Category Archives: Послевоенная жизнь

Борис Комиссарчик. Старые фотографии

Vipusk 1941

Встреча выпускников Сталинской школы г. Калинковичи 1941 года выпуска.  Фото примерно 1982 года. Может кто-то узнает своих близких?

1-y legkovoy avt. 1954

Первый легковой автомобиль, полученый в Калинковичскую районную больницу. Рядом – мой отец Наум Яковлевич Комиссарчик. Примерно 1954 год.

Y. Ziporin i B. Komisarchik

Яков Григорьевич Цыпорин, руководитель духового оркестра в Доме пионеров и мой отец. Примерно середина 70-х годов.

semyi M. i N. Komisarchik

Моя мать Валентина Георгиевна Красикова, Михаил Семёнович Комиссарчик (был директором “инвалидной”, старое название Мебельной фабрики) с женой Татьяной и мой отец. Конец 60-х годов.

M. S. Komisarchik

М.С. Комиссарчик с женой Татьяной

B. Livshiz

Рохл-Лэя Голод – моя тётя, Борис Михайлович Лившиц, жена Б.М. – Мария Захаровна, Перла Голод – двоюродная сестра моего отца. 1973 год.

L. Buchman

Алик Афингендин, его жена Аня Бухман, Ася и Лев Иосифович Бухман, Рехтман …. (бывший директор транспортной конторы). 1973 год.

S. Komisarov, 14 let

Саша Комиссаров (Комиссарчик). Ему здесь, примерно, 14 лет
Трагически погиб вместе с женой, возвращаясь со свадьбы своего друга Алика Рехтмана в середине 70-х годов. У него остался сын Сергей Комиссаров.

О людях, запечатленных на фотографиях, читайте ранее помещенный материал

Борис Комиссарчик (Гомель). Воспоминания

Обновлено 2 апреля 2016

Конец 80-х, начало 90-х – новая волна эмиграции

Приход к власти Михаила Горбачева в середине 80 – х годов прошлого века и обозначенные им на очередном партийном съезде перемены внесли некоторый оптитизм в сознание и настроение многих людей, когда стало возможным открытие кооперативов, начать говорить о национальной и религиозной самоидентификации. Однако достаточно быстро наступило разочарование.

26 апреля 1986 г. произошла Чернобыльская трагедия и спутя 2 дня через Калинковичи в течение часа после 5 час. дня проследовала вереница из более чем 60 – ти автобусов и множества военной техники. После того, как благодаря радио голосам из-за “бугра”, люди узнали, что произошло нечто страшное на Чернобыльской атомной станции, начали ходить различные слухи каким образом очень скоро будет решена проблема. И потому на очередную первомайскую демонстрацию в отличный солнечный день на центральную площадь города пришло очень много горожан, после чего все отправились на отдых в лес. Высшее руководства страны во главе с Горбачевым любыми путями пыталось утаить от народа истинную степень масштабов аварии на станции и потому в Киеве в начале мая даже был проведен короткий этап существовавшей тогда ежегодной велогонки Мира, хотя обычно она не проходила по территории Советского Союза. Однако, надо было предпринимать и другие меры успокоения, и спустя неделю после первомая по областному радио начал выступать светила из Москвы, академик-радиофизик. Он объяснял, что не следует ходить в лес, а тем более садиться на траву, собирать ягоды и грибы, и что обязательно надо класть мокрую тряпку перед входом в квартиру, не держать открытыми форточки, и т. п., чтоб защитить от поражения радионуклидами щитовидную железу. Но люди уже понимали, что с самого начала от всех утаили истинные масштабы произошедшего. Кроме этого заявленные Горбачевым ускорение и перестройка не ощущались ни в чем, зато с течением времени все более ощущулось наступление полного дефицита, резкое подорожание продуктов первой необходимости.

А распускавшиеся слухи о возможных погромах, возможность прослушивания без особых помех “вражеских” голосов, таких как “Голос Америки”, “Свобода”, “Голос Израиля” и др, встречи со своими бывшими земляками, начавшими приезжать в гости, а также с  иностранцами, для которых стало возможно участие в различных международных выставках и иных мероприятиях, проводившихся прежде всего в Москве, привели и подтолкнуло многих к желанию эмигрировать. Каждый может вспомнить эпопею его отъезда, особенно в конце 1989 – 1990 г, времени ожидания получения визы в областном ОВиРе, когда оно уже стало зависеть от взяток. С 1 ноября 1989 года под давлением Израиля, Америка прекратила прием эмигрантов, оказавшихся в перевалочном пункте Вены и, желавших въехать в нее по израильской визе. Люди шили большущие сумки – баулы для ручного багажа, сбивали в большом количестве огромные фанерные ящики для отправки багажа по железной дороге до морского порта, в основном это был Одесский Ильичевск, откуда он поступал в порта Израиля: Хайфу или Ашдод. Таможенные пункты были в районе Центролит под Гомелем и в Смолевичах под Минском. В те годы уже хорошо начали себя чувствовать таможенники и грузчики, которые установили таксу с отправки каждого ящика. В то же время кое к кому таможенник приезжал прямо на дом и за договоренную плату опечатывал весь багаж, избавляя от дальнейших хлопот. Были случаи, когда грузчики еще на начальном пункте отправки проделывали дырки в крыше грузового вагона, а затем обваровывали багаж. Можно вспомнить и такие истории, когда после упаковки баулов в квартиру по наводке залази местные жители, и выносили все ценное.  Багажная эпопея продолжалась и в Израиле, когда немало тех, кто летел транзитом через Бухарест, по прибытии в аэропорт Бен Гурион в Тель Авиве получал сломанные чемоданы и разрезанные баулы. У некоторых, отправивших фанерные ящики малой скоростью по морю, проблемы начинались на складе в Израиле, куда поступил их багаж. Когда компьютор выбирал кого-то для проверки и в его багаже оказывался мотоцикл “Ява”, катамаран или телевизор, за что надо было платить большую пошлину. В результате многие вещи остались на складе. Казалось бы, такая ценная фанера, из которой сбивались ящики, в Израиле фактически также оказалась не применима и ящики, после выгрузки из них багажа, либо оставались до некоторых пор валяться на улице, либо их фактически бесплатно забирали грузчики. С 1 января 1991 г. было введено ограничение по весу багажа, не более 1 тонны на семью.и постепенно отправка больших ящиков сошла на нет. Еще вспоминаются очереди в областном банке в Гомеле, где можно было обменять рубли на доллары, в расчете примерно 164 или 166 долларов на одного члена семьи. Официальный курс доллара с конца 1989 г  с 63 копеек был повышен в 10 раз и на семью из четырех человек надо было заплатить огромные по тем временам деньги, более 6 тыс. рублей. Обмен производили 2 раза в неделю и в занимаемой с утра  очереди обсуждали каков курс доллара и на сколько он выше или ниже того, который был прошлый раз, что дало бы возможность получить на пару долларов больше или меньше.Приехав в Израиль, люди ощутили насколько они далеки бьли от реальности и, что сумма долларов, полученных при обмене в банке, вообще не имеет принципиального значения. Кроме этого, тогда для желающих эмигрировать существовала позорная практика вынужденного отказа от гражданства, за что надо было еще и заплатить по 500 рублей с каждого члена семьи. В те годы квартиры еще не были приватизированы и многие оставляли их государству, а частные дома или кооперативные квартиры продавались за такую сумму, которая при переводе ее в доллары, так же была ничтожно мала. И только с начала 1991 г, после подписания Беловежских соглашений и распада Союза, все начало меняться, и недвижимость, даже в Калинковичах, постепенно стала иметь какую-то ценность.

В этом разделе каждый сможет рассказать свою историю эмиграции.
Калинковичане и мозыряне впервые свободно празднуют Песах в одном из залов Мозыря на ул. Интернациональная. Пасхальную Агаду читает 6-ти летняя Света Шустина. Апрель 1990 г.
The Jews living in Kalinkovichi and Mozir are celebrating Passover freely for the first time in one of the Mozir halls. The Passover Hagada is read by the 6-year old Sveta Shustina. April 1990
Возле места массового расстрела евреев. Справа налево: Лева Сухаренко, Арон Шустин, Гриша Вейнгер, Эдик Гофман – житель Мозыря. Апрель 1990 г.
The Jews of Kalinkovichi pay their respect in memory of the killed Jews.  Near the place of massive killing of Jews , 22 of September 1941
from right to left: Leva Suharenko, Aron Shustin, Grisha Veynger and Edik Gofman. April 1990

Группа калинковичских евреев возле дома Михула Урецкого по ул. Калинина 31. В одной из комнат была синагога.
Фотографии Йоханана Бен Яакова, жителя израильского поселения Гуш Эцион, посланника “Джойнта”.
Апрель 1990 г.
The Jews living in Kalinkovichi near the synagogue.
The photo of Iohanan Ben Yaakov, delegate from Joint to Kalinkovichi and Mozir, resident of the Israeli cettlement Gush Ezion. April 1990

Эмигранты начала 70 – х годов прошлого века

эмигранты начала 70 – х годов прошлого века.

семьи : 1. Бегельмана Лёвы и Беллы, 2. Голода Лёвы и Ани, 3. Шустова Бориса и ……, 4. Хайтмана Иосифа и Соркиной ….. , 5. Дреера Иосифа и …………, 6. Загальского ….. и …………., 7. Фельдмана Феликса и ….., 8. Серебрянника(ова) Бориса и Ханы…………., 9. Лазбина Марата ( учитель сельской шк.) и …………, уехали в США, 10. Грайфера Наума и Маши 11. ……….. Натан … ( жил в начале Житковичского тракта, электрик ), уехал в Америку, 12. Гроссман Петя (“керосинщик”)13. Куравского Бориса и Фани, 14. ………………. , 15 ……………… ………..

Спустя некоторое время после начала эмиграции 70 – х годов в Советском Союзе открылась разнузданная антисемитская и антиизраильская пропаганда. Появились ряд книг подобного толка, некоторые из которых выходили в Минске.В то же время коммунистическая партия действовала цинично и жестоко, вынуждая подписывать, появляющиеся в газетах антисемитские статьи, обличающие “предателей и изменников родины”, рядовых членов партии, родственников тех, кто  уехал. Можно понять людей кто был поставлен перед тяжелым выбором остаться без работы и средств существования для всей семьи, особенно, живущих в небольшом городе, либо поставить свою подпись под лживой статьей. Именно таким образом в райгазете “За коммунизм” в 1973 г. появилась подобная статья. Конечно, она имела свое действие на рядового обывателя. Но местные евреи, большинство из которых тогда даже не помышляли об отъезде, хорошо представляли кухню подачи гнусных материалов. ” В Советском Союзе публикация общественно-политической литературы контролировалась, инспирировалась и направлялась КПСС, поэтому ни одну книгу или статью в нараставшем потоке антисионистских изданий нельзя считать выражением частной позиции автора, а лишь отражением идеологической установки партии и эволюцией ее антисионистских концепций. Так, сочинение Ю. Иванова «Осторожно: сионизм!» (М., Политиздат, 1969) ежегодно переиздавалось вплоть до 1973 г., а также было переведено на украинский, белорусский, армянский, таджикский и другие языки народов Советского Союза и иностранные языки. В период работы над этой книгой Ю. Иванов был сотрудником международного отдела ЦК КПСС, в котором он курировал компартию Израиля; таким образом, книга официального партийного специалиста должна была задать основное направление антисионистской пропаганде. Поэтому неудивительно, что борцы с сионизмом 1970-х гг. так много цитировали Ю. Иванова. Другие подобные установочные книги: Е. Евсеев «Фашизм под голубой звездой» (М., «Молодая гвардия», 1971), В. Большаков «Сионизм на службе антикоммунизма» (М., Политиздат, 1972), сборники «Сионизм: теория и практика» (М., Политиздат, 1973), «Сионизм: мифы и действительность» (Киев, Политиздат, 1973; на украинском языке), Л. Моджорян «Преступная политика сионизма и международное право» (М., «Знание», 1973), В. Семенюк «Националистическое безумие» (Минск, «Беларусь», 1976). В эти же годы выходят в свет сочинения некоторых авторов-евреев, призванных продемонстрировать, что антисионистская кампания не является антисемитской и что советские евреи (по крайней мере, их «лучшая» часть) не разделяют сионистской идеологии. Тезисы о порочности и расистской сущности еврейской религии и о связи сионизма с иудаизмом, а также традиционная антисемитская концепция иудаизма как аморальной и извращенной религии выдвигаются в этот период на первый план. Еврейская религия все больше отождествляется с сионизмом: «Иудаизм является философско-мировоззренческой основой современного сионизма» (В. Бегун «Сионизм и иудаизм», Минск, «Знание», 1972), а «синагога в современной обстановке является потенциальной базой подрывной деятельности» (В. Бегун «Ползучая контрреволюция», Минск, «Беларусь», 1974). ” антисемитизм в 1970-80-е гг.. Электронная еврейская энциклопедия

Первые предприятия послевоенных Калинкович


Из воспоминаний Бориса Кофмана ( 1928 г.
)
В 1945 г. он и его брат Вова ( 193… г ) пришли в артель “Зорька”. На углу улицы Озерина и переулка ….. находилось большое здание, где жили и там же обучались столярному делу у Хаима Лазбина ( 19…. г. ) Там же работал Гриншпон …..  ( 19…. г ). Первым председателем “Зорьки” был Пинский …… Потом его сменил Симанович Николай ( Копель ) Борисович ( 191… – 17.07.1987 г г ) В дальнейшем производство получило народное название “инвалидная“, а вообще это Мебельная фабрика“, расположеная на ул. Аллея Маркса
Основной продукцией стали стулья. Директорами были: Комиссарчик Михаил Семёнович (192… – 19… гг.),  Маневич Александр Михайлович, (193… – 199… гг ). Многие годы гл. бухгалтером на мебельной фабрика проработала Дора Чарная, технологом Евсей Пинский, мастером  работал Арон Лазбин, ( 192.. – 199.. гг ),  в 1972 г переехавший в Израиль, его сын Яша ( 1949 – 199 … гг) – станочник, Арон Миневич ( 1925 – 1976 гг.), бригадир станочников в механическом цеху, его дочь Клава Миневич ( Зайчик), ( 1950 – 1997 гг) – технолог, Борис Апартин – снабженец, Гриша Горелик и Борис Стрешинский – мастера цеха, Миша Голуб – начальник цеха, Дима Вилинский – шофер, Миша Чарный, Руман Френкель, Фима Хайтман, Миша Шустин, Рома Лазбин, Марик Чарный, Валик Палазник – станочники, Саша Матиевский – ……….., Коренев Николай Иванович, директор фабрики с 198…г, Падило ……. , гл инженер,
Промкомбинат, который когда-то еще назывался мельницей по ул. Куйбышева. Производство много лет назад начиналось из мельницы, а затем к ней добавилась лесопилка или пилорама и начали строиться цеха для мебельного производства. Первым послевоенным директором с 194… по 196… г. был Рафаил ( Рифол ) Мойсеевич Гомон ( 1915.- 1980 ( 1 ).гг ).В народе производство получило название “академия Гомона“, через которую прошли немало калинковичан, хотя сам Гомон имел образование 4 кл. Его заместителем был Рошаль Рувим Аронович ( 1903 – 1990 г). Основной продукцией были диваны, матрасы, затем начали выпускать кухни. Из работников можно вспомнить Бориса и Вову Кофманов, Мишу и Изю Карасиков, Эмму Голода, Мишу Кофмана – столярный цех, Шустина Якова ( Янкеля ) ( 1923 – 2007 ) – пилорама и затем упаковочный цех, Леву Сухаренко и Мотика Черняка – малярный цех, Леву Черняка – обойщик, Мишу Фурмана – слесарь, Яшу Голода – пилоточ, Бориса Андрашникова, Арончика Фердмана и Сашу Борисенко, Арончика Фактаровича,  станочники. Леву Бегельмана, столяр, Бориса Шустова, электрик и Леву Голода, станочник, уехавших  в 1971 – 72 г в Израиль. Мишу и Сеню Гомонов,  Исаака .Хизвера,  Леню Дорошко,  Вилю Фефермана, Яшу Бухмана, Мишу Зеленко, Гришу Колика (1915 – 1986), Яна Куника, Эдика Фишкинда, столяров – сборщиков, Аркадия Зеленко, Бориса Фурмана ( 1946 – 2007 )  – пресс, Фиму Лившица ( 192…. – 200… г ), начальник цеха,  Лилю Шахнович ( Миневич ), старший мастер, Марию Кошеленко, мастер цеха, Эдуарда Кипера ( 192… – … гг ), гл. энергетик,  Мишу Кагана, Яшу Шейнина, Мишу Фрумана и Яшу Голода – шоферов,  Молочников …….. , гл. бухгалтер, Черняк Броня, бухгалтер, Девентка …….., бухгалтерия ( ? ), Гришу Вейнгера, снабженец, Андык ……, технолог, Шлейфер ………,  ………………, Леню Марголина, Мишу Шпитальника, Семена Мопсика и Алешу Емельяненко, упаковочный цех,  Симу Бухман, уборщица в цеху,   ……………… С 1968 г ( ? ) директором стал Корнеевец …..        , а после того как промкомбинат в 197 ( 8 ) … г  вошел в состав Мозырского мебельного объединения, следующим директором стал Симанович Семен Харитонович, житель Мозыря, которого сменил Евтухов В.А. На комбинате был хороший клуб, в котором проводились различные мероприятия, включая свадьбы и очень запомнившиеся многим детские новогодние утренники с получением таких ожидаемых всеми детьми, да и взрослыми тоже, подарочных наборов из конфет, зефира, яблок и, конечно, апельсина. Там же стоял бильярдный стол, на котором сражались заядлые бильярдисты. А во время летних школьных каникул, на грузовой машине со специально оборудованным кузовом со скамейками, детей работников в течение трех смен, каждая из которых длившаяся почти месяц, отвозили в пионерский лагерь “Сосновка”, находившийся примерно в 12-15 км. от Гомеля.  Промкомбинат тех лет запомнился также своим духовым оркестром, с которым он выходил на все праздничные мероприятия. В состав оркестра входили Виля Феферман, труба и барабан,  Миша Гомон, Фима Лившиц, Эдик ФишкиндГена Брискин,  ………..,  ………………….., ………………………, ………………………, ……………..
Швейная артель “Красный сборщик”, в дальнейшем КБО
Первым председателем артели был Ермалович ………., находилась на ул. ………… Основной продукцией были  …………………Расширившись , артель стала Комбинатом бытового обслуживания. После более чем четверть вековой работы на ФБХ на руководящих должностях, включая гл. инженера, директором КБО стал Голод Исаак Абрамович ( 192.. – 1995 гг ). Ковры, выпускаемые на производстве, были известны даже за пределами республики. В это время там был построен строительный участок в районе ул. Загородная, а также прачечные самообслуживания по всему Калинковичскому району. Производство состояло из швейного и обувного ателье, цехов по ул. Ломоносова, Красноармейской и на углу ул. Калинина и Советской, парикмахерских, фотографии. Комбинат был лучшим не только в республике, но и отмечен на  доске почета ВДНХ в Москве. Комиссарчик Борис Наумович (1949 г.р.) работал директором КБО с 1985 года по 1991 год. С этой должности был переведён начальником управления бытового обслуживания Гомельского облисполкома. С 1991 года по настоящее время директором КБО (сейчас называется ОАО “Калинковичибытсервис”) работает Радько Тамара Михайловна.
Среди людей, отдавших производству многие годы, следует назвать  Гозман Броню, глав. бухгалтер, Гомона Илью, инвалид войны и Шапиро Марию – бухгалтера,  Вейнгер Раю, плановый отдел,  Кабакову Цилю, отдел кадров и затем начальник участка на ул.Загородней, Мишу Гомона, и Исаака Хизвера, столяров, Яшу Еренбурга, инженера – технолога швейного цеха, Олю Лившиц, Цилю Томашеву и Зину Жичко – швей, Мишу Лазбина и  Гришу Гофмана, мастеров строительного участка, Зиновенко Галину и  Галю Зельдину, вязальщиц, Бориса Кацмана и Леву Шнитмана – сапажники,  Ефима Эпштейна – портной, Каган Геню, завателье, Этю Феферман, Фаня Кацман, Цилю Шнайдер – приемщиц заказов одежды и обуви, Щеголькову Нину, Бориса Дворина и Мишу  Кесельмана – фотографов, Шуру Факторовича, Мишу Куравского, Семена Шнайдера, Додика Гомона, Шуру (  ) Гомон, Броню Фурман, Лену Кацман, …….. Офингендина, …………., все парикмахеры и многих других
Фабрика бытовой химии.

Фабрика Бытовой химии начиналась с артели “Спартак”, основанной еще в 1939 г. и находилась на ул. Пушкина. В артели производили различную продукцию, в том числе газированную воду, сиропы. Многие годы директором ФБХ был Гардейчик Петр Семенович. Более 25 лет там проработал мастером цеха, а потом и главным инженером Голод Исаак Абрамович, ( 192…. – 1985 гг. ) и в то время продукция производства была известно по всей Белоруссии. Можно вспомнить отличные обои, гуашевые краски, пластилин, чернила. Следует назвать людей, трудившихся там. Это главбух Зеленко ….. ( …. гг ), начальник отдела снабжения и сбыта Горелик ( Хапман ) Броня  Абовна ( 07.01.1932 – 16.03.1993 гг ), мастер цеха Грайфер ….., (     гг ), Люба Чанчикова, Голод Израиль, Френкель Лиза и ее дочь Герта Львович ( ….. гг ), Перцовская Броня, ( ….. гг ), начальник отдела кадров Гарист Мария, Голод Дора, Зеленко Фира, Журавель Клара, Ира Коваленко, мастер цеха Борис Сустин (192… – 198 …. гг ), Виктор Старовойтов, Оля Хильман, Оля Говор, Валя Касьянчик, Рая Шустина ( 1946 – 1994 ), Вера Яцухно, Соня Трубицына, Петр Говор и еще много других людей.

( Материалы будут дополнены и уточнены с помощью посетителей сайта )