это дело  с жовто-блакитным флагом по Крещатику бегать.

— Скрепоносцы с обеих сторон при всей ненависти друг к другу транслируют одинаковый месседж. И это касается не только еврейского вопроса, но и самых разных проблем — от прав ЛГБТ до современного искусства. Одно из звеньев этого консервативного тренда — «евреи, не вмешивайтесь». Но я слышал это и в СССР, и в постсоветской Украине. Причем, с обеих сторон.


«Шабат», 2014

На одной из выставок, которую я курировал в Одессе в середине 1990-х, немецкий художник сербско-русского происхождения выставил инсталляцию, представлявшую собой иконы, в которые были воткнуты ножи. Разразился скандал, который быстро дошел до Управления культуры. Управление в то время возглавлял Роман Исаакович Бродавко, который пришел ко мне со словами: Саша, вы же понимаете, что мы —  евреи — не должны вмешиваться в православные дела. Понимаю, — говорю я, — поэтому, как еврей, не считаю возможным вмешиваться в отношения православного художника со своей религией. Он носит крест и в рамках своих отношений с Богом имеет право на любое высказывание.

Призывы «не вмешиваться» звучат и со стороны части (впрочем, небольшой) украинских патриотов. Антисемитизм в Украине был всегда — это не новость. Но здесь он был бытовым и материалистичным — в отличие от российского антисемитизма, носившего порой мистическо-философский, едва ли не религиозный характер. Еврей для украинца часто был нежеланным соседом, в России же иудей превращался в мифологизированного персонажа, носителя вселенского зла.

— Сами-то сталкивались с антисемитизмом в детстве и юности?

— Это было сложно, учитывая, что в моем классе из 45 учеников было 15 евреев, 15 неевреев и 15 полуевреев. Поэтому того самого — настоящего антисемитизма — я в детстве не знал. Ну, поругались соседи, один другого назвал жидом, а в ответ услышал «хозерская морда» (от слова хозер — свинья). На уровне ругательств в 1960-е годы идишем владела вся Одесса.

— Разочарование стало общим местом в оценках происходящего в Украине в последние четыре года. Или вы не очаровывались?

— Я понимал, что в Украине не появится вдруг просвещенная власть, которая совершит чудо. Было ясно, что придет другое правительство, которое будет за что критиковать.

Но главное — произошел перелом. Мы вышли из Египта.

Возможен некий откат, к власти могут прийти популисты, но тотального триумфа прошлого не будет. Не исключаю появления какой-то фигуры, способной объединить  общество. За несколько недель до выдвижения Порошенко никто не мог предположить, что это — будущий президент. В отличие от России — здесь нет предопределенности.

— Как блогер вы много пишете о новой украинской идентичности, опору для которой ищут в противоречивом и раздирающем украинцев на части прошлом. Это неизбежно в условиях внешней агрессии, когда власть мобилизует народ не «за», а «против»?

— Это происходит везде, но чрезмерно увлекаясь прошлым, мы рискуем потерять будущее. Я и двадцать лет назад говорил, что невозможно найти в прошлом объединяющую идею для такой страны, как Украина. Эту идею надо искать в совместном проекте будущего.

На мой взгляд, концепция исторической памяти, продвигаемая УИНП, основана на полуправде и мифах. Это плохой фундамент. Разумеется, нужно реабилитировать знаковые для украинской истории фигуры, но и умалчивать о темных страницах  нельзя. Миф о яром антисемите Петлюре — инициаторе еврейских погромов — так же нелеп, как и миф про Петлюру — «жидівського батька», все силы положившего  на спасение евреев и борьбу с погромами. И то, и другое — подтасовка. Была сложная история с кровавыми трагедиями, но надо признать, что целью УНР было не «окончательное решение еврейского вопроса», а национально-культурная еврейская автономия — революционный шаг для Европы того времени.

Некоторые историки ставят эту модель в пример всем странам, возникшим на обломках Российской империи. Другое дело, что она не реализовалась — теория разошлась с практикой, похоронив красивую мечту.


«Гуд бай, Караваджо»       

— Это трезвая оценка, но почему гражданское общество позволяет водить себя за нос в вопросах исторической памяти? Всего тысяча человек вышли в этом году в Киеве на марш памяти Степана Бандеры. Предположим, что на каждого активного сторонника идей лидера ОУН приходится тридцать пассивных. Но и тогда численность адептов радикальной идеологии 1930-х годов не дотягивает даже до одного процента! При этом Киевсовет единогласно принимает решения относительно проспекта Бандеры и улицы Шухевича. Не странно ли?

— Это реверанс в сторону формирующегося государственного нарратива, в котором фигура Бандеры занимает центральное место. Просто одна из локальных версий национальной памяти доминирует в этом нарративе над остальными. Для большинства же украинцев центральной и восточной Украины Бандера — в лучшем случае символ борьбы с Россией.

Мне близка идея львовского историка Василия Расевича о том, что исторический нарратив в нашей стране необходимо строить исходя из множественности локальных памятей. Фигура Екатерины II в Одессе воспринимается иначе, чем в Тернополе. А в Черновцах стоит памятник императору Францу Иосифу, который вряд ли с восторгом приняли бы в Харькове. И это нормально — кому-то «було добре за цісаря», а кто-то впитал в себя одесский миф, во многом основанный на фигуре Екатерины, когда  наш город, который основали французы и итальянцы, носившие парики и панталоны, «стал Европой». Это то, что не надо унифицировать.

Очевидно, что попытка превратить локальный культ в общенациональный несет некий мобилизационный потенциал. Но мобилизует он тех, кто и так уже мобилизован. А вот тех, кто потенциально готов отождествить себя с украинским проектом, но не с локальной памятью западных областей, — таких людей подобный культ отпугнет.

— Зачем мы позволили навязать себе этот спор, который выгоден лишь России? Не пора ли перестать следовать навязанным нам правилам игры — они нам Сталина, мы им — Шухевича, они нам —  георгиевскую ленточку, мы им — символику СС «Галичина».

— Я сам постоянно задаю этот вопрос. И не только себе, но и публично при каждом удобном случае, за что часть патриотично настроенных сограждан считает меня украинофобом.

— Не кажется ли вам, что процесс декоммунизации проявил нашу абсолютную   инфантильность? Смешно думать, что от атавизмов коммунистической идеологии можно избавиться, сменив табличку с неудобным названием улицы. А то, что мы все были соучастниками дракона, каждый из которых с энтузиазмом клал свой кирпичик в основание этой системы, никому не приходит в голову. У вас это не вызывает отвращения своим лицемерием и полным отсутствием шанса на реальную рефлексию, переоценку своего прошлого? 

— Так происходит потому, что создается миф об оккупации Украины. И не было ни «коренизации», ни «відродження», впоследствии расстрелянного, ни революционного авангарда, ни мощной науки — это все «оккупанты». Украинцы не имеют никакого отношения ни к построению сталинской диктатуры, ни к модернизации страны, ни к победе СССР во Второй мировой. Они были только жертвами.

Из серии «Если в кране нет воды»

На самом деле Украину не оккупировали 100 лет назад — это во многом был ее выбор. Навязанный, неудачный, но выбор. Украина в целом пошла за большевиками. Нельзя сбрасывать со счетов российскую интервенцию, но, не будучи поддержана народом, советская власть не установилась бы тут всерьез и надолго. Нужно прямо сказать об этом, не перекладывая вину на «чужинців», русских имперцев, красных комиссаров, «жидокоммуну» и т.д. Это был выбор народа, и народ за него отвечает. Все были и соучастниками преступлений, и соавторами побед и достижений той власти.

Настоящая декоммунизация в моем понимании — это не запрет книги о русском самогоне из-за серпа и молота в иллюстрациях, а освобождение от уверенности, что у общества есть единственно правильная идеология и каноническая версия истории.

Что касается рефлексий, то для них нужна некая политическая стабильность, которая невозможна в условиях вялотекущего военного конфликта и оккупации части территории. Плюс неизжитое советское отношение к культуре и интеллектуалам. Эта бомба под Украину на самом деле гораздо опаснее, чем может показаться на первый взгляд. Борьба со мной как кандидатом на пост директора Одесского художественного музея показывает, что мои оппоненты прекрасно понимают, какие стратегические высоты им нельзя сдавать.

— Характерно, что баллотируйся вы не в Одессе, а скажем, в Тернополе, где нет Оппозиционного блока, зато есть ВО «Свобода», — сопротивление было бы не меньшим.

— Это естественно, поскольку ВО «Свобода», как и Оппоблок, — «скрепная» партия. Не случайно, и в Одессе в рядах протестующих были проукраинские фигуры —  какие-то активисты Майдана, старый руховец — это все борцы за «скрепы».

— Откуда этот страх модернизации? После революции обычно бывает по-другому.

— На Майдане произошло сразу несколько революций — Украину ведь обошла стороной Весна народов 1848 года, вот мы и получили социальную, антиколониальную и революцию геополитического выбора в одном флаконе. При этом каждый пришел на Майдан со своей повесткой дня…

Тем не менее нынешний вектор развития меня устраивает. Достаточно того, что молодые люди, которых я вижу, — результат уже совершенно иного восприятия мира.

— Было бы странно, если бы мы не поговорили о культуре, которая во многом и создает нацию. С одной стороны, власть вроде бы стимулирует появление украинского продукта — отсюда и языковые квоты на ТВ, и помощь отечественному кинопроизводству — это нормальный процесс, который идет, скажем, и во Франции. Но достаточно ли этого?

— Языковые квоты — вопрос скорее политики, чем культуры. Украинская культура в целом нуждается в модернизации, но единой модели, которую мы могли бы взять на вооружение, нет. На мой взгляд, работу министерства культуры необходимо разделить на два направления — сохранение культурного наследия (это и архитектурные заповедники, и музеи, и библиотеки и т.д.) и культурная модернизация, которая должна стать государственной программой на десятилетия. Система кровообращения нашей культуры должна быть совместима с европейской.

— А какова, на ваш взгляд, судьба русскоязычной культуры в Украине? Она обречена на вымирание в течение одного-двух поколений? Или превращение в комфортное культурное гетто?

— Думаю, что еще на протяжении двух поколений русскоязычная культура будет доминировать  в городах Востока и Юга Украины. Это объективная реальность. Мне кажется, что билингвизм — скорее достоинство, чем недостаток. Что не мешает увеличению удельного веса украинского языка и культуры, — это совершенно естественно.

Если значительная часть моих сверстников, считавших украинский «телячей мовой»,  сегодня совершенно свободно общается на этом языке, — процесс идет. Я с детства читал по-украински, например, впервые биографию Шолом-Алейхема прочел на украинском языке, по-русски ее найти не удалось.

— Еврейская культура — что она значит для вас?

— Для меня это, прежде всего, ашкеназская культура — Атлантида, почти канувшая в лету. Это еврейская кухня — стряпня моей мамы и бабушки, еврейский фольклор как фон одесского детства, идиш — язык, на котором говорили мои родители, когда хотели, чтобы я их не понял. Моя еврейская идентичность связана не с религией, а с этой исчезающей Атлантидой.


«Ни дня без халоймес»

«Цадики»  

Часть моих работ — это рефлексии, навеянные хасидскими притчами или какими-то представлениями о быте моих предков. Есть рефлексии другого типа, которые отражены в серии «еврейских» портретов, где я нарядил в талесы нееврейских знаменитостей — от Пушкина и Шевченко до Майкла Джексона.

— С чем связаны ваши надежды? Вопрос не только к художнику, но и к «политическому украинцу».  

— С новыми коммуникациями. Все-таки сознание человека, живущего в Интернете, кардинально отличается от сознания человека, живущего в телевизоре. Во всемирной паутине каждый — сам себе лоцман, эта иная степень свободы в оперировании информацией. В то время как телевизор поставляет готовую стандартизированную пищу для мозга.

— Но большинству людей именно такая готовая пища и нужна. 16 млн радиоприемников в частном владении насчитывалось в 1941-м году в Германии. И люди не слушали Би-Би-Си на немецком языке — им вполне хватало нацистского официоза.

— Так действовал защитный механизм, срабатывающий сегодня у россиян. Когда государство тотально навязывает свой нарратив, человек, его не воспринимающий, начинает чувствовать себя изгоем. Понимая, что либо он живет среди сумасшедших, либо сам не вполне нормален. Рано или поздно психика начинает искать компромиссы с господствующей точкой зрения  так рождается рефлекторный конформизм.

— Другими словами, наша сила в том, что у нас этот единый довлеющий нарратив не вошел в плоть и кровь?

— Именно так, и надеюсь, что все попытки его внедрить потерпят неудачу.

Беседовал Михаил Гольд  

Оригинал

Опубликовано 01.06.2018  07:33

От редактора. Напоминаю о необходимости и важности финансовой поддержки сайта.
Текст на русском и как это сделать, читайте внизу этой публикации