Category Archives: Стиль жизни

Андрей Федаренко. Путешествие (II)

(окончание; начало здесь)

А. Федаренко (в джинсах) среди участников традиционного шахматного турнира в Союзе белорусских писателей, март 2017 г. Фото: lit-bel.org

Володя, ожидая нас, стоял навытяжку. Даже усы не топорщатся, а виновато опущены кончиками вниз. Когда мы подошли, он, чтобы показать, что кается, стянул с головы спортивную шапочку. Пока нас не было, он натопил печку, вымыл пол, потом, в хате, не давал Тане в руки ничего взять: достал припасы, которые принёс в брезентовом рюкзаке, нажарил колбасы, яичницу на сале, сам собрал на стол. Не было ни одного нашего слова, с которым бы он мгновенно не согласился: «всё так, чистая правда, правильно говорите». И хотя мы отлично знаем, что достаточно мне уехать, а ему выпить, как всё может измениться, – но ведь так приятно иметь даже временную власть над кем-то, лишний раз упрекнуть человека, который выпрашивает прощение.

Вечером выхожу на двор. Морозец. Пар изо рта. Тишина. Ни звука. Тени от столбов, от забора. Через улицу чернеет моя хата, где давно живут чужие люди. Молодой серпик месяца на чёрном, с золотыми крапинками звёзд, небе – не вертикальный, а наклонённый, почти лежит, как на цветной обложке книги Гоголя «Вечера на хуторе…» Уютно светится жёлтое окошко за гипюровыми занавесками. Совершенно синий снег. И запах дыма из трубы – сладкий, первобытно-радостный, как запах жареного мяса летом в курортных городах у моря.

Вот так стоял на этом самом месте, когда мне было пять лет, смотрел на забор, от которого и тогда лежала такая же зубчатая тень на синем снегу И какая же тогда, в пять лет, была радость, какое счастье! – не от познания новой жизни, а в сто, в тысячу раз большее – от возвращения в жизнь старую, знакомую (с которой недавно так страшно распрощался, казалось, навсегда); и с каждым вдохом эта жизнь вливалась в кровь, с каждым взглядом увеличивалась; обострялись запахи, цвета, звуки…

Мои друзья ждут меня на улице, зовут меня, и вот мы снова вместе, обнимаемся, радостные, живые, и все близкие рядом, смеются, поздравляют: ну вот и кончилось твоё путешествие, и ничего страшного, а теперь опять всё по-новому! – именно так мне и представляется смерть – как возвращение к началу, к детству, к матери, друзьям, к моим девочкам, натопленной печи, дороге в школу, к книгам, хоккею, целомудрию… Всё снова впервой, снова так остро и совсем не страшно. Если бы люди не знали, что они бессмертны, они бы не жили и одного дня, и одной минуты, а, собравшись вместе, одной огромной атомной бомбой взорвали бы и себя, и всё на свете. Но каждый отлично знает, что он бессмертный, что если однажды родился – это уже навечно.

В хате Володя сидит, понурившись, Таня машет ему пальцем:

«…И не дай Бог! Не дай Бог! – с лукашенковским надрывом выговаривает она, – ещё на меня поднимешь руку! Возьму какую-нибудь лопату…»

*

Он поднялся из-за столика, вдавил в пепельницу окурок («ну что, хлопцы, пойдём, поведу вас»), и пошёл – неспешно, маленькими шагами, чтобы растянуть время, благо, идти было недалеко. У метро U-Oranienburger Tor чуть ли не посреди тротуара, вплотную к жёлтой линии велосипедной дорожки, стоял киоск вроде нашей «Белсоюзпечати», только в этом из-за витринного стекла вместо газет, журналов и канцелярско-школьно-письменных принадлежностей выглядывали спиртные напитки в бутылках разных калибров. Он обошёл киоск вокруг, высмотрел бутылку из тёмно-зелёного стекла, плоскую, с зелёным яблоком на этикетке, насобирал по карманам тяжёлых монет по два евро и мелких, чтобы без сдачи; фрау с белыми волосами, перехваченными красной повязкой, как у биатлонистки Лауры Дальмайер, поблагодарила и улыбнулась ему. Бутылка предусмотрительно была выгнута посерёдке, она легла в карман, словно там всегда и была; приятной тяжестью отвисла левая пола куртки. Никогда не перестану удивляться таким, казалось бы, простым, а на самом деле удивительным вещам: в чужом городе, на чужом языке что-то попросить, рассчитаться чужими деньгами, и тебе, как ни в чём ни бывало, с благодарностью, с вежливой улыбкой мгновенно подают то, что ты и хотел, – совсем как в нашем сельском магазине когда-то подавали мне «Яблучнэ міцнэ».

Его обогнала молодая мама, немочка с красивыми, хоть немного полными в колготках ножками; за спиной рюкзачок, в руке возле уха мобильник, сзади сынок, маленький немчик, отстав, бегал зигзагами от одного края тротуара к другому и на всю улицу мяукал: «мяу! мяу! мяу!» Не успел он удивиться этому славянскому мяуканью и позавидовать, что вот такой маленький, а уже без всякой учёбы, без курсов-семинаров-практикумов-стажировок знает язык, – как мама встревоженно повернулась вправо-влево, назад, воскликнула – с раздражением и в то же время облегчённо – по-русски: «Руку дай, т-вою маковку!..» – и опять затрещала в телефон по-немецки.

Фридрихштрассе перетекла в Chauses str., слева показался небоскрёб на Robert-Koch-Pl., справа – кирпичная, терракотового цвета стена, в которую метров через сто вклинивалось боком новое хай-тешное аляповатое здание Католической академии. В стене он увидел вход, которого раньше не было, – узкий, дородному человеку и боком не протиснуться – зашёл и очутился на центральной аллее кладбища. Он никогда не был здесь зимой. Зима, даже такая, как теперь – еврозима, переменила все декорации. Он понял, что зря сюда шёл. Пускай бы оставался в памяти зелёный, с солнечными пятнами, с птичьим щебетом, чистый, тихий его закуток. Сейчас резче бросался в глаза чёрный и серый мрамор могил, засыпанных опавшей листвой; кое-где в тёмных уголках даже лежали заплатки снега, словно бы стыдившегося, что он такой грязный и так мало его; стволы деревьев были в пятнах лишайника, в голых верхушках – гнёзда; визу стлалась какая-то неестественно-зелёная растительность, похожая на наш брусничник или барвинок, и плющ – где коричневатый, где подсохший, где побитый морозцем. На его любимой скамье, которая и летом всегда пустовала, теперь сидел слепец с непокрытой головой, в расстёгнутом пальто, в синих очках, зажав между колен белую палочку, подставляя, как подсолнух, лицо невидимому солнцу. Могила Брехта, как всегда, была засыпана карандашами и шариковыми ручками, заставлена лампадками. У маленького памятника Гегелю стояли три рабочих (один нагнулся) и рассматривали надпись, сделанную наискось синим маркером: «Veralten! Dummes Lehre!»[1]

Он пошёл назад, сократив путь, и вскоре снова очутился у Католической академии, только с другой стороны. На маленькой площади полукругом располагались деревянные скамеечки, посередине торчали пирамидки туй, голубых елей и с краю – одна молодая липа. Он пощупал лавку – холодная, достал газету, специально на этот случай прихваченную со столика у «ресепшн»; прежде чем постелить, взглянул на первую страницу. Карикатура, перепечатанная из «Шарли Эбдо». Средиземное море, перевёрнутая лодка с мигрантами, сверху над всеми огромный, с бородой, как у Саваофа, Путин, из воды тянется детская ручка, судорожно сжимаются пальчики, отчаянными усилиями стараясь в последний миг схватить хоть волос из бороды и спастись.

Постелил и сел. Можно было начинать то, ради чего он сюда шёл, и вёл своих бедных друзей: попробовать ещё больше оживить их, воскресить полностью, чтобы поговорить с ними, повспоминать, сказать каждому доброе слово, которое жалко было произнести при жизни.

«Ну что, хлопцы, выпьем?»

Но поблизости крутились, выбирая место для селфи, дед с внуками (двойняшки лет по пять, в чёрно-оранжево-жёлтых комбинезончиках, на первый взгляд совершенно одинаковые, и всё-таки сразу можно было определить, кто девочка и кто мальчик), и на площадке перед входом в Академию топтался молодой человек, обвязанный поверх воротника спортивной куртки шарфиком с логотипом мюнхенской «Баварии». Шустрые двойняшки, щебеча артиклями – die, das, dem, ein – побегали вокруг ёлок («blau Baum»), туй, выбрали липу («kleine Linden»). Липа и правда была очень красивая, особенно на этом рассеянном берлинском солнце – вся усыпанная семенами, словно большими жёлтыми стрекозами; издали можно было подумать, что она забыла сбросить осеннюю листву. На скамейке лежала одна такая «стрекоза» – два прозрачных сухих крылышка, прикреплённых к ножке, на которой был ещё и шарик, будто горошинка чёрного перца. Дед в тирольской шляпе держал в одной руке сумку, из которой торчал наполовину съеденный батон-багет, в другой – селфи-палку, выставив её, как рыбак-мормышечник удилище, и таким же образом тыкая ею. Наконец – ушли. А молодой человек всё слонялся у парковки, как неприкаянный; лохматая голова вжата в воротник, руки в карманах; то он ставил ногу на бордюр, то нагибался и проверял надёжность металлических столбиков, которыми от проезжей части были отгорожены газон и тротуар, то закладывал руки за спину, задирал голову в небо и качался с носков на пятки, и по всему было видно, что человеку абсолютно нечем заняться.

Кстати, по вкусу и запаху «Апфель» напоминает кальвадос.

Он закрыл глаза. Вот зима. Сержик – в полушубке, в шапке с опущенными ушами, собирается на охоту, цепляет на плечо ружьё дулом вниз и становится похожим на героя-подростка из партизанских повестей Валентина Тараса…

Вот лето, лесная тропа, шишки под ногами, запах черничника и багульника. Витя Смолер ведёт велосипед, правой рукой держа руль посередине, в левой – сигарета, по-школьному спрятанная в кулак, – он что-то тихо говорит, а накачанные колёса упруго стучат о корни, позвякивает сам собой звонок…

Вот мы втроём, голова к голове, наигравшись в хоккей, лежим на животах на снегу у расчищенной нашей хоккейной площадки и сосём кусочки льда…

И снова лето, розовое утро, озеро, чмокают возле берега в траве караси, и такой туман, что едва можно рассмотреть поплавки… А вот мы весной испытываем футбольным мячом ещё не нагретую землю; а вот поздней осенью ждём автобуса, чтобы ехать в город в кино, на новую комедию с Ришаром и Депардьё, звеним в карманах копейками, спорим, чья очередь покупать билеты, и каждый хочет показать, что именно он сегодня богатый…

Нет, ничего не выходило. Только-только они начинали собираться вместе, как всё рассыпалось. Он уже заранее был виноват перед ними. Боялся смотреть им в глаза. И понятно, почему: он знал их финал, а они – нет. Всё время где-то за кадром этих воспоминаний – рефреном к ним – звучало: «Что со мной будет?», а он отводил глаза и никак не мог произнести: «Погибнешь от лопаты»… Здесь, конечно, не до романтики и не до лирики.

Внезапно он понял (а может, помогли несколько глотков «Апфеля») – да, не получается, рассыпается, не выходят здесь и сейчас поминки по друзьям – потому что ему уже это не нужно. Он ломится в открытые двери, а оно уже делается само, помимо его воли, и началось это сразу же на деревенском кладбище, когда, не спрашивая у него дозволу, начало писаться в голове новое произведение. И за это время уже отмахано – он посмотрел на растопыренные пальцы – ого, пять разделов, каждый по десять страниц… В этом новом произведении, конечно же, найдётся место и моим бедным друзьям. А сейчас нужно их отпустить и вернуться в наш рассказ, тем более, что исчезнувший из моего поля зрения молодой человек, которого я посчитал лентяем-тунеядцем, снова появился – с полипропиленовым, радужных цветов веником и с гнутым совком на длинной ручке. Он уже старательно подметает и без того чистую площадь, всё ближе ко мне подступая. Можно попробовать угадать, что будет дальше. Сейчас приблизится, скажет «хай» или старомодное «гутентаг»? Попросит «раухен»?[2] Сделает вид, что его не интересует зелёная, до половины выпитая бутылка в моей руке? Вот он уже, исподтишка на меня поглядывая, перекладывает в левую руку веник и, вытирая о штаны правую, со стыдливой, виноватой, как у Таниного Володи, улыбкой подходит ко мне.

2017 г.

Перевёл с белорусского Вольф. Прочесть рассказ в оригинале можно в журнале «Дзеяслоў» № 90.

Перевод более раннего рассказа А. Федаренко «Созерцатель» был опубликован у нас в апреле 2018 г. здесь. – ред. belisrael.

[1] «Устарело! Глупое учение!» (прим. перев.).

[2] Закурить (прим. перев.)

Опубликовано 02.05.2018  20:34

PS. Федоренко или Федаренко?
Цитируем письмо к нам самого писателя (от 4 мая 2018 г.) в переводе с белорусского: “Из-за этой одной буквы у меня всю жизнь неприятности, в метрике и в паспорте через “а”, но все пишут через “о”, из-за этого не хотят насчитывать стаж, не пускают в самолёт (т. к. регистрируют на ФедОренко, а в паспорте читают ФедАренко), на почте не дают деньги по этой же причине; в последнее время я научился спрашивать у них: “Вы же не пишете ЛукОшенко? Хотя по такой логике должны были бы”. Срабатывает.
Так что правильно — ФедАренко“.
Добавлено  4 мая 12:16

Андрей Федаренко. Путешествие (I)

Он сидел на Фридрихштрассе за столиком у вьетнамского кафе, в котором только что пообедал (острый душистый суп из креветок, кусок жареной свинины с такой же острой маринованной морковью на гарнир, две рюмки крепкой, 70 градусов, китайской рисовой водки), и вот, без двадцати евро в кармане, зато с полным желудком и с лёгкой душой, сидел, курил, расстегнув куртку, положив на столик рядом с пепельницей шапку и перчатки (жена бы за это не похвалила – плохая примета).

А. Федаренко (фото отсюда)

Зима, декабрь, скоро Новый год, а ни снега, ни мороза. На деревьях кое-где жёлтые листья. Пока он обедал, ещё потеплело, даже какой-то намёк на солнце появился: не столько солнечный диск было видно, сколько он угадывался, пробиваясь через дымку оранжево-апельсиновым светом. Сбоку, на газоне, светилась голубая синтетическая ёлочка, под которой стояли два пузатеньких игрушечных Санта-Клауса – в красно-белых тулупчиках и шапочках, с белыми бородами; один обычный, похожий на нашего Дед-Мороза, второй – негр; для полной евротолерантности не хватало ещё одного – женского пола.

«Всё по два, – подумал он. – Две рюмки водки, два Санта-Клауса, два друга сейчас со мной».

Он расслабленно, довольно, сыто покуривал, посматривал на ёлочку, на витрину напротив, которая подмигивала, переливалась, пульсировала огоньками, окрашивая в разные цвета тротуар, на машины, на людей, и думал об эволюции белорусского писателя, удивлялся, как раздвигаются его географические границы. Вот сидит он в центре Берлина, а ещё вчера был в Минске, а позавчера (или когда? восемнадцатого? нет, девятнадцатого, на Миколу) – в родной деревне. Он приехал к Тане, двоюродной сестре, и они пошли на кладбище; была настоящая белорусская зима, мороз, солнце и одновременно снег – падали с неба редкие, крупные снежинки, кружились, блестели на солнце – а мы шагаем по пороше, сестра с палкой впереди, я малодушно сзади, ступая в её следы, жалея новые ботинки; я и сейчас в них, в этих жёлтых ботинках, на которых, конечно же, какие-то микроскопические родные пылинки остались… А приятно так плавать то в первом, то в третьем лице, думать о себе то «он», то «я».

Вдруг с некоторым запозданием начало действовать спиртное. Сильнее забилось подстёгнутое табачным дымом сердце, ожила кровь, тёплая волна пошла в кончики пальцев ног. Стало беспричинно легко, почти радостно. Хотя почему беспричинно? Наоборот, много причин. Это и апельсиновый свет, и голубая ёлочка, и скорое пришествие любимого Нового года. И то, что рассказ его перевели на немецкий язык, благодаря чему он здесь и оказался, приглашённый на книжную выставку. То, что у него получается сдерживать данное когда-то самому себе обещание: сколько бы раз ни был в Берлине – обязательно пройти тем самым маршрутом, что и в первый свой приезд сюда, лет 20 назад, тоже на какую-то книжную выставку, только связанную с драматургией. Тогда было лето, он – с картой в руке, оглушённый чужеголосьем языка, совсем не похожего на тот, которому учили их в школе и вузе (кто бы мог подумать, что язык понадобится? или что понадобится когда-нибудь ему немецкая драматургия?) – шёл, куда глаза глядят, пока не оказался вплотную перед дверями Литературного дома-музея Брехта (или Брехьта, как немцы смягчают), драматурга! – но не очень удивился, равно как не удивился однажды в Москве. Тоже летом, спасаясь от невыносимой жары, – адом дышали дорога, стены, а асфальт и на затенённой стороне улицы прилипал к подошвам, – шёл, думая почему-то о Гоголе, завернул в какой-то старый московский дворик, и первое, что увидел – под тенистыми липами чёрный бюст длинноносого человека, дальше двухэтажный особнячок буквой «П». Доска на стене подтверждала, что это тот самый дом, где умирал Гоголь; сквозь листву лип можно было рассмотреть трубу, из которой вылетели в вечность «Мёртвые души», том второй.

А за стеной этого брехтовского Дома-музея начиналось кладбище, больше похожее на парк: зелёное, идеально чистое. Старые и молодые деревья заглушали звуки мегаполиса. Заливались птицы. Здесь не было венков, пластмассовых цветов, оград в человеческий рост. Возле обелисков и склепов на земле не стояли мутные, пожелтевшие и почерневшие, полные дождевой воды рюмки (из которых у нас угощаются покойники). Были аккуратные дорожки, то выложенные плитками, то каменистые, то засыпанные разнокалиберным гравием, который осторожно и приятно хрустел под ногами. Мимо дорожек тянулись вечнозелёные кусты, живая ограда из мирта, самшита, остролиста и, кажется, даже из экзотического карликового падуба – всё в форме геометрических фигур: прямолинейные и криволинейные, овальные, как из-под лекала, и круглые, как из-под циркуля; везде по земле, по кустам, по стволам деревьев до самой кроны висел, вился, полз плющ. В дальнем уголке таилась скамеечка под сиреневым кустом, не кустом – деревом, так раскинулась, вымахала эта берлинская сирень – выше лип и буков.

Затем он узнал, что случайно попал на Dorotheenstädtischer, знаменитое кладбище французских гугенотов, что это музей-заповедник, охраняется государством, что здесь похоронены Гегель, Томас Манн, Брехт, Грасс… Так ему там понравилось, таким своим, заветным сделался этот зелёный уголок, скамья под сиренью, что в каждый свой приезд в Берлин он стал ходить сюда – словно отдавая дань себе-нынешнему, а себе-прежнему давая отчёт: («Добрый день, линден-липа, узнаёшь меня? – вот я снова, живой, трогаю твои трещинки…»).

И всякий раз он словно подрастал. Теперь, в этот четвёртый по счёту приезд, он уже мог быть самому себе, и своим невидимым друзьям, не только экскурсоводом, а и переводчиком, поскольку наконец-то более-менее стал понимать по-немецки. Маленькая победа. Словно вылетели из ушей серные пробки, или как после самолёта, если зажать нос и сильно выдохнуть через уши: писк, треск, и вот начинают издали возвращаться знакомые звуки и слова. Наконец он вырвался из языкового плена, из этого монотонного кошмара, перестал быть участником немого кино, где на его долю перепадали только пейзаж, натюрморт и декорации. Возбуждённый, обрадованный, он целый день толкался среди людей в выставочном павильоне, останавливался у боксов, стендов и жадно слушал, причём интересовала его не столько лексика, сколько особенности произношения, интонации, а они, как отпечатки пальцев, оказывается, у каждого разные; например, со всех сторон он слышал: бейлин, бегин, берляйн, полен, болен, а всё это означало – Берлин.

*

Солнце на миг целиком высвободилось из облака. От столиков, стен, от припаркованных машин, от деревьев легли поперёк улицы тени, – и снова этот оранжево-апельсиновый свет перенёс на неделю назад, снова пищит под ногами молодой снег, падают, кружатся редкие большие снежины… Светит солнце. Снег чистый, искристый, даже больно на него смотреть. Сбоку по снегу медленно двигаются две тени – девичье-подростковая Танина (а ей шестьдесят пять!), и моя – неуклюжая, горбатая, ведь за спиной рюкзак, где выпивка и закуска. Другое дело, зачем туда идти такой порой, таким снегом – тем более я только что приехал, даже за столом не посидели, – но это уже местная традиция: сколько себя помню, ещё когда мать была жива, как только приезжал, прежде чем сесть за стол, отправлялись на кладбище. Больше того, этот поход ещё надо заслужить, не каждого возьмут: например, Танин кавалер – Володя (живёт в местечке Каменка в четырёх километрах, хочет к Тане в примаки, сейчас они в ссоре, и он пришёл мириться) – наказан, как малое дитя за шалость, и оставлен дома.

Таня в джинсах и в валенках, на ней оранжевая горнолыжная куртка-анорак с капюшоном, из-под которого выбиваются махровые концы шерстяного платка-коноплянки, неизвестно из какого сундука вытянутого, давно таких платков не выпускают. Перед тем как ступить, она щупает палкой снег.

«Ты смотри, ну! – сама себе удивляется она; голос запыхавшийся, но весёлый, звонкий в деревенской тиши. – Какая я стала старая кошёлка, каракатица! Разве я такой была? Я же не ходила, а летала!..»

Таня в нашем роду – блудная дочь, постыдное пятно на семейной чести. Мне было 5, ей 15; помню что-то стремительное, как огонь, рыжее, как белка, с задранным носиком, острыми зубками, над ушами куцые косички с бантиками; хулиганистая, немного, а может, и не немного, без царя в голове; как все такие «оторвы», дружила с парнями, причём теми, кто был её старше, играла в футбол, хоккей, в разведчиков, в ножики, в чику и в карты на деньги. Как-то в летние каникулы поехала в посёлок Цигломень Архангельской области в гости к нашему дядьке, который работал там в порту, да так домой и не вернулась – мгновенно влетела в какую-то историю, во что-то, связанное с ранней, школьной беременностью, а в те времена это было пострашнее, чем ведьмачество в Средневековье. Её родители, а мои дядька с тёткой, Степан и Катя, ходили в чёрном, на фальшиво-сочувственные расспросы отвечали: «Горэ, человече! Горэ!» И даром что Таня вскоре вышла там замуж – то ли за того самого местного русского, который её окрутил и соблазнил, то ли за другого, не знаю – с того времени в нашей родне само имя её произносилось как непристойное слово, и долго ещё потом, когда упоминали её при детях, краснели, понижали голос, прикладывали палец к губам.

Изредка Таня приезжала в деревню к отцу с матерью, поначалу с детьми – двумя белобрысыми мальчиками-погодками, потом с мужем, Володей, добродушным помором-русотяпом с белыми усами. Пьющий. Угощал нас, малых, сигаретами с фильтром и рассказывал, как выпивал с Высоцким. Не знаю, куда он потом подевался, говорили, что якобы раздавило брёвнами на сплаве, или же они просто развелись. Как бы ни было, Татьяна без мужа, с двумя подросшими уже парнями вернулась на родину, в опустевшую хату – к тому времени как-то вдруг, в один год, не стало дядьки Степана с тёткой Катей. Начала работать в парниках в Каменке (помню среди зимы помидоры, огурчики, салатового цвета кочанчики капусты). Сыновья выросли, оба взяли в жёны местных белорусок, городских, с квартирами, – а Таня так и живёт в родительской хате одна, или, как в последнее время, с кавалером.

Интересно, что у этого её кавалера из Каменки не только одинаковое с первым мужем имя, а они ещё и внешне похожи: светлые волосы, белые усы, даже один и тот же свитер под горло, с оленями на груди и с орнаментом на рукавах; только тот архангельский Володя был характером ровный, а этот, каменский, – переменчивый. Я видел его всего три раза, и всякий раз в новой фазе. Первая – обычный мужчина, работает в котельной, держится достойно, говорит по теме, не перебивает, но и себя не даёт перебить, интересуется политикой, даже ведёт блог в соцсетях. Вторая – когда сорвался на полгода в Россию на заработки, откуда приехал заносчивым, неприступным, клочьями вытаскивал из кармана мятые русские рубли и ещё больше их мял, пил почему-то из горлышка, даром что сидели за столом и были рюмки. Подпив, геройствовал: «да я! да мне!», поплёвывал под ноги, бил себя в грудь, чуть не рвал на себе рубаху… И, наконец, фаза третья – униженный, пристыженный, покорный.

«…Те дети, те внуки, – философствует Таня. – Не едут, не хотят, а приедут, так уставятся в планшеты, ни леса не знают, ни речки… Вот, пока здоровая, ничего не болит, а там кому я буду нужна? Теперь дети не смотрят родителей. Счастлив тот, у кого их нет! – и сразу же вытягивает из кармана смартфон, чтобы в сотый раз похвалиться: – Посмотри, какие у тебя племянники!»

На матовом экранчике при всём желании ничего не рассмотреть, но я и так на память знаю: два амбала с короткими причёсками, как в фильмах о 1990-х, два синеоких, белобрысых потомка Ломоносова, стоят – один у «БМВ», другой у «Мерседеса». Знаю также, какие они хваты, ловкие, удачливые, оба работают в России – полгода там, полгода тут: ныне это считается (куда мне с моим писательством) неплохой карьерой. Нянча внуков, Таня приговаривает: «Расти, дитятко, большое, вырастешь – будешь, как батька, в Россию ездить…»

Квадратное кладбище ограждено высоким штакетником. У забора на пушистом снегу совсем свежие заячьи следы: две лапки-точки рядом и две – одна за другой. Из снега торчат прутья акаций, рядом – такой же толщины и высоты высохшие стебли полыни с мелкими, словно у вереска, почерневшими цветками на концах.

Помогаю Тане открыть воротца. Здесь снега ещё больше, чем на поле, его нанесло почти до половины штакетника, потому что есть чему задерживать. Могилы добрались до самых ворот, давно возят сюда хоронить из города, и такое ощущение, что все эти новые памятники, кресты, ограды ставятся и лепятся абы как, где попало, друг на друга, криво и косо, не оставляя ни тропинки, ни прохода.

«Ты смотри, – дивится Таня. – Как я не подумала? Сюда ж не влезешь».

Мы стоим в нерешимости. Ни ей, ни мне не хочется идти. Тем более что все Танины похоронены в дальнем от ворот восточном уголке, мои – в дальнем западном.

«Столько снега… Оно ещё надоест, это кладбище… Пойдём-ка назад…»

Неподалёку, метрах в десяти, могила моего друга и одноклассника Сержика. Решаю, раз уж я здесь, навестить хотя бы его. Ступаю – и сразу проваливаюсь в рыхлый снег выше колен.

«Их тут не забывают, – всё словно оправдывается Таня. – Я сюда часто хожу. И полю, и шишки вырываю, и акации эти секу – а такая гадость! – корни, как верёвки, сами, как проволока, топор пружинит, срубишь одну, а через неделю на том месте десять…»

Скромный памятничек из гранитной крошки. Снег налип на портрет, не видно его, зато хорошо видны золотистые буквы и цифры, очень мне знакомые и не очень приятные в таком месте – мои год и месяц рождения. Мы трое родились в один год и в один месяц: я, Сержик и Витя Смолер. Были мы, как братья, жить не могли друг без друга, всегда вместе, всё было общее: школа, уроки, книжки, рыбалка, игры… Никогда не дрались. Но после школы – армия, новые друзья, девки… Если с Витей Смолером мы ещё какую-то связь поддерживаем, изредка, в общий день рождения, созваниваемся (важный, солидный человек, ректор строительного колледжа, у него дорогая машина, дача в Криничном), то с шалопутным Сержиком ни разу после школы не виделись, и в курсе его взрослой жизни я был только заочно. В каждый свой приезд у матери спрашивал: «А где Сергей?» – на что получал поочерёдные ответы:

«– Служит в Кронштадте!»

«– Женился!»

«– Развёлся!»

«– В тюрьме!»

«– Выпустили из тюрьмы!»

И в последний раз: «– Где Сергей?»

«– На кладбище! Картошку пошёл красть, да убили лопатой!»

Снимаю перчатки; по-детски подув на пальцы, сметаю снег. С овального портретика на меня внимательно посматривает Сержик: подретушированный, подкрашенный, донельзя слащавый – и всё равно удивительно похожий на того, каким был в шестом-седьмом классе, только почему-то в костюме и в галстуке с неуместным широким узлом. Солнце косо падает на памятник, освещает портретик, от чего глаза у Сержика как живые; кажется, сейчас он подмигнёт и скажет: «Как я вас?»

Сзади у воротец Таня громко, на всё кладбище, рассказывает:

«…Приду, по матери поплачу, а по отцу не буду, он на меня ругался: то я пью, то курю, то гуляю…»

Возвращаясь назад, справа от ворот замечаю новую, ещё без ограды, могилку. Присыпанные снегом венки. На стандартном, сваренном из труб кресте – табличка, на которой белой краской… опять мой год и месяц рождения! Протираю глаза. Настоящее дежавю.

«Витя Смолер, – равнодушно подтверждает Таня (она ведь не жила в деревне и не знает, что мы были, как три жёлудя на одной ветке). – Осенью похоронили! А богато хоронили! с венками! а людей-людей было! Лопатой убили», – утишив голос, доверительно сообщает она.

«То не его», – поправляю машинально.

«Его! Жена на почве ревности! Где-то на даче в Криничном! Не специально, она и не хотела, да как-то так махнула сгоряча, так попала в спину, что лёгкое оторвалось! Похаркал маленько в больнице, да и помер… Ты смотри, ну! – вдруг вскрикивает она, повернувшись в сторону деревни и показывая палкой. – А оно идёт!»

Володя, её кавалер, шёл к нам по её следам. Заметив, что на него смотрят, остановился. Таня грозит ему палкой.

«Я тебе покажу! Побил меня на сухряк (что такое «сухряк»?). Пусть вину свою помнит», – но по голосу чувствуется, что она довольна: и в такие годы у неё есть кавалер.

Бреду следом за ней – и сам себе удивляюсь. Почти ровно на душе. Совсем не ошеломила новость, что я уже один из трёх остался. Только шевелится в голове – вот ещё один номер будет удалён из телефона, и какая-то неуместная (или, напротив, уместная) игривая мысль, которую хочу и не могу прогнать: почему опять лопатой? Что за мода? Правда ли, что некогда на Западном Полесье существовал суровый спартанский обряд, жестокий обычай, который так и назывался – «Лопатня»: старых, дряхлых, слабых заводить на кладбище и убивать лопатой?

(перевёл с белорусского Вольф; окончание следует)

Опубликовано 01.05.2018  22:25

 

 

Успех Руслана Когана из Бобруйска

09:04.2018

Мультимиллионер рассказал о своем детстве в Бобруйске

Руслан Коган. Фото: theage.com.au

Руслану Когану – 35 лет. Уроженец Беларуси находится на 12 месте в списке богатейших граждан Австралии в категории до 40 лет, и его состояние оценивается в 169 млн долларов.Акции компании Kogan.com в прошлом году выросли в цене в 4 раза. 

На днях австралийское издание The Age опубликовало очередной материал о бизнесмене, ставшем пионером в области онлайн-ритейла на этом континенте. В нем Коган повествует о годах, проведенных в родном Бобруйске, и о корнях своей семьи.

«Моя бабушка прошла через Холокост. Прабабушка, умершая всего за пару дней до 100-летнего дня рождения, видела, как похоронили семерых ее сестер», – рассказал Руслан, добавив, что родителей его прабабушки также убили нацисты.

Семья Коганов переехала в Австралию в июне 1989 года. А до 6 с половиной лет будущий мультимиллионер жил в Бобруйске. Жизнь всех людей при БССР в городе, по его словам, была окрашена в одинаковый серый цвет.

Она совсем не походила на жизнь австралийских детей его поколения. Все контролировалось государством, масс-медиа находились под цензурой, не было Nintendo, а съесть банан было чем-то из ряда вон выходящим, вспоминает он.

«Зачастую счастье состоит в неведении, – говорит Коган. – Может, у нас все было плохо, но я об этом не знал».

Хотя оба его родителя были профессионалами с университетским образованием, в возрасте чуть за 30 они бросили работу, дома, имущество, чтобы переехать в Австралию и дать своим детям – Руслану и Светлане – лучшую судьбу, объясняет он.

Семья прибыла на континент в 1989 году с 90 долларами в кармане и без знания английского.

Коганы въехали в квартиру в Мельбурне, построенную в рамках госпрограммы, которая была почти такого же размера, как и их квартира в БССР, и жить им пришлось экономно.

С мамой. Фото: theage.com.au

«У меня как у ребенка все было, я вырос в любящей семье, и родители работали на 3-4 работах, изучая английский. Мама в одном месте была уборщицей, в другом – официанткой. Они пережили много трудностей, а меня от них оберегали», – сказал он.

Папа и мама работали несмотря ни на что: по словам Руслана, отец никогда не взял ни одного выходного дня.

Мама Ирина в семье – «главнокомандующий», человек, который постоянно движет все вперед. Именно она, по словам Когана, подстегивает его работать лучше, сильнее и становиться все более хорошим человеком.

Одно время мама знала каждый товар на Kogan.com – его сайте, который начал работу с продажи по низкой цене телевизоров, отобранных Русланом лично и ввезенным из Китая.

Сейчас сайту уже 11 лет, на нем числится 70 тысяч товаров, и матери с сыном пришлось отпустить бразды правления и довериться другим.

На своем первом родительском собрании его мама не могла говорить по-английски и полагалась на переводчика, вспоминает бизнесмен.

«И вот она спрашивает: «Как Руслан?» Учитель: «Руслан хорошо общается с другими детьми, любит играть, полностью съедает свой завтрак, – смеется он. – А моей маме совсем не важно, как там ест ее сын. Она уточняет: «Нет, как он в плане учебы?»

«Учитель удивился, но мама настаивала: «Задавайте ему больше домашних заданий. Делайте так и так». То есть она подстегивала с самого раннего возраста», – добавил бизнесмен.

В разговоре с журналистом The Age он также рассказал, что с первых заработков купил маме BMW, который со временем заменили на Tesla.

От ред. belisrael.info. Пересказ статьи из «Тhe Age» взят отсюда: www.belmir.by/2018/04/09/мультимиллионер-рассказал-о-своем-де/ Добавим три абзаца, переведенные нами с английского:

С деньгами приходит власть, но Коган мало интересуется политикой. Вместо этого он тратит «тысячи часов» на поездки с выступлениями в школах, университетах, фирмах, семинарах и конференциях. Это делается для того, чтобы поощрить инновации: «Предпринимательство движет инновациями, духом лидерства, занятостью, богатством народов…»

Хотя Руслан признаёт свою зависимость от интернета, он говорит, что плюсы перевешивают минусы: «Интернет свергает диктаторов, и это главное. Если вы тиран или диктатор, для вас нет ничего более пугающего, чем собрания людей, где обмениваются мнениями. Мои родители видели, что произошло».

Между делом он отдыхает, занимаясь тем, что любит больше всего: рыбалкой и выездами на природу: «Погода не знает, сколько у вас денег, и насылает на вас дождь независимо от вашего богатства. Рыба? Она тоже не знает, кто на другом конце удочки».

***

Ред.: Поддержите независимый сайт, публикующий правдивую информацию, которая далеко не всем нравится.

Опубликовано 11.04.2018  18:51

Our work deserves your support / העבודה שלנו ראויה לתמיכה שלכם

English and Russian text is below

שלום לכל המבקרים שלנו באתר!
קודם כל, אני מברך אותכם עם חג הפסח הקרוב, ואת  הקוראים הנוצרים שלנו עם חג הפסחא!
מליאסן רובין
מפנינה מלר

במשך כמעט 10 שנים של קיום, המשאב הישראלי-בלרוסי העצמאי עשה עבודה נהדרת, הוא מפרסם חומרים במגוון נושאים, כולל רבים מהם בלעדיים. זה לוקח הרבה מאוד זמן, לפעמים כמה שבועות, כדי להכין ולפרסם חומר אחד. במקביל, האתר קיים רק בזכות התלהבות של אנשים בודדים, עלויות התחזוקה עולים. כך, למשל, בערב ה -27 במארס 2018 הוא הפסיק להיפתח, נכתבה כתובת:

This account is temporary On Hold. Please check your billing for outstanding invoices…

הייתי צריך להיכנס להתכתבות עם חברת ההוסטינג ולשלם להם הוצאות נוספות. Belisrael.info משחק תפקיד ציבורי חשוב, הוא זכה ליוקרה בישראל ובבלרוס.
כרגע הוא נחשב לאחד הפופולריים הבודדים בכמה יבשות שונות במשאבי אינטרנט, אשר כמעט ואין לו תמיכה חיצונית קבועה (באותו זמן אני אסיר תודה לקוראים הבודדים ששלחו תרומוות מוקדם יותר). אני מפנה את השאלה לאלו החיים בישראל, באמריקה, בקנדה, באוסטרליה, בגרמניה ובמדינות רבות אחרות: האם משהו יקרה לך אם “תיקרע” מעצמך סכום מסוים עבור מעשה טוב? העזרה הכספית שלך תעניק לאתר את ההזדמנות להתפתח – היא תאפשר לנו לעודד את הכותבים שכבר כותבים עבורנו, כמו גם למשוך חדשים מהעיתונאים והסופרים המקצועיים. אחרי הכל, כל עבודה צריכה להיות מוערכת ובן אדם אמור לקבל תשלום עבורה. בנוסף, ניתן
יהיה לבצע מספר פרויקטי צדקה. תן לי להזכיר לך …
למד כיצד להעביר כסף כאן.
כל טוב לקוראים ולכותבים!
***
חג הפסח הגיע, אני מברך אותכם עם חג בהיר ושטוף שמש! שעל השולחנות שלכם, אשר החברים שלכם יתאספו, יהיו שפע. שהטוב והבריאות ישלטו בביתכם. שיהיו לכם הצלחות בכל השאיפות והמאמצים. שכל הצרות יעברו אתכם ואת הילדים שלכם מהצד. ששמחת החג הזה תשלוט בנפשכם ובלבכם. שהמחשבות והחלומות שלכם יתממשו בקרוב ולא ידעו מכשולים.
יורי וייסמן מאוסטרליה
_________________________________________________________________________________________________
אהרון שוסטין, מייסד ומנהל האתר
פורסם ב- 30/03/2018 16:16
 
***

Shalom to all our visitors of the site! First of all, I congratulate you with the upcoming Pesach, and our Christian readers with Easter! 

From Leon Rubin, Israel

From Pnina Meler, Israel

For almost 10 years of existence, the independent Israeli-Belarusian resource has done a great job, it publishes materials on a variety of topics, including many exclusive ones. It takes a lot of time, sometimes for several weeks, to prepare and publish one material. At the same time, the site exists only thanks to the enthusiasm of individuals, and maintenance costs are rising. For example, in the evening on March 27, 2018 it stopped opening, an inscription popped up:

This account is temporary On Hold. Please check your billing for outstanding invoices…

I had to enter into correspondence with the hosting company and pay additional expenses. Belisrael.info plays an important public role, it gained prestige in Israel and Belarus. Now it is one of the few popular Internet resources, which almost does not have constant external support (at the same time I am grateful to the few readers who sent donations earlier). I address the question to those living in Israel, America, Canada, Australia, Germany and many other countries: will something happen to you if you “tear off” yourself some amount for a good deed? Your financial help would give the site the opportunity to develop – it would allow to encourage those already writing for us, as well as attract new ones from among professional journalists and
writers. After all, any work should be evaluated and paid for. In addition, a number of charitable projects could be implemented. Let me remind you … Learn how to transfer money here. All the best to our readers and authors!

***

There comes Passover,

I congratulate you on this bright and sunny holiday! Let on your tables, for which your friends will gather, there will be abundance. Goodness and health let them reign in your homes. Successes to you, in all aspirations and endeavors. Let troubles and troubles avoid you and your children. Joy let this holiday reign in your souls and hearts. Let your thoughts and dreams soon be fulfilled and do not know obstacles.
Iouri Vaisman from Australia
_________________________________________________________________________________________________
Aaron ShustinEditor-in-Chief
Published 30/03/2018  16:16

***

Шалом всем посетителям сайта!

Прежде всего поздравляю с наступающим Песахом, а наших читателей-христиан – с Пасхой!

От Леона Рубина, Израиль

От Пнины Меллер, Израиль

За без малого 10 лет существования независимый израильско-белорусский ресурс проделал огромную работу, на нем публикуются материалы на самые разные темы, в том числе немало эксклюзивных. Приходится тратить массу времени, иногда по нескольку недель, на подготовку и публикацию одного материала. При этом сайт существует лишь благодаря энтузиазму одиночек, а расходы на техническое обслуживание растут. Например, вечером 27.03.2018 он перестал открываться, выскочила надпись:

This account is temporary On Hold. Please check your billing for outstanding invoices…

Пришлось вступить в переписку с хостинговой компанией и оплатить дополнительные расходы.

Belisrael.info играет важную общественную роль, он завоевал авторитет в Израиле и Беларуси. Сейчас это один из немногих популярных на разных континентах интернет-ресурсов, практически не имеющий постоянной внешней поддержки (вместе с тем я благодарен отдельным читателям, которые ранее присылали денежные переводы). Обращаюсь с вопросом к живущим в Израиле, Америке, Канаде, Австралии, Германии и многих других странах: неужели что-то с вами произойдет, если «оторвете» от себя какую-то сумму на доброе дело? Ваша финансовая помощь дала бы сайту возможность развиваться – позволила бы поощрять уже пишущих для нас авторов, а также привлекать новых из числа профессиональных журналистов, писателей. Ведь любая работа должна быть оценена и оплачена. Кроме того, можно было бы осуществить ряд благотворительных проектов. Напомню

Узнать о способах перечисления денег можно здесь.

Всего самого доброго читателям и авторам!

***

Наступает Песах,

Я поздравляю Bас в этот светлый и солнечный праздник! Пусть на ваших столах, за которыми соберутся ваши друзья, будет изобилие. Благость и здравие пускай царят в ваших домах. Успехов вам, во всех стремлениях и начинаниях. Пускай неприятности и беды обходят стороной вас и ваших детей. Радость пускай в этот праздник царствует в ваших душах и сердцах. Пусть Ваши мысли и мечты скорее исполняются и не ведают преград.

Юрий Вайсман, Австралия

Знаёмых іудзеяў і проста габрэяў ды ізраільцян — са Святам Пасхі.

Анатоль Сідарэвіч, Мiнск

___________________________________________________________________________________________________

Арон Шустин, основатель и редактор сайта

Опубликовано 30.03.2018  16:16

 

Туристическая выставка / Exhibition IMTM 2018 in Tel Aviv

В современном глобальном мире, носящем меткое название “всемирная деревня”, всё больше людей хотят не пассивного времяпровождения за экраном компьютера или телевизора, а новых позитивных впечатлений, которые дают путешествия в новые интересные места. И тут у потенциального путешественника разбегаются глаза от разнообразия стран, городов, маршрутов и поездок. Можно, конечно, в наш компъютерный век заглянуть на любой сайт, ознакомиться с техническими данными, полюбоваться фотографиями и решить вопрос на месте.  Однако осознанный выбор лучше сделать, пообщавшись глаза в глаза с представителями принимающей стороны. Именно этой цели и служат международные туристические ярмарки, такие как IMTM, проводимые в Тель-Авиве в комплексе Ганей Тааруха.

In the modern global world, bearing the apt name of the “world village”, more and more people do not want passive pastime behind a computer screen or a TV set, but new positive impressions that give trips to a new interesting places. And then the potential traveler’s eyes are fleeing from the diversity of countries, cities, routes and trips. You can, of course, in our computer age look at any site, get acquainted with the technical data, enjoy the photos and solve the problem on the spot. However, it is better to make an informed choice, having communicated eyes with representatives of the host party. This is precisely the purpose of international tourism fairs, such as IMTM, held in Tel Aviv in the Ganei Taaruha complex.

На сей раз это была уже 24-я по счету и прошла она 6-7 февраля в самом большом корпусе выставочных павильонов. Всего в выставке принимали участие представители примерно полусотни стран: немало авиакомпаний, а также много израильских фирм, отелей, кибуцев, др. туристических объектов, муниципалитеты таких городов, как Тель-Авив, Герцлия, Ришон ле-Цион, Арад, Эйлат, Цфат. Павильоны были красочно оформлены талантливыми руками художников и демонстрировали виды богатой природы, либо великолепной архитектуры.

This time it was already the 24th exhibition in a row and it was held on February 6-7 in the largest building of the exhibition pavilions. A total of about 50 countries took part in the exhibition, including many air companies, as well as many Israeli companies, hotels, kibbutzes and other tourist sites. municipalities in such cities as Tel Aviv, Herzliya, Rishon Lezion, Arad, Eilat and Zefat. Pavilions were colorfully decorated with talented hands of artists in the form of rich nature, or magnificent architecture.
 
Особенно понравилось оформление чешского павильона с изображением реки Влтава и старого города.
Среди огромного количества участников, особо заметны были представители Кипра, Чехии, Франции, Грузии, Венгрии, Японии, Филиппин, Шри Ланки, Танзании, Южной Кореи, Польши, Румынии, Болгарии, Испании, Литвы, Латвии, Украины, России, Турции, Албании, Мальты, Непала.
Especially I liked the design of the Czech pavilion with the image of the Vltava River and the old city.
Among the huge number of participants, there were representatives of Cyprus, the Czech Republic, France, Georgia, Hungary, Japan, the Philippines, Sri Lanka, Tanzania, South Korea, Poland, Romania, Bulgaria, Spain, Lithuania, Latvia, Ukraine, Russia, Turkey, Albania , Malta and Nepal.
Были представители некоторых экзотических стран, из павильонов которых, порой раздавалась громкая музыка. Можно было посмотреть видео об этих странах и сфотографироваться. Хотелось бы отметить национальные танцы представительниц Доминиканской республики, а также Румынии и национальные одежды (кимоно) японцев.
Among the participants were representatives of some exotic countries, from which, at times, heard loud music. You could watch a video about these countries and take a picture. I would like to mention the national dances of the representatives of the Dominican Republic, as well as of Romania and the national clothes (kimono) of the Japanese.
                       Gil Sadgat @ Merav Lev                                                        Alex Supinski

                         Beni Shapiro (belisrael.info)
Оригинальностью отличался и киргизский павильон. Каждый желающий мог примерить и сфотографироваться в национальном головном уборе этой страны.
Один из нас перед поездкой на выставку послушал новости по радио и там, среди прочего, передали, что из-за напряжения в израильско-польских отношениях, делегация Польши отказалась принимать участие в этом мероприятии. Странное сообщение,  а в действительности на самой выставке можно было увидеть и польских представителей, к тому же достаточно много. Политика политикой, а деловая дипломатия побеждает! Ещё одним доказательством этого постулата стало участие ряда мусульманских стран.  Широко были представлены страны бывшей Югославии (Сербия, Словения, Хорватия, Македония). Можно было видеть компании Норвегии, Бельгии, Парагвая, Марокко, Индии, Таиланда, Ганы, Эфиопии, Тайваня и др. Вообще же по представленным на выставке странам можно было изучать глобус. Мы наведались в павильоны стран Африки и американского континента. От фотографирования и интервью пелефоны быстро разряжались, но в лобби выставочного центра имелась возможность их подзарядить и продолжить работу. Один из нас был на выставке и во второй день, что оказалось полезно, поскольку сумел пообщаться со многими из тех, с кем не получилось накануне. В результате набралось огромное количество снимков, которые после обработки можно увидеть в большой публикации о выставке.
Хочется отметить, что впервые за ряд лет не участвовала делегация Беларуси,  что наталкивает на определенные размышления о сложном положении в стране.
Обойдя всю выставку, общаясь с рядом ее участников, мы предложили некоторым из них дать интервью для сайта, других же попросили прислать небольшую информацию о компаниях, которые они представляют. В дальнейшем она может быть добавлена в опубликованный материал или же размещена отдельным рассказом о компании на договорных условиях.
The Kirghiz pavilion also differed in originality photo. Everyone could try on and take a picture in the national headgear of this country. 
One of us before the trip to the exhibition listened to the news on the radio and there, among other things, told that because of the tension in the Israeli-Polish relations, the delegation of Poland refused to participate in this event. A strange message, and, indeed, it was possible to see Polish representatives at the exhibition, and there were quite a lot of them. Politics go their way, but business diplomacy comes over! Another proof of this postulate was the participation of a number of Muslim countries. The countries of the former Yugoslavia were extensively represented (Serbia, Slovenia, Croatia, Macedonia). You could see the companies of Norway, Belgium, Paraguay, Morocco, India, Thailand, Ghana, Ethiopia, Taiwan, etc. Generally speaking, the countries represented at the exhibition could help studying the globe. We visited the pavilions of the countries of Africa and american continent. From photography and interviews, the phones were quickly discharged, but in the huge lobby of the pavilion there is an opportunity to recharge them and continue working. Having spent almost the whole day at the exhibition, we met a small stream of visitors at the exit, who decided to visit it after a day’s work. One of us was at the exhibition also in the second day, which turned out to be useful, because I managed to communicate with a number of those who did not work the day before . As a result, a huge number of images were collected, which after processing can be seen in a large publication about the exhibition.
I would like to note that for the first time in a number of years the delegation of Belarus did not participate, which pushes you to think about  certain reflections on the difficult situation in the country.
Going around the whole exhibition, communicating with a number of its participants, we suggested some of them to give interviews for the site, while others were asked to send a little information about the companies they representIn the future, it can be added to the published material or placed in a separate story about the company on contract terms.
 
Olga Zamar                                                                                              Olga & Alexander Baranov   
Ольга Замар, представительница отдела маркетинга крупнейшей венгерской туркомпании “1000 дорог”, рассказала о многогранной деятельности компании. Компания организует турпоездки по территории всей Венгрии, от Шопрона на западе страны до Карпатских гор на востоке, недалеко от венгерско-украинской границы. Компания предоставляет гибкие цены, подходящие для людей с различным уровнем дохода. Услугами “1000 дорог” пользуются как пенсионеры, так и работающие люди, желающие провести свой отпуск в одной из красивейших стран центральной Европы. Услуги компании включают прямой авиаперелёт по маршрутам Москва-Будапешт и Москва-Дебрецен, размещение в отелях от 3 до 5*, завоёвывающих знаки отличия в своей категории, и обеспечение гидами, проводящими как групповые, так и индивидуальные экскурсии на разных языках, включая русский.  В перечне направлений деятельности компании также медицинский туризм, например на озера Балатон и Хевиз, всемирно известные бальнеологические курорты, подходящие для лечения заболеваний опорно-двигательного аппарата. Компания также организует экскурсии в столицы соседних стран Вену и Братиславу, обзорные экскурсии по Будапешту и посещение мест, связанных с проживанием еврейской общины. Также стоит обратить внимание на прогулку на корабле по Дунаю, во время которой пассажиры могут совместить обзор достопримечательностей вечернего Будапешта с вкусной едой и виртуозной музыкой. Ещё одним видом турпрограммы является посещение венгерского парламента. Здание потрясает не только своими размерами, но и художественным оформлением. Но не стоит ограничиваться только водными прогулками и осмотром наземных достопримечательностей. Изюминкой программы является посещение подземного Будапешта. Под Будайскими горами находится огромное множество подземных пещер, общая протяжённость которых составляет 20 км, а постоянная температура +11 при 100% влажности. Для ценителей вина есть возможность посещения винных дорог Этьека, где можно сочетать дегустацию лучших сортов вин с ужином из национальных венгерских блюд домашнего производства.
Olga Zamar, representative of the marketing department of the largest Hungarian travel company “1000 roads” spoke about the multifaceted activities of the company. The company organizes tourist trips throughout the whole of Hungary, from Sopron in the west of the country to the Carpathian mountains in the east, near the Hungarian-Ukrainian border. The company provides flexible prices suitable for people with different income levels. The services of “1000 roads” are used by both pensioners and working people who want to spend their holidays in one of the most beautiful countries of central Europe. The company’s services include a direct air flight on the routes Moscow-Budapest and Moscow-Debrecen, accommodation in a hotel from 3 to 5 *, winning the insignia in its category and providing guides conducting both group and individual excursions in different languages, including Russian. The list of activities of the company also includes medical tourism, for example Lake Balaton and Héviz, world-famous balneological resorts suitable for the treatment of locomotor apparatus diseases. The company also organizes excursions to the capitals of neighboring countries Vienna and Bratislava, sightseeing tours around Budapest and visits to places associated with the residence of the Jewish community. Also, pay attention to a cruise on the ship on the Danube, during which passengers can combine a sightseeing tour of Budapest’s evening with delicious food and virtuosic music. Another type of tour program is a visit to the Hungarian Parliament. The building is amazing not only for its size, but also for its decoration. But do not just limit yourself to water walks and sightseeing of landmarks. The highlight of the program is a visit to underground Budapest. Under the Buda Mountains is a huge number of underground caves, the total length of which is 20 km, and a constant temperature of 11 degrees at 100% humidity. For connoisseurs of wine there is a possibility to visit the Etiek wine roads, where you can combine the tasting of the best varieties of wine with dinner from
national Hungarian home-made dishes.
             Kristine Stala-Bula                                       Gunta Uspele
full name # 2                                                                               
  
Следующее интервью мы взяли у представительницы известного латвийского города- курорта Юрмала. Как известно, в этом месте проводились множество музыкальных (Новая волна) и шахматных фестивалей. Сама интервьюируемая представляет гостиницу международного уровня(3*),расположенную в самом центре города, в нескольких минутах ходьбы от прекрасно оборудованного пляжа. В этой гостинице 190 номеров и 380 (удобно делить) спальных мест. В Латвии можно отлично отдохнуть и поправить здоровье.  Прямой перелёт Москва- Рига и затем на поезде или такси (25 км, примерно полчаса пути). Можно воспользоваться и услугами других авиакомпаний. Турпоездки в Юрмалу подойдут всем категориям людей, включая родителей с маленькими детьми и пенсионеров. Цены гибкие. Не в сезон (зимой), естественно, ниже.
The next interview we took from a representative of the famous Latvian city, the resort of Jurmala. As you know, many musical (New Wave) and chess festivals were held in this place. Our interlocutor represented an international hotel (3 *), located in the very center of the city, a short walk from a beautifully equipped beach. In this hotel there are 190 rooms and 380 (conveniently divide) beds. In Latvia, you can perfectly relax and improve your health. Direct flight Moscow-Riga and then by train or taxi (25 km, about half an hour’s journey). You can use the services of other airlines. Tours to Jurmala are suitable for all categories of people, including parents with young children and pensioners. Prices are flexible. During the low season (in winter), naturally, prices are lower.
                                         Irina Mikhailutina & Beni Shapiro
А вот что рассказала Ирина Михайлутина (Irina Mikhailutina), которая представляла на выставке первую сеть российских отелей Azimut: “В прошлом году компания не принимала участия в данной выставке, а в этом решила рассказать о своей работе. Ирина не затрагивала модной ныне политической тематики, а сразу по деловому начала рассказывать о направлениях деятельности своей компании, которая совместно с партнёрами, организаторами турпоездок из компании ГМП занимается турами на всём протяжении необъятной страны от Москвы до Владивостока и от славящегося северным сиянием Мурманска до кавказских гор. Важным направлением в работе этой компании является футбольный туризм в городах проведения чемпионата мира 2018. Также совместный бизнес охватывает такие города как  Новосибирск, Нижний Новгород, Воронеж и другие. Заинтересованные могут присылать свои запросы и компания будет рассчитывать, смотреть и подходить гибко в отношении цен и других вопросов”.
And here is what Irina Mikhailutina, who represented the first Russian hotel chain Azimut told: “Last year, the company did not participate in this exhibition, but now decided to talk about its activities”. Irina did not touched the currently fashionable political
topics, and immediately spoke on the business lines, she told about the directions of her company’s activities, which together with partners, tour organizers from the GMP company are engaged in tours throughout the vast country from Moscow to Vladivostok and from the shining northern lights of Murmansk to the Caucasus mountains . An important direction in the work of this company is football tourism in cities hosting the 2018 World Cup. Also, the joint business covers such cities as Novosibirsk, Nizhny Novgorod, Voronezh and others. Interested parties can send their requests and the company will count, look and approach flexibly with respect to prices and other issues.”
  
Ana Savic & Darko Kuzeljevic             Nehad Mladenovic &  full name # 3
  
Ana … #  4 @ full name # 5
 full name # 6 (Tu Subotica, Serbia)                Dimitri Dimitrow 
Nikola Kostadinov                                John G… #7
Gjergj Martinaj & Erald Dervishi      Erion Kosovrasti
Luis Carles (Panama)                                  Shimon Elharar 
Johana De La Roza (Dominicana)                         Eti Luria 
Belen Puerta (Tanzania)                          Darin Komarov (Israel)
Valeria Sekisova & Oleg Lagus                   Kateryna Dmytrenko
Anna Govorukha                                         Naomi Cohen-Tal
Aliza Mevorah (Greece)                      full name # 8
Anthi Evagelidi (Greece)                full names # 9
Dimitrios Kasdaglis                                     Konstantinos Pletsas
Alexandros Leventis (Greece)                  Ladislav Bohm (Czech Republic)
Michael Smrz & Libor Koucky                      Petr Krivonozka 
Katerina Petru (Czech Republic)        Nikita Meytin & Vladimir Liuberanskiy (Lithuania)
Abdul Abdulahman Aman, Ahmadi Faki Mazuri & Alice Jacob (Tanzania)
Paata Liluashvili                                  Tea Ba… # 10 & Mariam Kurtanidze
Ana Chokhonelize                                          Lana Kurtauli                       
Marina Blagidze                                        Rona Bustan & Natia Peradze
Tamar Bunturi & Gulika Asayan               Nino Zazadze
Nana Kuitsaridze & Onise Tkeshelashvili    Marine Khatchapuridze
Yosef Krichely (Japan)                                     Yuki Igarashi
Nanako Morimoto                                       Mitsuaki Masuda
Chariene Manaloto (Philippines)                      Paula Emille Dizon
full name # 11
Charmaine Balog                                          Eric Boroy
Kevin Hinahon                                                       Nico Estrella
Charmaine B. Balog                                        Dwight Salac
full name # 12                                            Arturo Escudero (Spain)
full name # 13                                                    Mary Chacar (Malta)
Pauline Coleiro & Victor Mifsud (Malta)    Denis Sokolnikov (Israel) 
Svetlana Tolpuga (Moscow)                             full name # 14
 
Ziad Swaed (Israel)
full name # 15                                                  Veneta Karadzhova
 Bshara Nbil (Israel)                              full name # 16
Adir Gal                                                             Myriam Bublil
Diana Yosef                                           Miri Nach…# 17                                                          …
Mordi Nac… #18 (Rimon Winery)                Ilana Warshavsky  (Hi – Israel)
Dmitri Shulman (מוזיאון השוקולד)
Hagit … # 19                                           Alon Kandinof (Kfar Blum Kayaki)
Chen Possek (Neot Kedumim)             #20 @ Gil …& 21 (Abraham Hostels)
Maya Ben Tolila                                   #22 & Aviad Vainbedrg (Travel Hotels)
full name # 23                                     Nurit Geaidor (Gush Etzion Tourism)
Ksenia Gil                                              Avi …? #24(Prima Hotel)
Adelina Kalpovsky                                full name # 25
Yakov Slushtz                                        full name # 26
Matt Poonin                                          full name # 27
Nobuko Goso                                                            full names # 28
 
Ayara Dannon (Japan)                             Goran Janevski (Macedonia)                                 
full name # 29                                         Suliko Dumbadze (Georgia)
.
Daria Kholodilina (Georgia)                        Giorgi Dolidze
Zlatka … #30 (Bulgaria)                             Cristina Nita & Laura Mihai (Romania)
Dino Devidi (Croatia)                                Klara Mizrachi (Panama)
Lilian Nagugi (Kenya)
Yoav Golan (Philippines)                                    Oleg Zobov & …#30 (a) 
 Uneshmas Thapa (Nepal)                              Ran Bonda (Israel)
 
full name # 31 @Stefan 32 (Maсedonia)                                                        Stejla Take (Albania)
Eni Kellezi & # 33 (Albania)                     Erion Kosovrasti (Albania)
Nikola Gjoshev (Maсedonia)                        Judit Bordos (Maсedonia)
full name # 35 (Hungary)                          full name # 36 (Maroc Tours)
full name # 37
 
Morag Tal & …                                                                                                Shimon Gueta
 
Ruti Evron                                                    Inde Slujiute (Lithuania)
 
Ruta Kapacinskaite                              full names # 39  
Marius Kantakevicius                               Egle Baltranaite (Lithuania)
Akinori Nishikawa (Japan)                         Victoria Frizis (Greece)           
  
Dimitrios Vazouras (Greece)                                  Dorf Michael (Israel – Georgia)                                                           
#40                                                                               #41
Antonis Roditis                                                                  full name # 42 (Georgia)
#43 (Greece)                                          Janak Raj Sharma (Nepal)
Joanna Krauze                                      Ella Dorin (France) & Alexander Hayet (Israel)
Alexander Hayet                                    Wijciech Mania & full name # 44
 
Damian Pancerz (Poland)                   Rima Backiene (Lithuania)
Ame Meltvik (Norway)                                  Aviel Fartuk (Israel)
Lior Dahan & Tom Ulman                            full name # 45
Tehila Friedman                                       Hadar Shai & Amichai Korda
 
David Vered & Naama Traister   
 
Anna Sandler                                          full name # 47
Yoni Haziz                                                  full name # 48
Udi Dahan                                           Mikako Nakajima
# 49 & April Chen (Taiwan)                   …                                         …
April Chen (Taiwan)                                   Antony Lambrou (Cyprus)
Ayelet Neudorf (Cyprus)                     Constantinos Constantinou                                                           …
Dan Carpov (Romania)                       Enache Claudiu (Romania)                                                          …
Cristina Carmen Achitel & Andreea Maria Zimbru  Catalin Mogoseanu   
Florina Cringea & Mihaela Lucan         full name # 50                                                           …
Eleonora Kazarian (Georgia – Israel)                full name # 51
 
#52                                                         #53
#54                                                         #55
full name # 56                                                               full name # 57
 
                        full name #58 (a)                                                                      full name # 58 (b)
 full name # 58 (b)                                    full name # 58 (c)   
 
         Alexander Rozenfeld                                                    full name # 58 (d)
full names # 59                                                                  full names # 60
#61
Areum Joo (Korea)                                      full name # 61 (b)
 
#62                                                        full name # 63
 
                                                        Ruben Urieta (Panama)   
 
   #64                                                                                                Hagay Dvir
full name # 65                                                                            #66
 
full name # 67                                                                             full names # 68
#69                                                                                Michael Kvint (Israel)
#70                                                          #71
#72                                                           #73
full name # 74                                                  #75
#76                                                           #77
full name # 78                                                    #79
 
full name  #80                                            #81
 
          #82                                                         #83  
  
                 Alex Waintraub                                                                     Gil Sadgat
                                                       
PS.
1. Please send complete names to undersign some pictures
2. Preparation and publication of the material took a very long time. I would like to turn to everyone who read: Starting a big event / תחילתו של אירוע גדול
3. belisrael.info also offers to place more complete information about your company
Aaron Shustin, Beni Shapiro
Preparation and publication by Aaron Shustin
***

Exhibition IMTM 2016 in Tel Aviv (photo album)

IMTM 2015 in Tel Aviv (photo album)

Published 01/03/2018  20:29

А. Сімакоў. Соня Цым (Блікер) – «сяброўка чырвонаскурых»

Сярод індзейцаўяк дома

Ці чыталі вы кніжкі пра індзейцаў? Не, не Купера ці Майн Рыда і нават не «Сына вады» Янкі Маўра, а тых аўтараў, што меліся расказаць пра карэнныя народы Амерыкі толькі фактамі, але не менш займальна, чым у рамане або апавяданні? Можа, ведаеце імя Стынгла і яго «індзейцаў без тамагаўкаў»? А ці чуў хто-небудзь з вас, што адна наша зямлячка за акіянам напісала многа такіх кніг — зразумелых і цікавых школьнікам?

У 1909 годзе ў беларускай вёсцы Старцавічы нарадзілася дзяўчынка, названая Соняй. Лёс яе быў непрадказальны, як і большасці простых людзей у царскай Расіі. Месца, дзе жылі бацькі, амаль не адрознівалася, як потым пісала ў аўтабіяграфіі Соня Цым, ад пуэбла — вёсак індзейцаў у Нью-Мексіка і Арызоне. «Магчыма, гэта і тлумачыць тое, што я адчуваю сябе як дома сярод індзейцаў. …Мы таксама карысталіся глінянымі кубкамі і міскамі. Раз у тыдзень назіралі за працай ганчароў. Мы пяклі свой хлеб, забівалі на мяса авечак і свіней. Мы цягалі ваду з калодзежа, так, як гэта робяць у пуэбла. Мы пралі і ткалі сваю паўсядзённую вопратку, бялізну і дываны. Замест макасінаў насілі лапці». Але ўсё змянілася, калі сям’я Соні пераехала ў Амерыку — багатую краіну, дзе выпадак ці вельмі ўпартая праца маглі даць і дабрабыт і задавальненне жыццём. Тут дзяўчынка паступіла ў каледж — наперадзе былі сапраўды вялікія перспектывы. Увогуле, лёс яе нагадвае жыццёвы шлях славутага пісьменніка-фантаста Айзека Азімава — ураджэнца Гомельскай губерні. Так атрымалася, што яны нават вучыліся ў адным універсітэце — Калумбійскім, куды Соня прыйшла, каб завяршыць адукацыю. Відаць, маючы такіх выкладчыкаў, як славутыя вучоныя Франц Боас і Рут Бенедыкт, нельга не палюбіць этнаграфію — навуку аб народах і культурах, і Соня Цым выбірае гэтую спецыяльнасць, тым больш, што, як яна сцвярджала сама, заўсёды цікавілася ладам жыцця іншых народаў.

Пасля заканчэння ўніверсітэта працавала рэдактарам у нью-йоркскіх выданнях, а з 1950 года займалася выключна літаратурнай працаю. Плёнам яе працы з’явілася доўгая паліца кніг аб розных плямёнах Амерыкі і Афрыкі. Гэтыя кнігі адносяцца да «дзіцячай літаратуры па антрапалогіі» (антрапалогіяй у Амерыцы часта называюць этнаграфію), і адыгрываюць вялікую ролю ў фарміраванні аб’ектыўнага, спагадлівага стаўлення да людзей, якія адрозніваюцца колерам скуры, звычаямі і формаю грамадскай арганізацыі. Першую сваю кнігу яна прысвяціла іракезам.

Жывучы ў Нью-Йорку, Соня Цым разам з сям’ёю мела магчымасць ездзіць у рэзервацыю Анандага. Аднойчы ёй спатрэбіліся кніжкі пра жыццё індзейцаў у мінулым, каб прачытаць дзецям. Але аказалася, што такіх кніг вельмі мала, і жанчына ўзялася напісаць пра індзейцаў для 8—12-гадовых.

Пасля «Індзейцаў Доўгага Дома» з’явіліся апісанні сапраўднага жыцця апачаў, семінолаў, пуэбла, навахаў, з якімі Соня Цым пазнаёмілася ў час паездак па краіне. Назвы яе кніг маюць падзагалоўкі, якія даюць кароткія характарыстыкі плямёнам: «Індзейцы гор» (чырокі),«паляўнічыя паўночных раўнін» (кроў), «усходнія рыбаловы і земляробы» (дэлавары), «збіральнікі рысу з Вялікіх Азёр» (чыпева), «коннікі Заходняга плато» (нэ персе, або «праткнутыя насы»), У кніжнай серыі знайшлося месца і нарысам пра самыя вядомыя народы на поўдзень ад Рыа-Грандэ — ацтэкаў, мая, інкаў.

Соня Цым збірала не толькі матэрыялы для кніг, але і рэчы, зробленыя рукамі індзейцаў. Частка іх была перададзена музеям і служыць справе пашырэння этнаграфічных ведаў. Сярод усіх індзейскіх народаў для нашай зямлячкі найбольш прывабнымі заставаліся індзейцы Паўднёвага Захаду, да якіх яна ездзіла з Фларыды, дзе жыла апошні час. Так сталася, што Соня Цым з мужам cадзейнічалі перакладу на мову наваха — самую распаўсюджаную індзейскую ў ЗША — першай навукова-папулярнай кніжкі. Аўтарам яе быў Герберт, Сонін муж, вядомы папулярызатар прыроды. Трэба адзначыць, што многія кнігі Соні Цым былі перакладзены на еўрапейскія мовы, а сама яна займалася папулярызацыяй у Амерыцы рускай мовы, савецкай літаратуры і навукі.

Соня і яе муж – фота з beloit.edu

Наша суайчынніца прысвяціла сябе асветніцка-этнаграфічнай працы і гэтым заслугоўвае нашай павагі і ўдзячнасці. Можа, калі-небудзь мы зможам прачытаць адну з кніг Соні Цым па-беларуску?

Алесь Сімакоў, г. Гомель

Першы варыянт гэтага артыкула пад назвай “Сярод індзейцаў, як дома” быў апублікаваны пад рубрыкай “Беларускія Калумбы” ў часопісе “Бярозка” № 6, 1989. Для belisrael.info аўтар прыслаў удакладнены варыянт, да таго ж ён паведамляе наступнае: «У “Бярозцы” не згадвалася пра дзявочае прозвішча Соні, якое з’яўлялася ў яе публікацыях, – гэта тлумачылася “асцярожнасцю”, яе беларускаму біёграфу не хацелася у той час акцэнтаваць яе карані, у якіх ён пэўны час і не быў упэўнены. Акрамя таго, прозвішча Zim, узятае ад мужа, пісалася ў “англізаваным” выглядзе – Зім, а не Цым, як гэта больш правільна было б перадаваць у “еўрапейска-яўрэйскай” традыцыіПершы раз ускосна пацвердзілася яе яўрэйскае паходжанне тады, калі стала вядома пра валоданне яе сястрой Сільвіяй мовай ідыш. Сільвія ўвайшла ў арыгінальнае палітычнае асяроддзе – стала саратніцай і жонкай лідара амерыканскіх трацкістаў Морыса Левіта (Стайна), таксама ўраджэнца Беларусі. Соня і яе муж Герберт, у сваю чаргу, былі квакерамі… Малюнкі з яе кнігі пра апачаў (Bleeker, Sonia. The Apache Indians: Raiders of the Southwest. New York: William Morrow & Company, 1951) можна ўбачыць у выданні: Костян, Игнат. Апачи – прошлое и настоящее. Мозырь: Белый ветер, 2015».

Апублiкавана 14.02.2018  17:25

ВІКТАР ЖЫБУЛЬ УЖО Ў БАРЫСАВЕ!

10.02.2018, 21:50 ex-press.by

Віктар Жыбуль у Барысаве: «Калi б я напiсаў верш пра маці, то не паказваў бы»

У Барысаве выступіў адзін з найбольш вядомых сучасных беларускіх паэтаў-авангардыстаў новай генерацыі Віктар Жыбуль.

Аматары паэзii і беларускай мовы трапілі на сустрэчу з перформерам, слэмерам, літаратуразнаўцам, паэтам, які цудоўна спалучае эксперыментальны падыход з арыгінальным гумарам, удзельнікам творчага руху “Бум-Бам-Літ” і шэрагу літаратурна-музычных і тэатральных праектаў, міжнародных праектаў, уладальнікам шматлікіх узнагарод у галіне літаратуры.

Раней паэту выступаць у Барысаве не даводзілася.

“Выступаю тут упершыню, хоць быў у вашым горадзе аднойчы. Гэта, як не дзіўна, было вясельнае падарожжа. Мы з жонкай хацелі павандраваць па Беларусі, але тураператар пераблытаў дату, і экскурсійны аўтобус не прыехаў да вызначанага месца, тады мы падумалі, што самі можам куды-небудзь з’ездзіць, — пачаў размову Віктар. — На мапе ткнулі пальцам, першае месца, якое трапілася, — Барысаў. Так мы 15 гадоў таму з’ездзілі сюды. Памятаю, як цэлы дзень шпацыравалі па Барысаву, куды вуліца павядзе, туды і ішлі.

Першы верш, які прачытаў Віктар Жыбуль, “Засохлая кветка на скразняку”, крануў кожнага. “Дрэвы”, “Я хачу паварушыць тваім хвастом…”, “З табою ўдваіх”, “А вы бачылі…”, “Серыйны самазабойца”, “Вучоны ў чарзе за півам”, “Сапсавалася” — шмат цудоўных вершаў пачулі барысаўчане.

Верш “Гігіена” нагадаў, што трэба мыць не толькі рукі пасля ўсялякіх жывёл, але і душу пасля ўсякіх іншых людей. Прагучалі цікавыя вершы “Негатыўны вопыт” і “Кавалер Валерка”, вершы пра транспартныя сродкі “Аўтобус” (хлопчыкі — направа, дзяўчаткі — налева, знаёма?), “Я — пасажыр. Я еду без квітка”, а вось верш “Мяне няма” мы нават пакінем тут (чытаць павольна):

“Мяне няма”, –

прыгадваючы кнігу

філосафа Валянціна Акудовіча,

часта думаю я.

 Ды толькі кандуктарка,

якая заходзіць у аўтобус,

шторазу пераконвае мяне

ў адваротным.

Барысаўчанка Юлія папрасіла Віктара Жыбуля прачытаць верш “Дзяўчына цяжкіх паводзінаў”, паэт не адмовіў і адзначыў, што ў гэтым вершы няма канкрэтнай дзяўчыны, бо гэта зборны вобраз:

— Гэта адзін з такіх вершаў, якія пісаліся амаль як музыка. Спачатку з’явіліся першыя радкі, рытм, а ўсё астатняе пазней напластавалася.

Верш “Мафія” цудоўна адлюстроўвае наша жыццё:

Мы гуляемся ў мафію,

каб забыць пра Сусветную Лажу.

Учора хаваўся ў шафе я,

сёння — з шафы вылажу.

Ціха ноч падкрадаецца

коткай пароды корат.

Калі засынае горад —

мафія прачынаецца…

У суаўтарстве з жонкай Верай Бурлак у 2008 годзе Віктар Жыбуль выдаў кнігу “Забі ў сабе Сакрата”. Віктар кажа, што кніга маленькая, і таму ён яе не захапіў, бо “такая маленькая, што недзе згубілася”:

— У ёй мы вершы размясцілі такім чынам, што яны неяк перагукаюцца паміж сабой, вершы не падпісаны, дзе чый, не зразумела, а падказкі ёсць толькі ў змесце кнігі.

На пытанне, калі быў напісаны першы верш, паэт адказаў наступнае:

— Я пачаў пісаць у раннім дзяцінстве. Памятаю, мне было 4 гады. Мае бацькі труцілі ў кватэры клапоў, і я запісаў нейкае абсурдысцкае чатырохрадкоўе. Першы радок не памятаю, другі радок заканчваўся словам “дыхлафос”, потым “собачка в небе радостный поймал клопа до слёз”…

Пасля гэтага госць прачытаў твор, які напісаў у “дарослым веку” “Інсектыцыд”, верш страшнаваты, як і многія, што тады пісаў Віктар.

— Якія ў вас ёсць захапленні, акрамя паэзіі і літаратуры?

— Люблю падарожнічаць, хадзіць у вандроўкі, фатаграфаваць тое, што хутка знікне. Дамы, якія маглі б быць архітэктурнай каштоўнасцю, на жаль, чыноўнікі нішчуць ад балды. Захапляюся гісторыяй, генеалогіяй, складаннем свайго радаводнага дрэва, якое дарасло да 8 ці 9 калена.

— Якія мясціны падабаюцца вам у Беларусі?

— У Глыбоччыне, напрыклад, тыя мясціны, дзе на дарогах захавалася старая брукаванка, яшчэ возера Акунёва. У большасці мясцін яшчэ я не быў.

— А як вы знаходзіце звесткі пра продкаў?

— У гістарычным архіве захоўваецца перапіс тагачаснага сялянскага насельніцтва, інвентарнае апісанне маёмасці Радзівілаў першай паловы 18 стагоддзя, і ў ім, напрыклад, згадваецца войт Мацей Жыбуль, увогуле, тады было шмат Жыбулёў. Маё прозвішча мае балцкія карані, у перакладзе з старажытналітоўскай мовы “жыбуліс” — гэта “бліскучы”, продкі носяць прозвішча Жыбуль, напэўна, стагоддзяў пяць. Радавое гняздо знаходзіца пад Стоўбцамі.

Віктар паведаміў, што яго прадзед нарадзіўся ў Заямным Стаўбцоўскага раёна, дзед — у Ігуменскім павеце, там дагэтуль стаіць хата, якую пабудаваў прадзед яшчэ ў 1914 годзе, таму сям’я Віктара любіць улетку яе наведваць.

— А ў чым заключаецца ваша праца?

— Ужо 10 гадоў працую ў Беларускім дзяржаўным архіве-музеі літаратуры і мастацтва. У школе ніколі не працаваў і ніколі не збіраўся. Працаваў у рэдакцыях часопісаў “Першацвет”, які зачынілі ў 2002 годзе, у навукова-метадычным часопісе “Роднае слова”, у часопісе “Arche”. Зараз я з’яўляюся вядучым навуковым супрацоўнікам адзела інфармацыі, публікацыі і выкарыстання дакументаў . Выкарыстанне дакументаў бывае самае рознае — гэта могуць быць публікацыі ў часопісах, выданні збораў твораў нашых пісьменнікаў, а могуць выкарыстоўвацца на выставах, бо мы не проста архіў, а архіў-музей. Таму мы часта ладзім выставы, прысвечаныя мастакам, пісьменнікам, кампазітарам, дакументы якіх захоўваюцца ў нас. Я таксама рыхтую такія выставы, даволі часта рыхтую артыкулы ў часопісах, раблю публікацыі розных архіўных знаходак. Практыка паказвае, што яны апынаюцца не лішнімі для нашай беларускай культуры. Найбольш грунтоўная мая праца — выданне двухтомніка нашага рэпрэсаванага пісьменніка, крытыка і філосафа Адама Бабарэкі — выйшла ў 2011 годзе.

— Як да вас прыходзіць натхненне?

— Натхненне прыходзіць даволі нечакана — магу працяглы час не пісаць нічога, а потым вершы з мяне так і ляцяць 🙂 Звычайна натхненне прыходзіць дзесьці ў дарозе, калі я іду кудысьці ці еду, ці чакаю кагосьці дзе-небудзь. Пакуль ездзіў, у мяне напісаўся цыкл вершаў “Неаднойчы прабіты” пра кантралёраў, зайцаў і квіткі.

Паэт адзначыў, што вершы пішуцца не розумам, а інтуіцыяй і настроем, як плынь свядомасці. Важна, каб былі мелодыка слоў і вобразы. Увогуле, вершы такая справа, што яны часта прыходзяць незапланавана.

— Ці ёсць у вас вершы пра маці?

— Верш пра мацi — гэта вельмi iнтымная рэч. Калi б напiсаў, то не паказваў. Я лiчу, што не усё абавязкова трэба рыфмаваць, таму маці я, напэўна б, прысвяціў нарыс. Дарэчы, мая матуля таксама пiсала вершы.

— Раскажыце пра сваіх дзяцей?

— Старэйшаму сыну 12 гадоў, малодшаму — 7 месяцаў. Мой старэйшы сын таксама піша вершы, якія друкуюцца ў часопісах. Першы верш ён напісаў у 1 год і 7 месяцаў. Вось ён:

Ножкі, ножкі ў матрошкі, ляжкі, ляжкі неваляшкі.

А вось такі: Была лыжка драўляная, а стала паламаная.

Наступны: Бабры спускаюцца з гары, у іх марозіва ўнутры, бабры зусім не дзікія, у іх насы вялікія.

Вось саб’е цябе машынка, узляціш ты як пушынка.

— Творчасць якіх паэтаў і пісьменнікаў вам падабаецца?

— Люблю творчасць Уладзіміра Дубоўкі, Максіма Багдановіча. Вельмі цікавая творчасць забiтых пaэтаў 20-30 гадоў. Мяне ўразiлi вершы Алеся Пруднiкaва, Віктара Казлоўскага, Ядвігі Бяганскай, яны ў шуфляду пiсалi зусім iншае. На жаль, захавалася няшмат архiваў таго часу. Зараз мы спрaбуем у нейкім сэнсе ажывiць памяць такiх паэтаў. Любімы пiсьменнiк — Уладзімір Караткевiч, як і для многіх беларусаў. Таксама падабаецца Лукаш Kалюга, Альгерд Бахарэвiч.

— У вашай сям’і размаўляюць на роднай мове, вы заўсёды пісалі вершы на беларускай мове?

— Так, мы размаўляем па-беларуску. У школе пісаў па-руску, потым, калі перамог у конкурсе “Родны горад”, зразумеў, што пісаць па-беларуску атрымоўваецца лепей, вось так пачаў пісаць толькі на роднай мове.

— Ці ёсць у вас прэміі і ўзнагароды?

— Ёсць літаратурныя прэміі. Я з’яўляюся лаўрэатам прэміі “Залаты апостраф-2011”. Як паэт і як даследчык літаратуры авангарду, я атрымаў Міжнародную адмеціну імя Давіда Бурлюка ў 2013 годзе. Быў пераможцам некалькіх паэтычных слэмаў — гэта такія спаборніцтвы па артыстычнаму выкананню.

* * *

Віктар прачытаў шмат сваіх вершаў, і, на шчасце, нягледзячы на тое, што публіка сабралася зусім розная: і дзеці, і дарослыя, атмасфера радасці і асалоды панавала ў залі. Некаторыя вершы, як казаў у пачатку паэт, “чытаць будзе няёмка, бо ў іх шмат незразумелых слоў, або зразумелых, але іх лепей не разумець”.

Вечар паэзіі адбыўся цудоўным. Здаецца, што ўсе ўсё зразумелі, бо пасля кожнага верша барысаўчане смяяліся, усміхаліся і гучна пляскалі ў далоні.

Усе жадаючыя набылі зборнікі вершаў Віктара Жыбуля і атрымалі аўтограф

Напрыканцы хочацца адзначыць, што вельмі дакладна сказаў Юрась Барысевіч пра нашага госця: «Творы Жыбуля належаць да жывой літаратуры, якую будуць чытаць і нават перапісваць».

Падрыхтавала Настасся Аляксандрава, фота аўтара

* * *

Публікацыі Віктара Жыбуля на нашым сайце:

“КНЯГІНЯ ЛЭЙЗАРОЎНА – МЕСЯЦ У ВАКОНЦЫ…”

ПУЦЯВІНЫ І ПАЛОТНЫ ЦФАНІІ КІПНІСА

БЯДУЛІХА

БЕЛОРУССКИЕ ПУТИ ВАРЛАМА ШАЛАМОВА

ОТ ЛЕГЕНДЫ К ИСТИНЕ: ФОЛЬКЛОРИСТ И МИФОТВОРЕЦ ВУЛЬФ СОСЕНСКИЙ

ЮЛІ ТАЎБІН – ПАЭТ ВЕЧАРОВАГА ЗАДУМЕННЯ

А тут Віктар паказвае прыгожыя мясціны ў раёне Трактаразаводскага пасёлка (Мінск)

Апублiкавана 14.02.2018  15:09

Провожаем старый, встречаем новый

Год для сайта был в целом успешен: разместили мы свыше 300 публикаций, из которых большинство оригинальных. Появились новые авторы из Беларуси, Израиля, России, США, Австралии. Посещаемость сайта выросла в среднем примерно на треть. Наши материалы перепечатывали коллеги с racyja.com, kavkaz-chess.ru, citydog.by, из газеты «Берега», а кое-что «забрала к себе» электронная библиотека coollib.net. Раза в полтора увеличилось число ссылок на нас в «Википедии». Особенно приятно и даже трогательно, что один из текстов belisrael.info пригодился учителям истории Борисовского района для подготовки тематической интернет-олимпиады.

С нами сотрудничали исследователи из самых разных областей знания: медицины, филологии, технических наук, искусствоведения, психологии, истории, экономики. Хотели бы выразить благодарность кандидатам наук, уделявшим сайту своё драгоценное время: Маргарите Акулич, Лявону Барщевскому, Борису Гольдину, Марии Гольцовой, Инессе Двужильной, Виктору Жибулю, Ольге Полянской (Мисюк), Людмиле Мирзаяновой, Инне Соркиной. Впрочем, мы рады всем авторам – наличие у них учёной степени, конечно же, не является решающим фактором для публикации. Много полезного для израильско-белорусского проекта сделали в 2017 году художники Александр (Алесь) Астраух, Андрей Дубинин, литераторы Инесса Ганкина, Змитер Дяденко, Павел Костюкевич, Этгар Керет, Леонид Лавреш, Владимир Лякин, Леонид Нузброх, Павел Северинец, Андрей Федоренко, Николай Шуканов, историки Тимофей Акудович, Анатоль Сидоревич, музыканты Борис и Галина Вайханские, Фёдор Живалевский, Евгений Магалиф, лингвисты Виталь Станишевский и Семен Гофштейн, сборщик мебели Валерий Шурик… Интерес у читателей вызывали материалы Михаила Гамбурга, Якова Горелика, Зиновия Кнеля, Циляны Кричмар-Горбуновой, Ильи Леонова, Михаила Митраховича, Шмуэля-Реувена Циперштейна, Регины Жданович… Из постоянных авторов отметим ещё библиотекаря Юрия Тепера, из спонсоров – Юрия В., Андрея П. и Наума Р. Интересные факты в своих посланиях к нам приводил старейшина израильских блогеров, бывший борисовчанин Александр Розенблюм (ему 91 год). Всем им – огромное спасибо. Простите, если кого-то забыли или не оправдали чьих-то ожиданий.

2018 год – юбилейный для государства Израиль, и поэтому направленность сайта, скорее всего, изменится. Мы планируем публиковать больше материалов об израильском прошлом и настоящем, интервью с интересными людьми, добившимися успехов в различных областях, семейные истории ивритоязычных семей с переводом на русский, но это не значит, что закрываются двери перед белорусами, желающими поведать миру правду о своей стране. Приглашаем к сотрудничеству и жителей Америки, и авторов с иных континентов. До встречи в Новом году, пусть он для каждого из нас окажется счастливым.

Новогодняя собака от художника Сергея Веремейчика (д. Залесье, Сморгонский район, Беларусь)

* * *

Письма в адрес главного редактора

Посмотрела ваш вебсайт и хочу сказать вам, что я просто снимаю шляпу! Вы огромный молодец! Желаю успеха! С Новым Годом! Берегите себя.

Алла Шаинская (Израиль)  27.12.2017

***

Дорогой Арон! Вы великий труженик. Уверен, что все авторы Вами гордятся. Вы творите настоящие чудеса. Мое мнение – Ваш сайт один из лучших в Израиле.

Хочу пожелать Вам в Новом году крепкого здоровья, много сил и энергии.

Пусть Собака всех врагов

Лаем распугает,

Только искренних людей

Рядышком оставит,

Пусть подарит вам она

Смелость, верность, дружбу,

Чтобы в жизни было все,

Что для счастья нужно!

Год Собаки к нам идет,

Ждите и встречайте,

А задиру-Петуха

Смело провожайте!

(строчки неизвестного автора)

С большим уважением,

Ваш автор Борис Гольдин (США) 30.12.2017

Опубликовано 31.12.2017  19:47

***

Из фейсбука:

Инесса Двужильная Дорогие друзья! С Новым годом Вас! Радости, творчества, интересных публикаций!!! Всем нам здоровья и счастья!!!

31 дек. 21:20

Beni Shapiro Поздравляю Арона с новым годом и желаю ему и его сайту новых увлекательных и захватывающих публикаций!! Здоровья и удачи!!

31 дек. 21:41

Людмила Мирзаянова С Новым годом, Арон! Спасибо Вам за встречи с интересными людьми, за открытия и совместные переживания! Пусть Новый год будет полон радости общения единомышленников!

31 дек. 22:01
 https://www.facebook.com/kedronpost/videos/703952699812819/

Свиатлана Иванова Поздравления из Мозыря!

31 дек. 22:19

Рэгіна Ждановіч С Новым годом!

31 дек. 22:29

Яков Перепелицкий Всех с Новым годом!!! 😄 😍 ✌️ 😘 😘 😘  👍 🌹

31 дек. 23:11

Ella Esfir Gatov С Новым Годом🌲⛷️🏂🎶🎊🎉

31 дек. 23:16
Elina Svirydovich С Новым годом!  1 января 00:00
Татьяна Норицын Regards from Canada!  
Фото Татьяны Норицын.
1 янв. 00:02
Diana Kosciukowicz С Новым годом! С новым счастьем! 
Фото Diana Kosciukowicz.
1 янв. 00:32
Уладзь Рымша З Новым годам.
Люблю.
https://youtu.be/Dg_7mE6O7V0
YOUTUBE.COM
1 янв. 00:46

Faina Kosovsky

https://www.facebook.com/faina.gazmankosovsky/videos/2019807554899135/
1 янв. 1:51

Viktar Zhybul З Новым годам, Арон! Шчасця, поспехаў і новых цікавых публікацый!

1 янв. 2:24

Valer Verbitsky Беларусь далучаецца з віншаваннямі! Усім Кахання, Поспехаў і толькі Мірнага(!) Неба над хатай. Будзьце Шчаслівы!

1 янв. 12:53

Владимир Шаинский (1925–2017)

Пожалуй, нет в нашей стране человека, который при имени «Владимир Шаинский» не улыбнулся бы, не вспомнил про Гену с Чебурашкой, про Облака, про самого композитора, веселым мячиком скачущего по сцене. Да, он был такой – жизнерадостный, активный, заводной, безудержно хулиганистый и резвый. Сам про себя говорил, что счастливый, а дата смерти ему не известна. Но как Шаинский оставался таким, прожив 92 года?

Коренной киевлянин, появился на свет 12 декабря 1925 года, с 9 лет учился играть на скрипке во дворце пионеров, а уже через год оказался в 4-м классе спецшколы при Киевской консерватории, хотя родители были далеки от музыки: отец – химик, мать – биолог.

Владимир Шаинский | Русаргумент

Во время Великой Отечественной войны семья эвакуировалась в Ташкент. Владимир Яковлевич продолжал учебу в Ташкентской консерватории, а в 1943 году ушел в Красную Армию, служил в Средней Азии, в полку связи. Там же и первую песню сочинил, на стихи своего друга – о военных связистах.

В 1945 году – Московская консерватория, оркестровый факультет, затем три года работал с Утесовым в его оркестре, позже преподавал в музыкальной школе скрипку. И не переставал сочинять музыку, потому логичным было его поступление в 1962 году на композиторский факультет в консерваторию Баку. Окончив, вернулся в Москву. Тут его композиторская биография круто устремилась ввысь: написал более 400 песен для знаменитых исполнителей, а значение песни для детей трудно переоценить. Шаинский для всех малышей нашей страны в течение более чем 40 лет был и остается столь же важен, как Барто, Маршак, Чуковский.

Владимир Шаинский | Delfi

С 2000 года началась жизнь Владимира Шаинского на несколько государств: жил в Израиле, получил гражданство страны, переехал на юг США, в город Сан-Диего, имел вид на жительство, при этом часто приезжал в Россию и с ностальгией говорил об Украине.

Несколько лет назад проявилась онкология, однако это совершенно не мешало Шаинскому оставаться веселым и общительным человеком, как на протяжении всей его музыкальной жизни.

Музыка

Еще учась в консерватории, в 1963 году, Владимир Яковлевич Шаинский написал свой первый струнный квартет, а через два года – симфонию. Он всегда любил творчество П.И. Чайковского и старался отгадать секрет его музыки, сам желал успеха в области классики.

Владимир Шаинский | Открытый урок

Владимир Шаинский не раз говорил о том, что считает себя частью еврейской культуры, а его музыка рождалась из мотивов клезмера – народной еврейской мелодики. Были и песни, написанные для исполнения на идише. Хотя в серьезных классических произведениях композитора чувствуется традиция европейской школы. Но ключом бьющее жизнелюбие, страсть к озорству, любовь к детям-дошколятам и неуемный темперамент пересилили все его старания быть серьезным.

Владимир Шаинский с детским хором | Музей музыки

Однажды, придя на студию грамзаписи «Мелодия», в отдел симфонической музыки, Шаинский так активно требовал директора студии, что испуганная заведующая отделом пожаловалась на него Юрию Энтину, в то время заведующему детской редакцией. Тот пошел знакомиться со столь странным композитором. Это была историческая встреча. Шаинский претендовал на роль классического сочинителя и тут же, в течение 5 минут, напел Энтину на его стихи про мальчишку Антошку забавную песенку.

С ней они и поехали на студию «Союзмультфильм», где тогда делали всем известный журнал мультиков «Карусель». Да, и заставка к журналу тоже была придумана Шаинским! Так появились первые его детские песни и начался его рост как композитора. Позже, начиная с 1970-х годов, для детей были написаны опера «Трое против Марабука», мюзиклы «Аз, Буки, Веди», «Путешествие Нильса» и другие большие музыкальные произведения.

Владимир Шаинский | MuzzTop

Но Шаинский не был бы Шаинским, если б остановился на чем-то одном. Он, как и его Кузнечик, спешил жить и радоваться жизни в музыке, делая заметно счастливее жизнь маленьких слушателей. Владимир Яковлевич писал музыку для мультфильмов: «Чебурашка», «Шапокляк», «Катерок», «Крошка Енот», «Трям! Здравствуйте!» и многих других. До сих пор помним и мелодии для кино: «Анискин и Фантомас», «Завтрак на траве», «Школьный вальс», «Финист — ясный сокол».

Темперамент Шаинского заставлял его жить на полную мощь: слушать свой внутренний голос, писать песни для детей и взрослых, выступать на концертах, играть, пусть эпизодические, но все же роли («ДМБ», например). Даже фото музыканта отражают его жизнерадостность, а видео с концертов демонстрируют увлеченность своим делом.

Владимир Шаинский | Muzcentrum

Шаинский был членом Союза композиторов СССР, Союза кинематографистов СССР и многих других организаций…

Владимир Шаинский награжден орденом «За заслуги перед Отечеством» IV степени, Орденом Почёта, Орденом Дружбы, нагрудным знаком «За заслуги перед польской культурой» (Польша, 1974 год). Он получил Государственную премию СССР, Премию Ленинского комсомола, звание Народного артиста РСФСР, Заслуженного деятеля искусств РСФСР и много других.

Личная жизнь

В молодости Шаинский старался стать успешным композитором. А вот к жизни в быту или семье был совершенно не приспособлен, оставаясь большим ребенком. Он мог отработать не один концерт в день, но не умел заколачивать гвозди или готовить себе обед. Прекрасно ладил с мальчишками и девчонками любого возраста, а свои дети появились поздно. Если рядом с ним вдруг оказывался инструмент, то через пару-тройку минут шумная компания превращалась в дружный хор, угадывающий песню композитора по первым же нотам, а сам он веселился при этом больше всех.

Владимир Шаинский с детьми | Родители

Женился очень поздно, в 46 лет, причем на очень юной девушке Наталье, на 25 лет моложе себя. Появился сын Иосиф (1987 г.р.). К сожалению, семья не сложилась, но сын старается поддерживать связь с отцом. Сейчас у него уже подрастают свои дети – внучка композитора Алиса и внук, родившийся в 2015 году. Иосиф Владимирович окончил Институт радиоэлектроники, живет в Израиле и довольно далек от музыки.

Когда личная жизнь совершила еще один крутой поворот, и музыкант женился вторично, в 58 лет, все родственники были в изумлении – жена Светлана оказалась младше на 41 год! И здесь семье многолетней жизни не пророчили, а получилось совсем наоборот: более 30 лет в браке, двое детей.

Владимир Шаинский с женой Светланой | Домашний Очаг

Второй сын Шаинского – Вячеслав (1987 г.р.) – учился в Институте современного искусства, стал звукорежиссером, сейчас живет в Москве, преподает в аудиошколе диджея Грува курсы теории музыки и ее создания, но сам композитором так и не стал. Дочь – Анна (1991 г.р.) – уехала в Америку вместе с родителями, там закончила сначала колледж, затем Калифорнийский университет, получила профессию, связанную с компьютерами. Вероятно, быть композитором, да еще таким, которого любят дети – самые чуткие слушатели, – это дар, который получает далеко не всякий человек.

Молодая жена оказалась не только мудрой и верной, но и отличной помощницей мужа – она стала его переводчиком (Шаинский совершенно по-детски не хотел учить другой язык), его директором, решая все проблемы, а они возникали, и не раз; его диетологом и сиделкой в тяжелые времена операций и реабилитации, когда он чуть не умер, но сумел выкарабкаться из лап тяжелого недуга.

Владимир Шаинский с семьей | MyJane

Последние годы Владимир Шаинский с женой чаще жили в своем доме в Сан-Диего, приезжал в Москву, охотно отзывался на приглашения по стране, встречи с юными почитателями его музыки, причем играл всегда, даже на расстроенном инструменте, заряжая своей энергией зал.

Смерть

Когда позволяло здоровье, Владимир Шаинский катался на лыжах, коньках, велосипеде, много плавал, даже в проруби, всегда любил повеселиться в дружеской компании, причем, неважно, взрослые это или дети. А про себя говорил так, как скажет только очень жизнерадостный и мудрый человек:

«Да, я счастливый. Молодость держала в рамках, а теперь – делай, что хочется. Я старый совсем, мне можно!»

Владимир Шаинский умер 26 декабря 2017 года в США на 93-м году жизни. Пару лет назад врачи поставили ему неутешительный диагноз – рак желудка. Однако операция, сделанная в 2015 году американскими онкологами, позволила немного продлить жизнь Владимиру Яковлевичу.

Источник

Песня Владимира Шаинского на стихи Иосифа Керлера (идиш). Исполнила Нехама Лифшиц. В. Шаинский писал музыку и на стихи других идишских поэтов: Мойше Тейфа, Арона Вергелиса.

Опубликовано 27.12.2017  04:29

***

Белорусы скорбят…

Из комментов на talks.by (26.12.2017):

patrio-12: Великий композитор – славное наследиеCнимаю шляпу.

Красный командир: Позитивный человек был… земля пухом.

limbonicartЗадорный дед был, лет пять назад по ящику показывали, как рюмку водки, стоя на одной ноге, погусарски заливал с шутками-прибаутками.

Пухлый_Шмель: Человек прожил достойную жизнь. ВСЕ советские детишки знали его песенки. Даже, по-моему, знаменитая песня про КВН «Снова в нашем зале» – тоже его. Очень жаль…

ttolik: Уходит музыка, остаются только говорящие головы. Мы всегда будем его помнить, мы  поколение, выросшее на его музыке.

aлександр_talks72: А замены таланту нет. Прискорбно. Соболезнование родным.

lips_wg: Вялiкая i цяжкая страта… Ад iмя дзяцей i дарослых вялiкае яму дзякуй за яго сонечныя i жыццярадасныя песнi. У песнях ён застаецца з намi i будзе жыць вечна – ён сам сабе пры жыццi паставiў такi памятнiк. Сумна, але кампазiтару, артысту, чалавеку – апладысменты!

Добавлено 27 дек. 12:02

ОЛЬГА ПОЛЯНСКАЯ (МИСЮК) ОБ ОТЦЕ

Мой отец, Николай Семёнович Мисюк, родился в многодетной семье под Архангельском в 1919 г. Отец его был кузнецом, но не простым, мог даже и цепочку смастерить. Был он высок ростом и весьма привлекателен. Мать же была женщиной хрупкой, едва доставала до плеча супруга. Умерла довольно молодой от опухоли желудка. Сколько было всех детей, точно не помню. Папа говорил, что младший брат умер маленьким, а одна из сестёр – в возрасте 16 лет от тифа. Я знала лично только двух сестёр, старшую и младшую. Обе в мать, совсем маленького роста. Семья жила в очень стеснённых условиях и довольно бедно.

Родители Н. С. Мисюка (стоят)

Папа в детстве мечтал стать машинистом поезда. Учился средне, пока не увлёкся шахматами. И увлёкся настолько, что был послан, если не ошибаюсь, в Москву на школьные соревнования. Посещение крупного города серьёзно повлияло на его жизнь. Он понял, что есть к чему стремиться; успехи в учёбе пошли резко вверх, и неожиданно для всех он закончил школу с медалью. Эту медаль ему должны были вручать на вечере. И тут оказалось, что его единственные ботинки прохудились, от них отвалилась подошва. Это было очень унизительно, и он решил для себя, что его дети никогда и ни в чём нуждаться не будут.

Фото из альбома Н. С. Мисюка

Наверное, по этой причине папа очень любил красивые вещи в доме и красивую одежду. Одевался по последней моде: одежду ему шил портной из оперного театра. Расклешенные брюки, рубашки с широкими рукавами, обручальное кольцо на руке. Его часто принимали за артиста – собственно, таким он и являлся по жизни :). Дома тоже всегда был одет безупречно: брюки со стрелками, домашний пиджак из сукна с галунами или невиданный по тем временам домашний бархатный халат. Белая рубашка с бабочкой. Никаких треников и никакого хождения по квартире в трусах.

После школы он уехал в Ленинград и поступил в Военно-морскую медицинскую академию. которую заканчивал экстерном, так как началась война. Был эвакуирован по Дороге жизни и отправлен на фронт в составе бригад морской пехоты в посёлок Рыбачий, единственное место, где граница так и осталась незыблемой. Как потом оказалось, эвакуация проходила рядом с тем местом, где моя мама служила связисткой. Тогда они ещё и не знали о существовании друг друга.

Относительно недавно я нашла воспоминания военного врача, который служил с ним рядом, они поразили меня до глубины души: «Когда наши батареи открывали огонь по противнику, над головой выли снаряды, а через некоторое время вдали, на Муста-Тунтури, слышались глухие разрывы наших снарядов. Периодически и по нам «соседи» открывали огонь, но снаряды ложились то с недолетом, то с перелетом. За несколько месяцев до моего прибытия в медсанроту у входа в землянку приемо-сортировочного отделения разорвавшимся снарядом оторвало ногу одному офицеру, а другой получил проникающее обширное ранение живота и погиб. В одной землянке с нами жил молодой врач, лейтенант м. с. Николай Мисюк, мечтавший после окончания войны пойти в адъюнктуру по невропатологии. Он был настолько целеустремленным человеком, что даже тогда, когда по расположению медсанроты велся «беспокоящий» артиллерийский огонь и вблизи ухали разрывы снарядов, отчего сотрясалась землянка, а с потолка сыпался мусор, штудировал учебник английского языка».

Отец служил в медсанбате. Это максимально приближённая к линии фронта операционная, где оказывается самая первая квалифицированная хирургическая помощь: ампутации, полостные операции, обработка ран… Зелёные юнцы, досрочно закончившие академию, стояли у операционного стола, оперировали практически без наркоза, просто переходили от одних носилок к другим, а в конце рабочего дня выливали кровь из сапог. Сон был обязателен. Отец под бомбёжкой учил английский язык, так как уже тогда собирался поступать в адъюнктуру. Изучение английского сыграло с ним злую шутку; по тем временам оно выглядело крайне подозрительно, и наградные листы легли под сукно.

После Победы было возвращение в Ленинград, знакомство с мамой. Отец никогда не интересовался вечеринками, так же, как и мать. Но так случилось, что друзья уговорили их пойти. Как вспоминал отец, он обратил внимание на красивые ноги, а потом и всю блондинку рассмотрел. Мама, Евгения Михайловна, рассказывала, что он не верил, что она натуральная блондинка, и она в знак протеста и вправду покрасилась. Они поженились, в 1948 году у них родился сын Николай.

Отец защитил кандидатскую диссертацию, а к 34 годам уже написал докторскую, что было совершенно за гранью понимания. И тема была тоже настолько новаторской, что диссертацию долго мурыжили. Суть её заключалась в том, что, используя внешние точки на черепной коробке, можно точно достичь совершенно определенных структур мозга. Это называется стереотаксис. Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы в Ленинград не приехал кто-то из западных специалистов и не начал рассказывать о достижениях науки. И вот тут-то руководители поняли, что и у нас это есть! Защита состоялась с почти двухгодичной отсрочкой.

Отец родился слишком рано для того, чтобы его идеи стали понятными медицинскому сообществу. Стереотаксис был только началом. Его идеи относились к области психохирургии – модификации поведения человека путём воздействия на определенные мозговые центры. За разработку этих методов его чуть не лишили врачебного диплома. У тяжёлых психических больных с бредом и галлюцинациями он пытался устранить эти симптомы путем введения физиологического раствора в мозговые центры, опять же используя собственную стереотаксическую методику. Ему удавалось изменить характер галлюцинаций – из злобных и агрессивных пациенты становились мечтательными и спокойными. Методика нуждалась в совершенствовании, но отцу было запрещено продолжать эти исследования. От греха подальше и с целью развития ему посоветовали найти место работы вдали от центральных городов. И он прошел по конкурсу на заведование кафедрой в Архангельске, куда и уехал с женой и сыном, а меня оставили на попечение бабушки в Ленинграде. Считалось, что климат в Архангельске неподходящий, да и в детский сад отдавать меня не хотели.

Отрывок из статьи архангельских исследователей А. В. Андреевой и М. Г. Чирцовой «Военный хирург Н. С. Мисюк – один из пионеров медицинской кибернетики в СССР» о «северном» периоде в жизни врача. Статья взята из сборника «Исторический опыт медицины в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» (Москва, 2014)

Отец был избран членом-корреспондентом Академии медицинских наук СССР в возрасте 49 лет, ещё беспартийным. Его пригласили и рекомендовали вступить в партию, что он и сделал. Он вообще не считал, что идея коммунизма плоха сама по себе. Он всегда шутил, что кодекс строителя коммунизма – это не что иное, как плагиат заповедей божьих.

Папа коллекционировал иконы – считал, что это предметы искусства и старины, которые хранят память времён. Ему приносили практически чёрные доски, он готовил специальный раствор, размывал их, покрывал защитным раствором и вешал на стену. В кабинете икон было множество. Многое он мог о них порассказать!

Он был едва ли не первым в Беларуси, кто стал открыто говорить о Фрейде и его теории, а также о сексопатологии как о науке. На его лекции во 2-ой больнице народ собирался отовсюду.

Жилось нам весело. Мои подруги вспоминают, что можно было писать «Санта-Барбару». Отца шантажировали, писали на него жалобы, в том числе в адрес съезда партии, только вот точно не помню, какой номер 🙂 На диссертантов писали пасквили; кто-то выдерживал, кто-то снимал его имя с титульного листа диссертации (например, бывшая невестка), а кто-то просто бросал всё это…

Шантажировали по-крупному, требовали большие суммы взамен на какие-то компрометирующие материалы. Отец ничего и никого не боялся. Обратился в соответствующие органы. В квартире сделали засаду, сидели и ждали звонка шантажиста, была подготовлена «кукла», телефон прослушивали… Свидание было назначено где-то на открытом месте. Отец в сопровождении сотрудников милиции (или какой-то другой силовой структуры) даже ездил туда, но сделка не состоялась, шантажист не явился.

Членам семьи устраивали провокации. В какую-то из переделок попала бывшая невестка. Не берусь судить, что там именно произошло, но с утра я уже знала, что у неё неприятности на работе, и тут позвонили мне. Я была студенткой последнего курса, наверное, рассчитывали на мою неопытность. Было назначено свидание, на которое мне рекомендовали явиться, чтобы не создавать прецедент. Кажется, это было сказано так. Я рассмеялась и ответила, что никогда бы не ожидала от человека, говорящего на трасянке, знания таких слов, как «прецедент». Положила трубку и стала размышлять, кто бы это мог звонить. Голос взрослый… Явно не студенческий розыгрыш. Взяла блокнот отца и стала перебирать кандидатов. Мой выбор пал на одного из знакомых. Набираю номер кабинета, слышу веселье, мужские голоса и этот самый голос. Отца я предупредила. Не знаю, насколько серьёзно отнёсся он к моему заявлению. Но думается мне, что я была права.

У отца была идея создания белорусской школы неврологии, и, собственно, пока он был жив, она-таки существовала именно как школа. Он даже сочинил стихотворный роман на эту тему. Я перечитывала и смеялась – насколько это было точно! Многие могли узнать себя. Впрочем, как и в книге «Ночной вызов», где многое было взято из жизни. Тираж книги был полностью раскуплен.

Начало стихотворного «отчёта», 1970 г.

Отец не носил военных наград, Его любимые знаки отличия – значки шахматной федерации и Академии медицинских наук СССР. С первым значком он вообще не расставался (напомним, что в 1970–80-х Н. С. Мисюк около 10 лет был председателем шахматной федерации БССР, об обстоятельствах его избрания на эту должность можно прочесть здесь в рассказе Дмитрия Ноя. – belisrael.info).

Дома обсуждался вопрос о поездке папы в составе делегации на поединок Карпов-Корчной, такое предложение ему делали. Он отказался от него сразу, мотивируя тем, что очень тяжелый перелёт. Истинная причина стала нам известна намного позже. Дело в том, что у отца была аневризма аорты, которую выявили уже после войны. Опытная терапевт выслушала типичные шумы, сделали рентген – и всё стало очевидным. Это тяжёлое заболевание магистрального сосуда, приводящее к разрыву аорты и мгновенной смерти. Отец считал, что это результат травмы военных времен. Ему был предписан щадящий режим, он был комиссован из армии. Об этом, оказалось, знала только мама. Он рассказал ей об этом, когда делал предложение. Но не с его характером было в чём-то себя ограничивать. Он вел совершенно полноценную жизнь и тщательно скрывал этот факт от окружающих. А вот пуститься в длительный авиаперелет в составе предполагаемой делегации не считал оправданным.

В кругу семьи

Мы, дети, узнали о проблеме тогда, когда он уже был в зрелом возрасте. Он полагал, что опасность миновала, так как аневризма осумковалась. Но умер он в 1990 г. именно от этого… Всё произошло неожиданно, но он понял, что умирает, что это конец. Хотя и успел попросить, чтобы мама вызвала скорую. Жажда жизни была велика.

Ольга Полянская (Мисюк), г. Минск

Немного о себе

Я кандидат медицинских наук, основную часть своей взрослой жизни работаю в белорусско-американском Чернобыльском проекте, долгое время это был единственный межгосударственный проект между Министерством здравоохранения Республики Беларусь и Департаментом атомной энергетики США. В настоящее время – руководитель Центра координации данных. До перевода проекта в Гомель была заместителем директора по вопросам контроля качества. К неврологии не имею отношения – в силу юношеского максимализма выбрала другую специальность. Мать троих дочерей и бабушка двоих внуков.

А вот мой брат Николай пошёл по стопам отца, он кандидат медицинских наук, занимается вопросами функциональной диагностики. Мы очень дружны. Высылаю его фото (см. слева) и своё свежее (справа, с собакой :))

Опубликовано 20.11.2017  02:30

Из отзывов в фейсбуке:
Виктор Борисенко Добрая хорошая статья о замечательном человеке.
Татьяна Новосельская  Прекрасный человек. Я всю историю об отце слышала от Ольги. И с семейными фотографиями. За память.
Ирина Халип Мисюк был легендарной личностью и выдающимся врачом. Мне рассказывали о нем мои родители. А с Ольгой я познакомилась прошлой зимой и очень-очень рада. Спасибо, Арон, что дали ссылку на эту историю.
Дмитрий Ной из Америки по мэйлу: Я прочитал статью Ольги Николаевны с большим интересом.  С Николаем Семёновичем я общался очень мало. В силу своего благоговения перед профессором, так как работал простым участковым врачом. Я и сейчас хорошо вижу перед собой его лицо, фигуру, мимику на заседаниях шахматной федерации. Это был прекрасный, без всяких скидок, замечательный человек. Таким он и остался в моей памяти.  21 нояб. 15:42
Ольга Полянская Арон Шустин (Aaron Shustin) Арон, Вы знаете, для папы никогда не имело значение социальное положение, авторитет или национальность. Как-то в Питере после научной конференции у него в номере люкс мы собирались на ужин. Один профессор из Питера отметил, что вряд ли у них за одним столом в неформальной обстановке могли собраться младший научный сотрудник и член-корреспондент академии)) Так что простой участковый врач вполне мог общаться с отцом. Я понимаю, о чем пишет уважаемый Дмитрий! И спасибо ему еще раз за это отношение!  17:42