Category Archives: История страны

З. Кнель. СУДЬБА «ДУБОСЕКА» (окончание) / (זינובי קנל. (סופית ברוסית

Глава 15

Итак, закончился исторический Партизанский Парад, который состоялся 15 июля 1944 г. После его окончания все партизаны получили приказ: явиться в здание расположения штаба, сдать оружие и получить дальнейшее распределение. Кто-то будет «свободен», а кому-то будет предписано поступить в действующую Красную Армию. Настроение у всех партизан было одно: только в действующую армию!

В результате побед под Сталинградом и под Курском Красная Армия резко изменила обстановку в ходе войны, наступление осенью и зимой 1943 года, зимой и весной 1944г. поставило на повестку дня задачу: полный разгром немецко-фашистских захватчиков. Война шла к своему победному завершению. И мы, партизаны, чувствовали это, и все хотели участвовать в завершающем этапе войны уже на территории Германии.

Особенно переживали партизаны, которым за 45 лет, так как говорили, что после сорока пяти лет в армию не берут. А у меня было ещё больше причин волноваться, так как по-настоящему в это время мне только исполнилось 17 лет. В штабе отряда уже знали об этом, хотя по партизанским документам мне было 19 лет. Я хотел попасть только в действующую армию, буду настаивать только на этом, решил я.

И вот подошла моя очередь, захожу в комнату штаба, за столом командир отряда Баранов, начальник штаба отряда, представитель воинской части в звании майора. Указали, куда положить автомат, командир отряда говорит: «Ну, партизан Женя Григорьев, какую фамилию ты хочешь себе оставить, партизанскую или свою?» Этого во-проса я никак не ожидал, думаю, что командир отряда считал, что в дальнейшей жизни с партизанской фамилией Григорьев мне будет легче жить, не будет нависать надо мной знаменитый пятый пункт анкеты (национальность).

Я ответил, что мне нужна только моя настоящая фамилия Кнель, имя Зиновий, отчество Борисович. Затем начальник штаба отряда спрашивает:

– А дальше что с тобой делать?

– Как что? – отвечаю я – только в действующую армию.

– Но, тебе же только 17 лет, мы это знаем, а в армию в 17 лет не берут.

– Но по партизанским документам мне 19 лет, я в партизанском отряде выполнял все задания без скидки на возраст, вот и прошу оставить мне мой партизанский возраст− 19 лет.

Мою просьбу удовлетворили, указали, куда пойти, выдали полный комплект обмундирования, была баня, выдали новенький автомат, и я стал солдатом учебного батальона 215 запасного стрелкового полка 61 армии.

На следующий день весь полк оставил город Пинск и пешим строем отправился из Пинска в г. Белосток. Через двое суток мы подошли к Белостоку и сразу направились на железнодорожный вокзал, погрузились в товарные вагоны, и на вторые сутки прибыли на Второй Прибалтийский фронт. К тому времени столица Латвии была уже освобождена от фашистов, наш полк расквартировался в городе Елгава.

Началась ежедневная напряжённая солдатская жизнь: строевая подготовка, учёба, учёба и ещё раз – учёба, повторяя− «тяжело в ученье, легко у бою». Уже кончается август 1944 г., второй месяц в армии, все хотят на передовую, уже приезжают с фронта представители, набирают команды на фронт. Чтобы записаться в команды для отправки на передовую, надо приложить много сил, но не всем это удаётся. В первой половине сентября мне удалось записаться, я уже приготовился отбыть из полка. Но каково же было моё разочарование, когда мне сказали, что я вычеркнут из списка. Прихожу в штаб полка, спрашиваю,

– чём дело, почему меня вычеркнули из списка. Мне отвечают, что меня возьмут, когда надо и куда надо.

Через неделю меня вызвали в штаб полка, сказали, что мне присваивается звание младший сержант, что я направлен в воинскую часть, представитель которой приехал. Нас собралась группа из шестнадцати человек, погрузились в американскую машину Студебеккер и отправились в воинскую часть. Мы были в пути три часа, прибыли в небольшой городок с железнодорожной станцией Вайноде. Нам сказали, что передовая линия фронта находится в двадцати километрах от этого городка. Там большая группа немецко-фашистских войск находится в окружении, так называемый Курляндский котёл.

Затем нам сказали, что мы будем служить в разведроте при разведотделе штаба армии, распределили всех по отделениям. Нам также сказали, что хотя рота в боевых действиях на передовой не принимает участия, но от потерь убитыми и ранеными рота не освобождена, что сегодняшнее пополнение из шестнадцати человек – это компенсация потерь за осенне-зимний период наступления.

Меня распределили в отделение, командиром которого был старший сержант Владимир Попков из г. Хойники Гомельской области, бывший партизан Гомельского партизанского соединения. Моя судьба распорядилась так, что с ним впоследствии мы были неразрывно связаны друг с другом, вместе участвовали во многих операциях

Что такое служба в разведроте при разведотделе штаба армии – об этом можно многое написать. Это элитное подразделение, попасть в которое по своему желанию не-возможно. Элитное подразделение по сравнению с окопной жизнью на войне. И в это подразделение я попал, при том, что был там единственным евреем. Значит, не будь я «Дубосеком» меня бы здесь не было. А я стремился на передовую, уже записался было, но меня не взяли.

Ко времени начала моей службы на новом месте Латвия уже была полностью освобождена за исключением небольшой территории, занятой гитлеровцами в северно-западной части Латвии – в Курляндии. Но что могла рассчитывать эта окружённая группировка гитлеровцев? Из допроса пленных можно было сделать вывод, что они надеялись на поворот событий в Восточной Пруссии, надеялись на Берлинскую группировку немецких войск, думали, что Красная Армия не сможет одолеть эти преграды. А тем временем, служба в разведроте проходила по установленному порядку: одни сутки – дежурство у разведотдела, другие сутки – выполнение других заданий, например, доставка с переднего края или из какой-то дивизии пленного фашиста, потом доставка пленного в другое место.

Запомнился пленный немецкий полковник, которого мы доставили с переднего края, он говорил, что после поражения на Волге, а затем под Курском многие генералы и офицеры уже не верят в благополучный исход войны для Германии.

Разведотдел штаба армии возглавлял полковник, заместителем был подполковник, были переводчики, много офицеров. У всех было предчувствие, что у курляндского котла армия долго не задержится, все хотят участвовать на главном направлении – Берлинском. Долго ждать не пришлось, и в ноябре 1944 года наша разведрота вместе со штабом армии по железной дороге через Минск прибыла к новому месту расположения на территории Польши, южнее Варшавы, город Гарволин. Река Висла находилась от этого города в пяти километрах. На западном берегу Вислы уже был захвачен войсками Красной армии плацдарм Магнушевский и Пулавский. На Мангушевском плацдарме расположились войска нашей армии, передислоцированные из Латвии.

На Мангушевском плацдарме мне пришлось много раз бывать, видно было, что войска готовятся к решающему наступлению, к освобождению Варшавы, к наступлению на Берлин.

Глава 16

12 января 1945 года началось наступление 1-го Белорусского фронта. И с этого момента жизнь потекла по другому руслу. Наша разведрота двигалась вместе с наступающими войсками. Войска стремительно продвигались на запад. За первые сутки войска продвинулись, преодолевая сопротивление гитлеровцев, на 25−30км. 17 января была взята Варшава. Настроение у всех было воодушевлённое. Наконец-то свершилось! Волна огромной наступательной силы двигалась на запад, докатилась до цитадели фашизма.

К границе Германии на реке Нейсе Красная Армия вышла 28 января 1945 года. Командир роты собрал нас всех, чтобы принять решение, как обозначить этот исторический момент. Решили: на пограничном столбе на реке Нейсе, на границе между Польшей и Германией привязать убитого фашиста и на его вытянутой руке в сторону Германии повесить на фанере плакат: «Вот она, проклятая Германия!»

Перейдя мост через реку Нейсе, мы уже были в Германии. У всех нас было такое настроение, что раз мы вступили в Германию, то настал момент отмщения за все зверства, совершённые фашистами. И у меня было такое состояние, что я сам с собой не мог разобраться. С одной стороны хочется убивать, убивать своими руками этих извергов, этих фашистов, эту чуму ХХ-го века, с другой – а тут ведь есть и мирные люди… И у моего командира отделения Владимира Попкова, бывшего партизана Гомельского соединения такое же настроение. У него в Хойницком районе Гомельской области фашисты сожгли живьём его мать, младшего брата и сестру. Он мне всё время повторял: «Женя (так звали меня в армии), я войду в Германию, и я должен отомстить». Но мне было непонятно, ведь убивать надо тех фашистов, которые сопротивляются, не сдаются, а не мирных жителей, пусть и немцев. Иначе мы будем как они…

И вот в первом же немецком городе Германии мой командир зовёт меня с собой. Заходим в один очень ухоженный дом. Там пожилые мужчина и женщина и двое детей. Смотрю, Володя Попков быстро снял автомат с плеча, но в последнюю секунду я успел приподнять ствол его автомата кверху, очередь ударила в потолок. Так я спас эту немецкую семью, а Володе сказал, что об этом эпизоде я никому не скажу, но попросил его, чтобы он больше такого не делал…

В первые дни наступления было много пленных. По их показаниям деморализация немецко-фашистских войск охватывала их всех по мере приближения Красной Армии к границам Германии. От реки Висла до реки Одер войска должны были ещё преодолеть более пятисот километров. Но фашистские эсесовские войска яростно сопротивлялись и уничтожались. Дороги были забиты немецкими машинами, сожжёнными, подбитыми и просто брошенными. Убитые немцы в различных позах валялись на дороге, в кюветах. Серые бугорки трупов виднелись повсюду на изрытом траншеями поле.

При приближении к Одеру было много лесных массивов, в которых укрывались многочисленные группы немцев, оторвавшихся от своих разбитых частей, воевать им уже не хотелось, а сдаваться в плен они тоже не решались. Перед нашей разведротой была поставлена задача: прочесать эти леса. Мы шли по просекам, готовые в любую минуту вступить в бой. Но увидев нас, немецкие солдаты выходили из своих укрытий, бросали оружие и сдавались в плен. Мы собирали колонну пленных по 200-300 и в сопровождении небольшой охраны (немцы не собирались никуда бежать!) доставляли их в лагерь военнопленных.

Наблюдая за пленными, мы увидели, что они не были в подавленном настроении, они, скорее, испытывали облегчение, что всё закончилось, а они остались живыми.

Последняя преграда перед наступлением на Берлин – река Одер. Что представляет собой Одер? Это большая река, её истоки в Чехии, протяжённость 725 км. Ширина реки от 100 до 225 метров, глубина не менее 2 метров. В Одер вливаются реки Нейсе и Варта, река расширяется до 300 м. при глубине 3 метра. Подготовка к наступлению на Берлин от реки Одер продолжалась до 16 апреля 1945 года.

И вот в 5 часов утра 16 апреля содрогнулась земля от гула многих тысяч орудий и катюш. Потом вспыхнули 140 прожекторов, расположенных через каждые 200 метров, ослепляя гитлеровцев. Видеть это – было невероятно, ощущения фантастические!

На подступах к Берлину ожесточённое сопротивление немцы оказывали на Зееловских высотах. Нам было поручено доставить в разведотдел штаба армии с переднего края у Зееловских высот пленного немецкого полковника. При выполнении этого задания был ранен командир нашего взвода. Его отправили в госпиталь, а пленного полковника мы доставили в штаб армии. Мне запомнился разговор с этим полковником по пути следования. Он сказал:

– Германии через две недели капут!

– Почему, − спросили его.

– До Берлина будете наступать неделю, да битва за Берлин – тоже неделю, так что – Гитлер капут!

Через несколько дней мы навестили в госпитале нашего раненого командира взвода, состояние его было удовлетворительным. Но каким же было моё удивление и радость, когда я встретил в госпитале бывшего партизана моего отряда Владимира Завина. Он был ранен при штурме Зееловских высот, его полк не мог продвинуться вперёд, так как мешал сильный пулемётный огонь немецкого дзота. Владимир как командир отделении вместе с пулемётчиком сумели доползти до дзота, забросали амбразуру гранатами, чем дали возможности полку продвинуться вперёд. Владимир был ранен, он и пулемётчик были представлены к званию Героя Советского Союза, но звание дали только пулемётчику, а Владимир Завин получил орден Ленина. Видимо, присвоению звания Героя помешал знаменитый пятый пункт его анкеты!

(Владимир – это брат Исаака, которого мой отец встретил в поезде при краткосрочном отпуске с фронта).

30 апреля 1945 года в 21 час 50 минут над Рейхстагом было водружено Красное знамя Победы, но война продолжалась весь день 30 апреля и 1 мая. Ожидалось, что 2 мая Берлинский гарнизон капитулирует. Отдельные группы фашистов продолжали сопротивление до утра 2 мая. Берлин капитулировал 2 мая в 3 часа дня. В эти исторические минуты наша разведрота находилась в самом центре города, в полуразрушенном здании на углу улиц Форсштрассе и Вильгельмштрассе, где совсем недавно располагалась Имперская канцелярия. Нам было поручено захватить немецкие архивы и документы.

Большинство документов немцы успели вывезти или уничтожить. И только на четвёртом этаже в этом здании были обнаружены уцелевшие шкафы с делами и картотеками. За обнаружение этих архивов всем бойцам нашей разведроты была объявлена благодарность.

Что представлял собой Берлин 2 мая, в этот великий день нашей Победы? В Берлине моросил дождь, мелкий, холодный, было пасмурно. Лишь под вечер небо очистилось от туч, сквозь дым проглянуло солнце. В городе воцарилась тишина, кое-где нарушаемая автоматными очередями. В центре города полыхали пожары, пахло гарью, чёрный дым стелился над руинами.

Могу сказать, что я счастлив, ведь судьба подарила мне возможность пройти путь от гетто до Берлина, до логова озверевших нелюдей. Я горжусь тем, что расстояние до Берлина я прошёл вместе с боевыми товарищами в рядах партизанского отряда и в рядах Красной Армии. Иногда я задумываюсь: будет ли счастлив человек, если вся его жизнь будет лёгкой, беззаботной, если он не испытает тяжёлых утрат близких, трагедий, таких ужасных потрясений, как эта война с фашистами. Уместно вспомнить слова русского писателя Достоевского: «чтобы человек был счастлив, надо чтобы в его жизни было столько счастья, сколько и несчастий».

Думаю, что в конце войны у меня несчастий было больше, но жизнь продолжается, судьба ещё подарит мне счастливую жизнь.

Глава 17

Война закончилась. Мы находимся в пригородном районе Берлина – Бабельсберг. Городок мало пострадал по сравнению с другим пригородным районом берлина Потсдамом. Бабельберг похож на курортный городок, дома невысокие − двухэтажные и одноэтажные. Как нам сказали, здесь жили руководители фашистской Германии. Нам было понятно, что мы здесь не задержимся, наш путь лежит дальше от Берлина – на западную часть Германии.

В соответствии с решением Крымской (Ялтинской) конференции территория Германии (Берлин в том числе) была разделена на зоны оккупации, и войска Советского Союза, Америки, Англии и Франции должны расположиться в этих зонах. Зона большого Берлина отводилась для войск Америки, Англии и Франции. В ходе военных действий Советские войска достигли своей зоны, кроме большого района Тюрингии, занятой американскими войсками.

Наступил июнь 1945 года, союзные войска горят желанием ввести свои части в зоны оккупации Большого Берлина, но не спешат вывести свои войска из Тюрингии. Им было чётко заявлено, что если они не уйдут из Тюрингии, то в Берлин они не войдут. Во второй половине июня месяца американцы и англичане отвели свои войска из Тюрингии, после чего наши воинские части, и мы в том числе, перебазировались на юго-запад Германии, в Тюрингию, и остановились в самой западной части Тюрингии, в городе Мюльхаузен, в военном городке.

Началась обычная воинская служба: строевая подготовка, учебные стрельбы из всех видов оружия, политзанятия для повышения политического уровня.

Что представляла собой земля Тюрингия, где мы находились? Вся территория 16200 кв. километров, с запада на восток протяжённость земли составляет 192км., с севера на юг – 195км. Население 2,5 миллиона человек. Город Мюльхаузен, где мы остановились, небольшой, население – 30 тыс. человек.

Тюрингия находится в самом центре Германии. Дорога длиной 300 км. связывает восемь самых значительных городов Тюрингии. Самые крупные: Эрфурт, Веймар, Йена, Эйзенах, Гера, Зуль, Гота. Запомнился город Веймар на реке Ильм. В этом городке с романтическими переулками жили Шиллер и Гёте. На историческом кладбище в Веймаре они погребены в одном захоронении. Тюрингия ещё запомнилась тем, что там любят жареные сосиски с ломтями картофеля, луковый пирог, колбасы, традиционного гуся, знаменитое тёмное пиво и ликёр из душистых трав.

В начале сентября 45 года вновь передислокация из Тюрингии, оставили город Мюльхаузен и прибыли на новое место в город Магдебург на севере Тюрингии. Магдебург расположен на реке Эльбе, население 350 тыс. жителей. Одна четвёртая часть города полностью разрушена. Сильнее Магдебурга от массированных бомбардировок союзников пострадал только Дрезден. Магдебург был занят одновременно войсками США и СССР, но впоследствии был оставлен американцами.

В конце октября 45 г. ночью наша рота по тревоге была поднята, и в полном боевом снаряжении получила приказ оцепить военный городок нашего расположения по всему периметру городка. Никто не знал, в чём дело. На территории городка стояли автомобили, по их эмблемам было видно, что это транспорт сапёрных частей. С рассветом автомашины вместе с их персоналом выехали, и оцепление было снято. Потом по большому секреты мы узнали, что на территории нашего военного городка был ранее закопан Гитлер, в эту ночь его труп выкопали и перевезли в другое место.

Все мы считали, что нашу роту должны расформировать, так как в военное время мы располагались рядом с разведотделом армии, а сейчас в воинской части вдали от разведотдела. Мы наблюдали, что офицерскому составу воинской части предоставляется отпуск для поездки в родные места. Я обратился к моему командиру отделения, к старшему сержанту Владимиру Попкову с предложением обратиться к нашему начальству по вопросу о предоставлении нам отпуска, так как он и я являемся участниками войны с 1941 года. На другой день после его обращения нам сообщили, что отпуск нам предоставлен на 20 дней с 13 ноября 1945 года. Мы подготовились, купили сувениры на те средства, которыми располагали, продукты питания, какую-то гражданскую одежду,  получили отпускные документы, попрощались с личным составом роты и отправились в путь. Из Магдебурга до Берлина мы доехали поездом, оказались на Силезском вокзале. На привокзальной площади многолюдная суета. Много военных всех рангов.

Для поездки в Советский Союз необходимо получить в комендатуре вокзала посадочный талон на поезд Берлин-Москва до Минска. И каково же было наше разочарование, когда узнали, что в комендатуру нам лучше не обращаться, так как талоны на посадку в поезд дают только тем, у кого отпускные документы выписаны до 10 ноября, а наши документы от 13 ноября. Как нам сказали, с 13 ноября будут новые удостоверения. Это вообще логично, так как у рядового, сержантского и старшинского состава удостоверения личности, красноармейские книжки без фотографий. А ими может воспользоваться любой человек, нарушитель границы, диверсант и т.д.

Что нам оставалось делать? Первое – отметить в комендатуре документы и возвращаться обратно в свою часть. Второе – попытаться продолжать путь дальше и самостоятельно перебраться через границу. Но этот второй путь – настоящая авантюра, в случае неудачи – прощай предыдущая служба, прощай боевые товарищи, их больше не увидишь. Это нам было известно раньше. Недалеко от города Бреста в городке Картуз-Берёза есть штрафная воинская часть, куда направляют всех нарушителей. И мой командир отделения Владимир Попков, отчаянный парень, обращаясь ко мне, говорит: «Сержант Женя Кнель, слушай мою команду! Мы должны проверить, как после войны охраняется граница Союза Советских Социалистических Республик». Мой ответ был положительным.

С этого момента нами распоряжалась наша судьба. От Силезского вокзала мы переехали на другой Берлинский вокзал, там без препятствий сели на поезд Берлин-Познань-Варшава, прибыли на Варшавский вокзал, который находится на западном берегу Вислы. Мы знали, что поезд Берлин-Москва прибывает на вокзал на восточном берегу Вислы, куда мы и перебрались. Это была ночь, 23 часа. На вокзале уже стоял прибывший поезд Берлин-Москва. Мы могли сесть в любой вагон этого поезда, проводницы не возражали, но предупредили нас, что в Бресте из вагонов никого не выпускают, пока пограничники не проверят у всех документы.

Это нас не устраивало, в вагон мы не сели. Но на самом последнем вагоне, впереди вагона была так называемая тормозная будка, вполне просторная, с двумя дверцами с обеих сторон вагона. Туда в эту будку мы и залезли, там можно было свободно стоять и сидеть. В полночь поезд тронулся, с рассветом проехали по мосту через Западный Буг, поезд прибыл к вокзалу станции Брест. Мы видели, что к каждому вагону подошли по два пограничника, один входил в вагон, а второй оставался у входа. Мы не стали ждать, спустились из нашей будки, нас никто не остановил, мы не спеша направились от вагонов к вокзалу. В помещение вокзала мы не вошли, а подошли к пассажирскому составу, на вагонах значилось «Брест-Москва, у каждого вагона стояло по пограничнику. Что нам было делать, границу мы перешли незаконно, а это уголовное преступление. Но мы же патриоты своей страны, а вместо нас таким же образом могли перебраться через границу шпионы и диверсанты. Значит, граница нашей страны, нашей Родины плохо охраняется, о чём нужно доложить, куда следует. Спросил я своего напарника, моего командира В.Попкова, что он об этом думает. Он ответил, что с одной стороны я прав, но если доложить всё военной комендатуре вокзала, то благодарность мы получим, но заодно мы продолжим свой законный отпуск в штрафной части на большой срок в Картуз-Берёзе.

И мы решились пойти на авантюрный шаг, не предполагая, чем он закончится. Мы подошли к паровозу, подозвали машиниста, объяснили ему, что мы не успели получить посадочный талон, а поезд вот-вот тронется, а нам отпуск дали на считанные дни, мы просим его выручить нас, взять к себе в паровоз, в обиде не останется. Машинист огляделся вокруг и говорит нам: «давайте ваши вещи, И когда поезд тронется, вскочите в паровоз». Но мы сказали, что если он согласен нас взять, то вместе с вещами. Он ещё раз огляделся вокруг и говорит: «залезайте!» Мы быстро поднялись в паровоз, машинист положил нас на полку между паровозом и тендером, где находится уголь, накрыл брезентом. Мы слышали, как в паровоз поднялись пограничники, спросили, нет ли посторонних, и ушли. Минут через десять мы услышали стук паровозных колёс. При-мерно через полчаса машинист выпустил нас из укрытия, и мы вместе с ним и его помощником доехали до железнодорожной станции Барановичи, поблагодарили и попрощались с ними, сошли на перрон и свободно, с согласия проводницы, вошли в вагон. Было раннее утро, когда поезд прибыл в Минск, где мы должны были сойти, что мы и сделали. В Минске жила мамина сестра с мужем и дочерью, которые возвратились из эвакуации.

Они не знали о нашем приезде, мы решили очень рано к ним не являться. На вокзале мы пробыли до 10 часов утра, затем поймали попутную машину, которая и довезла нас до дома, где жила моя тётя. Они занимали одну комнату в коммунальной квартире, не более 20 м., куда мы с напарником неожиданно явились. Радости было много, мы немного отдохнули, и все вместе поехали на вокзал, провожать Владимира на его родину, в город Хойники Гомельской области.

У меня и в мыслях не было, что я вижу своего боевого товарища в последний раз, что наши пути разойдутся, только судьбе нашей было известно, что нас ожидает. Наш отпуск заканчивался 17 декабря 1945 года, в этот день мы должны уже прибыть в свою воинскую часть. С Володей я договорился, что он приедет ко мне в Минск 15 декабря, и мы вместе отбудем в Германию. И мы попрощались с уверенностью, что встретимся пятнадцатого декабря.

На следующий день впервые я облачился в гражданский костюм и вышел погулять в город. Походил по улицам и убедился в том, что жизнь продолжается в развалинах города. Во многих полуразрушенных домах окна были наполовину заложены кирпичом, там жили люди. Глядя на всё это, понимаешь, что война потихоньку отходит на задний план, наступил мир с надеждой, что такого лихолетья, как эта война больше не будет… На 3-й день отпуска я поехал поездом из Минска для встречи с отцом, которого я не видел с начала войны. После демобилизации у него появилась новая семья, его жена работала агрономом в колхо-зе в Сморгоньском районе, Молодечненской обл. в Бело-руссии. Колхоз находился в 12 к/м от Сморгони, добрался я туда в 10 часов вечера, радость была огромная, но папа и его жена не на шутку переживали, что я сумел добраться благополучно, так как на дорогах бесчинствовали бандиты, которые скрывались в лесах.

Дни отпуска пролетели быстро, наступило 15 декабря, а мой командир, старший сержант Володя Попков ко мне в Минск не приехал. И 17 декабря, когда отпуск наш закончился, его не было. Что же случилось с тобой, Володя? Ты же всегда находил выходы из самых опасных ситуаций. Ты не растерялся в декабре 45 г. на Сандомирском плацдарме за Вислой, когда, сам раненый, вытаскивал меня из развалин разрушенного блиндажа, куда попал снаряд во время обстрела. Что мне было делать. Уже просрочил я два дня, опоздание после отпуска считается дезертирством. Я решил, что наказания мне не миновать, что два дня опоздания или семь дней – одно и то же. И если 25 числа Володя не появится, то отбываю один. Дождливым утром 26 декабря встретил меня Брестский железнодорожный вокзал. Предъявил свою красноармейскую книжку и отпускное удостоверение, просроченное на семь дней. пограничнику в окошко военной комендатуры для получения отметки «Выезд из СССР» и получения посадочного талона на поезд «Брест-Берлин», но получил ответ: «подойдёте через 3 часа». Ну, думаю, всё попался я, ни в какой Берлин мне уже не ехать, а прямая дорога в штрафную воинскую часть, в Картуз-Берёзе. Прошло три часа, подхожу к окошку комендатуры, мне вручают оформленные мои документы с посадочным талоном на поезд, который должен ехать через два часа. Никак я не ожидал такого исхода, даже растерялся, но успел сказать спасибо.

Поезд уже стоял на путях, подошёл к указанному в посадочном талоне номеру плацкартного вагона, поднялся в вагон, занял своё место. Вскоре в вагон поднялись два пограничника для проверки документов. Подошли ко мне, смотрят в документы, потом на меня, сказали, чтобы не выходил из вагона, забрали документы и ушли. Мне было понятно, что их насторожило: штампа «Въезд в СССР» не было, просроченный отпуск на 7 дней – на это любой проверяющий мог обратить внимание. Через час возвратился пограничник, вручил мне мои документы и пожелал счастливого пути.

Через двое суток я прибыл в город Магдебург, откуда я уезжал в отпуск, и где находилась моя воинская часть. Подхожу к военному городку и не узнаю его: всё новое, на территорию городка меня не пропускают, вызвали начальника караула и сказали мне, что моей воинской части здесь больше нет, а здесь расположен штаб 3−й Ударной Армии, той самой Армии, воинская часть которой водрузила Знамя Победы над Рейхстагом. Начальник караула также сказал, что они получили приказ принимать всех возвращающихся в свою бывшую воинскую часть 61 Армии и комплектовать команду для отправки в другую воинскую часть, а куда, они пока не знают. После этого начальник караула прошёл со мной на территорию городка и привёл в казарму, где некоторое время я буду находиться. Там уже было человек, таких, как я, по разным причинам, оказавшихся в отрыве от своей части.

На следующий день нас принял Начальник Отдела Кадров 3-й Ударной Армии полковник Корниленко, он вручил всем нам медали «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина» и «За победу над Германией». Затем полковник Корниленко сказал нам, что получен Приказ, направить нас для дальнейшей службы в 1-ю танковую Армию, в Энскую танковую дивизию, в 12 танковый полк, куда мы и прибыли через два дня.

Танковый полк располагался в военном городке на Восточной окраине города Дрездена. Нас разместили по казармам, распределили по батальонам и ротам. Меня расспросили подробно о прежней службе, о моём партизанском пути. Потом вызвал Начальник штаба полка и говорит: «младший сержант Кнель, вам присваивается звание «Сержант», вы назначаетесь командиром зенитного расчёта четырёхствольного пулемёта.

Что такое 4-х ствольный пулемёт я знал, так что моим назначением я остался доволен. Пулемёт этот американский, установлен на постоянной основе на американской машине «Додж», экипаж – всего 3 человека: командир расчёта, наводчик и водитель.

На следующий день всех новичков собрал заместитель командира полка по политчасти, чтобы сообщить нам о том, где мы находимся, и что нам следует знать и помнить. А нам надо знать и помнить, что мы находимся в побеждённой Германии, что будем находиться здесь не месяц, не год и не два, и что мы должны обращаться с населением не как с врагами, а как с мирным населением, которое будет строить демократическое государство.

Наш военный городок находится в пределах города Дрезден и поэтому не будет лишним всем знать краткие сведения о Дрездене. Этот город – административный центр земли Саксония, находится на реке Эльба, которая берёт начало в Чехии под названием Лабе, от Дрездена до границы с Чехией 20 километров. В результате англо-американских бомбардировок в ночь с 13 на 14 февраля 1945 года старый город Дрезден на левой стороне Эльбы был полностью уничтожен, не осталось ни одного целого дома, 35 тысяч погибших местных жителей + десятки тысяч людей, искавших здесь убежище. Дрезден не имел никакого стратегического значения, судьба нацистской Германии уже была решена. Дрезден являлся и после восстановления будет являться одним из крупнейших центров промышленности, транспорта и культуры Германии. Население города 510 тысяч человек, занимает площадь 328 кв.километров.

Заместитель командира полка по политчасти напомнил нам, что мы должны соблюдать честь и высокие боевые заслуги нашей прославленной Гвардейской 1-й танковой Армии, куда относится и наш 12-й танковый полк, не забывать, что нашу 1-ю танковую Армию возглавляет выдающийся полководец Генерал-полковник Катуков Михаил Ефремович.

 

Встретили новый 1946 год в торжественной обстановке, в большом зале клуба полка. Командир полка пожелал всем успехов в службе и благополучия в дальнейшей мирной жизни.

Воинская жизнь в полку продолжалась по обычному военному распорядку: дежурство в роте, часовые на постах, наряды на кухне, строевая подготовка, политучёба, изучение материальной части оружия, выезды на полигон на стрельбище и много других дел по надобности. День от подъёма до отбоя был загружен полностью. Мой четырёхствольный пулемёт я освоил настолько, что мог с закрытыми глазами разобрать и собрать его. Но нам сказали, что от американского оружия мы вскоре откажемся, получим новое советское вооружение.

Осенью 1946 года на стрельбище мы осваивали полученные новые ручные пулемёты Дегтярёва. Я лежал за пу-лемётом, приготовился стрелять по мишени, увидел начальника штаба полка, который обходил наш ряд, остановился он около меня, я дал короткую очередь по мишени, подполковник в бинокль посмотрел на мою мишень и сказал вслух: «Очень хорошо!» Тогда я не придал этому эпизоду никакого значения, но через некоторое время я о нём вспомнил.

В декабре месяце этого же года командир моей роты вызвал к себе, сказал, что меня срочно вызывают в штаб полка, но он не знает по какому вопросу. Отвечаю: слушаюсь! Явился в штаб полка, сказали зайти к Начальнику штаба. Постучал в дверь, доложил, что сержант Кнель по распоряжению командира роты прибыл в штаб полка.

Подполковник внимательно посмотрел на меня, я стою спокойно, так как знаю, что никаких нарушений воинской службы за мной не числится. Начальник штаба говорит: «Сержант, вы откомандированы для прохождения дальнейшей службы в расположение штаба дивизии». Отвечаю: «Слушаюсь!» Дальше подполковник сказал, что меня сопроводит в штаб дивизии капитан Ефремов, сказал, чтобы сейчас я возвращался в роту, доложил командиру роты

В распоряжении, попрощался с товарищами и с вещами быть у проходной, где меня будет ждать капитан Ефремов.

Возвращаюсь я в роту, по пути раздумываю, что за чудеса, кому я нужен в штабе дивизии, я – самый малюсенький винтик в нашей армии, образование считается 9 классов, я прибавил себе к возрасту 2 года, потому и образование увеличил на 2 класса. Тут я вспомнил тот эпизод на стрельбище за ручным пулемётом. Не просто так тогда начальник штаба остановился возле меня! Он, видимо, уже тогда знал, что меня вызывают в штаб дивизии и захотел узнать, что же я за фрукт такой, что мной заинтересовался штаб дивизии. Дойдя до роты, я вдруг подумал, что не будь я в прошлой партизанской жизни «Дубосеком», то меня ни в какой штаб дивизии не вызывали бы.

Приехали в штаб дивизии, который находился в одном из районов Дрездена – Клотше. Нам сказали зайти в кабинет Начальника штаба дивизии. В кабинете уже находились полковник, он же начальник штаба, один капитан и один старший лейтенант. Капитан Ефремов доложил, что мы прибыли, и полковник обращается ко мне: «Сержант, вам присваивается звание «Старший сержант», вы будете служить и работать младшим приёмщиком военно-почтовой станции дивизии. Капитан Быстряков, который перед вами – ваш начальник военно-почтовой станции, старший лейтенант Мойсеев, который тоже перед вами – старший приёмщик военно-почтовой станции. Я стоя обращаюсь к начальнику штаба: «Слушаюсь, тов. полковник. Но я должен сказать, что я незнаком с этой работой». На что получил ответ: «Вас это не должно беспокоить, вас научат».

 

Так внезапно в одно мгновение круто изменилась моя воинская служба. Освоил быстро свои обязанности, по-могли мне в этом капитан Быстряков и старший лейтенант Мойсеев. В мои обязанности входило: один день работать на месте, обрабатывать почту, принимать и оформлять по-сылки от офицеров и солдат для отправки на родину. На второй день отправляться с почтой, с газетами и журнала-ми по полкам дивизии в радиусе сто километров от Дрез-дена. Наш штат военно-почтовой станции состоял из пяти человек: начальник станции – капитан (старший приёмщик – старший лейтенант), два младших приёмщика (старшие сержанты) и шофёр автомашины Студебеккер.

Летом 1948 года на военно-почтовую станцию приехали два офицера из отдела СМЕРШ 1-й танковой армии. Зашли к начальнику станции Быстрякову и вскоре туда же вызвали и меня. Капитан Быстряков говорит мне, что я должен поехать с офицерами в штаб армии. Отвечаю: «Слушаюсь!» В штаб армии, так в штаб армии, но я знаю, что эти офицеры не просто из штаба армии, а из СМЕРШа, а оттуда не возвращаются. Спрашиваю капитана Быстрякова: «а свои вещи с собой взять?» Но он ответил, что надеется, что я вернусь. Значит, и капитан не знает, зачем меня забирает СМЕРШ. И я тоже не знал, что же я такого совершил, что за мной приехал СМЕРШ. Думай быстрее, старший сержант! По пути в машине стал быстро соображать, просто так за мной не приехали бы… СМЕРШ – это отдел контрразведки, который занимается шпионами, диверсантами, бандитами. К последним двум я точно не отношусь, меня могут подозревать только в шпионаже. А почему бы нет, думаю я, для шпиона я вполне подхожу, моя нынешняя службы – находка для шпиона. У меня свободное передвижение по городу, можно назначить любую встречу в любом месте, я знаю расположение всех полков и воинских частей дивизии. Для шпиона я вполне подходящая кандидатура. Но какие есть основания, чтобы подозревать меня в шпионаже? Только «связь с заграницей», к этому обвинению я быстро подготовился. Ничего не врать и не утаивать, иначе вместо возвращения в свою военно-почтовую станцию окажусь в Магадане. На этом я остановился в своих мыслях и был готов к любым вопросам.

Приехали в отдел СМЕРШа, заходим в кабинет, за столом – подполковник, капитан и старший лейтенант. Поприветствовали, приглашают присесть за стол, стоящий перпендикулярно к их столу. Они внимательно смотрят на меня, по внешнему виду мне они показались не злыми людьми. Но для них, если есть человек – значит шпион, нет человека – нет шпиона. Проще избавиться от человека, сослать его в Магадан или на Колыму, вот и нет больше шпиона, а будет выполнение задания и прибавление звёздочек на погоны. Я понял, что от этих троих зависит сейчас вся моя дальнейшая жизнь и судьба, на каждый вопрос должен отвечать правдиво, не выкручиваться. (привожу диалог).

И вот первый вопрос:

− Старший сержант, когда вы установили связь с заграницей?

– Моя связь с заграницей заключается в том, что примерно в начале 1946 года я написал и вместе с фотокарточкой отправил в городской посёлок Любань, Минской об-ласти моей тёте Алте Голод, сестре моей матери письмо. Письмо должно было быть переслано ею в Палестину, моему дяде, брату мамы Давиду Каценельсону. Моя мама убита фашистами, Алте Голод – её сестра.

– Где в Палестине и с какого времени находится ваш дядя Давид Каценельсон? С кем он живёт?

– Давид Каценельсон до сентября 1939 года жил в городе Барановичи, тогда это была Польша, он работал учителем. За две недели до нападения Германии на Польшу он с женой поехал в гости к своему сыну в Тель-Авив. В Тель-Авиве у него было два сына. Один погиб в 1937 году, в Испании, куда поехал добровольцем-интернационалистом. С какого времени живёт его второй сын в Тель-Авиве я не знаю, связи и ним у меня не было и нет. Так как война застала моего дядю в Тель-Авиве, то возвратиться в Барановичи он уже не имел возможности.

– Почему вы решили написать письмо вашему дяде в Палестину и послать ему вместе с фотокарточкой в военной форме?

– Меня попросила об этом тётя Алте Голод из Любани.

– Что вы писали в этом письме?

– Я написал, что служу в Красной Армии, нахожусь в Германии, что отомстил этим проклятым извергам за маму и четырёх моих сестёр, что я, уходя из гетто, где были убиты фашистами все евреи Любани, дал клятву, что отомщу фашистам.

– Какую клятву вы дали себе и как отомстили?

– Клятву я дал себе такую – что за маму и четырёх моих сестёр я лично должен уничтожить не менее 20 фашистов. Клятву эту я выполнил, как в партизанском отряде, так и в действующей армии.

– Поясните, как вы уничтожили не менее 20 фашистов.

– В партизанском отряде много раз принимал участие в засадах, в разгроме гарнизона, где фашисты несли большие потери. Только в последней операции, когда в июне 1944 года мы прочёсывали леса, где скрывались фашисты, одна моя рота из 40 человек, в том числе и я, уничтожили более 200 фашистов. А в действующей армии, в части, где я служил, мною уничтожено фашистов не меньше, чем в партизанском отряде. А в какой части я служил, вам известно.

– Фамилии ваших командиров в партизанском отряде вы можете перечислить?

– В партизанский отряд я поступил 11 декабря 1941 года (в удостоверении партизана указали, что 25 декабря – 2 недели сочли испытательным сроком). Тогда командиром отряды был Комаров (Корж Василий Захарович). В сентябре 1942 года отряд Комарова разделили на три отряда, которые влились в бригаду им. Будённого Я оказался в отряде им. Котовского. Командиром отряда стал Баранов, начальником штаба – Воронов, а Комаров (Корж В.З.) стал командующим Пинским партизанским соединением.

– Фамилии партизан вы помните?

– Некоторые помню, но они могут быть не точными, так как вступившие в отряд в 41 году и в первой половине 1942 года должны были поменять свои фамилии. Так, моя фамилия и имя до 14 июля 1944 года была Григорьев Женя.

– Партизана по фамилии Дубосек вы знали в отряде им. Котовского?

(Прежде, чем ответить на этот вопрос, я глубоко вздохнул, мне стало ясно, что они проверяют, кто я на самом деле – бывший партизан или кто-то другой). Отвечаю:

– Партизана по фамилии Дубосек в отряде не было. А «Дубосек» − это мой личный псевдоним, мне его дал особый отдел.

−Когда и почему вам дали этот псевдоним?

– Летом 1943 года мне стало известно, что в отряде появился бывший полицейский из Могилёвской области. Я доложил об этом командиру отделения, после этого меня вызвал начальник особого отдела отряда, вот тогда я и получил псевдоним «Дубосек».

−Вам приходилось воспользоваться этим псевдонимом в отряде?

– Два раза. Один раз я получил задание, жить две недели в одной землянке с двумя новенькими, которые оказались диверсантами, во второй раз я жил с одним таким диверсантом.

Вопросов мне больше не задавали, но сказали, чтобы я отправился в другую комнату с фотоальбомом, я должен буду сказать, есть ли знакомые мне лица среди сфотографированных. С альбомом я вошёл в другую комнату, там находился один офицер – лейтенант, он указал, где мне сесть. Я начал смотреть альбом. Первая страница – все незнакомые.

Вторая страница – то же самое. Третья страница – внимательно смотрю – да это же начальник полиции местечка Старобин – Логвинов. В марте 1942 года наш отряд Комарова разгромил гарнизон гитлеровцев и полицаев Старобина, а этого начальника полиции за его зверства повесили.

Четвёртая страница− знакомых нет. Пятая страница альбома – узнал сразу же – это вся полиция и управа местечка Любань. Всех не знаю, но многих узнал. Перечисляю всех, кого узнал:

– Сержанин – бургомистр

– Герданович – начальник полиции до сентября 1941 года

– Березовский – начальник полиции с сентября 1941года

– Ременчик, он же – Трусик – полицай

– Мордвилко – полицай

– Романчук – старший следователь полиции

– Тажуны (два брата) – полицаи

– Садовский – следователь полиции

– Макейка – полицай

– Марейчик – полицай

– Хижняк – полицай.

Я всё записал, попросил старшего лейтенанта доложить, что я закончил работу с альбомом. Вскоре я возвратился в комнату, где заседали.

Подполковник посмотрел мои записи по альбому, затем передал их капитану и старшему лейтенанту. По выражению их лиц я определил, что они остались довольны.

После этого подполковник говорит мне: «старший сержант, слушайте внимательно и запомните, никогда больше не посылайте письма и свои фотографии за границу кому бы то ни было, даже ближайшим родственникам. Надеюсь, вы поняли, чем для вас могла кончиться эта переписка. О том, о чём мы с вами здесь говорили, на своей службе не распространяйтесь. Сейчас вас отвезут в часть на место службы. Я воспринял всё сказанное с облегчением, сказал: «Слушаюсь!» и вышел из помещения, где меня ожидала автомашина, которая и доставила меня обратно к месту службы.

Все последующие дни проходили в обычной повседневной работе, никто не интересовался моим вызовом в СМЕРШ, но я чувствовал настороженность в разговорах с сослуживцами, боялся сказать что-либо лишнее. Как мне хотелось сказать всем: «не опасайтесь меня, я не стукач, я для вас не опасен!» Но я не мог этого сделать, так как не сомневался в том, что за мной установлено тайное наблюдение.

Служба продолжалась и протекала быстро, работа на военно-почтовой станции была интересной, был знаком со многими офицерами штаба дивизии, и они были рады знакомству со мной. Дело в том, что каждый офицер имел право отправлять только одну посылку в месяц домой на родину. С моей стороны было нарушением принимать от офицеров более одной посылки в месяц. Но я шёл на это, не считая это уголовным преступлением. За всё время работы на ВПС за это нарушение никто не был наказан.

Заканчивался 1949 год, уже шли разговоры о том, что в 1950 году будет демобилизация служащих моего 1925 года, по которому исчисляется моя служба в Армии. Мой начальник ВПС капитан Быстряков, милейший человек, он относился ко мне как к сыну, завёл со мной разговор о том, что мне не надо демобилизоваться, а остаться на сверхсрочную службу. Тогда мне будет присвоено звание «старшина», а через два года присвоят офицерское звание. Нет слов, предложение было заманчивым. Служить в Советской Армии в группе оккупационный войск в Германии, об этом мечтает каждый солдат. Жизнь здесь намного лучше, чем в послевоенные годы на родине. Но мне 23 года, остаться на сверхсрочную службу – это примерно ещё 7 лет хорошей, благополучной жизни. И тогда мне будет 30 лет, я возвращусь на родину, и что меня ждёт? Образование – 7 классов, специальности нет, угла для жилья нет. Так не лучше ли начинать жизнь сначала, когда тебе 23 года, а не 30 лет! Всё это я изложил начальнику ВПС Быстрякову, он со мной согласился.

В июне 1950 года я демобилизовался и приехал в Минск. В этот день 21 июня 1951 года я снял военную форму и стал гражданином города Минск, Белорусской ССР. Ровно через 10 лет после начала войны. Воинской службе вместе с партизанскими годами я отдал 9 лет и 7 месяцев. Уходил на войну мальчишкой неполных 15лет, возвратился в мирную гражданскую жизнь мужчиной в 23 года. Образование – те же 7 классов, что и в 15 лет, специальности нет, жилья нет.

Значит, я вступаю во взрослую жизнь с нуля, как мальчишка, поступающий в первый класс. Разница только в том, что я должен поступить в восьмой класс. И тут я вспомнил свою заповедь, когда в партизанском отряде мы попадали в засады:

«В минуты наибольшей опасности каждый заботится о себе, берёт судьбу в свои собственные руки»

То же самое надо применить и в гражданской жизни, брать судьбу в свои руки, позаботиться о себе самому. Никто за меня заботиться обо мне не будет, мне самому нужно всё предусмотреть. И в первую очередь – решить вопрос с жильём. У тёти, маминой сестры, смогу пожить не больше месяца. Чтобы быть в хороших отношениях с родственниками, нужно не жить с ними вместе, а приходить в гости. Второй вопрос, который мне нужно решить, это финансовый. Нужны средства для жизни. Денег, полученных при демобилизации, хватит примерно на два-три месяца.

Так что, старший сержант в запасе – действуй! Угол нашёлся, платить надо 100 рублей в месяц. В начале августа 1950 года читаю объявление в газете «Вечерний Минск»:

«Белорусский республиканский учебный комбинат объявляет набор на курсы нормировщиков для работы в системе УИТЛК МВД БССР».

Что за специальность «нормировщик» мне добрые люди разъяснили. А что такое УИТЛК – тоже понятно. Управление исправительных трудовых лагерных колоний – это значит, что работать надо будет в лагерях заключённых. Прихожу в здание, где находится приёмная комиссия на эти курсы. Там сказали, что на эти курсы нужно набрать только 35 человек, а заявлений уже поступило больше ста, так что гарантировать поступление они не могут. Каждое заявление будет рассматривать мандатная комиссия. Кто будет принят, должен будет написать обязательство, что по окончанию курсов он должен поехать на работу в любую точку СССР, будь то Магадан или Колыма, Дальний север или Дальний восток.

Учёба рассчитана на 6 месяцев, стипендия 400 рублей в месяц. Раздумываю – из 400 рублей 100 рублей уйдёт за угол в квартире, остаются 300 рублей. За два месяца этого 1950 года я уже определил, что на 300 рублей в месяц можно прожить. Прихожу на мандатную комиссию, людей для поступления на курсы много, евреев среди них не видно, значит, только я с этим пунктом в анкете подал заявление для работы в системе МВД. Образование должно быть не менее 9 классов средней школы. Согласно году рождения, написанного в моих документах, там и образование проставлено – 9 классов, которых на самом деле я не заканчивал.

Меня выручили мои анкетные данные – партизанский отряд и действующая армия, придраться было не к чему, так я был принят на эти курсы. Первого сентября идут в 1 класс, а я пошёл на курсы, занятия тоже начались 1 сентября. Одновременно я подал заявление в вечернюю школу, в 9 класс, решил, что материал за 8 класс я освою, догоню в девятом. День был занят с утра до позднего вечера. Утром – курсы, вечером – школа. Курсы продолжались 7 месяцев вместо шести. При распределении на работу спросили, куда я желаю поехать. Ответил, что поеду туда, куда пошлют.

Видимо, не все выпускники курсов отвечали так, как я. Многие получили направление далеко на Дальний восток, на Север. Мне предложили должность старшего нормировщика в лагерь заключённых, расположенный на территории Минского тракторного завода. И 29 марта 1951 года я переступил проходную лагеря заключённых. Ознакомился со своими обязанностями, которые заключались в следующем: заключённые работали на строительных объектах Минска, за выполненные ими работы по нарядам начисляли зарплату, которая поступала на счёт лагерного отделения, заключённым лагерь выплачивал их часть. Следовательно, все строительные управления стремились платить заключённым как можно меньше за выполненные ими работы. В мои обязанности старшего нормировщика (а я был один в лагере на этой должности) входила проверка правильности начисления зарплаты.

Строительных объектов, где работали заключённые, было много. Утром я приходил в лагерь, возвращался к концу дня, а по окончанию месяца приходилось допоздна задерживаться, нужно было проверять все наряды, полученные от строительных управлений, затем визировать эти наряды. Кем же были заключённые в лагере? Я убедился в том, что бандитов и убийц там не было. Люди сидели за незначительные экономические преступления, среди них были люди, занимавшие ранее высокие должности, главные инженеры, начальники производства и цехов.

Общаясь с ними, я накапливал опыт в своей работе, детально осваивал строительную технологию. Запомнился мне один бывший главный инженер строительной организации. Как заключённый он работал простым рабочим на объекте по строительству Минского мукомольного комбината. Там тогда возводили бетонные блоки с помощью подвижной опалубки. Работы было много, а платили мало, притом, отдельно за выполнение каждого элемента работы.

И вот этот бывший главный инженер посоветовал мне пойти в центральную библиотеку Минска. Он помнит, что когда-то он видел там расценки за готовый блок при работе с этой подвижной опалубкой. Эти расценки я нашёл, должен признаться, что книжку с этими расценками я тайно вынес из библиотеки, снял копию, затем возвратил книжку в библиотеку. Когда пересчитали работу за месяц в целом за блок по этим расценкам, то сумма зарплаты увеличилась в три раза. Спасибо бывшему главному инженеру за его совет.

Знание расценок и суммы оплаты за выполненные работы по конечной продукции оказало мне огромную помощь в дальнейшей работе.

Чем ещё мне запомнилась работа в лагере заключённых: два раза в месяц надо было целые сутки дежурить на пищеблоке, т.е. на кухне, следить за соблюдением норм закладки продуктов в котлы, за соблюдением санитарных норм – чистоту и порядок в пищеблоке. Но всему приходит конец. К концу марта 1952 года лагерное отделение на тракторном заводе закрылось, заключённых перевели в другие лагеря.

Мне предложили работу нормировщика в другом лагере заключённых в пределах города, где было промышленное производство по деревообработке, но я отказался. Но увольняться я не имел права. Тогда ещё действовал Указ военного времени о том, что самовольный уход с работы наказывается уголовным судом. Через два месяца после закрытия лагеря, я получил увольнение.

Год 1952 для меня оказался знаковым. В этом году я окончил 10 класс вечерней школы и получил Аттестат Зрелости. В этом же году 1 мая я женился на очень красивой девушке. Ко дню 65-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне исполнилось 58 лет нашей совместной жизни.

Также в этом, 1952 году я поступил на вечернее отделение Белорусского Государственного института народного хозяйства, который закончил в 1958 году и получил квалификацию ЭКОНОМИСТ.

После лагерного УИТЛК МВД БССР о моей трудовой деятельности можно ознакомиться по следующим сведениям:

15.07.1952 г. Зачислен на должность инженера по нормированию на один из заводов пищевой промышленности.

2.08.1955 г. Зачислен на должность инженера-экономиста на один из заводов строительной индустрии.

9.04.1960 г. Назначен на должность начальника планового отдела этого же завода.

7.08.1970 г. Переведен для дальнейшей работы на один из домостроительных комбинатов строительной индустрии и назначен на должность главного экономиста − начальника планового отдела комбината.

2.03.1979 г. Уволен по собственному желанию в связи с отъездом на постоянное место жительства в Государство Израиль.

Приближался новый этап жизненного пути. Опять жизнь начиналась с начала, с нуля. Этот этап связан с государством, возникшим в 1948 году в той самой Палестине, из-за которой я мог оказаться далеко на Севере или на дальнем востоке – и это государство Израиль.

Что заставило меня готовиться к перемене места жительства? У каждого человека могут быть для этого разные причины. Я считаю, что каждый должен иметь право самому решать, где ему жить, куда он хочет поехать. При этом я считаю, что Родиной у него всё равно должно быть то государство, где он родился.

При подготовке к перемене места жительства у меня возник интерес к еврейской истории. Оказалось, что древнее еврейское государство было очень развитым и сильным, но в школьных учебниках по истории о нём – ни слова! Были Урарту, Шумерское царство, что-то ещё, а Иудейского царства и след простыл в этих «учебниках». Еврейское государство, завоёванное Римом, исчезло…

Но дальше начались чудеса: изгнанные евреи в большинстве своём оказались в Италии. Римляне не препятствовали этому. Они только запретили им иметь землю и заниматься ремёслами. Для евреев было лишь два выхода – рабский труд, на что и рассчитывали победители, или найти другой выход. И наши предки придумали: они начали заниматься торговлей. Почти весь торговый флот в Древнем Риме был еврейским, так пришлые евреи стали более зажиточными, чем коренные жители.

Но как такое можно выдержать! Начались еврейские погромы, горели корабли, и побежали, кто куда, многие оказались в Испании. Начался их вклад в европейскую историю. Схема повторялась: переселение, усиление влияния, высокие должности и звания, погромы, опять переселение: Испания, Германия, Польша и дальше на Восток – Украина, Белоруссия, Россия.

Всё это поверхностный экскурс в историю. Прошлое ещё менее тёмное и неизвестное, чем грядущее, будущее. Но ясно одно – века гонений, издевательств, истреблений при двухтысячелетнем отсутствии своего государства не уничтожили НАРОД и его веру в свою судьбу. Через 2000 лет (Это ж подумать только!) вновь возродился Израиль на земле Обетованной и заговорил на иврите, который давно считали мёртвым языком. В чудеса я не верю, но то, что случилось с еврейским народом – это чудо.

И вот 22 октября 1979 года самолёт приземлился в аэропорту Тель-Авива. Начался новый этап жизни. В тот же день и час, когда мы сошли с трапа самолёта, мы стали гражданами новой страны, государства Израиль. Хочу отметить, что гражданами новой страны стала моя семья из трёх человек: автор этих записей, моя жена Мария и наш сын Владимир 17-ти лет. Наша дочь с мужем и нашей внучкой по уважительным причинам с нами в этот период не могли поехать.

Новый этап жизни в корне отличался от предыдущего. На целый год государство обеспечивает всем необходимым: жильём, выданы денежные средства на проживание. Жильё предлагается в трёх вариантах: первое – можно сразу получить квартиру в том районе страны, куда предложат, второе – можно самому выбрать район проживания жить на съёмной квартире, а государство в первый год жизни будет оплачивать проживание в съёмном жилье. И, наконец, третий вариант – получить направление в Центр абсорбции – это здание типа гостиницы, есть однокомнатные и двухкомнатные номера со всеми удобствами, с кухней для приготовления пищи. Там же проходишь курс изучения языка иврит. В центре абсорбции можно проживать до получения квартиры от государства для постоянного проживания (это будет собственность государства) или самостоятельно купить себе собственную квартиру полностью за свои деньги или частично с помощью кредита, взятого в банке на 20 лет. Мы выбрали третий вариант и поселились в центре абсорбции. Времени было достаточно, чтобы решать все бытовые вопросы. Но прежде, чем составлять проекты на будущее я решил ознакомиться с государством, куда мы прибыли на постоянное место жительства.

Что же представляет государство, куда мы прибыли. Израиль – государство на Ближнем Востоке, на восточном побережье Средиземного моря. На севере граничит с Ливаном, на северо-востоке – с Сирией, на востоке – с Иорданией, на юго-западе – с Египтом. Площадь – 22072 кв. км, население – около 7 млн. человек.

Северная и центральная часть страны, где проживает основная часть населения, делится на три части:

– Прибрежная равнина на западе, в которой расположены крупнейшие города − Тель-Авив и Хайфа.

– Иорданская впадина на востоке, где находятся два внутренних водоёма Израиля – озеро Кинерет и Мёртвое море, связанные между собой рекой Иордан.

– Гористый район центрального Израиля, включающий горы Галилеи, Самарию, Иудею и столицу Иерусалим.

На территории Израиля – соседствуют самые разные виды рельефа. На северо-востоке страны находятся Голанские высоты и покрытая снегом гора Хермон, а на Юге – пустыни Негев и Арава, занимающие значительную часть территории страны, крупнейший город Беэр-Шева, который называют столицей Негева, а также широко известный курорт на Красном море – Эйлат.

Диапазон колеблется между 2224 м. на горе Хермон до минус 392 м. в районе Мёртвого моря – самой низкой точки на Земле.

Климат в Израиле субтропический. В связи с этим лето (период с апреля по октябрь) длинное, тёплое и сухое, А зима (ноябрь – март) достаточно мягкая. Климат и погодные условия в разных регионах значительно отличаются друг от друга. Зима в гористых районах страны, например в Иерусалиме и в Цфате несколько прохладнее и суше, чем в других районах. Дожди выпадают в основном в северном и центральном районах. Побережье характеризуется влажным летом и мягкой зимой, горные районы – сухим летом и относительно холодными зимами. В Иорданской долине наблюдается жаркое и сухое лето и мягкая приятная зима, а в Негеве – типичный климат полупустынь.

Температурный диапазон широк – от периодических зимних снегопадов до горячего сухого ветра, который приносит с собой резкое повышение температуры. Государственную символику Израиля представляет собой флаг – две голубые полосы на белом фоне со звездой Давида между ними.

Гимн государства Израиль – А-Тиква – (Надежда). В 1933 году А-Тиква была избрана гимном сионистского движения, а с провозглашением государства Израиль стала национальным гимном страны. Государство Израиль является парламентской демократией, во главе которой стоит президент, чья роль является скорее символической. Фактически страной управляет орган законодательной власти (Кнессет), орган исполнительной власти (правительство) и орган судебной власти.

Законодательная власть в Израиле представлена Кнессетом (парламентом), состоящим из 120 парламентариев, избираемый 1 раз в четыре года на всеобщих выборах Кнессет вводит законы, принимает политические решения, выбирает президента и правительство и контролирует деятельность последнего.

Роль исполнительной власти в Израиле играет правительство. Оно отвечает за выполнение законов, принятых Кнессетом и за управление государством. Премьер-министр – член Кнессета, на которого президент возлагает роль формирования правительства, облечённого доверием Кнессета. С момента основания государства Израиль ни одной партии не удавалось получить в Кнессете абсолютное большинство. Вследствие этого все правительства в Израиле были и остаются правительствами коалиционными.

Юридическая власть в Израиле отвечает за поддержание законности в стране. Во главе юридической системы стоит Верховный суд. Тут рассматриваются апелляции по поводу решений судов низших инстанций и проводятся заседания Высшего суда справедливости, в ходе которых рассматриваются жалобы граждан на действия государст-венных властей. Помимо обычной и гражданской системы судов в Израиле действуют суды, наделённые законом исключительной властью в решении ряда вопросов.

В их числе – суд по трудовым вопросам, военный суд, религиозные суды (иудейский, мусульманский, христианский и друзский), которые рассматривают дела о браках и разводах. Экономика Израиля – это история успеха. Несмотря на почти полное отсутствие в стране природных ресурсов, несмотря на войны и на иммиграции, следующие одна за другой, являющиеся нелегким бременем для экономики, Израиль принадлежит к числу самых преуспевающих стран мира. Одной из существенных причин экономического процветания Израиля является квалифицированная рабочая сила.

С момента образования государства израильский экспорт вырос с 30 миллионов до$54,31 млрд в год (на 2010 – А.Ш). За это время в экономике Израиля произошло немало перемен. На первых порах Израиль экспортировал в основном цитрусовые, а также обработанные алмазы и некоторые промышленные продукты. Сегодня основную массу эксперта составляют продукты высоких технологий в самых различных областях, таких, как электроника, программное обеспечение, компьютеры, оптика, средства коммуникации и медицинское оборудование.

С течение времени изменилась и идеология, согласно которой производится управление израильской экономикой. Вначале экономика была по преимуществу централизованной, характеризовавшейся активным вмешательством государства в экономическую деятельность. Вследствие политических перемен, произошедших в Израиле в 1977 году, экономическая идеология Израиля следует либеральной экономической политике.

 

Доминирующим сектором израильской экономики являются высокие технологии, ставшие движущей силой экономического роста страны. К числу других процветающих областей экономики принадлежит фармацевтика, химическая промышленность, туризм, военная промышленность и обработка алмазов.

Глава 18

Прошло 30 лет с начала новой жизни в новом госу-дарстве, в государстве Израиль. Как пригодилось в первые же месяцы пребывания в Израиле моё виртуальное знакомство с государством! Я убедился в том, что каждый репатриант, начинающий свою жизнь в Израиле, должен обладать определённым набором знаний о еврейском государстве. Абсорбция моя, жены и сына прошла успешно во всех отношениях, как в социально-бытовых, так и в трудовой деятельности. После краткосрочной учёбы у меня и у жены было 13 лет трудового стажа, у меня – почти по своей специальности, а у жены – руководящая работа в гостиничном хозяйстве. Сын окончил учёбу по специальности инженер-электрик, работает по специальности. После учёбы он женился, у него два сына 17 и 13 лет.

Наша дочь с мужем и дочерью приехали в Израиль в 1989 году, они инженеры-конструкторы по строительству, работают по специальности, полностью благоустроены во всех областях жизни, они уже стали бабушкой и дедушкой, у них есть внучка 2 лет. В целом, можно сделать вывод, что израильское общество стоит перед свершившимся событием: в стране за прошедшие 30 лет появилась и существует миллионная община русскоязычных граждан страны.

Определяющими факторами общины стали язык общения – русский, общие культурные ценности, репатриация из бывшего СССР и постсоветского блока государств.

Наблюдая за абсорбцией новых репатриантов, вижу, что большинство из них начинают работать на низших работах, потом поднимаются год за годом, ступенька за ступенькой вверх по лестнице социальной значимости и материального благополучия. За годы абсорбции появились «русские» магазины, рестораны, газеты, книги, журналы, спортивные клубы, небольшие предприятия. На русском языке работают театры, радио и телевидение, клубы и культурные центры. Во многих городах Израиля живут граждане, которые общаются только и преимущественно на русском языке, без проблем делают покупки в своём любимом «Русском» магазине, посещают «русского» семейного врача, слушают новости по «русскому» радио или смотрят последние известия и фильмы по телевидению на русском языке. Можно без проблем отправиться с «русской» туристической фирмой за границу, отдать своего ребёнка в русскоязычный детский садик или школу с изучением русского языка.

Следует отметить, что Израиль – сотая из самых маленьких стран с населением менее чем 1/1000 от всего населения в мире. При этом Израиль:

− Имеет самое большое в мире количество научных работ – 109 на каждые 10.000 чел., а также самое большое количество зарегистрированных патентов, считая на душу населения.

− Имеет второе место в мире (после США) по количеству технологических компаний (3500).

– Имеет третье место в мире (после США и Канады) по количеству компаний NASDAO.

– Имеет самое большое количество биотехнических компаний в мире из расчёта на душу населения.

– 34% израильской рабочей силы имеет высшее образование. При этом Израиль является третьей индустриальной державой в мире – после США и Голландии.

– Израиль является вторым в мире по печатанию и продаже новой литературы.

– По сравнению с любой другой страной Израиль имеет самое большое количество музеев на душу населения.

– Израиль имеет самое большое количество компьютеров на душу населения.

– Израиль имеет самое большое в мире количество учёных на 10000 населения:

Израиль – 145, США − 85, Япония−70, Германия – 60.

– Windows NT operating system. Ptntium MMX Chip tech-nology и AOL Instant Messenger – были разработаны в Израиле.

– Microsoft и Cisco имеет свои единственные R*D вне США только в Израиле.

– Первая в мире действующая солнечная батарея была установлена израильтянами в Калифорнии.

– всё это к 2004 году, за 55 лет своего существования, при постоянных войнах и терроризме!

Хочу высказать своё личное мнение о некоторых аспектах внешней политики Израиля.

Израиль ни с кем не хочет воевать, и не намерен нападать на кого-либо, но армия Израиля всегда готова защищать свой народ и государство. Я считаю, что существование государства Израиль сохранит еврейский народ от второго Холокоста.

Что касается создания Палестинского государства, то убеждён, что в обозримом будущем такое государство не может быть создано из-за существующих на сегодняшний день следующих факторов:

− будущее Палестинское государство состоит из двух частей, враждующих между собой. Одна часть не признаёт государство Израиль и готова уничтожить его.

− вторая часть на словах признаёт существование государства Израиль, и на словах согласна создать своё Палестинское государство, но это только СЛОВА, на самом деле они этого не хотят. Предыдущие правительства Израиля отдавали им 97% территорий, но они отказались от этого. Им выгодно быть в положении «оккупированных» и «беженцев» и получать постоянную помощь от других государств. Им выгодно получать от Израиля воду, электричество и другие блага, в своём государстве это они вынуждены будут производить сами.

Чтобы обсуждать проблемы о создании будущего Палестинского государства, следует остановиться на вопросе: что представляет собой современная Палестина. Кто такие палестинцы? На эти вопросы корреспондента М. Немировской отвечает президент Института Ближнего Востока Евгений Янович Сатановский.

«На самом деле Палестина – понятие не только географическое, но и филологическое. Это – провинция Римской империи, названная так, насколько помнится, во времена императора Адриана по имени филистимлян*, выходцев с греческих островов за тысячу с лишним лет до его эпохи, завоевавших побережье в районе Газы, Ашкелона, Ашдода, чтобы стереть историческую память об Израиле и Иудее. После подавления восстания Бар-Кохбы римляне постарались очистить эту территорию от мятежных евреев и заселить её римскими колонистами. Но евреи продолжали жить во многих местах (Иерусалиме, Хайфе, Цфате) фактически до начала распространения сионизма и массовой алии новейшего времени.

Многие из потомков тех евреев, которые никогда оттуда не уходили, были обращены в христианство или ислам. Утверждение о том, что Палестину испокон веков населяют арабы, вызывает недоумение. В Палестине, помимо еврейских племён, селились выходцы из Индии, Сирии, двуречья, Египта. Во времена Оттоманской империи поселились черкесы. Существовали две-три деревни алавитов. Друзы живут в Ливане, Сирии и в Северном Израиле. Но современное государство на этой территории было образовано одно – Израиль.

Никаких других государств на этой территории в историческое время не было, кроме государств еврейских, а на их развалинах «по наследству» несколько столетий существовали государства крестоносцев. Остальное время это была провинция: египетских фараонов, римских цезарей, турецких султанов, британской короны. Палестины же как государства со столицей и правящей династией не существовало никогда. И в этом один из корней того, почему палестинское государство не возникло и сегодня, хотя последние десятилетия весь мир занят его созданием.

Ситуацию на Ближнем Востоке можно назвать и «мирным процессом», и капитуляцией Израиля – в зависимости от подхода. На протяжении десятков лет ею занимается международное сообщество – несколько тысяч дипломатов, политиков, чиновников, журналистов, ООН, международных организаций, фондов, МИДов, занимается и Госдепартамент США. Ситуация загнана ими в абсолютный тупик. Сегодня на наших глазах рассыпается, как все пирамиды, построенные на песке, концепция о двух государствах для двух народов на одной небольшой территории. Рассыпается потому, что не каждый народ может построить собственное государство. Иначе в мире существовало бы столько же тысяч государств, сколько существует народов. Несмотря на беспрецедентную помощь в несколько десятков миллиардов долларов, вложенных за 60 лет в строительство Палестинского государства, оно так и не возникло. Вопрос о том, какой именно род: Нашашиби или Хуссейни, Ашрауи или Аль Хинди – кто из палестин-ких «нобелей» возглавит Палестину – вопрос смертельной борьбы кланов. Такой же, как в Италии времён Монтекки и Капулетти.

Невозможно было понять до Гарибальда, кто будет править единой Италией, а до Бисмарка – единой Германией, этими «лоскутными одеялами» Европы. Так и сейчас – невозможно понять, кто станет главным на палестинской политической сцене, где будет располагаться палестинская столица. Иерусалиме, как того требует «мировое сообщество» или в иерусалимском пригороде Абу Дис? Кто будет править Палестиной? Джибриль Раджуб, родовой удел которого Иерихон? Мохаммед Дахлан, отступивший на Западный берег Иордана, потеряв власть в Гезе? Кто-то из «сильных людей» Наблуса, Вифлеема или Рамаллы? Неизвестно. Гражданская война в Палестине – следствие того, что там нет ни признанного центра, ни единого лидера.

Сегодня Палестина – это ряд городов и деревень, племён и оседлого населения с разным этническим происхождением. Некоторые из них восходят к евреям и самаритянам. Другие – к греко-римским поселенцам. Очень немного настоящих арабов, в частности – две большие семьи, оставшиеся в Газе, когда основная часть арабской армии пошла на Миср – в Египет. Они неохотно женятся даже на своих соседях, помня, что они-то и есть арабы в отличие от всех остальных. Мы знаем потомком армян и тех, кто ведёт родословную от греков, индийцев, туркмен, курдов, цыган и выходцев из Грузии. Знаем потомков освобождённых англичанами суданских рабов. Такая «гремучая смесь» характерна для всего Ближнего Востока, построенного на больших семьях и племенах, в Европе давно ушедших в прошлое. В Палестине такого ещё не произошло. Это не вина, и не беда – это этап исторического развития.

Палестинцы – самый образованный народ в мире с почти поголовным средним образованием. Высок и процент населения с образованием высшим, полученным в Европе, России, США, Канаде, Австралии за счёт ООН и национальных грантов. Палестинские преподаватели, за исключением небольшого числа образовательных учреждений исламского типа, строят образование на светских моделях.

– И это касается живущих в Газе?

– Разумеется. Там достаточное количество бесплатных школ с высоким для Арабского Востока уровнем преподавания. Деньги выделяет ООН. Палестинцы создали хорошую систему школьного и университетского образования. Евреи это для себя сделали за собственный счёт, палестинцы – за счёт других. Так что рассуждения о том, как они «страдают от израильской оккупации», не слишком совпадают с действительностью. Газа застроена приличными домами, почему и не показывают её вид с моря. «Блокада и оккупация» выглядят не вполне так, как хотелось бы палестинцам.

Распад Британской империи породил палестинских беженцев, выведя их в окружающий мир. Если бы этого не произошло, никаких палестинцев мир бы сегодня не знал. Они были бы одной из периферийных групп арабского мира. Существовала бы Палестина, поделенная между Сирией, Египтом и, может быть, Саудовской Аравией. И вряд ли участь палестинцев была бы более счастливой, чем участь голодающих египетских феллахов. «Израильская оккупация» оказалась для палестинцев самой мягкой и либеральной из всех, которые они знали. Её нельзя сравнивать ни с египетской, ни с иорданской.

Почему палестинцы превратились в ударный отряд исламского мира, действующий против Израиля? А это была единственная роль, в которой их видели в Дамаске, Багдаде, Каире и Эль-Рияде. Почему они стали «евреями арабского мира»? В значительной мере это связано с двумя факторами. Образованные палестинцы – врачи, учителя, инженеры, техники, преподаватели университетов живут в арабском мире как чужаки, нелояльные к местным властям. Им припоминают попытку свергнуть в 1970 году короля Хусейна в Иордании, закончившуюся резнёй «Чёрного сентября», гражданскую войну в Диване, инициированную Арафатом в 1975−1976 гг, которую остановила только Сирия в 1990 г.; трагедию Кувейта, который палестинцы в том же 1990 году сдали Саддаму Хусейну, после чего сотни тысяч их были изгнаны из всех стран Аравийского полуострова. Палестинская диаспора доказала свою нелояльность всему арабскому миру. Не случайно сегодня ХАМАС поддерживается Исламской Республикой Иран. Парадоксальная ситуация: суннитская религиозная группировка в Газе опирается на шиитское государство. В поисках политического прикрытия спонсоров ХАМАС умудрился поссориться даже со своим естественным союзником – Саудовской Аравией, нарушив перемирие с ФАТХом Абу Мазена, заключённое под патронажем саудовского монарха в Мекке, под сенью Каабы, скреплённое клятвой на Коране. Не случайно после этого саудовская газета «Аль Ахрам», выходящая в Лондоне, писала: «В обмен на иранские деньги ХАМАС предал и арабов, и палестинский народ, и саму идею палестинского государства».

Гражданская война стоила палестинцам тысячи жизней. После того, как в августе 2005 года под давлением Ариэля Шарона Газа осталась бесконтрольной, из неё были выселены поселенцы-евреи, и ушла контролирующая её израильская дивизия, там погибло более 9000 палестинцев. Из них более 1500 – во время операции «Литой свинец» и израильских антитеррористических действий. Остальные в междоусобице ХАМАСа с ФАТХом. Когда израильская армия в январе 2009 года брала штурмом Газу, лишь около тысячи бойцов ХАМАСа из примерно 30-35 тысяч человек, поставленных под ружьё, находились «на передовой». Остальные либо дезертировали, либо отсиживались дома, спрятав форму и оружие, большинство же занималось грабежом гуманитарных конвоев и уничтожением активистов ФАТХа. Было убито множество фатховцев, а захваченных в плен пытали, в то время как ХАМАС трубил на весь мир о жестокостях «израильских оккупантов», о том, что только немедленное международное вмешательство может спасти Газу. Отдельно – о бюджете Палестинской национальной администрации, которую часто неверно называют «Палестинской национальной автономией» (ПНА).

Автономия – часть какого-либо государственного образования. Палестинцы же не входят ни в Израиль, ни в Иорданию, ни в Египет. Все страны, имевшие несчастье брать на себя контроль над Палестиной за последние сто лет, хотели (или хотят до сих пор) избавиться от этого «чемодана без ручки». Нести его чрезвычайно тяжело, а бросить почти невозможно. «Одностороннее размежевание» Шарона и было попыткой бросить этот «чемодан». Закончилось это грустно.

Из 2,5 миллиарда, необходимых для ежегодных текущих расходов ПНА, включая сектор Газа, не более 15% собираются в виде налогов. Экономика Палестины, бывшая когда-то на более высоком уровне, чем египетская, иорданская, ливанская, сирийская, за счёт сотрудничества с Израилем – разрушена, из-за прерванных контактов с Израилем палестинская рабочая сила стала не нужной никому. Палестинцы потеряли в Израиле около 200 000 рабочих мест. Их заняли приезжие из Африки, Иордании, Китая, Филиппин, Индонезии, Таиланда, Румынии, а также жёны и мужья израильских арабов (примерно 150 000 человек). Каждый работавший в Израиле палестинец кормил 5 −7 человек. Это примерно 1,5 миллиона, включая водителей автобусов, такси, бульдозеров, и другой строительной техники, с зарплатой до 3 – 5 тысяч долларов в месяц.

Не забудем о ежегодно пересылаемых Палестинской администрации 700-780 млн. долларов налогов с заработка палестинцев, работавших в Израиле. В аналогичной ситуации Франция должна была бы перечислить Алжиру налоги за заработка гастарбайтеров-алжирцев, американцы – за работу на территории США граждан Мексики − мексиканскому правительству. Но подобная система действовала только между Израилем и палестинской администрацией. Не забудем также о перечислении палестинской администрации таможенных сборов и прочих платежей. К деньгам этим палестинская администрация быстро привыкла, деля их между собой и полагая, что их вовсе не обязательно вкладывать в инфраструктуру Палестины.

– Но зачем же Израиль занимался такой благотворительностью, получая в ответ взрывы шахидов и обстрелы касамами?

– Правительство Израиля с его леворадикальными социалистическими идеями, догмами и иллюзиями начала ХХвека – провинциально и не слишком образовано. К тому же значительная часть израильского истеблишмента участвовала в дележе этих денег, обслуживая финансовые потоки. Так было даже в годы интифады. Пока израильская армия вела бои с палестинскими боевиками и террористами-самоубийцами, на личные счета Арафата в иерусалимском банке Апоалим поступали сотни миллионов долларов через Гиноссара, когда-то ответственного сотрудника израильских спецслужб, а в годы «мирного процесса» − партнёра по казино в Иерихоне Джибриля Раджуба и посредника между израильской элитой и палестинским руководством. Когда разразился скандал, Гиноссар «скоропостижно скончался».

Политика делается разными людьми. К сожалению, в Израиле, как уже было сказано, − не слишком образованными, но обладающими талантом политических комбинаций. Эти люди умеют брать власть, не очень понимая, что с ней делать и не слишком заслуживая того, чтобы у власти находиться.

Реальная политика существенно отличается от романтических идей, связанных со строительством еврейского национального очага. В этом плане нынешние правители сильно отличаются от Зеэва Жаботинского, не дожившего до образования государства Израиль, первого и последнего еврейского государственного деятеля ХХ века, интеллектуальный уровень и образование которого были достойны еврейского государства.

Его политические противники увековечили память о нём как об экстремисте, забыв, каким либералом был этот человек. Именно Жаботинский писал, что если президентом еврейского государства будет еврей, премьером должен быть араб, и наоборот: при президенте-арабе премьер-министром должен быть еврей. Сегодня даже ультралевая партия «Мерец» не способна на такие заявления. Жаботинский трезво оценивал будущее сосуществование двух народов в одном государстве. Он понимал, что война – это война, а мир – это мир, что лояльность стране – обязательное условие для того, чтобы быть ей гражданином. Эта простая идея сегодня в Израиле с трудом пробивает себе дорогу сквозь левацкие догмы при помощи нынешнего главы МИДа и вице-премьера Авигдора Либермана. Впрочем, его тоже называют экстремистом.

Операция «Литой свинец» по завышенным оценкам палестинцев принесла Газе убыток в 2 млрд. долларов. Конференция стран-доноров в курортном Шарм−аш−Шейхе обещала Газе помощь в 5,4 млрд. В условиях мирового экономического кризиса – блестящий бизнес! Похоже, ХАМАС должен просить Израиль ежегодно бомбить Газу, чтобы проводить такого рода инвестиционные операции. Сотни миллионов долларов ежегодно поступают туда из Ирана, миллиарды – из других источников.

Революция – прибыльный бизнес, а палестинское руководство это прекрасно понимало во все времена. Обычная же экономика в Палестине отсутствует, поскольку не может существовать в условиях диктатуры. Ни один диктатор, обеспеченный дотациями извне, не допустит появления в контролируемом им анклаве источников финансирования, не зависящих от него. Именно поэтому Арафат, один из богатейших людей планеты, уничтожил палестинскую экономику, сложившуюся в период израильского контроля, построенную на посредничестве между Израилем и арабскими странами.

– Выходит, палестинцам вообще не нужно государство?

– Государство необходимо для определённых целей. Оно решает вопросы вашей карьеры, будущего ваших детей, проблемы инфраструктуры. Никто в мире не получал от «мирового сообщества» такого количества денег, которого хватило бы на строительство доброго десятка государств.

Идея палестинского государства пока что привела к великой «халяве»: бесплатное снабжение продуктами питания, медикаментами, бесплатные образование и медицинская помощь. Но «у семи нянек дитя без глазу». Международные организации убивают будущее этих людей. Именно на гарантированной «халяве» основан беспрецедентный демографический рост в Палестине, в два-три раза выше, чем у соседей. Как Палестина будет существовать в дальнейшем, сегодня непонятно. Она раскалывается на отдельные анклавы, в каждом из которых свои «сильные люди» и своя администрация.

– Вы полагаете, что палестинцы не смогут построить соб-ственное государство?

– Я не занимаюсь научной фантастикой. Государства, создаются не ООН, не «конспонсорами» и не американским президентом, а людьми, которые хотят и могут это сделать. Есть все условия для того, чтобы Палестина стала государством. Все деньги для того, чтобы создать средних размеров государство, причём европейского уровня, выданы. Если в результате Палестина стала не чем иным, как рассадником радикализма, исламизма, гражданской войны и терроризма, значит, такова судьба этой территории. И существование Газы на расстоянии 20-30 км. От Западного берега этому не помеха.

Мы не знаем, что будет происходить дальше. Может быть, в Палестине родится новый Саддам Хусейн, Каддафи, Насер, Вашингтон или Бен-Гурион. Если там появится лидер, готовый построить государство, пойдя на те же жертвы, на которые пошли израильтяне, отказавшись от претензий на строительство Израиля «от Нила до Евфрата», он создаст палестинское государство. Отказавшись от Заиорданья, Южного Ливана, Южной Сирии, Синая, исторически входивших в состав Израиля, израильтяне построили своё государство на той части территории, которую могли взять под контроль и удержать.

Чтобы построить Польшу, нужен был Пилсудский, Финляндию – Маннергейм. Но не все революционеры могут стать руководителями государств. Фидель Кастро смог из революционера превратиться в такого лидера. Ясир Арафат не хотел и не смог перейти грань, отделяющую государственного деятеля от революционера. Единственное, что сделало палестинцев народом – это жёсткая сегрегация в арабском и исламском мире в целом, создание из них ударной силы против Израиля. На такой базе государства не строят. Вы или занимаетесь революцией или строите свою страну в мире с соседями. Идея палестинского государства убита усилиями ООН и «мирового сообщества», внутренними палестинскими распрями, внешним давлением арабского и исламского мира.

− Если Палестина не государство, то какое же гражданство у палестинцев, проживающих на территории ПНА?

− Собственного гражданства в них нет. Существуют документы гражданской администрации. У некоторых есть израильские паспорта, у большинства – иорданские. Своей валюты нет. Вся торговля, включая Газу, идёт на шекели.

− Расскажите немного о своём институте.

− Институт частный, независимый, негосударственный, не входящий в академию наук РФ. Занимается регионом от Мавритании и Марокко до Пакистана и от Сомали до Российской границы. Нас интересуют вопросы современности и будущего этого региона: экономика, религия, терроризм, политика, армия и всё, что связано с региональными диаспорами. Плюс распространение ислама за пределами Ближнего и Среднего Востока, всё, что связано с этим процессом в окружающем мире.

Институт существует с начала 1990 годов. За это время издано более двух сотен книг и несколько тысяч статей. У нас уникальные архив и библиотека. На институт работают несколько сотен экспертов, в т.ч. около сотни из Израиля, Турции, Ирана, стран Арабского Востока. Говоря попросту, наше дело – аналитика, которая идёт в профильные вузы и государственные структуры Российской Федерации. Как это реализовать на практике – решают они. Книги, изданные институтом, поступают в библиотеки, посольства, академические структуры, с которыми мы сотрудничаем.

В минувшем 2009 году государство Израиль отметило своё 60-летие. Я надеюсь, что и будущие юбилейные даты (65-ти-летие, 70-ти-летие и далее) государство Израиль встретит мирной и благополучной жизнью.

***

На этом закончу публикацию книги Зиновия Кнеля, опустив последнюю главу.

Вскоре на сайте размещу книгу на иврите. В ней значительно меньше стр. и нет ряда глав, которые не представляют интерес для ивритоговорящих.

Опубликовано 25.02.2017  20:58  

 

Впервые. Старт большого мероприятия / Trip to Israel

В следующем 2018 году исполняется 10 лет сайту, а 19 апреля – 70 лет Независимости Израиля. В связи с этими датами в день Старого Нового года объявляю старт мероприятия. В большинстве своем оно будет для жителей Беларуси и тех, кто имеет там корни, но живет в др. странах, помимо Израиля. Об израильтянах, а также живущих в иных странах, но пожелающих принять участие, разговор отдельный, и о нем ниже.

Итак, в мае, или начале июня 2018, можно будет приехать на 16 дней в Израиль для поездок по стране и реального знакомства друг с другом. Это совсем не дешевое удовольствие и для многих не осуществимо. Но я хотел бы, чтоб именно те, кто не могут себе этого позволить, оказались здесь. Да и кто иногда могли бы – тоже приехали бесплатно. И чтоб таких было, по меньшей мере, чел. 100.

Это не просто туристическая поездка группы совершенно незнакомых людей, а тех, кто объединены общими интересами сейчас и будут делать немало в будущем по сохранению памяти, восстановлению того, что еще окончательно не исчезло, и воспрепятствованию нынешнему бредовому чиновничьему произволу, что привлечет в Беларусь туристов, а не будет отталкивать.

Что для этого надо сделать?

В течение нынешнего года необходимо создать фонд. Каждый должен не только читать материалы сайта, но и, непременно, лайкать понравившиеся, оставлять комменты и обязательно распространять, и не только в фейсбуке. Привлекать компании, будь-то белорусские, израильские, или еще какие-то, которые могли бы заинтересоваться и стать спонсорами. Желающие приехать должны быть заинтересованы, чтоб как можно больше их знакомых узнали о сайте и внесли свой вклад в создание фонда, необходимого для финансирования всего мероприятия, различных организационных расходов, а также серьезного развития и продвижения сайта, да и не только.

Каждое пожертвование должно быть отправлено с указанием для кого (Ф.И. конкретного человека) и, естественно, от кого и где проживает, а также, желательно, указать возраст отправителя, предварительно написав на amigosh4@gmail.com и обсудив, как лучше осуществить перевод. Те, кто привлекут серьезных спонсоров, получат дополнительные места. Примерная минимальная стоимость участия одного чел. – 1300 долл. Несомненно, сумма немалая, но если на этот раз приедут одни, которым помогли осуществить мечту, то в следующий раз окажутся те, кто жертвовал, а потому интерес в успехе должен быть у очень многих. Наиболее активные авторы сайта получат персональные приглашения.

Предстоит провести большую подготовительную работу, для чего необходимы, по меньшей мере, 5 серьезных людей, живущих в Израиле, и несколько на высоком уровне знающих иврит и англ., при этом хорошо бы, чтоб и белорусский. Каждый из них в дальнейшем будет участником всех поездок по стране, встреч и т.д., естественно, бесплатно, а кто-то получит и не одно место, исходя из личного вклада. Необходимо будет также привлечь группу волонтеров из учащихся старших классов и студентов, в том числе живущих в Беларуси.

Еще в процессе подготовки мероприятие может стать хорошей рекламой для различных белорусских, да и израильских компаний. После же его окончания, когда о нем появятся материалы в различных белорусских и израильских СМИ, оно даст серьезный толчок сближению простых людей наших стран, сохранению исторической памяти и организации самых различных совместных мероприятий, как в Израиле, так и Беларуси. Итак,  попадут только активные, а таких, не сомневаюсь, окажется много.

Ежели чел. живет в Америке, Канаде, Австралии, Германии и т.д., то за исключением билетов, все экскурсии, проживание в отеле и т.д. также будут бесплатны.

Что касается израильтян, то и для них возможны бесплатные экскурсии по стране вместе с приехавшими, но для этого надо будет проявить не меньшую активность, что поможет оказаться в Израиле и их добрым друзьям и знакомым, как живущим в Беларуси, так и др. странах.

С помощью волонтеров мы найдем как иврито-англоговорящие, так и русско-белорусские семьи, которые в один из дней пригласят к себе каждого из приехавших. 

Незадолго до отъезда, скорее всего в субботу в лесу, недалеко от Тель-Авива, будет проведена встреча-пикник, на которую смогут приехать и многие израильтяне. Думаю, что среди них обязательно будут первые послы Беларуси в Израиле Михаил Фарфель, давно уже житель страны, и Израиля в Беларуси Элиягу Валк, репатриант из Латвии начала 70-х, а до того закончивший Белорусский университет и прекрасно говорящий на белорусском. Я познакомился с обоими более 20 лет назад и встречался лично в их кабинетах на набережной в Тель-Авиве, и в Минске в гостинице, где тогда размещалось посольство и стены имели уши.

Думаю, что среди приехавших окажутся и некоторые белорусские музгруппы, хотя могут быть и живущие в др. странах, но имеющие в своем репертуаре песни на белорусском, идиш, иврите, украинском, англ. Будут также привлечены израильские музыканты с белорусскими корнями. И после пикника там же в амфитеатре состоится концерт.

Если же будут желающие присоединиться к участникам, оплатив полностью поездку, то отказа не будет.

Обсуждения вопросов подготовки и проведения будут исключительно в израильско-белорусской группе в фейсбуке, потому в нее приглашаются все, кого еще в ней нет, и кто будет делать всё необходимое, о чем говорилось выше. Не сомневаюсь, что при всей необычности задумки, она будет осуществлена.

Но поскольку работы достаточно много, то надо начинать без раскачки и долгого раздумывания. 

Я нисколько не сомневаюсь, что все получится, по ряду причин:

  1. Старт дан в День моего рождения и Старого Нового года, а доброжелательность и уважение огромного количества людей особо почувствовал именно в этом году.
  2. Никогда не привык отступать, такой уж характер.
  3. Никто не может сказать, что в жизни кого-то подвел, не сделал обещанного, как бы тяжело ни было.
  4. Никто подобного не делал, вряд ли у кого-то даже зарождалась мысль, что еще больше заставит добиться результата.
  5. Успех мероприятия как раз в интересах очень многих, не говоря о том, что каждый из нас будет способствовать улучшению отношений между простыми людьми, независимо от национальности, живущими как в одной стране, так и в разных, Особенно это важно в нынешнее неспокойное время, при тех правителях, которые десятилетиями упорно цепляются за власть и считают себя незаменимыми.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

   

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Просьба присылать для размещения на сайте отдельные интересные снимки, а еще лучше вместе с  рассказами о поездках по стране. 

Опубликовано 13.01.2017  16:56

Леонид Зелигер, подпольный преподаватель иврита в Ленинграде

27.10.2016

Имя Леонида Зелигера хорошо известно всем, кто изучал иврит в СССР в 1980-90-е годы, да и позднее. Он – автор первого современного учебника иврита на русском языке, написанного в СССР, а между 1979 и 1987 годом Леонид занимал видное место в плеяде «подпольных» преподавателей иврита в нашем городе. Об этом, ныне уже легендарном времени мы и решили поговорить с ним.

Иврит как убежище

Учил язык по старому молитвеннику деда

– Иврит я начал учить с раннего детства. Надо сказать, что обучение ивриту, который тогда было принято называть древнееврейским языком, в СССР никогда не прекращалось полностью. Всегда были семьи, в которых родители понимали, что должны передать свои знания детям. Но это не выходило за пределы семьи. К тому же остро не хватало книг. Многое погибло во время войны, в годы репрессий… Так обстояло дело и в нашей семье. Иврит считался драгоценным национальным достоянием, историческим «племенным» языком евреев, и поэтому был окружен ореолом особой святости и тайны. Книг или других печатных материалов не сохранилось. Буквы и чтение я учил по старому молитвенику у деда в Свердловске, куда ездил с мамой погостить в каникулы. А вернувшись в Ленинград, я записывал и заучивал слова и фразы, которые вспоминал мой отец, недолго учившийся в раннем детстве в хедере в Слуцке. Большую помощь оказывали и другие родственники, в основном пожилые люди, изучавшие иврит еще до революции. О современном израильском иврите у нас было мало представления. Половину слов мы произносили в ашкеназской, половину в сефардской традиции – без всякой системы.

Только в начале 1960-х мы купили наш первый радиоприемник. Причем не простой, а способный ловить короткие волны в диапазоне 33 метров, на которых вещало израильское радио. (Такие радиоприемники в СССР производили только в Латвии, и достать их было трудно). И вот, по радио начали передавать уроки иврита – из них-то мы и узнали современное произношение.

Знания, хранившиеся в глубокой тайне

– Первый подпольный кружок по изучению иврита появился в Ленинграде уже в 1968 году, а после Войны Судного Дня, когда расширились возможности репатриации в Израиль, таких кружков было уже около десяти. Преподаванием в основном этим занимались люди, «сидевшие в отказе», как тогда говорили. Но я был студентом Ленинградского электротехнического института, потом работал в «почтовом ящике», и мне приходилось скрывать интерес к ивриту.

Тем не менее у меня был собственный круг общения. Были пожилые люди, закончившие еще до войны еврейские гимназии в Польше, в Прибалтике. Они всегда испытывали глубокое волнение, когда встречали совсем молодого человека, говорящего на иврите.

Иврит с надгробий

Я вспоминаю такой случай. Мы жили недалеко от еврейского кладбища. Еще школьником я иногда захаживал туда поупражняться в в чтении надгробных надписей. И вот в однажды, когда я стоял около памятника с большой надписью, подходит ко мне один старичок – из тех, кто постоянно находились на кладбище и читали молитвы за плату – и очень строго спрашивает, что я тут делаю. Я говорю, что читаю надпись. Он крайне удивился и потребовал доказательств. Я прочел вслух и перевел. Он спросил, откуда я – и не поверил: «В Ленинграде нет молодых людей, знающих иврит!». А потом очень долго со мной ходил, рассказывал про кладбище, и слезы стояли у него в глазах…

А когда в 1976 году я женился на Мире, дочери рава Залмана Зайчика, круг моего общения значительно расширился, и в него вошли такие люди, как Симха Эпштейн, Авром Медалье, Мотл Романов, Абрам Белов (Элинсон) и другие. Все они были глубокими знатоками не только еврейской традиции, но и языка.

Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Ктуба Леонида и Миры Зелигеров

Как мы добывали книги на иврите

– В 70-е годы многое начали привозить туристы. Да и в букинистических магазинах книги на иврите редко, но бывали – вероятно, администрация принимала их за книги на идише. В «Букинисте» на Литейном из-под прилавка можно было купить кое-что действительно редкое и ценное. На Московских книжных ярмарках, проходивших каждые два года, был павильон Израиля. Иностранные издатели обязаны были передавать привезенные книги Министерству культуры СССР, но они привозили книги полулегально и раздавали из-под полы, а главное – там можно было увидеть каталоги издательств и что-то заказать. Во многих семьях оставались отдельные издания на иврите. Книги лежали без дела, люди просто не знали, что это. Мы с З. И.Зайчиком собирали эти книги буквально по капле. Даже в других городах, куда р. Залмана приглашали вести богослужение на Большие праздники, он находил у евреев книги на иврите, и мы привозили их в Ленинград.

Постепенно у меня скопилась большая, по тем временам, библиотека. В ней были дореволюционные учебники иврита, сочинения Д.Фришмана, «Еврейская история» О.Рабиновича, лекции И.Клаузнера, переводы на иврит произведений Ницше, Ромена Роллана и даже М.Горького… В те годы иврит был для меня своего рода убежищем в глубоко чуждом мне советском мире.

Учитель для учителей

Ульпан в ленинградских квартирах

– В 1979 мы с женой подали заявление на выезд, сразу получили отказ – и оказались к том же положении, что и многие другие отказники. Теперь мне уже нечего было скрывать, и я установил связи с преподавателями иврита. Группу, в которую я пришел, вели Нелли и Юрий Шпейзманы. Когда я познакомился с уровнем преподавания, он показался мне невысоким. Вообще в то время была распространена ситуация, когда сами преподаватели опережали учеников всего на несколько уроков. Я владел языком на гораздо более высоком уровне и предложил свою помощь.

В конце концов была создана трехступенчатая система кружков – для начинающих, для продвинутых, и, наконец, группы, в которых усовершенствовались преподаватели. Я вел занятия в основном с преподавателями. Надо отметить, что большинству из тех, кто занимался в группах 3-й ступени Израиле даже не пришлось учиться в ульпане.

Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Встреча активистов алии с израильской делегацией на частной квавртире. Слева направо – В Рапопорт, Г.Генусов, Л.Зелигер (переводит с иврита), М.Кац, И.Кац, Д.Фрадкин. 1979 г.

Учебники, напечатанные в ванной комнате

– Занятия проходили на частных квартирах. Причем мы старались сделать так, чтобы люди не собирались все время на одной и той же квартире, чтобы не привлекать внимания соседей. В группе было четыре-шесть человек. Считалось, что занятие занимает два академических часа, но на практике сидели и по три часа, а то и по четыре. Занятия начинались в семь вечера, а домой я добирался иногда к полуночи.

Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Л. Зелигер, Я. Рабинович – демонстрация антисионистского издания. 1982 г.

Что было проблемой – это учебники. Ведь их нужно было много… В основном мы пользовались израильским учебником «Элеф Милим» – «Тысяча слов». Из Израиля с оказией приходило несколько экземпляров, а потом я переснимал все обычным фотоаппаратом и печатал по ночам в ванной комнате. Это было тяжело, и дорого – ведь нужна была специальная оптика, фотобумага, реактивы.

У нас возникали и живые контакты с израильтянами. Были в Израиле люди, считавшие своим долгом переписываться с отказниками. Кроме моральной поддержки и информации о жизни в Израиле, это помогало узнать, почувствовать живой современный язык – то, чего нам остро не хватало.

Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Слева направо – Л. Зелигер, Хаим Поток (писатель), Д. Фрадкин, Й. Радомысльский, Г. Генусов. 1984 г.

Диплом преподавателя иврита, выданный американцами и англичанами

– Преподавание иврита считалось незаконной деятельностью, и грозило судом и высылкой, а иногда, как в случае Иосифа Бегуна, лишением свободы. Поэтому, чтобы хоть как-то легализовать свою деятельность, я решил получить документ, подтверждающий мою квалификацию как преподавателя иврита. Я обратился к друзьям заграницей, и мне прислали из двух мест – из Оксфордского университета в Англии и из Американского комитета по еврейскому образованию – официальный экзаменационный материал, список тестов, которые я должен был выполнить в письменном виде. Я все сделал, отправил назад и через некоторое время я получил официальные дипломы. Не знаю, смогли бы они в случае чего защитить меня в суде и от КГБ…

Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Л. Зелигер (в центре) с членами делегации еврейской общины Бостона в ленинградской Синагоге. 1986 г.

Так или иначе, сейчас диплом преподавателя иврита, выданный Леониду Дову Зелигеру в 1986 году, висит у меня на стене, рядом с другим дипломом еврейского учителя, выданным за 100 лет до этого в городе Слуцке Дов-Беру Зелигеру, моему деду по отцу, в честь которого я и получил свое еврейское имя…

Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Аллан Шварц, один из руководителей еврейской общины Бостона, вручает Леониду Зелигеру диплом преподавателя иврита. В центре – Мира Зелигер. 1986 г.
Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Первый в Ленинраде диплом преподавателя иврита от Американской ассоциации учителей еврейских школ. 1986 г.

Автор учебника

Рукопись, сфотографированная в шести странах

– За годы преподавания у меня накопился огромный теоретического материал. Я понял, что могу создать учебник для русскоговорящих, тем более, что необходимость в нем давно назрела. Как я писал его – долгий разговор, но, главное, надо было как-то передать рукопись за границу. Это была почти детективная история. Ко мне приезжали люди из самых разных стран – из Мексики, Ирландии, Норвегии, Франции, Канады, США. Они фотографировали мою рукопись страница за страницей, перевозили пленки через границу и переправляли в Израиль. И, наконец, в 1986 году учебник вышел под редакцией и с предисловием д-ра А. Соломоника. Мое имя стояло на обложке. Это был риск, но мы с Мирой решили, что игра стоит свеч, и дали согласие. Это было еще одно подтверждение моей квалификации, моего права преподавать язык.

зелигер справочное пособие

Офицер КГБ: «Рекомендую вам учебник Зелигера»

– Весь тираж был нелегально переправлен в СССР – достать его в Израиле было невозможно. Потом, уже в 90-х, было пиратское переиздание в СССР, и его продавали в Израиле. С этим учебником было много любопытных сюжетов. Например, такая история. В конце 1986 г. одного молодого человека, посещавшего в Ленинграде подпольный кружок иврита, вызвали на «профилактическую беседу» в КГБ. Его спросили, по каким пособиям там занимаются, и он из осторожности назвал какие-то допотопные учебники. Тогда офицер КГБ, проводивший допрос, достал мой учебник и спросил: «А эту книгу вы знаете? Рекомендую, очень хорошая».

Откуда в руках сотрудника КГБ оказалась эта книга – понятно. Мы знали, что в аэропортах при таможенном досмотре новоизданный учебник несколько раз конфисковывали. Конфисковали десятки экземпляров. А тысячи все-таки дошли до тех, кому они были предназначены…

Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Седер Песах активистов алии. Ведет Л. Зелигер. Слева М. Зелигер, справа – Д. Гроссман, вице-консул США.
Квартира Я. Рабиновича

Почти тридцать лет спустя

В 1987 семья Зелигеров получила долгожданное разрешение на выезд. В Израиле Леонид Зелигер проработал 30 лет по своей инженерной профессии. Преподавание осталось в прошлом. Но филологическая квалификация его оказалась востребована. Он участвовал в составлении нескольких ивритско-русских словарей, в том числе специального иврит-русско-английского электротехнического словаря, который Израильская Электрическая Компания приобрела в качестве стандартного для своих многочисленных инженеров, у которых первый и родной язык – русский.

Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Сообщение газеты «Гаарец» о прибытии в Израиль Л. Зелигера с семьей. Май 1987 г.

В Израиле заслуги Леонида Зелигера в распространении иврита были оценены по достоинству: он был награжден дипломом почетного члена израильского профсоюза учителей. Помнят его и в Петербурге – городе, связь с которым он по-прежнему ощущает.

Евреи СССР изучение иврита в Ленинграде Леонид Зелигер Почетная грамота Кнесета за вклад в борьбу за свободу репатриации. 2010 г.

Валерий Шубинский

О том, как Леонид Зелигер приехал в Петербург и нашел в Синагоге свою фотографию, читайте здесь

***

05.08.2016

Две жизни рава Зайчика

О ленинградском раввине 1980-х рассказывает писатель и историк Валерий Шубинский

Человек-легенда

Лет сорок назад в Ленинграде был человек…

Пожалуй, правильно сказать так: было два разных человека.

Был Залман Израилевич Зайчик, заслуженный инженер-радиотехник, ветеран Великой Отечественной Войны.

И был раввин Шнеур-Залман Зайчик, один из столпов еврейской общины города.

Вспоминает ли кто-то о Зайчике-инженере? Может быть, его сослуживцы, уже пожилые люди. А Зайчик-раввин – фигура во многом легендарная. Но известно о нем не так уж много.

Нам удалось поговорить с его дочерью Мирой Зелигер и зятем Леонидом Зелигером, живущими в Израиле.

Местечко Глубокое

Фамилия Зайчик для русского слуха звучит не очень обычно, но в Центральной и Восточной Европе она довольно распространена, и не все ее носители – евреи. В Белоруссии, в Смиловичах, была известная династия раввинов Зайчиков.

Местечко Глубокое – это сейчас Белоруссия, исторически – Литва, а в 1921 году, когда Залман Зайчик появился на свет – Польша. Часть ее жителей принадлежала к литвакам-миснагедам, часть – к последователям Хабада. Семья Зайчиков была в этом смысле смешанной: отец из литваков, мать из хасидов. Сын получил имя «хасидское» – Шнеур-Залман: в честь Алтер Ребе.

Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаСемья Зайчик. Глубокое, 1923. В 1 ряду второй справа – З.Зайчик (2 года)

Ему было восемнадцать, когда Западная Белоруссия вошла в состав СССР. Он успел получить традиционное еврейское образование – хедер и ешива, учился в гимназии Тарбут, где преподавание шло на иврите. Но мир, в котором он рос, уже не был традиционным. Вставал вопрос о сегодняшнем и завтрашнем дне еврейского народа…

Много говорили о сионизме. В Глубокое приезжал Жаботинский. Залман Зайчик на всю жизнь запомнил его выступление. Зал заранее взяла под охрану полиция. В какой-то момент к полицейскому подошел неизвестный ему невысокий человек в полувоенной форме и спокойно, на хорошем польском языке сказал:

– Все в порядке. Я здесь. Вы можете идти.

Полицейский решил, что это какое-то начальство, и ушел. А это был Жаботинский.

Речь свою Жаботинский (уже, конечно, не по-польски, а на идише) начал так:

– Кто из вас стремится к благополучной, безопасной жизни? Кто любит своих детей и хочет, чтобы они получили хорошее образование, достойную профессию?

Многие подняли руки.

– Уходите! – сказал сионистский лидер. – Я обращаюсь не к вам. В Земле Израилевой придется первое время жить в бараках, там ваших детей ожидают болезни и тяжкий труд, а может и пуля разбойника. Но это будет наша земля…

Так и не найденный брат

После советской аннексии молодому раввину не было места в новом обществе, да и жизнь предъявляла иные требования. Залман Зайчик уезжает в Львов изучать физику в университете, а семья переезжает, спасаясь от разрухи, в Сарны, под Ровно. Здесь их застала война. Залмана сразу призвали в Красную Армию. Это спасло ему жизнь. Он прошел всю войну, получил много наград.

Евреи Ленинграда история раввина Залмана Зайчика

А семья Зайчиков осталась на месте … Когда Залман вернулся с войны, он уже никого не нашел. Погибли все.

После войны Залман Зайчик оказался в Ленинграде, окончил Ленинградский университет, женился.

Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаКтуба Сары и Залмана Зайчиков Ленинград, 1951

И тут вдруг вспыхнула слабая надежда начать новую жизнь: некоторым категориям жителей Западной Украины и Западной Белоруссии, имевших до войны польское гражданство, разрешали выехать в «народную Польшу» (а уж оттуда в принципе можно было уехать и в землю Израиля). Залману вместе с молодой женой дали разрешение на выезд. Надо было только оформить документы в Москве.

Залман поехал в Москву. Но прежде, чем пойти по инстанциям, он зашел в синагогу, видимо в сердце еще теплилась слабая надежда.

В синагоге старики рассказали ему, что совсем недавно заходил туда молодой человек по фамилии Зайчик, искал родственников. И тут же в голову ударила мысль: а вдруг это Гершон, младший брат, пропавший без вести в военные годы. И забыв про отъезд, Залман начал каждый день ходить в синагогу в надежде встретить того человека. Шли недели, и человек объявился – это был дальний родственник, Арон Зайчик, литератор, но вовсе не Гершон, младший брат.

А выезд в Польшу тем временем закрылся. Так Залман Зайчик остался в Ленинграде на долгие 35 лет.

Много лет спустя в руки Миры и Леонида попал научный журнал из Израиля, в котором они обнаружили статью профессора Тель-Авивского универстета Гершома Зайчика. Сара Хаммель, самоотверженая женщина из кибуца Саад, так много сделавшая для алии, связалась с профессорм, но он оказался всего лишь однофамильцем, родом из Чехословакии.

Складная хупа

Много лет Залман Зайчик был одним из постоянных прихожан ленинградской синагоги. Он был очень близок к Аврому Лубанову, легендарному раввину, возглавлявшему общину в 1943-1973 годах, и всегда был его гостем на седере, практически членом семьи.

Евреи Ленинграда история раввина Залмана Зайчика

Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаПасхальный седер у раввина Зайчика. Ленинград, 1982 г. Годы спустя эта фотография поможет Леониду Зелигеру
и его жене доказать свое еврейство в Израиле

И все-таки ему приходилось вести двойную жизнь: сочетать работу рядового советского радиоинженера с соблюдением дома непростых правил еврейской религии, постоянным изучением еврейской мудрости, передачей этих знаний своим детям и еврейской молодежи было очень нелегко.

В 1979 году дочь Зайчика с мужем и детьми подали заявление на выезд в Израиль и сразу оказались в положении отказников, а через два года сам он вышел на пенсию. Больше не было необходимости скрывать тайную еврейскую сторону своей жизни.

Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаЛеонид Зелигер стал одним из первых подпольных преподавателей иврита в Ленинграде.
На фото: Ленинградские дети изучают иврит, 1982 г.
Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаЗалман Зайчик, Аба и Ида Таратута, Фредди Закс

Это были первые годы еврейского национального и религиозного возрождения. Поначалу оно проходило во многом вне синагоги. Официальные руководители общины вынуждены были считаться с давлением и контролем КГБ, а многие молодые люди, приходившие к иудаизму, но продолжавшие учится в институтах и состоявшие в комсомоле, боялись «засветиться». Это были годы домашних еврейских свадеб. Именно в эти годы заговорили о раввине Зайчике, который ставит хупу на дому.

Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаХупа в Ленинграде (Л.Фурман). Ведет Залман Зайчик. 1986 г.
Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаХупа в Ленинграде. Слева направо – Л. Раскин, Г. Генусов, М. Зелигер.
На заднем плане – Д. Гроссман (председатель общины ред.). 1986 г.
Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаХупа в Ленинграде. Слева направо – Г. Генусов, М. Зелигер, Е. Генусова, И. Таратута, А. Таратура, М. Бейзер

Хупа была складная. Реб Шнеур-Залман возил ее с собой в тесных автобусах и метро. Ктубу писали от руки… Сколько таких свадеб провел он, никто не знает. Приглашали его и на брит-мила, и на другие обряды. На большие осенние праздники – Рош-а-Шана, Йом Киппур, Суккот – Залмана Зайчика, как знатока Закона и кантора, постоянно приглашали в другие города, (в Симферополь, в Баку) для совершения праздничного богослужения.

Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаТайная хупа в Вильнюсе. 1979 г.

А между тем, он с виду совсем не походил на традиционного седобородого ребе: пожилой советский человек в пиджаке с орденскими планками. Прохожий, встретивший реб Залмана на улице, не догадался бы, кто перед ним.

Евреи Ленинграда история раввина Залмана ЗайчикаЗалман Израилевич Зайчик. Инженер, участник войны, раввин

Еще одна жизнь

В 1987 году Зайчик и его семья наконец получили разрешение уехать в Израиль. Ему было отпущено еще пять лет счастливой жизни в Иерусалиме. Он вернулся к своей инженерной профессии, а по велению сердца, «на общественных началах», работал в музее Яд ва-Шем. Там встречали его многие из тех, кто помнил его по Ленинграду.

Можно сказать, что это была еще одна, третья, добавочная жизнь. Тоже важная и насыщенная.

Но здесь, в Петербурге, о нем не забыли. Он был одним из тех, кто обеспечил преемственность, непрерывность религиозной и вообще еврейской жизни в нашем городе. Это многого стоит.

Валерий Шубинский

Фотографии из архива Леонида и Миры Зелигер

Оригинал с сайта

Опубликовано 24.12.2016  13:23

На смерть Фиделя (13.08.1926 – 25.11.2016)

Ariel Cohen, 27.11.2016  4:04

На удивление много народу в Фб, скорбящих по фиделю. Ну, во-первых, респект и уважуха: взял страну без долгов, а потом кинул СССР и РФ на бабки – $32 миллиарда дол. США
И на десятки миллиардов экспроприировал имущества. А без толку. Все равно нищета. Социализм такой социализм.
А во-вторых, вот свидетельство очевидца:

@Рустем Адагамов, Город Прага, Чехия

Я на Кубу первый раз приехал в феврале 2008 года. Написал тогда много про увиденное, но потом мастера ЖЖ при очередном переносе картинок все угробили.
Был тогда в Гаване, поездил по стране, был в Санта-Кларе, Сьенфуэгосе, Тринидаде, еще где-то (уже не помню). Это была, наверное, самая печальная моя поездка. Потом осталось очень тяжелое чувство от увиденного, и я был очень рад, когда сел в самолет, чтобы лететь обратно.

Гавана совершенно убитая, там в центральных районах даже стекол нет в домах, первые этажи все в стальных решетках. По этим улицам было интересно ходить, рассматривая заброшенный, прежде красивый город. Помню старика с прозрачными глазами, который увидел меня и стал показывать рукой на свой рот — дескать, есть хочу, помоги. У него был такой отрешенно-усталый взгляд.

Сутенерши зазывают в бордели прямо среди бела дня. В жилом районе, куда я забрел, местные попытались отнять фотокамеру, насилу отбился. Поесть что-нибудь на улице невозможно — были какие-то тележки с булками и чем-то похожим на ветчину. Я не решился это покупать, к тому же у меня были только туристические «куки».
Помню рыбака на Малеконе, он ловил рыбу на удочку. В море на лодках выходить нельзя, поэтому рыбаки ловят с берега, а море в Гаване пустынное, неуютное. Жизнь теплится только вокруг мест, куда приходят туристы — вроде сигарной фабрики и магазина с ромом. А остальное унылое и полуживое.

Случайно познакомился с русскими ребятами-бэкпэкерами, которые год прожили на Кубе. Они рассказали как устроена жизнь у местных. Это такой карибский совок: никто ничего не делает, все тырят у государства, что могут. Сахарным тростником убили всю землю и на ней больше ничего не растет. У инженера на заводе зарплата в эквиваленте 5 долларов в месяц. Рассказали про чувака, у которого жили пару недель — это такой местный бизнесмен. В своей халупе устроил мясной цех, покупает свиней в провинции, делает из них ветчину. Снабжает ей местное начальство — партийное и гэбуху. За это его не трогают. Остальное пускает на продажу за местные песо и считается королем на районе.

Нанял в отеле машину и поехал по стране. Нищета дичайшая. На отличных дорогах, которые в конце 50-х построили американцы, практически нет машин, как в Северной Корее. Общественного транспорта нет. Совершенно инфернальные картины — под эстакадами над шоссе прячутся от солнца люди, которым нужно куда-то ехать и вот они, завидев автомобиль, выбегают на дорогу с пачками своих песо и машут руками — возьмите нас! Ужасное чувство, когда ты проезжаешь мимо них, потому что водитель не может их взять — государственному транспорту это запрещено. Пару раз обгоняли на дороге какие-то древние рыдваны, в которых люди ехали в кузове стоя, вцепившись друг в друга.

В Санта-Кларе здание отеля, которое все в следах от пуль. Это следы перестрелки, которую вели отряды Че Гевары с обороняющимся гарнизоном города в декабре 1958 года. С тех пор отель не ремонтировали.

В Тринидаде красивый седой старик с внуком на руках сидит перед стареньким телевизором у себя в комнате и дремлет.

На службе в церкви полный зал народу. Женщины одеты в темное и старое. Снова хватают за руку и просят денег. Я уже все раздал, что было, поэтому быстро ухожу.

Я был в нескольких карибских государствах — на Антигуа и Барбуде, в Гваделупе, Доминике. Там люди живут небогато, но нигде нет такого щемящего чувства безнадеги и тотального пиздеца, как на Кубе. Ну поплачьте еще о ваших героических фиделях с чегеварами, давайте.

Опубликовано 27.11.2016  10:38

***

Фидель Кастро об Израиле, евреях и мусульманах

К 40-летию операции “Энтеббе” / Operation Entebbe

Операция "Энтеббе" ("Йонатан")
В воскресенье 27 июня 1976 г. самолет французской авиакомпании «Эр Франс», выполнявший обычный рейс по маршруту Тель-Авив—Париж, был захвачен четырьмя вооруженными террористами (два немца и два араба), членами организации Народный фронт освобождения Палестины, которой руководил Дж. Хабаш. В момент вылета из Тель-Авива на борту самолета находилось более двухсот пассажиров, в том числе 83 израильтянина.

Террористы проникли на борт самолета в Афинах, где он совершал промежуточную посадку. В афинском аэропорту в это время проходила забастовка наземного персонала, благодаря чему террористов практически никто не досматривал. По их приказу самолет приземлился в аэропорту ливийского города Бенгази, после дозаправки горючим поднялся в воздух и совершил посадку в аэропорту Энтеббе. Пассажиры и команда самолета, которая отказалась оставить заложников, были размещены в старом здании аэропорта.

В Уганде к похитителям присоединился еще ряд палестинских террористов. Террористы несли внутреннюю охрану в здании с заложниками, а угандийские солдаты охраняли его снаружи, отойдя от старого здания аэропорта на 50 м. Диктатор Уганды Иди Амин тесно сотрудничал с террористами и, неоднократно выступая перед заложниками, говорил, что их судьба в руках правительства Израиля, которое должно принять все требования похитителей. Во вторник 29 июня были освобождены 47 пассажиров, в основном пожилые женщины, дети и больные.

В тот же день террористы предъявили ультиматум, в котором требовали освободить террористов, находившихся в заключении: 40 — в тюрьмах Израиля, шестерых — в Западной Германии, пятерых — в Кении, одного — во Франции. Террористы угрожали, что если в четверг 1 июля к 14 часам по угандийскому времени заключенные не будут освобождены, то все заложники будут убиты, а самолет взорван. Затем срок ультиматума был продлен еще на 24 часа.

Вечером 29 июня пассажиры с израильскими паспортами (83 человека) были отделены от других пассажиров, причем этой операцией руководили террористы-немцы. 30 июня остальные пассажиры (101 человек), в большинстве евреи, но без израильских паспортов) были освобождены. Французский экипаж самолета во главе с капитаном М. Бакю остался с заложниками. 1 июля израильское правительство объявило, что оно принимает все требования террористов и просит Францию быть посредником в переговорах об освобождении заложников. Не прекращая дипломатических контактов, израильское правительство поручило военным разработать план операции по спасению заложников.

Операция "Энтеббе" ("Йонатан")
С военной точки зрения такая операция не имела прецедентов в истории. Израильские самолеты должны были пролететь около четырех тысяч километров, их могли обнаружить советские радары. Нужно было досконально знать план аэропорта, расположение всех постов охраны и угандийских войск, которые могли прийти на помощь террористам. Было необходимо найти страну, власти которой разрешили бы израильским самолетам заправиться горючим.

Генерал Дан ШомронОперацию нельзя было откладывать надолго, чтобы руководители террористов и полусумасшедший диктатор Уганды Иди Амин не начали расстреливать заложников. В планировании операции основную роль сыграли начальник Генерального штаба Армии обороны Израиля М. Гур, начальник оперативного отдела военной разведки (АМАН) Э. Барак, командующий израильскими ВВС Б. Пелед (1928–2002), командир подразделения особого назначения Генерального штаба И. Нетанияху (см. Б.-Ц. Нетанияху) и другие. Подготовка операции велась в обстановке полной секретности. Израильские солдаты должны были долететь до Энтеббе на новейших американских транспортных самолетах «Геркулес-130».

Израильтяне договорились с властями Кении о разрешении дозаправиться в аэропорту Найроби. Агенты израильской разведки Мосад представили подробный план здания, где содержатся заложники, расположения охраны, истребителей (системы МиГ) и радарных установок. Израильские военные специалисты, которые в конце 1960-х – первой половине 1970-х гг. были военными советниками в армии Уганды, хорошо знали аэропорт Энтеббе. Генерал Б. Пелед сообщил Э. Бараку: «У нас есть пилоты, которые уже летали в Энтеббе и знают тамошнее летное поле как свои пять пальцев».

В операции должны были участвовать подразделение особого назначения Генерального штаба, бойцы бригады «Гивати», 35-й десантной бригады, специальное подразделение военно-воздушных сил. На одной из авиабаз в Израиле был выстроен макет аэропорта Энтеббе, который штурмовали участники операции. 4 июля пять самолетов «Геркулес-130» вместе с сопровождавшими их истребителями поднялись в воздух и взяли курс на Энтеббе.

В военной и дипломатической подготовке операции активно участвовали премьер-министр Израиля И. Рабин и министр обороны Ш. Перес. Окончательное разрешение правительства на проведение операции было получено через 15 минут после взлета. Ранее в Найроби приземлились два самолета «Боинг», на борту одного из них был размещен полевой госпиталь. Предполагалось, что в бою может погибнуть около 35 израильтян. Израильскими войсками, высадившимися в Энтеббе, командовал Д. Шомрон. Атакующим был дан приказ открывать по угандийским солдатам только ответный огонь.

ПЛАН ОПЕРАЦИИ
Отряд под командованием Й. Нетанияху, состоявший из бойцов подразделения особого назначения Генерального штаба, штурмовал здание терминала, где находились заложники. Немецкие террористы, охранявшие здание снаружи, были сняты без шума. Ворвавшись в здание, солдаты кричали заложникам: «Лечь на пол!» — чтобы максимально сократить число жертв. Несколько террористов успели открыть огонь, но были тут же убиты. Перестрелка продолжалась 1 минуту 45 секунд. В ходе ее погибли двое заложников, а огнем с охранной вышки был смертельно ранен Й. Нетанияху.

Другие подразделения израильской армии также успешно выполнили свою задачу. Специальный отряд ВВС взорвал МиГи и радарные установки. Подразделение бригады «Гивати», блокировавшее аэропорт снаружи, уничтожило бойцов угандийского отряда, пытавшегося прорваться к аэропорту. Во время боя было ранено девять израильтян (четверо военных и пять гражданских лиц). Одна из заложниц, Дора Блох, помещенная ранее в больницу с тяжелым пищевым отравлением, после освобождения заложников была жестоко убита.

Первый самолет с освобожденными заложниками вылетел в Израиль через 53 минуты после приземления и начала операции. Прилетевших восторженно приветствовали в аэропорту Лод многочисленные встречающие, среди которых были представители правительства и лидер оппозиции М. Бегин.

Большинство стран свободного мира приветствовало Израиль за выдающийся успех в борьбе с международным терроризмом. Президент США Дж. Форд поздравил Израиль с завершением беспрецедентной военной операции, однако операцию Энтеббе осудили в Совете безопасности Организации Объединенных Наций. Представители Советского Союза и арабских государств обвиняли Израиль в «вопиющем нарушении суверенитета Уганды».

ПОСТРАДАВШИЕ В ХОДЕ ОПЕРАЦИИ
Четверо заложников убиты, из них трое были застрелены во время спасательной операции.
1. 19-летний Жан-Жак Маймони был убит спецназовцами, которые приняли его за террориста, поскольку он не подчинился приказу «Ложись!» и встал.
2. Паско Коэн — 52-летний менеджер израильского фонда медицинского страхования был убит в ходе перестрелки между террористами и бойцами спецназа.
3. Ида Борохович — 56-летняя еврейка из России, недавно репатриировавшаяся в Израиль была убита в ходе перестрелки.
4. 73-летняя Дора Блох, гражданка Великобритании, проживавшая в Израиле, во время операции по освобождению заложников находилась в больнице г. Кампала, куда была помещена ранее с пищевым отравлением. После завершения операции Энтеббе она была убита двумя офицерами угандийских спецслужб по приказу Иди Амина. Её останки были найдены в 1979 году. Дора Блох похоронена в Иерусалиме в том же году.

10 заложников были ранены входе операции по освобождению.
5 бойцов спецназа были ранены. Один из раненых солдат остался инвалидом — ему парализовало ноги.

Среди бойцов, участвовавших в операции, погиб лишь один – подполковник элитных частей Йонатан Нетаньяху, старший брат будущего премьер-министра Израиля. Он был смертельно ранен выстрелом в спину угандийского снайпера, когда солдаты уже покидали старый терминал. В честь него операция позже получила новое название «Мивца Йонатан» (Операция Йонатан).

20 солдат Угандийской армии были убиты во время штурма здания старого терминала.

ПОДРОБНОСТИ ОПЕРАЦИИ
Воскресный день 27-го июня 1976 года выдался необычайно жарким для начала лета. И пассажиры рейса 139 авиакомпании «Эйр-Франс», вылетавшего из тель-авивского аэропорта Бен-Гурион в Париж через Афины, уже предвкушали, как через несколько часов будут блаженствовать в прохладной тени знаменитых парижских каштанов…
Точно по расписанию, в 8-59, аэробус поднялся в воздух, а в 11-30 произвел промежуточную посадку в афинском аэропорту, где самолет покинули 38 пассажиров. К оставшимся 58, летевшим до Парижа, должны были присоединиться еще несколько десятков человек, купивших билеты в греческой столице. Среди них было четверо пассажиров, прибывших в Афины рейсовым самолетом авиакомпании «Сингапур эрлайнз» из Бахрейна: молодая пара, имевшая при себе паспорта граждан ФРГ, а также двое мужчин с кувейтскими паспортами. Впоследствии выяснилось, что документы четверки были фальшивыми…
В Афинах в этот день безопасность практически не обеспечивал никто: происходила забастовка наземного персонала. Стоит ли удивляться тому, что четверо иностранцев совершенно беспрепятственно прошли таможенный контроль в афинском аэропорту. Скучающая служащая мельком взглянула на предъявленные билеты и, одарив пассажиров дежурной улыбкой, пожелала всем четверым приятного полета. У нее даже мысли возникнуть не могло, что в пластиковых пакетах с эмблемой афинского «Дюти-фри» лежали автоматы, пистолеты, ручные гранаты и несколько упаковок с пластиковой взрывчаткой.
Двое немецких террористов, изображавших влюбленную парочку, устроились в первом ряду бизнес-класса, а «кувейтцы» заняли свои места в салоне для туристов.
Террористы действовали четко и слаженно, по заранее разработанному плану. В 12-35, выхватив из пакетов оружие, немцы ворвались в кабину пилотов, два других террориста, наставив автоматы на пассажиров, взяли под контроль салон.
Руководителем группы был немец по имени Вильфред База. Приставив пистолет к затылку командира авиалайнера, он приказал сообщить пассажирам по внешней связи на английском языке, что самолет захвачен террористами из сектора Газа, которые принадлежат к группировке «Че Гевара». Подруга Базы держала в этот момент под прицелом второго пилота.
Тем временем палестинцы, не выпуская из рук автоматы, стали собирать у пассажиров паспорта. Они с ужасом наблюдали за всем происходящим, пытаясь понять, чего добиваются террористы, какова цель захвата.
Между тем, палестинцы согнали женщин и детей в первый салон аэробуса — впоследствии, во внутренних переговорах, бандиты называли эту группу пассажиров «Освобожденной Хайфой». Затем всем пассажирам-мужчинам было приказано собраться в хвостовом отсеке самолета.
Когда палестинцы сообщили Вильфреду по внутренней связи, что «сортировка» пассажиров закончена, немец развернул перед командиром аэробуса карту и ткнул пальцем в конечный пункт следования — аэропорт Энтеббе в Уганде.
Спустя полтора часа после захвата лайнер совершил посадку в ливийском аэропорту Бенгази. Здесь к террористам присоединились три их товарища. Из самолета было выпущено несколько пассажиров.
По прибытии в Уганду пассажиры были размещены в здании аэропорта. Утром в Энтеббе прибыл угандийский президент Иди Амин Дада, не скрывавший своих симпатий к террористам.

* * *

В генеральном штабе ЦАХАЛа уже знали о пиратском захвате аэробуса. В течение получаса здесь собралась группа высокопоставленных офицеров во главе с полковником Эхудом Бараком, занимавшим в тот момент пост начальника оперативного отдела военной разведки. Командующий войсками резерва Кути Адам, временно замещавший на посту начальника генштаба Моту Гура, приказал Бараку взять под свой личный контроль ситуацию с угнанным самолетом.
Адам сидел над картой аэропорта Энтеббе, когда в кабинете раздался звонок — вернувшийся с заседания правительства начальник генштаба звал его к себе. Войдя в кабинет, он увидел сгорбленную спину Гура, стоявшего перед гигантским глобусом.
— Ну, Кути, что можно сделать в Энтеббе? Предложения есть?
— Никаких конкретных предложений пока нет…
— Глава правительства Ицхак Рабин спросил меня только об одном: есть ли возможность спасти заложников с помощью десантной операции… — Гур внимательно посмотрел на генерала. — И я ответил, что, с моей точки зрения, такая возможность есть. Следовательно, нам надо ее проверить…
— Скажи, Мота, — угрюмо спросил Адам, — когда ты разглядывал глобус, ты обратил внимание, где именно находится эта чертова Уганда?
— Не сразу, — ответил Гур. — Но, что самое скверное, я не увидел на глобусе пути к освобождению наших людей…
Гур подошел к селектору и вызвал Барака, кабинет которого находился этажом выше.
Через минуту тот уже был у начальника генштаба.
— До завтрашнего утра я хочу знать, что можно сделать, — коротко приказал Гур. — Вызови всех, кого сочтешь нужным, и сделай все, что следует. К утру мне не нужны вопросы, я хочу иметь только ответы…
Барак срочно вызвал в свой кабинет Муки Бецера, Амирама Левина и Габи Зоара. Это была группа планирования операций. Тут же позвонил главнокомандующий израильскими ВВС генерал Бени Пелед, который сообщил, что ВВС полностью в его распоряжении.
— У нас есть пилоты, которые уже летали в Энтеббе, — добавил Пелед. — И знают тамошнее поле и аэропорт, как свои пять пальцев…
Тем временем в штаб планирования операции стекались все новые и новые сведения. Бецер, работавший в свое время в Уганде, считал, что боевая мощь подразделений Иди Амина не представляет собой сколько-нибудь серьезной проблемы и сделать в Энтеббе можно намного больше, чем это кажется на первый взгляд.
Между тем, по каналам «Моссада» поступила информация о том, что сам аэропорт Энтеббе, а также все подступы к нему контролирует местный батальон службы безопасности. Одним словом, уже к рассвету в штабе планирования созрело четыре-пять вариантов операции по спасению заложников. Среди них, в частности, была идея парашютного и морского десанта в районе озера Виктория, расположенного неподалеку от аэропорта. Десантники, используя старый аэропортовский терминал, должны были зайти в тыл охраны и стремительным штурмом освободить заложников. Было еще несколько вариантов…
Однако к утру участники совещания пришли к единому выводу: необходимо высадиться в Энтеббе внезапно, свалиться на террористов и местные подразделения как снег на голову, чтобы предотвратить убийство заложников. В основе этого плана лежала нестандартная идея Бецера: осуществить в Энтеббе посадку рейсового самолета какой-нибудь зарубежной авиакомпании, незаметно выгрузить из трюма самолета черный «мерседес» — точную копию личного автомобиля президента Уганды, проехать на этой машине к зданию аэропорта и, используя элемент внезапности, перестрелять террористов и освободить захваченных пассажиров.
Для выполнения этой операции участники совещания рекомендовали в качестве основного исполнителя подразделение «Сайерет Маткаль»…
В семь утра все варианты были представлены на рассмотрение начальника генштаба. Выслушав мнения, Гур приказал разрабатывать два варианта: десант спецназовцев и замаскированная под рейсовую посадка самолета с двумя-тремя машинами на борту.
Барак поручил командиру «командос» заняться подготовкой парашютного десанта, а Бецеру — самолетом, в который надо уместить две-три машины с оружием.
Сразу же после совещания у начальника генштаба все собрались в кабинете министра обороны Шимона Переса. Он меньше всего интересовался деталями предстоящей операции по освобождению заложников. Здесь он полностью доверял профессионалам. Однако Перес считал, что, помимо военной акции, необходимо провести «косвенную» дипломатическую операцию. То есть, попытаться войти в контакт с Иди Амином и достигнуть с ним определенного соглашения. С точки зрения министра обороны, следовало так построить эти переговоры, чтобы угандийский лидер не мешал проведению операции по освобождению заложников (о помощи президента Уганды израильским «коммандос» не могло быть и речи).
К исходу вторых суток после угона самолета в штаб подготовки операции поступила первая конкретная информация об угонщиках, источником которой были пассажиры, отпущенные террористами в ливийском аэропорту Бенгази. Израильская военная разведка располагала фактами о принадлежности двух немцев к леворадикальной организации «Бадер-Майнгоф», известной своими тесными связями с палестинскими террористическими организациями.
На третий день была получена тревожная информация: террористы отпустили всех пассажиров аэробуса, кроме израильтян. И буквально спустя час на радиосвязь вышел Вильфред База, передавший в эфир ультиматум. В нем содержалось требование к Израилю и Германии освободить из тюрем несколько десятков палестинских и немецких террористов. Правительство Франции должно заплатить за возврат аэробуса пять миллионов долларов.
— Скверные новости! — прокомментировал это сообщение Мота Гур.
Впрочем, в штабе по подготовке операции «Энтеббе» даже в скверных новостях вылавливали крупицы полезной информации. Барак и члены штаба планирования считали поступившие известия не такими уж и плохими. Во-первых, число заложников в помещении аэропорта сокращалось с двухсот до ста. Во-вторых, израильтяне прекрасно понимали, что не позднее чем через двенадцать часов они смогут получить от освобожденных заложников ценную информацию о внутренней планировке старого терминала аэропорта, о числе солдат сил безопасности, о дислокации террористов…
В Париж, куда были доставлены из Уганды освобожденные пассажиры аэробуса, для встречи с ними срочно вылетели генерал запаса Рехавам Зеэви (он представлял канцелярию главы правительства) и Амирам Левин (член группы Барака, непосредственно занимавшийся планированием операции по освобождению израильских пассажиров).
Домой, в Тель-Авив, Левин привез информацию, в корне изменившую план подготовки десанта. Выяснилось, что уже в Энтеббе к группе База присоединилось несколько террористов, что местная служба безопасности активно сотрудничает с бандитами и даже участвует в охране пассажиров, что зал ожидания и старый аэропортовский терминал находятся под контролем террористов, в то время, как новое здание аэропорта не контролируется ни местной службой безопасности, ни террористами.
После того, как информация, привезенная Левином из Парижа, была тщательно проанализирована, стало ясно, что участникам операции будут противостоять не только получившие подкрепление террористы, но и, вполне возможно, стянутые в район аэропорта части угандийской армии. А это резко меняло сам подход к операции — теперь, в свете новых обстоятельств, небольшой мобильный отряд израильских «коммандос» нуждался в серьезном подкреплении…
Когда стало ясно, что силами одного спецназа ограничиться не удастся и потребуется участие дополнительных подразделений, генерал Адам вызвал к себе Дана Шомрона, командира элитного подразделения пехотных и парашютных войск, и приказал ему доработать план операции с учетом подключения его подразделений. Кроме того, начальник генштаба назначил Шомрона руководителем операции, чему последний был очень рад. Его заместителем был назначен Барак.
Спустя сутки Шомрон представил план начальнику генштаба и министру обороны…

* * *

В доработанном виде план предусматривал следующее «разделение обязанностей». Подразделение спецназа будет задействовано в освобождении заложников, которые содержались в старом терминале аэропорта Энтеббе, а подразделение Шомрона возьмет на себя контроль за новым терминалом, а также ликвидацию возможного противодействия сил угандийской армии в районе аэропорта.
В тот момент подразделением спецназа командовал Йони Нетаниягу. Однако в первые сутки после захвата самолета он находился на боевых учениях в Синайской пустыне, и «коммандос» на совещаниях представлял его заместитель Муки Бецер. 30-го июня он вернулся с учений и сразу же подключился к подготовки акции по освобождению заложников.
Тем временем Шомрон определил подразделения, которые должны были вместе с «коммандос» принять участие в операции. В их число вошли десантники под командованием Матана Вильнаи, а также элитное подразделение «Голани» во главе с полковником Ури Саги-Айзенбергом.
— Утро пятницы 2-го июля началось с левой ноги, — вспоминал в беседе со мной Эхуд Барак. — Мой шеф, генерал Шломо Газит, вернувшийся из-за границы, попытался наложить «вето» на мое участие в такой операции. Он опасался, что я могу попасть в плен…
Мой собеседник пытался убедить своего начальника в том, что ему приходилось бывать в более сложных и опасных операциях, что речь идет о сотне человеческих жизней, что в Энтеббе нужны люди с большим опытом.
Но Газит так и не уступил…
Тогда Барак пошел к начальнику генштаба.
— Сейчас к тебе придет Шломо Газит, — сообщил он Гуру, — и попытается убедить тебя снять меня с операции.
— Пусть только попробует! — буркнул Гур. — Минуту назад я доложил премьер-министру, что Шомрон будет командовать операцией, а ты будешь его заместителем и, кроме того, возглавишь группу захвата терминала. Рабин остался доволен…
— Дела… — пробормотал Барак и сел. — Ты должен знать: Йони Нетаниягу воспримет это как личное оскорбление.
— Хорошо, возьми Йони на время операции своим заместителем.
— Я поговорю с ним, — кивнул Барак.
— Лучше пусть это сделает Шомрон. В конце концов, он командует операцией…
Нетаниягу назначили командовать группой захвата…
В пятницу после полудня Барак и Нетаниягу прибыли на базу «коммандос» и составили список участников предстоящей операции. Затем с отобранными солдатами провел инструктаж генерал Шомрон. В этот момент Барака позвали к телефону. Звонил Кути Адам:
— Немедленно явиться в штаб, в Тель-Авив!
— Шомрон сейчас проводит инструктаж, — попробовал возразить Барак. — Я не могу оставить часть…
— Оставь все и немедленно приезжай!
Единственное, о чем думал Барак по дороге в Тель-Авив, что в Энтеббе произошло самое ужасное и операция по спасению заложников уже не нужна. Но все обстояло иначе…
— Ты выбываешь из операции! — не терпящим возражений тоном произнес Адам. — Через два часа ты должен вылететь спецрейсом в Найроби, чтобы обеспечить там заправку нашего самолета горючим на обратный путь. На всякий случай нужно подготовить госпиталь, договориться с кенийцами, естественно, так, чтобы они ни о чем не догадались, и наладить связь между командирами самолетов и Израилем. Если операция в Энтеббе по какой-то причине сорвется, мы будем вынуждены действовать из Найроби.
Барак оторопел:
— Ты что, с ума сошел? — забыв о субординации, воскликнул он. — Неужели в Кению больше некого послать?
— Ты же понимаешь, что в Кении должен быть хоть один наш человек, знающий все детали предстоящей операции.
— Кути, ты делаешь ошибку! В Энтеббе нуждаются во мне!
— Я знаю, Эхуд, и очень сожалею, но это — приказ…
Во второй половине дня с взлетного поля аэропорта Бен-Гурион взмыл транспортный самолет «Боинг-707», в котором находились врачи, фельдшеры, передвижной госпиталь. Перед вылетом Барак договорился Гади Зоаром, сотрудником военной разведки и членом группы планирования операции, что сразу по прибытии в Кению он наладит с Центром устойчивую связь. Тут же условились о секретных кодах. Обозначением главы правительства Ицхака Рабина стал код «Тесть Авраамчика» (Авраам Бен-Арци, или Аврамеле, как его называли в семье, был зятем Рабина). Сама операция в Энтеббе называлась «Бар-мицва».
— Я летел в Кению с тяжелым сердцем, — говорил мне Эхуд Барак. — Впервые в жизни меня оставляли за пределами секретной операции, которую я сам подготовил и центром которой фактически был. Я летел и не переставая думал: «Ну как же такое могло случиться? Я лечу не в том самолете, в котором будут находиться мои бойцы?!..»
Между тем, в ночь на субботу прошла последняя репетиция перед операцией. Каждое подразделение отрабатывало свое задание, по возможности независимо от других.
Начальник генштаба генерал Гур хотел лично убедиться в том, что «Геркулесы С-130», известные в израильских ВВС под названием «Гиппо» (сокращенное от «гиппопотам») могут доставить в нужное место технику и войска и вернуться назад, совершив путь длиной в 4.000 километров, без посторонней навигационной помощи. Он сомневался, удастся ли самолетам пройти незамеченными весь путь до Энтеббе.
В эту ночь Гур пережил одно из самых сильных ощущений за всю свою долгую жизнь военного. В течение трех часов он сидел в огромной кабине четырехмоторного «Гиппо», в то время как самолет подвергался всесторонним испытаниям. «Геркулес» с начальником генштаба на борту летал над пустыней и над горами. Ему были продемонстрированы все причуды и качества машины. При этом демонстрация происходила в ночной темноте…
Несколько раз Гуру продемонстрировали вертикальное приземление, которое было скорее похоже на падение лифта. Расстояние, которое требовалось для приземления, не превышало 213 метров, что позволяло посадить «Геркулес» на внешней кромке аэродрома в Энтеббе неслышно для террористов.
Тем временем, в субботу утром в Найроби пришли фотопленки с изображением аэропорта в Уганде. Просмотрев отпечатанные фотографии, Барак понял, что у него есть ответ на вопрос, несколько суток не дававший уснуть премьер-министру Ицхаку Рабину: на пути между двумя терминалами аэропорта Энтеббе нет никаких препятствий. Барак тут же связался с начальником генерального штаба.
— Вещи, которые просил тесть Авраамчика, по дороге к тебе. Нет никаких препятствий.
Можно делать «бармицву»…

* * *

Суббота, 3-го июля, казалась обычным летним днем. Пляжи полны, дороги забиты транспортом. Немногочисленные участники операции — «коммандос», отобранные из бригады «Голани», парашютисты 35-й десантной бригады, участники антитеррористических отрядов, девушки-военнослужащие ВВС, обязанностью которых является уход в воздухе за раненными, — незаметными струйками стекались из киббуцов, Тель-Авива и Иерусалима к секретным местам сбора.
Заседание кабинета министров началось в 14-00. Глава правительства Ицхак Рабин казался очень встревоженным.
Он сказал — или признался, — что если операция провалится и начнутся народные демонстрации, он как премьер-министр принимает на себя ответственность за все. С тяжелым сердцем он объявил, что одобрил план операции.
Обсуждение продолжалось. Рабин сказал, что не хочет вводить регламента для выступлений, чтобы не вынуждать никого к поспешным решениям. Это тоже определило атмосферу чреватого последствиями дня. Каждому министру хотелось поговорить на этом «историческом заседании», а время шло, и решение все еще не было принято.
Однако этот демократический принцип обсуждения, в конце концов, тоже сослужил свою службу. Время, в течение которого секретность операции могла быть случайно нарушена, было сведено к абсолютному минимуму.
Самолеты стартовали за 15 минут до того, как кабинет дал свое согласие. В воздух поднялись шесть самолетов: четыре «Геркулеса С-130» с «коммандос» и два «Боинга-707», один — штаб и центр связи, другой — летающий госпиталь.
«Гиппо» подлетали к Энтеббе, и вспышки молний ярко освещали их, как будто для того, чтобы показать всю их беззащитность.
Командир флагмана «Давид» был вне себя от радости. Командующий ВВС Бенни Пелед, находившийся в одном из «Боингов», назначил его командиром первого корабля, который приземлится в Энтеббе. «Давид» прислушался к приглушенному реву всех четырех двигателей своего «Геркулеса». Его экипаж сосредоточился на навигационном плане, разработанном так, чтобы позволить тяжело нагруженным машинам долететь до Энтеббе, приземлиться, переждать сумятицу возможного сражения, снова взлететь и исчезнуть.
На последнем отрезке пути до Энтеббе плохие атмосферные условия вызвали необходимость изменений в плане полета. Каждый «Геркулес» летел в ночи самостоятельно, не поддерживая с другими связи по радио, постепенно снижаясь в направлении Рифт Велли и полагаясь только на помощь своих электронных помощников в поисках пути к озеру Виктория.
Заправившись в Найроби, «Боинг-707» с Бенни Пеледом на борту кружил над озером Виктория. Он мог следить за «Геркулесами» с помощью радаров и наблюдать за ходом операции через радиофоны, по секретному каналу передававшими сведения в Тель-Авив. Тишина внизу говорила ему, что пока все идет хорошо, самолеты продолжают лететь. Густой туман закрыл озеро, но над Энтеббе было ясно.
В старом здании аэропорта заложники дотягивали свой шестой день. Похитители расположились в креслах на ярко освещенной бетонированной площадке. В этот час здание охраняли немец и немка.
Многие заложники мучались от поноса. Воды в туалетах больше не было. Унитазы были полны. Угандийские солдаты принесли воду и наполнили цистерны на крыше, однако вода не проходила сквозь засоренные трубы.
Летя в ночи на радиомаяк аэропорта Энтеббе, «Гиппо» достигли, наконец, цели своего путешествия. Еще одна корректировка из-за погодных условий — и пилоты увидели внизу берег, освещенный выходившей из-за горизонта луной.
В первом «Геркулесе» Нетаниягу и его команда забрались в перекрашенный «мерседес», который должен был первым выехать из самолета. Их лица, руки и пистолеты угандийского образца, снабженные глушителями, были черными. «Мерседес» тоже был черным.
Транспортные самолеты разделились на пары. Одна должна была приземлиться на новой, главной посадочной полосе, другая — на старой, которая отделялась от нового аэродрома невысокой насыпью.
Внезапно впереди появились огни посадочной полосы. «Давид» согнал навалившуюся усталость и проверил приборы. Они сообщали ему, что он продолжает лететь по прямой.
По неизвестной причине Энтеббе был ярко освещен. Первый «Геркулес» уже плыл над самой кромкой озера Виктория.
Экипаж и солдаты пристегнулись ремнями к своим местам из-за чудовищной качки, возникающей при быстром приземлении. Тем, кто находился внутри «Геркулеса», казалось, что самолет рухнет вниз под протестующий рев турбин. Снаружи наблюдатель увидел бы огромную машину, которая почти беззвучно скользнула на посадочную полосу, слегка поскрипывая колесами.
В грузовом трюме десантники стояли наготове. Их все же немного укачало при посадке.
Позади первого самолета, заключив, что у флагмана все благополучно, буквально «вися» на его хвосте летел второй. Но второй самолет был готов взлететь немедленно, если посадочная полоса окажется заблокированной или флагман будет остановлен.
«Давид» продолжал идти на скорости, рассчитанной еще во время репетиции так, чтобы она позволила ему без лишнего шума остановиться в нескольких ярдах от здания с заложниками. Он легко остановил «Гиппо» перед огромными окнами старого здания, так близко, что казалось, высунувшись, он мог коснуться их рукой.
Замершие в трюме десантники вздрогнули, когда трап со скрипом откинулся и в самолет хлынул сырой воздух и бледный неожиданный свет. Удар трапа о бетон показался чудовищно громким.
Генерал Дан Шомрон сбежал по трапу с такой скоростью, что сопровождавший его офицер связи потом сказал:
— Он двигался так быстро, что я потерял его из виду. Я не мог поверить, что это тот самый человек, который всю неделю не вылезает из-за стола.
Солдаты рассыпались в поисках террористов. «Мерседес» съехал по трапу и ринулся в направлении угандийских солдат, охранявших контрольно-диспетчерский пункт. Дверцы автомобиля были распахнуты, угандийцы отдали ему честь. Из черных пистолетов, оснащенных глушителями, появились короткие вспышки, и охрана была уничтожена. Хитрость сработала. Нетаниягу и его товарищи вытерли краску с лиц и сбросили черные угандийские блузы, чтобы их товарищи не совершили в темноте той же фатальной ошибки, что и угандийская охрана.
Следующий «Геркулес» приземлился почти рядом с новым зданием аэропорта, когда кто-то в диспетчерском пункте с перепугу выключил освещение. Внезапно весь аэропорт погрузился в темноту.
— Это случилось очень кстати, — сказал командир последнего «Геркулеса». — Я летел прямо в перестрелку, которая вдруг возникла по всему полю. Я был рад, когда погас свет. Мое задание было сидеть на земле и ждать, пока все не улетят, а затем подобрать последнюю группу. В течение 90 минут я был подсадной уткой. Это были самые длинные минуты в моей жизни, потому что как только мой «Геркулес» остановился, на аэродроме начался форменный ад.
Бенни Пелед не требовал никаких донесений от пилотов «Геркулеса». Было договорено, что пока не случится чего-нибудь непредвиденного, воздушный штаб будет сам делать выводы из тех звуков, которые слышались в микрофонах.
Генерал Шомрон устроил свой КП рядом со зданием, где были заложники. Теперь управление операцией было сосредоточено в его руках. Тут-то его, наконец, и нашел офицер связи.
«Илан», один из людей Нетаниягу, бежал вперед: его целью была немка, отождествленная как Габриэль Крош-Тидеманн, которую сам он называл «эта нацистская сука». Ее соотечественник, Вильфрид Бёзе, стоял снаружи около окна спиной к гигантскому «Гиппо», который буквально дышал ему в затылок, не подозревая о людях, обутых в башмаки на каучуковых подошвах, которые бесшумно бежали к нему.
И вдруг по лицу немца расползлось выражение недоумения. Он откачнулся назад и поднял свой автомат. Затрещала длинная очередь. Немец повернулся и упал ничком. Заместитель Нетаниягу перепрыгнул через немца, спеша к следующей цели, а бегущий за ним солдат остановился, чтобы повернуть тело лицом вверх.
«Илан» затаил дыхание. Прямо перед ним у самого входа с пистолетом в одной руке и гранатой в другой стояла немка. Какую-то долю секунды он видел ее застывшее, отупевшее лицо. Он направил на нее автомат и нажал на спусковой крючок, разрядив всю обойму. Он переступил через ее тело, распростертое поперек выхода, и ворвался в здание.
Десантники из третьего «Геркулеса» добежали до старого здания в тот момент, когда солдаты Нетаниягу ворвались в холл. Они кричали на иврите:
— Ложитесь! Вниз! На пол!
Два террориста начали стрелять. Один из автомата, другой — из револьвера. Десантники обнаружили источник огня и обрушили в том направлении целый град пуль.
Зал наполнился дымом. Кое-кто из заложников забрался под матрасы. Новые десантники ворвались через окна в здание с криками «Тишкеву!» («Ложитесь!»)
Перестрелка в зале продолжалась 1 минуту и 45 секунд.
Нетаниягу со своими солдатами прочесывал второй этаж, преследуя оставшихся террористов. В одном из туалетов они обнаружили двух террористов с пистолетами. Как сообщили позже, они были убиты. Другой отряд, действовавший в северной части здания, искал седьмого террориста.
Доктора и санитары, привычные к боевым условиям, быстро вынесли из огня раненных — пятерых гражданских и четырех солдат — и доставили их на операционные столы во второй «Геркулес». Битва на аэродроме вступила во вторую фазу. С расположенной поблизости наблюдательной башни по израильтянам открыли огонь. Солдаты Нетаниягу тут же открыли ответный огонь по башне.
Кто-то закричал:
— Йонни ранен! Санитара!
Крик взбудоражил солдат. Нетаниягу был ранен в спину. Истекая кровью, он лежал вниз лицом возле главного входа. Он попытался встать, затем тяжело рухнул снова и потерял сознание. Его заместитель сообщил о случившемся Шомрону и продолжал действовать в соответствие с разработанным планом.
Тело Нетаниягу принесли в самолет, предназначенный для освобожденных заложников. Его товарищи думали, что он ранен. Они ворвались со своими носилками в поток взволнованных людей. Некоторые были перепуганы и отчаянно стремились как можно быстрее отказаться в большом «Геркулесе», в безопасности.
Первый «Геркулес» с освобожденными заложниками на борту вылетел из Энтебе через 53 минуты после приземления — на две минуты раньше, чем предусматривалось. Второй «Геркулес» уже развернулся, чтобы принять заложников, которых солдаты с громкоговорителями направляли в его открытый трюм.
«Геркулес», приземлившийся первым, должен был взлететь последним. Старший пилот, сидевший в кабине, погасил огни и стал обдумывать ситуацию. Генерал Шомрон поднялся на трап «Геркулеса». Из горящего диспетчерского пункта все еще доносилась стрельба. Трап медленно поднялся. Моторы начали набирать скорость…
— Если мы смогли сделать это в Африке, мы сможем сделать это повсюду, — скажет
Шомрон позднее.
Пока же он сидел и смотрел на солдат. Они опять разделись до пояса, растянулись на полу и заснули как ни в чем не бывало…

* * *

Для увековечения памяти погибшего командира «Сайерет Маткаль» подполковника Йонни Нетаниягу руководство Израиля приняло решение назвать операцию «Йонатан». Она и по сей день остается уникальной. Подобный рейд пытались провести американцы, освобождая заложников в Тегеране. Но задуманная операция провалилась…

 

Ранее размещенный материал по теме:

Фильм о Йони Нетаниягу

Опубликовано 4 июля 2016 15:42 
                                                                                 ***
Операция “Йонатан”: схватка не на равных

ЧЕТВЕРГ, 7 ИЮЛЯ 2016 Г.

Евгения Кравчик

 

Невообразимо, но факт: даже в таком универсальном источнике, как Wikipedia, данные об операции по освобождению заложников в аэропорту “Энтеббе” во многом не соответствуют действительности. Что уж говорить о публикациях ивритской прессы… Каждая газета, каждое интернет-издание и сегодня продолжает по-своему подавать и трактовать уникальную операцию, в ходе которой террористы, захватившие 27 июня 1976 года пассажирский самолет французской национальной авиакомпании Air France, были ликвидированы, а более сотни заложников (израильтяне, евреи-иностранцы и члены экипажа “Боинга”) – освобождены.

“Война за пальму первенства все еще продолжается” – статью под таким заголовком опубликовал 5 июля в газете “Едиот ахронот” известный журналист доктор Ронен Бергман.

 Автор, пользующийся в Израиле и за рубежом репутацией видного эксперта по делам армейской разведки и спецслужб, цитирует Амира Офера, бывшего бойца Спецназа Генштаба (“Сайерет Маткаль”), одного из участников операции “Йонатан”, проведенной ровно 40 лет назад в аэропорту Энтеббе (Уганда).

Описывая атмосферу, царившую в грузовом самолете “Геркулес”, в котором бойцы Спецназа возвращались по завершении операции из Уганды в Израиль, Амир Офер отмечает:

“Еще один вопрос, который встал в самолете в процессе спонтанного расследования (хода операции – ред.) и обсуждался на очень высоких тонах: по какой причине во время штурма Муки (Бецер – ред.) остановился, ведь из-за этого над Амноном, надо мной (и, конечно, над заложниками) нависла чудовищная опасность. Ему задали вопрос, почему он остановился, и он ответил: “Что-то заело в моем “Калашникове”.  Его ответ показался очень странным… После того как наш самолет совершил посадку в Израиле и на протяжении последующих лет объяснения Муки изменились и теперь уже звучали так: “У меня был пустой магазин”. Но никакой мишени, которая оправдывала бы опустошение магазина, не было. Неясно, как столь опытный офицер, как Муки, не додумался оставить в магазине достаточно пуль для критической стадии – штурма. Короче, объяснения той заминки, которые дал Муки, нас не убедили”…

Воспоминания Амира Офера, первым ворвавшегося в здание аэропорта, вошли в книгу “Операция “Йонатан” – от первого лица”.

Она вышла в свет пару недель назад – почти через 40 лет после беспрецедентной по сложности и степени риска операции по освобождению заложников на территории чужого (и крайне недружественного по отношению к Израилю)  африканского государства.

Книга, в которой собраны воспоминания-показания 33-х бойцов Спецназа, участвовавших в операции, поставила точку в “кровопролитной” (цитирую Ронена Бергмана) войне за пальму первенства.

На самом деле то была сюрреалистическая война за право войти в историю Израиля национальным героем. Оставшийся в живых офицер Спецназа вел нескончаемую ожесточенную битву с единственным товарищем по оружию, погибшим в аэропорту Энтеббе ночью 4 июля 1976 года, – с подполковником Йонатаном (Йони) Нетаниягу, благословенна его память.

Битва за правду (а таковой являются факты, факты и одни только факты) была неравной. Муки Бецер – заместитель Йони Нетаниягу, “калашников” которого якобы заело в решающий момент во время штурма здания аэропорта, тесно сотрудничал с падкой на сенсации израильской прессой. Опровергнуть его версии (сколь впечатляющими они бы ни казались) было некому – Йони, которому в марте этого года могло бы исполниться 70 лет, погиб и навсегда остался 30-летним. Как пишет Ронен Бергман, журналисты, стремящиеся навредить младшему брату подполковника – главе правительства Биньямину Нетаниягу, усиленно раздували конфликт, тиражируя каждое новое откровение Муки Бецера.

В неравном поединке, растянувшемся почти на 40 лет, семью Нетаниягу представлял младший брат Йони – врач, писатель и драматург Идо Нетаниягу, также служивший в  Спецназе Генштаба. Ронен Бергман отмечает, что доктор Идо Нетаниягу посвятил скрупулезному независимому расследованию подготовки и хода операции в Энтеббе значительную часть своей жизни. На самом деле – полжизни, 30 лет.

На прошлой неделе на закрытой для прессы мемориальной церемонии книга “Операция “Йонатан” – от первого лица” была роздана ее участникам – бойцам Спецназа и военным летчикам, пилотировавшим “Геркулесы”. После прочтения книги, состоящей из скрупулезно задокументированных бойцами воспоминаний, стало ясно, что конфликт исчерпан: рассказ подавляющего большинства участников операции “Йонатан” полностью совпадает с результатами частного расследования, которое провел Идо Нетаниягу, констатирует Ронен Бергман.

В чем заключаются результаты этого расследования и почему Идо Нетаниягу пришлось в одиночку заниматься тем, чем обычно занимается армейское командование?

Чтобы получить ответ на этот и другие вопросы, наш корреспондент взял у доктора Идо Нетаниягу интервью, первую часть которого предлагаем вашему вниманию.

Энтеббе: факты, факты и одни только факты

– В книге “Операция “Йонатан” – от первого лица” собраны воспоминания 33-ти бойцов Спецназа Генштаба (“Сайерет Маткаль”), участвовавших в операции по освобождению заложников в Уганде.  Вы служили в Спецназе, в том числе и под командованием своего старшего брата – Йони Нетаниягу, благословенна его память, а после его гибели полжизни посвятили расследованию обстоятельств и деталей операции “Йонатан”. Что подвигло вас на это?

– Не знаю, полжизни или нет, – никогда не вел никаких подсчетов, но времени исследованию было уделено немало. С моей точки зрения, необходимость провести такое исследование возникла из-за того, что часть информации об операции, которая периодически публиковалась в прессе, не соответствовала действительности. Это касается как Йони, так и бойцов, которыми он командовал. Мне было ясно, что СМИ  тиражируют  недостоверную информацию. Это и заставило меня спустя 9 лет после операции приступить к собственному исследованию.

 – Как вы его вели – по какой методике?

– Посредством опроса бойцов – участников операции. Сделать это было несложно: как и мои старшие братья, я тоже служил в Спецназе, но в момент операции был студентом, изучал за границей медицину. Когда я закончил учебу и вернулся в Израиль, очень быстро понял: СМИ искажают факты. Следовательно, все этапы операции, начиная с подготовки и кончая штурмом здания аэропорта, нужно восстановить и документировать.

Идо Нетаниягу первым подробно опросил бойцов, участвовавших в операции в Энтеббе.

– Не знаю, по каким причинам, но ЦАХАЛ не занимался расследованием операции, как это делается обычно в случае гибели военнослужащего или нескольких солдат, – говорит Идо Нетаниягу.

– Этот факт, кстати, констатировал в другой статье, опубликованной в газете “Едиот ахронот” пару недель назад, и доктор Ронен Бергман.

– Верно, от фактов не уйдешь. За исключением одного-единственного офицера, передавшего армейскому командованию информацию, которая не соответствует действительности, представители ЦАХАЛа больше ни разу не обращались ни к кому из участников операции и не просили дать показания. В результате отчет, который лег со временем на полки армейского архива и поныне является единственным официальным документом, отражающим ход операции, основан на свидетельстве одного офицера Спецназа, который был опрошен.

Результат оказался катастрофическим: много лет подряд единственным “документальным” источником информации об операции в Энтеббе оставались показания офицера подразделения Спецназа номер 682, которые, мягко говоря, не  отражают факты. Более того: в архивных  материалах указано, что после операции были опрошены “бойцы 682-го подразделения”, а не один-единственный офицер.

– Недостоверный “первоисточник” и побудил меня заняться независимым частным расследованием, – говорит Идо Нетаниягу.

– Вы приступили к расследованию тридцать лет назад – неслыханная дерзость, по тем временам.

– К счастью, мне было несложно это сделать: к солдатам и офицерам Спецназа я обращался вовсе не как брат Йони, а как товарищ по оружию, служивший в том же подразделении. Я был прекрасно знаком с каждым из них: с некоторыми участниками операции я проходил срочную службу, у других был инструктором.  Естественно, все они изъявили готовность изложить в беседе со мной абсолютно все известные им факты.

Сын профессора-историка Бенциона Нетаниягу (светлая ему память), Идо с детских лет усвоил: история – наука точная. Главная и единственная задача исследователя – добыть факты.

На сбор фактов, а затем на их изложение (документальная проза) потребовалось пять лет, но Идо не отступил, не сошел с марафонской дистанции.  Спустя 15 лет после операции “Энтеббе” увидела свет его книга “Последний бой Йони”. Она переведена и на русский язык.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧИТАЙТЕ ЗДЕСЬ! 

Снимки из семейного архива Идо и Дафны Нетаниягу

Материал размещен 8 июля 01:08

Анна Базаревич. “Сионизм как доктрина” (на белорусском)

СЕМІНАР ПІСЬМО І МЫСЛЕННЕ

ЭСЭ

НА ТЭМУ: “СІЯНІЗМ ЯК ДАКТРЫНА”

Выканала

Базарэвіч Ганна

Выкладчык

Уладзіслаў Іваноў

Віцебск, 2016

ЗМЕСТ

УВОДЗІНЫ…………………………………………………………………………………………. 3

ГЛАВА 1. ГІСТАРЫЧНАЯ РЭТРАСПЕКТЫВА І СУТНАСЦЬ ІДЭАЛОГІІ СІЯНІЗМУ ………………………………………………………………………………………….. 5

1.1. Эвалюцыя сіянізму ад старазапаветных каранёў да сучаснасці…………….. 5

1.2. Сіянізм у дзеянні: афармленне ідэалогіі сіянізму Т.Герцлем ……………….. 6

ГЛАВА 2. СТАЎЛЕННЕ ДА СІЯНІЗМУ ………………………………………………… 9

2.1 Падтрымка сіяністаў на Захадзе і пераследы ў СССР…………………………… 9

2.2. Сіянізм у сучаснасці: трансфармацыя поглядаў на дактрыну і антыізраільская палітыка…………………………………………………………………….. 11

ЗАКЛЮЧЭННЕ …………………………………………………………………………………. 13

УВОДЗІНЫ

У сучасным свеце да нацыянальна-вызваленчых рухаў, проста нацыянальных, альбо проста вызваленчых склаліся адносіны, як да заканамернасцяў. Маўляй, апынуліся ў адных межах некалькі супольнасцяў. Па розных прычынах: у выніку непаразуменняў, войнаў, развязаных з-за імперыялістычных амбіцый краін-суседак, альбо добраахвотных аб’яднанняў этнасаў для супрацьстаяння агульнай пагрозе. Прыходзіць час і сітуацыя патрабуе выйсця. Не здзіўляе лагічнае завяршэнне: кансалідацыя нацыі і яе памкненне да стварэння ўласнай дзяржавы. Дзесьці гэта адбывалася мірным шляхам, дзесьці шляхамі ўзброенымі.

Аднак, нягледзячы на тоеснасць працэсаў, ідэя вяртання яўрэяў на зямлю Ізраіля, якая аформілася ў нацыянальны рух і ідэалагічную дактрыну – сіянізм, выклікае ў грамадства шмат пытанняў, адказы на якія яно атрымлівае ад свайго ўрада, альбо ад аўтарытэтных сусветных арганізацый ці лідараў. Працэс фарміравання поглядаў на сіянізм, як паказала практыка, заўжды быў афарбаваны ў колеры эканамічных цікаўнасцей краін-дыяспар на Захадзе і ідэалагічнай палітыкі ў Расійскай імперыі і СССР.

Формы – духоўная і палітычная – у якіх існаваў сіянізм, у сукупнасці прывялі да з’яўлення новай і цалкам паспяховай дзяржавы ў сучаснасці. Дактрына, у аснове каторай ляжала старазапаветнае, нават міфічнае ўяўленне аб месцы яўрэйства ў свеце, мела лёсавызначальную ролю ў станаўленні яўрэйскай нацыянальнай дзяржавы. На шляху да перамогі гэтай ідэалагічнай канцэпцыі стаялі амаль неадольныя перашкоды: пачынаючы ад адсутнасці прыдатнай і свабоднай тэрыторыі для вяртання “у Сіон”, стымуляцыi народнага недаверу да габрэяў і нават да зручнага апраўдання эканамічных паразаў кіраўніцтва дзяржаў-дыяспар, што на практыцы часта пагражала фізічным знішчэннем.

Нават разглядаючы павярхоўна ўмовы існавання і развіцця сіянізму, можна здзівіцца ўніверсальнасці, з якой дактрыну выкарыстоўвалі і выкарыстоўваюць не толькі палітыкі, але і ўсе зацікаўленыя. “Сусветная сіянісцкая змова”, альбо “Тэорыя жыдамасонскай змовы” сталі ўжо вядомымі фразеалагізмамі, якімі тлумачаць невытлумачальнае, найчасцей з негатыўнай канатацыяй. Напэўна, дактрына сіянізму з’яўляецца самай спекулятыўнай з усіх ідэалагічных і палітычных канцэпцый. У гэтым эсэ будзе разглядацца прырода ўзнікнення сіянізму як ідэалагічнай канцэпцыі, дактрыны, а таксама будзе здзейснена спроба прасачыць эвалюцыю сіянізму пад уплывам унутраных супярэчнасцей і знешніх абставін.

ГЛАВА 1. ГІСТАРЫЧНАЯ РЭТРАСПЕКТЫВА І СУТНАСЦЬ ІДЭАЛОГІІ СІЯНІЗМУ

1.1. Эвалюцыя сіянізму ад старазапаветных каранёў да сучаснасці

И возвращу Я изгнанных народа моего,

Израиля… И насажу Я их на земле их, и

не будут они больше вырваны из земли

своей, которую Я дал им.” 1

На працягу ўсяго часу рассейвання яўрэйскі народ імкнуўся вярнуцца на сваю радзіму – на зямлю Ізраіля. Рэлігійныя прадпісанні іўдаізму ўтрымліваюць запавет вяртання ў зямлю Ізраіля. Адданасць народа Ізраіля роднай зямлі і ўсведамленне свайго адзінства сталі ідэйным ядром зараджэння ў яўрэйскім асяроддзі нацыянальнай ідэі і імкненняў да вяртання ў зямлю Ізраіля, стварэння на яе тэрыторыі дзяржавы.

Гістарычна склалася, што будучы выгнанымі з уласнай зямлі рымлянамі ў І ст. н.э. і рассеянымі па свеце яшчэ ў пачатку першага тысячагоддзя, яўрэі захавалі ідэнтыфікацыю і, нарэшце, ў ХІХ ст. саспелі да рашэння вярнуцца на гістарычную радзіму. Пры чым, што ў аснове гэтага рашэння ляжаў рэлігійны закон – прадпісанні, якія ўтрымліваюцца ў Торы (Стары Запавет) – свяшчэннай кнізе іўдзеяў. Больш за тое, адпаведна гэтым прадпісанням яўрэйская прысутнасць на зямлі Ізраіля ніколі не перарывалася і кожны рэлігійны яўрэй ведаў, што з прыходам Машыяха (Месіі) усе яўрэі свету збяруцца на сваёй Радзіме. Бывалі часы, калі яўрэйская прысутнасць у Іўдзеi  абмяжоўвалася адной сям’ёй, якая існавала пры падтрымцы і на сродкі дыяспары. Менавіта гэтыя ідэі сталі першапачатковымі праявамі ідэі вяртання.

На працягу стагоддзяў, падвяргаючыся ціску і непрыняццю з боку суседзяў, яўрэі сфарміраваліся ў асобную маргіналізаваную супольнасць.

________________________________

1 Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового завета в русском переводе с параллельными местами и приложениями. – Чикаго: SGP, 1990. – 1217 с. Амос, 8:14–15.

Тым не менш, супольнасць заможную і выгадную на выпадак пазыкі, і нязручную на выпадак вяртання гэтай пазыкі. Напярэдадні афармлення ідэй сіянізму ў дактрыну, яўрэйская супольнасць канцэнтравалася ва Усходняй і Цэнтральнай Еўропе.

Права яўрэяў на зямлю Іўдзеі згадвалася ў Торы, такім чынам, Тора была адзіным дакументам, які рэгламентаваў рашэнне вяртання. Аднак, ці выглядала гэта легітымным у вачах арабаў-бедуінаў, якія ўжо занялі гэтую тэрыторыю? Безумоўна, не. Менавіта адтуль бярэ карані араба-ізраільскі, ці, правільней сказаць, палестына-яўрэйскі канфлікт.

1.2. Сіянізм у дзеянні: афармленне ідэалогіі сіянізму Т. Герцлем

Фарміраванне неспрыяльных умоў для жыцця яўрэйскай супольнасці: “Часовыя правілы аб яўрэях” 1882 г., хваля антысемітызму, выкліканая справай Дрэйфуса ў 1894 г., забойствам імператара Аляксандра ІІ, пагромы, што пранесліся па паўднёвых і заходніх губернях імперыі – усе гэта выклікала імкненне габрэяў эміграваць.

Яшчэ да таго, як былі сфармуляваны мэты і вызначаны шляхі са сродкамі іх дасягнення, якія габрэйскі нацыянальны рух ставіў перад сабой, ідэя вяртання ў зямлю Ізраіля была прадметам праграмных мэтаў некаторых габрэйскіх арганізацый. Упершыню, на тэрыторыі Расійскай імперыі сіянісцкая ідэя – вяртанне ў зямлю Ізраіля – прасоўвалася ў габрэйскія масы суполкай “Білу”, якую ўзначаліў Ізраэль Белкінд – сын настаўніка з Гомеля. Назва суполкі складаецца з пачатковых літар біблейскага верша: “Бейт Я‘аков леху венелха” (“Дом Якава! Уставайце і пойдзем!”).2

Безумоўна, першыя эмігранты не дзейнічалі ў рамках нейкага руху, бо прычына была куды больш мацнейшая: натуральны страх перад фізічным і

___________________________

2 Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового завета в русском переводе с параллельными местами и приложениями. – Чикаго: SGP, 1990. – 1217 с. Іс. 2:5

маральным знішчэннем. Аднак, фарміраванне ідэі і афармленне яе ў канцэпцыю не прымусіла доўга чакаць. Пачаткам гэтага працэсу стала судовае абвінавачванне ў шпіянажы Альфрэда Дрэйфуса – французскага афіцэра, які меў габрэйскае паходжанне. Справа выклікала хвалю непрыяцця, якоя ўжо можна было смела дэманстраваць, бо быццам бы аблічэнне габрэя зрабіла легітымным антысеміцкія настроі. Тэадор Герцль – журналіст, які пісаў для прэсы агляды працэсу, прысутнічаў на судовым паседжанні і быў абураны тым, штто адбывалася. Т. Герцль быў свецкім чалавекам, далёкім ад традыцыйных габрэйскіх поглядаў, але яго светацям падчас судовай справы над Дрэйфусам цалкам перамяніўся. Гэтаму чалавеку было наканавана стаць бацькам сусветнага сіянізму, заснавальнікам Сусветнай сіянісцкай арганізацыі.

У яго дактрыне ляжалі прызнанне ўсіх яўрэяў свету адзінай нацыяй і перакананне ў немагчымасці іх паўнавартаснага нацыянальнага і эканамічнага развіцця па-за гістарычнай радзімай. Існавала адзінае магчымае рашэнне – адраджэнне яўрэйскай дзяржавы. У праграме Сусветнай сіянісцкай арганізацыі, створанай на I Базэльскім кангрэсе ў жніўні 1897 г., гучала:

“Сіянізм імкнецца стварыць для яўрэйскага народа надзейнае прававое сховішча ў Палестыне. Для дасягнення гэтай мэты кангрэс прапануе наступныя сродкі:

1) Мэтазгоднае спрыянне засяленню Палестыны яўрэйскімі земляробамі і рамеснікамі;

2) Арганізацыя ўсяго яўрэйскага народа метадам стварэння мясцовых і агульных саюзаў адпаведна з законамі розных краін;

3) Узмацненне яўрэйскага нацыянальнага пачуцця і самасвядомасці;

4) Падрыхтоўчыя крокі да атрымання згоды дзяржаў на прывядзенне ў выкананне мэт сіянізму”.3

_____________________________________

3 Базельская программа // Электронная еврейская энциклопедия [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.eleven.co.il/article/10376/. – Дата доступа: 22.01.2016.

Як бачна, ідэя гуманная, высокая і заканамерная ва ўмовах і часе ўзнікнення. Чаму б насамрэч не пазбавіцца ад непрыемнага суседства з гэтым народам? Падаецца, што няма нічога прасцейшага, чым “Чамадан, вакзал, Палестына”. Але шлях рэпатрыянтаў на гістарычную радзіму быў складзены з умоў і перашкод.

 

ГЛАВА 2. СТАЎЛЕННЕ ДА СІЯНІЗМУ

2.1 Падтрымка сіяністаў на Захадзе і пераследы ў СССР

Што склала ўмовы эміграцыі габрэяў у Палестыну? Сацыяльныя працэсы, якія адбываліся ў асяроддзі, эканамічная і тэрытарыяльная зацікаўленасць краін, іх сацыяльна-эканамічнае становішча і, нарэшце, ідэалагічная атмасфера, якая панавала ў першых дзесяцігоддзях ХХ ст. Не ўсюды ў краінах габрэйскай дыяспары дадзеныя працэсы ішлі аднолькава. Больш, за тое, у рэалізацыі ў дачыненнях да сіяністаў, яны былі палярныя на Захадзе і СССР. Разгледзім іх на двух прыкладах: умовы дзейнасці сіяністаў на беларускіх землях, якія знаходзіліся ў складзе ІІ Рэчы паспалітай і частцы беларускіх зямель, якая прадстаўляла савецкія тэрыторыі.

З пачатку 1920-х гг. сіянісцкі рух у Савецкай Беларусі апынуўся ў нелегальным становішчы і быў вымушаны дзейнічаць у падпольных умовах. Дамінуючая роля камуністычнай партыі ў Савецкай Беларусі прывяла да беспартыйнай арганізацыі сіянісцкага руху і яго афармлення ў паўлегальныя арганізацыі і гурткі. Любыя памкненні да нацыянальнага самавызначэння ў хуткім часе пачалі катэгарычна адмаўляцца. Генеральныя штабы і Цэнтральны камітэт сіянісцкага руху ў Беларусі сканцэнтравана прыступілі да арганізацыі сваёй дзейнасці ў падполлі. Амаль кожны крок рэгламентаваўся спецыяльнымі загадамі і парадамі. Сярэдзіна і другая палова 1920-х гг. характарызавалася жорсткімі рэпрэсіямі ў дачыненні да актывістаў сіянісцкіх арганізацый і партый. Па беларускіх тэрыторыях, пераважна Гомельшчыне, Бабруйшчыне, Віцебшчыне, пранеслася хваля арыштаў чальцоў сіянісцкіх арганізацый, узмацніўся ціск у адносінах да падазроных. Большасць прысудаў была вынесена з інкрымінацыяй абвінавачаным антысавецкай, антыкамуністычнай і контррэвалюцыйнай дзейнасці. Вынікі даследаванняў па гэтай тэматыцы амаль аднагалосна сведчаць аб канчатковым разгоне руху ў 1928 г., калі была забаронена апошняя легальная яўрэйская партыя “Паалей Цыён”. Але архіўныя дакументы падцвярджаюць існаванне сіянісцкіх ідэй на Беларусі і ў 1940 г. Менавіта перад суполкай “Хашамер Хацаір” стаяла пытанне аб узмацненні руху і канцэнтрацыяй сіл да Катастрофы. Пасіўная пазіцыя, існаванне ва ўмовах падполля не здолела арганізаваць беларускае яўрэйства, не здолела яго выратаваць ад знішчэння.

У Заходняй Беларусі (1921–1939 гг.) сіянісцкі рух актыўна падтрымліваўся яўрэйствам і спрыяльнымі адносінамі ўлад. Дзейнасць заходнебеларускіх сіяністаў не была абмежавана ўладамі і гарантавалася заканадаўствам. Сіяністы Польскай Рэспублікі ўдзельнічалі ў барацьбе за месцы ў сенат на выбарах і мелі там свае прадстаўніцтвы. Ва ўсіх павятовых цэнтрах і мястэчках беларускіх ваяводстваў існавалі сіянісцкія арганізацыі. Іх дзейнасць была накіравана на абарону нацыянальных, рэлігійных і палітычных інтарэсаў яўрэяў. Сіяністы Заходняй Беларусі былі вольныя ў арганізацыі культурна-адукацыйнай дзейнасці яўрэйскай абшчыны, заснаванні прадпрыемстваў для хахшары, адкрыцці іўрыцкіх школ. У сіянісцкiм руху таксама прасочвалася канкурэнцыя паміж найбольш уплывовымі арганізацыямі “Эт Ліўнот” і “Ха Мішмар”, гэта было выклікана імкненнем мець свае прадстаўніцтвы ў дзяржаўным сойме. Актыўную культурна-асветніцкую працу праводзіла клерыкальная арганізацыя “Мізрахі”, гэта было абумоўлена неабходнасцю падтрымкі аўтарытэта рэлігійнай абшчыны ва ўмовах росту ўплыву свецкай. З 1926 г. вялікі ўплыў пачынаюць набываць прыхільнікі рэвізіянісцкай плыні на чале з Ул. Жабацінскім. Лакальныя арганізацыі “Бейтар” існавалі ва ўсіх мястэчках беларускіх ваяводстваў. З другой паловы 1920-х гг. эміграцыйныя працэсы актывізаваліся, што было выклікана фінансавым крызісам і імкненнем польскага ўрада разгрузіць працоўны рынак у дзяржаве. Менавіта з гэтых тэрыторый у міжваенны час эмігравала найбольшая колькасць рэпатрыянтаў.

Адрозненні ў развіцці сіянісцкага руху ў Савецкай і Заходняй Беларусі тлумачацца рознымі ўмовамі існавання ў кантэксце дзеячага заканадаўства. У той час, калі сіяністы Польшчы актыўна ўдзельнічалі ў жыцці яўрэйства – займаліся падрыхтоўкай будучых рэпатрыянтаў да аліі, а такасама непасрэднай эміграцыяй, займалі актыўную пазіцыю на ўнутрапалітычнай арэне, абараняючы інтарэсы яўрэйства, сіяністы Савецкай Беларусі спачатку былі вымушаны дзейнічаць у паўлегальных умовах, падвяргаючыся рэпрэсіям, а пазней і ўвогуле іх арганізацыі былі забароненыя. Безумоўна, ва ўмовах дамінуючай ролі камуністычнай партыі любы ўдзел ва ўнутрапалітычным жыцці Савецкай дзяржавы быў выключаны.

2.2. Сіянізм у сучаснасці: трансфармацыя поглядаў на дактрыну і антыізраільская палітыка.

1948 г. стаў годам абвяшчэння незалежнасці Дзяржавы Ізраіль. Пасродкам Рэзалюцыі Генеральнай Асамблеяй ААН у 1947 г. яўрэі светы атрымлівалі тэрыторыю. Будзе недастаткова ацаніць гэтую падзею як перамогу ў амаль двутысячагадовай барацьбе за тэрыторыю. Наспяваюць пытанні. А калі б не Халакост, ці было б рашэнне сусвету размежаваць Палестыну і даць кавалак зямлі яўрэям? Кім з’яўляюцца яўрэі-рэпатрыянты для арабаў-палестынцаў? Ці не акупантамі, ці не ворагамі, якія прыйшлі на іх зямлю? Безумоўна, адказ станоўчы. Адсюль ідзе адпраўная кропка канфлікту. Аднак, гэта не проста лакальны канфлікт, а сусветная палітыка.

Як сталася, што арганізацыя, створаная для падтрымкі і ўмацавання ў свеце міжнароднага міру і рэалізацыі шматвектарнай дыпламатыі стала сусветным рупарам араба-мусульманскага блоку? У адносінах да сіянізму асноўным пікам у адносінах Генеральнай Асамблеі і Ізраіля стала рэзалюцыя ААН, прынятая ў 1975 годзе, якая абвяшчала сіянізм – формай расізма і расавай дыскрымінацыі. 4 (адменена ў 1991 г. – рэд.) Сусвет аказаўся не ў стане разабрацца, што сіянізм – гэта ідэя, а не палітыка. Такія адносіны тлумачацца тым, што ідэя,

____________________________________

4 Резолюция ООН о сионизме (1975) // ЭНЦИКЛОПЕДИЯ “ЕВРЕЙСКИЙ МИР” [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://jhistory.nfurman.com/teacher/06_170.htm. – Дата доступа: 22.01.2016.

настолькі дзейсная і моцная, што рэалізацыя яе мэтаў пацягнула за сабой палітычныя праблемы, зачастую выражаныя ўзброенымі канфліктамі. Тое ляжыць на паверхні. А з другога боку, Ізраіль з’яўляецца адзіным прадстаўніком дэмакратычных каштоўнасцей на ўсім бліжнеўсходнім абшары, з чаго вынікае заканамернае супрацьстаянне палітычных рэжымаў.

Нягледзячы на тое, што абстаноўка на Ізраільскіх тэрыторыях не самая спакойная, яны з’яўляюцца прыцягальнымі для габрэяў усяго свету. Моцная сіянісцкая ідэя ў спалучэнні з гасціннай дзяржаўнай праграмай для рэпатрыянтаў, робяць па сённяшні дзень зямлю Ізраіля прыцягальнай для новых пасяленцаў з краін дыяспары.

ЗАКЛЮЧЭННЕ

Калі падсумаваць усё вышэйнапісанае, то вынікае, што бываюць лёсавызначальныя выпадкі, калі Святое пісанне становіцца падставай да дзеяння, асновай для стварэння ідэі і канцэпцыі, якія пазней афармляюцца ў ідэалагічную дактрыну, якая ў сваю чаргу і становіцца асноўным рэгламентам руху. Сіянізм стаў яскравым і пакуль што адзіным прыкладам такога працэсу. Закрануўшы ўсе сферы палітычнага, сацыяльна-эканамічнага і культурнага жыцця ў краінах дыяспары, дактрына стала не толькі сродкам да легітымнага вяртання на зямлю Ізраіля, але і падставай да спекуляцый у міжнародных адносінах.

Да сёняшняга часу сіянізм, а дакладней яго вынік – дзяржава Ізраіль – змагаецца за права на існаванне на мапе. Ці ёсць гэта права? Канцэпцыя сіянізму цалкам пацвярджае яго. Але з другога боку пра якое права на тэрыторыю можа ісці размова, калі яна ўжо некалькі тысяч год занятая іншымі народамі, пакаленні якіх нарадзіліся на гэтай зямлі і не з’яўляліся захопнікамі. Тут адказ робіць кожны зыходзячы са сваіх сімпатый, бо калі паглядзець рацыянальна, то вагі знаходзяцца ва ўраўнаважаным стане. Несправядлівасць бачыцца ў адным: спрыянне араба-мусульманскім амбіцыям з боку рэферы – ААН. Аднак, ці можна асудзіць прадстаўніка Генеральнай Асамблеі за боязь наступстваў свайго рашэння, якое б магло разыйсціся з рашэннем яго арабскіх калег?

Ад рэдакцыі. Тэкст маладой даследчыцы Ганны Базарэвіч “напрошваецца” на крытыку. Многім новым насельнікам Ізраіля, напэўна, будзе што адказаць на тэзіс аб “гасціннай дзяржаўнай праграме для рэпатрыянтаў”. Ёсць і іншыя спрэчныя месцы. Запрашаем зацікаўленых да дыскусіі.

Апублiкавана 14 чэрвеня 2016   18:41

Также по теме, ранее опубликованный материал автора, в специальном переводе на русский для сайта В. Р.

О сионистах в Беларуси 1920-х гг.

 

Новый министр обороны начинает с капитуляции!

25 мая 2016 22:38

Сбылась мечта Авигдора Либермана. Он стал министром обороны. Ради этого партия Наш дом – Израиль окончательно предала своих избирателей.

либер_перед_согл_сБиби

Меняю обещания на один портфель!

Завершились переговоры правящей партии с парламентской фракцией НДИ о ее вхождении в правительство. Премьер-министр Нетаниягу крайне заинтересован в расширении коалиции, располагающей всего 61 мандатом из 120.

Рассказы главы НДИ о принципиальных требованиях, без которых он не войдет в правительство, премьер-министра не смущали. Он знаком с Либерманом 30 лет и не верил, что тот откажется от должности министра обороны.

Всем памятны ежедневные нападки Либермана на Нетаниягу в период между выборами и нынешним приглашением в коалицию. Вот изложенное пресс-службой НДИ программное выступление Либермана, в котором год назад он объяснял пребывание партии в оппозиции:

«Авигдор Либерман подробно разъяснил причины, по которым парламентская фракция НДИ отказалась войти в нынешнее правительство. Одной из главных из них он считает предательство главой правительства интересов русскоязычных репатриантов, всех тех израильтян, кто служит в армии и платит налоги. Коалиционные соглашения, подписанные Биньямином Нетаниягу с партиями, представляющими религиозный сектор израильской политики, фактически стали капитуляцией правительства перед ШАС и «Яадут ха-Тора». НДИ не может зайти в правительство, которое ликвидировало все прежние законодательные инициативы, связанные с призывом ортодоксов в армию, правительство, которое отказалось предоставлять приоритетное право на получение льготного жилья семьям молодых людей, отслуживших в армии, правительство, которое отказалось выделять средства на решение пенсионных проблем репатриантов и социальное жилье, правительство, которое отказывается уничтожить террористов ХАМАСа и идет им на всевозможные уступки.»

На съезде НДИ в феврале этого года Либерман обвинил Нетаниягу в обмане алии, неспособности защитить страну и выдвинул свою программу борьбы с терором из 10 пунктов:

«Мы поддержим правительство и премьер-министра, который даст обязательство ликвидировать террор. Мы добьемся от правительства проведения настоящей пенсионной реформы. Мы потребуем выполнить все обещания, которые столь щедро раздавались вами русскоязычной общине во всех русскоязычных СМИ накануне выборов…

Чтобы победить террор, необходимо нанести удар по трем его источникам: идеологическому, финансовому и оперативному. Прежде всего надо предпринять следующие шаги: вернуться к практике точечных ликвидаций; прекратить перевод денег Абу-Мазену; высылать семьи террористов в сектор Газы; лишить права на жительство арабов из Восточного Иерусалима, участвующих в терроре, а также их семьи; разрешать воссоединение семей исключительно на палестинской стороне, но никак не на израильской; сносить не только дома террористов-убийц, но и тех, кто только попытался совершить теракт; ужесточить санкции против нелегалов и их работодателей; принять закон о смертной казни для террористов; прекратить практику передачи тел террористов их семьям; в случае необходимости объявить чрезвычайное положение, как это было сделано во Франции».

Что ж, глава правительства «исраблефа» сам стал зазывать Либермана в коалицию. Как реагировал враг ультраортодоксов, защитник алии и борец с террором?

Услыхав волшебное слово «министр обороны», Либерман мгновенно забыл и о своих грандиозных программах, и о том, как во всеуслышание называл главу правительства лжецом, мошенником, достойным Нобелевской премии по шарлатанству. Забыл он и ответные заявления пресс-службы Ликуда о том, что решить все проблемы безопасности рвется человек, который в армии служил кладовщиком, причем неполный срок, который слыхал над ухом свист не пуль, а только шарика для пинг-понга, которому нельзя доверить даже работу военного обозревателя. Достаточно таких взаимных оскорблений, чтобы уважающий себя мужчина оборвал отношения с политическим оппонентом. Но кто будет вспоминать о гендерных отличиях, когда на кону пост министра обороны!..

О том, как Либерман собирался бороться с засильем харедим и отстаивать интересы алии перед премьер-министром, говорит уже то, что ответственным за коалиционные переговоры он поставил Моше Леона, не доверив такие функции товарищам по фракции. Моше Леон – человек религиозный, бывший армейский кантор, ни к алие, ни к искусству переговоров никакого отношения не имеет. Пробиватель «стеклянного потолка» почему-то именно его всегда выдвигал на высокие должности. Либерман вместе с Дери пытались протащить Леона в мэры Иерусалима, но в итоге не смогли доставить радость столичным ультраортодоксам.

Начиная диалог с Нетаниягу, Либерман мгновенно согласился не затрагивать тему взаимоотношений государства и религии. Не стал он вспоминать о всех проблемах алии. Тактично воздерживался от «экстремистских» высказываний о борьбе с террором. Как выяснилось чуть позже, Либерман обязался не поддерживать уже обсуждавшийся в кнессете закон, который запрещает издавать бесплатные газеты: имелся в виду «Исраэль ха-йом», прославляющий Нетаниягу.

Либерман выставил всего два условия присоединения к коалиции: принятие закона о смертной казни террористам и проведение пенсионной реформы для «русских» репатриантов. В связи с уже поднятым агитаторами НДИ визгом – мол, имелась в виду совсем не пенсионная реформа, а совсем другое – отмечу, что Либерман раз семьсот употреблял словосочетание «рефОрма пенсиОнит». Нетрудно перевести. Да и в цитировавшемся тексте Либерман требовал проведения “настоящей пенсионной реформы”.

Глава минфина Моше Кахлон первым делом сказал, что его партия Кулану не принимает требования о введении смертной казни. Относительно пенсионного обеспечения «русских» демагог Кахлон заявил, что Израиль уже не практикует секторальное распределение госбюджета (хотя лично переводил гигантские суммы арабскому и ультраортодоксальному секторам). Кахлон потребовал улучшить положение всех пожилых и бедных израильян. Он отказался дать на «пенсионную реформу» 2-2,5 миллиарда шекелей, которых просил НДИ, и согласился выделить только 1,4 миллиарда.

Кахлон предупредил, что если на него будут давить для удовлетворения требований НДИ, он отдаст главе правительства ключи от служебного автомобиля, сядет в автобус номер 940 и вернется в родную Хайфу. Либерман послушно довольствовался суммой в 1,4 миллиарда. Несколько дней он ломался и разыгрывал плохонький спектакль под названием «Битва за алию», после чего сделка была подписана.

Да, сделка – другое слово неуместно.

Единственное желание

– Так сколько желаний у вас осталось, Авигдор? – спросил Нетаниягу перед подписанием коалиционного соглашения.

– Осмелюсь доложить, всего одно, – ответил председатель «русской» партии.

Предупреждаю, что всякое сходство с прелестной сценкой из романа классика совершенно случайно!

Судя по «итогам» переговоров, у Либермана действительно было всего одно желание: стать министром обороны. Он снял требование о смертной казни для террористов. На первой же пресс-конференции он пообещал проводить “взвешенную” политику в области безопасности. Чего же добился НДИ?

Минфин выделит 1,4 миллиарда на улучшение материального положения лиц пенсионного возраста – не только «русских». Эта сумма дается на 4 года. 150 миллионов шекелей Кахлон добавит для обеспечения пожилых израильтян социальным жильем.

Поскольку пропагандисты НДИ уже (!) называют неблагодарными вредных и алчных стариков, которые не согласны довольствоваться добавкой в 500-700 шекелей, хотелось бы остановить поток бесстыдного вранья.

НДИ обещал пенсионную реформу для репатриантов, которые не смогли заработать пенсию в Израиле. Но в подписанном партией соглашении говорится не о ПЕНСИЯХ, а о добавках к ПОСОБИЮ ПО СТАРОСТИ от Института национального страхования.

Что еще хуже, в соглашении не называются конкретные суммы. Портфели министров обороны и абсорбции НДИ обменял на кота в мешке! Перефразируя Конфуция, нереально найти там кота, если мешок дырявый.

НДИ давно обещает улучшить положение алии, но не проясняет ситуацию: сколько «русских» стариков получают пособие по поддержанию прожиточного минимума, сколько выходцев из бывшего СССР стоят в очереди на социальное жилье?

Много ли даст сумма в 150 миллионов шекелей, можно прикинуть. Цены на квартиры известны. Подарка Кахлона не хватит, чтобы обеспечить жильем даже несколько процентов нуждающихся. Кстати, непонятно, как будут распределены эти деньги. Ведь «русские» очередники регистрируются в министерстве абсорбции, а «настоящие» израильтяне – в министерстве строительства.

Учитывая увеличение продолжительности жизни в Израиле и резкое экономическое расслоение населения, на «либермановскую добавку» к пособию по старости могут претендовать сотни тысяч стариков. Арифметика подсказывает, что каждому из них достанутся крохи.

Чтобы меня не обвиняли в запугивании алии, подстрекательстве, процитирую ответственного представителя НДИ на переговорах Моше Леона! В интервью «Галей ЦАХАЛ» он сказал:

«Мы добились больших достижений: укреплена стабильность правительства, теперь госбюджет пройдет. В соглашении не были определены точные цифры. Добавка к пособиям по старости составит 500 шекелей, может быть, 200. Примерно через полтора месяца станет ясно. Сумма в 1,4 миллиарда распределится на 4 года. Мы приложим усилия, чтобы уменьшить этот срок до 3 лет».

Замечательная откровенность! «Достижения» – это то, что выиграл от соглашения с НДИ Нетаниягу. То, что получат «русские», выяснится «позже». Через 4 года у власти будет другое правительство, возможно, не ликудовское. Много ли мы помним прецедентов выполнения премьер-министрами социально-экономических обязательств их предшественников?

Четыре года – немалый срок для пожилых людей. За это время на некоторых клиентах Битуах леуми правительство сможет сэкономить…

Психология двоечников

Агитаторы и тролли НДИ уже идут в контратаку на «русских» пенсионеров: «Вы недовольны? А много мандатов вы дали своей партии на выборах? В следующий раз голосуйте активней!»

Причинно-следственная связь выглядит совсем не так. НДИ получил в 2015 году всего 6 мандатов, потому что, находясь в кнессете с 1999 года, не решил ни одной стратегической проблемы интеграции алии. После каждых выборов команда Либермана бодро спешила в очередное правительство, споря только о количестве и увесистости портфелей, не отказываясь от них из-за равнодушия премьер-министров к тяжелому положению новых репатриантов.

СМИ еще в начале 1990-х предупреждали, что значительная часть «русских» не успеет заработать полноценную пенсию и лет через двадцать их ждет социальная катастрофа. Ни Исраэль ба-Алия, ни Наш дом – Израиль ничего не сделали, чтобы предотвратить эту трагедию. Они суетились, обещая жалкие добавки к социальным пособиям. А надо было уже тогда бороться за утверждение закона об обязательном пенсионном страховании, который появился только в 2008 году.

НДИ вел себя, как студент-двоечник, отлынивавший весь семестр и захотевший нагнать упущенное за день до экзамена. Лидеры партии 17 лет занимались своими карьерами и теперь обещают решить проблемы пожилых репатриантов кавалерийским наскоком. А проблемы состоят не только в недостаточных социальных выплатах людям пенсионного возраста! Если бы эти люди не отдавали все свои доходы на аренду квартир, на эти деньги вполне можно было прожить. Но НДИ никогда не добивался массированного строительства социального жилья.
Беда новых репатриантов – в том, что у них не хватает пенсионного стажа. До приезда в Израиль они работали в СССР. Так надо требовать от постсоветских стран, чтобы они выплачивали репатриантам заработанную там часть пенсии! Но насчет пенсий из России и Украины НДИ и его бессменный министр абсорбции постоянно врали, ежегодно сообщая, что вопрос уже решен…

Сразу после подписания коалиционного соглашения председатель НДИ кисло сказал, что ни одна партия не добивалась столь многого, имея 5 мандатов. Обычное пустословие. ШАС попал в кнессет с 4 мандатами, в дальнейшем не раз получал меньше мандатов, чем ИБА или НДИ, но с начала 1990-х последовательно добивался мощного финансирования проектов для своего электората. С тех пор в несколько раз увеличились пособия избирателей ШАСа, финансирование его учебных заведений. Осуществляется программа «Субсидированное жилье», в рамках которой для харедим построены огромные кварталы и целые города!

Депутатов от НДИ покоробило высказывание Кахлона против секторальности. Но ведь «русские» политики сами гневно протестовали против завышенных «эфиопских» машкант, мешая правительству задуматься о специфике отдельных общин. А то, что выходцев из бывшего СССР после 25 лет в стране не считают израильтянами, – это тоже «заслуга» представителей алии в кнессете: чтобы не растерять электорат, они «добились» бесконечного продления статуса новых репатриантов.

В НДИ уже поняли, что не все избиратели страдают склерозом и усиливается их недовольство мизерностью достижений партии. Последний год Либерман постоянно «объяснял», что за несколько каденций НДИ не добился ни гражданских браков, ни упрощения гиюра из-за саботажа враждебных партий. Но почему ШАС, Яадут ха-Тора не жалуются, что им кто-то мешает? А Либерман и сейчас, начиная переговоры с Ликудом, сам согласился не трогать темы, касающиеся ультраортодоксов.

Меня лично не волнует, как проявит себя Либерман в качестве министра обороны. Предполагаю, что будет так же загадочно незаметен, как в ролях министра по отражению иранской угрозы и министра иностранных дел. Мне интересней другое: почему когда-то Либерман призывал покончить с чехардой министров и создать правительство профессионалов, а действует вразрез со своими высказываниями?

Я вообще не уверен в долговечности реанимированного союза Нетаниягу-Либерман. Как простодушно признал Моше Леон, расширение коалиции требуется премьер-министру для утверждения госбюджета. А потом начнутся подковерные игры. Нетаниягу знает, что перед выборами Либерман сбегает из правительства для повышения рейтинга. А в этой коалиции Либерману тем более не резон засиживаться – иначе надо будет объяснять, почему не успели разбогатеть «русские» старики.

Приходится констатировать, что НДИ по-прежнему делает ставку не на реальную работу, а на рекламные простыни в «Вестях» и на другие услужливые СМИ. Бесполезно напоминать о морали журналистам, превратившимся в наперсточников, подло обманывающим стариков. Но существует простое и эффективное возмездие: надо прекратить покупать неприкрыто продажные газеты и не посещать сайты и телеканалы, которые вместо информации подсовывают лохотроны.

Я рекомендую всем срочно начать коллекционировать вырезки из газет и распечатки с сайтов, где зафиксированы обещания НДИ. Перед выборами очень пригодится.

А тем читателям, которые сочтут полезной эту статью, предлагаю распространять ссылки на нее.

Яков Шаус

Опубликовано 26 мая 8:21

День Независимости Израиля / יום העצמאות

Декларация_незав_Изр

Подписание Декларации независимости Израиля

Израиль как независимое государство было провозглашено в 1948 году 14 мая. Это событие имело место за восемь часов до того, как истёк британский мандат в Палестине. После подписания Декларации независимости Израиля Давид Бен-Гурион объявил о том, что было создано Государство Израиль. Немного позже он стал первым премьер-министром Израиля.

День Независимости Израиля (Йом а-Ацмаут) отмечается по еврейскому  календарю (пятый день месяца Ияр). В этом году этот день приходится на пятницу, поэтому торжества перенесены на один день вперед.

Обычно во время праздничных дней общественный транспорт Израиля не работает, но этот праздник исключение. Его отмечают в основном на природе или на пикнике.
Спустя пару часов после того как была принята независимость, армии нескольких стран, таких как Египет, Иордания, Сирия, Ливан и Ирак пробрались в молодую страну и еврейский народ снова был вынужден взять оружие в руки и защищать свободу и независимость израильтян, которую удалось обрести через столько лет скитания еврейских предков. Война длилась один год и три месяца. Она унесла больше шести тысяч жизней.

День_Независимости2 День_Независимости3

Празднования 68-го Дня Независимости Израиля начинаются вечером среды 11 мая, когда на Горе Герцля в Иерусалиме поднимется государственный флаг, приспущенный в честь Дня памяти, и у могилы основателя сионистского движения будут зажжены двенадцать факелов в память о двенадцати коленах Израилевых.

В этом году центральной темой традиционной церемонии на Горе Герцля избрано “Гражданское мужество”. Факелы зажгут 14 выдающихся израильтян, удостоившихся этой чести за личную храбрость, готовность к самопожертвованию и борьбе за свои принципы в общественной деятельности:

Рона Рамон

Вдова погибшего в катастрофе космического челнока «Колумбия» астронавта Илана Рамона и мать сына, капитана ВВС Израиля, погибшего во время тренировочных полетов. Сейчас Рона Рамон занимается общественной деятельностью в области воспитания израильской молодежи.

Герцль Битон

Водитель автобуса компании «Дан», 57-летний житель Бат-Яма, который, несмотря на ранения, боролся с террористом, напавшим на его автобус.

Бени Баршешет

Волонтер, заместитель  спасательного отряда «Мегилот» района Мертвого моря. Участвовал в операции по эвакуации тела погибшего в землетрясении в Непале израильтянина Ора Асрафа.

Ави Тойбин

Житель Герцлии, бросившийся в 2009 году в реку Яркон, чтобы спасти тонувшую байдарочницу Ясмин Файнгольд.

Д-р Анан Фала

Жительница Акко, врач-стоматолог, известна своей общественной деятельностью в укреплении статуса друзских женщин.

Нили и Мойш Леви

Супруги Леви в 2015 году решили пожертвовать свои почки неизвестным им больным.

Отец Габриэль Надаф

Священник из деревни Кфар Яфия, один из руководителей арамейской общины и борец за призыв христиан в Армию обороны Израиля.

Халель Барэли

17-летняя жительница Сдерота, активистка молодежного движения, оказавшая поддержку многим горожанам во время ракетных обстрелов из сектора Газы.

Ротем Элиша

18-летняя жительница Рамле, жертва изнасилования и активная участница движения против сексуальных домогательств и борьбы за права женщин.

Файни Сукеник

Жительница Иерусалима, учительница в ультраортодоксальной общине. Помогающая женщинам в ультрарелигиозных семьях преодолевать трудности бракоразводного процесса.

Яаков Аренфельд

83-летний житель Тель-Авива, уцелевший в Холокосте. Несмотря на то, что Яаков – глухонемой, он активно сотрудничает с мемориальным центром “Яд Вашем” в качестве гида на языке знаков.

Сержант Роберто Фара-Усо

Репатриировался в Израиль вместе с родителями в 2003 году, сейчас проживает в Тель-Монде, в марте этого года обезвредил террориста с ножом на перекрестке Гуш-Эцион.

Старший сержант погранохраны Элисон Берсон

Репатриировалась одна из Франции и сейчас живет в Афуле. В октябре меткими выстрелами обезвредила двоих террристов, напавших на солдат на перекрестке Тапуах.

***

День_Незав_Модиин1  День_Незав_Модиин2

68 лет Государству Израиль. Модиин один из молодых городов. Ему всего лишь 20 лет. На сегодня в нем проживает 90 тыс.жителей. 5 жителей старше 100 лет, в возрасте 60++ всего 8025 чел., 2730 чел.- репатрианты из бывшего СССР. Город хорошо спланирован и ведется большое строительство. Планируется увеличить количество жителей до 200000. В этом году 300 репатриантов выбрали Модиин своим первым местожительством.

Подготовлено и опубликовано 11 мая 19:23

День памяти израильских солдат / יום הזיכרון

йом_азикарон1

йом_азикарон

йом_азикарон2

4 ияра по еврейскому календарю (в этом году 10-11 мая) в Израиле отмечают День памяти павших в войнах и жертв терактов (Йом аЗикарон).

Отчет погибших начали вести с 1860 года, С того времени погибли 23.447 военнослужащих Армии обороны Израиля, полиции, пограничной полиции (МАГАВ), общей службы безопасности (ШАБАК), управления внешней разведки (“Мосад”), управления тюрем (ШАБАС), пожарной охраны, бойцов еврейских подпольных организаций, которые действовали в Палестине до 1948 года, а также бойцы Еврейской бригады армии Великобритании, воевавшие во Вторую мировую войну.

Со дня окончания Войны за независимость в результате вражеских действий погибли 2.576 гражданских лиц, включая 122 иностранцев. За последний год жертвами террора стал 31 израильтянин. Еще 379 человек получили ранения различной степени тяжести.

В 20:00 в Израиле прозвучала траурная сирена в память о павших в войнах и жертвах терактов. Жизнь в стране замерла на одну минуту.

Сразу после сирены у Стены Плача в Иерусалиме начинается церемония зажжения поминальной свечи.

Завтра в 11:00 часов прозвучит двухминутная траурная сирена, после которой начнутся поминальные церемонии на горе Герцля в Иерусалиме, на военном кладбище в Кирьят-Шауль в Тель-Авиве и на военных участках кладбищ по всей стране.

В 13:00 часов на горе Герцля в Иерусалиме пройдет государственная церемония памяти жертв терактов.

В 19:45 часов церемония зажжения факелов завершит День памяти и откроет празднования 68-го Дня независимости государства Израиль.

А ОН БЫЛ КОРОЛЁМ…

Родителям павших

Не шлют здесь похоронок,
Не плачет почтальон.
Не позвонил ребёнок —
Умолк ваш телефон.

Вдруг тихо и тревожно
К вам в двери постучат,
Слова, что невозможны,
Вас пулями пронзят.

И мир навек распался
На разные куски,
На тот, где сын остался —
Там не было тоски,

И нынешний, где пусто
Повсюду, как теперь.
Одна тоска. Не густо:
Он не откроет дверь.

И невозможно сразу
Хоть как-нибудь понять,
Что всё — уже ни разу
Ни встретить, ни обнять.

Всё кажется насмешкой,
Всё словно ни причём —
С доски упала пешка,
А он был королём.

Не шлют здесь похоронок,
Не плачет почтальон,
Не позвонит ребёнок,
Не нужен телефон.

Леонид Шустер

***

В среду, 11 мая, начальник генерального штаба ЦАХАЛа генерал-лейтенант Гади Айзенкот опубликовал специальное обращение к солдатам, посвященное Дню памяти павших. “Сегодня весь народ Израиля замирает, отдавая долг памяти солдат, павших на воинской службе. …Переход от Дня памяти ко Дню независимости символизирует наши многочисленные достижения, но в не меньшей степени и ту цену, которую мы платим за нашу безопасность. …Мы продолжим выполнять свой долг, стоя на страже безопасности страны, охраняя наш общий дом и позволяя родине процветать”.

На русском и иврите / ברוסית ועברית

Опубликовано 10.05.2016  Обновлено 11 мая 8:12

День Катастрофы и героизма евреев / יום השואה

День_Катастрофы

Необходимость установления Мемориального дня в память о жертвах Холокоста нацизма отчётливо ощущалась евреями во всём мире. Вскоре после обретения Израилем независимости (1948) развернулась дискуссия о том, какая дата является подходящей для увековечивания памяти о Катастрофе. Были высказаны разные мнения, и эта тема стала предметом жарких политических и религиозных дискуссий.

Бен Гурион (в то время — премьер-министр и руководитель правящей партии Мапай) считал необходимым приурочить день памяти к началу восстания в Варшавском гетто. Сама дата начала восстания, 14-й день месяца нисан — канун праздника Песах, не подходит для национального траура. Бен Гурион видел в восстании Варшавского гетто ответ будущим нападкам воинствующего антисемитизма. По этой же причине он назвал этот день Йом ха-Шоа ве-ха-Гвура (День Катастрофы и героизма).

Менахем Бегин, лидер оппозиционной партии, считал наиболее подходящей датой 9 Ава — всеобщий день национальной трагедии, когда были разрушены Первый и Второй Храмы. Ультраортодоксальные раввины разделяли эту точку зрения.

Главный Раввинат Израиля и движение «Мизрахи» считали самым подходящим 10-е число месяца тевет. По их мнению, этот день поста, установленный в память о начале разрушения Иерусалима, отвечал идее дня памяти. Сегодня Главный Раввинат Израиля отмечает этот день как траурный день национального «Каддиша».

12 апреля 1951 года Кнессет принял резолюцию о провозглашении 27-го числа месяца нисан «Днём памяти Катастрофы и героизма». Это 6-й день после окончания праздника Песах и неделя перед Йом Ха-Зикарон и Днем Независимости. Близость этих дат символизирует путь еврейского народа к возрождению государства.

Премьер-министр Леви Эшколь в этот день в 1968 году впервые провёл награждение ветеранов медалью «Борец с нацизмом».

КОНСТАНТИН ПАУСТОВСКИЙ. СКАЗ О РИЖСКОМ ГЕТТО И О СОВЕСТИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ.

“Памяти Симы Штайнер”
Бен Галут

Павшим и живым евреям г.Косова
……………………………………………………………………………………
Год сорок первый. Осень Карпат.
Давно на востоке фронт.
Три месяца в городе немцы стоят.
И свастикой скрыт горизонт.

Расклеен приказ. И город притих.
Сегодня, и завтра, и впредь
Евреям нет места среди живых.
Евреи должны умереть.

Немцы спокойны. Эксцессов не ждут.
Ведь Juden – покорный народ.
Им приказать – и они придут,
Детей, стариков и больных принесут.
И акция “мирно” пройдет.

И вот на улицах скорбных колонн
Тяжкая поступь слышна…
Выхода нет. Из-за темных окон
Помощь к ним не пришла.

Но может быть, кто-то ребенка спасет?
Ведь вместе же столько лет!
Еврейских детей никто не берет.
Молчание – весь ответ.

И вот место акции. Вырытый ров.
С одной стороны пулемет.
С другой – уступ на двадцать шагов.
Эй, schmutzigen Juden, вперед!

Немцы спокойны. Уверенный тон.
Евреи раздеться должны,
Ведь мертвых труднее раздеть потом.
Эй! Не нарушать “тишины”!

Мужчины и женщины вместе в ряд…
Ряд голых, беспомощных тел…
И злобно овчарки на них рычат,
От ужаса белых, как мел.

Двадцать шагов на уступ, в никуда…
Всей жизни на двадцать шагов!
Кто может такое забыть и когда!
Нет в мире страшнее врагов!

У входа к уступу стоит офицер.
Он молод, подтянут и смел.
Здесь тренирует он свой глазомер,
Ценитель нагих женских тел.

– А ну-ка, девчонка, два шага вперед!
Ты мне приглянулась, ей-ей!
С тобой проведу я всю ночь напролет.
Прочь руки, паршивый еврей!

Она подошла. Встала рядом. Стоит.
Тело – белее, чем снег.
А в черных глазах ее радость горит.
Радость – одна на всех.

Своей наготы не прикрыла она.
Кивнула отцу слегка.
Взглядом измерила ров до дна…
И вверх взлетела рука!

Голову немца назад отогнув,
За волосы оттянув,
Зубами в горло вцепилась ему,
Всей грудью к мундиру прильнув!

Все замерли. Немец качаясь хрипел.
Солдаты не смели стрелять
В клубок сплетенных друг с другом тел.
Их начали разнимать.

Но крепко обняв офицера, как приз,
Она скатилась с ним в ров.
За ними солдаты прыгнули вниз,
Прямо в еврейскую кровь.

Не удалось им спасти палача.
Он умер у них на руках.
Злобно ругаясь и громко крича,
Они отгоняли свой страх.

Побоище длилось несколько дней…
Но те, кто сумел уцелеть,
Из уст в уста передали о ней,
Что с честью смогла умереть.

Этот подвиг совершила Сима Штайнер в октябре 1941 г.

День памяти Катастрофы и героизма. Мы помним.

Немецкий фильм с субтитрами на русском Аушвиц 

Еще один фильм Аушвиц. Забытые доказательства

Опубликовано 4 мая 2016

Юрий Бутусов 

День Героизма

Сегодня в 10 утра весь Израиль остановится на 2 минуты.

И ровно в 10 в каждом населенном пункте страшно завоют сирены воздушной тревоги.

Остановятся на всех автострадах в любом месте все машины.
Остановится общественный транспорт.
Остановятся поезда.
Остановятся велосипедисты и пешеходы.
Тот, кто ехал – выйдет, а многие люди выйдут из домов.

Сегодня Йом а-Шоа – День памяти Холокоста и Героизма, посвященный героям восстания в Варшавском гетто.

По еврейскому календарю эта дата – 27-го нисана, а это каждый год разные дни по нашему календарю и сегодня это 5 мая.

Варшавское гетто было местом, где прежде всего ломали мораль и превращали человека в покорное стадо. Евреев было мало убить – вначале немцы решили их унизить и заставить в это поверить их самих. Через гетто прошло не менее 450 тысяч человек, которых загнали как скот на крохотную территорию, где не было ни достаточно еды ни условий для выживания. В этом загоне ежедневно умирали слабые, здесь пристреливали неудачников, и отсюда регулярно вывозили на бойню тех, кто потерял надежду.

При этом большинство населения как-то привыкло к этому ужасу во время войны – ведь человек может привыкнуть ко всему. На территории гетто работали кафе и магазины, люди играли в мирную жизнь, а на улице лежали умирающие от голода. К началу восстания было убито, умерло от голода и нечеловеческих условий, было вывезено в лагеря уничтожения 400 тысяч евреев, осталось около 60 тысяч. Именно из Варшавского гетто был вывезен детский интернат, директором которого был гениальный учитель Януш Корчак – ему предлагали побег, фальшивые документы, убежище – но он отказался оставить своих детей. Все они погибли в газовых камерах лагеря смерти Треблинка.

Люди терпели и приспосабливались лишь бы выжить сегодня. Около 2,5 тысяч евреев даже служило в немцам в еврейской полиции Варшавского гетто – увы, представители многих порабощенных народов шли на службу врагу, очень многие готовы продаться за пайку и за иллюзию спасения для своей шкуры.

Самое страшное было даже не в этой чудовищной бесчеловечности немцев, а в том, что никто не сопротивлялся.

Но все изменилось 19 апреля 1943-го.

В этот день нацисты начали операцию по зачистке Варшавского гетто. Когда первые подразделения немецких солдат, которые как подобает “высшей расе” спокойно зашли в гетто их впервые встретили не склоненные головы, а пулеметные очереди, и в немецкие бронемашины полетели бутылки с зажигательной смесью.

Добровольцы создали боевую организацию, которая с помощью польских патриотов добыла оружие и боеприпасы для этого первого и последнего боя. Общее число тех, кто оказал сопротивление было невелико – по разным оценкам до 2 тысяч. Большинство из них были безоружны. У повстанцев было 30-40 пулеметов и автоматов, очень небольшой запас патронов, и несколько десятков пистолетов, которые раздобыла подпольная боевая группа, организованная бывшими офицерами польской армии.

Условия были безнадежными. Надо было спасаться, как всегда делали евреи много сот лет подряд. Ведь хорошо подготовленный противник имел полное превосходство в силах, подавляющую огневую мощь, бронетехнику. Немцы сметали любой узел сопротивления, травили газами, расстреливали из танков, сжигали огнеметами. Вступать в бой было безумием – но нашлись те, кто вступил в бой. И этот момент сопротивление получило свой смысл.

К группе бойцов начали присоединяться сотни евреев, мирные, гражданские люди, женщины, старики, дети. Если бы не начался бой, их бы наверняка построили в колонны и увели, но те, кто открыл огонь, зажгли сердца многих достоинством и готовностью сражаться – общее число бойцов составило до 2 тысяч человек. Да, большинство воевать было не готово даже в этих условиях. Но сотни людей решили дать бой, чтобы дорого заставить врага заплатить за свои жизни. Почти все бойцы подпольных боевых групп погибли – но ценой их жизни удалось спастись трем тысячам евреев, которым удалось уйти от карателей.

В боях и зачистках погибло не менее 7 тысяч человек, не менее 5 тысяч сгорели заживо под огнеметами и под завалами домов, свыше 40 тысяч вывезли в лагеря смерти. Никто не спасся среди тех, кто сдался в плен без сопротивления. Как только была проведена окончательная зачистка, немцы уничтожили и всю полицию гетто – вместе с семьями.

Вот впечатляющие строки из последнего письма повстанца Йосефа Раковера:

“У меня осталось еще три бутылки с бензином после того, как несколько десятков таких бутылок израсходованы на врагов. Это было великое мгновение в моей жизни, я смеялся. Никогда бы не подумал, что гибель людей, даже если это враги, даже если это такие враги, может так обрадовать меня. Пусть гуманисты-глупцы говорят, что им угодно. – отмщение было и всегда будет последним переживанием боя и самым большим удовлетворением для души. До сих пор я никогда не понимал с такой ясностью изречение Гмары: “Велико отмщение, заключенное меж двумя именами, как сказано: “Бог отмщений Господь”. Теперь я пойму это.

Варшавское гетто погибает с боем, с выстрелами, с борьбой, в пламени, но без воплей.

У меня есть только три бутылки, и дороги они мне, как вино для пьяницы. Когда я вылью на себя содержимое одной бутылки, я положу в нее бумагу, на которой я пишу теперь, и спрячу между кирпичами… И если когда-нибудь кто-нибудь найдет ее и прочтет, быть может, он поймет чувства еврея, одного из миллионов, который умер, покинутый Богом, в Которого он так верит. Две оставшиеся бутылки я разобью о головы нечестивцев, когда наступит мой последний миг”.

Тем, кто погиб в бою, не дано знать, что они сделали. Что это было первое восстание евреев против истребления. Что это первое восстание в европейском городе против немцев.

Те, кто погиб в бою не узнали самое главное – что в тот момент, когда они вступили в бой, они создали нацию.

Потому что легенды о былой славе, исторических сражениях, которые веками живы только в учебниках и рассказах историков и священников, это всего лишь глина, из которой можно слепить или фольклорную дудочку или свободный народ.

Но только воины обжигают глину и создают нацию – те, кто готов сражаться за свой народ. Поэты и священники оберегают границы духа, а воины оберегают границы жизни. Народ без своей державы – это душа без тела. Так и любой другой народ не имея границ не может обрести свое тело, и не умея себя защитить не способен развиваться и преумножать то, что когда-то многие века назад завоевывали предки. Свободная нация возможна только в свободном государстве – и тогда каждый, кто живет на этой земле, становится каплей крови одного организма. И эту каплю надо быть готовым уметь пролить.

Новый Израиль возродился в бою Варшавского восстания и других битв, и именно воины сумели добыли для своего народа обетованную землю. В наше время, когда Армия обороны Израиля – одна из самых эффективных в мире, израильские истребители в память о Холокосте совершили полет над концлагерем Освенцим, потому что лозунг этой армии – “Никогда больше”. Никогда больше убийств и унижений своего народа.

И потому посреди стремительного сумасшедшего мира раз в году народ Израиля останавливает время. И в эти две минуты силой своего уважения и своей памяти миллионы людей возвращают время вспять. Туда, где горстка патриотов решила вопреки всему вступить в бой, и в ту минуту с первым выстрелом был возрожден независимый Израиль.

Послушайте эту сирену:

Добавлено 5 мая 09:31

Rinat Gerber 5 мая 16:28

Я из Каунаса. Я знала про холокост с детства. Моя школа находилась напротив того самого печально известного гаража. В школе про это конечно не говорили, а дома – да, в основном папа. С какого-то возраста, очень раннего, каждый год мы ездили на 9-ый форт, где проходил митинг в память о жертвах. Почему, кстати, это называлось митингом – не знаю. Помню, что я всегда очень внимательно слушала историю про побег оттуда. Я старалась запомнить каждую деталь, где просверлили дырки, куда побежали, чтоб если что… Иногда мне снятся сны, где я почти захожу в газовую камеру. Она не выглядят как настоящие, но я знаю, что это она. Всегда просыпаюсь перед тем как…
Я очень прагматичный и даже приземленный человек, я не очень верю в нематериальное, но ЭТО правда живет во мне. Живет, сколько я себя помню, задолго до еврейских образовательных лагерей и израильских церемоний.
А с тех пор, как у меня появились дети – ЭТО стало еще страшнее. Все эти мысли, что если бы мы жили тогда, то ведь и их бы…
Что это такое, я не знаю: коллективная память, генетический страх, коллективный пост-травматический синдром, может что-то еще, – но оно есть.

***

JEDEM DAS SEINE

Транспорты, транспорты… Arbeit macht frei,
Крики, команды, овчарочий лай,
«Душ», крематорий и Judenfrei.
Печи не стынут — Arbeit macht frei.

Мы — механизмы. Даже «Прощай»
Нам не положено: Arbeit macht frei.
Пепел отличный даёт урожай:
Нас — в удобрения, им — Judenfrei.

Души бесшумно клубятся — встречай
Бог нас на небе: внизу — Judenfrei.
Ад мы прошли на земле — открывай
В рай нам ворота: wir sind hier schon frei.

Все ли на месте? По цифрам сверяй —
Мы с номерами: Arbeit macht frei.
Ordnung ist Ordnung: wir sind hier schon frei.
Тесно на небе — здесь не Judenfrei.

Как это вышло — Arbeit macht frei?
Шесть миллионов отправлены в рай.
Нашу историю о Judenfrei
Не переписывай, не забывай,
Что ни случится — не забывай,
Где бы ты ни был — не забывай,
И повторяй, повторяй, повторяй:

На райских воротах — Arbeit macht frei!
На райских воротах — Arbeit macht frei!

Леонид Шустер

“Главный художник” Мосада