Category Archives: Здоровье

К 30-летию Чернобыльской катастрофы

Люди, которые во время Чернобыльской аварии оказались в зоне бедствия и прилегающих к ней областях, по просьбе Романа Попкова вспомнили, что пережили и как спасались
Советское государство на протяжении 70 лет существования объясняло гражданам, какие книги им нужно читать, какие фильмы смотреть, какие песни слушать, в какие идеи им следует верить, а какие идеи с гневом отвергать. Государство чутко следило за всеми сторонами жизни человека и могло залезть куда угодно — от телефонной трубки до постели. Но в апреле 1986 года это государство мгновенно забыло о своей роли всепроникающего хранителя и учителя. Когда случилась самая страшная беда с момента окончания Великой Отечественной войны, оно бросило миллионы людей в неизвестности и панике.

Одно из последних и, одновременно, одно из самых серьезных преступлений руководства СССР — утаивание от советских граждан самого факта катастрофы на Чернобыльской АЭС, а затем и масштабов этой катастрофы.

Хотя в феврале 1986 года на трибуне съезда КПСС говорили о необходимости «гласности», в первые, критически важные дни после аварии никакой «гласности» относительно произошедшего не было.

Даже жителям Припяти, в которой фактически и находилась АЭС, сообщили о беде по местному радио только через 36 часов, — и это было сообщение о полной эвакуации города, так как «складывается неблагоприятная радиационная обстановка». Жителям зараженного огромными дозами радиации города по радио советовали «взять с собой на первый случай продукты питания».

«Товарищи! Временно оставляя свое жилье, не забудьте, пожалуйста, закрыть окна, выключить электрические и газовые приборы, перекрыть водопроводные краны», заодно напомнила диктор припятской радиостанции.

Если жители прилегающих к АЭС территорий были оповещены о катастрофе с полуторасуточным опозданием, то остальная страна почти ничего не знала о произошедшем еще несколько дней. Радиоактивному загрязнению подверглись обширные территории Украины, Белоруссии и России. Особенно сильно пострадали Киевская, Гомельская и Брянская области. Жители этих регионов нуждались как минимум в подробнейших инструкциях по технике безопасности, в постоянном медицинском наблюдении. Но киевляне, брянцы и другие советские граждане, которым не посчастливилось жить рядом с чернобыльской зоной, в конце апреля — начале мая плохо представляли себе сложившуюся ситуацию и были предоставлены сами себе.

Первое сообщение ТАСС по чернобыльской теме было зачитано вечером 28 апреля в программе «Время». Оно стоит того, чтобы привести его полностью:

«На Чернобыльской атомной электростанции произошел несчастный случай. Один из реакторов получил повреждение. Принимаются меры с целью устранения последствий инцидента. Пострадавшим оказана необходимая помощь. Создана правительственная комиссия для расследования происшедшего».

Даже этого пустого и бесполезного сообщения, на которое мало кто обратил внимание, могло не появиться, — но тревогу забили на Западе. 27 апреля резко скакнул уровень радиации в Швеции, и там быстро установили, что источником заражения является территория СССР. После того, как министр энергетики Швеции рассказал о происходящем на пресс-конференции, Москва была вынуждена «дать тассовку».

Кое-какую информацию получили те, кто по долгу службы оказался вовлечен в ликвидацию последствий аварии, и те, у кого к ликвидации последствий были подключены знакомые или родственники. Некоторые узнавали о подлинных размерах катастрофы из эфира западных радиостанций. Советская власть в те апрельские и майские дни подвергала здоровье миллионов своих граждан смертельной опасности, и именно западные «вражеские голоса» передавали необходимые инструкции безопасности для жителей радиационных районов. А «государство рабочих и крестьян» этот спасительный эфир нещадно глушило.

Но миллионы граждан ничего не знали вплоть до конца первой декады мая, когда в советских СМИ наконец появились более развернутые сообщения.
По нашей просьбе жители Брянщины и Киевщины вспомнили о том, как весной 1986 года им стало известно об аварии на Чернобыльской АЭС и как они пытались защитить себя и свои семьи в условиях бездействия со стороны государства.
(для прочтения всего материала, кликнуть на начало)

***

***

Чернобыль: из архива КГБ

Владимир Вятрович (в блоге Свободное место) 25.04.2016

Чернобыльская катастрофа стала переломной в советской истории и запустила отсчет времени до конца Советского Союза.

Рассекреченные документы КГБ позволяют воссоздать и предпосылки этой аварии, и что случилось собственно 26 апреля 1986 года, и как советская власть боролась – или не боролась – с последствиями аварии на Чернобыльской атомной электростанции.

***

Klub

Материалы по теме, опубликованные на сайте в предыдущие годы:

Чернобыль: 25 лет спустя

Опубликовано 26 апреля 2016 01:11

Добавлено 26 апреля 12:58 большой материал  Чернобыльцы

И еще более свежее из фейсбука     татьяна сулимова  

 Город Минск, Беларусь

Период распада.

– Какой отвратительный вкус!
– Пейте, – строго сказала мама, и мы с подружкой дождались, пока она уйдет из кухни, чтобы вылить неудавшийся молочный коктейль в раковину.
Мама, чувствуется, была начеку. Вернулась, ввалила по полной программе, достала банку с йодом и констатировала – теперь мы каждый день будем пить ВОТ ЭТО!
– Йод?!
-Да! И дома сидите. Все выходные.

Кто-то кому-то позвонил, сказал, что солдатиков массово перебросили на Чернобыльский реактор, страшное случилось. Тот перезвонил своим родственникам, те поделились с соседями, соседи предупредили нас, мы стали пить йод. Это было еще до майских, можно сказать везение, что так это сарафанное радио сработало. Обычное молчало. То есть пело, декламировало, поздравляло людей в передаче «Абедзенны перапынак», но про Чернобыль ни-ни.

Потом вызвали моего отца, уже после майских, так он стал ликвидатором, и после долгие годы принимал участие в проектных работах саркофага, в его реконструкции и обновлении. Гробница реактора все никак не получалась совершенной.

В мае к нам переехала моя двоюродная сестра Лена, которая жила в Брагине с бабушкой. И мы начали жить вместе и учиться в одном классе. Бабушка, как и все жители городского поселка, уезжать ни за что не хотела. До смешного, по улицам люди ходят в спецодежде, улицы моют, а бабули сидят себе на лавках, рассаду посадили. Эти овощи их потом заставили выкопать и сжечь.
– А во вам! – конструировала бабуля пальцы в кукиш.
Борщ, говорила, был – во! Вкусный.

Не помню, кто первый рассказа мне анекдот про чернобыльского ежика. После шутки посыпались одна за другой- про свинцовые трусы, про гигантский огурец.
– Почему в зоне отчуждения грибы собирать нельзя?
-Разбегаются.
– А почему их грибники не поймают?
– Так грибники светятся, и грибы их издалека видят.

Так, если честно, жизнь устроена. Беда не может занять всю твою сущность, тем более такая незримая. Душа стремится к солнцу, на дворе лето. Нам с Леной по 11 лет, мы сбиваем коленки и это гораздо неприятнее.

День от дня радио становится все разговорчивее, еще конечно подбирает слова, но уже звучат печальные факты и рекомендации.
– Теперь им конец, из этого бардака уже не выбраться, – констатирует папа, употребляя, если честно, слова покрепче и уезжает в очередную командировку.
Мы и сами чувствуем, что скоро наступит новый период. Про периоды, кстати, мы узнали еще до посвящения в раздел науки, под названием химия. Узнали, что радиоактивный йод уже распался и больше не нужно пить отвратное молоко. Это было первой победой. Йод распался и все распадется, все будет замечательно просто.

– Как там?
-Обычная жизнь.
Папа привозил из «зоны» рассказы о невероятном урожае, который нельзя употреблять в пищу, о тишине, о людях, не желающих съезжать со своих домов.
– Всю жизнь эти бабули там вековали, куда они теперь из Брагина?..
И наша не хотела бросать хату. Уже много позже, решила она все же сменить прописку на минскую. В основном, конечно, ради Ленки. Я пришла к ней в гости, в последние дни жизни бабушки.
– Как ты?
– Да, вот, коньки собираюсь откинуть. Войну пережила, дочку похоронила, Чернобыль меня не взял, а теперь вот…

В этом была единственная истина и правда всей жизни. Можно многое вынести, но, в конце концов, вся твоя история закончится в один день, который потом назовут датой смерти.
Так они и уходили, наши бабули-переселенки. Не из родных стен, не в родную землю. Я это чувствовала, и, наверное, в день похорон бабушки впервые поняла, что-то особенное про эту Чернобыльскую трагедию.

Папа не пользовался льготами, которые давало ему удостоверение ликвидатора.
-Да ну, ходить объяснять, подтверждать. Обычная работа у меня, не надо льгот.
Так наша семья и прошла сквозь эту историю. Рутинно. Молоко, ежики и каждый день. В этой части жизни, много таких, как мы, кого коснулось, но не ранило. Тридцать лет прошло. Тридцать лет- это период полураспада цезия 137 и стронция 90. Через тридцать еще половина распадется. Еще…. А дальше – жизнь. Надеюсь уже без периодов.

А еще я, засыпая, все думала – может это мы, советские дети виноваты. Не нужно было рисовать этот ужасный грибок по поводу и без. Но мы так боялись ядерного взрыва, что он материализовался. И начался период распада.

А вот еще одно совсем свежее из Фб от

Yelena Nebeskaya  Morrisville, PA, United States
  • Вот уж тридцать лет радость от моего дня рождения омрачена воспоминанием о Чернобыле . Я жила в 15 минутах от этого сейчас жуткого , а когда- то цветущего и спокойного городка . Мы провожали тогда друзей поздней ночью после веселого и , как обычно , шумного застолья и сотни автобусов , пожарных машин и скорых двигались в этом направлении и мы не понимали , что происходит . Дома посапывала моя маленькая дочурка , которой исполнилось 5 месяцев , цвели каштаны и сирень , мы были молоды , счастливы , воздух пьянил и никто не мог подумать , что это начало отчета другой жизни , что включился счетчик для многих из тех , кто находился в этом потоке , движущемся к смерти. Я каждый год вспоминаю в этот день тех, кто пытался спасти нас , кто был там, а потом умирал в муках ..,. Только через время мы узнали о масштабах аварии , которую от населения тщательно скрывали . Кошмар по – советски . Помню майские праздники и мерзкий парад , на которых всех погнали , а потом многочисленные пикники по городу , ведь никто не мог поверить , что это так опасно и никто не предупрежден , и лишь потом чуть позже , когда слухи распространились по городу началось паломничество в аэропорту и на вокзале , опустевший от детей и женщин город , и я со своей крошечный дочуркой в Крыму ( спасибо папочке , который чудом все устроил самым лучшим образом , чтоб отправить меня с дочкой ) и местные , подозрительно спрашивающие : ” а это не заразно ? ” …. И батарея бутылок красного вина в кухне , которое якобы выводит радиацию … Жизнь продолжается, the show must..

 

Реабилитация инсульта с помощью виртуальных тренажеров

Европейские ученые обещают излечить инсульт игрой

(для просмотра видео, нажать на ссылку)

15/02 11:27 CET

“Может ли виртуальная реальность способствовать лучшей реабилитации пациентов после инсульта? Программа “Футурис” отправилась за ответом в Барселону .
Там, в одной из клиник проходит реабилитацию на виртуальных тренажерах Глория. Молодая женщина перенесла инсульт после рождения второго ребенка, была парализована, не могла говорить.

Уже несколько месяцев она проходит программу реабилитации, в центре которой – компьютерная игра, или виртуальный тренажер. Женщина отмечает: “Меня очень вдохновила эта игра, она позволила освоить новые для меня вещи. Мне удалось ощутимо улучшить подвижность рук через простые и интуитивные упражнения”.

Систематическое выполнение которых обещает привести пациента к заветной цели – восстановить контроль за собственным телом.

Сусана Родригес Гонсалес, врач-невролог, комментирует: “Мы считаем, что эта технология может быть по-настоящему полезной для пациентов, которые уже завершили стандартную реабилитацию в больнице и вернулись домой. Часто люди считают, что все, лечение закончилось. При этом участки мозга, пораженные инсультом, остаются незадействованными. Наши программы помогают стимулировать эти спящие зоны, побуждая мозг “включить” их.

Новинка разработана в университете Барселоны командой программистов, психологов и ученых-биологов, объединенных Европейским исследовательским проектом. Они исходили из предположения, что мозг никогда полностью не утрачивает пластичности. А значит, подлежит восстановлению даже после такой тяжелой болезни, как инсульт.

Психолог Пол Вершур комментирует: “Мозг – механизм активного освоения действительности, новых моделей. Мы подумали, а что если задать ему новые модели в виде упражнений и так убедить в способности выполнять определенные задачи? Это возможно благодаря виртуальной реальности”.

Тренажер оптимизирует упражнения для пациента благодаря встроенной системе отслеживания и анализа его достижений. Виртуальные модели могут найти применение у медиков и пациентов не только на курсах реабилитации.

Невролог Анна Мура комментирует: “Предположим, мы видим зону мозга, которая была поражена инсультом. Мы можем виртуально спрогнозировать, как будет меняться активность клеток в этих участках. Можем визуализировать, как пострадают моторные и когнитивные функции пациента. Все это поможет нам в более качественной диагностике”.

Программа прошла успешные испытания. и виртуальные тренажеры появится в больницах Европы для комплексной реабилитации больных.
Врач Сусанна Родригес Гонсалес считает это настоящим прорывом: “Инсульт не только ограничивает движения пациентов. У них также возникают расстройство речи, нарушение глотательных функций, равновесия, нейропсихологические проблемы, потеря внимания … Все эти осложнения можно скорректировать благодаря виртуальному моделированию”.

Copyright © European Commission 2016 / euronews 2016

Размещено 20.02.2016

В.Гринер, Окленд. “Саркома”

Саркома
Валентин Гринер, Окленд

В спальне моих взрослых детей поселилась людоедка Саркома. Она быстро и жадно съедала Лену – нашу любимую невестку. Лена уходила мужественно, без слёз, причитаний и жалоб, как  подобает  человеку, знающему о жизни и смерти почти всё.  Лена – врач, акушер-гинеколог, потому прекрасно понимала, что чудеса бывают в сказках и в арсенале шарлатанов, обуреваемых наглостью лечить и оживлять покойников, не имея понятия о методике Иисуса Христа, который, по свидетельству пророка Иоанна, «…за шесть дней до Пасхи  пришел в Вифанию и оживил умершего Лазаря».

Я не знаю ничего более мучительного, чем наблюдать умирание близкого человека и быть бессильным помочь ему. Это не первая моя потеря. Время сбора библейских камней наступило давно. Но многократно повторенная трагедия  не исключает надрыва сердца. Я знаю: чувство безысходности уляжется, река жизни  постепенно обретёт прежнее русло.  Груз воспоминаний об утрате будет возвращаться всё реже, укорачиваясь и слабея. Так мудро придумала природа. Иначе бы человечество, перегруженное неисчислимыми бедами и потерями, давно прекратило свой путь. 

Тридцать лет назад студентка-медичка вошла в наш дом и стала не просто сокурсницей и юной женой сына. Она стала дочерью, не менее родной и любимой, чем рождённые ею дети. Своё жизненное кредо эта мудрая девочка строила по формуле: плохих невесток и плохих зятьёв не бывает, бывают плохие сыновья и плохие дочери…

 В жизни всё закольцовано. Череда поступков одного человека может мгновенно или отсроченно влиять на судьбу другого человека, незнакомого, пребывающего рядом или за тысячи верст. Исходя из этого неписаного закона случайных поступков, можно утверждать, что девочку Лену привёл я сам, а не мой сын Женя.

Началось это почти полвека назад. У меня долго что-то ныло внутри. Периодически боль утихала, и тогда жизнь казалась благодатью. Но с течением времени периодичность между болью и благодатью катастрофически сокращалась. Я долго скрывал свой недуг от домашних. А когда стало болеть без антрактов, пошёл в онкологическое отделение, которое долго маскировалось под безобидным названием «Вторая хирургия». В Советском Союзе слово «рак» в устах врача звучало смертным приговором. И посвящать больных в их страшный диагноз запрещалось врачебной этикой…

Меня оперировали двое молодых хирургов – Виктор Оношко и Алексей Воль. Крупногабаритные ребята твёрдой руки и доброго сердца. Оба родились, учились, женились и начинали самостоятельную жизнь в Архангельске. Это было не первое моё, но очень близкое знакомство с коренными поморами.

Операция прошла успешно. Первично предполагаемый диагноз, к счастью, не подтвердился. Но глубинная заинтересованность молодых хирургов в результатах своей работы увлекла профессионально и меня: я стал присматриваться к выпускникам Архангельского медицинского института, каких на Крайнем Севере было много. Почти все они отличались трепетным отношением к своему врачебному долгу…

 Вечером, накануне выписки (это было за сутки до Нового 1962 года) в мою палату вошла старшая сестра Люся – статная донская казачка с тяжёлой копной волос на затылке и лихим разлётом смоляных бровей.

– Коллектив Второй хирургии просит написать отзыв о нашей работе. Желательно с поэтическим уклоном, – отчеканила Люся и выложила на мою прикроватную тумбочку толстенный гроссбух самодельного производства, белозубо улыбнулась и добавила: – Как только напишете, так сразу пойдёте домой. А без отзыва пролежите до следующего года…

– Лучше я напишу в газете, чтобы про ваши замечательные достижения узнал не только город, но и вся республика…
– Это дело хозяйское. А в нашу Книгу – само собой и непременно…

Вопрос был поставлен ребром. Очень хотелось домой. И я всю ночь сочинял оду, которую так и назвал – КНИГА ОТЗЫВОВ.

Книга отзывов – книга отзвуков, я листаю твои страницы не в музее, не в Доме отдыха, а в стенах городской больницы. Все новинки давно проглочены, а новейших  друзья не доставили, и вдвоём этой чёрной ночью нас с тобой размышлять оставили. Понимаешь  сама: больница – место самое подходящее, где больным по ночам не спится, а поэтам не спится тем паче. Слышишь, Книга больничных отзывов, никогда не держал я в мыслях, что в твоей неумелой прозе скрыто столько великого смысла. В каждой записи – судьбы, судьбы. В каждой строчке – поклоны в ноги. И становятся Боги, как люди, и становятся  люди, как Боги…
Я не знаю, каким преданием, и каким незапамятным веком начинается врачевание Человечества – человеком. Если б знать того древнего парня, что впервые за скальпель взялся, то сегодня ему, как Гагарину, тоже б памятник полагался. Может, где-то в далёкой Спарте, отрешённый людьми и Богом, он и сам погиб от инфаркта, не успев рассказать о многом. Умирали скифы и греки от инфарктов и от проказы, умирают в двадцатом веке с установленными диагнозами. И от первых экспериментов до моих электронных буден протянули живую  ленту – и живые, и мёртвые люди…

Стонут, стонут сердца и нервы, люди в койках неровно дышат… Может, кто-то сегодня первым в Книгу отзывов не напишет, не объявит врачу благодарности и успехов не напророчит, и задолго до дряхлой старости распрощается с этой ночью. Книга отзывов очень не кстати, если пульс не прочней паутины…

Но уже надевают халаты, но уже отдают команды, как десантники, в белом мужчины.

Я бывал в этих страшных сражениях созерцателем, наблюдателем. Я следил за немым напряжением между сердцем хирурга и скальпелем. Я толкал вагонетки груженые, под тюками стонал от натуги, но не знаю труда напряженнее –  хирургов…

Как ладони любимой подруги, я целую вас, белые руки, я целую вас, сильные руки, безотказные руки хирургов, приносящие боли и радости, уносящие слёзы и муки, порождающие благодарности, побеждающие разлуки. Те разлуки с родными и милыми, за которыми всё кончается, из которых ни волей, ни силою ничего уже не возвращается…
Я дарю вам стихи и розы. И по внутреннему велению регистрируюсь в Книге отзывом, благодарно склонив колени…
                                                                               г. Воркута, 30 декабря 1962 г.

Минуло полтора десятилетия. Бывая все эти годы по корреспондентским делам в глухих таёжных селениях, рабочих посёлках Большеземельской тундры и побережья Арктики, я специально искал знакомства с «архангелами» – выпускниками самого северного в мире мединститута. И часто находил. Это, как правило, были люди особого склада,  лишённые ложного пафоса. Многие из них трудились  в условиях полного бездорожья, снежных завалов и жестоких морозов, физической оторванности от современной цивилизации, проявляя при этом завидную стойкость в экстремальных условиях: спасали больных, рискуя собственной жизнью. Они с восторгом рассказывали о своей аlma-mater и преподавателях, которые научили их не только профессиональному мастерству, но и гражданскому мужеству.

Выбрав удобное время, я решил познакомиться с преподавателями и воспитателями этих северных подвижников. И полетел в Архангельск. Как и большинство старинных областных центров России, город на берегу Северной Двины был, в основном, деревянным. Только  центр, по которому бегал гремучий трамвай, вздрагивая зыбкой почвой, немногочисленно застроился капитальными  зданиями довоенными и послевоенными, а на окраинных пустырях  быстро росли  кварталы многоэтажной крупнопанельной застройки. Там уже налаживалась другая жизнь с цивилизованной инфраструктурой и бесшумным троллейбусом – от центра до железнодорожного вокзала… 

История института и его текущий день вызывали неподдельный интерес. Я познакомился с людьми разных возрастов, объединённых одержимостью к избранному делу. Каждый рассказ профессора, доцента, рядового преподавателя был разрознённым романом, который предстояло осмыслить, систематизировать и занести на чистовые страницы. И хотя после войны прошло более трёх десятилетий, в институте ещё работали старые профессора, которые не только читали лекции, но и продолжали активную практику в больницах города.

Я близко познакомился с профессором Орловым – автором уникальной методики спасения переохлаждённых в морской воде иностранных моряков с разбомблённых английских конвоев, доставлявших в Архангельск оружие и продовольствие для воюющего СССР. Любопытно, что Георгий Андреевич в довоенные годы преподавал госпитальную хирургию будущему знаменитому академику Амосову, выпускнику 1939 года. Я познакомлюсь и подружусь с Николаем Михайловичем Амосовым в Киеве, где он создал и много лет возглавлял Институт торакальной хирургии. Там он разработал и внедрил в широкую практику искусственный митральный клапан для детей с врождённым пороком сердца…

Бывший ректор АГМИ профессор Киров рассказал мне о судьбе двух гениальных людей, двух безработных, изгнанных из республиканского здравоохранения Чувашии, как еретиков, которые придумали вставлять слепым людям искусственные глазные хрусталики, за что  попали под уголовную статью. Еретиков от медицины звали Святослав Фёдоров и Виталий Бедило. Киров привёз в Архангельск и назначил Фёдорова  заведующим кафедрой глазных болезней, а Бедило – его заместителем. Эти люди  произвели переворот в мировой офтальмологии и прославили советскую медицинскую науку, вернув зрение миллионам людей.

Святослав Николаевич создал в Москве крупнейший Центр микрохирургии глаза, а в годы перестройки  открыл первый в стране медицинский кооператив. Он купил комфортабельный теплоход, снабдил его уникальным оборудованием, высококлассными специалистами  и отправил в дальнее плавание – избавлять людей от слепоты.
Кому-то деятельность академика Фёдорова не нравилась. И великий офтальмолог погиб в авиационной катастрофе: вертолёт, принадлежавший его фирме, упал и похоронил под своими обломками всех пассажиров во главе с неугомонным целителем. Было у меня в те годы великое множество встреч с интереснейшими людьми.

Закончив сбор материалов, я написал документальную повесть «Архангелы в белом», которую очень скоро опубликовал журнал «Север», а затем она вышла в однотомнике с другими повестями под общим названием «Сладкая полынь».

На презентации книги в стенах института ректор Бычихин сказал:
– Если ваши дети надумают посвятить себя нашей нелёгкой профессии, милости просим…

Слова ректора оказались пророческими. Не только мой сын поступил в АГМИ, но и я переехал в Архангельск, где климат значительно мягче арктического и показан людям, отдавшим Заполярью многие годы. 

 Многолетняя дружба с Николаем Прокопьевичем Бычихиным стала для меня школой предельно толерантного отношения  к окружающему миру. Его жизненным кредо было понятие «скромненько». Этот коренной вологжанин прошёл путь от санитара и фельдшера в пансионате неподвижных инвалидов Великой Отечественной  войны – до профессора, оперирующего хирурга в клинике водников имени Семашко и ректора крупного медицинского вуза. Он ушёл из жизни прямо в самолёте, 57-летним, возвращаясь на Север после крупного разговора с министром здравоохранения Петровским, который тормозил строительство нового институтского корпуса…  

Вот из такого вуза пришла в наш дом коренная поморка Лена Есаулова – дочь механика торгового флота, который в 14 лет  поступил в Соловецкую школу юнг и  сидел за одной партой с будущим знаменитым писателем Валентином Пикулем, а затем всю жизнь отдал морю…

*    *     *

Пальцев одной руки хватило бы для пересчёта недавних месяцев, когда второй этаж нашего островного новозеландского дома светился любовью, счастьем, напряжённым трудом и разумным достатком. Ребята собственными руками строили своё настоящее и мечтали о будущем, радовались каждому прожитому дню, воспитывали  детей, которые пошли дорогой родителей и произнесли клятву Гиппократа. Но избавить Лену от смертельной саркомы не смогли  не только  мои юные эскулапы. Это оказалось непосильным их родителям со своими учителями и учителям учителей – до неисчислимого колена…  


Все мои доктора. Слева направо: Рината, Дима, Лена (теперь уже без неё), Лёня

 Саркома, зачастую не обнаруженная вовремя, – самая коварная разновидность рака,от которой нет спасения. Нигде. Никому. Никогда. Не верьте фантастическим достижениям онкологов в некоторых странах мира. Не слушайте мифов о «заговорах» знахарей, гипнотизёров, экстрасенсов и всевозможных прорицателей. Не придавайте значения россказням о лечебных котятах особой индийской породы, коими следует обкладывать область предполагаемой опухоли. Грош цена мифам о тибетских шаманах, выжигающих любые внутренние опухоли одним проникающим взглядом. Бросьте в мусорную корзину печатные инструкции успешного лечения  водкой и сливочным  маслом. Всё это шарлатанство, беспардонное выкачивание огромных  денег (нередко последних или одолженных под честное слово, а то и  собранных сердобольной общественностью). Это домогательство имущественного завещания  от безнадёжно больных людей, зачастую пребывающих в полной апатии или мыслительной прострации под воздействием лечебных наркотиков и неизбывной надежды на чудесное избавление от смерти.  

В последнее время, после ухода из жизни целой плеяды всенародных любимцев, о которых невозможно думать и говорить без удушливого комка в горле, верующие люди (с молчаливого или открытого согласия служителей Бога) начали нелепо оправдывать явление скоротечного рака и выдвигать мифическую версию о том, что Господу нужны лучшие представители рода человеческого.

Будучи неисправимо убеждённым атеистом, я позволю себе утверждение, что ЛУЧШИЕ СРЕДИ ЖИВЫХ – ЗНАЧИТЕЛЬНО ВАЖНЕЕ И НУЖНЕЕ СВОЕГО ВЕЧНОГО ПРЕБЫВАНИЯ В БОЖЬЕМ ЦАРСТВЕ МЁРТВЫХ. Они необходимы на Земле, чтобы противостоять нечисти, угрожающей  всему сущему и доброму, приходящему в этот удивительный  мир для  любви, разумного труда и благостного покоя…

Последнюю, самую трудную неделю, Лена провела в госпитале, где проработала 15 лет и прослыла всеобщей любимицей. Она всегда становилась любимицей коллективов, с коими сводила её судьба. Многие сотрудники всех десяти госпитальных этажей круглосуточно посещали её палату, сплошь усыпанную цветами. Я видел, что люди, для которых чёрная тень смерти не была  большой тайной, стояли у кровати Лены с глазами, полными слёз…

Когда на лице Уходящей стала растворяться таинственная улыбка, я наклонился к её уху и шепотом произнёс:

– Дорогая девочка, ты уходишь условно. Ты оставляешь своих замечательных детей, которые продолжат тебя не только в физической жизни, но и в благороднейшей профессии. Своим предсмертным мужеством ты лишний раз доказала, что жизнь бесконечна и прекрасна; человек приходит в этот мир затем, чтобы оставить неповторимый след на земле и спокойно удалиться в другое измерение. Ведь это так тяжело и так естественно…

Спасибо за 30 неповторимых  лет, которые ты была с нами…

22 июня 2009 г. 

“Мы здесь”, № 216 26 июня – 2 июля 2009

Количество обращений к статье – 1012
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (6)


Гость Valentina | 04.01.2010 03:19
Moi mail
nikoletta10@mail.ru
 
Гость Valentina | 04.01.2010 03:18
Moi sinovia givut v Rossii,y v Amerike . Gizn slogilas tak,chto y ne mogla chasto navechat ih, i vot na novii god 2010 u sina obnarugili sarkomu,emu v etom mesyce budet 32. Boge,kak mne strachno!!!Y ponimau chto vi peregili!!!!
Tygelo,boge ,kak tygelo!!!
 
Татьяна, Днепродзержинск, Украина | 26.06.2009 23:26
Примите мои искренние соболезнования…
Человек жив, пока его помнят! Я не сомневаюсь, что Вашу Лену будут помнить многие…А значит она продолжает жить!
 
Гость Вал. ГРИНЕР | 26.06.2009 03:41
Мои дорогие читатели и почитатели! Сердечно благодарю всех, кто отнёсся с истинным сочувствием и пониманием к страшному горю, постигшему нашу семью. Мы стараемся держаться. Пример стойкости перед лицом неоратимости нам показала Лена. Низкий поклон всем, кто присылает свои соболезнования на мой емайл и домашний адрес. Я стараюсь отвечать (или непременно отвечу) персонально всем. Отдельная благодарность Леониду Школьнику, который не только опубликовал моё эссе в день похорон, но и нарушил традицию сайта: поменял материалы на сутки раньше.Хотя я не просил его об этом, следуя этике старого газетчика.
Ещё раз спасибо всем.
Всегда искренне ваш. В.Г.
 
Гость | 26.06.2009 03:03
Valentin! Vashi csitateli i pocsitateli soboleznyut Vam i prosyat Vas derzites!
 
Ольга, Бат-Ям | 24.06.2009 22:24
Слов нет. Только слёзы. “Смерть самых лучших выбирает. И дергает по одному…”.