Калинковичская Синагога

…Каленковичские евреи проживали в начале сегодняшних улиц Калинина и Белова, где во второй половине XIX века была построена синагога. Еврейское кладбище занимало восточную часть нынешнего Старого городского кладбища. В 1825 году местечко Каленковичи переживало не лучшие свои времена. Тридцатью годами ранее здесь было 36 крестьянских и некоторое количество мещанских дворов общим числом около 50. Но последовавшие вслед за тем неурожаи,  война 1812 года и, особенно, прокатившаяся в первой половине XIX века по Мозырскому и Речицкому поветам опустошительная эпидемия оспы значительно убавили количество населения. Некоторые каленковичские семьи в результате вымерли, другие разбрелись по свету в поисках подаяния. Опираясь на сохранившиеся данные, можно предположить, что в 1825 году местечко имело 40-45 дворов, принадлежавших белорусам и евреям. Известны белорусские фамилии Драбница, Шарай, Дорошко, Бадей, Ясковец,   еврейские – Кауфман, Кацман, Комиссарчик, Карасик. В 1839 году в Каленковичах было 64 двора, 23 из которых принадлежали казенным крестьянам, 3 – дворовым людям при фольварке, 3 – отставным солдатам и 35 – мещанам, членам местной еврейской общины ( По материалам сайта ” Калинковичская летопись “. Калинковичи в первой половине 19 века. автор В. А. Лякин ) После 1937 года синагога была закрыта и уже в 60 – е годы в ее здании разместили вневедомственную охрану. С началом горбачевской перестройки появились надежды на возрождение еврейской жизни, однако Чернобыльская катастрофа и появление на союзном телеэкране националистического общества “Память” и распускаемые слухи о возможных погромах, подтолкнули очень многих к эмиграции. А до того в основном старые евреи собирались по пятницам и субботам на дому у Михула.Урецкого по ул. Калинина, который был превращен в молельный дом. Туда же приезжали религиозные старики и из Мозыря. Есть фотография, сделанная весной 1999 г, которая засняла евреев перед домом Михула. Ее сделал израильтянин из поселения Гуш Эцион, недалеко от Иерусалима, Йоханан Бен Яаков, посетивший в то время Калинковичи и Мозырь по направлению Всемирной еврейской организации ” Джойнт “
Бывшая калинковичанка, ныне жительница Израиля, Нина Голод обнаружила забавный материал из еврейского фольклора, ИСТОРИЯ О ЧЁРТЕ ХАПУНЕ, в котором упоминаются евреи Калинкович конца 19-го века.
Материал является частью статьи, напечатанной в Российском историческом иллюстрированном журнале “Родина”, # 1, 2009 г.  Я отыскал всю статью, которая, думаю, будет интересна всем читающим.              21.04.09
Ольга МИНКИНА
ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР И ПРЕКРАСНАЯ ЕВРЕЙКА

Файншмидт Александр Бенцианович

Еврейские депутаты — это посредники между иудейским населением бывшей Речи Посполитой и властью Российской империи в первые десятилетия после разделов Польши. К концу XIX века они стали популярными персонажами еврейского фольклора1. В нём наряду с представителями различных слоёв еврейского общества фигурируют Екатерина II, Павел I и Александр I, Потёмкин и Державин, А. Н. Голицын и В. П. Кочубей. В фольклоре присутствуют причудливые картины: небольшого роста еврей в традиционном одеянии лапсердаке и широкополой шляпе но со шпагой на боку прогуливается под ручку с Екатериной II по живописным берегам Днепра в окрестностях белорусского местечка Шклова; украшенный орденской лентой еврейский депутат на балу в Зимнем дворце запросто беседует с министром народного просвещения князем Голицыным или флиртует с дочерью адмирала. Одного слова еврейского депутата достаточно чтобы избавить от преследований ту или иную еврейскую общину и превратить злодея капитан-исправника в «шабес-гоя» слугу выполняющего для евреев работу по субботам. Еврейские депутаты становились героями местных преданий упоминались в песнях. Некоторые из этих любопытных легенд представлены ниже.

ИСТОРИЯ О ЧЁРТЕ ХАПУНЕ
Это якобы случилось в местечке Калинковичи Минской губернии. Осенью накануне еврейского Нового года местный раввин начал укорять членов кагала что за год они не совершили ни одного доброго дела. А через местечко проводили по этапу арестантов среди которых был один еврей. И вот по требованию раввина глава кагала поднёс становому приставу сахарную голову и уговорил отпустить еврея-арестанта в синагогу на Йом Кипур2 куда тот и отправился в сопровождении конвойного. Однако во время чтения молитвы «Kol-nidrei»3 арестант сбежал и никто не мог его найти. Для расследования этого дела из Мозыря прибыл свирепый исправник посадивший под стражу раввина и пятерых кагальных. Каждый день их били палками стараясь добиться признания в содействии к побегу арестанта который к тому же оказался главой разбойничьей шайки осуждённым за ограбление нескольких церквей.
Попытки жителей местечка облегчить участь раввина и других арестованных подкупив исправника при посредничестве жены пристава ни к чему не привели. Исправник запросил столь чудовищную сумму что бедные местечковые евреи не смогли её собрать и вот после праздника Суккот4 оставшиеся на свободе члены кагала и уважаемые жители местечка провели очередное собрание и решили отправить ходока в Петербург просить о помощи еврейского депутата Зунделя Зонненберга5 слава о котором докатилась даже до такого медвежьего угла как Калинковичи. Чтобы определить кого отправить с такой щекотливой миссией несколько раз бросили жребий и всё время он падал на восьмидесятилетнего даяна6.
Однако решив что величественный вид и длинная снежно-белая борода достойного старца произведут впечатление на депутата кагальные спешно снарядили его и отправили в путь. В Минске даян встретился со знаменитым мудрецом Тевеле-гаоном7 и тот дал ему совет пренебречь всеми заповедями ради спасения родного кагала.
Под проливным дождём размывшим дороги так что лошади увязали в грязи по колено даян подъехал к Петербургу в пятницу вечером. И тут еврейский извозчик отказался его везти поскольку, согласно еврейской традиции сутки отсчитываются с вечера предыдущего дня и субботние запреты уже вступили в силу. Даян подкрепив свою речь ссылкой на авторитет Тевеле-гаона и обещанием щедрого дополнительного вознаграждения приказал не останавливаться и ранним субботним утром оказался в петербургской квартире Зонненберга который хоть и вращался в высшем обществе столицы снимал большую квартиру в центре города и держал десять человек прислуги оставался набожным евреем и превыше всего почитал как раз заповедь о субботнем отдыхе так что никто не смел и заговорить с ним о каких-либо будничных делах в субботу. И когда достойный представитель местечка Калинковичи ворвался к нему с криком: «Gevalt reb Zundl ratevet an umgliklekhe yidishe kehilla!»8  все присутствовавшие с удивлением воззрились на дряхлого старика столь возмутительным образом нарушающего субботу. Лишь Зонненберг сделал вид что всё это его не касается и продолжал молиться.
Но не таковы калинковичские евреи чтобы отступать перед первым же препятствием. Даян достал из своего дорожного узелка молитвенное облачение надел его и преспокойно встал рядом с Зонненбергом который не проронил ни слова а закончив молитву даже пригласил гостя к столу. Но все попытки рассказать о несчастьях местечка Калинковичи депутат резко пресекал. Тем временем к Зонненбергу заходили разные петербургские евреи и ближе к вечеру депутат уже пел застольные песни. Но калинковичскому даяну было не до веселья: он не мог поверить что так себя ведёт человек о самоотверженности и преданности которого еврейскому народу так много говорили и в Калинковичах и в Мозыре и по всем еврейским общинам Литвы и Беларуси. Но после того как гости ушли и был совершён обряд проводов субботы Зонненберг наконец позволил калинковичскому еврею рассказать свою печальную историю затем оделся велел ждать его и вышел.
Зонненберг отправился пешком в особняк «министра по еврейским делам» — так в легенде отразилась личность министра духовных дел и народного просвещения князя Александра Николаевича Голицына которому в 1817 году было действительно поручено управление делами евреев. Однако оказалось что министр отправился на бал во дворец и депутат также пешком проследовал туда. Следует отметить что топография Петербурга в данной легенде вполне соответствует реальности. От особняка министра духовных дел (ныне набережная Фонтанки 20) действительно можно быстро пройти пешком до Зимнего дворца. Итак спокойно явившись во дворец куда его по личному распоряжению императора всегда пускали без доклада Зонненберг быстро обнаружил министра в кругу придворных дам отвёл в сторону и изложил калинковичский инцидент. Реакция Голицына была неожиданной: «Этого арестанта точно унёс нечистый и нечего тут обсуждать! Ведь всем известно что во время чтения молитвы «Kol-nidrei» одного из присутствующих в синагоге евреев уносит чёрт»9. Чёрт и впрямь существовал: в украинских и белорусских поверьях он именовался «хапуном» в польских — сhaptuś и представлялся как чёрт с рогами и крыльями летучей мыши но при этом в пейсах и ермолке10.
Обнаружив что министр народного просвещения разделяет столь дикое распространённое среди крестьян суеверие Зонненберг не знал радоваться или печалиться; но так или иначе дело было сделано: если по мнению министра арестанта унёс чёрт Хапун то несчастных кагальных не следовало наказывать за то что они якобы устроили ему побег.
Вернувшись в родное местечко Калинковичи даян застал трогательную картину: раввин и пятеро кагальных забыв свои прежние разногласия наслаждались вновь обретённой свободой и властью а свирепый исправник после жёсткого внушения из Петербурга стал настолько благосклонным к евреям что они теперь называли его «наш шабес-гой»11.

ЦАРЬ АЛЕКСАНДР И ДОЧЬ ДЕПУТАТА
Когда Александр I проезжал через Несвиж небольшой городок Минской губернии он якобы всегда останавливался в доме еврейского депутата Лейзера Диллона12. Точнее де Леона, поскольку депутат возводил свое происхождение к средневековому испанскому каббалисту Моше де Леону13 и таким образом как и некоторые другие еврейские деятели того времени принадлежал к субэтнической группе сефардских евреев изгнанных из Испании и Португалии в конце XV века и осевших в Голландии Франции Италии или в Восточной Европе. Таковы были и предки Лейзера Диллона обосновавшиеся при дворе могущественных магнатов Радзивиллов в Несвиже. В противоположность основному еврейскому населению Российской империи, ашкеназским евреям чьи предки попали на территорию Речи Посполитой из Германии и Чехии сефарды сохраняли некоторые обычаи не позволявшие им окончательно раствориться в ашкеназском окружении. Более того многие сефардские евреи могли гордиться дворянством пожалованным их предкам тем или иным испанским королём. Занесённые волею судеб в западные губернии Российской империи они гордо называли себя «дон Гурвич» или «дон Рабинович»14.
Итак остановившись как-то раз по дороге в Варшаву в доме Диллона (точнее, де Леона) Александр I обратил внимание на младшую дочь депутата прекрасную Ривку-Ройхл которой в ту пору было всего тринадцать лет. Одни рассказчики этого предания утверждали что хотя девушка часто заходила в комнату в которой расположился император она вела себя скромно и отклоняла все знаки «высочайшего благоволения». Другие же рассказывали как Ривка-Ройхл сидела у императора на коленях как он гладил её курчавые чёрные волосы а она играла его эполетами и орденами15.
Когда же царь рассчитывая что еврей будет только благодарить за оказанную честь объявил Диллону о своих намерениях относительно его дочери отец который в любых обстоятельствах держал себя «гордо и свободно» заявил что никогда не отдаст свою дочь нееврею будь то хоть сам государь император. Александр ничего не ответил и в тот же день покинул Несвиж. Однако за развитием событий в доме депутата внимательно следили все местные евреи и инцидент с Ривкой-Ройхл стал предметом горячих споров. Учёные мужи и члены кагала во главе со знаменитым ребе Мейерке рассмотрев со всех сторон вопрос имел ли право Диллон отказывать императору и тем самым ставить под угрозу благополучие евреев Несвижа да и всей Российской империи вынесли судебное решение («psak din») что в таких случаях отец должен пожертвовать своей дочерью ради блага евреев16. Когда члены кагала с видимым злорадством сообщили это постановление Диллону тот попытался с ними поспорить но тут вмешалась сама виновница скандала Ривка-Ройхл. Она собственно и не думала никому отказывать и с удовольствием «пожертвовала бы собой».
Услышав такие речи от любимой дочери Диллон не стал больше упираться и велел запрягать лошадей. Ему удалось догнать императора поздно вечером в местечке Дядовка однако тот уже успел позабыть о прелестях юной еврейки. На все уговоры Диллона он только махнул рукой лениво процедил: «Не надо»17 и поехал дальше.

* * *
Воспоминания о депутатах в коллективной памяти еврейского народа оказывались прочно связаны с общим представлением о конце XVIII — начале XIX века как о «золотом веке» когда евреям разрешали свободно селиться в Санкт-Петербурге и даже справлять свои праздники в парке Екатерингоф18. Примечательно что и Екатерина II установившая печально знаменитую черту оседлости и двойное налогообложение для евреев и Александр I, запретивший производство и продажу евреями алкогольных напитков и разрабатывавший проекты о привлечении евреев к военной службе в основном фигурировали в еврейском фольклоре в качестве добрых и справедливых государей. Последнее связано с тем высоким смыслом которым метафора «царя» как символической репрезентации власти небесной обладала в еврейской традиции.

Примечания
1. Основными источниками для данной статьи послужили фольклорные тексты опубликованные в следующих изданиях: Tsitron S. L. Shtadlonim. Warszawa. 1926 (идиш);Yiddishe neshomes. Vol. 1/ New York. 1916. (идиш). Оформление ссылок на последнее издание следует оговорить особо: поскольку каждый раздел книги имеет отдельную пагинацию ссылки на это издание в дальнейшем оформляются следующим образом: название издания номер раздела номер страницы внутри раздела. Корпус фольклорных источников о еврейских депутатах до сих пор не становился предметом специального исследования. Исключение составляют единичные по бóльшей части пренебрежительные упоминания источников такого рода у классиков русско-еврейской историографии (Гессен Ю. И. К биографии Ноты Хаимовича Ноткина//Будущность 1901. № 45. С. 895–896 и др.).
2. Йом Кипур (Судный день) — важнейший еврейский религиозный праздник отмечается через десять дней после Нового года день покаяния отмечаемый постом и специальной литургией.
3. «Kol-nidrei» — молитва об отмене неисполненных обетов и клятв с которой начинается вечерняя служба в синагоге на Йом Кипур.
4. Суккот — осенний праздник отмечающийся после Йом Кипура в память о странствиях евреев по пустыне. В течение этого праздника полагается жить или хотя бы проводить часть времени в специальном шалаше — сукé.
5. Зонненберг Йехуда-Зундель (1758–1822) в 1812–1814 гг. находился при Главной квартире российской армии в качестве подрядчика и «депутата еврейского народа» в 1817–1820 гг. входил в число еврейских депутатов при Министерстве духовных дел и народного просвещения. Отстранён от должности «за дерзость пред начальством».
6. Даян — член раввинского суда помощник раввина.
7. «Гаон» (др.-евр. букв. «гений») в описываемый период — титул выдающихся талмудистов. Тевеле (Тевье) Минскер — неустановленное лицо возможно появление его в данном предании является обычным для фольклора анахронизмом.
8. «Караул г-н Зундель спасите несчастную еврейскую общину!» (идиш).
9. Об этом поверье и других интерпретациях иудейского культа и ритуала в фольклоре восточных славян см.: Белова О. «Про хапуна я думаю и вы слыхали…»//Солнечное сплетение. Иерусалим. 2001. № 16–17. С. 174–180; Она же. О «жидах» и «жидовской вере» в народных представлениях восточных славян//Свой или чужой? Евреи и славяне глазами друг друга. М. 2003. С. 166.
10. Белова О. «Про хапуна…»…С. 174–175.
11. Tsitron S. L. Op. cit. S. 103–113. Шабес-гой — слуга-христианин которого евреи нанимали на субботу.
12. Диллон (Деллион правильнее: де Леон) Лейзер (1782–1838) наряду с Зонненбергом был в 1812–1814 гг. еврейским депутатом при Главной квартире российской армии а затем в 1817–1823 гг., — при Министерстве духовных дел и народного просвещения.
13. Моше бен Шем Тов де Леон (ок. 1240–1305) из Кастилии каббалист автор основного корпуса книги «Zohar» самого известного памятника средневековой еврейской мистики.
14. Подробнее об этом см.: Коган Д. Родословная Гурвичей. По рукописи 1814 г.//Пережитое. Т. 1. СПб. 1910. С. 268–274.
15. Yiddishe neshomes…9. S. 2.
16. В оригинале: «az der yidisher tate meg un muz brengen zayn tokhter far a kurban tsulib dem klal-Isroel» (идиш). Ibid. S. 3. «Klal-Isroel» (букв.: «весь Израиль» «весь еврейский народ») — важнейшее понятие еврейского «политического словаря» того времени. Каждая отдельная еврейская община согласно традиции считалась представляющей собою весь еврейский народ «кнэсет Исраэль» (khnęsęt Yisrā‘ēl) и, наоборот каждая община именно в силу своей автономности часто ощущала себя еврейским народом в миниатюре.
17. Ibid. В оригинале на идише эти слова записаны по-русски еврейскими буквами.
18. Оршанский И. Г. Русское законодательство о евреях. СПб. 1877. С. 301.
Нина Голод в мемуарах Файншмидта Александра Бенциановича обнаружила также упоминание об Айзеке (думаю, что правильно Айзике – А. Ш.) Певзнере. Он в конце 19-го века был Главным раввином в Калинковичах.
Я попробовал поискать более подробную информацию об авторе мемуаров и познакомиться с его материалами. Оказалось, что их очень много и небольшую часть, где упоминаются Калинковичи, Гомель и Чечерск конца 19 – начала 20 – го века, привожу здесь.  Весь этот и ряд других материалов автора можно прочесть по адресу http://samlib.ru/f/fajnshmidt_a_b/mymemuars.shtml  21.04.09
Файншмидт Александр Бенцианович, доктор медицинских наук, профессор, участник ВОВ. Родился 11/11/1923 в Воронеже, ныне проживает в Беер – Шеве, Израиль.
* * *

 З. “КРУГОСВЕТНОЕ” ПУТЕШЕСТВИЕ   Где-то в середине февраля 1929 года папа первый раз в жизни получил отпуск, и мои родители решили совершить большое путешествие. Во-первых, было решено поехать в Гомель к папиным родителям – деду Гиллеру и бабушке Саре, оттуда в Москву к дяде Грише и тете Фане, и уж затем, через полстраны, на Урал к деду Нёму и бабушке Симе. Правда, дед Нём и бабушка Сима сами уже бывали у нас в гостях на Нееловской, но мои родители решили, что будет несправедливо и вызовет обиду, если одних стариков навестят, а других нет. Поэтому и было задумано такое “кругосветное” путешествие, которое, едва начавшись, чуть не закончилось катастрофой.   В морозную, вьюжную, февральскую ночь мы сели на той самой станции Лукашовка в проходящий мимо поезд в отдельное купе полупустого вагона и начали устраиваться на ночлег. Но вдруг наш вагон начал форменным образом танцевать, подпрыгивая и мотаясь из стороны в сторону. Так продолжалось, наверное, целую минуту, пока папа не сообразил, что происходит что-то неладное, и не сорвал аварийный стоп-кран. Состав, завизжав всеми тормозами, быстро остановился. Прибежали проводники со всех вагонов и сказали, что папа спас весь поезд, так как наш вагон сошел с рельс и, если бы мы проехали еще немного, то катастрофа была бы неминуема, тем более, что это могло случиться как раз на мосту через Сейм, до которого оставались считанные метры. Видимо судьба хранила нашу семью.   Ликвидация этой аварии заняла время, но всё, в конце концов, закончилось благополучно. Нас пересадили в другой вагон, и мы поехали дальше.

* * *

4 ДЕД ГИЛЛЕР И БАБУШКА САРАМне тогда еще только пошел шестой год, и я не очень четко запомнил не только Гомель, где жили папины родители, но и самого дедушку0x08 graphic
Гиллера. А бабушка Сара в то время уже больше года лежала парализованная после перенесенного инсульта и, чтобы ее не расстраивать, меня просто не пустили к ней в комнату. Поэтому все, что мне известно о родителях моего отца, это только то, что рассказывали мне о них моя мама и бабушка Сима.Кстати, бабушка Сима и бабушка Сара были родными сестрами и, следовательно, мой отец и моя мама – двоюродные брат и сестра. Бабушка Сара была старшей, а Сима (Симе – Хана) – самой младшей из дочерей в многодетной семье Айзека Певзнера, главного раввина синагоги в Калинковичах. Чудом сохранилась его старинная фотография сделанная, еще в Х1Х веке – прадед в сюртуке и в кипе с Торой в руке. Высокий лоб, окладистая борода и сосредоточенный, внимательный взгляд.

По-видимому, религиозным деятелем был и мой дед Гиллер (Гиллер Лейбович Файншмидт). На старинной, пожелтевшей от времени фотографии конца Х1Х века он снят в анфас, и трудно сказать – был ли он при этом в кипе или нет. Однако, судя по тому, что именно он сделал мне “брит – милу” (кстати, не на восьмой день от рождения, а почему-то в двухлетнем возрасте), он был “моэлем”, ибо никто, кроме “моэлей”, не имеет права это делать по еврейским законам. Бабушка Сима говорила, что до революции он был весьма состоятельным человеком. Но в первые годы НЭПа его до нитки обокрал бывший компаньон, сбежавший куда-то со всеми их деньгами. Все последующие годы, до самой смерти в 1938 году, он жил очень скромно. 0x08 graphic
В 1919 году в Гомеле во время белогвардейского восстания были арестованы и расстреляны все члены Гомельского Революционного Совета, и в их числе Лейба Файншмидт. По-видимому, он был каким-то моим близким родственником. Больше того, поскольку отчество моего деда было именно “Лейбович”, не исключено, хотя по времени весьма сомнительно, что именно этот, расстрелянный белогвардейцами Лейба Файншмидт, был моим прадедом по отцовской линии, хотя столь же вероятно, что он происходил и из какой-то другой ветви нашей фамилии – в Гомеле их было несколько. А имена “Лейба”, “Илья” и “Исаак” (трансформировавшееся после революции в “Александр”) – это наши фамильные имена, передающиеся до сих пор в разных ветвях Файншмидтов из поколения в поколение. Даже здесь, в Израиле, я встретил уже пожилого (1920 года рождения) выходца из Екатеринославской (Днепропетровскокй) ветви нашей, сравнительно редкой, фамилии, Александра Лейбовича Файншмидта. При этом можно вспомнить, что мой отец до революции учился играть на скрипке, как я уже писал, именно в Екатеринославе у Филиппа Ямпольского, и жил все эти годы у своего дяди, Исаака Лейбовича Файншмидта – родного брата деда Гиллера. Поэтому, вполне (по времени) возможно, что встреченный мною в Израиле Александр Лейбович был, очевидно, его внуком, и стало быть, моим троюродным братом. К сожалению, у меня нет возможности проверить по архивным данным, в какой действительно степени родства были со мной и этот, встреченный мною в Израиле Александр Лейбович, и тот, расстрелянный в Гомеле, Лейба Файншмидт, тем более, что в нашей семье о нем никто и никогда мне ничего не рассказывал, и я случайно узнал об этой истории совсем недавно из Интернета.
Когда дед Гиллер и бабушка Сара были еще молодыми, у них родилось семеро детей. И все – девочки. Естественно, что дед Гиллер очень хотел, чтобы у него был наследник. Но случилось несчастье. В 1896 году разразилась в Чечерске, где они тогда жили, страшная эпидемия дифтерии, и за одну неделю шестеро из семи дочерей Гиллера и Сары умерли. В живых осталась только самая старшая из них – моя тетка Галя. Горю бабушки Сары, как рассказывала мне бабушка Сима, не было предела, и она пошла за советом к раввину. Он выслушал ее, помолился и сказал, что если она забеременеет, то Бог пошлет ей сына, которого она должна в благодарность за это назвать Бен – Сионом (Сыном Сиона). Так она и сделала. В 1899 году она родила долгожданного сына и назвала его Бен-Сион. Это имя стало моим отчеством, и я с гордостью ношу его всю мою жизнь, стараясь не запятнать его честь. ….

Файндшмидт А.Б. , 1925 г.

Из найденного в сети, скорее всего это сын Ф. А. – ФАЙНШМИДТ ЕВГЕНИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧСТ. ПРЕПОДАВАТЕЛЬ КАФЕДРЫ ГМУ РЭУ, ЧЛЕН ЭКСПЕРТНОГО СОВЕТА ФОНДА «РАЗВИТИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ И ПРАВОВОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ» ПРИ РОССИЙСКОМ СОЮЗЕ САМОРЕГУЛИРУЕМЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ (РССОАУ), ЧЛЕН ЕВРОПЕЙСКОЙ АССОЦИАЦИИ СПЕЦИАЛИСТОВ ПО НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ И АНТИКРИЗИСНОМУ УПРАВЛЕНИЮ INSOL EUROPE, ЧЛЕН  МЕЖДУНАРОДНОЙ АССОЦИАЦИИ СПЕЦИАЛИСТОВ ПО НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ И АНТИКРИЗИСНОМУ УПРАВЛЕНИЮ (INSOL INTERNATIONAL). 

Пересмотрено, несколько уточнего и добавлено 9 июня 2016  14:59

Leave a Reply