Фильм “Из ада в ад”

http://video.google.com/googleplayer.swf?docid=8682095905071991402

В 1996 г. Дмитрий Астрахан снял фильм о Холокосте в Польше 1946 года
Фильм Дмитрия Астрахана охватывает трагичный эпизод еврейской истории: период
Второй Мировой Войны и послевоенное время (в частности, Кельцкий погром 1946).
Невероятно чудовищным становится еврейский погром в Кельцах (Польша). Гибель
десятков людей, ужас и кровь – и все это после разгрома фашистской Германии,
когда, казалось бы, с антисемитизмом покончено навсегда.
Это история двух молодых семей: еврейской и польской. В польской семье нет
детей. В еврейской   девочка. Когда немцы угоняют евреев в лагерь, поляки
прячут еврейского ребенка.
Война заканчивается, папа и мама девочки удивительным образом возвращаются.
Бывшие еврейские дома заняты поляками, дочка уверена, что она полька…
Отношение поляков к тем немногим, уцелевшим и вернувшимся с того света
евреям, к себе домой, отношения переросшие в погром…

Дмитрий Астрахан: “Мне было важно показать “механику”
вражды…”
  (интервью от 30 апреля 2008)
Фильм основан на реальных событиях, произошедших в польском городе Кельце 4
июля 1946 года. После окончания войны. В Европе. После всех ужасов
Катастрофы… Вопрос: – Дмитрий Хананович, вопрос простой: как возникла сама
идея создать фильм “Из ада в ад” в условиях современной России?
– Вы знаете, еще работая режиссером в театре Товстоногова (в Ленинграде), в
конце 80-х, у меня возникла идея снять фильм о межнациональных конфликтах. В
России тогда было все очень обострено. Так появился мой первый фильм –
“Изыйди”. Шел 1991 год… Идея фильма была такой: нормальным людям
национальная вражда чужда вообще, вражда эта обычно инспирируется
государством. Тогда эта национальная вражда разжигается – и это все
происходит. Фильм “Изыйди” был снят, представлен на
соискание “Оскара” и показан во всем мире, на многих фестивалях.
И буквально через год ко мне позвонил продюсер Артур Браунер и предложил снять
фильм о событиях в Польше… Тогда еще шел Нюрнбергский процесс… И 4 июля
1946 года – в День независимости Польши – в городе Кельце, что в 170 км от
Варшавы, и произошел погром, о котором и рассказывает фильм.
Евреи возвращались из концлагерей туда, где они жили. Им должны были
возвращать их имущество, их квартиры, которые заняли поляки. Отношение поляков
к тем немногим, уцелевшим и вернувшимся с того света евреям, к себе домой
неоднозначно… Отношение, переросшее в погром: 250 разъяренных погромщиков,
было убито более 40 человек. Жуткая трагедия. Был потом суд. Шли
разбирательства. Кто инспирировал эти события? Как это случилось, что
послужило причиной? Кто-то обвинял КГБ …
Когда Браун обратился ко мне с предложением снять фильм, у него уже был
написан сценарий польским автором. И суть была в том, что все события
спровоцировали и создали советские КГБ. Мне показалось это очень примитивно и
тенденциозно. И тогда я сказал, что Олег Данилов (мой соавтор) на основе этого
факта сделает другую версию этих событий. Я придумал сюжет, в основе которого
была другая идея: к сожалению, разного рода низкие устремления людей, их
меркантильные желания могут привести к жуткой банальной вражде. Так появился
сюжет фильма – с польской еврейской семьей, девочкой, которую не могут
поделить (еврейскую девочку в годы войны спасла польская семья. Мне было важно
показать “механику” вражды, то, как нормальные люди в одночасье
превращаются в зверей. Как это происходит?!
Вопрос: – Дмитрий Хананович, но в фильме неоднозначны и евреи…
– Мне как создателю фильма важно не идеализировать евреев. Я сам еврей. Но мне
казалось, к сожалению, конечно, что и евреи могут дать мотив… Это вовсе не
значит, что нужно дойти до смертоубийства, до погромов. Нам хотелось показать
всю сложность той ситуации в Польше, ведь не секрет, что те же евреи в это
время были во власти в Польше. Там была сложная ситуация… И важно было
показать, как сокрытые где-то глубоко низкие чувства вдруг могут дать о себе
знать, вылезти наружу.
Вопрос: – Как восприняли еврейские зрители в мире этот фильм?
– Могу сказать так: фильм имел серьезный результат. Ведь это были еще середина
90-х… Его много раз показывали в Германии, фильм был представлен на
“Золотой глобус”. Была премьера в Центре Симона Визенталя в
Лос-Анджелесе. Фильм был показан и в России, получил приз на
“Кинотавре” в категории “За лучшую мужскую роль” в Сочи. И
по российскому телевидению его транслировали, вышел фильм и на кассетах…
Вопрос: – Как, по-вашему, насколько в сегодняшней России актуально поднимать
тему антисемитизма вообще и Холокоста как его самого жестокого явления в
современной истории человечества?
– Актуально всегда! Конечно, сейчас нет такой ситуации, как была, скажем, при
советской власти, когда антисемитизм был государственным. Но в силу того, что
в России зарождается капитализм, много людей еврейской национальности стали
успешными в бизнесе или в другой сфере, то есть оказались более
предприимчивыми. Это не может не раздражать, к моему глубокому сожалению. От
бедности разрыв ведь большой, люди не чувствуют себя социально защищенными. И,
конечно, возникает зависть, обиды…
Эта логика, увы, присутствует. И вот современный зритель смотрит этот фильм –
и не учится ничему. Сколько таких примеров в истории! Уж как была просвещенна
Австрия, но фанатики ее захватили – и все пошло в совершенно античеловеческом
русле, в русле нацизма. В людях, знаете, есть этот нежелание видеть себя
виновным, ему легче обвинять кого-то в своих неудачах. И никуда от этого не
деться.
Вопрос: – По-моему, ответственность человека за собственные поступки
прослеживается в вашем фильме очень хорошо. И ответственность за будущее – в
вашем другом фильме: “Все будет хорошо”…
– Верно, твоя жизнь – это ты. И тут никуда не деться.
Вопрос: – Может, вы поделитесь с нами вашими наблюдениями о других российских
фильмах, которые, с вашей точки зрения, наиболее аутентично отражают эту
проблематику национальных отношений, в частности, еврейский вопрос.
– Вы имеет в виду фильмы, которые наиболее получились и значимы для меня? Я
помню, что в 90-х появилось много фильмов о евреях, когда стало можно об этом
говорить: показали фильм “Комиссар”, который лежал на полке 20 лет.
И еврейская тема в России стала модной. Но, прошу прощение за нескромность, но
я полагаю, что только мы сняли честный фильм о жизни, фильм, который как-то
эту проблему (антисемитизма, межнациональной неприязни) осмыслил. В других
фильмах, в основном, была игра на “картавии”. Я помню фильм
“Папа”, который мне не понравился в силу своего “штампа”:
неинтересно, когда идет спекуляция на неком национальном характере. Это
неправда. Евреи – нормальные люди со всеми человеческими слабостями и
недостатками. Живые люди, которые небезгрешны. В фильме “Изыйди” мы
показали еврея, вроде как ассимилировавшегося. Еврея, который уже думает, что
свой: вроде не ходишь в синагогу, не знаешь еврейский язык, думаешь, как все.
Ан, нет: ты здесь никогда своим не будешь, потому что всегда в какой-то момент
тебе кто-то об этом вспомнит. И ты должен быть к этому готов.
Об этом хорошо когда-то писал Галич: “Еврей, не ходить вам в
камергерских…” К сожалению, до тех пор, пока есть евреи – будет
национальный вопрос. И никуда он не исчезнет. Как, наверное, не исчезнет он
для армян, живущих на территории Азербайджана. Национальные вопросы, увы,
никуда не уходят, они только принимают масштабный и системный характер. Я
вношу печальную ноту в наш разговор? –

Leave a Reply