Monthly Archives: December 2010

Еврейские песни и танцы

 

Традиционный танец ашкеназских евреев Шереле (Шер) исполняет Григорий Крейман из Калинкович


Шер танцуют французские евреи


Еврейскую песню Hober un corn вспоминает Яков Голод (1930-2009) из Калинкович


Nokhemke mayn zun (Нохемке майн зун) напевает Яков Голод, Калинковичи


Oyfen Pripechek  (Ойфен припечек) в профессиональном исполнении


Oyfen Pripechek


ISRAEL – Hava Nagila


Hava Naguila – Dalida


Хор Турецкого-Хава нагила


Филипп Киркоров – Хава нагила


Иосиф Кобзон и Хор Турецкого – Tum balalaika


Семь Сорок – Группа Эдельвейс (Edelweiss)


Лехаим


Поппури в исполнении Ефима Александрова


Gefilte fish (Фаршированная рыба) в исполнении Ефима Александрова


Shalom Aleichem (Шалом Алейхем) в исполнении Ефима Александрова


Chiribim Chiribom (Чирибим Чирибом) в исполнении Ефима Александрова


Papirosen (Купите папиросы) в исполнении Ефима Александрова


Купите Папиросы в исполнении Германа Яблокова


Ofra Haza (Офра Хаза) Yerushalaim Shel Zahav (Jerusalem of Gold) subbed


Ломир але инейнем в исполнении Георгия Звягина, Александра Цалюка и московской Хасидской капеллы


Ломир але инейнем акт 1 часть 1


Ломир але инейнем акт 1 часть 2


Ломир але инейнем акт 1 часть 3


Ломир але инейнем акт 2 часть 1


Ломир але инейнем акт 2 часть 2


Ломир але инейнем акт 2 часть 3


Ломир але инейнем акт 3 часть 1


Ломир але инейнем акт 3 часть 2


Ломир але инейнем акт 4 часть 1


Ломир але инейнем Акт 4 часть 2

Юрий Шерлинг – Автор пьесы, Режиссер-постановщик и хореограф, Камерный Еврейский Музыкальный Театр. Запись август 2009


Яков Явно и Саня Кройтор в концерте “Мировые мелодии”


Дона Дона в исполнении Якова Явно

 

МОИ ЕВРЕИ ПОЁТ ВАХТАНГ КИКАБИДЗЕ  on Jan 16, 2010

Филипп Киркоров – Хава нагила on Apr 9, 2008

Филипп Киркоров & Жасмин – Шалом (Юрмала 2009)

Ф Киркоров и Жасмин-Шалом Jul 28, 2009

Жасмин – Шалом (live) San Francisco on Mar 20, 2009

Алла Пугачева и театр “Шалом” – Еврейский музыкант on May 2, 2009

Хор Турецкого on Nov 15, 2008 “Эвейну Шалом Алейхем” попурри еврейских песен

Фрейлехс. Попурри на темы еврейских песен on Oct 13, 2009 Театр Шалом, Юбилей. 12 окт 09г. ТВЦ

Вадим Мулерман Попурри на еврейские темы on Jun 14, 2010 Запись с концерта. Из личного видеоархива Вадима Мулермана.  Сайт http://mulerman.org/

SHALOM JERUSALEM by Misha Marmar (Миша Мармар). Music – Ilya Slovesni on Aug 19, 2008

 

 

 

Дочь генерала Батова в Калинковичах

 

 

 

 

      

Дочь прославленного генерала Батова посетила Калинковичи.

Визит в Калинковичи советника посольства Российской Федерации на Украине по вопросам культуры Натальи Батовой был далек от официального. Наталья Павловна, как она сама сказала, выполняла волю отца — Павла Ивановича Батова. Генерал-лейтенанта, дважды Героя Советского Союза, командующего 65-й армией, которая вместе с другими соединениями осуществила блистательную Калинковичско-Мозырскую наступательную операцию, освободив от фашистов оба райцентра.
Дочь прославленного генерала, конечно же, не случайно посетила этот уголок белорусской земли, о котором наслышана еще с самого детства. Она родилась уже после войны, но прекрасно помнит, как в их московской квартире собирались фронтовые друзья Павла Ивановича, снова и снова вспоминали боевые события.
— Отец рассказывал, что Калинковичско-Мозырская операция была одной из самых сложных в ряду многих, в которых ему приходилось участвовать. При жизни хотел, чтобы мы, его потомки, когда-нибудь побывали здесь. И вот спустя много лет его желание осуществилось, — рассказывает Наталья Павловна. Приехать в Беларусь было не так сложно: из Киева, где она с недавнего времени выполняет дипломатическую миссию, всего несколько часов пути до Калинковичей.
Признается, что сложные чувства переполнили сердце от соприкосновения с прошлым самого дорогого и близкого ей человека. Приятно было воочию убедиться, что и сегодня память об освободителях для калинковичан не абстрактное понятие. Эта память повсюду. Вот, к примеру, в самом центре, на главной площади города, открывшийся к 65-летию Победы мемориал Героев. На гранитных плитах изображения пятнадцати Героев Советского Союза, погибших при освобождении калинковичской земли. В почетном ряду также фото командующего Белорусским фронтом Рокоссовского, командующих 65-й, 61-й и 16-й воздушной армиями Батова, Белова, Руденко.
Цветы, низкий поклон от дочери генерала и непосредственного участника боевых событий в здешних местах, полковника милиции в отставке Петра Алексеевича Филоненко. Они вместе приехали из Киева. Полковник известен тем, что в боях под Бобруйском повторил подвиг Александра Матросова и остался жив. Десятилетним мальчишкой попал он в разведроту Донского танкового корпуса 65-й армии. Для отважного сына полка война не закончилась 9 мая. Уже в мирное время, неся службу в уголовном розыске, он не однажды вступал в схватки с бандеровцами, был серьезно ранен и снова выжил. И вот спустя много лет захотел побывать на местах былых боев. Накрепко отложившиеся в памяти, одному ему известные приметы, живо воскресили события, развернувшиеся на поле у деревни Горохов… Узнал ветеран и само поле, и лес рядом. Озаричи, Речица, Лоев — самые горячие точки на боевом пути 65-й армии, к которым он столько раз возвращался в памяти и которые снова посетил наяву.
Потом были прием у председателя райисполкома Евгения Адаменко, теплые встречи гостей с калинковичскими ветеранами, школьниками, другими жителями райцентра. И сегодня у представителей дружественных славянских народов, воспитанных на общих идеалах, так много общего. Эта общность чувствовалась во всем. Когда, к примеру, зал стоя аплодировал хору городской гимназии, который исполнял песню “Москва”. Когда гости знакомились с уникальным гимназическим музеем “Славные женщины калинковичской земли”. Когда посетили еще один музей — воинской славы в школе № 6. Здесь боевой путь 65-й армии представлен достаточно глубоко и содержательно. Самые ценные экспонаты — личные вещи генерала Батова: форменная сорочка с генеральскими погонами, футляр от полевого бинокля… Павел Иванович лично подарил их музею, когда приезжал в Калинковичи.
Наталья Павловна призналась, что хотя она в этом музее впервые, но много наслышана о нем. И не только от отца. Более того, оказалось, что она не только лично знакома, но и дружна с человеком, во многом благодаря которому и появился этот музей. Ефим Матвеевич Фарберов — в прошлом директор школы № 6, преподаватель истории, проводил с учениками большую патриотическую, поисковую работу. Эстафету приняли нынешние школьники. В школе два патриотических класса, учащиеся которых избрали для себя почетную профессию — защищать Родину.
Фарберов давно живет в США. Там и разыскал Наталью Павловну, которая работала в российском посольстве в США советником по вопросам культуры. И вот теперь от нее калинковичане узнали: их земляк, несмотря на преклонный возраст, и за океаном продолжает большое и важное дело по сохранению исторической памяти об одной из самых жестоких войн, что знало человечество. Объединил вокруг себя не только ветеранов из бывшего Советского Союза, но также их американских союзников.
Именно на исторической памяти зиждется фундамент нашего славянского единства, подчеркнула Наталья Павловна Батова во время встречи с новыми, или, вернее будет сказать старыми, друзьями.

Любовь ЛОБАН Гомельская правда, 16.12.2010

Хочу добавить, что о своих встречах с Натальей Павловной, состоявшихся в российском посольстве в США, рассказал Наум Рошаль. Там же
можно увидеть совместное фото Наума и Милы Рошаль с Батовой. Материал можно прочесть здесь: Письма посетителей сайта
Также напомню о материалах Ефима Фарберова и Наума Рошаля, опубликованных на сайте: Ефим Фарберов (Калифорния) , Наум Рошаль (Мериленд, США)
28.12.10

Трагическая арифметика (Жлобин, Стрешин, Щедрин).

Трагическая арифметика
 
Три крохотных точки на карте Катастрофы – и почти 4.000 оборванных жизней

Передо мной лежат три школьные тетрадки. В них – списки евреев, загубленных в гетто в годы фашистской оккупации, по трем населенным пунктам Гомельской области Белоруссии: городу Жлобину и двум местечкам – Стрешину и Щедрину.

Передал их мне мой земляк, жлобинчанин, бывший фронтовик, инвалид войны Борис Хаимович Гельфанд. Несколько лет составлял он эти списки, опрашивая родных и близких погибших, а также местных жителей. Конечно, спустя десятилетия это оказалось очень трудным делом. Поэтому в записях много пробелов: отсутствуют некоторые имена, годы рождения, не говоря уже о тех, которых все позабыли или помнили лишь по прозвищу или по профессии. Такие в списки не вошли, взрослые и тем более дети в лучшем случае упомянуты количественно. Например, “Шер Фейга Мордуховна и 4 детей”; “Рабкина Дора Еселевна и 3 детей”; “Кануткина и 4 детей” и т.д.

Списки начали составляться в конце 80-х, в разгар перестройки. Почему так поздно? Увы, раньше заниматься такими опросами категорически запрещалось. Сразу после войны, когда уцелевшие жлобинчане стали возвращаться в разрушенный город, была попытка восстановления трагической истории Жлобинского гетто, но райком партии строго приказал “немедленно закрыть эту тему”. В то время наблюдалось необыкновенное единодушие “партии и народа” в проведении антисемитской политики. Откровенно фашистские выражения в адрес евреев звучали открыто и повсеместно: от почти безобидных “отсиживались в тылу” до кровожадных “жаль, что вас Гитлер не всех перестрелял!” Моему отцу строго запретили “переписываться с Америкой”, хотя он переписывался не с Америкой, а со своей родной сестрой, старушкой, вдовой, далекой от политики, одиноко жившей в маленькой квартире в Нью-Йорке. И отец вынужден был, затаив глубокую боль и обиду, подчиниться.

В печати и по радио ругали только высокопоставленных евреев-космополитов, однако самые простые, рядовые евреи Жлобина втягивали головы в плечи и пугливо оглядывались.

Не только составлять списки, даже вслух вспоминать о жертвах геноцида боялись. И основания для страха были…

После войны, еще в полуразрушенном Жлобине, старики собрали деньги, отрывая по рублю от скудного семейного бюджета, и построили синагогу – небольшой деревянный дом, но после “новоселья” – первой вечерней молитвы, – дом реквизировали с последующим серьезным внушением и предостережением тем, кто был причастен к столь “возмутительной антигосударственной акции”. По иронии судьбы в этом “оскверненном” доме вскоре разместили райком комсомола.

Вот еще пример. В средней школе № 5, довоенной еврейской, кто-то из учителей решил восстановить историю родной школы. Была создана Книга памяти. В нее вписали имена учащихся, погибших на войне. Но так как эта школа до 1937 года была еврейской, среди погибших оказалось много еврейских парней. Их имена и краткие сведения о них заняли всю стену школьного коридора на втором этаже. Обнаружив эту “преступную вылазку сионистов”, вышестоящие товарищи распорядились срочно очистить помещение от нежелательных элементов.

Но вот наступило время “гласности”. Увы, слишком поздно. Как ни старался Борис Гельфанд восстановить списки погибших, они оказались с огромными пробелами.

Под Лебедевкой, расположенной вблизи города, по официальным данным убито около 2500 евреев Жлобина и 300 из Стрешина. А в списках насчитывается 548 жлобинчан и 90 стрешинцев, всего 638 человек. Гораздо более полным выглядит список погибших в местечке Щедрин, центре довоенного еврейского колхоза, окруженным густыми лесами, отстоящем далеко от железной дороги. Поэтому там не создали гетто, евреи продолжали жить в собственных домах, находясь под бдительным контролем местной полиции и немецкой жандармерии.

Убивали евреев в Щедрине с 8 по 10 марта 1942 года. Всего погибло около 1000 человек, из них 697 попали в посмертные списки, составленные бывшим жителем Щедрина Евгением Юрьевичем Зеликманом. Жили там евреи компактно, дружно, благодаря чему оствшиеся в живых могли точнее вспомнить казненных.

В Жлобинском районе жертвами геноцида оказались самые простые люди: сапожники, портные, парикмахеры, жестянщики, столяры, медработники, учителя, извозчики-балагулы. Последних было особенно много, объединенных, конечно, в артель. Они возили со станции грузы. Хорошо помню коней-тяжеловозов, крупных, красивых лошадей с тяжелыми подкованными копытами, высекавшими искры из булыжной мостовой. Не меньше в Жлобине было кузнецов, они работали в большой кузнечной артели. Были и частные кузнецы. Почти рядом с нашим домом, на берегу ручья Чернушка, стояла еузница Палея Копула. И его тоже убили с тремя маленькими детьми.

В переданных мне тетрадках – длинный перечень еврейских фамилий: Айзенштаты, Альтшуллеры, Бассы, Бейлины, Берковичи, Бизовы, Булкины, Векслеры, Вольфсоны, Герчиковы, Гельфанды, Гринберги, Меламеды, Окуни, Палеи, Рабкины, Рохлины, Рутманы, Симановские, Фрадкины, Френкели, Хайкины, Шандаловы, Шеры, Шехтманы, Эпштейны и др. Очень много Зеликманов – 72, но больше всего Гореликов – 86. Есть более редкие фамилии: Кугель, Биркан, Голубов, Езерский, Зорхин, Лицкий, Мороз, Стамблер, Шадур, Брук, Верткин. Редчайшая фамилия – Эль. Людей с такой фамилией записано 11 человек.

Все эти фамилии, собранные вместе в алфавитном порядке, вдруг поражают своей значительностью и скрытым за ними великим трагизмом. А что мы о них знаем? Только то, что лежат они, невинно убиенные, в жлобинской земле, их три тысячи восемьсот, а по спискам всего 1336 или чуть менее 40 процентов. Вот почему в “Яд ва-Шеме” из 6 миллионов загубленных душ поименована только половина. И собрать сведения на остальных, перечислить их пофамильно вряд ли удастся.

Самый неполный список – по городу Жлобину, 26 процентов от количества убитых: 442 фамилии и 106 детей безымянных. Стрешинских евреев погибло около 300, а в списках – 90, из них детей до 10 лет – четверо, хотя, наверняка, их было гораздо больше.

В тетрадях – несколько матерей с детьми от смешанных браков, отцы их ушли на фронт, а их убили: Калиновская-Песина Соня Янкелевна 1904 г.р. и трое детей; Малашкова -Элькина Рая Залмановна 1919 г.р. и один ребенок; Рудницкая-Шапиро Бася Хаимовна 1915 г.р. и двое детей; Макей-Нехамкина Сарра Исааковна и дети – Владимир 7 лет и Тамара 6 лет. С ними вместе убит и их отец – Макей Николай Осипович 1908 г.р. По какой-то причине его не взяли в армию, он избежал фронта, чтобы принять мученическую смерть со своими близкими, хотя, как нееврей, имел возможность уйти из гетто…

Еще до массовых расстрелов на глазах у матери Ходоренко Л.П. ( по национальности белоруски) убили двух ее малолетних детей лишь за то, что их отец Клебанов был еврей и в это время воевал на фронте против немцев.

Евреев Жлобина и Стрешина расстреливали два дня подряд – 11 и 12 апреля 1942 года. Их везли из гетто, в открытых машинах, на виду у всего города, с утра до вечера. На тротуарах стояли люди, наблюдая, кто со страхом, а кто с тайной радостью, как их земляков, соседей везут на казнь. Моя тетя Фрада Соркина помахала на прощанье рукой нашему общему знакомому, который потом об этом мне рассказал. Рядом с тетей сидела моя двоюродная сестра Роза, семнадцатилетняя красавица, а ее родной брат Илья в это время уже четыре месяца лежал в братской могиле, убитый в боях под Москвой.

Возле Лебедевки, где были вырыты две большие ямы, их выгружали из машин, отводили от шоссе вправо, по мокрому полю, по весенней грязи метров четыреста , обессилевших от болезней и голода, под охраной эсэсовских ублюдков и собак, ставили у края могилы и поражали смертельным огнем стариков и старух, женщин и детей, еще совсем маленьких, не понимающих ничего, а также мальчиков и девочек, уже ясно осознававших весь ужас происходившего…

В списках очень мало мужчин призывного возраста, от 18 до 35 лет. Например, по городу Жлобину всего 29. Это лишь 5 процентов. Остальных успел призвать военкомат, а многие ушли на фронт добровольно, чтобы потом заполнить другой трагический список, составленный тоже Борисом Гельфандом, и оказалось в нем более 400 евреев из Жлобина.

Отсутствие официальных данных порождает ряд вопросов. Главный из них: сколько все-таки погибло евреев в Жлобинском гетто? По информации горсовета под Лебедевкой убито 2500 человек. Но эта цифра вызывает большие сомнения.

Известно, что до войны по переписи населения на 1 января 1939 года евреев в Жлобине было около 7 тысяч. После войны вернулась приблизительно одна тысяча. Не более 500 остались там, где они находились во время эвакуации. Какова же судьба еще 5500 человек? В это число входят и расстрелянные оккупантами, и убитые на фронте, и умершие в гетто до массовых расстрелов, и те, кому удалось вырваться из города накануне захвата его немцами, а потом суждено было погибнуть на фронтовых дорогах…

Никак не вписывается в эти данные число 2500.

И тут возникает более реальная цифра (кстати, многие считают ее наиболее достоверной): 11 и 12 апреля 1942 года было казнено не 2500, а более 4 тысяч евреев Жлобина. Таков печальный вывод из приведенных вычислений.

После уничтожения Жлобинского гетто в живых осталось четыре (!) человека. Всего лишь четыре. Первая: Палей Бася Евсеевна, 1906 года рождения. В дни расстрела она оказалась в деревне, куда тайком отправилась на поиски продуктов для семьи, а когда вернулась, узнала, что ее муж и трое детей убиты. Вторая: Соркина Элька Борисовна, 1925 года рождения. Ее везли к месту казни, и она на повороте глухой улицы выпрыгнула из машины, скрылась и добралась до партизан. Третий: фамилия его остается пока неизвестной. Это 14-летний юноша. За секунду до залпа он свалился в яму, притворился мертвым (уже приближался вечер). На него падали трупы. Когда расстрел кончился, а яму не зарыли, юноша выполз. Дальнейшей судьбы его не знаю. Есть сведения, что сейчас он находится в Израиле. Четвертый – Маковский Борис. Фамилия его родителей неизвестна. В двухлетнем возрасте этого еврейского ребенка спрятала и спасла от гибели жительница Жлобина Тина Васильевна Маковская, с нею он и остался и сейчас живет в Жлобине.

Четверо из четырех тысяч. Они уцелели. Но язык не поворачивается назвать их судьбу счастливой.

В последнее время кое-кто все чаще твердит о том, что геноцида еврейского народа не было, и 6 миллионов безвинно уничтоженных – выдумка сионистов, извлекающих из этого какую-то выгоду. Я ненавижу таких и все же не пожелал бы им той лютой смерти, с какой повстречались мои несчастные земляки под Лебедевкой. Но пусть бы хоть на несколько минут испытали они состояние идущих к месту казни безвинных евреев, остановились у края расстрельной ямы, заглянули в нее и увидели то страшное, что они сегодня опровергают. И это воспоминание пусть бы осталось с ними навсегда.

Израиль Славин, “Еврейский камертон” (Израиль)

Другие материалы по теме Холокоста здесь: Холокост,

Помнить и не забывать и Праведники народов мира

 

Калинковичская трудовая школа 20-х годов

Список выпускной 9-й группы Калинковичской трудовой школы 1-й и 2-й ступени им. Калинина, подвергнутых экзаменам в мае-июне 1924 г.  (составлен 26 июня 1924 г.)

1. Альтшуллер Анатолий Мордухов

2. Атлас Фроим Иосифов

3. Барташевич София Михайловна

4. Берзнер Лея Иосифовна

5. Вераксич Александр Михайлович

6. Гозман Нохим Иоселев

7. Голер Евсей Вениаминов

8. Гузман Мейра Сролева

9. Гутерман Гита Иосифова.

10. Дулуб Иван Трофимович

11. Евлина Рода Беркова

12. Зарецкая Марьяся Захарова

13. Каплан Хава Нохимова

14. Коган Броня Лейбова

15. Коган Стыся Лейбова

16. Кацлах Мейра Мордухова

17. Коваленко Александр Петрович

18. Каролинский Матус Нохимов

19. Комиссарчик Гита Янкелева

20. Комиссарчик Мирьям Янкелева

21. Комиссарчик Нехама Меерова

22. Комиссарчик Юдифь Янкелева

23. Либман Мотля Аврамова

24. Вайнштейн Мордух Борухов

25. Миневич Сара Шевелева

26. Ноздря Надежда Илларионовна

27. Негрей Андрей Федорович

28. Охрамович Евгений Евгеньевич

29. Панглиш Роберт Петрович

30. Райхман Мордух Иоделев

31. Рабовская Хана Мотелева

32. Рабовская Бейля Мотелева

33. Резник Перла Альтерова

34. Рейдер Лея Левина

35. Санько Николай Григорьевич

36. Соловей Зинаида Васильевна

37. Слупская Таисия Ивановна

38. Телесин Зяма Лейбов

39. Фридман Рафаил Аронов.

 

Очевидно это первый выпуск калинковичской девятилетки, которая была образована в 1921 году. Экзамены сдавались по предметам: обществоведение, русский язык, алгебра, геометрия, тригонометрия, космография, природоведение, физика, география, история, химия, гигиена. Единственный в классе ученик, сдавший все экзамены на «отлично» – Телесин Зяма Лейбович, впоследствии известный поэт, писавший на идиш, ветеран войны. Он же умер, наверное, и последним из своего класса, в 1996 году .  О  Зяме Телесине есть большой материал, который можно прочесть на сайте здесь:

 

  • Знаменитые евреи с калинковичскими корнями  Мне удалось связаться по телефону с Юлиусом Телесиным, живущим в Иерусалиме. Надеюсь, в скором времени получить от него дополнительные материалы о своем отце и его семье, а также некоторые старые фото.

 

Возможно, отзовутся также дети и внуки других учеников. Может у кого-то сохранилось и фото выпуска (тогда в Калинковичах было два фотоателье, Лазника и Букчина). Школу перед войной переименовали в «Сталинскую», ныне СОШ №1.

foto 23 - 6

Беркович Ария-Иодель Аронов, 1873 года рождения, уроженец м. Городище Мозырского уезда, в 1923 году проживал в Калинковичах, учитель (но не в девятилетке, возможно в железнодорожной или частной еврейской, такие еще сохранялись до 1925 года).

Список учащихся 1-й группы Калинковичской 9-летней школы им. Калинина на 1 октября 1923 года.

 

  1. Атлас Маша Неухова
  2. Бухман Фрейда Иосифова
  3. Бадей Ольга Петровна
  4. Винокур Рахиль Давидова
  5. Гинзбург Бейля Лейбова
  6. Гомон Черня Зеликова
  7. Гомон Мейра Симонова
  8. Загальская Стыся Иоселева
  9. Карасик Фрейда Цодикова
  10. Корневец Владимир Александрович
  11. Радинская Эля Нафталева
  12. Русецкая Клавдия Адамовна
  13. Рыбалко Ефросинья Афанасьевна
  14. Факторович Рувим Мотелев
  15. Терешковец Евгения Ивановна
  16. Шнитман Сара Элиевна
  17. Ясковец Григорий Адамович
  18. Ясковец Елена Адамовна
  19. Михлин Шмуль Аронов
  20. Дробница Иван Ефимович
  21. Колыхан Мирон Павлович
  22. Факторович Куна Хаимова
  23. Перцовская Эля Давидовна
  24. Пикман Сара Аронова
  25. Шейнина Рахиль Ниселева
  26. Ревутская Марфа
  27. Терешкович Анастасия Трофимовна

foto 23-7 jpg
Гальперина Эйда-Рахиль Шмерковна, жительница м. Калинковичи. Фото 1924 года

Список учащихся 2-й группы Калинковичской 9-летней школы им. Калинина на 1 октября 1923 года.

  1. Атлас Ханя Неухова
  2. Баргман Хацкель Мордухов
  3. Гомон Сима Гиршева
  4. Голод Рива Моисеева
  5. Гомон Рася Зеликова
  6. Загальская Хася Иосифова
  7. Зарецкая Стыся Захарова
  8. Зеленко Иосиф Нохимов
  9. Новицкая Михля Ионова
  10. Зеленко Хаим Моисеев
  11. Кацман Мордух Вениаминов
  12. Комиссарчик Моисей Шаев
  13. Ланде(о) Нота Борухов
  14. Лифшиц Песя Сролева
  15. Миневич Берка Мордухов
  16. Палей Сара Шендерова
  17. Михлина Соня Аронова
  18. Слободник Лейба Пейсахов
  19. Сопот Федор Григорьевич
  20. Сустина Рива Мордухова
  21. Слупский Серафим Иванович
  22. Френкель Лейба Мееров
  23. Шапиро Гирш Давыдов
  24. Шлейфер Мера Менашева
  25. Шлейфер Соня Менашева
  26. Ясковец Владимир
  27. Атлас Хацкель Неухов
  28. Голод Давид Вульфов
  29. Гомон Сроль Гиршев
  30. Дорошко Мария Григорьевна
  31. Мительман Исаак Зеликов
  32. Миневич Лея Левикова
  33. Миневич Ита Иосифова
  34. Слободник Берка Мовшев
  35. Френкель Броха Вульфова
  36. Рыбалко Владимир Афанасьевич
  37. Маковник Зинаида
  38. Петрушенко Адам

Список учащихся 3-й группы Калинковичской 9-летней школы им. Калинина на 1 октября 1923 года.

  1. Бухман Михаил Мееров
  2. Бухман Роза Израилева
  3. Безуевская Фаня Ионова
  4. Винокур Фаня Давидова
  5. Голод Моисей Гершунев
  6. Пикман Геня Янкелева
  7. Гутовский Константин Васильевич
  8. Дорошко Иван Григорьевич
  9. Гренбург Крейна Хаимова
  10. Зеленко Моисей Давидов
  11. Зельдина Хана Исакова
  12. Кауфман Арон Моисеев
  13. Коган Арон Шмаев
  14. Каплан Соня Ошерова
  15. Кофман Хана Ниселева
  16. Лившиц Яша Израилев
  17. Каплан Шифра Аврамова
  18. Левин Моисей Аврамов
  19. Русецкая Евгения Адамовна
  20. Кмито Анатолий Николаевич
  21. Рабинович Песя Меерова
  22. Стома Александр Данилович
  23. Слупский Иван Иванович
  24. Телесина Стыся Лейбова
  25. Турок Роза Нохимова
  26. Факторович Рася Беркова
  27. Цурсман Хася Борухова
  28. Ясковец Адам Адамович
  29. Ярош Лариса Игнатьевна
  30. Крыловецкая Броня Галиева
  31. Голод Додя Янкелев
  32. Дулуб Василий
  33. Каплан Исаак Нохимов
  34. Москалевич Василий Павлович
  35. Еренбург Рися Меерова

Список учащихся 4-й группы Калинковичской 9-летней школы им. Калинина на 1 октября 1923 года.

  1. Горелик Маня Лазарева
  2. Гинзбург Циля Лейбова
  3. Рогальская Эся Иосифова
  4. Зеленко Люба Иосифова
  5. Комиссарчик Ита Элиева
  6. Кацман Броха Бенцианова
  7. Мительман Арон Залманов
  8. Зельманов Моисей Шмуйлов
  9. Лиокумович Бася Иосифова
  10. Лившиц Броня Цодикова
  11. Псахина Двойра Симонова
  12. Сасин Иван Викентьевич
  13. Терешковец Николай Иванович
  14. Фейгельман Зися Ниселев
  15. Фейгельман Маша Ниселева
  16. Центер Зельда Шлемова
  17. Шерайзина Ита Элиева
  18. Шапиро Лейба Борухов
  19. Соломаха Семен Лукич
  20. Френкель Мейра Янкелева
  21. Бадей Степан Ефремович
  22. Бухман Бася Аврамова
  23. Палицкий Лев Моисеевич
  24. Палицкий Яков Ионов
  25. Голод Наум Израилев
  26. Горелик Ошер Вельков
  27. Гинзбург Мера Меерова
  28. Коган Хана Шлемова
  29. Кипер Анна Иосифовна
  30. Ланде(о) Рива Липова
  31. Миневич Пиня Залманов
  32. Пикман Мера Хаимова
  33. Рабинович Бадана Иоселева
  34. Чопик Петр Артемович
  35. Голод Соломон Янкелев
  36. Гасенко Аркадий Маркович

Список учащихся 5-й группы Калинковичской 9-летней школы им. Калинина на 1 октября 1923 года.

  1. Булавко Борис Терентьевич
  2. Бухман Геня Самуйлова
  3. Бухман Броха Мовшева
  4. Букчина Клара Ошерова
  5. Голер Соня Хаимова
  6. Гинзбург Геня Михелева
  7. Гутман Маня Иоселева
  8. Говор Макарий Минович
  9. Голод Давид Рувимов
  10. Голод Нисон Рувимов
  11. Дедок Иван Иванович
  12. Зарецкая Анна Нохимова
  13. Коваленко Василий Карпович
  14. Загальская Роза Иоселева
  15. Кивокурцев Глеб Николаевич
  16. Кацман Моисей Аронов
  17. Кацман Зяма Вениаминов
  18. Каплан Сара Меерова
  19. Каплан Элька Ниселев
  20. Комиссарчик Броха
  21. Медведник Эсфирь
  22. Отчик Тимофей Иванович
  23. Родинский Исаак
  24. Утевская Сара
  25. Френкель Сема Аркадьев
  26. Шерман Соня Гиршева
  27. Шапиро Зяма Борухов
  28. Юнкер Геня Шевелева
  29. Рыбалко Степан Афанасьевич
  30. Комиссарчик Рая
  31. Крыловецкая Фаня
  32. Зальцман Мотя Т…
  33. Зельдина Сара Зямова
  34. Новотный Антон Викентьевич
  35. Спевак Рива Самуйлова
  36. Бурдин Рувим Вениаминов
  37. Гутман Мотель Нохимов
  38. Голер Фаня Вениаминова
  39. Френкель Давид Аркадьев

Примечание: где нет отчества или многоточие – документ поврежден

 

Список учащихся 6-й группы Калинковичской 9-летней школы им. Калинина на 1 октября 1923 года.

  1. Гальперина Хая Аврамова
  2. Берштейн Циля Меерова
  3. Берштейн Моисей Борухов
  4. Баргман Нехама Мовшева
  5. Березнер Шолом Иосифов
  6. Гинзбург Геня Меерова
  7. Бухман Сара Аронова
  8. Гальперина Маня Яковлева
  9. Гозман Соня Исаакова
  10. Гозман Вульф Исааков
  11. Гринблат Гита Израилева
  12. Добрушкина Алта Менделева
  13. Комиссарчик Хая Меерова
  14. Комиссарчик Наум Элиев
  15. Кацман Соня Мордухова
  16. Кочанов Степан Васильевич
  17. Каплан Наум Иосифов
  18. Кацман Хая Цолерова
  19. Кмито Георгий Николаевич
  20. Лиокумович Фаня Иосифова
  21. Либман Маша Авраамова
  22. Миневич Фаня Мордухова
  23. Мительман Зяма Авраамов
  24. Молчан Моисей Павлович
  25. Портной Нисель Мееров
  26. Райхсман Айзель Иоделев
  27. Рыбалко Надежда Афанасьевна
  28. Сухоренко Рахиль Менделеева
  29. Телесина Сима Лейбова
  30. Факторович Нехама Беркова
  31. Факторович Броха Нохимова
  32. Центер Фаня Шмулева
  33. Шапиро Бейля Давидова
  34. Шапиро Мордух Борухов
  35. Сасина Федосия Васильевна
  36. Гальперина Бэла Аронова
  37. Горелик Фаня Захарова
  38. Фридман Лева Аронов
  39. Бабицкая Хая Элиева
  40. Соловьян Иван Романович
  41. Голод Иосиф Янкелев

Список учащихся 7-й группы Калинковичской 9-летней школы им. Калинина на 1 октября 1923 года.

1.  Альтшулер Берка Мордухов

2.  Слуцкер Саул Моисеев

3.  Бухман Хана Моисеева

4.  Баргман Симон Янкелев

5.  Баргман Хацкель Давидов

6.  Голод Хая Самуйлова

7.  Голер Арон Хаимов

8.  Розман Роза Исаакова

9.  Голод Наум Самойлов

10. Голод Роза Лейбова

11. Горбацевич Евгения Вячеславована

12. Бухман Зися Израилева

13. Бухман Броха Израилева

14. Евнин Шая Борухов

15. Евнин Янкель Борухов

16. Есьман Василий Евстратович

17. Жерко Мария Осиповна

18. Загальский Зяма Бенцианов

19. Курцер Соня Исаакова

20. Кмито Елена Николаевна

21. Карасик Маня Рувимова

22. Каплан Малка Авраамова

23. Левин Вениамин Симонов

24. Миневич Рива Шевелева

25. Коган Шая Шмаев

26. Олешкевич Михаил Федорович

27. Охрамович Александр Евгеньевич

28. Рабинович Тойба Иоселева

29. Славин Мендель

30. Слупский Алексей Иванович

31. Телесина Роза Лейбова

32. Факторович Маша

33. Френкель Моисей

34. Ярош Людмила

35. Слободник Паша Шевелева

36. Слободник Шура Шевелева

Список учащихся 8-й группы Калинковичской 9-летней школы им. Калинина на 1 октября 1923 года.

  1. Голод Ида Лейбова
  2. Голод Хася Рувимова
  3. Гомон Броха Гиршева
  4. Гутман Рахиль Иосифова
  5. Горохова Гита Гиршева
  6. Голод Сара Израилева
  7. Кофман Эсфирь Авраамова
  8. Змушко Мефодий Филиппович
  9. Зарецкая Гита Аронова
  10. Коган Авраам Шмаев
  11. Коган Броня 1-я Шмаева
  12. Коган Броня 2-я Шмаева
  13. Кмито Нина Николаевна
  14. Кофман Нехама Аронова
  15. Лиокумович Давид Лейбов
  16. Кофман Моисей Аронов
  17. Либман Мордух Авраамов
  18. Ланде(о) Соня Липова
  19. Ланде(о) Рая Мордухова
  20. Миневич Фрума
  21. Новотный Войцех Викентьевич
  22. Ресина Соня Менделева
  23. Рабинович Гита Борухова
  24. Рабинович Тайба
  25. Кечкер Рива Юделева
  26. Сухоренко Давид Менделев
  27. Фридман Броха Менделева
  28. Фейгельман Перла Ниселева
  29. Факторович М….
  30. Флер Фаня Мордухова
  31. Левин Юда Хаимов
  32. Шехтман Эсфирь
  33. Шерайзина Бейля З…
  34. Хазановская Соня
  35. Тамарин Натан М……
  36. Мительман Соня Авраамова

Примечание:  название группа в списках соответствует дальнейшему понятию класс. Итак, здесь можно познакомиться с полным списком учеников школы за 1923 – 24 учебный год.

Протокол

заседания школьного совета Калинковичской 9-летней школы им. Калинина от 26 июня 1924 г.

… Постановили: 1. 29-го июня в 6 часов вечера будет проведена официальная часть акта, а после 2-х или 3-х часов будет устроен вечер спайки учащихся, выпускников и преподавателей.

2. Взнос-плату за правоучение предоставить до 27-го сего июня, после чего считать прием закрытымдля выяснения злостных неплательщиков и передачи в суд. Никакие справки, свидетельства и удостоверения лицам, окончательно не рассчитавшимся со школой, выдаваться не будут.

3. 27-го сего июня учащиеся должны принести в школу все экспонаты для выставки. Руководство этим делом поручить преподавателю А.А.Михайлову.

4. Ивану Трофимовичу Дулубу выдать свидетельство об окончании 9-летней школы, т.к. он сирота и является единственным кормильцем в семье.

Заключение: К сожалению, списка учителей не найдено. Известно только, что директором с 1922 года был Онищенко, а секретарем школы, и возможно, одной из учительниц – Супрунович, жена или дочка калинковичского лесничего. Здание школы сохранилось до сих пор, это дом, обшитый сейчас шиферными листами, напротив сквера, на участке улицы Пионерской, между улицами Красноармейская и Куйбышева. В начале 30-х годов школа переместилась в новое большое деревянное здание (не сохранилось) в конце улицы Куйбышева. В конце 30-х школа еще раз переместилась, на этот раз в новое
кирпичное двухэтажное здание на улице Кирова (снесено несколько лет назад) и на его месте построено пятиэтажное здание школы. Однако, хорошей исторической справки по школе нет и по сей день. 
Хотелось бы обратиться к чиновникам отдела образования, учителям истории, всем тем, кто помог бы дописать историю школы, также как и многих других материалов, размещенных на сайте. Не оставайтесь пассивными читателями! Присылайте фотографии, истории жизни людей, кто указан в списках, а также учившихся впоследствии. Надо также постараться восстановить фамилии учителей того времени и последующих годов. Распространяйте информацию о сайте, пересылайте всем знакомым линк сайта.

 Опубликовано 10 декабря 2010

Артыкулы пра шахматы у Беларусi


Получил от Вольфа Рубинчика из Минска несколько исторических материалов, связанных с белорусскими шахматами.  В продолжение публикую два его новых материала 
ПОЧЕМУ ПОГИБЛИ «ШАХМАТЫ»” и “Да здравствуют вольные шахматы!”, освещающих, с авторской точки зрения, современное состояние массовых шахмат в стране. Думаю, они могут представлять интерес не только для любителей шахмат. Но вначале рекомендую прочесть интересный материал о самом авторе, под названием: Люфт-мэнч Вольф Рубiнчык, который был опубликован в независимой газете “Наша нiва“.
Здесь же я решил поместить также некоторые воспоминания многократного чемпиона Белоруссии Альберта Капенгута, ныне проживающего в США. Материал был опубликован на известном шахматном сайте. (А.Ш.)     (последнее обновление материалов, 5.12.10)

http://nn.by/index.php?c=ar&i=13412Люфт-мэнч Вольф Рубiнчык 30 лiстапада 2007

Шахматы на беларускіх землях за царскім часам

(папярэднія зацемкі)

 

Веды – рэч настолькі каштоўная, што іх ня сорамна здабываць зь якой-любя крыніцы.

Абу-ль-Фарадж аль-Ісфах

Калі адкрыўся першы чэмпіянат Менску?

Пачаць па завядзёнцы выпадае з палемікі. Балюча чытаць артыкул “Шахматы в Белорусской ССР” у радавым “Шахматном словаре” (Масква, 1964). Ягоны аўтар, Б. Гальдэнаў, ані слоўца ня вымавіў пра дарэвалюцыйны пэрыяд. У чымсьці яго можна зразумець: замовілі артыкул з адпаведнай назвай, дык і напісаў выключна пра савецкую Беларусь. Аднак, да прыкладу, у допісе Т. Гіаргадзэ пра Грузінскую ССР распавядаецца і пра шахматы ў Грузіі VII-VIII ст. Ня ўдарылі тварам у гразь і аўтары артыкулаў пра Арменію, Малдавію, Летуву, паказаўшы разьвіцьцё гульні ў сваіх рэспубліках да ўсталяваньня ўлады саветаў…

У энцыкляпэдычным слоўніку “Шахматы” (М., 1990) сказана, што “шахматы сталі вядомыя на тэрыторыі сучаснай Беларусі не пазьней за 11 ст.”, але пэрыяд з XII ст. і аж да 1919 г. зусім выпаў з поля зроку. Ды што ўзяць з маскоўцаў, калі нават у Менску пра беларускіх гульцоў і кампазытараў нават адносна нядаўняга мінулага (XIX – пач. XX ст.) мала хто ведаў і ведае. Зборнік “Шахматисты Белоруссии” (Менск, 1972) гучна заявіў: “арганізаваны шахматны рух у Беларусі абавязаны сваім існаваньнем Вялікай Кастрычніцкай сацыялістычнай рэвалюцыі”. Гэтая тэза – зь мінімальнымі зьменамі – усё вандруе па розных выданьнях. Вось што пісаў А. Ройзман у “Шахматах” № 1, 2005: “…пастаянныя згадкі пра беларускія шахматы пачынаюцца толькі зь мінулага стагодзьдзя. Так, напрыклад, ва ўсерасейскім часопісе “Нивадрукаваліся шахматныя задачы бабруйчаніна Нэймана. Натуральна, такія шахматысты, як Розэнталь, Касперскі і інш., якія ў пачатку [19]20-х гг. пасьпяхова выступалі на беларускіх і ўсесаюзных спаборніцтвах, не маглі зьявіцца зьнянацку, аднак дакумэнтальных зьвестак пра гэта практычна няма”. Зьвернем увагу на зручнае слоўца “практычна”, якое значыць: “калі вам дужа трэба, шукайце тыя зьвесткі самі, а нам і так добра”. Аўтар працягвае: “Арганізаванае шахматнае жыцьцё ў Менску пачалося ў 1922 г. У лістападзе ў клюбе імя К. Маркса адкрыўся першы чэмпіянат сталіцы”.

Ня трэба быць спэцыялістам-гісторыкам, каб паставіць пад сумнеў меркаваньні А. Ройзмана. Першыя медыйныя згадкі пра шахматы ў Беларусі датуюцца 19-м стагодзьдзем. У 1896 г. “Минский листок” ужо ўспрымаў шахматыстых Менску як супольнасьць, групу з акрэсьленымі інтарэсамі, хоць і ставіўся да яе не без іроніі: “У нашым горадзе вельмі шмат аматараў шахматнай гульні. Яны бавяць цэлыя дні за шахматнай дошкай. Відавочна, у іх замнога вольнага часу, які ім не было б куды падзець, калі б знакаміты грэк не вынайшоў шахматнай гульні… Яны цікавяцца шахматным турнірам, які цяпер ладзіцца на беразе Нявы, ня менш, чым самі пецярбуржцы” (цыт. паводле “Белорусской нивы”, 10.04.2004). У першыя гады XX ст. менскія шахматыстыя дасьпелі і да “турніру-чэмпіянату”, пра што таксама ёсьцека сьведчаньні ў агульнадаступных крыніцах: напрыклад, у часопісе “Бюллетень Высшего совета физической культуры” № 1-2 (Менск, 1925, с. 47). Што праўда, пазначаны чэмпіянат Менску з удзелам усіх гульцоў першай катэгорыі, адкрыты ў канцы 1904 г., ня скончыўся, але ж ён быў! Са с. 50 таго ж часопісу даведваемся, што ў 1912 г. у літаратурна-мастацкім гуртку Менску прайшоў турнір з 18 удзельнікамі, дзе першакатэгорнік Аляксандар Мікалаевіч Каляда “заняў 2-е месца, ніжэй за А. А. Касперскага”.

 

Калі ў Беларусі зьявіліся “першыя шахматныя гурткі”?

“Беларуская энцыклапедыя” (Менск, 2003), а сьледам за ёю і газэта “Спортивная панорама” (18.07.2008) цьвердзяць, што ў нашай краіне “першыя шахматныя гурткі ўзьніклі ў 1919-20 гг. у Барысаве, Віцебску, Менску, Магілёве і інш.” І тут на розум прыходзіць выслоўе Пушкіна А. С. “Мы лянівыя і нецікаўныя”. Няхай гора-энцыкляпэдысты забыліся на менскі шахклюб пры “Таварыстве аматараў прыгожых мастацтваў” 1902-1904 гг., у якім было ня менш як 20 сяброў (пра яго пісала тутэйшая газэта “Северо-Западный край” у 1902-1903 гг., а “Белорусская нива” успомніла ў 2004 г.), але як было не згадаць гурток у Віцебску? Яго працу досыць падрабязна асьвятліў краязнавец А. Падліпскі ў зборніку “Шахматы, шашки в БССР” за 1984 г. (са спасылкай на публікацыю Т. Вараб’ёвай у “Физкультурнике Белоруссии” 1973 г.) Пастанову аб стварэньні гуртка аматары прынялі ўвосень 1912 г., а ўвесну 1913 г. улады Віцебскай губерні далі дазвол на адкрыцьцё “шахматнага сходу”. У канцы 1913 – пачатку 1914 гг. гурткоўцы правялі два матчы празь перапіску з шахматыстымі Цьвяры. Сяброўскія складкі сягалі 5 рублёў на год. Для вядомых шахматыстых, якія прыязджалі ў Віцебск, рабілася выключэньне: іх пускалі задарма. Заснавальнікамі гуртка выступілі выкладчыкі гімназіі Папоў і Басаў, селянін Брыгоўскі, бухгалтар Арэнбург. Напэўна, “сход” распаўся ўлетку 1914 г., калі выбухла Першая сусьветная вайна. Ва ўсякім разе, у 1921 г. віцьбічы шчэ не маглі пахваліцца шахматным гуртком. Праз “Известия Витебского губисполкома и губкома РКП” аматар кінуў заклік да арганізацыі такога гуртка, “калі набярэцца чалавек 10-15”.

У менскім (1902-1904 гг.) і віцебскім (1912-?) выпадках ідзецца пра гурткі ў вузкім сэнсе: аб’яднаньні з аформленымі правіламі чыннасьці. У шырокім жа сэнсе гуртком можна назваць амаль кожны больш-менш стабільны збор гульцоў. Тыя ж сталыя наведнікі кафэ ў дарэвалюцыйным Менску: чым не “гурток”? Між іншага, у кавярню Вянгржэцкага, дзе, паводле ўспамінаў А. Герцыка (1925 г.), шахматыстыя штодня з 12 гадзінаў да позьняга вечара займалі 1-2 столікі, завітвалі амаль усе менскія гульцы. А мясьцілася яна на рагу Захар’еўскай і Петрапаўлаўскай – акурат у цэнтры цяперашняй сталіцы (прасп. Скарыны (“Незалежнасьці”), 23, ля выхаду да станцыі мятро “Кастрычніцкая”). Працавала ад 1861 г. – так што ў кавярні не маглі не ўкараніцца шматгадовыя традыцыі. Пра адну з такіх традыцыяў успамінаў А. Герцык: “У кафэ Вянгржэцкага гуляліся партыі “кафэйнага” характару, – лёгкія, зь нязначнай стаўкай (10-25 капеек) і толькі зрэдку матчы паміж ігракамі першай катэгорыі”.

З пэўнай нацяжкай сябрамі “шахматных гурткоў” можна лічыць і дваранаў, якія рэгулярна зьбіраліся ў кагосьці ўдома, каб згуляць колькі партый. Інфармацыі пра такія “хатнія гурткі” захавалася няшмат, але вядома, што ў XIX пачатку XX ст. у шахматы ўмела гуляць вялікая частка – калі не бальшыня – прадстаўнікоў шляхты на беларускіх землях. Ясна, у некаторых веданьне правілаў перарастала ў любоў да шахматаў і жаданьне падзяліцца ёю з таварышамі. Гуляў з наведнікамі князь Міхал Клеафас Агінскі, які з 1802 г. валодаў на тэрыторыі Беларусі маёнткам Залесьсе (цяпер – сяло ў Смаргонскім раёне). Сярод рэчаў Вікенція Каліноўскага, канфіскаваных уладамі ў 1864 г., была і скрынка з шахматамі. У Віцебску XIX ст. жыў барон Нольдэ, які гуляў у шахматы з расейскім майстрам Шумавым, калі той па справах прыязджаў у горад на Дзьвіне.

Увогуле, на рубяжы стагодзьдзяў шахматы ў Беларусі яшчэ ўспрымаліся (прынамсі многімі сялянамі) як “панская гульня”. Пра гэта ўскосна сьведчыць апавяданьне Каруся Каганца 1902 г. “Бывалы Юр у Менску”, дзе двое сялянаў трапляюць у “Губэрнатарскі сад” і вядуць дыялог: “Ага, тут у невашта іграюць… у шашкі, чы што? Не, гэта не шашкі; у шашкі так усе хвігуркі аднакай формы, толькі адны белыя, другія чорныя, а тут, бачыце, усякія: і малыя, і вялікія, то як бы вежы, то як коні, а гэта сама вышша то караля азначае, трошкі меншая то каралева… Гэта па-расейску «шахматы» называецца, а паны называюць «шахы»”. Але, вядома, цікавіліся шахматамі і людзі “інтэлігентных прафэсіяў” (дактары, юрысты, педагогі…), і некаторыя рабочыя (вышэйназваны менскі гулец А. Каляда працаваў на чыгунцы і да рэвалюцыі “насаджаў гульню сярод калегаў і знаёмых чыгуначнікаў, ладзячы між імі спаборніцтвы” – пра гэта пісаў “Бюллетень…” 1925 г.), і выхадцы зь сялянаў (будучы старшыня беларускай шахсэкцыі Радыён Шукевіч-Трацьцякоў някепска гуляў у Менску-1914). Асобная тэма – папулярнасьць шахмат у яўрэйскім асяродзьдзі, безь якой у Ваўкавыску-1868 наўрад ці нарадзіўся б Д. Яноўскі, а ў Дуброўна-1874 – пераможца Капабланкі Ч. Яфэ…

Калі трактаваць паняцьце “шахматныя гурткі” ў шырокім сэнсе, то няможна датаваць зьяўленьне “першых гурткоў” у Беларусі ні 1919-м, ні 1902-м годам. Хутчэй за ўсё, традыцыя арганізаваных гульняў не перарывалася ад тых сівых вякоў, калі продкі цяперашніх беларусаў даведаліся пра шахматы. Гэта значыць, “гурткам” у Беларусі – прыблізна 1000 гадоў.

 

Ці была ў “зародкавым стане” шахматная кампазыцыя ў дарэвалюцыйнай Беларусі?

 

У 1920-я-1930-я гг. беларускіх шахматных кампазытараў стала відавочна больш, чым у 1900-1910 гг., і творчасьць іх зіхацела наўкол. Мо таму нават сапраўдныя знаўцы ШК у Беларусі паблажліва, “зьверху ўніз” глядзяць на дарэвалюцыйнае пакаленьне складальнікаў. Характэрнае выказваньне Г. Новікава і Ул. Сычова ў зборніку “Шахматы, шашки в БССР” за 1988 г.: “К пачатку 1920-х гг. шахматная кампазіцыя ў БССР знаходзілася ў зародкавым стане. Да 1920 г. у шахматным друку зрэдку паяўляліся задачы двух праблемістаў – К. Лембке і А. Бернштэйна”. Пра тых двух праблемістых (К. К. Лембке з Рэчыцы, А. С. Бернштэйн з Бабруйску – друкаваліся ў піцерскім часопісе “Нива” у 1910-я гг.) Г. Новікаў коратка расказаў у зборніку за 1987 г., прапанаваўшы па дзьве іхнія задачы. Мае сэнс рэпрадукаваць іх тутака:

 

К. Лембке

 

Б.: Крg2, Tb6, Сb7, Сf4, пп: c2, e3 (6)

Ч: Кре4, Сd5, пп: d4, e5, f5 (5)

Мат за 2 хады. 1. Тс6!

 

Б.: Кре6, Сh6, Kc3, Kd6, пп: d2, g2 (6)

Ч: Крf4, Kf6, Kg3, пп: g4, g5, h7 (6)

Мат за 2 хады. 1. Kde4! Цугцванг.

 

А. Бернштэйн

 

Б: Kpg6, Фe3, Cd7, Kf5, пп: a2, b3 (6)

Ч: Kpd5, Kb2, пп: a4, c5, d3, e5, e7 (7)

Мат за 3 хады. 1. Kpg5! з пагрозай 2. Фе4+. 1…е4 2. b4; 1…d2 2. Ф:d2.

 

Але працавалі ў Беларусі да рэвалюцыі 1917 г. і іншыя складальнікі. Аднаго зь іх – М. Нэймана з Бабруйску – заўважыў А. Ройзман (гл. вышэй). Другі – таксама бабруйчанін, І. Малчаноўскі – згадваецца ў “Бюллетене Высшего совета физической культуры” за 1925 г. Ягоная троххадоўка друкавалася ў “Шахматном вестнике”, што ў Маскве ў 1913-1916 гг. выдаваў Аляксей Алехін. На жаль, “Нива” і “Вестник” для мяне пакуль не дасяжныя, а колькі цікавостак і “новых імёнаў” можна было б у іх знайсьці?

Трэба дадаць, што Лембке, Бернштэйн, Нэйман і Малчаноўскі публікаваліся ў расейскамоўных выданьнях. Я ўпэўнены, што былі сярод беларускіх складальнікаў тыя, хто аддаваў перавагу нямецкай, польскай, французкай ці ангельскай мовам, і дасылаў свае творы перадусім у “далёкае замежжа”. Таму дасьледніку ШК у дарэвалюцыйнай Беларусі варта было б перагарнуць усе буйнейшыя часопісы XIX-XX стст., пачынаючы ад “Палямэду”; мажліва, колькасьць тутэйшых складальнікаў павялічыцца шматкроць…

Было б занадта сьмела сьцьвярджаць, што да 1917 г. ШК у Беларусі буяла, а потым гібела. Аднак ніхто ж ня скажа, што ў дарэвалюцыйнай Расеі кампазыцыя знаходзілася ў “зародкавым стане”. Так, Беларусь – пэрыфэрыя тагачаснай імпэрыі – не дала сьвету мэтраў кшталту Яніша, Шумава, Галіцкага, Троіцкага, Кубэляў ці Платавых. Ды ад “зародкавага стану” патыхае самапрыніжэньнем: усё ж і Нэйман быў “зоркай”, што не магла вырасьці на пустым месцы. Мяркую, у пачатку XX ст. Беларусь знаходзілася на сярэднім для ўсходнеэўрапейскага краю ўзроўні ШК: ззаду якой Чэхіі, але ўперадзе Летувы (Жмудзі). Гэтая гіпотэза, безумоўна, вымагае далейшых досьледаў, у якіх я спадзяюся на помач чытачоў “Альбино плюс”. І bychess.com.

 

Вольф Рубінчык, г. Менск

(Паводле «Альбино плюс», № 27, апрель 2010).

 

Другая чэмпіёнка Беларусі – Мееровіч!

 

Мне ўжо даводзілася пісаць, што гісторыя шахмат Беларусі стракаціць прагаламі. Калі верыць сайту БФШ chess.by, то другой чэмпіёнкай БССР была Шамес, якая выйграла першынство ў 1939 г. адразу пасля Дунер (1928 г.). Можна толькі развесці рукамі з тае нагоды, што версію пра Шамес як другую чэмпіёнку распрапагандаваў А. Я. Ройзман – у часопісе «Шахматы» (№ 3, 2005) і ў газеце «Народная воля» (17.02.2009).

У зборніку «Шахматисты Белоруссии» (Мінск, 1972) сам Ройзман пісаў пра 1937-ы год: «В женском чемпионате [БССР] того же года сильнейшей оказалась молодая шахматистка Т. Некрасова (Минск)». (c. 12). Але насамрэч другое першынство БССР сярод жанчын адбылося не ў 1937 г., а на пяцігодку раней, і выйграла яго не Шамес і не Някрасава з Менска, а Мееровіч з Бабруйска – зямлячка А. Ройзмана.

Дзеля падмацавання сваёй заявы прапаную чытачам – з захаваннем арфаграфіі арыгінала – заметку з часопіса «Чырвоная Беларусь» (№ 17, верасень 1932), выдаванага ў Менску ў пачатку 1930-х раз на два тыдні. Шахматны аддзел у часопісе вёў Якуб (Якаў) Камянецкі – ужо тады даволі вядомы шахматны кампазітар і ігрок, хаця яму не было і 20 гадоў. У маі 2009 г. А. Ройзман расказваў мне, што менавіта Камянецкі павінен быў рыхтаваць артыкул пра даваенныя шахматы ў БССР для кніжкі 1972 г., але нешта не склалася, і ў апошні момант распавесці пра «вытокі» рэдакцыя даручыла яму, Ройзману… У выніку, у «Шахматистах Белоруссии» жаночае першынство 1932 г. не згаданае ані слоўцам.

Турнір тутэйшых паслядоўніц Веры Менчык быў прымеркаваны да V Усебеларускага шахматна-шашачнага з’езда, які адбыўся ў ліпені-жніўні 1932 г. Кур’ёзна, што з’езд і турнір спярша планаваліся на сакавік, але «у сувязі з веснавой сяўбой» былі перенесены на лета («ЧБ», № 13, ліпень 1932). Беларусь была яшчэ аграрнай краінай…

Па выніках першынства Мееровіч атрымала другую ўсесаюзную катэгорыю, Сабалеўская і Гарб – трэцюю, Расіхіна, Ліпман і Мотуз – чацвёртую.

Вядома, што Ліпман (хутчэй за ўсё, і аўтсайдэрка Кац) належалі да першай у Беларусі “жаночай гаспадарча-разліковай шахматнай ударнай брыгады імя VII зьезду прафсаюзаў БССР”, арганізаванай дэлегатам VII усесаюзнага шахматна-шашачнага з’езда Кейлесам на мінскай шчотачнай фабрыцы імя Крупскай. Брыгада – 12 работніц – сфармавалася ў канцы сакавіка ці пачатку красавіка 1932 г., а ўжо ў красавіку 1932 г. у ёй распачаліся шахматныя спаборніцтвы (трэба спадзявацца, шчотачніцы паспелі навучыцца хаця б правілаў гульні). Дзве пераможцы атрымалі права на ўдзел аж у першынстве БССР. Пастановай Выканбюро Аб’яднанага Шахматна-шашачнага сектару ВСФК СССР і РСФСР ад 20 чэрвеня 1932 г. брыгада, якая ўзяла сабе імя Крыленкі, і яе арганізатар былі прэміяваныя. Але за дошкай яны не апраўдалі «высокага даверу». Сціплыя вынікі мінчанак відаць з табліцы, а іхні куратар Кейлес у мужчынскім першынстве БССР 1932 г. з вынікам +1–9 заняў апошняе месца.

Далейшага лёсу Мееровіч я пакуль не ведаю. Буду рады, калі хтосьці з чытачоў дапаможа мне ў пошуку звестак пра яе і іншых забытых шахматыстак (-аў) даваеннай Беларусі.

 

 

Вольф Рубінчык, г. Мінск

Паводле «Альбино плюс», № 21, верасень 2009.
ЖАНОЧЫ ТУРНІР НА ПЯРШЫНСТВО БССР ПА ШАХМАТАМ

 

Жаночы турнір на пяршынство БССР па шахматам сабраў у гэтым годзе сем удзельніц. Гэты лік сьведчыць нам аб тым, што шахматна-шашачная работа сярод жанчын пастаўлена нездавальняюча. У радзе РСФК мы мелі і маем простае ігнараваньне гэтай работы. Так надалей працягвацца ня можа. Пералом павінен быць і будзе.

Першае месца не без барацьбы заняла Мееровіч. Яна выйграла 5 з 7 (если верить таблице, то 5 из 6 – WP). Ігра яе заслугоўвае вялікае ўвагі і бязумоўна, што пры далейшай вучобе, яна ў наступных усесаюзных жаночых спаборніцтвах пакажа яшчэ лепшыя вынікі. На 2-е выйшла Сабалеўская +4½ з 6. За ёй Гарб +4. 4-е заняла Ліпман з выйгрышам у пераможцы. Падрабязныя вынікі паказвае ніжэй зьмяшчаемая табліца.

Пераможцы прысуджана званьне лепшай шахматысткі БССР (у пачатку 1930-х гг. у СССР пазбягалі «буржуазных» тэрмінаў «чэмпіён», «чэмпіёнка» – В. Р.).

Адсутнасьць вучобы і трэніроўкі вельмі сказалася на якасьці партый. Ні адна з партый ня годна да друку, бо амаль усе канчаліся не абгрунтаванымі «ахвярамі» ферзей і іншых фігур.

 

Удзельніцы

1

2

3

4

5

6

7

Разам

Месца

1

Мееровіч (Бабруйск)

X

1

1

0

1

1

1

5

I

2

Сабалеўская (Барысаў)

0

X

1

1

½

1

1

4 ½

II

3

Гарб

(Віцебск)

0

0

X

1

1

1

1

4

III

4

Ліпман

(Менск)

1

0

0

X

0

1

1

3

5

Мотуз

(Магілеў)

0

½

0

1

X

0

1

2 ½

6

Расіхіна

(Полацк)

0

0

0

0

1

X

1

2

7

Кац

(Менск)

0

0

0

0

0

0

X

0

 

 

Ісак Мазель: шахматны ігрок, кампазітар, педагог

Пачатак

 

Гэтаму чалавеку (1911, Мінск – 1943, Ташкент) “пашанцавала”: пра яго не зусім забыліся. У “Шахматном словаре” (Масква, 1964) і энцыклапедычным слоўніку “Шахматы” (М., 1990) змешчаны невялікія артыкулы пра Ісака Якаўлевіча Мазеля; сёе-тое можна адшукаць і ў зборніку “Шахматы сражаются” (М., 1985). Слоўнік 1964 г. падкрэслівае “няроўнасць” гульні Мазеля: “побач з вельмі ўдалымі выступленнямі (2-3 м. у першынстве Масквы, 1933-1934, выйгрыш матча ў Кмоха ў 1934…) паказаў сярэднія вынікі ў IX першынстве СССР, чэмпіянатах ВЦСПС, 1936 і 1938, і інш. турнірах”. Дзевяць радкоў у слоўніку 1990 г. акцэнтуюць дасягненні: “У кан. 1920-х дабіўся першых поспехаў у шахматных спаборніцтвах БССР. Удзельнік чэмпіянатаў СССР 1931 (8-9-е м.) і 1934/35. Паспяхова выступіў у чэмп-тах Масквы: 1933/34 – 2-3-е м., 1941/42 – 1-е м. У 1934 выйграў матч у Х. Кмоха – 2½ : 1½ (+2–1=1)”. У кнізе “Шахматы сражаются” пераможца чэмпіянату Масквы 1941/42 характарызуецца так: “таленавіты, своеасаблівы шахматыст… на жаль, яго талент не паспеў поўнасцю раскрыцца. Гэты турнір быў для шахматыста апошнім”. На сайце chessgames.com захоўваюцца 39 партый з яго ўдзелам.

У даступных мне крыніцах не раскрытыя акалічнасці смерці І. Мазеля[1]. Ю. Авербах пісаў, што ён (як і майстар Румін) памёр “ад хваробы, звязанай з цяжкасцямі ваеннага жыцця”. Мяркую, што, нават калі заўчасная смерць Мазеля не была справакаваная франтавымі ранамі, яго можна лічыць ахвярай Другой сусветнай. Ці здолеў бы яго талент “поўнасцю раскрыцца”, калі б не вайна, – пытанне спрэчнае. Як шахматыст найбольш дынамічна Мазель развіваўся, відаць, ва ўзросце ад 13 да 23 гадоў. Не пазней за 1924 г. ён пазнаёміўся з шахматамі, увесну 1928 г. І. Мазелю прысудзілі сціплую 2-ю катэгорыю – за перамогу ў масавым турніры газеты “Акцябр”[2], улетку ён перамог у матч-турніры мацнейшых маладых ігракоў Менска (4 з 6), а ўвосень 1928 г. выдатна выступіў за Менск у “чэмпіянаце гарадоў”, што ладзіўся ў рамках IV шахматна-шашачнага з’езду (фактычна гэта было каманднае першынство БССР, гулялі 9 каманд, і каманда Мазеля выйграла ўсе матчы) – 7½ з 8 на 1-й дошцы з 5. Што прывяло да заваёву першай ўсесаюзнай катэгорыі.

У 1929 г. Мазель заняў 2-е месца ў чэмпіянаце Менска (пасля Саламона Розенталя), а ў студзені 1930 г. разам з ленінградцам Міхаілам Шэбаршыным выйграў усесаюзны чэмпіянат работнікаў асветы. Падзел 8-9-га месца ў “сапраўдным” чэмпіянаце СССР увосень 1931 г. прынёс званне майстра: яго прысудзілі ўсім, хто набраў 50% ачкоў, а вынік Мазеля – 9 з 17. Ён стаў другім па ліку майстрам сярод прадстаўнікоў БССР, меўшы тады ўсяго 20 год (Уладзіслаў Сіліч атрымаў званне ў 1929 г., але яму было 23 – ці, паводле некаторых звестак, нават 25). Застаўшыся ў Беларусі пасля 1933 г., малады майстар мог бы паціху спаборнічаць з Сілічам, Верасавым, Маневічам, Сташэўскім, выязджаць на ўсесаюзныя турніры… і, магчыма, к канцу 1930-х выбіцца ў гросмайстры, як выбіўся тульскі хлопец Саша Котаў, 1913 г. нар. З іншага боку, у БССР у пачатку 1930-х – якраз у час узлёту Мазеля – шахматы адыходзілі на задні план з-за нечуваных цяжкасцей калектывізацыі[3]. Каму, як не члену выканаўчага бюро шахсэктару Савета фізічнай культуры Беларусі (Мазеля выбралі ў бюро 31 ліпеня 1932 г. ад прафсаюзаў) было пра гэта ведаць. Ён выступіў толькі ў адным асабістым першынстве БССР, і ўжо як масквіч (восень 1933 г., 3-5-е месцы). Праўда, чаму Мазель не згуляў у даволі моцным V першынстве (лета 1932 г.), дзе мог паспаборнічаць са сваімі калегамі Руміным і Сілічам ды вучнем Насцюшонкам, – для мяне ўсё ж загадка. Быў загружаны арганізацыйнымі пытаннямі?

 

Загадкі Мазеля

 

Масква, нават сталінская, абяцала больш ад Менска, і менавіта ў Маскве ў 1934 г. прайшоў сенсацыйны матч Ісака Мазеля з аўстрыйцам Хансам Кмохам. Нядаўні мянчук адстаяў гонар савецкіх шахмат нават лепш, чым ягоны равеснік Міхаіл Батвіннік, які звёў падобны матч з Сала Флорам унічыю (у канцы 1933 г.). Кмох саступаў Флору ў класе гульні, ды ўсё ж гэта быў маэстра са стажам, пераможца міжнародных турніраў, аўтар грунтоўных кніг… і будучы апякун Роберта Джэймса Фішэра ў Нью-Йорку.

У IX чэмпіянаце СССР (снежань 1934 г. – студзень 1935 г.) Мазель падзяліў 15-16-е месца з 20 (+5–7=7). У той час і нарадзілася эпіграма на Мазеля: «Мои дела без Кмоха идут ужасно плохо!» Поўным правалам яго вынік не назавеш: склад турніра быў роўны, і ад пераможцаў Левенфіша ды І. Рабіновіча Мазель адстаў толькі на 3½ ачкі, аднак яго выступленне моцна крытыкавалі.

Мазель, арыгінальны пазіцыйны майстар, на жаль, унёс дысананс у агульную баявую атмасферу турніру. Ён пачаў з таго, што пасля 10-15 хадоў прапаноўваў усім праціўнікам нічыі. Калі яму была зробленая адпаведная заўвага, ён стаў паспяхова спаборнічаць з Лісіцыным у спазненнях да партый. У апошнім туры, калі вырашаўся лёс усіх прызоў, ён спазніўся на 1 гадзіну да партыі з Багатырчуком, стаў гуляць атэмпа і падставіў фігуру. Спадзяюся, што маскоўскія шахарганізацыі дадуць належную ацэнку паводзінам Мазеля”, – пісаў аглядальнік. У кнізе “Шедевры и драмы чемпионатов СССР” (М., 2007) Сяргей Варанкоў адзначае, што за “недапушчальнае стаўленне да турнірных абавязкаў” Мазелю вынеслі строгую вымову з папярэджаннем.

Паспрабуем зразумець, чаму ігрок, якому ў ранейшых спаборніцтвах не бракавала жадання тварыць, стаў паводзіць сябе, бы ламака? Мая версія такая: адчуўшы, што савецкае кіраўніцтва ўжо зрабіла стаўку на Батвінніка і не збіралася мяняць прыярытэты, самалюбны Мазель не палічыў патрэбным змагацца за выхад у маскоўскі міжнародны турнір 1935 г. (права на выхад мелі восем прызёраў чэмпіянату). Можа, і здароўе кульгала. Ён паставіў сабе “задачу-мінімум”: ахвяраваць якасцю партый, але застацца майстрам – інакш ягонае жыццё ў малазнаёмай Маскве дужа ўскладнілася б. Задача была выканана: ва ўсякім разе, у год “вялікай чысткі” савецкіх майстарскіх радоў (1935) звання яго не пазбавілі.

Ва ўсесаюзных чэмпіянатах ВЦСПС Мазель набіраў трохі больш за 50%: у студзені 1936 г. – 9½ з 18, у лютым-сакавіку 1938 г. – 11 з 21. Яму не было чаго саромецца – фіналы тых прафсаюзных чэмпіянатаў былі досыць моцнымі спаборніцтвамі. Так, без пяці мінут гросмайстар Котаў у 1938 г. прыйшоў да фінішу з вынікам “мінус 3”. Аднак пэўны застой у гульні Мазеля ў другой палове 1930-х, бясспрэчна, назіраўся. Сяргей Варанкоў настойвае, што пад канец 1930-х у Ісака Якаўлевіча забралі-такі званне майстра, адылі ніводзін даведнік гэтага не пацвярджае.

Перамога ў першым “ваенным” першынстве на рубяжы 1941-1942 гг., калі немцы стаялі яшчэ недалёка ад Масквы, назаўсёды пакінула імя Мазеля ў гісторыі, і не толькі шахматнай. Турнір адбыўся ў два кругі, на 14 тураў спатрэбілася 42 дні. Васіль Паноў успамінаў, што гульня праходзіла пад выццё сірэн паветранай трывогі і выбухі бомб. Лейтэнант Ісак Мазель, які, паводле Барыса Вайнштэйна, атрымліваў на кожны тур адпускную са сваёй вайсковай часці, сабраў 10½ з 14[4], апярэдзіўшы такіх мэтраў, як Уладзімір Пятроў, Васіль Паноў, Уладзімір Алатарцаў… Чаму І. Мазель не гуляў у другім ваенным першынстве сталіцы ў лістападзе 1942 г., выйграным Васілём Смысловым, – магу толькі здагадвацца (хварэў? не адпусцілі з войска?). Увогуле, загадак і прабелаў у біяграфіі нашага героя яшчэ многа. Буду ўдзячны чытачам, якія дапамогуць запоўніць лакуны, хаця б да 100-гадовага юбілея шахматыста (2011 г.)

Шахматны кампазітар

 

Гэтая грань творчасці І. Я. Мазеля значна радзей трапляла ў поле зроку даследчыкаў; ва ўсякім разе, у вышэйназваных выданнях яна не асвятляецца. Добра, што ў кнігу “Шахматная композиция в Белоруссии” (Мінск, 1981) аўтары ўключылі дзве троххадоўкі Ісака Мазеля, якія ён стварыў разам з Васілём Кобецам (с. 95-96). Гэтыя задачы публікаваліся ў маскоўскіх часопісах “64” і “Шахматы” у 1926 г., то бок Мазелю было тады ўсяго 15 гадоў, а Кобецу – 17 (1909 г. нар.). Вось адна з іх:

 

В. Кобец, І. Мазель. “64”, 1926.

 

Б.: Крh1, Фh4, Kc4, Ke4, пп.: а5, с2, с3, d6, h3, h6 (10)

Ч.: Kpd5, пп.: а4, h5 (3)

 

Мат за 3 хады.

 

1. Фd8! Kpe4 2. Фg5 Kpf3 3. Фе3X; 1…Kpe6 2. Фс8+ Kpf7 3. Ke5X; 2…Крd5 3. Kf6X; 1…Kpc6 2. Фа8+ Kpd7 3. Kc5X; 2…Kpb5 3. Ka3X; 1…h4 (a3) 2. Фe8.

 

Рэдакцыйны каментар: “Не новая паводле задумы задача, выкананая, аднак, выдатна. Маладым менскім праблемістам удалося спалучыць у ёй шэсць правільных матаў і даць добрую гульню белага ферзя”.

 

Але ж складаў І. Мазель задачы і самастойна, цікавіўся таксама эцюднай кампазіцыяй. Як пазначыў Генадзь Новікаў у “Шахматах, шашках в БССР” (1988 г.), першую задачу-двуххадоўку І. Мазель апублікаваў у канцы 1924 г. у “Звяздзе”, а найбольш актыўна працаваў у канцы 1920-х. Усяго склаў каля 15 эцюдаў і столькі ж задач. Прапаную чытачам тое, што мне ўдалося знайсці ў газетах “Звязда” і “Чырвоная змена”. Дарэчы, з 1928 г. І. Мазель разам з Г. Майзелем вёў шахматны аддзел у іншай менскай газеце, “Акцябр” (на ідышы).

 

Б.: Kpe2, Ла7, пп. d7, f7.

Ч.: Кре7, Лf8, пп.: с4, d4, e3.

 

Белыя пачынаюць і выйграюць.

 

1. d8Ф+! Kpd8 2. Лb7 с3 3. Kpd3 і пешкі чорных гінуць (3…Kpc8 4. Лe7 Kpd8 5. Лa7).

 

Паводле газеты “Чырвоная змена”, 7.01.1928.

 

 

Белыя: Kpc1, Лс7, Лh4, Сa1, Ce8, Kc5, Kf6, пп.: а3, а4, b6, e5, f4, h5 (13)

Чорныя: Kpc4, Фh6, Ch7, Kh8, пп.: a6, b7, f3 (7)

 

Мат за 3 хады.

 

1. Cg6! C(K)g6 2. Kg4; 1…f2 (a5) 2. Kpc2.

 

Паводле газеты “Звязда”, 15.12.1928.

 

І ў 1930-я гг. Ісак Мазель не закінуў шахматнай кампазіцыі: паспеў выступіць за каманду БССР у кампазітарскім матчы з Цэнтральнай Чарназёмнай вобласцю РСФСР (1933-1934). Пошукі яго твораў будуць працягвацца.

 

Педагог

 

У Менску Ісак Мазель, “апантаны аматар шахмат”, кіраваў шахматнай секцыяй пры школе № 2 – пра гэта напісаў Аба Шагаловіч у “Шахматистах Белоруссии” (Мінск, 1972). Ён жа дадаў: “з гэтага гуртка выраслі першакатэгорнікі і чэмпіёны Менска таго часу Л. Жыткевіч, Ю. Насцюшонак і іншыя”. А. Шагаловіч датуе заснаванне секцыі 1927-м годам, сучасны публіцыст С. Ліякумовіч – “пачаткам 1930-х”. Я схільны верыць Шагаловічу: за 2-3 гады наўрад ці можна было падрыхтаваць чэмпіёна Менска (першакатэгорнік Леанід Жыткевіч стаў ім у 1934 г.). Так ці інакш, І. Мазель – у зусім юным веку – стаў адным з першапраходцаў шахматнай педагогікі не толькі ў Менску, а і ва ўсёй Беларусі. Трэба ўспомніць, што ў канцы 1920-х шахсекцыі пры палацах і дамах піянераў яшчэ не працавалі, не кажучы пра спецыялізаваныя шахматныя школы. Напэўна, сталічным трэнерам у XXI ст. не зашкодзіла б якая-небудзь “мазелеўская прэмія” за асаблівыя заслугі. А ў СДЮШАР-11 варта арганізаваць мемарыял Мазеля – побач з мемарыяламі Верасава і Кулагі.

 

Шашыст?..

Забаўны подпіс мне ўдалося адшукаць да фотаздымка ў “Звядзе” за 08.10.1933: “Сеанс ігры ў шахматы і шашкі майстра Мазеля на абутковай фабрыцы імя Кагановіча [у Мінску]”. Твараў амаль не відаць, але відно, што на адным століку расстаўлены шахматы, а на другім – шашкі! Ці быў выбар майстра, які прыехаў з Масквы на “Шосты ўсебеларускі розыгрыш па шахматах і шашках”, свядомым (а-ля Пільсберы, які даваў сеансы па некалькіх гульнях адразу), ці то проста на фабрыцы не знайшлося дастаткова шахматыстаў? Думаю, бліжэй да ісціны другое. Тым не менш, эпізод сведчыць аб тым, што шахматны майстар Мазель шашкамі таксама не грэбаваў.

 

Узоры творчасці

Нягледзячы на тое, што Мазеля лічылі пазіцыйным гульцом, у ранніх яго партыях дамінуе тактыка і “атакёрства” (гл., напр., камбінацыйную мініяцюру з Эйдэльманам у “Звяздзе” 15.12.1928 і на chessgames.com). Вось даволі вясёлыя кароткія партыі менскага юнака паводле старых нумароў “Звязды”, якія не трапілі ў калекцыю сайта chessgames.com:

Мазель – Докшыцкі (1928 г.)

1. d4 f5 2. Kf3 e6 3. Kc3 Kf6 4. Cg5 h6 5. Cf6 Фf6 6. e4 Cb4 7. Cd3 0-0 8. 0-0 Cc3 9. bc b6 10. c4 Cb7 11. Фе2 fe 12. Ce4 Ce4 13. Фе4 Ка6 14. Фb7 Kb4 15. c3 Kd3 16. Фс7 Kf4 17. Kph1 Kg2 18. Ke5 Kh4 19. f4 Фf5 20. Лаe1 Фс2 21. Лg1 Лad8 22. Kd7 Kf5 23. Kf8 Лf8 24. Фс6 Фс3 25. Фе6+ Kph8 26. Фе4 Фс4 27. d5 Фa2 28. Ла1 Фf2 29. Лa7 b5 30. Лb7 Kd6 31. Фh7+ Kph7 32. Лgg7+. 1:0.

Мазель – Тышлер (1928 г.)

 

1. d4 Kf6 2. c4 d5 3. cd Kd5 4. e4 Kb6 5. f4 Cd7 6. Kc3 e6 7. Kf3 Cb4 8. Cd2 0-0 9. Cd3 c5 10. a3 cd 11. ab dc 12. Cс3 Kc6 13. 0-0 Ke7 14. Kg5 h6 15. f5 hg 16. f6 Kg6 17. fg Лe8 18. Сf6 Фс7 19. Фh5. 1:0.

 

А вось як ён выблытаўся з цяжкога становішча ў паўфінале чэмпіянату СССР 1931 г. (“папярэдняя група № 3”). Увага, гаворыць і паказвае Якаў Камянецкі з часопіса “Чырвоная Беларусь”, № 20-21/1931:

 

Мазэль – Танін

 

Белыя: Kpc3, Лb2, Cg2, Ke5, пп: a4, b3, f4, g3, h2.

Чорныя: Kpd6, Лb4, Се6, Kd4, пп: a5, c6, f7, g6, h7.

 

Атрымаўшаеся становішча нічэйнае. Нельга выйграць белым пры правільнай ігрэ чорных, і наадварот нельга выйграць чорным пры правільнай ігрэ белых. Нічыя [для выхаду ў фінал] белых не задавальняла і яны з’ігралі: 1. Kd3!? с5 2. Kb4! Альбо выйграць, альбо прайграць! 2…ab+ 3. Kpd2 Сb3? Чорным неабходна было біць канём 3…Kb3+ 4. Kpc2 Kd4+ 5. Kp~ Cd7 і чорныя лёгка выйграюць. Пасьля гэтага зусім безабіднага ходу яны праігрываюць. 4. a5! c4 5. a6!! Паспрабуйце яе дагнаць – яна імчыцца са шпаркасьцю кур’ерскага! 5…с3+ 6. Kpc1 cb+ 7. Kpb2. Чорныя прымушаны ахвяраваць слана, інакш белая пешка а праходзіць у фэрзі. 7…Kb5 8. Kpb3 Kpc5 9. Cf1 Ka7 10. g4! Адзіны выйгрышны ход. 10…f6 11. Cd3! Пагражае 12. h4 і 13. Сg6, пасьля чаго пешка h праходзіць у фэрзі. 11…g5 12. fg fg 13. Ch7 Kb5 14. Ce4 Ka7 15. Cb7 Kb5 16. Cc8 Ka7 17. Cd7! Калі-б пасьля гэтага ходу белых быў-бы зноў іх ход, янВядома ы выйгралі-б ходам 18. h4! Таму іх задачай цяпер, выйграць тэмп. 17…Kpd6 18. Ce8! Kpc5 19. Ca4! Kc8 20. Cd7! Ka7. Атрымалася становішча, якое і патрэбна было белым! 21. h4 gh 22. g5 Kpd6 23. g6 Kpe7 24. Kpb4 і Танін здаўся. Фінальнае становішча заслугоўвае дыяграмы. Майстарскі праведзены Мазэлем канец.

 

Трэба дадаць, што і пасля 3…Kb3+ у чорных не было “лёгкага выйгрышу”, аднак ход 3…Сb3, безумоўна, слабейшы. Думаю, Мазель хітра адступіў 3. Kpd2 (а не Kpd3), прымусіўшы cуперніка паверыць у няісны падвох: “чаму гэта майстар прапануе ўзяць пешку з шахам?” Карыкатура Ю. Юзепчука на І. Мазеля, дзе той узіраецца ў люстэрка і на партрэт Эмануіла Ласкера, кажучы: “Шмат агульнага…”, мела пад сабой грунт – бо Ласкер праславіўся якраз тым, што за дошкай улічваў псіхалагічныя нюансы.

 

Каментаваная партыя з ваеннага чэмпіянату Масквы друкуецца паводле зборніка “Шахматы сражаются”:

 

Мазель – Алатарцаў

 

1. с4 е5 2. Kc3 Kc6 3. Kf3 g6 4. d4 ed 5. Kd4 Cg7 6. Kc2 d6 7. g3 Ke5. Алатарцаў прыкмеціў адметнасць гэтай дэбютнай пазіцыі – “англійская” пешка с4 можа быць атакаваная двойчы, а абарона яе звязаная з цяжкасцямі: белай пешкі “d” няма, слон пасля g2-g3 хоцькі-няхоцькі мусіць пайсці на g2; калі ж на яе абарону высунуць пешку  “b”, то адкрыецца небяспечная дыяганаль чорнаму слану. Аднак гэтыя меркаванні недастатковыя для абгрунтавання стратэгічнага плана. Белыя не зрабілі памылкі, каб чорныя выйгралі важную пешку ў дэбюце. Таму Мазель вырашае аддаць пешку коштам затрымкі чорнага караля ў небяспечнай зоне. Што з гэтага выйдзе, залежыць ад мастацтва партнёра, але шахматная справядлівасць у гэтым становішчы на баку белых. 8. Ke3 Ce6 9. Cg2 c6. Чорныя не могуць адразу ўзяць пешку з-за 10. Cb7, але цяпер яны аслабілі пешку d6, на якую пачынаюць «узірацца» белыя фігуры. 10. Ke4 Kpe7 11. 0-0 Kc4 12. Kc4 Cc4 13. Cg5+ f6 14. Фd4 Cd5 15. Cf4 Ce4 16. Фе4+ Kpf7 17. Фb4 Фb6 18. Фd6 Лd8. Ахвяраваная пешка адыграная, кароль пазбаўлены ракіроўкі, каралеўскі фланг не развіты – стратэгічна чорныя прайгралі бой. Зараз перад Мазелем альтэрнатыва – весці атаку на караля па адкрытых лініях ці шукаць тактычны шлях для атрымання матэрыяльнай перавагі. У абодвух выпадках трэба абапірацца на рух цэнтральнай пешкі. 19. Фa3 Ke7 20. е4 f5 21. е5 Лhe8 22. Лfe1 Kd5 23. Cg5 Лс8. Усе падрыхтоўчыя работы выкананы. Зараз белыя могуць пасунуць пешку яшчэ на адзін крок: 24. e6+ Ле6 25. Ле6 Кре6 26. Cd5+ Kpd5 (калі чорныя бяруць пешкай, то, відавочна, атрымліваюць мат) 27. Фе7! Але ў чорных захоўваюцца пэўныя абарончыя рэсурсы. Таму Мазель выбраў іншы шлях – абходны манеўр белапольнага слана. 24. Фd6 Ke7 25. Cf1 Лcd8 26. Cc4+ Kpf8 27. Фе6 Kd5 28. Cd8 Фd8 29. Фd6+ Фd6 30. ed Kb6 31. Ле8+ Kpe8 32. Ле1+ Крd8. З лішняй якасцю і моцнай пешкай е6 белым трэба выканаць элементарныя каардынацыйныя манеўры, каб ліквідаваць апошнія спробы супраціву. Гэтую задачу Мазель вырашае акурат к свайму кантрольнаму 41-му ходу. 33. Cg8 h6 34. b3 Cf8 35. Лe6 g5 36. Лf6 Kd7 37. Лg6 f4 38. gf gf 39. Cf7 b5 40. Лg8 c5 41. Ce6. 1:0.

 

Як ні банальна гэта гучыць, думаю, на партыях Ісака Мазеля і ў XXI ст. ёсць чаго навучыцца. Ну, а наколькі шчаслівым было кароткае жыццё шахматыста з гаваркім прозвішчам (“mazl”, “mazel” з мовы ідыш – шчасце), няхай кожны вырашыць для сябе сам.

 

Вольф Рубінчык, г. Мінск

Коротко об авторе: Вольф Рубинчик родился в 1977 году. Окончил Европейский гуманитарный университет. Публиковался в Беларуси, России, США, Польше и Израиле. Является создателем первой белорусскоязычной еврейской газеты “Анахну кан“, – в переводе на беларуски – “МЫ ЯШЧЭ ТУТ!” и первого шахматного журнала на белорусском языке. С 2004 по 2007 годы вел рубрику “Каисса” в газете “Наша ніва”. Кандидат в мастера спорта по шахматам с 1993 г.

 


 

[1] Праўда, газета “Авив” у № 1-2/2007, даўшы фота шахматыста, зрабіла “адкрыццё”: “Ізраіль [sic] Якаўлевіч Мазель. Загінуў на фронце”.

[2] Гл.: “Звязда”, № 71, 24.03.1928 і № 120, 26.05.1928. А. Ройзман (“Шахматы”, № 2, 2005) памылкова паведаміў, што турнір выйграў Майзель. Ігракі з такім прозвішчам у тым годзе выступалі ў чэмпіянаце Менску (гл.: “Звязда”, 25.12.1928), але з Ісакам Мазелем іх блытаць не трэба.

[3] Намечаныя на 5 мая 1930 г., а потым на 6 чэрвеня 1930 г. “усебеларускія шахматна-шашачныя спаборніцтвы” (“Звязда”, 10.05.1930) у тым годзе так і не адбыліся. Пра задушлівасць атмасферы ў рэспубліцы сведчыць пастанова СНК БССР, выданая ў снежні 1932 г., – за колькі месяцаў да пярэбараў Мазеля. Згодна з ёй, у сельсаветах і цэлых раёнах, занесеных на “чорную дошку” (Талачынскі, Дубровенскі і інш.), чыніліся карныя захады: “неадкладна спыняецца падвоз прамтавараў, кааператыўны і дзяржаўны гандаль на месцы. Вывозяцца ўсе прамтавары ў кааперацыі і на складах…” (“Рабочий”, 29.12.1932). У РСФСР да такой калектыўнай кары, здаецца, не дадумаліся.

[4] Паводле кнігі “Шахматы сражаются”, с. 58. У А. Ройзмана іншыя звесткі: “9,5 з 14” (“Шахматы”, № 2, 2008, с. 38).

 

Вольф Рубинчик

ПОЧЕМУ ПОГИБЛИ «ШАХМАТЫ»

Мы выбираем настолько не тех,

что уже не о чем беспокоиться

Мих. Жванецкий

В июне 2003 г. журнал «Шахматы» был зарегистрирован министерством информации Беларуси. В том же году «Белсоюзпечать» взялась его распространять, «Белпочта» включила в подписной каталог. С того времени «Шахматы» выходили ежеквартально, как и предусматривалось свидетельством о регистрации. Но осенью 2008 г. журнал был выброшен из каталога «Белпочты», а из киосков «Белсоюзпечати» исчез еще раньше. Первый номер за 2009 г. так и не увидел свет. «Нет денег», – жаловался мне и другим весной 2009 г. Владимир Гинзбург, зампредседателя Белорусской федерации шахмат (БФШ). Напомню, что эта организация в 2007 г. стала соучредителем журнала вместе с государственным издательством «Адукацыя і выхаванне» («АіВ», при министерстве образования). Дежурная «отмазка» насчет денег требует дополнительных объяснений.

 

Первый номер «Шахмат» вышел в июле 2003 г. на 48 страницах. В сентябре 2003 г. автор этих строк был уволен с должности «главного редактора» (беру в кавычки, потому что фактически не имел должных полномочий и постоянного рабочего места; даже безобидное интервью газете «Народная воля» 23.08.2003, по версии начальства, нельзя было давать без согласия). Альтернативной кандидатуры на ту должность администрация «АiВ» не имела, контактов в шахматных кругах – тоже, а № 2 выпустить хотелось, чтобы не попрекнули министерские чиновники. Издательство обратилось в БФШ, но тогдашний зампредседателя, гроссмейстер Виктор Купрейчик, как он сам мне рассказал, отклонил «заманчивое» предложение о редакторстве. В октябре 2003 г. «АiВ» всё же наняло человека с опытом работы в федерации и спортивных изданиях – амбициозного международного мастера Дмитрия Новицкого. Он и редактировал журнал в следующие 5 лет, а параллельно занимался сначала сайтом БФШ chess.by (до Леонида Школьникова и Игоря Клевко), потом – шахматной рубрикой в газете «Спортивная панорама» (до Александра Корнеевца). Привел в редакцию опытного тренера Григория Хаютина, юную спортивную журналистку Ольгу Герасимович.

 

Вероятно, назначение г-на Новицкого было не худшим из вариантов, но… Уже в начале 2004 г. из редакционной коллегии «волевым решением» были выведены профессионалы – тренеры, практики и шахматные композиторы: Степан Давыдюк, Сергей Корчицкий, Дмитрий Лыбин, Геннадий Рабчонок, Владимир Сычов. Главной причиной было сотрудничество большинства этих людей с независимым журналом «Шахматы-плюс» (2003-2004). Естественно, никто из них в 2004-2008 гг. уже не стремился печататься в «Шахматах». Д. Э. Новицкий мог бы их защитить, но не захотел. Из первого состава редколлегии, сформированного весной 2003 г., остался один Абрам Ройзман. Несколько лет помощниками Новицкого в журнале были только Ройзман и Хаютин, минский тренер Геннадий Либов да еще «ответственный секретарь В. Л. Аксенов» («политрук» от дирекции «АiВ»). Вскоре выяснилось, что таким составом делать полноценное издание было невозможно. Достойные тексты в «Шахматы» писали Андрей Ковалёв, Алена Климец, Алексей Виноградов и еще пара шахматистов – но как же их было мало! Из-за недостатка авторов и желание нарастить гонорар г-н Новицкий шел на непопулярные шаги: например, часто печатал в одном номере несколько (3-5 из 10-12) статей за своей подписью. Обычно это были обзоры международных турниров, построенные на материалах российских интернет-сайтов. «Построенные» – мягко сказано, иногда они балансировали на границе плагиата.

 

Средний тираж «Шахмат» достигал 600 экземпляров в 2003 г. и упал до 400 в 2004 г. Позже были номера, которые выходили тиражом 300 экземпляров – да и тот не весь доходил до читателей. «Отдел маркетинга» в «АiВ» действовал, если это слово тут вообще уместно, как нормальный отдел нормального государственного учреждения. Даже скромный рекламный плакатик «Шахмат» в Республиканском центре олимпийской подготовки по шахматам и шашкам в Минске в 2004 г. провисел пару месяцев. В конце 2005 г. прекращает обновляться страничка на aiv.by, где в 2003-2005 гг. размещались сведения о «Шахматах». Члены редколлегии также не спешили пропагандировать журнал – хоть бы через другие СМИ, с которыми сотрудничали. Неудивительно, что в газете «Літаратура і мастацтва» 11.08.2006 директор «АіВ» Супранович сетовал на неокупаемость издания. Правда, заметил: «Количество читателей растёт… на журнал «Шахматы» в России подписалось около 130 читателей». Куда те читатели исчезли к 2009 г. (см. PPS) – я не знаю.

 

Некоторым казалось, что после приобретения федерацией прав соучредителя в конце 2007 г. ситуация изменится в лучшую сторону. Тогда руководитель БФШ Иванов обещал читателям приятные сюрпризы (см. PS). Тираж № 2 за 2008 г. достиг аж 525 экз. – благодаря тому, что БФШ выкупила большую его часть. Но осенью 2008 г. предприниматель Иванов, несмотря на предвыборный имидж друга шахматистов и простых людей, «пролетел» мимо палаты представителей национального собрания Беларуси – и вскоре подал в отставку с должности председателя БФШ. Ясно, что в первом квартале 2009 г. федерация была больше занята поиском нового платежеспособного председателя, чем сохранением журнала. Ясно и то, что второму соучредителю – «АiВ» – надоело вкладывать собственные средства в неприбыльный проект.

 

Таким образом, в «блестящую пятилетку» 2003-2008 гг. – период экономического роста в Беларуси и России, когда в Минске, среди прочего, организовывался пышный международный шахматный турнир («Инавтомаркет-опен», 2005-2008 гг.) – семи нянькам не удалось поставить на ноги одно дитя. В результате страна с почти 10-миллионным населением, сотнями рейтинговых игроков и тысячами любителей шахмат вновь, как в начале 1990-х, осталась без официально зарегистрированного шахматного издания.

 

В 1990 г., когда закрывались «Шахматы, шашки в БССР», в последнем выпуске редакция возложила ответственность за крах своего детища на «партийно-административный аппарат» – тогда такие декларации были модными. В 2009 г. «вожди» белорусских шахматистов – что характерно, некоторые остались на плаву с тех самых 1990-х – ссылались на «мировой шахматный кризис». Кстати, в не самой зажиточной Венгрии, где обитателей примерно столько, сколько у нас, выходили 2 шахматных журнала на венгерском: «Magyar Sakkvilag», «Sakkfutar». В Армении, где в 3 раза меньше жителей, чем у нас, было и есть шахматное периодическое издание («Shakhmatayin Hayastan» – в переводе с языка Ароняна «Шахматная Армения», выходит еженедельно!) Российский «64-ШО» удержал тираж (25000 экз.), периодичность выхода и формат. Хорошо сказал редактор «64-ШО» Марк Глуховский: «Шахматы просто не доросли до того состояния, чтобы на них мог серьёзно повлиять кризис. Если и придётся падать, то невысоко и не больно».

 

А что же Беларусь? Какие только журналы для «узких кругов» у нас не издаются: «Строительная наука и техника», «Литье и металлургия», «Кумпячок» (о мясо-птице-рыбопереработке), «Страхование…» Все – тиражом, меньшим 1000, все – довольно прочно стоят на ногах. Даже в середине 2009 г., когда первый вариант этой статьи, опубликованный на bychess.com, получил некоторый резонанс, члены исполкома БФШ могли возобновить выход «Шахмат». Как вспоминал Владимир Липский в газете «Літаратура і мастацтва» 10.04.2009, детский журнал «Вясёлка», редактором которого он был, в 1991 г. не выходил 5 месяцев: «Всё сразу рухнуло в какую-то пропасть… Пять номеров мы задолжали своим читателям. Мы обратились с просьбой к своим друзьям: давайте спасать «Вясёлку»!» И спасли: существует до сих пор.

 

Так почему же погибли «Шахматы»? Главным образом потому, что некоторые ответственные лица (nomina odiosa) оказались вполне безответственными, а «лидеры» – псевдолидерами. Хочется верить, что впредь их избавят от груза каких бы то ни было выборных должностей. Даже на уровне сельсовета.

 

PS: Обращение Константина Викторовича Иванова с сохранением стилистики оригинала (журнал «Шахматы», № 3, 2007, с. 3):

 

Дорогие любители шахмат!

Общественное объединение «Белорусская федерация шахмат» с августа 2007 года стала соучредителем журнала «Шахматы». А это значит, что на наших страницах обязательно появятся эксклюзивные комментарии ведущих шахматных тренеров Беларуси, интервью как с «акулами» шахматного мира, так и с начинающими белорусскими «звездочками» и их родителями. Наши читатели оперативно будут получать достоверную информацию о всех решениях исполкома федерации, его комиссий и членов. А самое главное, все действующие члены Белорусской федерации шахмат, вовремя уплатившие членские взносы, получат бесплатную подписку на наш журнал. Любите шахматы, читайте «Шахматы», играйте в шахматы!

 

Председатель ОО «Белорусская федерация шахмат»

К. В. Иванов

 

PPS: Владимир Гинзбург (заместитель председателя Белорусской федерации шахмат) высказался на «прямой линии» bychess.com 29 мая 2009 г.:

 

«К сожалению, журнал не был таким уж популярным, как, например, «64». Скажу еще маленькую ремарку. Мне звонили с почты по поводу закрытия журнала, спрашивали, что делать с подписчиками. Я их спрашиваю, а сколько подписчиков? Оказалось, всего один!»

 

 

 

СЛОНА-ТО ОН И НЕ ПРИМЕТИЛ…

В октябре 2009 г. в могилевской типографии им. Спиридона Соболя вышла брошюра заслуженного деятеля науки, профессора Руслана Игнатищева «Шахматы, как общественное явление» (40 с., 300 экз.). В электронном виде её текст сразу же появился на новорождённом интернет-портале Белорусской федерации шахмат openchess.by.

 

Автор, любитель шахмат 1939 г. р., «заранее просит извинить за огрехи и благодарит за все замечания, но и просит не судить строго». И мне не хотелось бы порицать заслуженного могилевчанина за все банальности и благоглупости, вычитанные в книжке. Любопытен его «подсчёт» вслед за Евгением Мочаловым: «Белорусская федерация шахмат на 99 процентов состоит из энтузиастов» (с. 16). Надо полагать, мы с бывшим депутатом парламента РБ вкладываем в понятие «энтузиасты» разное содержание. Лично я не готов считать таковыми гостренера, директора Республиканского центра олимпийской подготовки и иных замечательных членов исполкома БФШ, долгие годы окучивающих «шахматную ниву». Но что поделаешь, в Беларуси совмещение государственных и общественных должностей было и остаётся привычным явлением – оно позволяет ссылаться на сверхзанятость и нигде не «выкладываться».

 

Кирсан Илюмжинов фигурирует в книжке как «международный гроссмейстер» (с. 26). Можно посмеяться и над этим, и над утопическим пожеланием Р. Игнатищева: «Каждый второй трудящийся – шахматист-любитель» (чего и в Советском Союзе не было). Однако мне противно было читать «научный» тезис, касающийся нашего времени и места: «был информационно-методический сборник «Шахматы и шашки в БССР»; ликвидирован; а чего-то подобного другого жители Беларуси не получили» (с. 16). В 2003-2008 гг. в Минске ежеквартально выходил журнал «Шахматы», на который жители Беларуси могли свободно подписаться через «Белпочту» (на советское издание подписки не было). Несколько лет «Шахматы» продавались и через киоски «Белсоюзпечати». Весной 2003 г. автор этих строк потратил немало времени, нервов и денег, чтобы убедить «сильных мира сего» в необходимости издания. Непросто было и организовать редколлегию: припоминаю, как уважаемые минские гроссмейстеры и солидные тренеры избегали ответственности, «помогали» лишь на словах…

 

Некомпетентность доктора технических наук меня бы не задела, если бы речь шла об умалении лишь моих усилий. Но создавать журнал помогали известные в шахматном мире и уважаемые мною (некоторые – с оговорками, т.к. позже вели себя двусмысленно) люди: тренеры Степан Давыдюк, Юрий Муйвид, Геннадий Рабчонок, шахматный композитор Владимир Сычов, мастер заочной игры Дмитрий Лыбин, вице-президент «Белорусской ассоциации сёги» Сергей Корчицкий, экс-чемпион БССР Абрам Ройзман. Очень жаль, что тов. Игнатищев не заметил и не оценил их труда в своём «научном издании», адресованном «широким слоям населения». А БФШ, некритически подхватив дилетантские заметки, высекла сама себя (в 2007-2009 гг. она являлась соучредителем журнала «Шахматы»). В конце 2009 г. высек её за это и журнал «Аrche».

 


Вольф Рубинчик, г. Минск

Да здравствуют вольные шахматы!

 

Кризис современной шахматной игры и пути выхода из него

 

В отдельно взятой стране сложно переломить универсальные тенденции. Это относится не только к шахматам, но меня интересует то, чему пожертвовал юношеские годы. Знаменитый экс-вице-чемпион мира Давид Бронштейн ещё в 1990-е сформулировал проблему так: «Шахматы в какой-то момент перестали поспевать за жизнью». В 2003 г. другой мэтр Сергей Долматов заявил, что «шахматы сейчас на стадии старости, если уже не на пороге смерти… думаю, на профессиональном уровне шахматы вскоре умрут». Дмитрий Лыбин (бывший белорусский «офицер ФИДЕ»), комментируя незавидное состояние дел в БФШ, говорил мне в 2005 г., что у чиновников ФИДЕ отношение к шахматистам ещё хуже…

Начиная с 1970-х, мир шахмат потрясали бесчисленные скандалы. Я уверен, что они не случайны: в них выявляется системный кризис шахматного спорта как сферы человеческой деятельности. Этот кризис был ускорен развитием программирования (правда, заявление Д. Бронштейна о том, что компьютеры «стерли с лица земли такую старинную игру, как шахматы», – гипербола). И если при теперешнем раскладе конкуренты, которым мешает авторитарный лидер Илюмжинов, всё-таки добьются его отставки, немногое изменится по сути.

Мысли об «умирании шахмат» распространились и среди «простого люда» в Беларуси. Мои давние знакомые с квалификацией кандидатов в мастера переключились кто на покер, кто на бридж, кто на преферанс… На форуме сайта bychess.info в 2007 г. не без оснований доказывалось, что любительские шахматы стали в Беларуси занятием маргиналов. Можно спорить с тем или иным участником дискуссии, но сам её факт свидетельствует о многом.

Однако наиболее красноречиво говорят цифры. Во второй половине 1980-х в БССР насчитывалось более 120000 шахматистов. В начале 2000-х гг. в Белорусскую федерацию шахмат и Шахматную ассоциацию инвалидов и ветеранов «Шанс», вместе взятые, входили примерно 1000 жителей Беларуси, в 2009 г. – 500. Эти показатели не дают полной картины: всё ещё хватает тех, кто не регистрируется в шахматных организациях, но готов в свободное время сыграть пару партий, выступить за родное предприятие или даже выбраться под Минск на двухдневный турнир по быстрым шахматам. Есть и юные посетители кружков, которые держатся на расстоянии от федераций. Так или иначе, рискну допустить, что в Беларуси (да и в Украине, в России…) интерес к обычным шахматам за последние 20 лет упал минимум в 10 раз. Когда в 1991 г. Александр Рошаль из журнала «64-ШО» сообщил американцу Сэмюэлю Решевскому, что популярность шахмат в России – один из мифов, который начинает развеиваться, он, наверное, ещё не знал, в какую пропасть придётся лететь…

Нельзя сказать, что шахматные чиновники и педагоги, квалифицированные игроки и судьи в Беларуси игнорируют вызов. Однако многие из них боятся заглянуть правде в глаза и повторяют, лишь бы утешить себя и спонсоров: «шахматы – игра миллионов», «самая интеллектуальная игра», «неисчерпаемая» и т.д. Отвечать на вызовы глобального масштаба наши деятели пытаются «дедовскими» методами: найти еще один маленький источник финансирования, отстоять комнатку для клуба, добиться, чтобы шахматные тренеры готовились не лишь бы где, а в столичном ВУЗе… Всё это напоминает мне витамины (или обезболивающие средства) для больного с перебитым позвоночником. В Беларуси созданы неплохие сайты, где «тусуются» десятки любителей, но одних виртуальных контактов мало, а «вживую» шахматисты встречаются значительно реже, чем 15-20 лет назад… Между тем, по мнению Д. Бронштейна, которое полностью разделяю, «самая важная составляющая шахмат – радость творческого общения». При всём уважении к организаторам, ни чемпионаты Союза писателей, ни мемориалы Сергея Кота в Ивацевичах, ни «народные турниры» по быстрым шахматам положения не исправят.

Как же вернуть общественный интерес к шахматной игре – хотя бы в границах Республики Беларусь? Тут уместно процитировать заметку из газеты «Минский листок» за 1896 г.:

«В нашем городе Минске очень много любителей шахматной игры. Они проводят целые дни за шахматною доскою… для многих из наших положительно весь «интерес жизни» заключается в шахматах. Они интересуются шахматным турниром, проходящим в настоящее время на берегу Невы, не менее, чем сами петербуржцы».

В конце XIX – начале XX вв. в Беларуси наблюдался неподдельный интерес к шахматным событиям. Играли в кружках, кафе и садах. Случайные приезды в Минск маэстро Сальве и Ротлеви внесли, как писал мемуарист, «много оживления». Вот на эту «живость» (а не на мифическую «массовость» – в условиях постсоветской фрагментации социума уже, пожалуй, недостижимую) и стоило бы ориентироваться.

Возможны паллиативы, связанные с театрализацией обычных шахмат (что в 1970-80-е гг. предлагал и Д. Бронштейн). Ничего не имею против звуковых «шахмат Гарри Поттера». Но на мой взгляд, единственным путем к выходу из кризиса является изменение правил игры. Рутина и предсказуемость бьют по современным шахматам больше, чем одиозные шаги функционеров ФИДЕ: значит, нужно придать игре непредсказуемости. Существенное усложнение правил вряд ли перспективно, поскольку на фоне шквала информации, который ежедневно обрушивается на потенциальных адептов усовершенствованных шахмат, кардинальные нововведения воспринимались бы как «информационный шум». Поэтому сразу же отбрасываю громоздкие «капабланковские» шахматы с доской 12Х16, «военные шахматы» с доской 10Х10, куда ставятся «самолёты» и «танки», трехмерные эксперименты Станислава Ксёндза (см. о его книге «Альбино плюс», № 11, 2007). Попробуем «менять, ничего не меняя», ведь «прогресс – это развитие порядка» (Огюст Конт). Но будем учитывать и то, что «при слабых косметических решениях шахматы обречены» (Сергей Долматов). Впрочем, некоторые коллеги Долматова того и добиваются. Вон Евгений Свешников в 2007 г. заявил на сайте e3e5.com: «Дайте мне 5 лет, хороших помощников и новейшие компьютеры – я приведу все дебюты к техническим эндшпилям и «закрою» шахматы».

 

Гексагональные, или «польские» шахматы

(Hexagonal Chess)

 

В конце 1980-х – начале 1990-х эти шахматы (в версии Глинского) переживали пик популярности в Минске. Знакомые фигуры на незнакомой, 91-клеточной доске смотрелись и притягательно, и экзотически. Сам я сыграл только пару партий, но блеск в глазах партнёрах запомнился… Возможно, гексашахматы появились в стране слишком рано – и завяли под напором перестройки с её пертурбациями, не успев завоевав достаточно сторонников. Позднее же и замечательные достижения молодого минчанина Сергея Корчицкого, который стал чемпионом Европы в 1998 г., не привели к превращению гексашахмат в «белорусскую национальную игру» (мечта некоторых журналистов; см. краткую историю гексашахмат в Беларуси в журнале «Шахматы-плюс», Минск, № 2, июнь 2004, с. 59-61). Сейчас их возрождение в той или иной версии представляется проблематичным: прежняя когорта игроков разъехалась, «ушла в подполье» или переключилась на сёги, а подхватить эстафету некому (во всяком случае, я таких людей не вижу). Небольшой «ностальгический» турнир, организованный Валерием Буяком в Минске в 2010 г., и патентование собственного варианта гексашахмат брестчанином Виктором Сидорчуком ничего не меняют. К тому же технические сложности с изготовлением (и даже рисованием) шестиугольной доски всегда были барьером для проникновения гексашахмат на «рынок» интеллектуальных игр. Полагаю, даже при наилучших обстоятельствах, при поддержке государства и энтузиазме тренеров гексашахматы были бы обречены на то, чтобы остаться чересчур элитной игрой. Увеличение доски до 91 поля (или до 80, как у Сидорчука) вызывает, кроме всего прочего, удлинение партии, что не согласуется с тенденциями нашего века.

 

«Шведки», «Багхаус»

(Bughouse, Exchange Chess, Tandem Chess, etc)

 

Игра для четверых с обычными фигурами и досками, с подстановкой сбитых фигур и пешек на доску напарника – интригующая и динамичная, чем-то близкая к парной игре в карты. В своё время она вызвала среди учеников шахматных кружков г. Минска энтузиазм, а у большинства тренеров – скепсис. Впрочем, это не аргумент против «шведок»: известно, что и «блиц» долгое время не пользовался доверием у шахматных педагогов. В Западной Европе и США «шведки» довольно популярны: неравнодушны к этой игре гроссмейстеры Аронян, Карякин… Тем не менее, «шведки» не могут полностью заменить «королевскую игру» – дело в том, что психология и быстрота реакции выходят в них на первый план, вытесняя и научный, и художественный аспект, спрятанные в шахматах. Иной сложностью является необходимость иметь часы, два комплекта шахмат и постоянных партнёров для полноценной игры – ясно, что герой «Шахматной новеллы» Стефана Цвейга в заключении не смог бы играть сам с собой за четверых…

«Шведки» могли бы стать хорошим приложением к «спортивным» шахматам (чем-то вроде игры в теннис в парном разряде), обеспечивая яркое зрелище с большой долей изменчивости и риска. Но, полагаю, это не та игра, в которую в Беларуси хотели бы играть повсеместно – не «море, в котором мог бы искупаться и слон, и комар». Отпечаток верхоглядства и несерьёзности стал бы препятствием для целенаправленного распространения «шведок»: в конце концов, для некоторой части «народа» они слишком интеллектуальные, как и шахматы, а для желающих подумать, узреть в игре модель жизни – слишком богатые эмоциями (партнёрам по команде разрешено даже переговариваться) и бедные аналитичностью. Не случайно и Сьюзан Полгар высказалась: «Если ваши дети хотят играть в багхаус для своего удовольствия – чудесно. Но помните, что это не шахматы и эта игра не имеет ценности для шахмат. По правде, я совсем не рекомендую «шведки» во время турниров [по обычным шахматам]». С другой стороны, Левон Аронян считает, что «шведки хороши для тех игроков, кто уже достаточно хорошо освоил шахматы». То есть, они могут приниматься только как приложение к обычным шахматам, а не как их замена.

 

«Фишерэндом», или «Шахматы 960»

(Fischer Random Chess, Chess960)

 

Вероятно, самое важное изобретение в сфере современных интеллектуальных игр, официально представленное публике в Аргентине в 1996 г. Попытки менять местами, например, коня и слона, делались и раньше, но именно Роберт Фишер со своим авторитетом ввел в широкий оборот новую версию «обычных шахмат». Напомню, что она заключается в произвольной расстановке фигур на 1-й и 8-й горизонталях, причем король должен оставаться между ладьями, а белые и черные фигуры размещаются симметрично. Вариантов такой расстановки – 960 (в т.ч. «классическая»), отсюда и название «Chess960».

Помимо того, что с первого хода оба игрока должны вырабатывать оригинальные стратегические планы, не опираясь на теоретические разработки, в игре много положительных моментов. Главный из них, по-моему – то, что на сегодня, 2 октября 2009 г., «фишеровские шахматы» уже довольно широко распространены в мире. Топ-гроссмейстеры (Левон Аронян, Петер Леко, Майкл Адамс, Александра Костенюк) испытывают их в официальных соревнованиях (ни «гекса», ни «шведки» таким влиянием не пользуются). Любители тоже отдают должное «шахматам 960» – и на традиционном июльском фестивале в Пардубице, и в Интернете. Знают об игре и в Беларуси – знают, но играют мало. Только ли из-за консерватизма местных игроков и тренеров?

Считаю, что в «фишеровских шахматах» есть некоторые внутренние («конструктивные») недостатки. Был бы жив Фишер, я адресовал бы свои замечания непосредственно ему:

– сомнительной выглядит жеребьёвка начальной позиции. Если нет соответственным образом настроенного компьютера, то расстановка фигур затягивается. Ханс Бодлендер предлагает бросать кубик, однако это «усложняет жизнь» любителей. Поскольку свобода выбора начала, присутствующая в обычных шахматах, отбирается у партнёров, они попадают в некоторую зависимость от порядочности ответственного за жеребьёвку;

– не стоило сохранять среди 960 начальных позиций ту, что присуща обычным шахматам – если выпадет именно она, то партия утратит для игроков привкус первооткрывательства. Тем более что, например, в турнирах по шахматам-960 в Пардубице участникам навязывается одна расстановка в каждом из туров;

– нелогичным выглядит правило о рокировке (при любой расстановке в итоге рокировки король и ладья всё же ставятся на привычные места – с1, d1 или g1, f1), неудивительно, что часть «фишеровцев» его оспаривает;

– уже то, что игра ассоциируется с именем Фишера (и его скандальной репутацией), сдерживает её распространение – не я первый это заметил… К тому же зря сообщество игроков в «960» согласилась оставить обычным шахматам почётное название «Orthodox chess» або «Classical chess». «Фишеровцам» следовало бы с самого начала настаивать на том, что наследниками классических шахмат с блеском творческих идей за доской (период Филидора, Андерсена, Морфи…) являются именно они. Соответственно, хорошим пиар-ходом нового сообщества было бы отказаться от нынешних названий, стилистически нейтральных («шахматы-960») или даже с негативным оттенком («случайные шахматы»), и претендовать на титул «классиков». Боюсь, что теперь его трудно будет перехватить. В общественном мнении уже закрепился стереотип: есть «правильные» (regular, standard) шахматы, и есть чудачество правонарушителем Фишера. Да и не верю, что игра с названием «случайные шахматы» притянет «миллионы»…

 

То, что «доктор прописал» – «вольные шахматы», «настоящие шахматы», «шахматы-5039»

(Free Chess, True Chess, Chess5039)

Ещё полстолетия назад в книге «С шахматами через века и страны» умный поляк Ежи Гижицкий среди иных курьёзов выделял и шахматы с переменной расстановкой фигур: «Пешки стоят нормально, а с фигурами происходит целая процедура. Белые ставят на любое место одну из своих фигур, чёрные ставят напротив такую же фигуру, и теперь они избирают место для второй фигуры. Белые делают такое же движение и избирают место для третьей фигуры. Существует свыше десяти тысяч вариантов разных первоначальных расстановок, и таким образом теория дебютов становилась бесполезной».

Отличие моего предложения от «фишеровских шахмат» и от описания Е. Гижицкого заключается в том, что:

 

а) расстановку фигур выбирают белые, а чёрные размещают своё войско симметрично;

б) чтобы подчеркнуть оригинальность этой версии игры, белым запрещено выбирать расстановку, характерную для обычных шахмат;

в) белые имеют права поставить своих слонов на клетки одного цвета (в таком случае чёрные, естественно, делают то же самое);

г) рокировка отменяется, все остальные привычные правила шахмат сохраняются.

 

В официально игранных партиях должно действовать дополнительное правило, согласно которому чёрные получают на обдумывание ходов дополнительные 20% времени. Например, при игре в блиц белые будут иметь 5 минут, а чёрные – 6, в «быстрые шахматы» – 25 и 30, при «нормальном контроле» – 100 и 120 минут на партию. «Фора» призвана компенсировать «эффект неожиданности» от расстановки белых. Очень желательно, чтобы участники могли сыграть между собой и белыми, и чёрными. Поэтому «нормальный контроль» лучше оставить для неторопливых матчевых встреч, а рядовые турниры проводить с укороченным (например, давать белым 50 минут на партию, чёрным – 60; потом соперники меняются цветам). Больше времени чёрным следует отводить и при игре по переписке: пусть почтенные переписочники сами решат, насколько больше.

К чему могло бы привести использование этих правил? Игроки чёрными не смогут подготовиться к дебютным вариантам с помощью компьютера. Более того, на первом этапе развития новых шахмат даже сам игрок, играющий белыми, не будет знать, какое начало выбрать. По моей просьбе могилёвский математик и шахматный композитор Михаил Булавацкий любезно подсчитал количество возможных расстановок – всего их аж 5040, а исключение «классической» даёт 5039. Постепенно, конечно, выяснится, что некоторые расстановки обещают больше, чем другие, но я уверен, что ни одна из тысяч позиций не является априори победной или ничейной для того, кто начинает партию. Выбор у белых будет всегда (им открывается широкое поле деятельности – «подсмотреть» начальную расстановку у конкурентов или продвигать собственную…), а у чёрных сохранится надежда отбиться или опровергнуть дебютные замыслы соперника за доской благодаря преимуществу во времени.

В перспективе – когда Ароняны и Карякины присоединятся к нам, «вольнодумцам» – я предвижу принципиальный творческий спор между сторонниками расстановок, похожих на обычную, и расстановок, «дисгармоничных» с точки зрения современных гроссмейстеров. Стоит добавить, что импровизация с первых ходов, характерная для «фишеровских шахмат», дополняется в вольных шахматах стимулом поэкспериментировать в вариантах с однопольными слонами. Этот стимул, между прочим, мог бы перетянуть в вольные шахматы любителей дебютов вроде 1. g4 или 1. е4 а6 – а таких любителей немало и в Беларуси.

Почему я говорю «перетянуть», а не «притянуть»? Потому что для завоевания общественной поддержки игроки в вольные шахматы должны вести себя уверенно, даже напористо. Во всяком случае, не надо бояться обвинений в «расколе шахматного движения» – обвинений, которые в 1980-е гг. слышались в Беларуси в адрес гексашахматистов. Во-первых, «движение» уже давно расколото, во-вторых, его и движением-то назвать трудно… Не знаю, хватит ли будущим фанатам описанной мною версии нахальства/сил, чтобы публично утвердить себя в качестве игроков в «классические шахматы», но и называть привычный вариант шахмат «классическим» было бы ошибкой. На месте фанатов я бы трактовал игру конкурентов как «тривиальные» или «рутинные» шахматы (Trivial Chess) – подобно тому, как упомянутый выше любитель трёхмерных построений С. Ксёндз посмеивался в своей книжке с «плоскатиков» Карпова и Каспарова.

Ясное дело, сначала отношение к новым правилам будет настороженное, как к любому новому продукту на рынке. Но при желании настороженность можно было бы развеять, доказав «массам» (и чиновникам, ответственным за спорт), что для новой версии не требуется ни дополнительных фигур, ни необычной доски, ни даже времени на жеребьёвку… Те, кто захочет научиться вольным шахматам, смогут использовать существующие учебники по эндшпилю. Конечно, дебютные справочники с вариантами до …–цатого хода придётся «сдать в архив», как и часть книг о миттельшпиле. Однако я питаю надежды, что тривиальные шахматы постепенно и безболезненно перетекут в вольные.

Есть в моей версии ещё и тот плюс, что сокращается время на формальную подготовку юного шахматиста – из учебных программ автоматически исчезают пункты «Правильная начальная позиция», «Рокировка» и «Основные дебюты». Это позволит привлечь в шахматные кружки дополнительных учащихся и, соответственно, ангажировать новых тренеров. Тренерской миссией станет поощрение фантазии детей и развитие их комбинационного зрения, а не повторение аксиом вроде «ферзь любит свой цвет», «сначала нужно развивать коней, а потом слонов» и т.д. И ещё: необходимость выбора с первой секунды более соответствует реалиям современной жизни – такие шахматы скорее научат самостоятельному мышлению, чем привычные.

С учётом того, что отсутствует рокировка (т.е. король не сможет сразу убежать из-под атаки), средняя партия в вольные шахматы будет немного короче, чем в обычные. И это, считаю, тоже плюс.

Одним-единственным минусом мне видится необходимость для игроков в официальных соревнованиях потратить дополнительную минуту. Заполняя бланк, партнёрам придётся указать выбранный белыми вариант расстановки фигур. Лишнюю строчку придётся набирать и тем, кто захочет познакомить с партией публику – например, шахматным журналистам. Но, по-моему, это настолько незначительная проблема, что её не стоило бы и упоминать – разве для того, чтобы предупредить критику со стороны недоброжелателей.

Шахматная композиция не пострадает от развития «шахмат-5039» –рокировку в ней можно оставить как знак отличия между практической игрой и составлением, этакий «дворянский герб» композиторов. Архаичными станут разве что некоторые виды задач на ретроанализ, жёстко привязанных к начальной расстановке. Однако эта потеря в перспективе «перекроется» более активным введением в произведения однопольных слонов (теперь такие слоны в задачах и этюдах смотрятся весьма искусственно).

 

Вместо послесловия

 

На склоне своей жизни, в декабре 2005 г., Давид Бронштейн сказал мне, что «главное в шахматах – это фантазия». И «благословил» на дальнейшую работу: «Вы ещё молодой, может, чего-то и добьётесь…». Уже не молодой, но пробую. Добиваюсь.

Зову всех, кому надоело топтаться в некогда богатом грибами, но обедневшем лесе, в другой лес, который мелькает на горизонте. Кто-то скажет: «до него далеко, а здесь пока попадаются сыроежки и лисички». Но настоящий грибник пойдёт по боровики даже за десять километров. К тому же до развилки «налево – фишеровские шахматы, направо – «шведки»» дорога хорошая, там пошагаем прямо. Обещаю: гадюк не будет (если с собой за пазухой не принесёте ;-). До леса дойдём, а там уж каждый сам осмотрится…

Может, кому-то больше по душе «технические» метафоры? Пожалуйста: шахматы развиваются в обществе примерно так, как ракета летит в космос. Давайте считать, что две тысячи лет назад хитроумные индийские мудрецы построили ракету с многочисленными ступенями. Первой была чатуранга – бродя по Востоку, она утратила энергию веков за семь. Появился шатрандж, который добрался до Европы и активно распространялся тоже веков семь (до XIV в.). Наконец, в XIV-XV вв. в силу вступили новые правила, близкие к современным, – повысилась дальнобойность слона и ферзя и т.д. Проходят и третьи семь веков: не время ли ракете отбросить очередную ступень и выйти на новый виток?

Желающих организовать очный или заочный турнир по вольным шахматам приглашаю присылать письма на e-mail: rubinczyk@yahoo.com.

 

PS. Впервые публично я презентовал новую версию игры в октябре 2009 г. (в спецвыпуске XIV «Альбино плюс» и на II Кубке решателей шахматных композиций в Минске), назвав её «независимыми шахматами». Но потом наткнулся на сайт hexenspiel.de, где «независимыми шахматами» называется нечто совсем иное… Не желая путаницы и полемики о приоритетах, в 2010 г. выбрал для «Шахмат-5039» альтернативное название, которое импонирует и уважаемому мной Михаилу Булавацкому.

 

Авторский перевод с белорусского языка

Источник: Рубінчык Вольф. Жывуць вольныя шахматы. Мінск, 2010. С. 56-62.

Три партии в вольные шахматы

В. Рубинчик – NN (Минск, 2010)

Кра1, Фb1, Лc1, Лd1, Ke1, Kf1, Cg1, Ch1.

 

1. g3 f5 2. f4 g6 3. Kd3 Kd6 4. c3 Ke4 5. Ce4 fe 6. Kс5 d5 7. Cd4 Cd4 8. cd Ke6 9. Ke6 Ce6 10. Ke3 Ch3 (Оптимистично! Черные готовят операции на королевском фланге, надеясь выдержать натиск на ферзевом) 11. Лc5 e6 12. Лdc1 h6 13. Фc2 Лd7 14. b4 g5 15. fg hg 16. b5 Лf7 17. b6 c6 18. Лa5 a6 19. Фa4 Фd6 20. Лс3 Kpb8 21. Лa3 Фd7 22. Кс2 Сg4 23. Лe3 Лh8 24. Kb4 Лh2 25. Ka6+ ba 26. Лa6 Фb7 27. Ла3 Крс8 28. Ла8+ Крd7 29. Лa7 1:0. Скученность черных тяжелых фигур в начальной расстановке во многом обусловила эффективность атаки белых.

 

«Fritz 2» – В. Рубинчик (Минск, 2010)

Лa1, Kb1, Cc1, Лd1, Фe1, Kpf1, Cg1, Kh1.

 

1. d4 b6 2. h3 Cb7 3. Ch2 c5 4. dc bc 5. Kg3 d6 6. e4 Kc6 7. Ce3 Kg6 8. Kc3 f6 9. Kpg1 Kh4 10. Фe2 Фg6 11. Лd2 Ke5 12. Kd5 Cgd5 13. ed Лab8 14. b4 cb 15. f4 Kd7 16. Ca7 Лbc8 17. a4 Лc3 18. Cf2 Kc5 19. Фb5 Ке4 20. f5 Фg5 21. Лe2 Kg3 22. Chg3 Лg3 23. Cg3 Фg3 24. Фb7 Kf3+ 25. Kpf1 Kh2+ 26. Kpg1 Kf3+ ½-½.

 

В. Рубинчик – М. Долгий (Щучин, 2010)

Kpg1, Фf1, Лa1, Лe1, Cc1, Ch1, Kb1, Kd1.

 

1. b4 e5 2. a3 a5 3. b5 d5 4. Cb2 («вольный» дебют Сокольского) 4…b6 5. g3 Cb7 6. а4 Кd7 7. Kc3 Фd6 8. d3 Kf6 9. Cg2 d4 10. Ke4 Ke4 11. Ce4 Ce4 12. de Ke6 13. Ca3 c5 14. Kb2 Kg5 15. Фg2 Лad8 16. h4 Ke6 17. Kc4 Фc7 18. Лf1 Лe7 19. f3 Лed7 20. Лf2 g6 21. Лaf1 Cg7 22. Cc1 f6 23. Фh3 Kf8 24. h5 Лe7 25. Лh2 Лf7 26. hg hg 27. Ch6 Ch6 28. Фh6 Лh7 29. Фc1 Лh2 30. Kph2 Лd7 31. Kpg2 Лh7 32. Лh1 g5 33. Лh7 Kh7 34. Фh1 Kpg7 35. Фh3 Kf8 36. Фf5 Kpf7 37. Kph3 Ke6 38. Kpg2 (нужно отойти назад, ибо после 38. Kpg4 Kg7 черные выигрывали) 38…Kf8 39. Kpf2 Ke6 40. e3 Kg7 (стоило сделать выжидательный ход 40…Фb8) 41. Фc8 (!) Фс8 42. Kd6+ Kpe6 43. Kc8 Ke8 44. Kb6 и белые реализовали лишнюю пешку (1:0)

 

Авторский перевод с белорусского

Источник: Рубінчык Вольф. Жывуць вольныя шахматы. Мінск, 2010. С. 73

 

Альберт КАПЕНГУТ,
международный мастер,
заслуженный тренер БССР

Памяти предшественника

Не так давно исполнилось 100 лет со дня рождения выдающегося теоретика и педагога Алексея Павловича Сокольского. Сайт ChessPro откликнулся на эту дату интересной статьей Адриана Михальчишина . Естественно, гроссмейстер более подробно остановился на 8-летнем львовском периоде деятельности заслуженного тренера СССР, лишь вскользь упомянув о его 17-летней жизни в Минске. В материал вкралось несколько неточностей, которые я на этих страничках моих воспоминаний о Сокольском постараюсь исправить.

В 1958 г . в 13-летнем возрасте я случайно узнал, что мой друг Эдик Зелькинд (в будущем – первый тренер Бори Гельфанда) учится в одном классе с Толиком Сокольским и даже у него дома взял автограф маститого автора на нашей настольной книге тех лет – минском переиздании его «Шахматного дебюта».

К слову, пару раз фотографическая память страниц этой книги играла со мной шутки. Как-то году в 1959 на собрании сборной республики на квартире у И.Болеславского участники помоложе столпились у столика, за которым сидели мэтры. Я, как самый молодой, видел доску лишь краешком глаза. Кто-то спросил мнение нашего лидера об одной идее в популярной тогда системе Раузера. Я тут же прокомментировал: «Этот ход впервые применил Гольденов». Один из опытнейших белорусских мастеров отсутствовал, ибо был дисквалифицирован – он осмелился на заседании Федерации назвать Г.Вересова типичным советским барином. Когда я произнес его имя, мне тут же заткнули рот, но я видел, что Исаак Ефремович сидит озабоченный. Спустя 5 минут он повернулся ко мне и кивнул: «Да». Но больше всего меня поразило, что Алексей Павлович не помнил, что он это написал! Став старше и написав несколько книг, я уже этому не удивляюсь.

Однажды в 1964 г. в команде ЦДСА зашла речь о гамбите Шара-Геннига, и я сказал С.Фурману, что для меня учебной со времен «Шахматного дебюта» была его партия с С.Флором. При феноменальной памяти выдающийся теоретик никак не мог вспомнить ее и поинтересовался, что все же там было сыграно. Увидев, он засмеялся, как мог смеяться только Фурман, и, сквозь слезы от смеха, сказал: «Чудак, это была ничья без игры». Здесь я уже промолчал и не рассказал об этом АП.

К 1958 г. мы уже несколько лет ходили в шахматный кружок Дворца пионеров к А.Шагаловичу, и приглашение Алексея Павловича посещать его занятия было встречено с энтузиазмом. Продолжая трижды в неделю околачиваться во Дворце, мы ухитрялись еще дважды бывать в бывшем костеле на площади Свободы, который был тогда передан ДСО «Спартак». Народа было немного, трудно представить, как всемирно известный теоретик мог ходить по школам, собирая детей. Из учеников можно вспомнить братьев Сазоновых, Руденкова, Муйвида, Карасика. Большую помощь в судействе (и не только) оказывала его жена Елена Павловна. Однажды АП, уезжая на турнир, поручил ей послать очередные ходы в чемпионате СССР по переписке, спросив у меня совета, и был ужасно возмущен одним из них. (За 12 лет нашего общения я не помню еще случая, чтобы он так выходил из себя!) Спустя 10 лет я “отреваншировался”, объяснив Эдику за 20 минут до начала очередного тура чемпионата Минска, как выиграть у АП в этом варианте по моей рекомендации, забракованной им. Кстати, только Сокольский дал возможность молодежи поиграть с корифеем в одном турнире. (Тогда в Белоруссии хватило бы пальцев одной руки, чтобы пересчитать мастеров, а норму КМС можно было выполнить лишь в финале чемпионата республики.)

В «Спартаке» мы узнали, что в промежутках между бесконечными турнирами бывают занятия и у А.Суэтина, чем не преминули воспользоваться, к тому же в какой-то момент один из сильнейших шахматистов мира И.Болеславский решил взять шефство над одним-двумя перспективными ребятами. Но однажды все вскрылось. Сильнейший в то время юноша – Володя Литвинов не смог принять участие в дружеском матче с сильнейшей командой Москвы, и на заседании Федерации шахмат БССР четыре маститых тренера одновременно предложили мою кандидатуру. Можно представить их негодование! Кстати, в дальнейшем я часто присутствовал на очередных собраниях, где в то время мог бывать любой (без права голоса). ;

Один случай оказался пророческим. В 1960 г . очередной чемпионат БССР решили перенести из Минска в Витебск, на родину погибшего во время войны мастера В.Силича , и назвать в его честь. Однако в ЦК КПБ запретили это, ибо официально он пропал без вести. Шагалович начал брюзжать: «Почему обязательно Мемориал Силича, можно провести Мемориал Сокольского», на что АП, кисло улыбнувшись, отпарировал: «Простите, Або Израилевич, я еще не умер». К сожалению, мне приходилось видеть чаще, чем хотелось, как АП не отвечал на выпады в свой адрес.

Через 10 лет, воспользовавшись приездом в Минск руководителя профсоюзных шахмат Я.Г.Рохлина, Болеславский, Шагалович и я на приеме у секретаря Белсовпрофа С.Аржавкина добились проведения в годовщину смерти АП этого важнейшего турнира, ставшего традиционным.

В президиуме Федерации АП занимался перепиской, а также композицией, где он выделял В.Сычева. Его шахматный отдел в газете «Знамя Юности» был одним из лучших. Кстати, свой первый приз (за самую красивую победу в чемпионате Минска) я получил там от завотделом спорта Бережкова, естественно, по рекомендации Сокольского.

Работа в «Спартаке» отнимала только два вечера, поэтому АП мог сосредоточиться на написании книг, которые до сих пор переиздаются на многих языках мира. Особенно много времени он отдавал популяризации дебюта 1.b4, названного его именем, хотя Тартаковер еще в 1924 г. назвал этот ход дебютом орангутанга. Можно представить реакцию автора, когда А.Котов на матче М.Ботвинник – Т.Петросян в 1963 г. подошел к АП, разговаривавшему со мной, и выдал анекдот: «Сидят в зоопарке две обезьяны и играют в шахматы. Одна пробует 1.b4, на что другая говорит – зря стараешься, все равно потом назовут дебютом Сокольского». Тем не менее свою книгу по этой теме АП назвал «Дебют 1.b2-b4». Несколько лет я даже считал своим долгом одну партию за турнир начинать так, а ученик АП по Львову заслуженный тренер Казахстана Б.Каталымов играл этот дебют всю жизнь.

Сокольский был очень близок с Болеславским. Помню, с какой болью АП рассказывал мне, как ИЕ откликнулся на просьбу старого друга Дэвика Бронштейна, переданную через Вайнштейна, позволить ему догнать Болеславского в турнире претендентов 1950 г., где АП был секундантом своего соседа. К слову, они и обращались друг к другу – ИЕ и АП. Однажды в поздравительной открытке Сокольский написал: «Вы примите, о ИЕ, поздравления мае», и Болеславский долго посмеивался над приятелем, который продал грамматику ради рифмы. АП был, пожалуй, излишне сентиментален, и ИЕ часто подтрунивал над ним. На встрече Нового 1967 года мы играли в буриме. Каждый за столом придумывал две строчки, но следующему показывал только последнюю. В тот раз АП сочинил: «И губы милой целовал», на что ИЕ в своей манере пригвоздил друга: «Но тут наехал самосвал». Потом все долго хохотали.

Однако надо не забывать, что их переезд в Минск в начале 50-х по приглашению первого секретаря ЦК КПБ Н.Патоличева вызывал недовольство тех, кому они могли помешать. Михальчишин написал: «В начале 50-х белорусы переживали шахматный бум благодаря «старому партизану» Гавриилу Вересову – он перевел в Минск Болеславского, Суэтина и Сокольского!» Насколько я знаю, это заслуга известного журналиста Я.Каменецкого, более того, я был свидетелем нескольких стычек Вересова с Болеславским и Суэтиным, несколько раз он жаловался на них в ЦК КПБ. Одним из недовольных был директор шахматного клуба А.Рокитницкий. Он всячески препятствовал учреждению в Спорткомитете БССР должности инструктора по шахматам, подчеркивая, что выполняет эти функции на общественных началах. Однако делал это заслуженный тренер БССР по шашкам на свой лад. В 1964 г. на конференции Федерации шахмат ее председатель Шагалович в своем докладе привел вопиющие факты. Спустя несколько лет, работая в архиве клуба над материалами по истории шахмат в Белоруссии, я наткнулся на часть этих документов. Читаю письмо 1956 г. из Федерации шахмат СССР председателю Спорткомитета БССР: «В связи с учреждением Спорткомитетом СССР звания «Заслуженный тренер СССР» просим представить ходатайство о присвоении этого титула Болеславскому и Сокольскому». Резолюция председателя комитета Коноплина: «т. Рокитницкому – подготовить». Далее читаю «подготовленный» ответ: «Мы отказываемся ходатайствовать… ибо не знаем, что они сделали для страны (! – АК), но в республике они не подготовили ни одного разрядника». В итоге бессменный тренер сборной СССР Болеславский получил это звание лишь в 1964, а Сокольский – в 1965 г. Эта ситуация напомнила, как в 1984 г. гостренер Спорткомитета БССР Е.Мочалов отказался присваивать мне 2-ю (!) тренерскую категорию, и мне пришлось помогать А.Карпову в его подготовке к матчам с Г.Каспаровым, чтобы вернуть первую категорию, которая к этому времени была у меня уже много лет. Зампред Спорткомитета СССР спросил тогда у чемпиона мира: «А почему не высшую? У него хватает».

В 1963 г. Сокольский был тренером на Спартакиаде народов СССР, когда команда Белоруссии совершила подвиг, завоевав бронзовые медали, обогнав при этом сборные Ленинграда, во главе с Б.Спасским и В.Корчным, и Украины, где на первых досках выступали Е.Геллер и Л.Штейн. После такого успеха нас принимал секретарь ЦК КПБ В.Шауро, который предложил провести через Бюро ЦК постановление о развитии шахмат в республике, пока его босс К.Мазуров отдыхал. Однако Рокитницкий и Вересов просаботировали и эту исключительную возможность получить новый клуб на 15 лет раньше.

Мягкий по природе, АП всегда старался обходить острые углы. В 1967 г. наша команда поехала в ГДР, где дружеский матч складывался для нас неудачно. Руководитель делегации завсектора спорта ЦК КПБ П.Пиляк несколько туров молчал, пока Сокольский занимался психотерапией, успокаивая игроков на обсуждениях, но перед последним туром взорвался, сменив пряник на кнут.

Здоровье АП, сколько я его помню, всегда оставляло желать лучшего. В 1962 г. сборная республики отправилась в турне по Закавказью с серией дружеских матчей. В Тбилиси в день отдыха нас отвезли на недавно построенное водохранилище, где мы загорали у самой воды, а неподалеку отдыхал Венский балет на льду, опекаемый бдительной милицией, которая повернула назад Вересова, намеревавшегося пройти сквозь них в павильон. АП стало плохо, и та же милиция помогла ему.

Насколько серьезна ситуация, я увидел в Ленинграде летом 1969 г. на Спартакиаде ВЦСПС, где Сокольский был тренером белорусских участников. Когда я в полуфинале отложил одну партию в лучшей позиции, АП заверил меня, что до дня доигрывания он ее проанализирует, а я должен сосредоточиться на подготовке к новым соперникам (кстати, в этом турнире мне удалось занять 1-е место и обогнать В.Корчного). За несколько часов до начала доигрывания я попросил АП показать варианты и был ошарашен. Начали интенсивно смотреть, но через 5 минут такого анализа АП слег. Я понял, что дело плохо.

Сразу после этого турнира АП ушел на пенсию. Освободившуюся работу предложили мне. В то время почти не существовало возможности быть профессионалом, и я согласился работать на полторы ставки. АП было больно видеть, что то, о чем он просил спартаковское начальство много лет – увеличить нагрузку – для меня сделали сразу. Михальчишин написал: «В 1953 году… Сокольский решил переехать в столичный Минск, где жить было получше, и деньги платили большие, и квартиру дали большую». Увы, его зарплата была около 100 руб. и квартира была обыкновенная двухкомнатная, правда, в привилегированном доме на Ленинском проспекте в соседнем с ИЕ подъезде.

Через несколько месяцев его гроб был выставлен в бывшем костеле на площади Свободы. Как его ученик (безусловно, наибольшее влияние на меня оказал Болеславский) и преемник, я счел себя обязанным написать некролог, который был опубликован в журнале «Шахматы» Рига №4 за 1970 г.

Спустя несколько месяцев я договорился с Республиканской научно-методической библиотекой по физкультуре и спорту о покупке осиротевшей библиотеки. В последующие 15 лет в многочисленных поездках по Союзу я старался пополнять шахматный фонд. К сожалению, после развала СССР он был разбазарен. Но я дорожу несколькими доставшимися мне книгами из библиотеки Сокольского с пометками на полях.

Материал был опубликован на сайте www.chesspro.ru 12.11.2010

Размещено 2 декабря 2010

***

У мяне выйшла пятая кніжка. Называецца “З гісторыі Беларусі шахматнай”. 88 старонак, 150 экз. Некаторыя матэрыялы (пра Капабланку, Ліліенталя, Флора і інш.) размяшчаліся на Вашым сайце, які я згадваю ва ўступным слове.
Пра кніжку напісалі самвыдатаўскі бюлетэнь “Альбино плюс”, рэгіянальная газета “Информ-прогулка” i агульнанацыянальная “Настаўніцкая газета”.

 

Акрамя гэтага атрымаў наступны ліст:

Спасибо за содержательную книгу об истории белорусских шахмат. Я считаю, что это хороший вклад не только в историю Беларуси, но и в нашу общую историю: Российской империи и Советского Союза. Приятно, что наряду с известными фактами автору удалось найти и опубликовать ряд редких и даже уникальных фактов и документов (например, Устав Минского шахматного клуба).

Следующее издание книги могли бы дополнить шутливые стихи из бюллетеня 12-чемпионата СССР (1940), которые я помню с довоенной поры:

Рассказать я вам берусь,

Как играет Беларусь.

Керес Вересу намедни

Молвил коротко: «Сдаюсь».

 

Желаю дальнейших успехов.

Заведующий Центром шахматной культуры

и информации ГПНТБ России,

международный гроссмейстер

Ю.Л.Авербах

 

З павагай,

Вольф Рубінчык  Мінск, 2 жніўня 2012 г.

Публикую вступление и пару материалов из книги
“З гісторыі Беларусі шахматнай”
Уступнае слова
Вiцебск шахматны
Саламон Розенталь
Бернштэйн з Бабруйскаопубликовано в “Альбино плюс”, что также укладывается в тему “история Беларуси шахматной”
Дополнено 3 августа 2012