Category Archives: О шахматах с разных сторон

Лия Ахеджакова о жизни, творчестве

“Мне здесь страшно, но интересно”

Светлана Конеген

Лия Ахеджакова

Лия Ахеджакова

Она, конечно, отчаянная. Актриса и человек. Ее театральная и кинокарьера – ярчайший пример отваги. Отважной она остается в любых обстоятельствах. О своих принципах актриса Лия Ахеджакова говорит с корреспондентом Радио Свобода.

– Лия Меджидовна, вы родились в Днепропетровске, ваше детство прошло в Майкопе. Театральная семья. Папа – режиссер, мама – актриса. Иными словами, вы были типичным театральным ребенком, выросшим за кулисами?

– Да, правда.

– А какой была тогда жизнь в маленьком, провинциальном Майкопе? Какие люди вас окружали? И мечтали ли вы тогда о большой Москве, о театральной карьере?

– Меня окружали люди, у которых были большие библиотеки, и актеры, которые постоянно мотались по гастролям. С родителями ездила и я, ради этого меня даже часто снимали с экзаменов. Тогда мы объездили весь Северный Кавказ. Но жизнь была очень трудной. У мамы был туберкулез легких, он начался и у папы, но его лечение сложилось как-то удачней. Случалось, что после спектаклей у мамы просто горлом шла кровь, правда, на самой сцене этого никогда не происходило, она держалась.

– С вами лет в десять случилась какая-то удивительная история, когда вы решились написать письмо самому Сталину с просьбой достать для мамы некое магическое лекарство и тем самым спасти ее от смерти. И само поразительное, что чудо случилось – лекарство вам достали и привезли.

Я обещала Сталину хорошо учиться, на одни пятерки, и закончить школу с золотой медалью

– Не помню точный свой возраст тогда, но да, я написала письмо Сталину о том, что мои мама и папа умирают от туберкулеза. Им же, кстати, болела и моя тетя Ханифа. Конечно, до “отца народов” оно даже не дошло. Просто тогда на Рижском фармацевтическом заводе стали делать какое-то новейшее лекарство, которое якобы спасало жизни многим туберкулезникам. В ответ я обещала Сталину хорошо учиться, на одни пятерки, и закончить школу с золотой медалью. И я свое слово сдержала. На каком-то этапе это удивительным образом сработало, и к нам из Риги по почте пришел деревянный ящик с лекарством, которое пили все – папа, мама и тетя. Лекарство никого не вылечило, но поддержало сильно.

– Вы были нормальным советским ребенком, верившим во все мифы о коммунизме?

– Да, а как мы любили Сталина! Папа даже умер с этой любовью. Он был и до конца оставался коммунистом. Вообще на Кавказе имя Сталина по-прежнему весомо. Мое “отрезвление” и “просвещение” пришло только тогда, когда я приехала в Москву поступать в институт и поселилась у людей, только что вернувшихся из лагерей. Папа договорился, что, поступив в Московский институт цветных металлов и золота, я поживу у прекрасных людей, с которыми он познакомился еще в Майкопе. Хозяйку звали Светлана Леопольдовна (фамилию, к сожалению, сейчас позабыла), бывшая прима Московской оперетты. Жила она в квартире с сестрой. Квартира была большая, и в свое время донесли на Светлану Леопольдовну ее соседи. Пока она отбывала срок, они забрали почти всю жилплощадь себе. Так что когда она вернулась, ей досталась лишь маленькая комнатка, где она проживала с сестрой. Какое-то время жила с ними и я. Именно они стали источником моего “прозрения” относительно времени, в котором мы жили.

Когда я иду по любой улице в России, знаю: она состоит из моих единомышленников. Все говорят мне “спасибо”. Так что где эти “86%” поклонников власти, понять не могу

А про мой институтский период рассказывать не люблю. Считаю, что время это давно прошло и ничего в нем нет интересного. Все по-настоящему интересное началось, когда я оказалась в Московском ТЮЗе. Тогда же в моей жизни появились необыкновенные дома и семьи, в которые я неожиданно попала, люди, с которыми вроде бы случайно сводила судьба. Чего стоит одно лишь знакомство с Виктором Ефимовичем Ардовым и его семьей. В этот дом захаживал Иосиф Бродский, подолгу жила Анна Андреевна Ахматова. На этом фоне все бледные факты моей тогдашней собственной биографии становятся не столь важными. Ардов был потрясающим человеком, ярким писателем-сатириком. Не менее интересными были его сыновья Боря и Михаил, пасынок Леша Баталов. Саму Анну Андреевну я, правда, лично так и не увидела в их доме, но зато столько про нее слышала! Знала, что вот в той комнате она всегда ночует.

Важен был и сам ТЮЗ, актеры, с которыми свела судьба. Но потом вдруг все это было развалено. В наш театр из Екатеринбурга приехал какой-то режиссер, заявивший, что нужно ставить спектакль “про ХрИста”! Так он, оказывается, называл Христа. Странный человек, из-за которого мы все побежали из театра… Я не знала, куда уходить. Инна Чурикова, моя подруга по ТЮЗу, позвонила Анатолию Васильевичу Эфросу. Тогда мы, две девочки, были страшные его поклонницы, ходившие на все генеральные репетиции! Это все было буквально незабываемо… Инна, позвонив Эфросу, пожаловалась, что “Лийка совершенно без работы, не знает, что делать”. Анатолий Васильевич сначала пообещал поговорить с Дунаевым, главным режиссером театра на Бронной, но тот мне категорически заявил: “Вы с ума сошли! Вы – травести и должны держаться за это ваше амплуа”. Тогда Анатолий Васильевич посоветовал пойти к Гале Волчек в “Современник”, у нее там очень хорошие актеры, и я им подхожу. Велел передать Гале, что Эфрос меня ей очень рекомендует. И та меня взяла.

Лия Ахеджакова в спектакле Московского театра Юного зрителя "Дорогой мальчик", 1972 год

Лия Ахеджакова в спектакле Московского театра Юного зрителя “Дорогой мальчик”, 1972 год

– Одним из ярчайших ваших дебютов в “Современнике” стала работа в спектакле “Квартира Коломбины” по пьесам Людмилы Петрушевской в постановке Романа Виктюка. Там он вам дал сыграть сразу четыре главные роли. Как сложился ваш с ним роман? Он в вас влюбился?

У меня были блистательные партнеры! Богдан Ступка, Игорь Кваша, Михаил Жигалов, Валя Гафт, Гарик Леонтьев – все, как на подбор, самые сильные, лучшие!

– Так я с ним дружила еще со времен ТЮЗа, он приходил ко мне в гости. И когда он пришел в “Современник”, то сначала скрыл, что все четыре пьесы Петрушевской, объединенные в “Квартире”, буду играть я одна, его подружка. В театре такие вещи вообще не делают, там были исполнительницы и покруче меня. А он это сделал, за что я, конечно, ему бесконечно благодарна. Он представил меня как актрису, способную играть не только курочек, пионеров, мальчиков и девочек, Тараса Бобунова и весь мой прочий детский репертуар, доказав, что я могу работать и во взрослом серьезном театре, играя там не только бабушек. Кстати, первую свою бабушку я сыграла еще в ТЮЗе в спектакле “Я, бабушка, Илико и Илларион”. Потом вторую – уже в спектакле Иосифа Райхельгауза по пьесе Константина Симонова. И мой друг Валентин Гафт, с которым я когда-то озвучивала уроки русского языка для народов Зимбабве, был моим партнером. Кстати, именно Валечка – мой первый партнер в “Современнике”, и он же – последний. Я и по сей день играю с ним в том же театре в спектакле “Игра в джин”. Правда, сейчас он приболел, и временно моим партнером стал потрясающий актер Вася Бочкарев из труппы Малого театра.

Вообще, какие у меня были блистательные партнеры! Богдан Ступка, Игорь Кваша, Михаил Жигалов, Валя Гафт, Гарик Леонтьев – все, как на подбор, самые сильные, лучшие!

Актеры Валентин Гафт и Лия Ахеджакова на съемках фильма "Гараж" режиссера Эльдара Рязанова

Актеры Валентин Гафт и Лия Ахеджакова на съемках фильма “Гараж” режиссера Эльдара Рязанова

– Давайте поговорим о вашей кинематографической биографии. Она началась очень удачно, с фильма 1973 года “Ищу человека” режиссера Михаила Богина. За него вы получили призы на фестивалях в Локарно и Варне.

– Вот после него-то меня и подобрал Эльдар Рязанов.

– Расскажите о своей первой встрече с ним. Она явно не могла не запомниться, тем более что кинобиографию вам сделал именно он.

– Когда мне впервые позвонил Эльдар Александрович, сказала: “Я вас обожаю! Но в вашем сценарии у меня такая маленькая роль, что в ней и играть-то нечего!”

– Речь шла об “Иронии судьбы, или С легким паром”?

– Да, о ней. На мои претензии он ответил довольно жестко: “Запомни: лучше сняться в маленькой роли у хорошего режиссера, чем в большой у плохого”. С тех пор я демонстрирую это всей своей жизнью.

– Но ведь именно за эти ваши роли второго плана – к примеру, смешной училки с несложившейся личной жизнью из “Иронии судьбы” или секретарши Верочки из “Служебного романа” – вас во многом и любит зритель. Все они очень запоминающиеся.

Мы с Рязановым оба инакомыслящие. Он меня сильно подтолкнул именно в эту сторону

– Но какие еще есть роли в “Старых клячах” и “Небесах обетованных”! Нет, у меня были и большие роли, но зачастую в таком дерьме, что и вспоминать не хочется. Правда, постепенно мои мечты как-то реализовывались. К примеру, я всегда очень любила Островского, и наконец известный ленинградский режиссер Игорь Федорович Масленников, поставивший потрясающий сериал про Шерлока Холмса и “Зимнюю вишню”, пригласил меня на роль свахи в “Банкроте”. Мне так было сладко работать с этим текстом! К сожалению, продюсеры на тот момент у него были плохие, и сама картина канула в лету. Но работа над ней была страшно интересной.

– Возвратимся к Рязанову, с которым и ваша жизнь в целом, и творческая биография связаны так сильно. Как складывались ваши отношения на съемочной площадке? Ведь у вас обоих очень непростые характеры.

– Характеры у нас непростые, но видимо, всегда существовала какая-то биологическая и человеческая совместимость. Была и еще одна черта, нас связывающая, мы оба – инакомыслящие. Он меня сильно подтолкнул именно в эту сторону. К концу его жизни мы стали очень близкими людьми. Если шла речь о подписи в чью-то защиту, Эльдар Александрович – единственный человек, чей телефон я могла дать организаторам, зная, что он непременно подпишет. Он, в свою очередь, ни разу не сказал мне: “Ты чего тут мною торгуешь?!” Некоторые люди давно убедили никогда и никому не давать их телефоны, им принципиально не нужно ничего подписывать. Телефоны этих людей я не давала никому, зная: от любого такого “открытого письма” у людей может рухнуть вся биография. Сама-то я – актриса, человек маленький, со мной ничего особенного не случится. Но Эльдар Александрович – фигура очень заметная. И он, ничего не боясь, подписывал подобные письма даже тогда, когда еще снимал свое кино. В этом он был настоящий ас, его нельзя было сбить с толку. Даже когда потом всех нас обозвали “пятой колонной” и “врагами народа”.

– Неужели за столько лет у вас никогда не было никаких конфликтов, моментов непонимания?

Нет людей, которые бы не любили фильмы Рязанова. Может, они и есть, но просто где-то прячутся

– С Эльдаром Александровичем? Не помню такого. Он меня любил, а я – его. Один раз я “залупилась” на съемках “Клячей”, сказав, что меня слишком хорошо одели. Что же это, мол, такое? Люди в тюрьме сидят в таком виде. Ох, как же он тогда на меня “вызверился”! А потом Света Крючкова стала настаивать на том, чтобы ее получше переодели, мотивируя это тем, что такое “ей не идет”. И тогда он сказал: “Я никогда не будут ничего снимать про женщину, которая вот так шикарно одета!”

– Как вам кажется, в чем секрет такого долголетия рязановских фильмов? Почему народ продолжает смотреть их до сих пор, хотя все они построены на давно ушедших вроде советских реалиях?

– Когда хоронили Эльдара Александровича, к микрофону рвались и горько оплакивали его даже те, кого, я точно знаю, он даже не пустил бы на свой порог. Но они так горько по нему рыдали, так скорбели, что это не могло быть враньем, дежурным притворством. Хотя, конечно же, там было и очень много хороших людей.

Я расскажу сейчас о нем с другой стороны. Знаю, что нет людей, которые бы не любили фильмы Рязанова. Может, они и есть, но просто где-то прячутся. Помню, после выхода на экраны его фильма “Гараж” вся протестная Россия тех лет бросилась ко мне. Где б я ни оказывалась, где бы меня не встречали, все сразу начинали говорить на темы “Гаража”, о тех “смыслах”, которые он туда вложил.

Кстати, помню, на “Служебном романе” я плакала, что завалила роль, и даже убежала, рыдая, с озвучания. И уже только позже сумела как-то себя принять.

Я привыкла к тому, что играть нужно хорошо, а изменить внешность уже нельзя

Помню, когда-то мы снимались вместе с Арменом Джигарханяном, и я спросила его: “Скажите, когда вы видите себя на экране, как себя воспринимаете?” Он ответил: “Ну как? Прежде всего думаю: голова большая!” Вот и я, глядя на себя на экране, думаю: плохо играет, плохо выглядит и “голова большая”!

– Иными словами, хороший актер, воспринимая себя со стороны, должен начинать с реакции неприятия?

Лия Ахеджакова и Алиса Фрейндлих в фильме Эльдара Рязанова "Служебный роман"
Лия Ахеджакова и Алиса Фрейндлих в фильме Эльдара Рязанова “Служебный роман”

– У меня это неприятие возникает все время! Только потом я привыкла к тому, что играть нужно хорошо, а изменить внешность уже нельзя. Но есть операторы (их очень мало), которые знают, как хорошо ставится свет, делающий человека по-настоящему обаятельным. Такие операторы есть, но мне они не всегда попадались, поэтому я очень тяжело переживала свою нефотогеничность. Эльдар Александрович, кстати, очень за этим следил. Меня по сто раз вызывали на съемочную площадку, чтобы оператор как-то ко мне “приладился”. Со стороны Рязанова это было так трогательно. Ведь я жутко нефотогенична. Куда мне в кино сниматься? Это даже смешно!

– И все же с Рязановым вас связывал очень долгоиграющий роман. Он, конечно, был главным режиссером в вашей жизни?

– Да, конечно. Я должна сказать, что несколько встреч, людей в моей жизни сильно поменяли меня как актрису и человека.

– Какие именно?

Актуальность того, что столько лет назад было написано мамой Василия Аксенова, Евгенией Семеновной Гинзбург, сегодня ничуть не стирается

– В кино прежде всего, конечно, Эльдар Александрович. Я совершенно уверена в том, что только благодаря ему меня взяли в театр “Современник”. Хотя еще Лидия Михайловна Толмачева, основатель “Современника”, которую я обожала, ходила в ТЮЗ меня отсматривать. Потом появление в моей жизни Виктюка в значительной степени решило мою судьбу. Как и то, что я сыграла большие роли у Галины Борисовны Волчек. “Современник” в период, когда я пришла в него, очень сильно “звучал” в стране, и значительная часть моей жизни пришлась именно на этот “хороший” его период. Хотя тогда там уже не было Олега Ефремова. Конечно же, сыграла большую роль и моя встреча с молодыми режиссерами Кириллом Серебренниковым и Андреем Могучим. Игорь Федорович Масленников – еще один важный для меня режиссер. Я прямо упивалась данной им мне ролью. Так жаль, что фильм буквально канул в небытие. Таким же образом в 1990-е куда-то канули еще несколько очень неплохих фильмов.

– Сейчас ваша жизнь по сути связана с “Современником”.

– Да, и то, что там до сих пор в репертуаре остался “Крутой маршрут”, очень важно. Мне кажется, для этой страны и самого театра он будет практически “вечным” спектаклем. Мы играем его уже 26 лет, а его актуальность только возрастает. Актуальность того, что столько лет назад было написано мамой Василия Аксенова, Евгенией Семеновной Гинзбург, сегодня ничуть не стирается. Все 26 лет ее потрясающе играет Марина Неелова. За эти годы мы все состарились, на какие-то роли уже пришли молодые актеры, но сам спектакль не стареет. Все его “смыслы” сейчас становятся гораздо более важными, чем тогда, когда спектакль ставился и надо было людям открыть глаза. Оказалось, сегодня им приходится открывать их заново.

Актрисы Марина Неелова в роли Евгении Семеновны (в центре) и Лия Ахеджакова в роли Зины в спектакле "Крутой маршрут"

Актрисы Марина Неелова в роли Евгении Семеновны (в центре) и Лия Ахеджакова в роли Зины в спектакле “Крутой маршрут”

– Вы надеетесь на то, что мы когда-нибудь преодолеем весь этот кошмар и нам еще повезет жить в стране, сумевшей переосмыслить, пережить сталинизм?

Им нужен именно лидер, готовый гнобить, расстреливать, для которого совершенно не важно, Есенин ты, Мандельштам, Лермонтов или Мейерхольд

– Нет, я в это не верю. И не потому, что сама пессимист. Я видела хороших молодых ребят, так называемое “непоротое поколение”. Да, они потрясающие. Но ведь их так мало! Российская молодежь далеко не вся такая. Многим среди них тоже хочется ринуться в объятья “отца народов”. Им искренне кажется, что в том мифическом для них советском прошлом жить было гораздо лучше. Им нужен именно лидер, готовый гнобить, расстреливать, для которого совершенно не важно, Есенин ты, Мандельштам, Лермонтов или Мейерхольд. “Перед законом все равны”. А для этого “равенства” вам запросто, к примеру, подсунут наркотики. Вот у меня появилось три ложных твиттера, в которых я якобы такое писала! Слава богу, сейчас этим занимается очень хороший адвокат, который сумел разобраться с ситуацией. Но ведь завтра появится четвертый и пятый твиттер под моим именем! Недавно мне начали звонить друзья со всего мира, узнавшие через ФБ, что якобы я умираю с инсультом в московской городской больнице №2.

– Я тоже слышала этот бред.

– Да, звонят и плачут подруги. Не знаю, что это такое!

– Типичные попытки “сломать” человека.

Роскомнадзору было доложено, что я – экстремист

– Но ведь они понимают, что я уже “стреляная”. Опять же недавно “грохнули” мой сайт, который, правда, я сама не вела, но у меня была помощница Таня, гениально с этим справлявшаяся. Но Роскомнадзору было доложено, что я – экстремист. Хотя о политике я там практически вообще не высказывалась, исключительно о культуре. Мне много писала молодежь, ожидавшая от меня каких-то рецептов, открытий, объяснений, анализа. С ними было интересно. Тем более что вопросы подчас попадались очень неожиданные и интересные. Но там же писалось обо мне и немало отвратительных вещей, мол, “эта гнусная актрисулька”, “бездарная и уродливая”… Сами понимаете, читать о себе подобное, всю жизнь проработав в театре, тяжеловато.

– Многие сейчас переживают происходящее в стране не менее драматично, чем вы. Некоторые в итоге уезжают. Вы не думали об этом?

– Нет, никогда.

– Это связано с театром, с вашей профессией?

Я не отношусь к людям, способным видеть вокруг себя только черное

– Я намертво связана с русским языком. И – все, на этом кончено. Иногда я встречаю русских актеров, сумевших преодолеть это страшное препятствие. Но я не столь талантлива, чтобы блестяще выучить язык на старости лет. Петь я не могу, танцевать, увы, тоже.

– А если вдруг случится так, что те немногие серьезные, талантливые режиссеры, с которыми вы привыкли работать (тот же Кирилл Серебренников), исчезнут из страны, окажутся в вынужденной эмиграции?

– Нет, я на такое не способна. Во-первых, для меня важен привычный московский круг общения. Без него не могу. Во-вторых, мне здесь страшно, но очень интересно. Я не отношусь к людям, способным видеть вокруг себя только черное. Если не сижу за рулем, а просто хожу по улицам, ко мне все время подходят чудесные люди, цепляют меня, мы разговариваем. Вот только сейчас вернулась с кинофестиваля из Одессы. Как меня там обласкали! Как эта “улица” меня любила! И ведь все – в конце жизни, когда как киноактриса я уже никуда не гожусь. Но в какую б страну я ни приехала, там обязательно находятся люди, говорящие мне “спасибо” и цепляющие на темы инакомыслия, которым живу и я.

В России есть города, отказывающиеся принять спектакли, где я занята. Боятся, отказывают в аренде зала

Да, в России есть города, отказывающиеся принять спектакли, где я занята. Боятся, отказывают в аренде зала. К примеру, я очень опасалась ехать в Тюмень. Звоню Люсе Улицкой, говорю: “Не могу ехать в Тюмень! Там уже и народ, и местное телевидение заявило, что я якобы приеду, чтоб устроить там “новый майдан”. Но ни до какого “майдана” я даже не доползу, у меня коленки больные!”. А там как раз должен был идти ее спектакль “Мой внук Вениамин”, она автор. Люся в ответ меня спрашивает: “Чего ты боишься?” Отвечаю: “Во-первых, могут в тот же день отказать от аренды. Во-вторых, начать яйцами в морду кидать”. Она: “Кинут яйцо – вытрешься!” И я поехала. Да, в Тюмени были листовки, порхавшие по всему фойе. Люди, пришедшие на спектакль, их в урны выбрасывали. Одну из них я сохранила. Что там было написано?! “Русофобка, ненавидит русский народ, 5-я колонна, они хотят Майдана, оранжевая революция”, словом, какая-то непроходимая чушь! Весь набор про “печеньки от ЦРУ”.

– Словом, ничего нового?! Все те же штампы?

– Да. Но при всем том, когда я иду по любой улице в России, знаю: она состоит из моих единомышленников. Все говорят мне “спасибо”. Так что где эти “86%” поклонников власти, понять не могу. Ни разу их не встречала вживую. Встречаю только тех, кто говорит со мною на моем языке.

– Но это ведь счастье!

– Счастье. И у меня такое впечатление, что все русскоязычное население земного шара тоже говорит на моем языке, я от этого плачу.

– Тогда хочется спросить: кто же жертва той самой пропаганды, на которую вы сетуете?

– Я не знаю, вижу их только по телевизору. Клянусь! А в жизни – ни разу. Может быть, когда-нибудь встречу, и это станет последним днем в моей жизни. Вот письма пишут: “Ты сдохнешь не своей смертью, в грязном подъезде!” А в конце письма стоит крест.

Оригинал

Опубликовано 13.09.2017  07:50

У Мінску адкрыўся «Шахматны дом»

Ля ўвахода ў офісныя памяшканні; нам па стрэлцы…

Паэт Васіль Жуковіч (першаразраднік па шахматах, неаднаразовы чэмпіён Саюза беларускіх пісьменнікаў) рады адкрыццю новага клуба…

Гэтаксама як пастаянны аўтар belisrael.info Юрый Тэпер – нацыянальны майстар па гексашахматах і кандыдат у майстры па звычайных.

 

А вось і гаспадар – Віктар Барскі, 24 гады, выпускнік гістарычнага факультэта БДУ, таксама кмс… Індывідуальны прадпрымальнік, які ўзяў ля станцыі метро «Пушкінская» два пакойчыкі ў арэнду пад клуб. «Шахматны дом» толькі адкрыўся, але паспеў ужо выдаць дыхтоўныя нататнікі на 48 старонак. Прадаваліся па 1,5 Br (каля 3 шэк.); можна бачыць справа.

Бацька гаспадара Яўген; у 1980-х гадах – адзін з пачынальнікаў рэндзю ў Беларусі. Зараз будзе весці заняткі з шахматыстамі-пачаткоўцамі.

Брат гаспадара Андрэй, адказны за лагістыку. Дапраўды, сямейны бізнэс.

 

Жонка Віктара, Ганна Барская, скора запоўніць беларускамоўныя дыпломы сваім прыгожым почыркам. Аднак у клубе вітаюць і рускамоўных, нават прыдумалі слоган: «Мы разумеем шмат моваў, а размаўляем на дзвюх».

Першы турнір па хуткіх шахматах на новым месцы, 20.08.2017, пяты тур. Былы трэнер В. Я. Барскага Э. М. Андрэеў гуляе чорнымі.

Інфа пра лёсаванне. Чароўная сумесь беларускай, рускай і англійскай…

 

У пакоі для гульні; з верасня 2017 г. ён стане залай для вучэбных заняткаў.

А тут, мяркуецца, будзе «шахматная гасцёўня», дзе за пэўны грашовы ўнёсак атабарацца дарослыя аматары. «У нас можна ў прыемнай атмасферы, з кубачкам кавы ці гарбаты, пагуляць з сябрам ці аднадумцам, абмеркаваць з трэнерам нашага клубу апошнія шахматныя навіны, згуляць невялічкі вечаровы бліц-турнір ці больш сур’ёзны ў класічныя шахматы», – абяцаюць на сайце.

 

Гульня скарае ўсіх.

Галоўны суддзя судзіць.

Такога ў нашых шахматных клубах яшчэ не было – няйначай арганізатары натхніліся досведам курсаў «Мова ці кава»?

Клуб з савецкім знакам якасці ў закутку. Насамрэч гэты знак застаўся ад ранейшых арандатараў 🙂

Паядынак Валянціны Баранавай з Мітрафанам Патаповічам. Хлопчык перамог…

Пісьменнік Іван Клімянкоў (злева) спрабуе дае адпор Алесю Лапо.

Трэнер Алесь Станішэўскі (з барадой) выкладаў шахматы па-беларуску яшчэ ў 1990-х гг. А сёлета перабраўся з Мінска ў Гродна.

Эмоцый у час аналізу партый хапала («не надо меня снимать!» :))

У Эдуарда Андрэева было значна цішэй – што значыць педагог з 30-гадовым стажам.

Усяго дзве нічыі ў 23 партыях 5-га тура! Карлсену з Каракіным ёсць з каго браць прыклад…

Турнірныя вынікі з сайта chesshouse.by: 1. Лазавік Дзяніс; 2. Мартулёў Пётр; 3. Рунец Іван; 4. Кірылін Дзмітрый (усе па 6,5 ачкоў з 8); 5. Сакалоў Яўген – 6, і г. д.

Тэкст і фота – Вольф Рубінчык

PS. Піша Васіль Аляксеевіч Жуковіч: «Даведаўся пра турнір, калі націснуў на Адкрытыя шахматы. Спадабалася там, бо гамонка капітана – беларуская. Віктар распавядаў пра свае намеры… Малайцы Барскія! Аднак будзе вельмі складана выстаяць перад арэндай і атрымаць хоць якую капейчыну. Я вельмі жадаю, каб усё атрымалася! Восень і зіма ўсё і пакажуць».

Апублiкавана 23.08.2017  08:04

О ШАХМАТИСТЕ ДЭВИСЕ ГОДЕСЕ

Владимир Нейштадт. «Зови меня просто Дмитрий…»

На фото – справа Д. Годес

Только что завершился наш международный конкурс решения шахматных головоломок, посвященный отмечаемому в эти дни 100-летию «Алтайской правды».

По такому случаю грех не вспомнить человека, с легкой руки которого старейшая газета региона и проводит подобные конкурсы уже не одно десятилетие, а нынешний, как мы ранее сообщали, по всей видимости, аккурат 50-й по счету!

…В мои далекие уже юные годы наша семья, как и многие другие семьи в крае, непременно выписывала «Алтайскую правду», и я всегда с нетерпением ждал появления на ее 4-й странице очередного выпуска «Клуба 4-х коней». Его шапка была выполнена в виде клише с забавными лошадками, фрагментом шахматной доски и строкой «Отдел ведет мастер Д. Годес».

К тому времени ваш покорный слуга был уже довольно «опытным» сочинителем шахматных композиций (как же, еще пятиклассником напечатал в «Пионерской правде» свой этюд-первенец!), и вот однажды, учась уже в 10 классе, я отправил в «Алтайку» свой свежеиспеченный опус, так сказать, на суд ведущего «Клуба 4-х коней». Прошло какое-то время, и там появилась заметка «Дерзайте, юные!», в которой ведущий отдела детально рассмотрел мой наивный этюдик и вдобавок улучшил его.

А я в ту пору частенько путешествовал со своих Ближних Черемушек к обладателю крупнейшей в Сибири шахматной библиотеки кандидату в мастера Гавриилу Беломестных, жившему вблизи Октябрьской площади, и, кстати, трамваи до нее с Черемушек тогда еще не ходили – спускаясь с нагорной части города, они делали кольцо у Нового рынка, а дальше вниз по проспекту Ленина шел, сколько помню, сплошь частный сектор. Ну и вот, как-то попросил я Гавриила Яковлевича познакомить меня с Годесом, и в один из воскресных летних дней мы отправились к нему в гости, а жил он, как оказалось, совсем рядом от Беломестных в престижной пятиэтажке (не хрущевке). Конечно, я уже знал его имя, отчество – Дэвис Рафаилович, но как только мы вошли в богато обставленную квартиру, ее коренастый, крепко сложенный хозяин (по виду скорее мастер по борьбе или боксу, чем по шахматам) сразу же сказал мне: «Зови меня Дмитрий Романович, а еще лучше – просто Дмитрий».

Чернобровая миловидная супруга Годеса, похожая на «Незнакомку» Крамского, тут же усадила нас за хорошо сервированный стол, угостила тушеной картошечкой с мясом, а на десерт особенно порекомендовала мясистую свежайшую клубнику – «только что с грядки». За разговором я узнал, что Дмитрий Романович (просто Дмитрием я так и не решился его назвать, все же разница была в 11 лет) – уроженец Харькова, мастерскую норму выполнил незадолго до приезда в Барнаул с Украины, преподает в Алтайском политехническом, кандидат философских наук.

К сожалению, эта наша с ним встреча оказалась первой и последней. Вскоре меня забрили в армию, а отслужив, я его в Барнауле уже не застал… Годесы переехали в Рязань, где Дмитрий много лет вел шахматный отдел в областной «Приокской правде». По моей инициативе мы с ним стали сочинять совместные этюды – я отправлял в Рязань заказными письмами (Интернета еще и в помине не было) какие-нибудь занятные позиции с парой-тройкой ходов, а мой маститый соавтор приделывал к ним хорошую вступительную игру. Некоторые из наших опусов имели успех на всесоюзных конкурсах…

Между прочим, живя в Барнауле, Годес так ни разу и не сыграл в чемпионатах края, а вот став рязанцем, шесть раз выигрывал тамошние областные чемпионаты. И, надо полагать, это ему особого труда не составило, ведь он становился чемпионом и Центрального совета ДСО «Труд», не раз побеждал гроссмейстеров. А в 1984-м и сам стал обладателем высшего шахматного звания, правда, в игре по переписке. В 1993-м стартовал необычный матч по заочным шахматам – Россия против остального мира, на 20 досках соперники сыграли 40 партий (в равной доле белыми и черными). Итог – 17,5:22,5 не в нашу пользу, а Годесу доверили шестую доску, и он проиграл обе встречи немецкому гроссу Ф. Антону. Как раз в эту пору Дмитрий решил пожить в Израиле, сохраняя российское гражданство. Об этом он мне сам написал из Тель-Авива, пожаловавшись на бытовую неустроенность: «Снимаю плохонький номер в гостинице, условий для творчества – никаких». Это, полагаю, и было причиной его неудачи в заочном «матче века». Так и не меняя гражданства, Годес сыграл потом в нескольких чемпионатах Израиля (лучший результат – дележ 4–5 мест в 1996 г.), а в начале 2000-х насовсем вернулся в Рязань, где и покинул этот мир в 2007-м в возрасте 68 лет. Года за два до этого я получил от него письмо, оказавшееся последним, и в нем он сетовал, что ему не хватало удачи в шахматах. Да, в главных своих турнирах он всегда чуть-чуть недожимал, так, в 17-м заочном чемпионате СССР (1986 г.) финишировал вторым и ему не хватило всего-то пол-очка до чемпионского звания.

И все-таки он прожил в шахматах незаурядную, интересную жизнь, в 1988-м добавил к своим титулам и звание мастера-международника в очной игре. Отдавая в эти юбилейные дни дань благодарности первому организатору шахматных конкурсов в «Алтайке», вспомним одну из его композиций, удостоенную высшего отличия на Всесоюзном конкурсе в 1955-м.

Белые начинают и делают ничью.

Не лишайте себя удовольствия самостоятельно найти эффектное решение…

Источник: информационный портал «Алтайская правда», 19.08.2017

* * *

Статья из «Шахматной еврейской энциклопедии» И. Бердичевского (Москва, 2016)

* * *

[B 17-м заочном чемпионате СССР] второе место занял Д. Годес (1939–2007), отставший от победителя на пол-очка. На старте турнира он был единственным гроссмейстером, и с ним оппоненты сражались с удвоенной энергией. Дмитрий Годес зарекомендовал себя одним из сильнейших мастеров-очников России. Трижды и не без успеха выступал он в отборочных турнирах к чемпионату СССР. Если собрать вместе всех поверженных им гроссмейстеров ФИДЕ, то получилась бы команда под стать олимпийской сборной.

Дима Годес с юных лет не старался никому подражать. Еще будучи молодым кандидатом в мастера, он сумел выработать свой стиль игры. Этому способствовало и увлечение шахматной композицией. Он составил несколько отличных этюдов, обогативших теорию шахмат.

В 1960-е гг. автор этих строк познакомился с Д. Годесом. У меня была давнишняя мечта – организовать заочный турнир, собрав всех сильнейших шахматистов города Рязани. В том турнире, который посвятили памяти русского поэта, уроженца тех мест Сергея Есенина, принял участие и бывший в то время сильнейшим шахматистом города Дмитрий Годес.

Аналитические способности Годеса проявились в следующем заочном соревновании – мемориале Миротворского, в котором он последовательно выполнил мастерскую, а затем и гроссмейстерскую норму. Получив титул гроссмейстера, Годес принял участие в финале чемпионата СССР. Не только высокий результат, но и творческое содержание партий, сыгранных в стиле старых русских мастеров, производят яркое впечатление.

(отрывок из книги С. Гродзенского «Шахматная почта России: турниры, партии, личности». 2-е изд., 2017)

Некоторые партии Д. Годеса, в том числе сыгранные в Израиле, можно найти здесь.

Опубликовано 20.08.2017  21:34

***

из комментов в фейсбуке:

Марк Лившиц  21 августа 23:38
Должен сказать, что в статье есть ряд неточностей связанных с израильским периодом. Во-первых, Годес был гражданином Израиля. Во-вторых, жил он не в Тель-Авиве, а в Ашдоде. Я неоднократно подвозил его на турниры в другие города и веси. К сожалению, у Дэвида не было способностей к языкам (нулевые иврит и английский), поэтому он не мог тренировать или преподавать в школе шахматы. Талантливый человек с очень непростым характером! Таким мы запомнили его в шахматном клубе Ашдода, в котором я президенствовал до Моше Слава.
Beni Shapiro 22 авг. 00:12
Я тоже уточню комментарий уважаемого Марка Да, Дмитрий в израильский период жизни проживал в Ашдоде, но в первое время после приезда мог и остановиться в тельавивской гостинице. Затем он действительно жил в Ашдоде, но не в гостинице (их в Ашдоде тогда и не было), а в хостеле для пенсионеров. У него была в нем квартира, пусть и состоящая из одной комнаты. Для постоянной работы тренером конечно нужен язык, но у него могли быть русскоязычные ученики. Не надо забывать, что Годес поехал в Израиль в довольно зрелом возрасте и жил здесь не так уж много лет, поэтому тезис об отсутствии у него способностей к языкам небесспорен.У него , по видимому, было двойное гражданство. Это, кстати, удобно для организаторов международных турниров в плане установления норм и не только…В начале 2000 годов у Годеса наметилось резкое снижение уровня игры( примерно до уровня кандидата в мастера). Видимо, это было связано с возрастом. Примерно в это время он написал книгу” Мелодии любимого мозга”. Книга необычная, оригинальная и непростая для чтения… Я кстати, приобрел и прочел ее. Правда, не понял до конца все мысли автора. В конце книги приведены избранные партии Мастера. Затем он уехал из Израиля и следы его затерялись. Ходили разные слухи и вот теперь выясняется, что он скончался вскоре после отьезда в совсем нестаром еще возрасте…
***
Реакция из Барнаула на комм. в Фб:
Добавлю к комментариям уважаемых израильских коллег следующее:
Дэвис-Дмитрий первое время жил в гостиничном номере в Тель-Авиве, о чем он мне сам написал в письме (которое я процитировал в своем тексте). Насчет его гражданства – он мне сам писал, что его, гражданства, не менял, но потом наша переписка прервалась…
У Дэвиса (Дмитрия) был непростой характер, непростая манера поведения – и с возрастом это становилось все заметней, но я не счел нужным об этом писать в “АП” к юбилею старейшей сибирской газеты. Sapienti sat – как говорили древние.

С уважением Владимир Нейштадт
22 авг. 08.33
***

Марк Лившиц 22-го, 08:46

Годэс был гражданином Израиля. У него было израильское удостоверение личности, счет в израильском банке, он получал финансовую помощь от государственных структур. Конечно, она была небольшой и нужны были дополнительные источники дохода. Какие-то небольшие деньги приносили шахматы. Он состоял на учете в российском консульстве, ежегодно оплачивал “право быть обладателем российского загранпаспорта”, но это не российское гражданство.

Beni Shapiro 22-го, 09:08

Если вести речь об оформлении документов, то у меня нет никаких оснований сомневаться в том, что написал Марк. Просто мне интересно было бы посмотреть таблицы международных турниров с участием Дмитрия. Например Ашдодских фестивалей 2003-2004г. Я совершенно не удивлюсь, если увижу напротив его фамилии табличку Россия. Именно это я и имел ввиду. Впрочем, это малозначительная деталь. Просто комментировал по ходу. А по поводу его сложного характера ничего не могу сказать. У многих личностей сложный характер и это естесственно. Однако конкретно ничего не вспоминается. Может быть, просто не было конфликтных точек пересечения.

Москва-1984 не по Оруэллу

«Замри. Хотя бы потому остановись, что мы себя видим на пятнадцать лет моложе, почти юношами. Ах, сколько было надежд…» (А. Аверченко, «Фокус великого кино»)

Юрий Тепер. Приглашаю на очередной диалог об интеллектуальных играх.

Вольф Рубинчик. Абы-то не на казнь… Аркадия Аверченко, конечно, процитировал не случайно?

Ю. Т. Аверченко уважаю как юмориста, но без фанатизма. А цитату привёл в качестве эпиграфа к диалогу потому, что она очень хорошо отражает мои чувства от былого. Ведь московский турнир 1984 года по гексашахматам (ГШ), о котором пойдёт речь, самое памятное для меня событие изо всех турниров… Играл же я – или был зрителем, а то и судьёй – на многих соревнованиях, в том числе международных. Турнир памятен не столько результатами, сколько общей атмосферой, отношениями между участниками из разных городов.

Ю. Тепер за гексашахматной доской

В. Р. До 1984 года проводилось нечто подобное?

Ю. Т. Первый всесоюзный турнир состоялся в Москве двумя годами ранее. Увы, тогда я ещё ничего не знал о ГШ. Организатор ГШ в Беларуси Валерий Буяк был на том московском турнире и снял событие на камеру. Победил в 1982 г. Ф. И. Гончаров из Ульяновской области, основная масса участников вскоре от игры отошла. Большие ожидания были связаны с турниром в Ульяновске 1983 года, но там из иногородних участников играл только наш лидер Вячеслав Яненко, занявший 3-е место. Назвать этот турнир всесоюзным можно весьма условно. А «наш» турнир 1984 года положил начало системе всесоюзных соревнований по ГШ, сохранившейся вплоть до распада СССР.

В. Р. Что за система?

Ю. Т. Система турниров в трёх городах – Ульяновске, Москве и Минске. Сложился постоянный контингент друзей-соперников, которые ездили на турниры «в гости». Обычно сезон открывался в Ульяновске (июль-август), под него можно было «подогнать» отпуск. Москва собирала народ в конце августа перед началом учебного года (обычно на два дня), а минчане устраивали турниры на октябрьские праздники, когда накапливалось несколько выходных дней. Так было в 1985 и 1987 годах. В 1984 и 1986 гг. турниры в Ульяновске не проводились, но в Москве и Минске они имели место. В годы поздней перестройки, когда игроки стали активнее выезжать за рубеж, стройность системы пропала, но турниры продолжали проводиться.

В. Р. Ясно. Вернёмся к московскому турниру 1984 года. Как он назывался, как вы к нему готовились?

Ю. Т. Назывался «Кубок Москвы», а готовились очень серьёзно. С начала 1984 года по воскресеньям проводился чемпионат Минска, там играло не менее 10 человек, правда, мы его так и не закончили. Помимо практики, шла постоянная аналитическая работа, ведь теории ГШ реально не было. Анализировали разные позиции; Буяк приносил какие-то иностранные издания, но там глубоких анализов не печаталось. Еще играли матч по переписке с Ульяновском на 10 досках. И всё-таки главным, считаю, был моральный настрой. Мы хотели доказать – прежде всего себе – что не слабее ульяновцев и москвичей, можем их побеждать и выйти на международную арену.

В. Р. «Мы» – это кто?

Ю. Т. Имею в виду прежде всего белорусских участников турнира. Это были минчане Вячеслав Яненко (кмс по обычным шахматам), Александр Павлович, Вера Липник и я. Также играла и активно занималась ГШ студентка Гомельского университета Наталья Гараева. У всех, кроме Яненко, был первый разряд. Подробно о каждом сейчас не буду…

Ю. Тепер и А. Павлович в Москве, июль 1984 г.

В. Р. Ты выделил три «оплота» ГШ в Союзе. Разве в других городах не играли в гексашахматы?

Ю. Т. В СССР игроков было немало, но… как правило, по одному на город: в таких случаях играли в основном по переписке. Возможно, в отсутствие местных ГШ-клубов не все даже владели информацией о турнирах. Позже география участников расширилась, но в 1984 году игроки в Москве представляли только три города, причём из москвичей выступали лишь двое.

В. Р. По сути, минчане и ульяновцы выбрали Москву для знакомства и выяснения, кто из них сильнее?

Ю. Т. Положим, выбрали не мы, а председатель Всесоюзного клуба «6 граней», кандидат исторических наук Михаил Юрьевич Рощин (москвич). А то, что москвичей было мало, это, как говорится, их проблемы. Я бы провел параллель со «встречей на Эльбе», но «встреча на Москве-реке» как-то не звучит. Скорее уж «встреча в Сокольниках» – там в шахматном клубе старинного парка 21-22 июля и состоялся турнир.

В. Р. Продолжай сеанс «устной истории»… 🙂

Ю. Т. Выехали мы в Москву 20 июля, в пятницу вечером. Отмечался ли тогда в Минске «Международный день шахмат», я не знаю; мы не отмечали. С нами должен был ехать Валерий Буяк, да он поменял билет и приехал позже. В Москву приехали около 6 утра. День был жаркий, но утром было еще свежо. Где состоится турнир, мы толком не знали, рассчитывали, что Буяк нам покажет… Правда, у нас был адрес Рощина; Михаил Юрьевич жил в Новых Черемушках. У метро мы нашли Новочеремушкинскую улицу, но там долго не могли сориентироваться… Выяснилось, что Новые Черемушки и Новочеремушкинская улица находятся довольно далеко друг от друга. Помню, шли через большой пустырь, потом еще кругами, постоянно расспрашивая прохожих.

Когда дом всё-таки нашёлся, я пошутил: «Круг почёта мы уже совершили, осталось выиграть турнир». Хотя в гости нас не ждали, М. Ю. с женой гостеприимно встретили нас и накормили завтраком. Позже он признался: «Мы в момент звонка ещё спали». Сюрпризом для нас оказалось, что в доме (уже тогда) был домофон: в Минске эти штуки появились позже лет на 10, если не больше.

«Отцы-основатели» гексашахматного движения в СССР – Фёдор Иванович Гончаров, Валерий Францевич Буяк, Михаил Юрьевич Рощин – под портретом изобретателя ГШ Владислава Глинского. Вильнюс, Начало 1980-х гг.

После завтрака мы с Рощиным выехали в парк, куда добрались около 10 утра. Не помню, кто пришёл раньше – мы или ульяновцы. Помню, как радостно было встретить друзей-соперников, которых мы раньше знали только заочно, и то не всех. Дальше – короткое организационное собрание и жеребьёвка. На жеребьёвке было всего 13 человек, к началу игры пришла Гараева.

Буяк явился около 12 часов и взял на себя функции главного судьи, которые поначалу вместе с участием в турнире выполнял Рощин. Приведу номера по жребию: 1. В. Яненко (Минск), 2. Ю. Тепер (Минск), 3. А. Жупко (Ульяновск), 4. Р. Баширов (Ульяновск), 5. Шичалин (Ульяновск), 6. М. Гребещенко (Ульяновск), 7. В. Плеханов (Ульяновск), 8. В. Липник (Минск), 9. В. Кабанов (р. п. Языково, Ульяновская обл.), 10. Ю. Соркин (Москва), 11. М. Рощин (Москва), 12. С. Лапко (Ульяновск), 13. А. Павлович (Минск), 14. Н. Гараева (Гомель – Речица). Знающие систему проведения круговых турниров легко определят, кто с кем в каком туре играл. Принудительная жеребьёвка привела к тому, что на старте представители Беларуси играли со своими.

У меня старт получился не очень удачным. С Павловичем мы в первом туре мучить друг друга не стали и быстро согласились на ничью. Появилась возможность хоть немного посмотреть, как играют соперники. 2-й тур, играю чёрными с Яненко – фактически лидером ГШ всесоюзного масштаба. До самого конца партии мне удавалось поддерживать равновесие, но в эндшпиле Слава сумел в моём цейтноте (играли с контролем 0,5 часа на партию каждому участнику) выиграть пешку и реализовать её. Настроение испортилось. Проигрыш сказался на партии 3-го тура с Гараевой, стартовавшей неудачно (в шести турах первого дня набрала лишь 1,5 очка). Я допустил кучу ошибок и был рад, когда без ладьи «соскочил» на ничью вечным шахом.

В. Р. Раз уж речь зашла о подробностях, уточни, пожалуйста, что общего и различного в ГШ и классических шахматах.

Ю. Т. Общего гораздо больше. Тактика мало чем отличается; можно играть на «вилки», связки, вскрытые и двойные шахи – люди, играющие в шахматы, меня поймут.

Стратегия игры отличается существенно, есть разница в оценке соотношения сил. Как правило, ладья сильнее двух лёгких фигур, особенно в эндшпиле. Конь в окончании «на голову» сильнее слона, ведь слон контролирует лишь треть доски в ГШ. Однако три слона в середине игры при взаимодействии с другими фигурами способны создать страшную атаку. В ГШ нет рокировки… За пат начисляется тому, кто его объявил, не 0,5, а 0,75 очка.

В. Р. Хорошо, вернёмся к Москве 1984 года.

Ю. Т. Мне помогло то, что после 3-го тура был обеденный перерыв, удалось придти в себя. Помню, что ели в кафе чебуреки и запивали их фантой, которую я раньше не видел. По уровню приобщения к «цивилизации» Москва тогда изрядно обгоняла Минск, впрочем, как и подавляющее большинство других городов СССР.

В. Р. А играли вы на воздухе или в помещении?

Ю. Т. На воздухе, и условия для игры были близки к идеальным. В тени не чувствовалась жара, было полное безветрие. Во второй игровой день прошёл дождик, но быстро кончился.

В. Р. Зрители интересовались вашей игрой?

Ю. Т. В Сокольниках было много любителей обычных шахмат; некоторые подходили и спрашивали, что за игра, какие правила. Нельзя сказать, что сильно интересовались, просто любопытствовали. Помню, один посетитель сказал, что эта игра не нужна, мол, есть одна христианская вера, и должны быть одни шахматы. В. Плеханов на это возразил: «Христианство не едино, а кроме него, есть много других вер и исповеданий. И у шахмат могут быть разные виды». Оппонент больше спорить не стал. Я в разговор не вмешивался, но было забавно слушать такой «религиозно-шахматный» диспут.

В. Р. Ты сейчас – человек соблюдающий, постоянно ходишь в синагогу, стараешься исполнять заповеди иудаизма. Насколько совместимы шахматы и религия?

Ю. Т. Не вижу особых проблем… Вообще же тема сложная, может, для отдельной статьи?

Продолжу рассказ о турнире 1984 года. Вторую половину игрового дня я начал успешно: победил ульяновцев Жупко (в 4-м туре) и Шичалина (в 6-м), а с Башировым в 5-м свёл вничью. На этом первая часть турнира закончилась – где-то в пять-шесть вечера.

В. Р. Какова была ситуация к перерыву?

Ю. Т. Уверенно лидировал Яненко с результатом 100%. Второе-третье места делили Павлович и ульяновец С. Лапко (по 4,5 очка). На пол-очка от них отставали В. Липник, В. Плеханов и В. Кабанов (по 4 очка). Я отставал от вышеупомянутых товарищей на полшага и единолично занимал почётное 7-е место с результатом 3,5 очка.

В. Р. Тебя это отставание не волновало?

Ю. Т. От слова «совсем». Я вышел в «плюс», а это психологически очень важно. В турнирах с быстрым контролем тенденция важнее текущего результата, а тенденция у меня была положительная. Главное, я почувствовал, что соперников бояться не надо, со всеми можно успешно бороться. А отрыв от всех мест, кроме первого, был совсем не велик.

В. Р. Уже было ясно, кто выйдет первым?

Ю. Т. Да, Яненко не просто всех подряд побеждал – он в каждой партии уверенно переигрывал соперников. Но чужие партии я смотрел мало, сужу больше со слов участников. Помню, Лапко говорил: «В Ульяновске год назад ему было намного тяжелее – каждое очко доставалось в тяжёлой борьбе. Когда он выходил покурить, то было видно, что силы его на пределе, а здесь – “его” контроль, и конкурировать с ним невозможно». Отмечу, что контроль в Ульяновске был 1,5 часа на партию каждому участнику, и играли там по 2 партии в день.

В. Р. Как прошёл вечер в Москве между игровыми днями?

Ю. Т. Замечательно. Начать с того, что нас разместили в гостинице… при постпредстве Совета министров БССР в Москве. Рощин рассказал, как этого добился: «Пришёл я к директору гостиницы с шестигранной доской в руках. Он спрашивает – что, новая игра? Отвечаю: да, новая игра, и ваши земляки делают в ней большие успехи. 21-22 июля будет Всесоюзный турнир. Помогите разместить, если можно. Директор, долго не думая: Всё ясно. Сколько нужно мест?”»

Одиннадцати мест хватило, чтобы разместить всех желающих, в том числе шестерых ульяновцев, у которых в Москве «лобби» не было. Плеханов и Гараева останавливались у родственников. Большое дело сделал М. Рощин – летом в московских гостиницах поселиться без протекции было почти невозможно.

У входа в гостиницу. А. Павлович, В. Буяк, Н. Гараева, В. Липник, М. Гребещенко, Ю. Тепер

Вечер знакомств перешёл в банкет, организованный местными силами. Водку, кажется, не пили. Помню, как не раскупоривалась бутылка венгерского токайского вина, а у меня как раз был перочинный ножик со штопором… Открыли. Яненко не хотел пить слабое вино, которое привезла с собой Вера Липник, и когда я достал штопор, недовольно упрекнул меня: «Кто тебя просил? Придётся пить эту “газировку”…» Закусывали тем, что каждый припас: обычная советская складчина. Сидели долго – может, до двух ночи.

В. Р. Во сколько же начиналась игра утром?

Ю. Т. В девять. Пробуждение было тяжёлым. Кое-как поднялись, поели в закусочной недалеко от места ночлега, добрались до Сокольников на метро. Не знаю, как другие, а я к началу игры пришёл в себя. Хотя вру – начало игры показало, что мои соперники были в гораздо худшей форме, чем я. М. Гребещенко на ровном месте подставил 2 фигуры и быстро проиграл (7-й тур). А в следующем туре, в партии с одним из лидеров первого дня В. Плехановым, получился очень интересный момент…

В. Р. Умело интригуешь…

Ю. Т. У меня были белые, соперник играл пассивно, но ничего конкретного я не видел. Пошёл конём на край доски… При правильной игре чёрных ему там было нечего делать – поле, откуда конь мог бы угрожать чёрному королю, контролировала пешка. Соперник двинул эту пешку – я поставил коня на поле, лишённое контроля, и это был спёртый мат королю в центре доски, при полной доске фигур. Мистика! Больше у меня такие «швинделя» не проходили ни в «гекса», ни в обычных шахматах. Странно – ульяновец в гостинице не ночевал и в банкете не участвовал. Позже он объяснял, что допоздна печатал фотографии первого игрового дня и не выспался из-за этого. Действительно, играл на второй день он плохо, набрал всего 1,5 очка в 7 партиях. День на день не приходится…

В следующем туре я предложил Вере ничью, она сказала, что хочет играть. Затем мне удалось выиграть пешку и получить в окончании коня против слона. Тут уже она предложила ничью… Я мог бы играть дальше, но начался дождь, надо было перенести доску с фигурами в закрытое помещение… Реализация обещала быть долгой, и я согласился на ничью.

В. Р. Вы не записывали партии?

Ю. Т. В Ульяновске обычно играли, как положено в серьёзных турнирах, с записью на бланках, а в Москве, при небольшом контроле, партии никто не записывал. Да и не было под рукой ни ручки, ни бумаги. Но главное, я решил, что партий ещё много, и я обойдусь без этой половинки очка. Может быть, зря, но ведь я предлагал ничью ранее, и сильно не огорчился. А дождь прекратился минут через 15-20, и до обеда мы сыграли ещё один тур – 10-й.

Виктор Кабанов начал утреннюю часть турнира с победы над Лапко, но затем проиграл Павловичу и Яненко. Возможно, эти поражения сказались на его игре со мной. В сложной борьбе мне удалось выиграть качество, но было ещё много игры. В этот момент представитель Ульяновской области не заметил, что мой слон защищает пешку возле моего короля, и ферзём схватил её. Я забрал ферзя – он сдался.

В тот день перерыв был мне не в радость. До него я набрал 3,5 очка из 4, вошёл в лидирующую группу, а тут, как говорилось в известном фильме «Большая перемена», «Бац – и вторая смена». Однако делать нечего. Поели. Перед заключительным этапом турнира прогуливаюсь с В. Буяком. Он пытается отвлечь меня от турнирных дум, говорит об отказе СССР послать команду на олимпиаду в США. Спрашивает меня: «Как бы ты отнёсся, если бы в Греции, как в древности, выделили специальную область – «Олимпию» – и спортсмены меньше зависели бы от политики ведущих держав?» Вопрос для меня неожиданный, отвечаю: «Идея интересная, но неосуществимая. Надо, чтобы все страны согласились, а это весьма сомнительно».

Возвращаемся к месту игры, впереди решающие три тура…

В. Р. Усталости не чувствовал? Впрочем, тебе же тогда только исполнилось 26.

Ю. Т. В тот момент не чувствовал, но после игры – таки да. Когда игра идёт, усталость обычно исчезает.

В 11-м туре играю с москвичом Соркиным – это был случайный участник турнира, шашист. Набрал ноль очков и больше с ГШ не связывался. Партию я выиграл без проблем, но такая игра расслабляет. За два тура до финиша расклад был такой: 1. В. Яненко – 10,5 (сделал «подарок» Вере), 2. А. Павлович – 8,5 (теоретически мог догнать лидера), 3-4. C. Лапко и Ю. Тепер – по 8. Сюжет весьма любопытный… Лапко в предыдущем туре сделал ничью с Павловичем, а в 12-м туре играет с Яненко. В заключительном, 13-м, Павлович борется с Яненко, Лапко – со мной. Я же в 12-м туре должен побеждать белыми Рощина. На игру явно играет «финишная лихорадка»: в позиции с лишним качеством теряю фигуру и отдаю инициативу. Во избежание проигрыша предлагаю ничью, он соглашается. Интересно, что ранее Рощин, занявший в итоге 13-е место, сделал ничью с Павловичем.

Очередной сюрприз – Яненко расслабился и проиграл Лапко. Итак, всё получилось наоборот. Мой последний шанс стать призёром – обыграть Лапко в последнем туре. Мандража перед игрой у меня нет, наши меня морально поддерживают – играй смелее, ты можешь победить… Не удалось. Опять имел лишнее качество, но всё испортил и проиграл. Павлович с Яненко сделали «гроссмейстерскую ничью». Лапко догнал Павловича и обошёл его по коэффициенту, я – четвёртый. «Обидно, досадно, но ладно». Из первых четырёх мест три у представителей Беларуси. Призов никаких нет. Рощин обещает оплатить призёрам обратную дорогу.

На переднем плане – В. Яненко и С. Лапко. Снимок сделан в Минске (ноябрь 1984 г.)

Едем в гостиницу. Яненко сразу поехал в Минск, а у нас остался день на прогулки по столице СССР. Вечером снова «нарушаем режим», но уже с меньшим размахом. Говорим о будущих встречах и не только, играем в карты – от шахмат надо отдохнуть. В «дурака» играем 3 на 3 – и побеждаем ульяновцев 8:2.

В. Р. Где побывали на следующий день? В Мавзолее? 🙂

Ю. Т. В Москве тогда были очень популярны магазины с названиями столиц социалистических стран: «Варшава», «Будапешт» и т. д. Рощин повёл нас по этим точкам. Денег у меня с собой не было, да ничего особо покупать и не собирался. Несколько магазинов за компанию прошёл, потом решил действовать самостоятельно. Добрался до Красной площади, спустился к причалу – и попал на водную экскурсию по Москве-реке. Вера ещё осталась в Москве, с Буяком и Павловичем я встретился уже в вагоне поезда.

Эпиграф из Аверченко правильный… Только прошло уже не 15 лет, а 33, и Москва-1984, хотя мы в ней и мало что видели, осталась в памяти очень симпатичной.

В. Р. Спасибо за о-о-чень симпатичный рассказ!

Опубликовано 13.08.2017  23:17

***

Из комментов в фейсбуке:

Beni Shapiro 18 августа в 08:40

Увлекательный рассказ в формате интервью. Интервьюэру удалось разговорить своего собеседника, который поразил своей великолепной памятью: знание мельчайших деталей, как не только суммарное количество очков, но и после каждого тура и не только своих, но и у других участников, а также бытовые моменты, связанные с питанием, размещением, дорогой, погодой, экскурсиями и т.п. Это отнюдь не тривиально, ведь с тех давних пор прошло уже более 30 лет, а никаких записей не велось. Было бы интересно узнать о дальнейшей судьбе как ГШ, так и участников турнира (сохранили ли они любовь к различным видам шахмат, наверняка кто то из них сделал научную карьеру и т. д и т. п). А в общем, было бы интересно прочитать продолжение и надеюсь оно последует! А пока, пользуясь случаем, хотел бы передать благодарность создателю и руководителю белорусскоизраильского сайта Арону Шустину за его бескорыстный и самоотверженный труд!!

В. Рубінчык. КАТЛЕТЫ & МУХІ (62)

Аўска-жнівеньскі шалом! Гэта серыя пра юбілеі, пра ізраільска-беларускага рабіна-дзівуна, пра тое, што дзеецца навокал, асабліва ў сферы культуркі.

Юбілеі… Не ведаю, як каго, а мяне ўжо горача павіншавалі з 500-годдзем беларускага кнігадруку 🙂 Нагадаю, што 5 жніўня 1517 года Францішак Скарына надрукаваў у Празе Псалтыр – на царкоўнаславянскай мове, але ў беларускай рэдакцыі, дый сам Скарына паходзіў «са слаўнага горада Полацка». У Беларусі-2017 была абвешчана кампанія «Пяцісотгоднасць», а ў Нацыянальнай бібліятэцы пастаўлены павялічаныя копіі скарынаўскіх фаліянтаў ды спецыяльны вясёлы стэнд… Ваш пакорлівы слуга яшчэ 16 чэрвеня прымасціўся да яго.

Цешыць, што апошнім часам у краіне ладзяцца шахматныя турніры ў гонар знамянальных падзей, вось і «500-годдзе беларускай кнігі» трэнер-суддзя-арганізатар Віктар Барскі не абышоў увагай. Палажэнне аб турніры па хуткіх шахматах 19-20 жніўня падрыхтавана таксама па-беларуску – усё, як належыць, хоць і з дробнымі памылачкамі. Зрэшты, мяне зараз больш вабяць гексашахматы.

Таксама ў пачатку жніўня адзначалі сто гадоў з дня нараджэння Янкі Брыля, народнага пісьменніка Беларусі (1917–2006). Наш аўтар шчодра падзяліўся ўспамінамі пра Івана Антонавіча, дзе адзначыў, сярод іншага: «Сярод яго любімых пісьменнікаў быў Рамэн Ралан з яго творам «Кала Бруньён» і Шолам-Алейхем». Я б таксама падзяліўся, аднак бачыў Янку Брыля толькі двойчы (у 2000 г., калі адбылася публічная сустрэча з ім на Інтэрнацыянальнай, 6, у Мінскім аб’яднанні яўрэйскай культуры, і ў 2002 г. – тады паспрабаваў пагутарыць з ім у кулуарах Дома літаратараў, ды класік быў заняты). Пагэтаму проста працытую пару мініяцюр Янкі Брыля з кнігі «Вячэрняе» (Мінск, 1994), у якой нямала гаворыцца пра яўрэяў, старонках аж на трыццаці… Папраўдзе, не толькі добрае.

* * *

Ярэмічы. Лета 1941 года. Паліцаі змушалі старую, хворую яўрэйку ўзбірацца на тэлеграфны слуп… Вясковыя хлопцы, што яшчэ ўчора, здаецца, былі звычайнымі, спакойнымі, нявіннымі рабацягамі.

Яўрэйская дзяўчына, што раней вучылася з Колем Б., прыбегла да яго, хаваючыся ад гвалтаўнікоў-паліцаяў.

«Каб яшчэ хто людскі прапанаваў такое, а то… Не, лепш ужо мне памерці!»

* * *

Зноў прыгадаліся два пажылейшыя за мяне яўрэі з друкарні, якіх я частаваў пасля выхаду першай кнігі. Як пілі мы, чам закусвалі, у якім закутку друкарні гэта было – добра не памятаю. Прозвішча загадчыка наборнага цэха Рудзін; я запомніў яго, відаць, з-за Тургенева. А прозвішча загадчыка цэха друкарскага не запомнілася – ад імені нейкага, здаецца, без вышэйшых асацыяцыяў. П’янкі, вядома, не было, яўрэі людзі акуратныя, а ўражанне ад маёй удзячнай радасці, ад іхняга разумення яе – памятаю.

З Рудзіным, чалавекам самавіта-сур’ёзным, мы і пасля гэтага, як і перад гэтым, прыязна здароваліся. А той другі, цяпер безыменны, па-прасцецку, дабрадушна губаты, пры сустрэчы шырока ўсміхаўся: «Ну, а калі будзе другая кніга?»

…Захацелася дадаць, што я тады быў літработнікам «Вожыка», апранутым абы-як, у «юнраўскія» неданоскі, і гэта, відаць, яшчэ больш збліжала мяне з тымі небагатымі, працоўнымі людзьмі.

* * *

Чатыры тыдні таму папрасіў знаёмага здабыць дысер Ганны Бартнік – калі помніце, гаворка пра яе даробак вялася ў папярэдняй серыі… Ні адказу, ні прыказу, ні нават аўтарэферату, хоць электронная пошта працуе спраўна. Меркаваў, што пачытаю, а тады ўрывак будзе перакладзены з польскай і змешчаны на нашым сайце, аднак, калі ў канцы ліпеня з «Берегов» даведаўся, што Ганне дапамагалі такія «адмыслоўцы», як Леанід С. і Якаў Б., абазнаныя больш у агітацыі ды прапагандзе, чым у навуцы (ведаю, ведаю, пра што кажу…), то неяк і расхацелася. Па-ранейшаму рады за маладую даследчыцу з Польшчы, якая робіць паспяховую кар’еру на ніве іудаікі. Разам з тым хацеў бы згадаць, што, калі ў красавіку 2006 г. францужанка Клер Ле Фоль абараніла ў Парыжы доктарскую на тэму «Гісторыя і рэпрэзентацыі яўрэяў Беларусі (1772–1918)», то вельмі скора я атрымаў раздрукоўку «з дастаўкай дахаты», а было ў ёй звыш 600 старонак. Разумніца Клер не цуралася майго «самвыдату» – перадала бюлетэню «Мы яшчэ тут!» сенсацыйны архіўны дакумент, датычны беларускага грамадзянства Хаіма Нахмана Бяліка, па маёй просьбе адшукала першую публікацыю Ізі Харыка ў часопісе 1920 года. Пераклаў я ў 2008 г. для «Arche» рэцэнзію Ле Фоль на кнігу Аркадзя Зельцара пра яўрэяў Віцебска, а ў 2009 г. – артыкул пра «беларусізацыю» яўрэяў у міжваенны перыяд. Потым нашыя шляхі разышліся, але «асадачак застаўся» – збольшага прыемны.

Д-р Ле Фоль і яе праца

З сайтам belisrael.info, які фармальна не з’яўляецца пляцоўкай для навуковых публікацый (як не з’яўляліся газета «Анахну кан» і бюлетэнь «Мы яшчэ тут!»), супрацоўнічаюць або супрацоўнічалі досыць вядомыя даследчыкі: гісторыкі Цімафей Акудовіч, Барыс Гольдзін, Маргарыта Кажанеўская, Уладзімір Краўцоў, Анатоль Сідарэвіч, Іна Соркіна, філолагі Лявон Баршчэўскі, Дзмітрый Дзятко, Віктар Жыбуль, Віталь Станішэўскі, металазнаўца Марыя Гальцова, псіхолаг Людміла Мірзаянава, эканаміст Маргарыта Акуліч… Прашу дараваць, калі на кагосьці забыўся. Многія з іх маюць дыплом кандыдата навук – калі на заходні манер, то доктара (Ph. D.). Асабіста я рады чытаць якасныя тэксты незалежна ад статусу аўтараў і дзякую ўсім, хто давярае сайту (спадзяюся, галоўны рэдактар мяне падтрымае :)) Тым не менш запрашаю амбітных навукоўцаў-практыкаў больш актыўна дзяліцца сваімі знаходкамі з чытачамі ізраільска-беларускага сайта. Мець дадатковую «творчую лабараторыю» нікому, бадай, не зашкодзіць…

Падобна, мінчанка М. Акуліч так і трактуе сайт – «трэніруецца» тут, потым пашырае свае публікацыі ў іншых месцах. Нядаўна ў яе выйшла невялікая электронная кніга «Идиш, Холокост и евреи Беларуси»; азнаямляльны фрагмент можна пачытаць бясплатна. Выданне будзе карыснае тым, хто цікавіцца мовамі ды гісторыяй краіны, аднак толькі пачынае знаёмства з «яўрэйскай тэмай». Нават сам выхад кнігі здольны падштурхнуць чытачоў да актыўнасці ў слушным кірунку; праўда, хацелася б усё-такі большай глыбіні, меншай колькасці памылак (Астравух стаў «Астарухам» і г. д.)… З пажаданнем аўтаркі ідышу – «хочацца верыць, што гэтая мова яшчэ загучыць у поўную сілу на беларускай зямлі» – цяжка не згадзіцца, іншая справа, што спадзеў на «заможныя краіны», якія, паводле М. Акуліч, маюць дапамагчы адраджэнню мовы грашыма, выглядае наіўна. «Або няхай яны ўсе разам скінуцца на даражэзны помнік ідышу, які трэба пабудаваць у РБ», – тут я магу толькі паціснуць плячыма. Як на мой одум, то лепей адны «жывыя» курсы ідыша з парай энтузіястаў, чым тузін помнікаў.

 

Па-свойму дбае пра ідыш-культуру Аляксандр Фурс, былы вучань «яўрэйскіх класаў» 132-й школы, каардынатар праекта «Яўрэйскія твары Беларусі», музыка і чалавек у пошуку. Ладзіць бясплатныя для наведвальнікаў экскурсіі, вось і 13.08.2017 запрашае прыйсці а 6-й вечара да брамы Вайсковых могілак Мінска. «Мы пазнаёмімся з постаццю ІзіХарыка і даведаемся, як Янка Купала адпачываў разам з класікам ідышыцкай літаратуры. Даведаемся, як габрэйскі хлопчык Самуіл Плаўнік патрапіў у “Нашу Ніву” ды яшчэ шмат цікавага!» – інтрыгуе Алекс (арфаграфія арыгінала захаваная). Мо і падскочу… З іншага боку, «ідышыцкае» на афішцы крыху насцярожвае – такi прыметнік мне не знаёмы. Ведаю словы «ідышны», «ідышысцкі»; нячаста сустракаю варыянт «ідышаўскі». Ну, хіба пасля экскурсіі вакабуляр папоўніцца…

Агулам беларуская культура, незалежна ад «намаганняў» адпаведнага міністэрства, паступова ўзбагачаецца… Расце музей «Прастора Хаіма Суціна» ў Смілавічах пад Мінскам, якому французскі калекцыянер нядаўна падараваў дзве работы Шрагі Царфіна (адну, гуаш «На лузе», сёлета, балазе ў музеі ёсць ужо зала Царфіна). Шчыруюць мае калегі-перакладчыкі, якім неабыякавая спадчына жывых і мёртвых пісьменнікаў, ідышных і іўрыцкіх. З апошніх найбольш пашанцавала, бадай, юбіляру гэтага месяца Этгару Керэту – у апошнія пару гадоў выйшла дзве яго кнігі па-беларуску.

Усе тры белмоўныя кнігі тав. Керэта: 2007, 2016, 2017

Ёсць неблагія шансы, што яшчэ сёлета ў Мінску будуць надрукаваныя зборнікі паэзіі Хаіма Нахмана Бяліка і Майсея Кульбака. Рыхтуецца і новы, больш дасканалы за ранейшыя пераклад рамана «Зельманцы» («Зэлмэнянцы») – імпэту мастака-ідышыста Андрэя Дубініна можна толькі пазайздросціць.

Зараз – колькі абзацаў пра аднаго ізраільска-беларускага рабіна, які ведае ідыш мо лепей за ўсіх нас, ды скіроўвае свае сілы ў сумнеўнае рэчышча… Я паглядзеў яго інтэрнэт-ролікі, жорстка раскрытыкаваныя ў сеціве (яўрэямі і неяўрэямі). У адрозненне ад некаторых гора-каментатараў, завочныя дыягназы ставіць не бяруся; Ігаэль І. выглядае здаровым чалавекам, і асаблівасці яго жэстыкуляцыі не выходзяць за рамкі нормы. Мяркуйце самі

Р. Ігаэль пад канец 2000-х вярнуўся з Кір’ят-Гата ў родны Мінск, пэўны час наведваў сінагогу на Даўмана, 13б, ды потым рассварыўся з кіраўнікамі, назваў яе «свінагогай» і з’ехаў жыць у Барань пад Оршай. (Папраўдзе, на Даўмана не такое ўжо кепскае месца, прынамсі яўрэі завітваюць не адно дзеля ежы, а сёлета прыязджаў туды памаліцца чалавек з Бразілі, які вывучае беларускую…) Рээмігрант узяўся выкрываць «апазіцыю» і «ліберастаў», заходнія спецслужбы, «сіянісцкі істэблішмент» і прафесійных яўрэяў РБ за тое, што адныя стварылі «міф пра Курапаты», а іншыя падтрымліваюць. Трасе кнігай свайго знаёмца, беларускага журналіста Анатоля С. (ужо не жыве), які ў 2011 г. даказваў, што ў Курапатах расстрэльвалі толькі гітлераўцы пасля 1941 г., а не «саветы» ў 1937–1941 гг. Падобныя «доказы» грамадскай камісіі не раз даследаваліся ў 1990-х гадах, і заўжды спецыялісты прыходзілі да высноў пра іх неабгрунтаванасць. Можна не давяраць Зянону Пазняку праз яго палітызаванасць – заявы пра «камуна-маскоўскі генацыд» у Курапатах сапраўды былі залішне эмацыйнымі – але прафесійным археолагам Міколу Крывальцэвічу і Алегу Іову я давяраю куды больш, чым неназванай жонцы Ігаэля, «тожа археолагу».

Рэбе Ігаэль «зрывае покрывы» ў стылі Анатоля Васермана (aka Онотоле)

Прыхільнікам «нямецкай версіі» можна падзякаваць хіба за тое, што яны крыху разварушылі абыякавае грамадства, падштурхнулі апанентаў да больш уцямных фармулёвак. Што да Ігаэля І., у яго лекцыі прагучалі цікавыя звесткі пра «Яму», дзе яўрэі нават у брэжнеўскі час збіраліся не толькі 9 мая (на грамадзянскі мітынг), а і, негалосна, 9 ава… Апошняя традыцыя была закладзена значна раней – з года вызвалення Мінска – і пратрывала да 1989 года. Мінская рэлігійная абшчына пераехала ў Сцяпянку, а потым на рог Друкарскай і Цнянскай з Нямігі пасля таго, як у сярэдзіне 1960-х была знесена Халодная сінагога. Каб жа паважаны рабін і далей разважаў на гэтыя, рэальна вядомыя і блізкія яму тэмы, а не пра «ўсенародна выбранага Прэзідэнта» і яго каварных ворагаў…

Вольф Рубінчык, г. Мінск

12.08.2017

wrubinchyk[at]gmail.com

Апублiкавана 12.08.2017  23:39

О «матчах дружбы» и не только

(диалог-послесловие)

Вольф Рубинчик. Прочёл твою статью о «матче дружбы» 1973 года, захотелось кое-что уточнить. До поездки на вильнюсский матч ты уже посещал Литву?

Юрий Тепер. В 1964-м отдыхали с мамой в Друскининкае. Мне было 6 лет, почти ничего не помню. Гораздо сильнее отложились в памяти воспоминания о 1972 годе. Тогда отец на работе организовал по линии НТО (научно-технического общества) экскурсию в Литву, это было в конце августа. Поводом для поездки послужило то, что его организация, «Промэнергопроект», проектировала Литовскую ГРЭС в Электринае. Отчасти ехали посмотреть, как осуществляется их проект. На электростанцию мы тогда, конечно, заехали, но это было не главное. Основной целью поездки был Каунас – не менее красивый город, чем Вильнюс. Ходили по музеям, была и автобусная экскурсия по городу. На обратном пути посмотрели Тракайский замок, а в Вильнюсе были проездом, видели только башню Гедимина. Так что одна поездка дополняла другую.

В. Р. А после 1973-го ты в Вильнюсе бывал?

Ю. Т. Увы, нет, хотя что-то намечалось. В Вильнюсе жил очень симпатичный старичок-гексашахматист Антанас Феликсович Шидлаускас. Он приезжал в Минск в 1983 году, мы также встречались в 1985 году на турнирах в Ульяновске и Москве. Говорил, что попробует собрать команду и пригласит нас на встречу. Не знаю, почему из этого ничего не вышло – скорее всего, из-за его болезни.

Позже, в начале 1990-х, когда в Минске было создано общество «Маккаби», возглавлявший его Марк Шульман (международный мастер по шашкам) говорил, что договорился с литовским «Маккаби» о встрече шахматно-шашечных команд. После распада СССР этот проект также был «отправлен в архив». Остается лишь вспоминать 1973 год. Вообще же в Литве я до 1985 года бывал не раз, но в других городах: Паланга, Клайпеда, Шауляй, Кретинга. С Вильнюсом и Каунасом их не сравнить, хотя своя привлекательность там тоже есть.

В. Р. Статья в «Зорьке» – первое упоминание твоей фамилии в прессе?

Ю. Т. Нет, первое упоминание было чуть раньше, в феврале, в газете «Физкультурник Белоруссии». Тогда у отца на работе прошел турнир детей сотрудников. Я проиграл одну партию и занял только второе место, хотя по игре обязан был победить. Организатор этого турнира, Лазарь Моисеевич Ангелович, дал информацию в «ФБ». Так я в 1973 г. дважды «засветился» в республиканской прессе 🙂

В. Р. В школе о поездке в Литву знали?

Ю. Т. Друзьям я о ней сказал. Кстати, мой одноклассник Олег Липинский в то время поехал на Всесоюзный турнир в Ригу – его отправил Або Шагалович. У него, как и у меня, был второй разряд, а в турнире играли перворазрядники и кандидаты в мастера. В итоге он набрал 3 очка из 8 – первый разряд не выполнил, но сыграл вполне достойно. Мы обменялись впечатлениями о поездках. Турнир, конечно, круче, чем одна партия, но в печать информация о «его» турнире не попала.

В. Р. Ты что-то рассказывал о письме через школу в твой адрес…

Ю. Т. Да, это весьма забавно. Во время перемены мне показали письмо от девочки из Гродненской области – не помню ни имени с фамилией, ни населенного пункта. Она писала, что тоже учится в 8-м классе, прочитала в газете о моем выступлении и хотела бы со мной переписываться. Спустя какое-то время она узнала уже домашний адрес и написала на него. Тогда была мода переписываться, как сейчас в интернете… Я эти письма проигнорировал, а сейчас понимаю, что это было невежливо, некрасиво. Помню, отец говорил: «Ответь ей, что тебе стоит? Может быть, у них там хорошая природа, и ты сможешь когда-нибудь там отдохнуть». Но тогда я «писателем» не был, о чем писать, не знал… Спросил у Олега Липинского, не хочет ли он написать вместо меня. Он сказал, что это возможно, но в первый раз я должен написать сам. Так всё и заглохло. Интересно было бы узнать, что за девочка, как сложилась ее судьба. Сейчас это, конечно, не выяснишь.

В. Р. О дальнейшей судьбе участников матча что-нибудь знаешь?

Ю. Т. С Сашей Шифманом мы постоянно пересекались на вузовcких соревнованиях. Он учился в РТИ, был капитаном шахматной команды. Сам играл далеко не всегда, а команда была очень сильная, в 1980 г. выиграла чемпионат БССР, и меня это радовало. Сейчас, как я знаю, он живет в Минске, но видимся очень редко. Об остальных ничего не знаю. Слышал, что отец Вероники Шулькиной играл в республиканских соревнованиях 1950-60-х гг. Первая доска литовской команды В. Павлович приезжал в Минск как представитель литовского общества «Динамо» на матч с белорусскими одноклубниками. Он играл на юношеской доске с С. Приходько и набрал в двух партиях 1,5 очка – это был матч за выход в финал первенства ЦС «Динамо». У белорусов играли: 1. В. Купрейчик, 2. С. Бегун, 3. И. Турапина и 4. С. Приходько. По составу литовцы были значительно слабее, однако матч закончился вничью. По результатам на более высокой доске в финал вышли литовцы: на 2-й доске Бегун уступил 0,5:1,5, а Купрейчик сыграл 1:1.

Тот «динамовский» матч проходил в старом шахматно-шашечном клубе. Я видел 1-й тур, о 2-м узнал из газет. Турапина выиграла обе партии. Приходько, кстати, занимался у Эдуарда Зелькинда. После школы поступил в авиационное училище и от шахмат отошел. А я у него выиграл в январе 1973 г., когда выполнил 2-й разряд… Мир тесен.

В. Р. А что было дальше с матчами «Беларусь-Литва»? Может, их возродить? Осенью 1987 года ездили в Кедайняй на детский командный турнир (от Минского дворца пионеров – Лёша Виноградов, Юра Зарагацкий, я, еще кто-то…), и это стало одним из самых приятных воспоминаний о тех годах. Мне даже выдали диплом на литовском языке – вроде за третье место. Турнир длился три или четыре дня, принимали нас хорошо, почти как вас в 1973-м. Короче говоря, лично я бы поддержал шахматные встречи юных белорусов и литовцев, хотя бы из ностальгических соображений.

Ю. Т. «Зорьку» в последующие годы мама не выписывала, так что надо искать старые газеты… Мне это не очень интересно. Ясно, что с приходом перестройки и упадком пионерского движения прекратились и «матчи дружбы». Сейчас их возродить проблематично: тогда за шахматные соревнования отвечали газеты, это было во многом идеологическое мероприятие. Хотя «Белую ладью» восстановили…

В. Р. А ты в ней играл?

Ю. Т. Один раз в январе 1972 года – выступил на районных соревнованиях за сборную моей школы № 19. В команду входили 4 мальчика и 1 девочка. У меня был только 4-й разряд, я играл на 2-й доске. На 1-й играл мой одноклассник Петя Запольский – у него уже был 3-й или 2-й разряд. Группа состояла из четырех команд, чтобы выйти в финал, надо было занимать 1-е место в группе. Мы с Петей выиграли по 3 партии без особых проблем, но остальные доски нас не поддержали (каждая взяла лишь по очку). В итоге заняли 2-е место в группе, а какое в общем зачете, не знаю. А весной 1974 года я сам вызвался быть представителем школьной команды на городских соревнованиях. Но сходил я на них лишь один раз – играли в ДЮСШ-11, тогда на ул. Горького (сейчас там музыкальная школа по ул. Богдановича). Ребята были опытные и могли обойтись без «надзирателя». Лидером команды был Григорий Спришен, он мне дал понять, что главный в команде он и моя помощь ему не нужна. Я после этого перестал ходить на туры, хотя учитель физкультуры ругал меня за это и говорил: «Если дети проиграют, то все шишки падут на тебя. Не надо было браться!» Я эти претензии проигнорировал, и никто мне ничего не сказал. Думаю, сыграли достойно – там была отличная команда. Кроме Спришена, играла Елена Шухман – известная в республике шахматистка (сейчас живет в США). Еще были второразрядник Андриевский и парень без разряда, но играл неплохо. Из-за этого парня у меня и возникли разногласия с Григорием. Спришен решил сесть на 3-ю доску, а парня поставить на первую. Кончилось тем, что на 1-ю доску сел Андриевский, парень – фамилии не помню – на 2-ю, а Спришен на 3-ю. Это вызвало у судей недовольство. Помню, Э. Зелькинд говорил: «Что вы здесь за фокусы устраиваете?» Тогда я и перестал ходить. Какое место заняла команда, не знаю: могло быть любое. В первом туре команда выиграла 3:1.

В 1973 г. «Белая ладья» проводилась и в Калинковичах… 35 лет спустя автор заметки возглавит сайт belisrael.info.

Может, зря я так подробно вспоминаю давние истории, но ведь всё это было. Вообще, подчеркну, что для нашего поколения – рожденных в конце 1950-х – начале 1960-х – шахматы были всем. Мы знали обо всех турнирах, посещали их. Не пропускали ни одной шахматной книги, ни одной передачи по телевизору, а передачи эти шли постоянно. Если сравнить тогдашнее положение с тем, что есть сейчас, то это небо и земля. Не так давно прошел в Минске чемпионат Европы – телевидение его практически проигнорировала, печать тоже. Неужели всё из-за наступления интернета?

В. Р. Согласен – осталось впечатление, что чемпионат Европы по шахматам в Минске в мае-июне 2017 г. интересовал преимущественно его организаторов и участников (впрочем, может быть, интерес местных зрителей и достигал 1% в «общем объеме»). По-моему, даже tut.by, который о чём только не пишет, ничего не опубликовал о ходе чемпионата и результатах, и популярный городской портал citydog.by тоже. Вскоре после двух «судьбоносных» соревнований в столице Беларуси (вторым был детский чемпионат мира по рапиду и блицу) закрылась шахматная рубрика в газете «Спортивная панорама», которую более пяти лет вёл брестский тренер Владислав Каташук, сменивший на этом «посту» Александра Корнеевца. Каташук написал на своем сайте, что не жалеет о закрытии, а вот я слегка жалею: иногда почитывал, участвовал в каком-то конкурсе.

Важно и то, как себя «преподносят» официальные шахматные организации… Долгие годы «преподносили» посредственно, да и сейчас, по-моему, мало что изменилось. В диалоге о Спартакиаде 1963 года я напомнил о столетнем юбилее многократного чемпиона БССР Владимира Сайгина (1917–1992) – разве его достойно отметили в районе К. Маркса, 10? Примерно так же, как «отметили» 125 лет первого чемпиона Беларуси Соломона Розенталя (1890–1955) и столетие бывшего председателя шахфедерации, известного композитора и переписочника Якова Каменецкого (1915–1991).

Хотелось бы порадоваться после сообщения о том, что «7 июля 2017 г. делегаты внеочередной конференции общественного объединения ”Белорусская федерация шахмат“ единогласно поддержали идею создания музея истории белорусских шахмат. Директор Республиканского центра олимпийской подготовки по шахматам и шашкам Артюхов Сергей Иванович пообещал выделить необходимое помещение». Но решения делегатов и помещения недостаточно… Есть ли у инициаторов концепция и компетентные люди, которые сумеют реализовать проект так, чтобы он был интересен публике? Я не видел. А без концепции и кадров выйдет не музей, а пародия на него, нагромождение предметов, как в одном из минских общежитий.

Музей “СССР” на ул. Льва Сапеги в Минске

Никому не навязывая свой выбор, пока воздержусь от «безвозмездного предоставления тематических экспонатов, фотографий, литературы, значков, медалей, вымпелов и т. п.» Однако меня всегда радует, когда «шахматные» артефакты фигурируют в музеях, созданных профессионалами.

 

Ошмянский краеведческий музей, май 2014 г.; фото с выставки «Игра в классику» в Национальном историческом музее Беларуси (семья раввина Медалье за шахматами), июнь 2017 г.

На мой взгляд, в РЦОПе сейчас не следует замахиваться на нечто грандиозное – для начала можно было бы воссоздать приличный стенд с фамилиями видных шахматных деятелей Беларуси (чемпионов, etc). Этой мыслью в мае 2017 г. я поделился с одним из руководителей БФШ, он ответил: «отличная идея, хорошо бы также восстановить историю клубного движения»… Посмотрим.

Ю. Т. Отклонились мы от первоначальной темы – матчи дружбы, отношения с Литвой…

В. Р. Да уж. Но, надеюсь, отклонились не без пользы.

Опубликовано 06.08.2017 19:01

Юрий Тепер. ГДЕ МОИ 15 ЛЕТ…

(матч дружбы в Вильнюсе-1973)

О всесоюзных соревнованиях школьных команд «Белая ладья», недавно возрожденных в масштабах СНГ и Беларуси, знали в советское время если не все, то очень многие. Гораздо меньше знали в начале 1970-х годов – а ныне и подавно – о «матчах дружбы» между читателями пионерских газет, белорусской «Зорьки» и литовской «Пионер Литвы». В конце марта 1973 года мне посчастливилось принять участие в таком матче. Однако обо всём по порядку.

Январь 1973-го. Я только выполнил норму второго разряда в городском турнире школьников. После чего приболел и получил возможность отдохнуть от занятий – как школьных, так и шахматных. Просматриваю газету «Зорька», которую мне выписала мама, и вдруг натыкаюсь на информацию о шахматном конкурсе…

Весьма любопытно! В статье Владимира Шитика говорится, что на первом этапе в конкурсе, где может участвовать каждый желающий, надо решить 8 заданий (6 задач и 2 этюда). Победители конкурса попадают в команду, которая во время школьных каникул (конец марта) должна сыграть матч в Вильнюсе с победителями литовского конкурса.

В газете были приведены 2 первые задачи-двухходовки. Приманка сработала: задачи были очень легкими, и я, не будучи большим любителем решения и знатоком шахматной композиции, быстро с ними справился. Нахожу открытку, записываю решение, бросаю открытку в почтовый ящик.

В начале января проводилась еще и разминка

Дальше с каждым туром задания становились всё сложнее. Знай я заранее, что так трудно будет их решать, может, и отказался бы от участия. Уже в третьем туре при решении задачи № 6 на мат в 4 хода мы долго с отцом не могли найти решение (у папы был 2-й разряд; в соревнованиях он играл только на работе, но аналитиком был отличным).

В последний день (каждый раз участникам давалось по 2 недели) я решил написать, что задача не имеет решения, и привести все варианты. Стали с отцом проверять варианты – и (о чудо!) обнаружили-таки решение. Недаром говорят: «Терпение и труд всё перетрут».

Вскоре после отправки решений 3-го тура неожиданно получаю письмо из редакции «Зорьки». Там было написано следующее: «Юра! Ты являешься кандидатом на поездку в Вильнюс для матча с литовскими пионерами. Сообщи, пожалуйста, сможешь ли ты поехать. Не будешь ли занят в это время в каких-то других соревнованиях. Зав. отделом писем Васильева».

Письмо вызвало у меня прилив энтузиазма и помогло решить еще более трудные задания 4-го тура (два этюда). Посылая ответы на последние задания, пишу, что поехать на матч смогу. Это было уже в начале марта. Вскоре получил второе послание из газеты: «Дорогой Юра!..» Точный текст сейчас не вспомню, но там была информация о включении меня в команду и приглашение прийти на личную беседу в редакцию за два дня до поездки. Сообщалось также время поездки.

С любопытством – особого волнения не чувствовал – захожу в редакцию газеты, которая находилась в здании ЦК комсомола Беларуси рядом с Домом офицеров (возле танка, который и ныне там). В кабинете с надписью «отдел писем» сидит уже немолодая, но энергичная и жизнерадостная женщина небольшого роста. Она расспрашивает, как учусь, какие у меня шахматные успехи и т. д. Рассказывает о матче 1972 года, который окончился вничью 3:3, но победителями за более успешный результат на 1-й доске были признаны литовцы. Вспоминает, что наша девочка проиграла последнюю партию из-за того, что у нее болел зуб. Всё это очень интересно, но ведь уже в прошлом… О будущем матче (какой будет состав у соперников) Васильева мало что знает. Говорит, что надо вести себя скромно, быть аккуратно одетым и обязательно с пионерским галстуком.

 

Так это было в 1972 г.

Только этого мне и не хватало! Я тогда учился в 8-м классе, и никто у нас в классе галстука (его называли «селедкой») уже не носил. Когда я сказал о галстуке дома, мама заметила: «Ты его завязывать не умеешь. Скажи, что забыл». Что правда, то правда – за пять пионерских лет завязывать галстук я так и не научился. Обошлось и без него, конечно; кажется, в обеих командах никто галстуков не носил.

Хорошо помню день отъезда. Я пришёл первым, а вскоре появился лидер команды, мой тезка Юрий Бобёр из Жлобина. У него уже был первый разряд, он имел опыт игры в республиканских соревнованиях среди ДЮСШ. Всех участников команды перечислять не буду, они упомянуты в газетной статье.

Там же сказано, что из Витебска не приехали перворазрядники Хотяшов и Власенко, что сильно повлияло на боеспособность команды. Тренеру команды В. Шитику пришлось срочно искать замену среди участников городского турнира второразрядников, который я из-за поездки вынужден был пропустить. Адекватной замены не нашлось. В статье не был назван Потапенко (имени не помню), который играл слабо и в матче без особой борьбы проиграл.

Запасным участником был Саша Шифман. Я познакомился с ним на турнире в РШШК, о котором упоминал год назад в статье, посвященной Абраму Яковлевичу Ройзману. Вероятно, Саша бы успешно сыграл в основном составе, но имел на то время только 3-й разряд, и его оставили в резерве. Партию с запасным участником хозяев он свел вничью, этот результат в зачет не пошел.

Но перейдем к самой поездке. Выехали на маленьком старом автобусе примерно в 10 утра. Стояла прекрасная весенняя погода, ярко светило солнце, мы знакомились друг с другом, говорили о шахматных соревнованиях, рассказывали анекдоты. Не меньше, чем участников матча, было в автобусе взрослых. Для чего все они ехали с нами, не знаю: возможно, «на халяву» решили побывать в литовской столице и походить по магазинам.

«Идеологическую работу» с нами вела уже упомянутая зав. отдела писем Васильева. Она объясняла, что Беларусь и Литва ведут между собой социалистическое соревнование во всех сферах, включая спорт. Упоминала, что договор об этом соцсоревновании подписали тогдашний руководитель республики П. Машеров и один из лидеров литовских коммунистов П. Гришкявичус. Не уверен, что эта информация сильно повлияла на наше отношение к матчу – мы и так понимали, что от нас ждут победы, и сами желали ее достичь. На вопрос, что известно о возможном составе соперников, Шитик ответил: «Трудно что-либо сказать. Первое время они выставляли участников из районов, и мы их побеждали. Но могут у себя дома собрать сильный состав, и тогда с ними будет нелегко бороться». Предсказание оправдалось… А пока мы в дороге. В Молодечно остановились, перекусили в кафе за счет редакции. Недалеко от литовской границы что-то случилось с автобусом, и мы вышли погулять по весеннему лесу. Женщины собрали цветы (вероятно, подснежники). Стоянка затянулась, и в Вильнюс мы добрались не раньше 16, а может, и 17 часов – т. е. неполные 200 километров пришлось ехать 6 часов.

Было еще светло. Едем в редакцию «вражеской» газеты. Наша руководительница вручает букетик и произносит заготовленную речь: «Разрешите подарить вам цветы, которые мы собрали на белорусской земле». Женщина из литовской редакции принимает цветы и благодарит. Дипломатия! Нас ведут в гостиницу, о ней разговор особый. Гостиница Совета министров Литвы «Драугисте» («Дружба») была лучшей в республике. В трехместном номере – две широкие кровати и диван, возле кроватей – торшеры. Еще в номере ванна с туалетом, телевизор, радио, шкафы для одежды, щетки с обувным кремом. Не поскупились хозяева, разместившие нас в таких роскошных условиях. Их можно понять: на следующий приезд в Минск и литовцев разместили подобным образом.

Только успели зайти, как нас уже везут обедать в столовую. Попутно наше руководство инструктирует, как себя вести в гостинице: ничего не пачкать и не ломать, чтобы литовцы потом не жаловались… В этом плане проблем не было. Мы быстро отоварили талоны в столовой. После трапезы самое запоминающееся мероприятие – экскурсия по вечернему Вильнюсу. Подъезжает легковая машина, и мы, пятеро ребят (девочки были со взрослыми), пытаемся залезть на заднее сиденье. Не вмещаемся, и экскурсовод берет самого младшего из нас, Диму Аграчёва из Витебска, к себе на колени. Кое-как разместились. Итак, едем на легковушке и слушаем рассказ экскурсовода (он и редакции) с легким прибалтийским акцентом. Шофер периодически вставляет свои комментарии. К примеру, экскурсовод говорит, что мы проезжаем острог, где перед казнью находился Кастусь Калиновский (после восстания 1863 г.), а шофер добавляет, что сейчас там тоже тюрьма.

Улицы и памятники лучше рассматривать, гуляя пешком, но с машиной можно успеть больше. Тогда я впервые услышал, что Наполеон при виде костела святой Анны сказал: «Если бы я мог, то перенес бы это здание в Париж». Позже я не раз встречал эту цитату в разных вариантах.

Подъезжаем в площади в центре Вильнюса: предстоит подъем на башню Гедимина. Попутно заходит речь о связи белорусской и литовской культур. Экскурсовод вспоминает главу из «Новай зямлі» Якуба Коласа (о поездке дядьки Антося в Вильню). Стихи знакомые, незадолго до поездки учил этот отрывок наизусть, но продекламировать его постеснялся.

Еврейская тема, естественно, не всплывает. Что тут удивляться: позже я читал книгу Б. Акстинаса «Знакомьтесь – Литва» (1976, на русском) и не нашел там даже упоминания о евреях. Во время экскурсии запомнились слова о том, что после подавления восстания 1860-х годов царское правительство проводило политику русификации. Выражалось это в строительстве православных церквей, не имевших архитектурной ценности. Можно провести параллель с советским периодом истории…

Наконец мы на вершине горы, откуда смотрим на вечерний город. Прекрасный момент. Однако время спускаться. Шофер встречает нас очередной шуткой: «А если завтра выиграете матч, как будете отмечать победу? Что выпить приготовили?» Мы растерянно молчим, а водитель всё смеется, обращаясь к экскурсоводу: «Они, белорусы, любят выпить».

Шутка шофера заставляет нас вспомнить об игре. Говорю, что надо обязательно хорошо настроиться и победить. Возражений нет. Возвращаемся в гостиницу. В номере очередной сюрприз: по радио идет трансляция из Минска баскетбольного матча «Жальгирис» (Каунас) – «Динамо» (Тбилиси). На литовском языке. Комментатор называет известные фамилии баскетболистов: Паулаускас, Линкявичус, Коркия, Саканделидзе – трое из них были олимпийскими чемпионами в Мюнхене-1972, впервые победив американцев на Олимпиаде. Жаль, что не понимаю по-литовски… Позже узнал, что «Жальгирис» выиграл.

За два дня до поездки я видел в минском Дворце спорта матч РТИ (Минск) – «Жальгирис», где минчане сенсационно победили бронзового призера чемпионата СССР 1972/73 – 76:70. Это была одна из самых запоминающихся игр, которые я видел. Вообще же 1973-й год для белорусских спортивных команд оказался едва ли не самым неудачным. Весной вылетело из 2-й хоккейной лиги в 3-ю минское «Торпедо», а осенью высшую футбольную лигу первенства СССР покинуло на два года минское «Динамо». Баскетболистам МРТИ удалось в высшей лиге удержаться после переходных игр со «Статибой» (Вильнюс). Но вернемся к шахматам.

Теплое утро. Выписываемся из гостиницы, быстро завтракаем в столовой и едем к месту игры. Заходим в красивое просторное здание – то ли шахматный клуб, то ли ДЮСШ… (возможно, в здании помещалось и то, и другое). Много людей, тренеры ведут занятия, за доской мальчики играют блиц. Замечаю, что основной рабочий язык шахматистов – русский. Слышу за спиной разговор школьников: «Они приехали из Минска». Осматриваемся, ждем, что будет дальше.

Вскоре начинается торжественное открытие матча. С обеих сторон говорят о традиционной белорусско-литовской дружбе, о спортивном соперничестве, которое лишь укрепляет эту дружбу.

Дают слово Владасу Микенасу – главному судье нашего матча («самый большой шахматист Литвы» – так его представили газетчики). Он тоже говорит о дружбе, желает участникам матча спортивных и творческих успехов.

Проводится жеребьевка цвета фигур. Я на второй доске играю черными. Садимся за шахматы. Фамилия моего соперника – Горянчиков, у него тоже второй разряд. Потом я узнал, что он выступал за сборную Литвы на спартакиаде школьников.

В «Зорьке» ход матча был описан довольно хорошо. Сам я о партиях на других досках ничего добавить не могу. Вообще, замечал за собой, что, когда играл сам, даже если смотрел на соседние партии, то ничего не запоминал. Причем относится это и к командным, и к личным соревнованиям.

О своей партии скажу следующее: то, что В. Шитик назвал красивой комбинацией, было случайно прошедшей авантюрой. Позже я не раз анализировал ту позицию, где соперник просмотрел промежуточный шах и остался без качества. При правильной игре белых у меня были бы немалые проблемы: мог остаться без фигуры или с ладьей за две фигуры.

Реализовывал я перевес отвратительно, пешку можно было не отдавать, да и позже не нашел плана выигрыша, дело кончилось ничьей. Завоеванное очко не изменило бы общий расклад (мы проиграли 1,5:4,5), но я чувствовал бы себя более уверенно.

На закрытии опять выступил Микенас: «Борьба в матче имела равный характер, не буду утверждать, что литовская команда была сильнее. Она была более упорной и счастливой». Мне вспомнилось прочитанное где-то выражение о футболе: «Упорных счастье любит» (как раз и о нашем матче). Литовцам же всегда терпения было не занимать.

Мы, страшно расстроенные поражением, едем в столовую и тратим последние талоны. Автобус отправляется в обратный путь. Нам говорят, что на первых двух досках у соперников играли члены юношеской сборной республики, что утром перед игрой литовские организаторы пришли на тренировку ДЮСШ и по совету тренеров выбрали сильнейший состав… Ни один игрок хозяев в газетном конкурсе вроде бы не участвовал. Нас это не успокоило: сюда бы Хотяшова и Власенко!

Матч показал, что литовская команда не сильнее нашей, и игра могла закончиться с любым результатом. Вспоминаю свою партию – для сборной республики парень слабоват, при игре с нашими «сборниками» у него бы шансов не было. Это подтвердили и итоги спартакиады школьников 1973 года – Беларусь была на 6-м месте, Литва на 13-м. Но все эти разговоры – «в пользу бедных».

В дороге постепенно приходим в себя: юности не свойственны долгие переживания. Помню, как вскоре после пересечения границы (кажется, в Сморгони) в местном магазине обнаружили джинсы, и ребята одалживали на их приобретение деньги у взрослых. Мне это было совcем не интересно.

Хорошо помню заключительную часть поездки. Сумерки, автобус приближается к Минску. Мы дружной компанией травим «взрослые» анекдоты, вспоминаем песни Владимира Высоцкого, кто какие знает. Ю. Бобёр что-то слышал о песне про Фишера, а у нас во Дворце пионеров кто-то приносил ее текст. Я кое-что запомнил, но переписать поленился. Читаю то, что запомнил. Все смеются. Жаль, что окончилась эта поездка, что не было у нас шанса отыграться во 2-м туре. И всё-таки вспоминаю именно этот момент, и хочется вслед за Гёте сказать: «Остановись, мгновенье! Ты прекрасно!»

Юрий Тепер, г. Минск

Опубликовано 05.08.2017  19:14

Послесловие здесь

20 ИЮЛЯ – ДЕНЬ ШАХМАТ (II)

Исповедь горе-капитана

«У красавіку пад Радашкaвічамі ладзілася міжуніверсітэцкая спартакіяда, дзе адна з каманд заявіла ўдзельніка, які не меў дачынення да ВНУ. Пільным гульцам з БДУ удалося выкрыць падман і вынікі гора-шахматыста былі ануляваны» (В. Рубінчык, «Выйшла кніга». Мінск, 2017. С. 17. З артыкула 2005 г.).

На фото: обложка работы Андрея Дубинина; февраль 2005 г., Юрий Тепер и Вольф Рубинчик (выглядывает из-за плеча)

Спасибо автору за подаренную книгу. Дважды благодарен ему – честное слово, безо всякой иронии – за упоминание истории, случившейся с нашей командой (БГПУ им. Максима Танка) на межвузовской спартакиаде в апреле 2005 года.

Формально придраться не к чему, факт «имел место быть». Обычно в таких случаях изобличенный старается молчать в тряпочку и радуется, что не названы ни фамилии виноватых, ни пострадавшая команда. Для меня же эта история – повод вспомнить о красивой игре команды, где я был капитаном, хороший материал для статьи.

Итак, в начале апреля 2005 года меня вызывают в спортклуб и говорят: «Будет межвузовская спартакиада среди сотрудников. Должны участвовать шахматисты. Состав команды – три человека любого пола без запасных. Специальных женских досок нет. Подумай, кто мог бы сыграть за команду».

Думать мне долго не пришлось. Быстро диктую возможных кандидатов в «сборную педуниверситета», и вот что получилось: 1. Юрий Тепер (библиотекарь). 2. Олег Новицкий (преподаватель физики). 3. Вячеслав Канаш (преподаватель химии с факультета естествознания). 4. Сергей Богданович (преподаватель физики и математики, физфак). 5. Владимир Никитинский (преподаватель биологии, факультет естествознания). Я тогда уже был кандидатом в мастера, все остальные – сильные перворазрядники. С Новицким и Канашем полтора года спустя мы заняли 3-е место. Никитинский и Богданович – мои ученики, ставшие студентами осенью 1993 года.

Протягиваю список кандидатов и поясняю начальству: «Первую доску беру на себя. Кто будет играть из остальных – неважно, все они примерно одного уровня. Выясните, кто сможет сыграть. Если нужно, могу переговорить со всеми. Если смогут все – надо будет провести отборочный турнир, чтобы выяснить, кто в данный момент находится в лучшей форме».

Увы, вскоре выяснилось, что отбора не будет, да и вообще выступить, кроме меня, сможет лишь Володя Никитинский. Остальные были заняты (так, помню, что Новицкий был задействован на тестировании абитуриентов). Когда выяснилось, что своими силами собрать сильную команду не получится, я обратился к своему постоянному партнеру по шахматному клубу «Хэсэд-Рахамим» «Белые и черные» Илье Генадиннику. Большой любитель шахмат, он охотно согласился помочь, выступить за БГПУ. У спортивного руководства университета эта «помощь» никаких возражений не вызвала. Правда, председатель спортклуба Иван Иванович Вереник попросил вести себя осторожно, о нашем составе никому ничего не говорить и не забыть внести Илью в общий список участников спартакиады.

Я очень старательно выполнял последнее поручение, по слогам диктовал лаборантке «мудреную» фамилию Ильи, но в общий список участников эта фамилия так и не попала, не знаю почему.

Приехали на базу отдыха Белгосуниверситета «Бригантина» мы в пятницу, имея в виду выступать на следующий день. Всё свободное время играли в шахматы с часами. В. Никитинский сперва был в плохой форме (давно не играл), но к началу соревнования нам с Ильей удалось его подтянуть.

В турнире играло шесть команд – перечислю их в порядке жребия:

  1. Технологический университет;
  2. БГУИР (бывший РТИ);
  3. БГЭУ (бывший нархоз);
  4. БНТУ (бывший БПИ);
  5. БГПУ им. Танка – мы;
  6. БГУ.

Я играл на первой доске, Никитинский на второй, Генадинник на третьей. Стартовали успешно: обыграли БГУИР 3:0 в первом туре. Я 29 лет спустя взял реванш у соперника, которому проиграл в свой первый студенческий сезон (1975/76) на городских вузовских соревнованиях. Узнать его было нелегко – после той партии ни разу его не видел.

Во втором туре одолели БГЭУ (2,5:0,5). Отмечу успех Володи, который устоял в партии с кандидатом в мастера Пашей Китом, ранее успешно игравшим за свой вуз в студенческих соревнованиях. Остальные двое «нархозовцев» были значительно слабее.

Тяжелым испытанием был для нас третий тур. Лидер турнира БНТУ также применил «военную хитрость», выставив на первую доску перворазрядника Владимира Масюка (отнюдь не слабого). Мне удалось победить его. Зато на 2-й и 3-й досках играли кандидаты в мастера Виталий Корнилович и Александр Михалевич, они одержали победы. Итак, 1:2. Помню, Генадинник переживал, что в равной позиции вместо того, чтобы упростить позицию и сделать ничью, он пошел на осложнения и проиграл.

После обеда играли с БГУ. Здесь мне черными не удалось устоять против международного мастера Олега Романова, но зато удача сопутствовала моим товарищам по команде. Володя победил сильного кандидата в мастера Георгия Крылова, Илья выиграл у девушки (фамилию не помню – весь турнир она играла слабо). В последнем туре мы выиграли у технологического университета 2,5:0,5. Я сделал ничью с кмс Кравчуком, а партию Генадинник – Недельцев приведу здесь: 1.е4 е5 2.Кf3 Kc6 3.Cc4 Kf6 4.Kg5 d5 5.ed K:d5 6.K:f7 Kp:f7 7.Фf3+ Kpe8 8.C:d5 Kd4?? 9.Фf7X. Ветеран технологических шахмат очень переживал свое нелепое поражение. Он так и сказал: «Стыдно, обделался как новичок».

Сколько очков набрали остальные команды, не знаю, но в итоге у нас, набравших 11 очков, оказалось второе место. Наш сенсационный успех вызвал среди спортсменов педуниверситета, живших по соседству, всеобщее ликование. Был банкет, нам дружно кричали «Ура!» Произносили тосты за каждого из членов нашей команды, а нас с Ильей поздравляли с началом Песаха, который начинался сразу после окончания шабата. В ответ я поблагодарил за поздравление и сказал, что Песах – не только еврейский праздник, но праздник всех, кто любит свободу. Все закричали: «Свобода!» Было очень радостно. Мы вспомнили, что находимся в лагере «Бригантина» и спели песню на стихи Павла Когана о том, как «Бригантина поднимает паруса».

В тот день чувствовалась настоящая командная атмосфера, напоминающая Олимпийские игры, где каждый радуется успеху товарища. Никогда такого праздника у меня не было и, видимо, не будет. О том, что наш успех связан с «подставой», никто, естественно, не вспоминал. Вспомнили на следующий день, когда подводили общие итоги спартакиады.

Главный судья шахматного турнира Ольгерд Кузнечик вызвал меня и спросил напрямую: «У вас есть документы, подтверждающие, что участник, игравший на 3-й доске, работает в педуниверситете?» Молчу. Вспоминаю всем известные слова из фильма по поводу черной кошки и темной комнаты. Затем я вызвал председателя спортклуба БГПУ и снял с себя всю ответственность. Вскоре нам сообщают, что 4 очка, набранные Генадинником на 3-й доске, аннулируются, и команда опускается со 2-го места на 4-е. Могло быть и хуже – организаторы вообще имели право исключить нас из турнира. Сам себе я напомнил известного капитана Врунгеля, у которого штормом смыло 2 буквы, и яхта под названием «Победа» стала называться «Беда».

Это был единственный случая в моей многолетней практике, когда подставной участник был разоблачен. Илья сохранил спокойствие – он получил удовольствие от игры, нахождения на природе, хорошего питания. У меня же не было сил даже расстроиться. Нас успокаивали: «Всё равно вы молодцы, отлично играли». Тем обиднее случившееся. Те, кто это прочитал, надеюсь, меня поймут. Искренне желаю никому никогда не попадать в подобные ситуации. А вспомнить турнир мне всё же приятно.

Юрий Тепер, г. Минск

Опубликовано 20.07.2017  21:10

20 ИЮЛЯ – ДЕНЬ ШАХМАТ (I)

Об истоках спортивного подвига-1963

(бронзовые медали белорусских шахматистов на III Спартакиаде народов СССР)

Вольф Рубинчик: Знаю, ты давно интересуешься выступлениями белорусской сборной по шахматам во всесоюзных турнирах. Давай сегодня поговорим о 3-м месте в 1963 году.

Юрий Тепер: Предложение принимается, ведь во всех предыдущих публикациях, я считаю, тема раскрыта далеко не полно.

В. Р. Что имеется в виду? О Спартакиаде 1963 года довольно подробно писали А. Капенгут в книге «Шахматисты Белоруссии» (1972), К. Зворыкина в статье из сборника «Шахматы, шашки в БССР» (1979, перед очередной Спартакиадой) и А. Ройзман в журнале 2003 года.

Ю. Т. Все эти статьи написаны с позиции участников, а игроки даже через много лет полны эмоций. Их можно понять: ведь это было выдающееся событие в истории не только шахмат, но и всего белорусского спорта. В упомянутых тобою публикациях есть сведения о том, что произошло, но нет ответа на вопросы, как и почему это случилось именно в 1963 году, а не раньше (командные чемпионаты СССР 1953, 1955, 1958, 1960 и 1962 годов, Спартакиада народов СССР 1959 года) или позже. Аналитика в какой-то мере присутствует у А. Капенгута, когда он показывает связь между чемпионатом СССР 1962 года и Спартакиадой 1963 года. Если помнишь, я хотел осветить этот вопрос, когда ты готовил первый номер журнала «Шахматы» (2003), но ты решил, что ныне покойный Абрам Яковлевич Ройзман лучше справится с задачей, поскольку он играл в той команде. Я не в обиде – хватило того, что в том номере появилась моя статья о визите в Минск юного Гарри Каспарова – но и особого удовлетворения от материала «Настоящий спортивный подвиг» я не получил.

В. Р. Что ж, попробуем «подтянуть хвосты». Итак, в чём причина того, что сборная БССР в 1963 г. заняла 3-е место, обойдя очень сильные команды Украины и Ленинграда?

Ю. Т. Любой спортивный результат, в том числе и в шахматах, определяется двумя критериями: 1) собственная сила; 2) слабость соперников. Рассмотрим сначала первый критерий. По составу сборная Беларуси в 1963 году была, пожалуй, самой сильной за всю советскую шахматную историю. Наблюдался гармоничный сплав опыта и молодости. Ещё не старыми были опытные Г. Вересов (1912-1979), И. Болеславский (1919-1977), К. Зворыкина (1919-2014) и В. Сайгин (1917-1992). Оптимального возраста для успешных выступлений достигли А. Суэтин (1926-2001) и А. Ройзман (1932-2015). Достаточный опыт имели молодые Г. Арчакова (1939), В. Литвинов (1941), а также выступавшие на «молодёжных» досках Т. Головей (1943) и А. Капенгут (1944).

В. Р. Большинство этих участников команды играло и в предыдущих командных турнирах (первенства Союза, спартакиада 1959 г.), не добившись, однако, высоких результатов…

Ю. Т. Да, почти в таком же составе наша команда играла в командном первенстве СССР 1962 г. (Ленинград), где разделила с Украиной 5-6-е места, а всего было 9 команд. На этом турнире хочу остановиться подробнее. Когда-то Пётр І назвал битву при Лесной (1708 год) «матерью Полтавской битвы». Я бы по аналогии назвал командное первенство 1962 года предтечей «бронзы» на Спартакиаде-1963.

В статье А. Капенгута говорится о победе в последнем туре того чемпионата со счётом 6:4 над командой Москвы, боровшейся за 2-е место. Возможно, прямой связи здесь и нет, но намёк на будущие победы очевиден. В этой же статье говорится об успешной игре в чемпионате-1962 А. Суэтина (2-я доска), А. Капенгута (7-я доска), Г. Арчаковой (9-я доска) и Т. Головей (10-я доска). Все они набрали в восьми партиях по 5 очков.

В. Р. А сколько очков набрала белорусская команда в Ленинграде?

Ю. Т. 40,5 из 80. Будь остальные участники команды чуть поуспешнее, можно было бы побороться за призовые места и в 1962 году.

В. Р. А как обстояли дела в спартакиадном турнире в Москве?

Ю. Т. Следует уточнить, что, в отличие от чемпионата СССР, проходившего по круговой системе, Спартакиада проводилась в 2 этапа. Очки первого этапа, где шла борьба за выход в главный финал, не учитывались в самом финале: всё начиналось с нуля, за исключением результатов команд, вышедших в финал из одной группы. Для белорусов это создало проблемы ввиду проигрыша команде РСФСР со счётом 2:8. Этот результат учитывался в финале…

В. Р. Да, об этом провале писали немало – вернёмся к нему позже. А сейчас напомни, кто сколько очков принёс в финале.

Ю. Т. 1-я доска (Болеславский) – 3, 2-я (Вересов) – 1,5, 3-я (Суэтин) – 4, 4-я (Ройзман) – 1,5, 5-я (Сайгин) – 2, 6-я (Литвинов) – 2,5, 7-я (Капенгут) – 3, 8-я (Зворыкина) – 2,5, 9-я (Арчакова) – 3, 10-я (Головей) – 2 очка. Итого 25 очков, или ровно 50%.

   

Полуфинал и финал, в которых выступили белорусы. Таблицы из журнала «Шахматы в СССР»

В. Р. Довольно ровные результаты. Выделяется разве что успех Суэтина…

Ю. Т. Во всём спартакиадном турнире Алексей Степанович набрал 7,5 очков в 9 партиях без единого поражения и показал лучший результат на 3-й доске. Причины успеха? Случайным он, конечно, не был. Вообще, причины успеха или неудачи любого спортсмена обычно называет или сам спортсмен, или его тренер. Но как исследователь истории скажу, что период 1963-65 гг. был лучшим на творческом пути Суэтина. Сразу после Спартакиады он блеснул в финале ХХХI чемпионата СССР, где поделил 4-6-е места с Д. Бронштейном и Е. Геллером (11,5 очков в 19 партиях). Это позволило минскому мастеру выйти в зональный турнир. В газете «Физкультурник Белоруссии» были помещены следующие стихи:

Стал в битвах шахматных приметен

Результативностью Суэтин.

Немало шахматных призов

Привёз он с невских берегов.

Но главный приз в борьбе финальной –

Путёвка на турнир зональный.

Попасть в межзональный турнир Суэтину, увы, не удалось, но два года спустя в XXXIII чемпионате СССР (Таллинн, 1965) он даже улучшил свой результат, поделив 4-5-е места с Семёном Фурманом. За победу в международном турнире в Сараево в том же году он получил звание международного гроссмейстера. И в дальнейшем А. Суэтин не раз успешно выступал в соревнованиях, но подобных успехов уже не имел.

В. Р. Кстати, он стал первым жителем Минска (и Беларуси), добившимся звания гроссмейстера, – подчёркиваю это потому, что некоторые местные журналисты называют иную кандидатуру… А то, что Суэтин в 1963 году играл лишь на 3-й доске, помогло ему?

Ю. Т. Сам понимаешь, любые предположения в таких вопросах более-менее условны. Однако можно допустить, что решение поставить А. С. на 3-ю доску было хорошим тактическим ходом. Играй Суэтин на 2-й доске, ему пришлось бы сражаться против М. Ботвинника (Москва) и Л. Штейна (Украина), которые набрали 4,5 очка из 5, а также против Р. Холмова (Россия) и М. Тайманова (Ленинград). В какой бы блестящей форме он ни был, добиться успеха на 2-й доске оказалось бы значительно тяжелее.

В. Р. Ну, а какие соперники ждали его на 3-й доске?

Ю. Т. Тоже «не подарки»: В. Смыслов (Москва, в итоге набрал 3 очка), Б. Спасский (Ленинград) и Н. Крогиус (Россия) – 2,5 очка. Хуже сыграли Николаевский (Украина) – 1,5 и Шишов (Грузия) – 0,5. И ещё немаловажный момент – против Ботвинника и Штейна нашему шахматисту пришлось бы играть чёрными. В общем, на 2-й доске Суэтин явно набрал бы меньше очков… Насколько можно лишь гадать. Г. Вересов же на 3-й доске потери, скорее всего, не компенсировал бы. Возможно, набрал бы 1,5 очка, как на 2-й.

Фото из газеты «Физкультурник Белоруссии» (Минск), 1963 г.

В. Р. Пожалуй, соглашусь. А как оценишь выступление И. Болеславского на 1-й доске?

Ю. Т. Как очень хорошее, можно даже сказать, сенсационное. Оговорюсь, что прежде всего речь идёт о турнире в финальной группе (общий результат – 5,5 из 9 – впечатляет меньше, хотя он тоже вполне успешен). Вспомним, с кем ему пришлось бороться в финале: Т. Петросян (Москва) – чемпион мира 1963-1969 гг., Е. Геллер (Украина) – призёр турнира претендентов на Кюрасао (1962), В. Корчной (Ленинград) – 4-5-е место в турнире претендентов, почти наравне с великим американцем Р. Фишером, Л. Полугаевский (Россия) – вице-чемпион СССР в XXIX чемпионате (1961). Даже Б. Гургенидзе (Грузия), не будучи элитным шахматистом, в ХХV чемпионате СССР (1958) поделил 7-8-е места, опередив Болеславского на 0,5 очка. При этом надо учитывать, что в начале 1960-х Исаак Ефремович играл в турнирах достаточно редко. Характерна дружеская эпиграмма Е. Ильина того времени: «Подставлять бока ему не нравится / Он теперь как тренер боле славится». Тем не менее на Спартакиаде в финальном турнире Болеславский в острой борьбе переиграл Е. Геллера, а с остальными соперниками сделал ничьи. По результатам финала Болеславский разделил на доске 1-2-е места с Корчным. Добавим, что Болеславский в команде не ограничивался процессом добывания очков, он всегда был консультантом по вопросам теории. Желающие узнать об этом могут заглянуть в книгу А. Суэтина «Исаак Болеславский» из серии «Выдающиеся шахматисты мира» (1981).

В. Р. Кстати, серьезно помогал нашим игрокам и замечательный тренер Алексей Сокольский. Насчет партии с Геллером процитирую «Физкультурник Белоруссии» за 1963 г.: «Болеславский играл очень точно и сильно. Сраженный его волевым упорством, Геллер допустил малозаметную ошибку и получил мат». А что можно сказать об участии А. Капенгута?

 

Галина Арчакова и Альберт Капенгут. Фото 1960-х годов

Ю. Т. Боюсь давать категорические оценки… Насколько знаю, А. К. следит за всем, что касается шахматной истории Беларуси, особенно его лично. Скажу так: его результат (3 из 5 в финале, а общий итог – 6 из 9) был хорош, но, скорее всего, от него ждали большего, ведь Капенгут был единственным мастером спорта на своей юношеской доске. Уже в 1964 г. он стал чемпионом СССР среди юношей. Особую значимость очкам, добытым Капенгутом, придаёт, однако, тот факт, что свои победы он одержал в матчах с Украиной и Ленинградом, за счёт чего удалось опередить эти команды. Вспоминаются строчки А. В. Белоусенко по поводу одного из выступлений команды ДЮСШ-11:

Очки, ребята, не дрова:

Одно очко идёт за два.

Если провести параллель между спартакиадами 1963 и 1967 гг., то можно сказать, что неудачная игра В. Купрейчика на юношеской доске в 1967 г., наряду с иными факторами, привела к отступлению команды БССР на 5-е место.

В. Р. Вернёмся к 1963 году. На мужских досках наши шахматисты набрали 17,5 очков, уступили украинской команде (20 очков) и показали одинаковый результат с ленинградцами. Поговорим о женских досках.

Ю. Т. Действительно, как поётся в старой песне: «Без женщин жить нельзя на свете, нет». Результаты БССР на женских досках – 7,5 очков, на 4,5 (!) очка больше, чем у Украины, на очко больше, чем у ленинградок. Здесь особенное значение имеют 2,5 очка с командой Грузии. Если говорить о спортивном подвиге, то в первую очередь надо видеть его здесь. Зворыкина свела вничью с чемпионкой мира Н. Гаприндашвили (всех остальных соперниц Нона победила), Арчакова победила чёрными Чайковскую (5-6-е места на XXXII чемпионате СССР 1962 г.), Головей одолела Н. Александрию, которая год спустя уже играла в финале чемпионата СССР. В матчах с другими командами грузинки набрали 9,5 очков из 12 возможных. Комментарии излишни.

В. Р. И всё-таки 25 очков из 50 в общем зачёте – не так уж и много. Как вышло, что этого хватило для медали?

Ю. Т. На предыдущей спартакиаде 1959 года команда Украины набрала 22,5 очка из 45 и тоже заняла 3-е место. А мы можем обсудить вопрос, как белорусам хватило 50%. Что касается соперничества с командой УССР, то особых чудес в её 5-м месте не вижу. Мужские доски были в порядке, женские провалились: иначе назвать их результат (3 очка в 15 партиях) невозможно. Причины провала я искать не стану: могу предположить, что имели место ошибки в определении состава команды. Четыре года спустя, когда команда Украины решила эту проблему, она заняла 3-е место, причём претендовала и на большее. Кто интересуется вопросом, может прочитать книгу Лазарева и Гуфельда «Леонид Штейн» (1980). О 4-м месте Ленинграда говорить сложнее. Годом ранее питерцы уверенно победили в чемпионате СССР, и состав команды на 80% совпадал (вместо Б. Корелова на 5-й доске играл С. Фурман, на 9-й Л. Руденко вместо Е. Бишард). Во всех предыдущих союзных турнирах ленинградцы становились призёрами, а трижды (1953, 1960, 1962) были чемпионами…

В. Р. Ты можешь понять причины этого спартакиадного провала в 1963 г. (как иначе назвать 4-е место Ленинграда)?

Ю. Т. Повторюсь, причины можно понять только, будучи внутри команды. Кое-что можно предположить. Первый момент виден, как говорится, невооружённым глазом: провал на юношеской доске В. Файбисовича (0,5 из 5). Второй фактор – недобор очков на женских досках: Л. Вольперт взяла на 8-й доске только 1,5, Л. Руденко – 2 очка. По поводу Вольперт я читал следующую версию. Л. И. была младшей в поколении советских шахматистов, боровшихся за мировое первенство в 50-е годы. У неё была надежда, что придёт её время стать чемпионкой мира. Когда Н. Гаприндашвили в 1962 г. завоевала это звание, надежды ленинградки оказались фактически перечёркнуты (Нона была на 15 лет моложе). С неудачи на Спартакиаде начался спад у Л. Вольперт, вскоре она ушла в науку и переехала в Эстонию (Тарту).

В 1962 г. на 9-й доске отлично сыграла Е. Бишард, но в состав команды на спартакиаде 1963 г. включили чемпионку города 1962 г., 59-летнюю экс-чемпионку мира Л. Руденко. Возможно, это была «решающая ошибка» Ленинграда; хотя у Г. Арчаковой Руденко выиграла, но по итогам финала уступила молодой белоруске 1 очко. Другие команды на женские доски ветеранов не выставляли.

В. Р. Ещё вопросик: откуда всё-таки взялся проигрыш команде РСФСР 2:8 в последнем туре группового турнира, который пошёл в зачёт финала и помешал белорусам претендовать на большее?

Ю. Т. Это вопрос чистой психологии. Рассмотрим турнирную ситуацию в группе. Перед последним туром (БССР и РСФСР играли в 5-м туре) наша команда выиграла все 4 матча (6:4 у Литвы и Азербайджана, 8:2 с Арменией, 7,5:2,5 с Туркменией) и обеспечила себе выход в финал, как и команда России. Встреча в 5-м туре была фактически матчем финала. Добавлю ещё, что матч команд в Ленинграде-1962 окончился с минимальной победой российской команды (5,5:4,5). Добейся сборная Беларуси аналогичного результата в 1963 г. – у команд было бы одинаковое количество очков. По-видимому, решив задачу выхода в финал, белорусы несколько расслабились. Сборная России же имела основную задачу: вести борьбу за призовые места, матчи в группе были для неё тренировкой и к сражению с белорусами россияне подошли с отличным настроением. Чтобы лучше узнать причину счёта 8:2, нужно смотреть партии матча… Думаю, по составу у России подавляющего преимущества не было – так сложилось.

В. Р. Обычно крупный проигрыш деморализует, но у сборной Беларуси получилось наоборот.

Ю. Т. Да, надо отдать должное стойкости нашей команды. Выигрыш у сборной Украины (6:4) позволил настроиться на следующий матч с Грузией (о нём мы уже говорили). Ну, а дальше – 4,5:5,5 в матчах с Москвой и Ленинградом. В итоге 3-е место – выдающийся успех.

В. Р. Хочешь сказать, что команда БССР добилась успеха как за счёт собственного боевого настроя, так и за счёт неудач соперников?

Ю. Т. Именно так и было. В следующих турнирах такого стечения обстоятельств уже не получилось.

В. Р. Ты сравнивал 3-е место по футболу и шахматам в 1963 г. А можно ли сравнить результаты футболистов и шахматистов в последующие годы?

Ю. Т. Интересный вопрос. В 1967 году шахматисты заняли 5-е место, а футболисты – 4-е. Дальше наблюдался «откат»: в первенстве СССР 1969 г. и на Всесоюзной олимпиаде 1972 г. шахматисты делили 7-8-е места, а футбольный клуб, минское «Динамо», в 1969 г. оказалось на 14-м, в 1972-м – на 8-м. О более позднем периоде умолчим.

В. Р. Как закончим разговор?

Ю. Т. Может, известной фразой из Лермонтова: «Да, были люди в наше время…»

В. Р. Я бы напомнил еще и о роли предварительной подготовки. Думаю, не преувеличивал мастер спорта, один из руководителей федерации шахмат БССР Або Шагалович, когда накануне всесоюзного соревнования писал в журнале «Шахматы в СССР» (№ 5, 1963) о положении дел в Беларуси: «Много внимания было уделено тренировке сборной команды… Федерация провела цикл спартакиад – районных, областных и республики. Заключительным этапом подготовки к Спартакиаде народов СССР будет учебно-тренировочный сбор». Кстати, Або Израилевич поступил мудро, уступив свое место в команде более молодому участнику – видимо, чувствовал, что перегруженность общественными делами не даст ему, Шагаловичу, сыграть в полную силу. Играть на Спартакиаде в августе 1963 г. шахматистам приходилось по 7-9 часов в день.

Также есть смысл привести пару победных партий белорусских шахматистов, что и делаю. Кстати, о многократном чемпионе республики 1940–50-х гг. Владимире Сайгине: 29 июля с. г. ему исполнилось бы 100 лет. Обидно будет, если наша любимая федерация никак не отметит эту дату.

Опубликовано 19.07.2017  21:55

В. Рубінчык. КАТЛЕТЫ & МУХІ (58) / КОТЛЕТЫ & МУХИ (58)

(Перевод на русский под оригиналом)

Ізноў шалом-здароў! Лета ў самым разгары, і восень надыйдзе скора. Але мы яшчэ з вясной не разабраліся…

Вясна пачалася з масавых пратэстаў у розных гарадах Беларусі, а завяршылася даволі ганебным «мерапрыемствам»: сходам Нацыянальнага алімпійскага камітэта 30 мая. Чаму яно ганебнае? Слушна заўважылі журналісты, што статут НАК прадугледжваў (пера)выбары кіраўніка арганізацыі кожныя 4 гады. Апошнія перавыбары адбыліся 9 красавіка 2010 г. – значыць, «прэзідэнт» к маю 2017 г. ужо не адзін год быў «ненастаяшчы».

Калі ўсчаўся шум, то нехта на сайце НАК хітрамудра пазначыў, што А. Лукашэнка перавыбіраўся не толькі ў 2010 г., а і ў 2012 г. Маю вялікія сумневы… Так, 26.10.2012 праводзіўся сход НАК з удзелам А. Л., ды ён быў прысвечаны іншым праблемам, у прыватнасці, не зусім удаламу выступленню беларусаў на Алімпіядзе ў Лондане. Нідзе ў справаздачах пра сход не фігуруе тэма выбараў прэзідэнта, дый навошта праз 2 гады пацвярджаць сваю легітымнасць, якую ніхто тады не аспрэчваў?

Каб прыбраць расставіць усе кропкі над «і», 30.05.2017 я ўсё ж звярнуўся ў НАК з просьбай адказаць, колькі чалавек у 2012 г. галасавала за кандыдата, колькі супраць, колькі ўстрымалася. За два тыдні не атрымаў рэакцыі на элементарнае пытанне – вось і аргумент на карысць маёй версіі… У сярэдзіне 2010-х небезвядомы палітык проста забыўся, што трэба перапрызначацца перавыбірацца яшчэ і «алімпійскім» прэзідэнтам, а падхалімы ў 2017 г. «падчысцілі» гісторыю ў стылі персанажаў Оруэла.

Ясна, чалавек, які груба ігнаруе рэгламент, наўрад ці зможа «навесці парадак» у арганізацыі, колькі б гучных слоў ні вымаўляў. У шахматыстаў, здаецца, абстаноўка лепей. Ці то Наста Сарокіна, спехам «выбраная» старшынькай Беларускай федэрацыі шахмат на «канферэнцыі» 19 мая, пазнаёмілася з папярэдняй серыяй «Катлет & мух», ці то нехта з юрыстаў патурбаваў, і яна адчула хісткасць уласнай пазіцыі… Пастанавіла правесці 7 ліпеня 2017 г. яшчэ адну пазачарговую канферэнцыю, куды ўжо змогуць адабрацца рэальныя, а не фэйкавыя дэлегаты. Абвясціла пра скліканне, як і належыць паводле статута БФШ, за месяц – рэспект!

Можна, вядома, ацаніць кандыдатуру «двойчы прэзідэнта» не толькі з фармальнага боку. Калі ў маі 1997 г. Лукашэнка ўпершыню стаў прэзідэнтам НАК, то пэўны сэнс у сумяшчэнні пасад быў. У Беларусі дзеяла выразна патэрналісцкая мадэль кіравання, іначай кажучы, людзі (у тым ліку спартсмены) спадзяваліся перадусім і збольшага на «высокае начальства». Малады, апрыёры поўны сіл палітык – тады яму ішоў 43-і год – меў патэнцыял для рэалізацыі сваіх планаў. У 2017 г., калі дзяржаўная ласка зрабілася хутчэй абстрактным паняццем, аднагалоснае (!) абранне хакеіста-аматара, які дасягнуў пенсійнага веку, выглядае суцэльным анахранізмам. Пасля колькіх тэрмінаў знаходжання на пасадзе, нестабільных вынікаў беларускіх дэлегацый на сусветных Алімпіядах (і нядаўняга правалу на чэмпіянаце свету па хакеі) – якія застаюцца спадзевы на гэтую асобу?

Гульні Золата Серабро Бронза Усяго Месца Месца

 (паводле сумы медалёў)

1996 1 6 8 15 37 23
2000 3 3 11 17 23 15
2004 2 5 6 13 26 18
2008 4 5 9 18 16 15
2012 2 5 5 12 26 22
2016 1 4 4 9 40 40
Усяго 13 28 43 84  

Медалі, заваяваныя беларускімі спартоўцамі на летніх Алімпійскіх гульнях. Тэндэнцыя 2010-х гадоў гаворыць сама за сябе. Крыніца: wikipedia.org.

На сход НАК прыйшлі чыноўнікі, галасаванне якіх было прадказальным (у гэтым выпадку яны мелі права лічыць сябе вольнымі ад «субардынацыі», бо прадстаўлялі грамадскую арганізацыю, ды такая логіка для цяперашніх «гасударавых людзей» занадта складаная). Але ж прысутнічалі тамака i славутыя спартсмены, трэнеры, «гонар краіны». Няўжо і яны пабаяліся гукнуць, што думаюць? Светлай памяці Віктар Купрэйчык, памерлы 22 мая 2017 г., 20 год таму не збаяўся выступіць супраць «адзяржаўлівання» НАК, адкрыта галасаваў супраць Лукашэнкі. Нічога, апрача вывядзення са складу НАК, яму за гэта не было: Віктар Давыдавіч яшчэ некалькі гадоў заставаўся членам зборнай краіны па шахматах, потым быў віцэ-прэзідэнтам БФШ, старшынёй камісій па этыцы і па масавых шахматах… «Не шкадую, што галасаваў супраць», – праказаў ён у 2003 г., а ў 2013 г. дадаў: «мая пазіцыя толькі ўмацавалася, стала нават больш жорсткай».

Карацей, не разумею спартоўцаў, якія 30.05.2017 падтрымалі «правадыра» пры вылучэнні яго на чарговы тэрмін. Хоць бы кожны шосты галасаваў супраць – такі працэнт «дысідэнтаў» афіцыйна прызнаваўся Цэнтрвыбаркамам пасля выбараў прэзідэнта РБ у 2015 годзе!.. Пакуль я вымушаны зрабіць выснову, што «спартовы асяродак» – адзін з найбольш адсталых у краіне, колькі б дыпломаў аб вышэйшай адукацыі там ні круцілася. Большасць рабочых і сялян усё даўно зразумела пра становішча ў «сінявокай» і не баіцца (хіба асцярожнічае).

* * *

Завяршыўся ў Мінску чэмпіянат Еўропы па шахматах (29 мая – 10 чэрвеня). Амаль 400 шахматыстаў змагаліся ў Палацы спорту, з іх ажно два дзясяткі прадстаўлялі Ізраіль. Напэўна, імпрэза пабіла некалькі рэкордаў, прынамсі я не помню такіх масавых шахтурніраў у Беларусі. Да таго ж упершыню ў адным беларускім спаборніцтве выступала столькі гросмайстраў (звыш 170) і столькі ізраільцаў… Найлепшы вынік – 7,5 з 11 – паказаў Максім Радштэйн, блізкі да сусветнай эліты. Ён заняў 23-е месца, што дае права згуляць у Кубку свету. Эмілю Сутоўскаму, які набраў столькі ж ачкоў, не пашэнціла: 31-е месца паводле дадатковых паказчыкаў, застаўся «за бортам».

Па «плюс 4» выбілі і беларускія гросы: Аляксей Аляксандраў і Сяргей Жыгалка, абодвух прыме Кубак. Для Аляксандрава гэта вялікі поспех, улічваючы, што яму ўжо добра за 40, а моладзь падціскае. Першымі прызёрамі («плюс 6») сталі расіянін Максім Матлакоў (Спб), Баадур Джабава з Грузіі і яшчэ адзін «піцерскі» Уладзімір Федасееў – ім, адпаведна, 26, 33 і 22 гады.

Выдатна выступіла 13-гадовая дзяўчынка, імя якой прымусіць усміхнуцца ўсіх, хто ведае пра супругаў Нетаньягу: майстарка ФІДЭ Бібісара Асаубаева з Казахстана, якая цяпер жыве пад Масквой. Яна апярэдзіла многіх гросмайстраў, і 5,5 з 11 аказалася дастаткова для выканання нормы міжнароднага майстра сярод мужчын. Бібісара хоча стаць чэмпіёнкай свету; можа, Мінск будзе для яе такім самым «трамплінам», якім быў для Гары Каспарава ў 1978 годзе.

Па вялікім рахунку, чэмпіянат кантынента быў арганізаваны няблага, ды прайшоў у краіне амаль незаўважаным, бы шараговая «швейцарка». Мо справа і ў тым, што «чужынцаў» – неакрэдытаваных гледачоў – у залу не пускалі. З месца падзеі вёў трансляцыі гросмайстар Сяргей Шыпаў, вядомы ўсяму рускамоўнаму шахматнаму свету, але, напрыклад, турнір у нарвежскім Ставангеры з удзелам Магнуса Карлсена цікавіў публіку больш. Як бы ні было, cотні замежнікаў трохі лепей даведаліся пра Беларусь, і гэта, безумоўна, цешыць. Аутсайдэрка Фіёна Стэйл-Энтані з Люксембурга падрыхтавала нават пару відэасюжэтаў пра Мінск.

Дарэчы, наконт аутсайдэраў… Нічога не маю супраць Фіёны (мм сярод жанчын, ЭЛА 2155) і свайго суперніка па дзіцячых гульнях Лёні Элькіна (кмс, ЭЛА 2099), якія набралі па 3,5, але ўмудрыліся павысіць рэйтынг. Разам з тым не ўпэўнены, што ў чэмпіянат Еўропы трэба было ўключаць ігракоў трэцяга-другога разраду; для трэніроўкі хапае іншых спаборніцтваў…

Л. Элькін, здымак з chess.by, і Б. Асаубаева (tengrinews.kz)

Мінчанін Элькін у першых турах зрабіў дзве нічыі з «гросамі», потым расклеіўся… Аднак стаў рэальным чэмпіёнам Еўропы – калі не па гульні, то па знешнім выглядзе і колькасці парад, якія даў шахматыстам 🙂

* * *

Завяршыўся і адзін з этапаў допуску Украіны ў «еўрапейскую сям’ю». 10 чэрвеня Пётр П. выступіў у Кіеве на тэму «Прощай, немытая Россия», а яшчэ падкрэсліў, што бязвізавы рэжым «Украіна-ЕС» уступае ў сілу напярэдадні свята расійскай незалежнасці (так, маўляў, «ім» і трэба). З аднаго боку, я радуюся за ўкраінцаў, якія сталі больш мабільнымі. З другога… навошта ў свой святочны дзень класці «кучу» пад дзверы суседа?

Нагадаюць, што Украіна ваюе з Расіяй. Дапусцiה, тады чаму дагэтуль не абвешчана ваеннае становішча? І як «бязвіз», дый нават асацыяцыя з ЕС, дапаможа выйграць вайну? Ні рост колькасці турыстаў, якія выберуць заходні кірунак, ні выезд актыўнай часткі жыхароў на паўлегальныя сезонныя працы ў краіны Захаду (магчыма, з далейшай натуралізацыяй) апрыёры не здольныя ўзмацніць абароназдольнасць краіны… Хутчэй наадварот.

Тры гады таму, пад канец мая 2014 г. паспрачаўся я ў магілёўскім інтэрнаце з жыхаром Ужгарада Сяргеем Г., які ў ружовых колерах маляваў будучыню сваёй краіны за новым прэзідэнтам. «Па-мойму, вы памянялі шыла на мыла», – казаў я. Баюся, што меў рацыю… Іменна пры Парашэнку шавiнiстычная партыя «Свабода» «даціснула» з’яўленне праспекта Рамана Шухевіча ў Кіеве. І да 1 чэрвеня 2017 г. ва Украіне меліся вуліцы імя «слаўнага змагара» з беларускімі партызанамі, але ў перыферыйных гарадах яны не так кідаліся ў вочы. Ад перайменавання кіеўскага праспекта Ватуціна (генерал, загінуў пры вызваленні Украіны, Герой Савецкага Саюза) у праспект Шухевіча асабіста мне проста брыдка. Выказаўся і Віктар Шэндэровіч: «Дарагія ўкраінцы, мы такі браты. У нас – партрэты Сталіна, у вас – праспект Шухевіча. Давайце ж і далей, не збочваючы з выбранага шляху, па-братэрску спаборнічаць у ідыятызме і людаедстве». Дзмітрый Гардон, адзіны дэпутат Кіеўскага гарадскога савета, які летась галасаваў супраць праспекта Бандэры, напісаў 02.06.2017 яшчэ больш жорстка, але «па справе».

Варта вярнуцца да спраў, якія непасрэдна тычацца Беларусі. Тутэйшыя чыноўнікі маюць адметны талент – знаходзіць за мяжой сяброў, якія потым прыцягваюць да сябе непрыемнасці. Гэтак было з кіраўніцтвам Венесуэлы, потым – з ісламскім дзеячам Гюленам… Цяпер, здаецца, у пераплёт патрапіла «правячая сям’я Дзяржавы Катар», якой яшчэ ў 2012 г. Мінскі аблвыканкам аддаў у арэнду на 99 гадоў не адну сотню гектараў пад Лагойскам. Мясцовыя жыхары, якім не даюць хадзіць па зямлі продкаў, нездаволены, аднак, як той казаў, «праблемы неграў шэрыфа не хвалююць».

Журналісты задалі дарэчнае пытанне: «што Беларусь атрымала ўзамен ад катарскіх сяброў?» Можа, нешта і атрымала за пяць год («тайна гэтая вялікая»), але далейшае супрацоўніцтва – калі арабскія суседзі наладзяць сапраўдную блакаду Катара, абвінавачанага ў падтрымцы тэрарызму – выглядае праблематычным. Упэўнены, што 10 дзён таму ніхто ў беларускім Міністэрстве замежных спраў – не кажучы пра адміністрацыю прэзідэнта – не прадбачыў, што 10 краін свету парвуць адносіны з багатым Катарам. Зараз міністэрскія круцяцца, як уюны на патэльні, пралічваюць, як бы дагадзіць усім – ну, не ўпершыню, вецер ім у спіну.

А так – усё пучком. Падумаеш, нобелеўская лаўрэатка выдала чарговы «перл», які засмуціў ужо і лідара беларускіх католікаў! Або рэдактар «галоўнай прэзідэнцкай газеты» кінуўся пераконваць беларусаў, што яны не дараслі да знаёмства з архіўнымі справамі на расстраляных у сталінскі час… Было б дзіўна, каб гэтыя дзве асобы сказалі нешта мудрае. Між іншага, абвастрэнне «курапацкай тэмы» ў 2017 г. і «дабрыня» ўладаў, згодных на «мемарыял смутку і памяці», могуць тлумачыцца тым, што ў 2016 г. скончыўся тэрмін захоўвання спраў, звязаных з даваеннымі рэпрэсіямі (у многіх выпадках ён – 75 гадоў), і тыя справы былі знішчаны. Цяпер «адкрыццё архіваў КДБ» значна больш бяспечнае для рэпутацыі «органаў», чым у 1990–2000-х гадах – аднак і надалей, як вынікае з інтэрв’ю П. Якубовіча, інфармацыю будуць выдаваць скупа, «давераным» і «правераным» асобам.

Вольф Рубінчык, г. Мінск,

12.06.2017

wrubinchyk[at]gmail.com

Апублiкавана 12.06.2017  22:35

 

***

 

КОТЛЕТЫ & МУХИ (58)

Шалом-привет (от двух штиблет)! Лето в самом разгаре, и осень наступит скоро. Но мы еще с весной не разобрались…

Весна началась с массовых протестов в разных городах Беларуси, а завершилась довольно позорным «мероприятием»: собранием Национального олимпийского комитета 30 мая. Почему оно позорное? Резонно заметили журналисты, что устав НOК предусматривал (пере)выборы руководителя организации каждые 4 года. Последние перевыборы состоялись 9 апреля 2010 г. – значит, «президент» к маю 2017 г. уже не один год был «ненастоящим».

Когда поднялся шум, то кто-то на сайте НОК хитроумно указал, что А. Лукашенко переизбирался не только в 2010-м, а и в 2012 году. Имею большие сомнения… Да, 26.10.2012 проводилось собрание НОК с участием А. Л., но оно было посвящено другим проблемам, в частности, не совсем удачному выступлению белорусов на Олимпиаде в Лондоне. Нигде в отчетах о собрании не фигурирует тема выборов президента, да и зачем через 2 года подтверждать свою легитимность, которую никто тогда не оспаривал?

Чтобы убрать расставить все точки над «і», 30.05.2017 я всё же обратился в НОК с просьбой ответить, сколько делегатов в 2012 г. голосовало за кандидата, сколько против, сколько воздержались. За две недели не получил реакции на элементарный вопрос – вот и аргумент в пользу моей версии… В середине 2010-х небезызвестный политик просто забыл, что нужно переназначаться переизбираться еще и «олимпийским» президентом, а подхалимы в 2017 г. «подчистили» историю в стиле персонажей Оруэлла.

Ясно, человек, который грубо игнорирует регламент, вряд ли сможет «навести порядок» в организации, сколько бы громких слов ни произносил. У шахматистов, кажется, обстановка получше. То ли Анастасия Сорокина, наспех «избранная» председателем Белорусской федерации шахмат на «конференции» 19 мая, познакомилась с предыдущей серией «Котлет & мух», то ли кто-то из юристов напряг, и она почувствовала шаткость собственной позиции… Постановила провести 7 июля 2017 г. еще одну внеочередную конференцию, куда уже смогут отобраться реальные, а не фейковые делегаты. Объявила о созыве, как и полагается по уставу БФШ, за месяц – респект!

Можно, конечно, оценить кандидатуру «дважды президента» не только с формальной стороны. Когда в мае 1997 г. Лукашенко впервые стал президентом НОК, то определенный смысл в совмещении должностей был. В Беларуси действовала четко патерналистская модель управления, иначе говоря, люди (в том числе спортсмены) надеялись прежде всего и большей частью на «высокое начальство». Молодой, априори полный сил политик – тогда ему шел 43-й год – имел потенциал для реализации своих планов. В 2017 г., когда государственная забота стала скорее абстрактным понятием, единогласное (!) избрание хоккеиста-любителя, достигшего пенсионного возраста, выглядит полным анахронизмом. После нескольких сроков пребывания в должности, нестабильных результатов белорусских спортсменов на всемирных Олимпиадах (и недавнего провала на чемпионате мира по хоккею) – какие остаются надежды на эту личность?

Игры Золото Серебро Бронза Всего Место Место (по сумме медалей)
1996 1 6 8 15 37 23
2000 3 3 11 17 23 15
2004 2 5 6 13 26 18
2008 4 5 9 18 16 15
2012 2 5 5 12 26 22
2016 1 4 4 9 40 40
Всего 13 28 43 84  

Медали, завоеванные белорусскими спортсменами на летних Олимпийских играх. Тенденция 2010-х годов говорит сама за себя. Источник: wikipedia.org.

На собрание НОК пришли чиновники, голосование которых было предсказуемым (в этом случае они имели право считать себя свободными от «субординации», так как представляли общественную организацию, но такая логика для нынешних «государевых людей» слишком сложна). Но присутствовали там и прославленные спортсмены, тренеры, «честь страны». Неужели и они побоялись вымолвить, что думают? Светлой памяти Виктор Купрейчик, умерший 22 мая 2017 года, 20 лет назад не побоялся выступить против «огосударствления» НОК, открыто голосовал против Лукашенко. Ничего, кроме выведения из состава НОК, ему за это не было: Виктор Давыдович еще несколько лет оставался членом сборной страны по шахматам, потом был вице-президентом БФШ, председателем комиссий по этике и по массовым шахматам… «Не жалею, что голосовал против», – говаривал он в 2003 г., а в 2013 г. добавил: «моя позиция только укрепилась, стала даже более жесткой».

Короче, не понимаю спортсменов, которые 30.05.2017 поддержали «вождя» при выдвижении его на очередной срок. Хоть бы каждый шестой голосовал против – такой процент «диссидентов» официально признавался Центризбиркомом после выборов президента РБ в 2015 году! .. Пока я вынужден сделать вывод, что «спортивная среда» – одна из самых отсталых в стране, сколько бы дипломов о высшем образовании там ни крутилось. Большинство рабочих и крестьян всё давно поняли о положении в «синеокой» и не боятся (разве что осторожничают).

Завершился в Минске чемпионат Европы по шахматам (29 мая – 10 июня). Почти 400 шахматистов боролись во Дворце спорта, из них аж два десятка представляли Израиль. Наверное, мероприятие побило несколько рекордов, по крайней мере я не помню таких массовых шахтурниров в Беларуси. К тому же впервые в одном белорусском соревновании выступало столько гроссмейстеров (свыше 170) и столько израильтян… Наилучший результат у них – 7,5 из 11 – показал Максим Родштейн, близкий к мировой элите. Он занял 23-е место, что дает право сыграть в Кубке мира. Эмилю Сутовскому, который набрал столько же очков, не повезло: 31-е место по дополнительным показателям, остался «за бортом».

По «плюс 4» выбили и белорусские гроссы Алексей Александров и Сергей Жигалко, обоих примет Кубок. Для Александрова это большой успех, учитывая, что ему уже сильно за 40, а молодежь поджимает. Первыми призерами («плюс 6») стали россиянин Максим Матлаков (СПб), Баадур Джобава из Грузии и еще один «питерский» Владимир Федосеев – им, соответственно, 26, 33 и 22 года.

Отлично выступила 13-летняя девочка, имя которой заставит улыбнуться всех, кто знает о супругах Нетаньягу: мастер ФИДЕ Бибисара Асаубаева из Казахстана, которая сейчас живет под Москвой. Она опередила многих гроссмейстеров, и 5,5 из 11 оказалось достаточно для выполнения нормы международного мастера среди мужчин. Бибисара хочет стать чемпионкой мира; может, Минск будет для нее таким же «трамплином», каким был для Гарри Каспарова в 1978 году.

По большому счету, чемпионат континента был организован неплохо, но прошел в стране почти незамеченным, словно рядовая «швейцарка». Может, дело и в том, что «чужаков» – неаккредитованных зрителей – в зал не пускали. С места события вел трансляции гроссмейстер Сергей Шипов, известный всему русскоязычному шахматному миру, но, например, турнир в норвежском Ставангере с участием Магнуса Карлсена интересовал публику больше. Как бы то ни было, cотни иностранцев немного лучше узнали о Беларуси, и это, безусловно, радует. Аутсайдерша Фиона Стэйл-Энтони из Люксембурга подготовила даже пару видеосюжетов о Минске.

Кстати, насчет аутсайдеров… Ничего не имею против Фионы (мм среди женщин, рейтинг Эло 2155) и своего соперника по детским соревнованиям Лёни Элькина (кмс, Эло 2099), которые набрали по 3,5, но умудрились повысить рейтинг. Вместе с тем не уверен, что в чемпионат Европы нужно было включать игроков третьего-второго разряда; для тренировки хватает других соревнований…

Л. Элькин, снимок с chess.by, и Б. Асаубаева (tengrinews.kz)

Минчанин Элькин в первых турах сделал две ничьи с «гроссами», потом расклеился… Однако стал реальным чемпионом Европы – если не по игре, то по внешнему виду и количеству советов, которые дал шахматистам 🙂

* * *

Завершился и один из этапов допуска Украины в «европейскую семью». 10 июня Пётр П. выступил в Киеве на тему «Прощай, немытая Россия», а еще подчеркнул, что безвизовый режим «Украина-ЕС» вступает в силу накануне праздника российской независимости (так, мол, «им» и надо). С одной стороны, я радуюсь за украинцев, которые стали более мобильными. С другой… зачем в свой праздничный день класть «кучу» под дверь соседа?

Напомнят, что Украина воюет с Россией. Допустим, тогда почему до сих пор не объявлено военное положение? И как «безвиз», да даже и ассоциация с ЕС, поможет выиграть войну? Ни рост количества туристов, выбирающих западное направление, ни выезд активной части жителей на полулегальные сезонные работы в страны Запада (возможно, с последующей натурализацией) априори не способны усилить обороноспособность страны… Скорее наоборот.

Три года назад, под конец мая 2014 г. поспорил я в могилевском общежитии с жителем Ужгорода Сергеем Г., который в розовых тонах рисовал будущее своей страны с новым президентом. «По-моему, вы сменяли шило на мыло», – говорил я. Боюсь, что был прав… Именно при Порошенко шовинистическая партия «Свобода» «дожала» появление проспекта Романа Шухевича в Киеве. И до 1 июня 2017 г. в Украине имелись улицы имени «славного борца» с белорусскими партизанами, но в периферийных городах они не так бросались в глаза. От переименования киевского проспекта Ватутина (генерал, погиб при освобождении Украины, Герой Советского Союза) в проспект Шухевича лично мне просто противно. Высказался и Виктор Шендерович: «Дорогие украинцы, мы-таки братья. У нас – портреты Сталина, у вас – проспект Шухевича. Давайте же и дальше не сворачивать с избранного пути, по-братски соревноваться в идиотизме и людоедстве». Дмитрий Гордон, единственный депутат Киевского горсовета, который в прошлом году голосовал против проспекта Бандеры, написал 02.06.2017 еще жестче, но «по делу».

Стоит вернуться к делам, которые непосредственно касаются Беларуси. Здешние чиновники имеют особый талант – находить за рубежом друзей, которые потом притягивают к себе неприятности. Так было с руководством Венесуэлы, потом – с исламским деятелем Гюленом… Теперь, кажется, в переплет попала «правящая семья Государства Катар», которой еще в 2012 году Минский облисполком отдал в аренду на 99 лет не одну сотню гектаров под Логойском. Местные жители, которым не дают ходить по земле предков, недовольны, однако, как говорится, «проблемы негров шерифа не волнуют».

Журналисты задали уместный вопрос: «что Беларусь получила взамен от катарских друзей?» Может, что-то и получила за пять лет («тайна сия велика есть»), но дальнейшее сотрудничество – если арабские соседи устроят настоящую блокаду Катара, обвиняемого в поддержке терроризма – выглядит проблематичным. Уверен, что 10 дней назад никто в белорусском министерстве иностранных дел – не говоря об администрации президента – не предвидел, что 10 стран мира порвут отношения с богатым Катаром. Сейчас министерские вращаются, как вьюны на сковородке, просчитывают, как бы угодить всем – ну, не впервые, ветер им в спину.

А так – всё пучком. Подумаешь, нобелевская лауреатка выдала очередной «перл», который расстроил уже и лидера белорусских католиков! Или редактор «главной президентской газеты» кинулся убеждать белорусов, что они не доросли до знакомства с архивными делами на расстрелянных в сталинские времена… Было бы странно, скажи эти два человека что-то мудрое. Между прочим, обострение «куропатской темы» в 2017 году и «доброта» власти, согласной на «мемориал скорби и памяти», могут объясняться тем, что в 2016 г. закончился срок хранения дел, связанных с довоенными репрессиями (во многих случаях он равен 75 годам), и те дела были уничтожены. Сейчас «открытие архивов КГБ» куда менее опасно для репутации «органов», чем в 1990-х – 2000-х годах – однако и в дальнейшем, как следует из интервью П. Якубовича, информацию будут выдавать скупо, «доверенным» и «проверенным» лицам.

Вольф Рубинчик, г. Минск

Перевод на русский добавлен 13.06.2017  11:46